Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Кинурия


Кинурия

Сообщений 21 страница 30 из 305

21

Глава 3
   Дорога за вчерашний день подсохла, но встречались ещё отдельные участки с грязью. Впереди шагом ехали два солдата с командиром, за каждой солдатской лошадью шла заводная на верёвке, тащившая по два рюкзака, за ними брели они сами, а замыкали процессию пять солдат, у двух из которых тоже были заводные лошади, очевидно, с нехитрой поклажей. Быстро вышли из селения, перейдя реку, текущую с гор, по высокому деревянному мосту, перекинутому с одного склона террасы на другой, и перекрывавшему пойму. Дальше дорога шла мимо огородов и полей, и выходила на террасу вдоль основной реки, которую ребята для себя по-прежнему именовали Еловкой. Это был явно ухоженный путь, неплохо выровненный и утрамбованный, с поперечными уклонами и сточными канавами по бокам. А вдоль него шли деревянные столбы с какими-то знаками. Принимая темп своего движения за пять километров в час, ребята засекли время, и установили, что расстояние между столбами примерно соответствует тысяче восьмистам метрам. Часа через полтора вдалеке показалось другое селение, тоже расположенное, судя по всему, на слиянии рек. Как выяснилось в последствии, эта местность была довольно густо населена и освоена. Крупные селения стояли на каждом слиянии рек, стекавших с гор, с основной, а их было много. Зачастую, только выйдя из одного селения, они уже видели вдалеке другое. И всюду поля, огороды, пастбища, с небольшими перелесками. Везде им попадались склады длинных и ровных брёвен, которые местные сплавляли с гор, а на «Еловке» вязали в плоты, и потом спускались на них куда-то дальше. В нескольких местах они видели процесс вязки, а однажды обогнали такой небольшой караван. «Еловка», по мере вбирания в себя новых рек с гор, становилась всё шире, течение замедлялось, долина раздавалась в стороны, заснеженный конус горы становился всё ближе. В стороны от основной дороги уходили другие. Может к дальним полям, может к другим селениям, находящимся не у большой реки. На огородах постоянно встречались работающие люди, всё в тех же длинных рубашках и с голыми ногами, мужчины и женщины вперемешку. До обеда сделали два небольших привала, во время которых ребята рассмотрели местных вояк по лучше. Старший, кроме властного и волевого лица, отличался ещё и более крупной металлической бляхой на шляпе, изображавшей солнце с лучами, окаймлённое какими-то ветками с листьями, а также нашивками на плечах рубашки, которые, судя по всему, были погонами. Это была довольно жёсткая накладка, возможно, даже с металлической вставкой, которая могла защитить от удара оружием по плечу, обшитая плотной материей. Там на голубом фоне была тонкая продольная полоса красного цвета, и небольшая жёлтая эмблема в виде стилизованного изображения солнца. На краю, у шеи, были какие-то красные же знаки, возможно, буквы, что-то означавшие. Остальные военные носили погоны без эмблем, но с такими же знаками. Но у двоих, пожилого мужика и немолодой рослой женщины, были поперечные жёлтые полосы. Фантазировать об их значении и проводить аналогии можно было сколько угодно, но без понятных разъяснений всё это для ребят были лишь догадки, которые они пока держали при себе.
   За всё время пребывания здесь, никто так и не осмотрел их вещи, и, судя по всему, не рылся в их отсутствие, поэтому разобранное охотничье ружьё в чехле по-прежнему было приторочено сбоку на Сашином рюкзаке, а патроны лежали в боковом кармане. Разумеется, демонстрировать местным он его не собирался. Но это наводило на мысли, что к ним относятся с явным уважением, намереваясь максимально вежливо доставить туда, где всё должно разъясниться и для них, и для кого-то ещё.
   На обед остановились в придорожном трактире на краю очередного селения. Но, исходя из местной традиции, которую уже приметили ребята, объедаться никто не стал. Так, перекусили слегка, всё тем же свежайшим домашним сыром, на этот раз с какими-то пряными травками в нём, несколькими яйцами и лепёшками, запивая всё это холодной водой. Немногочисленные посетители косились на ребят и военных, но никто не приставал. Хорошо отдохнув и напоив лошадей, тронулись в путь, который с небольшими остановками продолжался до самого вечера, когда уже начинало смеркаться. Поскольку ребята считали столбы, выходило, что за день они отмахали километров сорок. Хоть и налегке, но ноги после такого перехода гудели. На ночь остановились в похожем на предыдущий придорожном трактире. Здесь народу было полно, как проезжего, так и местных, отдыхавших после тяжкого трудового дня. В зале играла музыка. Молодая женщина выводила что-то пронзительное на подобии флейты, надувая загорелые щёки, то ли потный, то ли натёртый маслом накаченный парень в одних трусах задавал ритм на барабане, потрясая мощными грудными мышцами, а совсем юная девушка, в рубашке, отплясывала что-то задорное в углу зала, взмахивая тонкими руками, и высоко подбрасывая коленки. Чем-то подбитые сандалии при этом звонко топали по деревянному полу. Вокруг неё была группа зрителей, одобрительно хлопавших в ладоши и постукивавшим деревянными кружками по столам. Когда же публика, разогретая выпитым и зрелищем, достигла определённого градуса, то и сама пустилась в пляс, заняв под это часть зала. Мужчины и женщины выписывали загадочные фигуры руками в воздухе, высоко подпрыгивали и задирали коленки. Оставалось только удивляться, как они не пинают друг друга в тесноте. В целом, и музыка, и стиль танца, чем-то смахивал на кельтские, если бы не простецкая одежда, отдававшая античностью. В общем, какая-то мешанина.
   Поели наваристого супа, запили всё это кружкой неплохого пива, ещё немного посмотрели на танцы и послушали музыку.  Спать улеглись на первом этаже, пройдя по длинному коридору, и оказавшись в большой комнате без кроватей. Когда все четырнадцать человек с вещами зашли в неё, то показалось даже тесновато. Но разобравшись по сплошным соломенным матрасам вдоль стен на полу, все почувствовали облегчение и желание спать. Дверь заперли на засов изнутри и уснули. Кроме Саши. Ему не спалось. Рядом, нисколько не стесняясь, улеглась женщина с нашивками на погонах, предварительно сняв с себя рубашку, под которой, естественно, ничего не было. Лишь слегка обвисшие груди, и плоский поджарый живот с большим пупком, волновали. Все свои рубашки, которые они сняли, военные аккуратно развесили на плечевые вешалки, их было всего несколько штук, друг на друга, тщательно расправив. Стянули сапоги с портянками, и в одних штанах улеглись спать, не накрываясь одеялами – в комнате было душно, а окон не открывали, чтобы не напустить комаров. Саша лежал и думал – специально эта амазонка улеглась рядом с ним, или случайно. И стоит ли ему быть готовым к чему-то этой ночью. Но как? Полная комната людей. А может, они тут не только наготы не стесняются, но и сексом занимаются, когда и с кем захотят? Может она рассчитывает, что он должен предпринять какие-то действия первым? Но с другой стороны, это всё же военные при исполнении задания. Хоть и женщина. Вот ведь странно, и это не укладывается в голове – судя по всему здесь не очень развитое технически общество, и нравы довольно простые, тем не менее женщины в армии. И не на каких-то хозяйственных должностях, а при самом натуральном деле. Интересно, а она воевала?
   Эти и другие мысли роились в его голове, прогнав сон далеко. Он ворочался, думал, и временами тяжко вздыхал. Когда же рука соседки коснулась его кисти, он замер, перестав дышать. Рука была горячей, но не двигалась, судя по всему просто случайно коснувшись его во сне, о чём свидетельствовало ровное и глубокое дыхание спящей. Уснул он только в середине ночи, за своими путанными мыслями уже и забыв, кто спит с ним рядом в темноте.

