Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Олбания » Вся Власть Астартес 2


Вся Власть Астартес 2

Сообщений 21 страница 25 из 25

21

К моменту прибытия к планете эскадры Гаюка вторые сутки шла наступательная операция войск Союза. Начавшие наступление 1-я мехдивизия полковника Борна и Рыцари Крови были отведены в тыл. Их сменили 2-я мехдивизия полковника Абалкина и БТГ Свена Железнорукого и Свенельда. Начарт генерал-майор Птицын блестяще управлял артиллерией группировки. "Наступление за Огневым Валом" сметало всё на своём пути. Бригаду "Писькина", как и гвардию Аун'Ким'Ына, Рюрик держал в резерве и не пускал тау вперёд, чтобы те сдуру не напоролись на Огневой Вал Птицына. За день до наступления в тыл зеленокожих ходили разведгруппы Тревека и навели там шороху. Во время самого наступления были высажены тактические десанты в ключевых точках обороны противника. Это были десантно-штурмовая группа Рыцарей Крови под командованием Дина Руту и ДШБ Володыевского. Всё это обеспечило великолепные темпы наступления и очень низкие потери у наступающих. Как только эскадра вернулась в состав флота, Рагнар, Ба'кел и Рок повели свои группы в бой. Плюс, все не принимающие в высадке десанта Ястребы нанесли БШУ по отступающим колоннам. Таким образом, мощные БШУ плюс высадка трёх штурмовых групп, по две сотни астартес в каждой, стали последней каплей, которая окончательно сломила организованное сопротивление противника. После это, охваченная паникой восточная группировка орков перестала существовать как единая организованная сила. Зеленокожие откровенно драпали - кто-то в западную, лесную группировку, а остальные, как правило, в сторону городского конгломерата.

Соваться в леса Рюрик желанием не горел, поэтому было решено идти на городскую группировку орков и зайти им в тыл со стороны юго-востока. Когда до противника остался один дневной переход, Рюрик объявил двухдневный отдых войскам. У него на это были две причины. Первая причина - это отдых. Железный хотел, чтоб люди нормально отдохнули, выспались, так как они окончательно завладели инициативой и гнать войска вперёд без отдыха причины не было. Второй причиной был сверхтяжёлый танк "Эгивисир", который после боя с титанами орков получил тяжёлые повреждения и был эвакуирован на "Месть Волка" для ремонта (также как и командирский Лендрейдер Эйнара). Теперь ремонт машин был закончен ("Гери", у которого заклинило башню, был отремонтирован в полевых условиях) и Рюрик решил восполнить Особую танковую группу.

Тау, воспользовавшись моментом, нанесли удар в обход конгломерата, отрезая орков с востока, и прорвались на юг. Таким образом, на левом фланге войск Союза появились союзники, чьи передовые отряды вскоре должны были появиться и соединится с армией Рюрика. По данным Аун'Ким'Ына, в прорвавшимся к ним соединении было много частей гуэ'веса. Исходя из этого, Железный решил разместить на левом фланге танковый полк 2-й мехдивизии, кавполк Гвардии Горна и отдельный танковый батальон майора Кастилии. Также, на левом фланге была сосредоточена группа Стальных Кобр. Такое количество неастартовских войск на левом фланге было размещено по политическим соображениям - Рюрик хотел произвести впечатление на гуэ'веса техническим оснащением его неастартовских войск, так как опыт войны на планете Зиберт показывал, что тау не давали человеческим частям своего вооружения и техники. Людей, вступивших на службу Империи, Тау оснащали исключительно трофейной матчастью, не допуская их до своих технологий, и использовали, как правило, как пушечное мясо. На этом контрасте Рюрик и хотел набрать себе очков у местных представителей человечества. Железный, прихватив с собой Скальда и Свена Копилку, прибыл на левый фланг. К Волкам присоединились комдив-2 Абалкин и командир кавполка подполковник Захарченко. Аун'Ким'Ын, которого вызвал Рюрик, задерживался, получая какие-то охрененно важные ЦУ от Аун'Хош'Мина. Абалкин и Захарченко отошли в сторону покурить. Табачный дым не раздражал астартес, и во время штабной работы либо во время совместных попоек смертные дымили напропалую, однако, если была такая возможность, смертные старались отойти в сторону. Вот и сейчас, офицеры из вежливости отошли в сторону. Передовые части тау уже приближались, и вскоре из перелеска появилась колонна из 12-и БМП "Скат" в сопровождении роя парящих дронов, половина из которых была ударными. БМП остановились из них начали выпрыгивать бойцы в броне касты Огня, на которую ланцеры (как с подачи Скальда стали именовать набранные на Зиберте войска) смотрели с нескрываемой завистью, так как их бронежилеты и каски серьёзно уступали доспехам пехоты тау (силовая броня для смертных ещё только разрабатывалась). Солдаты тау покинули бронемашины и только начали строится, как Рюрик, Скальд и Свен совершенно синхронно выпалили:

- Твою мать!

Волки изумлённо оглядели друг друга, и Скальд спросил Рюрика:

- Как ты понял, Брат?

- Чутьё, Брат! Почуял чутьём. А ты?

- Я же псайкер, мать твою! Я вижу их души.

- Э, аллё! - Рявкнул Свен Копилка. - Вы чё, два мудака, вообще башкой поехали? А, бля, просто по-человечески посмотреть не судьба, ага? Стоите тут - дрочите судьбу! "Я почуял", "я псайкер - я вижу"! Тьфу, бля! (Свен грязно выматерился) В шары что-ли долбитесь? Самому последнему дятлу в галактике видно, что это люди, а не тау! И только два кретина нихера не видят (Рюрик и Скальд при этом покраснели). Да, сука, за километр видно по тому как они двигаются, что это люди! Дебилы, бля...

Рюрик и Скальд смущённо ощерившись, переглядывались и корчили рожи в сторону разошедшегося Свена. Тем временем, один из командиров тау снял шлем, и стало совершенно очевидно, что это люди.

- Всё, заткнись! - Рявкнул Рюрик. - Развонялся здесь...

Рюрик расстроился. Железный понял, что все его усилия для набора очков среди людей оказались напрасны. Местные гуэ'веса были совершенно ассимилированы тау и вооружались и оснащались совершенно также, как сами тау. Интерес к планете у сына Рагнара сразу же пропал.

- Да, Щенок, здесь нам сторонников не найти.., - произнёс Скальд, поняв о чём думает Рюрик. - Видимо, придётся левый фланг перетасовывать?

- Конечно! Весь расчёт был на встречу с людьми! Вот, бля, и встретились...

К  Волкам присоединились Абалкин и Захарченко, а также подошёл Змей Горын, и командиры начали обсуждать - кому и куда перемещаеться. В это время из-за перелеска показалась колонна, привлёкшая всеобщее внимание.

- Кишки Императора! Это что за твари? - Выпалил удивлённый Горын.

- Жуткие чудовища.., - произнёс Свен.

- Обоссы меня Святой Кракен... В жизни ничего подобного не видел... Пробормотал изумлённый Рюрик.

Из перелеска в их сторону, минуя колонну "Скатов", двигалась колонна ящеров, на спинах которых сидели мерзкие чудовища с головами (на затылке которых была грива из длинных игл), напоминавшими ящеров либо птиц. Параллельно кавалерии ящеров двигалась колонна открытых гравитационных транспортёров, в каждом из которых сидело не менее двух десятков монстров, ощетинившихся стволами всевозможного вооружения.

- Круты.., - произнёс Скальд.

- Кто? - спросил Горын.

- Круты. Союзники тау.., - уточнил вульфен.

Это действительно были круты. Основные силы круутов представляли 200 всадников на кнарлоках и 40 гравитационных транспортёров, которые тау предоставили своим союзникам для повышения мобильности их пехоты. Транспортёры не несли никакого вооружения, и были исключительно транспортным средством. Также, в состав кавалерии входили 4 десятка всадников на круутоксах, на закорках которых на шарнирном кронштейне были установлены крупнокалиберные импульсные винтовки. Ещё 2 десятка круутоксов тащили буксируемые миномёты. Завершала колонну кавалькада из 5-и десятков ящеров, увешанных ящиками с минами, патронами, гранатами и гранатомётными выстрелами. Вокруг всего этого милитаризованного зоопарка скакали стаи каких-то мелких ящеров, по всей видимости аналог собак у крутов, а над колоннами вились крутосоколы, выполняющие роль воздушной разведки. Больше половины крутов были вооружены длинноствольными импульсными ружьями с длинными кинжалообразными штыками. Остальные были вооружены гранатомётами, пулемётами, карабинами, огнемётами и плазменными винтовками тау. Круты и их ящеры были покрыты камуфляжной раскраской, а также всевозможными камуфляжными тряпками и сетями. На всех крутах были керамические нагрудники, что было единственным видом их доспехов. На левом плече круты имели зелёные повязки с перекрещенными красными ножами. Больше половины крутов (а не только пулемётчики) были обвешаны пулемётными лентами, а не имеющие лент, были обвешаны связками гранат и гранатомётных выстрелов. Выглядело войско крутов очень воинственно.