Отредактировано Михельсон (23-10-2017 23:45:16)

+2

22

Утром он проснулся от лёгкого шума и разговоров. Открыв глаза, увидел, что солдаты уже встают, как и «его» амазонка, доставая из своих вьюков какие-то свёртки. Обернувшись, она недоумевающе посмотрела на него, и Саша понял, что слишком долго на неё пялится, и быстро отвёл глаза. Все вставшие вышли в коридор, в комнате остались только два солдата. Остальные вернулись минут через двадцать, судя по посвежевшим лицам, умывшиеся и побритые, что касается мужчин. Тогда встали двое оставшихся, и сделав знак ребятам, следовать за ними, вышли.
   Умывались во дворе, в специально отведённом для этого месте. Знакомая конструкция летнего умывальника, куда воду подливали вёдрами из колодца поблизости. Их было штук десять вдоль специальной перекладины на заднем дворе. Но всё равно была небольшая очередь из проснувшихся постояльцев. Брились солдаты, набрав воды в один небольшой тазик, и отойдя в сторону. Делали они это опасной бритвой, которая была у них в свёртке, а поскольку зеркал не было, то брили друг дружку. Ребятам было проще. Удобные жилетовские станки позволяли бриться и без зеркала, хоть и была вероятность сделать это нечисто. Процесс вызвал немалое удивление, как у солдат, так и у видевших это других постояльцев. Зубы, к слову сказать, здесь тоже многие чистили, но не щётками, а специальными размочаленными на конце палочками, которые смачивали и посыпали белым порошком из коробочки. Потом был плотный завтрак, и скорые сборы в дорогу. Судя по тому, что сёдла и сбрую солдаты на ночь занесли в комнату, нравы здесь были не столь невинными, как казалось вначале. Во всяком случае на постоялых дворах.
   И снова дорога, уже окончательно подсохшая на стоявшей жаре. Мерные столбы вдоль неё, поля и огороды, селения, мосты через реки. Теперь снежная гора была сбоку, на другом берегу «Еловки», а впереди, открылся вид другой заснеженной вершины, которая в оставленном друзьями мире называлась Ключевская Сопка. Где-то там и река Камчатка, и бывший город Ключи, рядом с которым наверняка нет никакого аэродрома, и называется он наверняка по-другому, если там вообще существует какое-то поселение. Справа виднелись отроги Срединного хребта, а дорога всё не кончалась.
   На следующую ночь остановились, дойдя до большой реки, куда впадала разлившаяся «Еловка». В другом мире это была Камчатка, и на этом месте не было никакого поселения. А здесь стоял город на слиянии. Большие предместья, с мастерскими и амбарами. И, конечно, постоялыми дворами. Сам город был отгорожен невысокой и старой крепостной стеной. Наверно, там были и ворота с часовыми, но соваться туда отряд не стал, а остановились в большом постоялом дворе на окраине. Там снова играла музыка, на этот раз представленная мужчиной, что-то исполнявшем на подобии скрипки. Снова были танцы, и какие-то песни. И даже не обошлось без драки, которую устроили явно более буйные, чем деревенские, жители городских окраин. К удивлению друзей, в потасовке приняло участие и несколько девушек, вполне профессионально размахивавших кулаками, и получавших без всякого снисхождения по довольно порочным лицам. Впрочем, дерущиеся явно остерегались приближаться к столикам, занятым военными с ребятами. Сначала их попытались утихомирить местные вышибалы, но дерущихся было слишком много. К счастью трактирщика, им на выручку скоро подоспел городской патруль. В большой зал ворвалось пятеро солдат в шляпах, красных рубашках и штанах, и короткими увесистыми дубинками в руках. Щедро и умело раздавая удары всем подряд, они начали было теснить смутьянов в угол, но, очевидно, пропустили нескольких, прикинувшихся мирными овечками, которые набросились на них со спины. Дело запахло жареным, если бы не решился вмешаться командир их отряда. Бросив короткую фразу, он резко вскочил, подхватив своё ружьё. За ним последовали пять других солдат, в том числе и «капральша», как мысленно окрестил рослую амазонку Саша. Раздавая тычки дулом под рёбра и удары прикладом, они буквально уложили дерущихся на пол, остальных зажали в угол стражники и вышибалы. Потом подняли на ноги упавших, и пинками отправили их в тот же угол, а солдаты, сопровождавшие ребят, направили на них ружья, и командир что-то с явной угрозой им прорычал. Буяны притихли, быстро трезвея, и начиная осознавать, что у них теперь будут большие неприятности. Старший из стражников принялся горячо благодарить командира солдат, а потом начал опрос свидетелей и выяснение обстоятельств, не отходя от кассы, так сказать. При этом отправив одного стражника за помощью скорее всего. Которая и не замедлила явиться спустя примерно полчаса, в виде ещё десятка стражников во главе с пышно разодетым, несомненно, важным чином. С интересом наблюдая за местным правосудием, ребята, пили уже по третьей кружке пива, вслушиваясь в интонации людей, ловя знакомые слова, догадываясь о значениях других. Трактирщик громко завывал, постоянно указывая на поломанную мебель и разбитую посуду. Смысл его воплей наверняка сводился к «всё, что нажито непосильным трудом».
   Дело шло к финалу. Солдаты вернулись за стол, приняв в знак благодарности от трактирщика ещё пива, следует заметить, более вкусного, чем в деревне. К слову сказать, здесь, на городской окраине, многие люди были в штанах, имелось большее разнообразие фасонов одежды. Вскоре, зачинщиков драки увели, ужин закончился, и отряд отправился спать в такую же большую комнату, прихватив с собой все вещи и конское снаряжение. Да, уж – цивилизация…
   На этот раз рядом с Сашей лёг солдат мужчина, а «капральша» с другой женщиной устроилась у стенки в углу, отгородившись от ребят телами своих товарищей. Саша украдкой глянул на её статную фигуру в последних сполохах гаснущей свечи, и грустно вздохнул, закрывая глаза. В этот раз он заснул быстро, и спал, как убитый. А проснулся рано, мучимый сильными позывами справить малую нужду после вчерашнего пива. Немного поворочавшись, он всё же вышел в коридор, благо, что ещё вчера посетил местное заведение, представлявшее из себя всё тот же вариант деревенского туалета. Когда вернулся, то застал солдат уже встающими, и вместе с ними пошёл умываться.
   Переправившись через мост с каменными опорами и деревянными пролётами, отряд двинулся правым берегом «Камчатки», миновав развилку широких дорог, на которой стояли указатели. Теперь прямо перед ними и чуть слева, из зелени лесов поднимался величественный конус «Ключевской Сопки». Но вспоминая картинку из прошлой жизни, ребята единодушно отметили, что линия снега здесь находится значительно выше, что и не удивительно при такой жаре. Ребята втянулись в ритм, и если первые два дня им было тяжело, особенно вчера, то теперь шагалось легко. Даже начавшая подниматься пыль из-под копыт лошадей, не мешала наслаждаться окрестными видами.