- Похоже, что товарищи ксеносы относятся к военному делу настоящим образом.., - выпалил Скальд.

Над всей кавалькадой монстров, возвышался огромный Великий кнарлок. На его хребте восседал очень крупный крут, по всей видимости предводитель с окрашенными в красный цвет иглами гривы. Крут был вооружён двумя импульсными пистолетами и тяжёлой кривой саблей, за поясом крута были два длинных кривых кинжала. Вождь был не единственным всадником на ящере, позади него на спине зверя сидели ещё 6 бойцов с длинными винтовками со штыками. Вождь поднял руку и что-то прокричал, после этого колонна встала, а предводитель направил ящера в сторону стоявшей группы во главе с Рюриком.

- Ммм... Какие бусики красивые! - Съехидничал Свен по поводу ожерелья из клыков на шее вождя, которые висели поверх его керамической кирасы. Командиры захихикали, отпуская грязные шуточки. А Скальд резюмировал:

- Да уж... Колоритный у них директор зоопарка.

Не доходя 20-и метров до группы Рюрика, ящер остановился, и предводитель спрыгнул на землю. За ним спешились остальные 6 его спутников. Подойдя к группе астартес и смертных, крут, по птичьи склоняя голову на бок, осмотрел всех присутствующих и выдал:

- Кха! Кха!

- Чё раскаркался, ворона? Бельма, бля, вылупил свои.., - проворчал Скальд.

- Кха! Кха! - Прокаркал крут и втянул воздух в ноздри, после чего заявил. - Кха! Что-то русским духом запахло... Гой еси, богатыри звёздныя! Кха! Кха! Далеко же занесло сынов Великой Гагары.., - крут обнюхал Свена и продолжил, - и Солёную Треску.., - предводитель уставился на Скальда, - и колдуна полукровку... Кха! Кха!

- Кха! Кха! Кха! - загалдели телохранители. И тут до Скальда пошло, что круты смеются. Вульфена поразило, что у ксеносов такое же, как и у людей, чувство юмора. Вождь встал напротив Рюрика, по-птичьи склонил голову на бок, после чего, задёргав плечами, как кочет крыльями, прокаркал:

- Кха! Кха! Что, добрый молодец, дело пытаешь, али от дела лытаешь, а?

- Слышь ты, каркуша, - встрял Скальд, - этот добрый молодец, сам Рюрик Железный, всосал?

- Ты, чудище заморское, сначала добра-молодца напои, накорми, в баньке попарь, а потом уже и вопросы задавай. По всем понятиям так, - весело улыбаясь ответил Рюрик.

- Кха! Я Дук Алакост! Вождь Крови клана Красные Ножи! Для меня честь приветствовать Железного Вождя! - Крут прижал правую руку к груди и изобразил поклон. После этого вождь протянул руку. Это было настолько по-человечески, что Рюрик опешил, однако быстро нашёлся и пожал круту руку. Рукопожатие было крепким, в руке вождя чувствовалась недюжинная сила. После обмена рукопожатием, Дук Алакост заявил:

- Мои семь колен пройдут через ваши боевые порядки. Наш путь лежит на запад. В леса, - вождь при этом склонил голову на бок и моргнул одним глазом (Рюрик только потом понял, что крут ему подмигивал), после чего повернулся к колонне своих войск и картинно обводя её рукой, произнёс, - Красные Ножи, извольте видеть, по грибы собрались. Кха! Кха!

- Кха! Кха! Кха! - загалдели его спутники, после чего один из них прокричал что на своём птичьем языке в сторону колонны, и вся крутовская рать закаркала: "Кха!Кха! Кха!", радуясь удачной шутке своего вождя. Астартес и смертные тоже засмеялись, оценив юмор Дука. После этого Вождь обменялся рукопожатием со всеми присутствующими, прокричал что-то своим спутникам, и те начали забираться на ящера. Дук, разведя руки в стороны, сказал:

- Для меня честь - знакомство с великими воинами! Надеюсь, когда-нибудь Высшее Благо позволит мне сражаться вместе с вами! Красные Ножи знают о ваших славных победах! И будут горды встать рядом с вами! А сейчас, мне пора идти! - Сказав это, Дук довольно-таки ловко забрался на ящера и произнёс. - Прощайте сыны Великой Гагары из племени Кедра, открывшей путь к звёздам! И ты (Дук подмигнул Свену), Солёная Треска, прощай! Запомните! Если будет тяжело - зовите Красных Ножей! - Вождь обнажил саблю и отсалютовав командирам Союза, прокричал во всю мощь лёгких - Кхарра!