+3

23

Совершая за день переходы примерно по сорок километров, они в конце четвёртого дня своего марша, остановились в трактире на окраине селения. Теперь огромная гора нависала прямо над ними. А на следующий день, отряд свернул влево на дорогу, направляясь в сторону горы. Следует заметить, что это только с севера Ключевская Сопка смотрится красивым конусом. На самом деле, за ней находится ещё несколько гор или вулканов поменьше, но тоже высоких. И сейчас дорога шла вдоль ручья, стекавшему между упомянутым выше вулканом и тем, что в нашем мире называется Толбачинская Сопка. И это была именно дорога, а не тропа, по которой могла проехать и телега. Впрочем, довольно долго дорога была практически ровной, и вела по долине. И только во второй половине дня начался сначала небольшой, а затем и более ощутимый подъём. Иногда дорога петляла, взбираясь на крутые участки склона, иногда спускалась к ручью, а иногда поднималась на скалистые уступы. Там явно было какое-то поселение, в которое их и вели. Правда, вызывало недоумение, почему люди столь безбоязненно селились прямо у жерла вулканов, ведь ребята прекрасно помнили, что во всяком случае Ключевская Сопка очень даже активный вулкан, извергавшийся даже при их жизни. Но здесь всё могло быть по-другому. Во всяком случае не было видно над исполинскими конусами никаких следов дыма и столбов пепла.
   Подъём давался тяжело, солдаты вели лошадей в поводу, мерных столбов здесь не было, поэтому о пройденном расстоянии можно было только догадываться. По мере набора высоты, сзади открывался всё более впечатляющий вид на огромную долину и Срединный хребет, возвышавшийся за ней, с отдельными снежными шапками на наиболее высоких вершинах. По долине петляла большая река, со старицами и заболоченными плавнями. По руслу медленно двигались небольшие гребные суда, вокруг простирались ещё зелёные поля, из садов торчали крыши многочисленных селений. И над всем нависали огромные вершины, к седловине между которыми поднимался их небольшой отряд. Иногда, когда за скальными выступами просматривались дальние изгибы дороги, становилось заметно, что они не одни двигаются в ту сторону. Туда брели и отдельные путники с плоскими плетёными корзинами за плечами, и группы. Были спешившиеся всадники, а однажды они обогнали небольшой обоз из гружёных телег.
   Всю первую половину дня было невообразимо жарко. То, что температура на самом деле начинает немного понижаться, ребята поняли, когда отдохнули в тенёчке, и, немного остыв, почувствовали наконец прохладный ветерок, тянувший с заснеженных вершин. Но всё равно было ещё тепло, а когда снова тронулись в путь, то быстро вспотели. На ночь остановились в небольшом селении из нескольких дворов, с трактиром у ручья, процветавшем благодаря удачному расположению на пути между долиной и конечным пунктом дороги. Публика здесь была на редкость спокойная и тихая, седой дед в углу наигрывал что-то негромкое и лирическое на флейте, песен никто не пел и не танцевал.
   Утром стало ощутимо прохладно, что бодрило. Быстро собрались, и двинулись в дальнейший путь. Вид на долину теперь попросту захватывал дух. Особенно с утра, пока дальние горизонты и горы не затянуло дымкой от испарений. Вскоре все, даже солдаты, ощутили лёгкую нехватку воздуха – это значило, что забрались они уже достаточно высоко, и на интенсивном подъёме организму не хватает кислорода. Если бы ребята тащили рюкзаки на себе, то им бы стало совсем кисло. Как тем людям с корзинами за плечами, которые вынуждены были останавливаться каждые пятнадцать минут, чтобы восстановить дыхание. Днём снова стало жарко. Если с утра солнце было закрыто склонами гор, то теперь оно светило с юга и с боку, становясь даже злее. Пообедали из своих запасов. Ребята угостили солдат из вскрытой банки сгущёнки, которая им очень понравилось. А ещё их очень заинтересовал сам принцип консервной банки, и этикетка, которую командир и «капральша» долго и внимательно изучали. А когда снова тронулись в путь, то вскоре и показалась, кажется, конечная цель их путешествия.
   Склоны гор впереди раздавались в стороны, а когда отряд поднялся выше, то выяснилось, что здесь находится большая и ровная естественная площадка, окружённая почти со всех сторон уходящими дальше вверх склонами, на которой сливаются вместе несколько совсем небольших ручейков. А на самой площадке раскинулось загадочное селение, в котором было много зданий явно культового предназначения, потому что они имели уже знакомые ребятам фронтоны с изображениями солнца, и колоннады.
   Быстро проследовав мимо нескольких храмов, жилых домов и хозяйственных построек, отряд поднялся по местной улочке ещё немного вверх, и приблизился к большому дому с мансардой, притулившемуся у скалы, и также изображением солнца под коньком крыши из красной черепицы с крутыми скатами. Солдаты остановились у порога, а командир, передав поводья «капральше», сделал знак ребятам следовать за ним. Поднялись на высокое крыльцо, пересекли большую веранду, встретив в дверях дома сухонькую немолодую женщину в рубахе ниже колен, и в штанах. Командир что-то явно доложил ей, они перебросились ещё несколькими фразами, и женщина сделала знак следовать за ней в дом. Внутри они оказались в большой гостиной с камином. Женщина что-то сказала, сопроводив слова жестом, который можно было истолковать, как ожидание, и прошла в другую комнату. Ребята озирались, изучая обстановку. Дом был сложен из камней снаружи, но внутри обит морёнными досками. Чем-то он неуловимо напоминал охотничий домик, благодаря шкурам на лавках и стенах, но без голов трофеев и чучел. Ждали минут пять, когда снова появилась женщина, и снова что-то сказав, сделала жест рукой, чтобы они входили в следующую комнату, а сама осталась в гостиной, плотно закрыв за ними дверь.
   Эта комната явно была рабочим кабинетом, судя по столу, заваленному книгами и бумагами, полкам, опять же с книгами, и большим креслом у окна. Но здесь никого не было. Постояв немного в тишине, Саша кашлянул. Тишина.
- Нет никого. – Констатировал очевидное Коля.
- Сейчас придут, не спеши. – Ответил Саша. – Не для того нас пять дней тащили в такую даль, чтобы запустить в пустую комнату.
   И действительно, вскоре из-за ширмы, на которую ребята поначалу не обратили внимания, раздалось слабое покашливание, и оттуда вышел пожилой жилистый мужчина, лет за пятьдесят, с коротко стрижеными седыми волосами, и внимательными карими глазами на тронутыми морщинами лице. Какое-то время он молча изучал их, а потом… на чистом русском языке сказал:
- Здравствуйте, молодые люди.

+3

24

Сказать, что ребята остолбенели, это не сказать ничего. Они, конечно, подозревали уже, что их соотечественники отметились в этом мире, но всё же были очень удивлены, услышав русскую речь от какого-то жреца высоко в горах, и так далеко от злополучного водопада.
- Вы… русский? – Первым пришёл в себя Саша.
- В общем, да. – Ответил после небольшой паузы мужчина. – Хотя в паспорте у меня была прописана другая национальность, но в данном случае это не имеет никакого значения.
- В паспорте не пишут на… - Начал было Саша и осёкся. Потому что вспомнил, что этого не пишут в российских паспортах, а вот в советских как раз писали. Хотя он такого паспорта и не имел по молодости лет. – И давно вы здесь? – Спросил он, справившись с волнением.
- Двадцать шесть лет. – Ответил мужчина, продолжая их изучать. – Давайте познакомимся, что ли. – Предложил он, и представился. – Меня зовут Андрей Леонидович. А здесь называют Парменон. Сами понимаете, пришлось выбрать себе местное имя, чтобы как-то ассимилироваться.
   Ребята по очереди назвали себя.
- Нашли вас, насколько я понимаю, в окрестностях водопада? – Спросил Андрей Леонидович.
- Угу. – Буркнул Саша. – Будь он не ладен. Сначала он казался обычным порогом, который мы собирались пройти.
- В каком смысле пройти? – Удивился собеседник.
- Ну… Мы сплавлялись по реке на катамаране.
- А-а-а. – Понимающе протянул Андрей Леонидович. – Туристы?
- Да. Сплавлялись по реке.
- Туда стало возможно так запросто добраться? Вам же тащить на себе много надо, чтобы забраться в верховья.
- Вообще-то не просто. Геологи помогли. Они работали в соседней долине. По пути нас забросили на вертолёте.
- Тогда понятно. – Улыбнулся чему-то своему Андрей Леонидович. – Расскажете, как всё было?
- А чего там рассказывать. – Грустно вздохнул Саша. – Классика жанра – упал, очнулся, гипс. – При этих словах Андрей Леонидович снова улыбнулся, как чему-то доброму и знакомому. А Саша всё же поведал вкратце о том, как они воткнулись в непонятное облако, как их перевернуло и сбросило уже с высоты. Ну, и как их обнаружили местные, любезно проводив потом в своё селение и сбагрив прибывшим солдатам.
   Андрей Леонидович снова улыбнулся, и пояснил:
- Староста ближайшей деревни, мой хороший знакомый и старый друг. Я с ним познакомился, когда сам только попал сюда. Он мне здорово помог. А потом, подозревая, что я не первый такой горемыка и не последний, попросил его в случае обнаружения в окрестностях ещё таких же людей не от мира сего, помогать им, как он помог в своё время мне, и посылать мне весточку. Естественно, я обещал ему также и свою благодарность за эти услуги.
- А почему вы не попросили об этом местного религиозного служителя? Ведь вы тоже, судя по всему имеете отношение к религии? – Спросил Саша.
- Это труднее. – Снова улыбнулся Андрей Леонидович. – Во-первых, он ничего не знает, и ему пришлось бы долго объяснять, что это за люди могут быть. А во-вторых, он принадлежит несколько к другому течению в местной религии, и мог не только проигнорировать мою просьбу, но сделать всё с точностью до наоборот.
- Как здесь всё сложно. – Отметил Саша.
- Как и везде. – Подмигнул Андрей Леонидович. – Так, сейчас я распоряжусь, чтобы ваши вещи занесли в дом, потом вы помоетесь с дороги, и попьём местного чая. Тогда и поговорим обо всём подробно. А вечером, - и хозяин дома улыбнулся, - я устрою вам баню.
   Вскоре солдаты заносили их рюкзаки уже в дом. В их числе была и «капральша». Саша со вздохом в последний раз окинул её взглядом, а она, поставив рюкзак к стене и резко обернувшись, неожиданно подмигнула ему, и грациозно покачивая сильными бёдрами в облегающих штанах, вышла в дверь.
   Потом они помылись чуть тёплой водой в душе, расположенном внутри дома. Впрочем, их явно не ждали сегодня, потому что воды еле хватило, чтобы смыть мыло. Но и это неплохо. Новых штанов ни у кого из ребят не было, поэтому одели старые, а вот трусы и футболки сменили, как и носки. Поэтому все сразу почувствовали себя обновлёнными. И только потом они вышли на веранду, где за столиком уже хлопотала женщина, расставляя глиняные чашки с росписью, тарелочки с печеньем, и горшочки с мёдом. Был здесь так же и сыр, и масло. Рассевшись, выпили чаю, чем-то напоминавший привычный, но всё же отличавшийся. Андрей Леонидович представил женщину за столом, которая являлась его женой. При этом пояснил, что она очень близкий ему человек во всех отношениях, знает про него всё, и тайн от неё у него нету. Но по-русски она почти ничего не понимает, кроме нескольких слов, потому что надобности в этом здесь нет.
- Как всё же хорошо, снова поговорить по-русски. – Вздохнул Андрей Леонидович, откидываясь на спинку стула. – Что там вообще творится-то, расскажите.
- Ну, - замялся Саша, - про путч вы знаете?
- Знаю. – Ответил он. – Вы здесь не первые. Начинайте с девяноста девятого.
   Ребята переглянулись, и начали рассказ. Про смену президента, про то, что новый правитель первым делом навёл порядок на Кавказе. Как начала потихоньку восстанавливаться экономика, и расти цены на нефть. Про короткую войну с Грузией и последовавший вскоре раздрай с Украиной. Как экономика страны начала барахлить из-за санкций и падения цен на нефть, и мировой кризис. Как снова начали грызться с американцами, и влезли в Сирию. Понятно, что всего так сразу и не расскажешь, но их собеседник тем не менее то улыбался, то хмурился, переживая за страну, в которой он родился и так давно её оставил. А потом ребята попросили рассказать его, как он сюда попал.

+3

25

- Естественно, через водопад, которого нет у нас, но есть здесь. – Ответил он. – Я был учителем истории в Петропавловске. Попал туда по распределению после окончания института в Новосибирске. Знаете же, была такая практика в Советском Союзе. – Ребята закивали. – Не то, чтобы мне денег не хватало, но тогда было в порядке вещей на лето подряжаться в геологические партии рабочими. Надо было только подмазать директора школы, чтобы он отпустил на всё лето, что не сложно. Публика в тех партиях, собиралась очень интересная, так что было весело. Вот и я пристроился к одной такой партии, которая, как вы, наверно, догадываетесь, работала как раз в окрестностях той самой речушки. Они ничего конкретного не искали, это была съёмочная партия, уточнявшая геологию района и составлявшая более подробные карты. Это был мой второй выезд в поля, как говорят геологи, я даже прикупил себе ружьё по этому поводу, оформил охотничий билет. И вот, в начале лета девяноста первого года, мы отправились в горы, ставить базовый лагерь. Потом начались плановые работы. Всё шло замечательно, пока одна маршрутная пара не столкнулась нос к носу с медведем. Вообще, там положено ходить с оружием, но это лишний вес, да, и ружьё постоянно цепляется за ветки. В общем, некоторые ленились его с собой таскать, надеясь на авось, и сигнальную ракетницу в кармане. Эти были из таких. Шли по руслу  ручья, заросшего кущерями, и столкнулись с медведем вплотную. Тот воспринял их, как угрозу, и бросился на них. Геолога сразу завалил, порвав когтями. Тот даже ракетницу достать не успел. Рабочий кинулся бежать. Да, куда там. Медведь его, конечно, догнал. Но не просто порвал, а решил попробовать. Их растерзанные тела мы нашли на следующий день, когда отправились на поиски по известному маршруту. Медведь крутился рядом, возможно, мы прервали его трапезу. Сгоряча начали стрелять по нему, но серьёзного вреда не причинили, только ранив. А это, знаете ли, уже страшно. Мало того, что зверь попробовал человечины, так ещё и подранок. В общем, бросились догонять. Тот перевалил через отрог хребта, и спустился в другую долину, начал уходить по ней вверх. Мы постоянно видели капли крови на камнях, всё надеялись, что он ослабеет. Как на зло, уже в конце спуска со склона, один геолог сильно подвернул ногу, и идти не мог. Оставили его у реки, а меня вместе с ним, на всякий случай. Остальные погнались за медведем вверх по долине. Каково же было моё изумление, когда спустя немного времени я увидел на другом берегу реки зверя, спускавшегося в низ по течению. Потом, спустя время, я подумал, что это был скорее всего другой медведь. Но тогда, я выстрелил в него. Даже не знаю, попал или нет. Но медведь развернулся, и начал убегать. Что мне было делать? Сидеть и ждать? Да, ещё и геолог завопил, что уйдёт зверюга. Река в том месте была не очень широкая, метров двадцать от силы, и текла по каменистой шевере, а значит неглубокая. Я перезарядил ружьё, и бросился на другой берег. Набрал воды в болотные сапоги, а потом ещё и оступился. Течение потащило меня в низ. Если бы не ружьё, то я бы скорее всего смог выбраться, или зацепился бы на худой конец за какой-нибудь камень. Но мне его было жалко, а с одной рукой мне никак не удавалось за что-то ухватиться. Так меня протащило мимо вопящего на берегу геолога, а когда я увидел, что меня тащит в порог, и я наконец бросил ружьё, то было уже поздно. Река сузилась, стала глубже, и течение усилилось ещё больше. В общем, так я туда и слился. Потом, находясь в каком-то мутном мареве, ухватился за что-то твёрдое, примерно на уровне воды. Только благодаря этому я не утонул в бурлящем котле. Начал взбираться на эту невидимую опору, но рука скользнула, и я полетел головой вперёд. Снова упал в пену, еле вынырнул, наглотавшись воды. Потом с трудом выбрался на совершенно другой берег. Естественно, никакого геолога выше по течению не было. Там вообще никого не было. А было жарко, и росли совершенно другие, не знакомые мне деревья…
- Вас не искали? – Участливо спросил Игорь.
- Может и искали. – Грустно ответил Андрей Леонидович. – Но сюда за мной никто не пришёл, и пришлось искать своё место в жизни уже здесь.
- Обратно нырнуть в это облако не пробовали? – Спросил Игорь.
- Облако? – Удивился рассказчик.
- Да. Там посередине водопада висит это мутное и непрозрачное облако. – Торопливо пояснил Игорь.
- Думаете в нём всё дело? – Спросил Андрей Леонидович. – Я, конечно, обратил на него внимание уже здесь, и прекрасно помню, но не связал его с случившимся со мной.
- Да, когда вас несло в порог с той стороны, вам наверняка было не до этого. – Задумчиво проговорил Игорь. – А вот мы его прекрасно видели. Только не придали значения по началу, приняв за скопление брызг.
- Я спускался потом по водопаду вниз. – Поведал Андрей Леонидович. – А местный паренёк, который потом стал старостой села, страховал меня на верёвке. Вернуться я не смог. – Грустно подытожил он.
- Мы на такое не решились, но бросали туда камни и палки. – Сказал Игорь. – Все они падают в воду, как обычно. Кроме тех, кто попадает в нижнюю часть облака. Эти отскакивают назад.
- Любопытно. Я до этого не додумался, связать всё с облаком. Но результат, как мы теперь знаем, такой же нулевой.
- Да. – Мрачно согласился Игорь.
- А ружьё вы не нашли? – Спросил Саша.
- Нет. Хотя и долго искал его. Но река здесь, хоть и мельче той, но всё же не настолько, чтобы можно было обшарить дно. Сохранил только патроны. Даже высушил их потом. Но здесь не изготавливают подобного оружия. Здешний мир по многим параметрам примитивней нашего.
- Да, мы заметили. – Подтвердил Саша. – Расскажите, что здесь вообще происходит. Что за люди, как живут. И где мы вообще? На Земле хоть?
   Андрей Леонидович не спеша налил себе ещё чаю, отпил немного, и, откинувшись на спинку стула, начал:

+3

26

- Конечно, это Земля. Могли бы и догадаться по тем же созвездиям. Более того, конкретно это место, где мы сидим, вне всякого сомнения всё та же Камчатка, только оказавшаяся в другой, более тёплой климатической зоне. Поскольку я прожил здесь некоторое время, то прежде всего обратил внимания, что несмотря на в целом совпадающий рельеф, летом здесь темнеет раньше, а зимой позже, чем я привык. То есть по широте мы находимся явно южнее, и намного. Как это произошло, и почему, я, естественно, не знаю. Но это факт. Кроме того, я тут немного попутешествовал, и не только по Камчатке, которую местные называют Кинурия, но и по соседним странам, я видел местные карты, довольно хорошие, кстати, и могу с уверенностью сказать, что по крайней мере эта часть мира, соответствует нашей в общих контурах. Береговая линия, горы, острова -  всё на месте. Только климат теплее намного. Отчасти это объясняется тем, что мы пространственно находимся явно южнее. Судя по картам, то, что у нас называлось Филиппинами, здесь съехало вообще почти к экватору. Но это ещё не всё. Здесь совершенно другие океанские течения. На редкость благотворно сказавшиеся на климате. Вдоль всего западного берега Великого океана, здесь идёт очень мощное и тёплое течение, начинающееся где-то в экваториальных широтах, омывающее в том числе и берега Камчатки-Кинурии, и идущее даже дальше на север. Оно заворачивает на восток только где-то не доходя нашей Чукотки. Там, посреди моря, оно сталкивается с холодным арктическим течением, вырывающимся из пролива между материками, который здесь намного шире, рождая страшные водовороты и шторма. Моряки стараются избегать тех мест, потому что бывает, даже большие корабли там бесследно исчезают. Похожее тёплое течение омывает и берега противоположной стороны океана, и заворачивает на запад вдоль Делосских островов, которые в нашем мире называют Алеутскими. Где-то посередине происходит другая страшная встреча, которую моряки тоже избегают. Арктическое течение вбирает в себя эти воды, и движется затем почти строго на юг, через пол океана, и только у экватора встречается с таким же ослабевшим течением с другого полюса, разворачивается в широтном направлении, распадаясь на двое, прогревается в тех краях, вбирает в себя тёплые воды, и уже обновлённое и тёплое движется на север вдоль континентов, орошая их своим дыханием.
- И каков уровень развития этого мира? – Спросил Игорь.
- Примерно он соответствует нашему семнадцатому или восемнадцатому веку. Если ориентироваться на Европу. Как вы уже, наверно, видели, здесь в ходу кремневые ружья, шпаги, сабли, пушки, стреляющие ядрами. Используется порох. Строятся довольно большие деревянные парусные корабли. Процветают города, ремёсла, хорошо развито сельское хозяйство. Но разумеется, что не стоит проводить прямых аналогий с нашей историей. Здесь всё очень самобытно и уникально.
- А страны здесь какие? – Живо поинтересовался Саша.
- Страны? Разные. – После небольшой паузы ответил Андрей Леонидович. – В принципе, и Кинурия, и все острова к югу, здесь населены в сущности одним народом – элоями. Их прародиной является Элоя, и находится на Японских островах. Вообще, довольно долго весь миропорядок в этой части земного шара определяла Империя. Она и сейчас, конечно, сильна, но несколько сдала свои позиции под напором изменений. Разумеется, что эта Империя располагается на территории Китая. Примерно. Только никаких китайцев там нет и в помине. В целом там живут такие же люди, вполне европейского вида. И хоть у них другой язык, другая религия, они не сильно отличаются от элоев, разве что темноволосые там встречаются чаще, чем здесь.
- Мы их тут вообще не видели. – Вставил Коля. – На меня пялятся, как на диковинную зверушку.
- Ещё увидите. – Усмехнулся Андрей Леонидович. – Так вот. – Продолжил он после небольшой паузы. – И долгое время Империя диктовала здесь весь порядок. Даже тем народам, которые ей на прямую не подчинялись. Это очень древняя цивилизация, уходящая своими корнями как минимум на тысячелетие. Уже тогда там были большие города, могущественные государства и процветающая культура. Да, - усмехнулся рассказчик, - я тут немного поработал по своей прежней специальности, занявшись историческими изысканиями. Порылся в старинных рукописях, попытался их свести воедино. Истории, как науки, здесь, до недавнего времени не существовало. И в том, что она начала появляться, и пробуждать в людях интерес, есть и моя заслуга. – И после небольшой паузы, продолжил. – Элои долгое время находились на обочине цивилизации. То, что Империя до них в своё время не добралась, объясняется только тем, что их хранило море, и беспокойные соседи Империи со всех сторон. Да, и порядок там был не всегда. Она постоянно то тонула в междоусобных войнах, то изнывала от нашествия варваров, то вообще распадалась на отдельные части. Но всегда возрождалась, обрастая всё новыми землями. Элои в те времена полностью зависели от Империи экономически, существуя в виде нескольких государств на своих островах, и получая с материка практически всё – предметы роскоши, искусные ремесленные изделия, и в том числе сами металлы. Прежде всего железо. Нет, скорее всего, что-то было и у самих элоев, но в совершенно мизерных и недостаточных количествах. А расплачиваться им за всё это по сути было нечем. Продукция сельского хозяйства и рыба Империю не интересовали – своей было навалом. Поэтому платили людьми. Множество элоев продавалось в рабство на материк. Был и другой источник дохода – наёмничество. Молодые люди массово поступали в имперскую армию, подписывая контракт и принимая на себя специальное клеймо, защищая земли Империи от других варваров. Мало кто из них потом возвращался домой. Они или погибали где-то, или оставались в Империи, закончив контракт. И неизвестно сколько бы это всё продолжалось, если бы кто-то из северных владетелей элоев не решил добывать для продажи в рабство иноплеменников, и не двинулся бы за ними на соседние Кандийские острова, то есть на Курилы, и на Мелос, наш Сахалин. Сейчас даже неизвестно, что там жили за люди. Но они наверняка находились на несоизмеримо более низкой ступени развития, чем даже элои, потому что от них не осталось никаких сооружений. Начали ловить людей по островам, чтобы получать за них имперское золото, и покупать для себя всё необходимое. И быстро наткнулись на россыпи железа. (Речь идёт о титано-магнетитовых россыпях Итурупа и окрестных островов).
- Так у элоев появилось своё железо – продолжил Андрей Леонидович после небольшой паузы, - с помощью которого они прежде всего перевооружили свою армию по имперскому образцу. Ведь некоторые наёмники всё же возвращались домой. Другие владетели тут же бросились искать новые земли и для себя. Судя по всему, к этому времени элои научились уже строить большие корабли, тогда ещё гребные, способные противостоять океанским волнам. Поэтому вскоре, прежде всего Кандийские острова, стали представлять из себя жуткую мешанину из полуколониальных владений. Местное население безжалостно истреблялось, сгонялось на рудники, если находились новые месторождения, или продавалось в имперское рабство за золото. Кстати, золото там тоже вскоре нашли, расплачиваясь им за товары напрямую. Началась Великая Эпоха экспансии. Корабли элоев, подобно аргонавтам, устремлялись во все стороны, в поисках новых земель для поселений, и за земными богатствами. Продавать в рабство своих перестали, что подстегнуло и без того буйную демографию. На юге элои быстро освоили цепь островов, и добрались до Эвбора, нашего Тайваня. На севере начали осваивать Кинурию-Камчатку, где тоже нашли вскоре и железо, и золото. Попадались и другие металлы, прежде всего медь и олово. Всё это насыщало Элою богатством, поднимало их экономику, способствовало развитию ремёсел. Со временем, они переняли у имперцев искусство шелкопрядства и изготовления фарфора. Теперь они уже сами представляли из себя экономический центр, снабжавший различными товарами многочисленные народы, живущие по берегам океана и окрестных морей. С этого момента они открывали новые земли для того, чтобы торговать с ними, получая более дешёвые товары, которые перепродавали в Империю или другие страны, превратившись, кроме всего прочего, в великих торговых посредников и морских перевозчиков. Параллельно шло заселение новых территорий, потому что в самой Элое население плескалось через край.

+3

27

- К моменту важнейших изменений, - продолжал рассказчик, - элои освоили на юге Мегорские острова, наши Филиппины, и добрались до Флиунтии, то есть Зондских островов, которые здесь находятся по другую сторону экватора, где растеклись редкими ручейками в этом огромном архипелаге. Обнаружили пролив в Индийский океан, который называют просто Западным, и добрались до собственно Индии, с государствами которой установили торговые отношения. На севере же, освоили не только Кандийские-Курильские острова, но и остров Мелос, наш Сахалин, разбросали свои фактории по всему побережью Мелосского моря, Охотского, вытягивая все соки из отсталых туземцев. К северу от Камчатки-Кинурии тоже везде стояли их фактории, впрочем, дальше зоны влияния холодного течения они забираются и сейчас редко, потому что климат там очень тяжёлый для них. Но самое главное, что двигаясь вдоль цепи Делосских, Алеутских, островов, они добрались до американского континента, который здесь называют без затей Восточным материком, и расставили свои фактории и там. Одним словом, уже двести лет назад, они представляли из себя хоть и разобщённую, но очень большую силу, как в военном, так и в экономическом отношении.
   Тут Андрей Леонидович не спеша отпил чаю, взял со стола кусок сыра, намазал его мёдом, и с наслаждением съел.
- Я так понимаю, что вы нас подводите к чему-то важному. – Заинтриговано сказал Саша. – Появились пришельцы с нашей Земли?
- О, нет. – Ответил рассказчик, улыбнувшись. – Пришельцы были другие. Местного разлива, так сказать. Всё дело в том, это сейчас известно, что ни по северному пути, ни по южному, минуя Африку, нельзя попасть в другой океан, Атлантический. Кстати, в Африке живут всё те же негры. На севере, где-то посередине континента, я так подозреваю напротив Таймыра, море закрыто льдами круглый год. Впрочем, до этих мест иногда доходят слухи, что бывает, очень редко, когда особенно тепло, и долго дуют южные ветра, побережье там освобождается ото льда на короткое время, и проскочить на запад всё же можно. Но чтобы получить такую возможность в следующий раз, можно прождать очень много лет. Да, и вообще в тех краях климат настолько ужасен, что о плавании там на деревянных кораблях не может быть и речи. Но и на юге прохода нет. Я по началу долго не верил в это, пока сам не побеседовал с некоторыми капитанами, бывавшими в тех краях. Здесь Африка продолжается гораздо дальше на юг, чем у нас, и её южная оконечность теряется где-то в антарктических льдах. И корабли, естественно, не могут пробиться через них. На востоке такая же история. Прохода через острова Канадского Арктического архипелага так же не существует, а на юге, нет не только Магелланова пролива, но и пролива Дрейка. Горная цепь Анд, продолжается дальше на юг, то ли смыкаясь с Антарктидой, то ли просто утопая в приполярных льдах. Поэтому, если бы здесь и был свой Магеллан, он бы при всём желании не смог совершить кругосветное плавание. Тем не менее, люди смогли убедиться, что земля круглая…  Да, я сейчас употреблял исключительно привычные вам названия, чтобы не засорять голову, и было понятней о чём я. Все эти земли здесь именуются совершенно по-другому… - Поправился в конце своего длинного монолога Андрей Леонидович.

+3

28

Глава 4
- И что же это за пришельцы? – Спросил Саша.
- С запада. – Ответил рассказчик. – А потом и с востока. Это с какой стороны посмотреть. – Усмехнулся он. - Как вы сами понимаете, здесь Атлантический океан оказался отрезанным от остального мира. Люди в этой части света и сейчас очень мало знают о том, что там происходит. Жизнь там развивалась не менее бурно. Но началось всё с запада. Примерно двести лет назад, сначала на фактории у побережья Мелосского моря, а потом и на побережье океана на севере, неожиданно напали шайки каких-то неведомых разбойников. Наверно, слухи о них и успели достигнуть до торговцев, державших там склады. Но они пребывали в полной уверенности, что это сильно преувеличено отсталыми туземцами, уповая на свою довольно сильную охрану, закованную в доспехи, и на крепость стен, которые в большинстве своём были из дерева, а то и вовсе высоким частоколом. Никто не успел даже понять, что произошло, потому что разбойники были хоть и малочисленны, но имели невиданное доселе оружие, метавшее огонь и пробивавшее тяжёлыми свинцовыми шарами любые доспехи. В течении нескольких лет многие фактории по побережью Мелосского моря были разграблены, погибло много людей. А потом, очевидно, пройдя северным путём, разбойники обрушились и на фактории на побережье океана. Это были рослые и свирепые люди, с чуть смуглой кожей, и заросшие чёрными бородами почти до глаз. Я их видел – похожи на наших арабов, или кавказцев. Как потом стало известно, передвигались они по рекам на небольших, но вместительных плоскодонных лодках, способных выходить даже в море. Перетаскивали их через волоки, и обрушивались с яростью, достойной демонов, на всех, кто попадался им на пути. Убытки были колоссальными. Неведомые шайки подбирались уже к Кинурии, где было множество колонистов, и которая уже тогда считалась важным сельскохозяйственным центром, снабжавшем зерном Элою. Наместники провинций никак не могли скоординировать свои действия, и выработать общий план, поскольку принадлежали все к разным государствам Элои. Этот период истории уже достаточно хорошо известен, от него осталось довольно много документов, поэтому здесь у меня минимальное количество домыслов. Неожиданно, смог выделиться, тогда ещё мало кому известный, предводитель наёмников. Он собрал большой отряд, и предложил свои услуги наместнику Платеи, пообещав избавить страну от страшных пришельцев. Это большой город, на берегу Авачинской бухты, основой благосостояния которого является сама бухта, и всё те же железные россыпи на берегу (Халатырское месторождение). Наместник выделил ему в помощь ещё войска, корабли, и довольно большой флот отправился сначала север, прогнать пришельцев из только что разорённых факторий. Что там произошло в деталях неизвестно. Возможно, смелый предводитель грамотно использовал внезапность, или применил какую-то оригинальную хитрость, но он смог довольно легко разбить большой отряд разбойников в первом же бою, захватив богатую добычу, а главное, новое оружие и припасы к нему. Более того, он смог довольно быстро освоить принцип его использования, и научить пользоваться им многих своих солдат. Поэтому уже в следующем бою, элои наголову разгромили доселе непобедимых пришельцев, снова взяв богатую добычу, новое оружие, и припасы. За один год они очистили всё побережье от разбойников, вернувшись к зиме в Платею. Предводитель наёмников, его звали Патрок, получил всеобщее признание, большую долю в добыче, а главное, под его знамёна встали отряды других наместников, которые начали объединяться вокруг него. И насколько я знаю, уже тогда начали учиться изготавливать как само оружие, так и необходимые припасы к нему, то есть порох. Хотя на это и требовалось время.
- На следующий год, Патрок отплыл с большой армией на запад, на берега Мелосского моря, намереваясь восстановить справедливость и там. – Продолжал Андрей Леонидович. – Удача сопутствовала ему снова, пришельцы были разгромлены в нескольких сражениях, земли побережья очищены от них. Но было ясно, что этого мало. От пленных стало известно, что принадлежат они к неведомому до сих пор народу габалов, обитающему далеко на западе, долгое время расширявшими территорию своих владений, продвигаясь к берегам Великого океана. Всё дело в том, там, на западе, существовал и существует другой центр цивилизации, где использовался порох в военном деле. Габалы являлись окраиной этого мира. А когда получили доступ к огнестрельному оружию, смогли быстро разгромить своих менее цивилизованных соседей, а потом перед ними открылись совершенно дикие слабозаселённые пространства, на которые они и устремились в поисках богатств и земель для расселения.  Сейчас трудно сказать наверняка, но, кажется, сначала они вышли на западные рубежи Империи. Но испугавшись высланных им на встречу огромных армий, стали вести себя тихо. А вот с элоями получилось явное недоразумение. Больших армий они не видели, продвигались вперёд быстро, плохо понимая языки аборигенов. А встретив очередной новый народ, не обладавший в тех дальних краях большими армиями, приняли их за очередных дикарей, поступая с ними так, как привыкли – попросту грабя, а при сопротивлении убивая. А потом, когда пролилось уже слишком много крови с обеих сторон, отступать было поздно.
- Так вот! – Продолжал Андрей Леонидович, явно распаляясь. – Разгромив их отряды на побережье, и допросив многочисленных пленных, Патрок понял, что ещё ничего не закончено. Габалов гнала вперёд безумная жажда наживы, а за горными массивами, на западе и на севере, они уже создали свои базы, построили деревянные крепости и перевалочные пункты, куда неизбежно, спустя некоторое время, прибудут новые отряды искателей приключений и чужого добра. И если он хочет обезопасить побережье от них в дальнейшем, то должен показать силу элоев и там, заодно разрушив эти базы. На подготовку к этому походу ушло три года. За это время кинурийские элои изготовили большое количество своего пороха и немного нового оружия, обучив пользоваться им своих солдат. И тогда, используя захваченные, и построенные самими плоскодонные лодки, небольшая армия отправилась сначала на север, разгромив и уничтожив базы габалов там. Это аналог нашей Колымы. Там, кстати, и сейчас довольно холодный климат, с коротким летом и очень морозной зимой. Впрочем, по имеющимся у меня сведениям, не настолько суровый, как в покинутом нами мире. Тем не менее, для теплолюбивых элоев это было тяжёлым испытанием, пройти которое им стоило немалых трудов и жертв. А потом, вернувшись на побережье, и пополнив свои силы, спустились вдоль него южнее, и, перевалив через горный хребет, обрушились на форпосты габалов в долине реки, которая у нас называлась Лена. Несмотря на прибывшие с запада новые отряды, габалы и там были полностью разгромлены, а их базы сожжены.

+3

29

Андрей Леонидович немного помолчал, размышляя, что ещё поведать своим спутникам. Тогда Саша, как и все жадно слушавший этот впечатляющий рассказ, задал вопрос:
- А на западе, за хребтом, тоже так тепло, как здесь?
- Нет. – Ответил рассказчик. – Там намного холоднее, хотя, и не на столько, как в нашем мире. Судя по имеющимся здесь картам, Камчатка, и всё побережье океана, смещены примерно на десять градусов к югу. Я, конечно, не помнил точных географических координат Петропавловска, к примеру, но знаю, что он находился где-то на пятьдесят третьей параллели, и южнее Москвы. Что сейчас на месте Москвы, я понятия не имею, но здесь Авачинская бухта, именуемая Платейской, расположена на сорок третьей параллели.
- Э-э-э… - Вклинился в разговор Коля. – А здесь что, тоже используют систему градусов, аналогичную нашей?
- Вы быстро схватываете суть, молодой человек! – Похвалил его Андрей Леонидович, улыбаясь. – Как это ни странно, но, да. Позже, я обязательно расскажу, когда это произошло, и поделюсь своими соображениями по этому поводу.
- В общем, здесь всё смещено на юг, поэтому и теплее. – Перевёл разговор в интересующее его русло Саша.
- Не только. – Ответил Андрей Леонидович. – Во-первых, смещение, насколько я понимаю, не линейное. Здесь имеет место некий поворот всего континента вокруг одной точки, а может и всего восточного полушария. И эта точка поворота, по моим прикидкам, находится далеко на западе, возможно, даже в бывшей Европе. Это здесь, на самом краю, континента, смещение на юг порядка десяти градусов. А чем дальше на запад, тем оно, скорее всего, меньше. Об этом я догадался, когда увидел карты северного побережья. Я хорошо помнил, что в общих чертах оно имеет простирание на запад-северо-запад. Здесь же оно идёт почти на северо-запад. Кроме того, уже были экспедиции вдоль северного побережья, достигшие мест, где побережье забито льдами, и имеются их координаты. Я не знаю, соответствует ли здесь самая северная точка континента мысу Челюскин. Там, судя по всему, вообще этого мыса нет, а материк соединяется с Северной Землёй. Но самая северная точка, отмеченная на местных картах, находится очень близко к полюсу. В сочетании с неблагоприятной для тех мест розой холодных ветров и направлением морских течений, это и приводит к тому, что те места постоянно забиты льдами. И вообще там очень холодно. А что же касательно остальной территории, так называемой Сибири, то, да, она находится немного южнее. Но от тёплых воздушных масс с океана почти везде закрыта горными хребтами или массивами. А вот северным ветрам практически везде открыта. Поэтому, климат там если и теплее, то не на много. Да, туда иногда прорываются особенно мощные циклоны с побережья. Но верно и обратное. Сюда тоже иногда приходят гости с севера. В общем, там довольно скверная погода, как правило. Лето короткое, а зима долгая. Но вечной мерзлоты, насколько я знаю, гораздо меньше. Только на севере, ближе к Северному Океану.
   Немного помолчав, и собравшись с мыслями, Андрей Леонидович продолжил:
- Окончательно разгромив габалов, Патрок вернулся в Кинурию, увенчанный славой и всеобщим признанием. Вскоре от габалов прибыло большое посольство, договариваться о мире. Элои не претендовали на внутренние территории за горными хребтами, а потому позволили вернуться туда своим недавним противникам, но взамен потребовали не посягать на побережье, впрочем, разрешив габальским торговцам посещать его. На самом же побережье было создано несколько буферных государств, формально независимых, но во многом подчинявшимся по сложной иерархической лестнице элойским государствам, через кинурийских наместников, или напрямую. После этих событий след Патрока теряется на некоторое время, хотя, по мнению многих он мог претендовать на власть, как минимум где-то в Кинурии, или в новообразованных государствах. И возможно, его имя так бы и затерялось, если бы не новая напасть, постигшая элоев, едва они перевели дух после столкновений с габалами. Всё дело в том, что буквально незадолго до первой встречи с ними, один кинурийский купец, торговавший с землями Восточного континента, забрался в тех краях слишком далеко на юг, в поисках новых рынков сбыта, а может и новых сокровищ. Как бы то ни было, сейчас известно, что примерно в районе нашего Сан-Франциско, он обнаружил совершенно другой народ. Да, забыл сказать, что весь Восточный континент, то есть Америка, здесь тоже заселён белой расой. Туземцы, с которыми до той поры сталкивались элои, находились на крайне примитивном уровне развития. Во всяком случае, на севере. Климат там тоже довольно хороший, благодаря тёплому течению, омывающему берега. Даже в тех местах, которые мы называли Аляской, довольно тепло. Во всяком случае, до горных хребтов. За ними земля открыта северным ветрам, и там примерно то же самое, что и у нас. Так вот, этот новый народ, совершенно не походил на элоев. Это, в нашем понимании, натуральные азиаты – желтокожие и с узкими глазами. По иронии судьбы, их изначальным местом обитания является как раз Европа. И они создали довольно высокоразвитую цивилизацию, в том числе именно они первыми начали широко применять оружие с порохом. Нетрудно предположить, что они тоже в своё время начали искать путь в Индию. Но с юга им преградили путь полярные льды, а вот на западе они обнаружили новый континент, начав его осваивать сначала в погоне за золотом и серебром, а потом уже и с хозяйственными целями. Поскольку их «магеллан»  не смог совершить в своё время кругосветного путешествия, и соответственно открыть земли элоев для своего народа, то они долгое время ограничивались деятельностью на вновь открываемых землях, не рискуя отправляться в плавание по Великому океану. К тому же, у них со временем неизбежно возникли проблемы, поскольку в гонку за новыми землями включились их не менее алчные соседи, норовившие отнять наиболее лакомые куски. В общем, так уж случилось, что встреча двух цивилизаций произошла только двести лет назад. Этот народ здесь называют хайдарами. Встретив их, тот купец повёл себя точно также, как и габалы. В тех краях элои привыкли довольно высокомерно обращаться с туземцами, уповая на свою силу и организованность. По каким-то причинам, купец не придал значения явно более цивилизованному виду встреченных им людей, возможно, возникло недопонимание, из-за совершенно различных культур. В общем, элои разграбили небольшое поселение хайдаров, и задержались там, чтобы освоиться в новых землях. Но возмездие не заставило себя долго ждать. Вскоре прибыла карательная экспедиция на большом корабле с пушками. Элоев захватили в плен, тщательно допросили, и оставили у себя. А вскоре, в разгар борьбы с габалами, прямо со стороны океана, к берегам самой Элои приплыло три огромных корабля с хайдарами. Их приняли за торговцев, хотя товаров они не привезли, а только ходили по улицам, знакомясь со страной, изучая язык и местные нравы. Спустя несколько месяцев, они отправились обратно, и их никто больше не видел много лет.

+3

30

Рассказчик замолчал на некоторое время, собираясь с мыслями.
- Я так полагаю, когда они вернулись, то уже не были столь мирными. – Вставил Саша.
- Совершенно верно. К тому времени с габалами уже был заключён мир, которым все наслаждались, поэтому, когда из океана появился целый флот, состоявший из множества больших и малых кораблей, то правители Элои растерялись. А между тем, с ними никто и не собирался разговаривать. Входя в гавань, огромные военные корабли разворачивались бортом, и открывали губительный огонь из своих пушек, топя суда элоев и сокрушая береговые постройки. Затем на берег, под прикрытием орудий, высаживался десант, в кирасах и железных шлемах, с ружьями и небольшими пушками. Надо пояснить, что к тому времени в самой Элое только узнали и недавно получили несколько образцов огнестрельного оружия, ещё даже не начав его производить, в отличии от Кинурии. Поэтому оказать достойного сопротивления новым пришельцам элои не смогли. Все их отборные войска, закованные в казавшиеся надёжными доспехи, вскоре полегли под пулями и картечью. Основные портовые города оказались захвачены, а население было вынуждено склониться перед иноземными захватчиками. Но не везде. Власть хайдаров, как правило, заканчивалась за городскими стенами. Внутренние районы, и города западного побережья островов им вообще не подчинялись. Кинурия, города и земли которой раньше принадлежали различным элойским владетелям, оказалась предоставлена сама себе. То же самое происходило и в других колониях. Неизвестно чем бы всё это кончилось, если бы хайдаров не подвела их жадность. Они медленно двинулись на север, вдоль Кандийских островов, захватывая и грабя прибрежные острова, и задерживаясь там, где находили золото. На Кинурии почувствовали себя в опасности. Бывшие наместники забеспокоились, понимая, что вскоре настанет и их черёд. И снова отыскали Патрока, уже однажды спасшего их от нашествия чужеземцев. Объединившаяся Кинурия выставила большую армию. Кроме того, как оказалось, за время своего «отсутствия» на политической сцене, Патрок научился, и смог изготовить несколько орудий, небольшие образцы которых видел ранее на базах габалов. Наместник Платеи предоставил ему все мощности своих железоделательных мануфактур, где за несколько лет смогли наладить массовый выпуск пушек, черпая руду тут же с близлежащего месторождения, и переплавляя старые доспехи и оружие. Тем не менее, первое сражение, которое выиграл Патрок, произошло при острой нехватке пушек, которых было ещё очень мало. Выдвинувшись с флотом на встречу, он смог внезапно напасть на хайдаров, когда они стояли на якоре в большой и очень удобной бухте города Скира на одном из островов. (Имеется в виду остров Симушир и бухта Броутона на нём). Элои смогли незаметно высадиться на берег в другом месте, и своими небольшими ударными отрядами через предместья подкрались к самой крепостной стене и воротам, когда множество хайдарских моряков и солдат находились в городе. Как только они напали на беспечных врагов, в бухту ворвался и их флот, высаживая абордажные команды на огромные корабли хайдаров. Разгром был полный. Естественно, что с этого острова никто не ушёл, а все хайдары были или перебиты, или взяты в плен. Но главное, элоям достались почти все их корабли, много ружей и пушки. Но победа не вскружила Патроку голову. Он не отправился дальше на юг, поскольку знал, что ему удалось разгромить лишь небольшую эскадру, а для битвы со всем флотом хйдаров потребуются пушки, и совершенно по другому обученные команды на кораблях. Поэтому он вернулся в Кинурию, перевооружая флот, и усиленно тренируя новые команды. За это время, понимая всю серьёзность ситуации, элои сплотились, как никогда. Города западного побережья Элои объединились под руководством Совета Ста, куда вошли виднейшие представители их купечества и военные командиры. Но все они связывали победу с именем прославленного кинурийца, с которым поддерживали тесную связь. На следующий год огромный флот кинурийцев направился к берегам Элои. В его составе были и большие корабли, захваченные у хайдаров ранее. Используя, как всегда, внезапность, и поддержку во внутренних районах страны, они смогли довольно быстро очистить от хайдаров северные провинции. А потом состоялась решающая битва. Пушкари элоев были менее опытны, непривычные большие корабли совершали неуклюжие манёвры, но тем не менее моряки и солдаты не щадили своих жизней, понимая, что решается судьба всего их народа. Ценой огромных потерь, несмотря на то, что не раз казалось, будто поражение неизбежно, они победили, после чего им оставалось сломить лишь незначительное сопротивление брошенных в городах гарнизонов, что было уже не трудно.
   Андрей Леонидович замолчал, собираясь с мыслями для дальнейшего рассказа. И после небольшой паузы продолжил:
- Несмотря на победу, в Элое на этот раз не наступило эйфории. Все понимали, что перед новыми пришельцами они очень уязвимы. И пусть через несколько лет, но они появятся снова на своих огромных кораблях, и, возможно, в ещё большем количестве. Поэтому, несмотря на имевшиеся противоречия, они объединились, отдав верховную власть единственному человеку, который не принадлежал ни к одному торговому клану, или политической партии, и вместе с тем пользовался непререкаемым авторитетом в армии, и это был Патрок. Ему был дарован титул Верховного Диктатора, с очень широкими полномочиями, а расширенный Совет, куда вошли представители крупнейших городов, как самой Элои, так и многочисленных колоний, являлся его совещательным органом. Начали строить огромный флот нового типа, опираясь на захваченные корабли, и вооружая их пушками. Но хайдары всё не появлялись. Изучив захваченные карты, в их земли отправили сильную военно-разведочную экспедицию, которая застала колониальные владения хайдаров в плачевном состоянии, раздираемые новыми агрессивными соседями, так же приплывшими из-за Атлантического океана. Благодаря благоразумию адмирала, руководившему этой экспедицией, и являвшемуся ближайшим соратником Патрока, начались переговоры о мире. В Элою прибыло посольство, с которым был заключён пространный договор, регулировавший дальнейшие взаимоотношения, и разграничивавший сферы влияния.

+3


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Кинурия