- Кхарра! Кхарра! Кхарра!, - троекратно гаркнуло войско крутов, салютуя оружием в сторону союзников. После чего, крутовская рать двинулась дальше.

- Мужчины, - обратился Рюрик к присутствующим указав на колонну крутов, - а это дерьмо мне нравится гораздо больше чем синезадые! У парней по крайней мере есть чувство юмора.

- Да уж.., - проскрипел Скальд, - Ба'келу бы они понравились...

- Почему, именно Ба'келу? - спросил Свен.

- Ну это я так... Образно... А вообще, эти милые создания, в отличие от Сынов Злобы, действительно едят убитых врагов.., - ответил Скальд.

- Пакость какая.., - проворчал Абалкин.

-  А что ещё за Великая Гагара? - изумлённо выпалил Рюрик.

- И что ещё за племя Кедра? - произнёс Горын.

- Вашу мать! - Вскрикнул Скальд и схватился за голову, и простояв так с минуту и дико вращая глазами, выпалил. - Данунахер! Этого не может быть! Этого! Не может! Быть!

- Старый, ты чего? - Рюрик не на шутку взволновался.

- Этот предводитель команчей говорил о Гагарине! Понимаете, придурки, о Гагарине! Как я сразу не понял! Великая Гагара открывшая путь к звёздам - это Гагарин! А Кедр - это его позывной! Но откуда? Откуда, обоссы вас всех Святой Кракен, этот дикарь обладает такими знаниями?

- Твою мать! - Выпалил Рюрик.

Остальные, находясь в полном недоумении, начали требовать объяснений. Пришлось Скальду объяснять, что первым человеческом полетевшим в космос был Юрий сын Алексея Гагарин. После чего Скальд обратился к Рюрику:

- Слышь, команданте, после такого стресса категорически необходимо дерябнуть! Ты как хочешь, а я выпью!

- Согласен.., - задумчиво произнёс Рюрик.

- Горыныч, ты как? - Вульфен выразительно почесал кадык.

- А я чё? Я как все.., - тут же согласился Горын.

- Вот это по нашему! - Радостно вскрикнул Скальд. - По православному!

- По-каковски? - Спросил Свен.

- По рабоче-крестьянски, - смеясь ответил вульфен, и оглядев всю компанию добавил. - Ну что, славяне, айда остограмимся во славу русского оружия. - Затем Скальд уставился на Свена и, подражая круту повернув голову набок пророкотал. - Ну и ты, Солёная Треска, тоже присоединяйся.

Вся компания расхохоталась. А удивлённый Горын произнёс, обращаясь к Скальду:

- Дружище, выпить в хорошей компании я, конечно же, всегда за. Только ты говоришь кучу непонятных мне слов... Не можешь мне объяснить, о чём это ты?

- Горын, дружище, - встрял Рюрик, не дав ответить Скальду, - наш Добрый Волшебник, который на самом деле - обычный балаганный фокусник, который пищу-то в дерьмо с трудом превращает... Так вот, он у нас припиз***нутый слеганцушки. Любит тень на плетень наводить, чтоб отвлечь публику от своих шарлатанских манипуляций. Так что, дружище, не обращай внимание.

Скальд, тем временем, приобнял набыченного Свена и пророкотал сквозь смех:

- Ладно ты не дуйся, чурка нерусская...

- Пошёл в жопу, - просто ответил Свен Копилка.
Компания, смеясь и шутя друг на другом, отправилась в расположение кавполка Захарченко. Свен связался с Ларсом, и вскоре последний примчался на своём спидере, привезя всё необходимое для глоток астартес (так как напитки для смертных у кавалеристов имелись). Во время попойки Скальд всё-таки был вынужден объяснить, почему Дук Алакост назвал их всех одним племенем, а Свена выделил в другое, а также почему Скальда назвал полукровкой. Горын слушал открыв рот, так как он сам и большая часть его ордена были этнические славяне. Как оказалось - Мир Великого Змея был заселён одной из фракций, покинувшей Вострою. Эта фракция не ужилась с остальными и вынуждена была покинуть планету. Причиной тому были религиозные разногласия. Фракция предков Горына исповедовала какой-то древний языческий культ. Как понял Скальд, предки Горына и его сопланетников были "Детьми Перуна" - фракции патриотов, принимавших участие в восстании против Корпораций и бежавших с древней Терры. На планете перуновцы одичали, став племенами варваров. На планету ещё дважды прилетали смешанные  группы колонистов, однако, построить цивилизацию они тоже не смогли и одичали. Именно в таком виде планету и застали потомки Жиллимана, которым пожаловали этот варварский мир.

На следующий день началась операция в городском конгломерате. Два дня длилась артподготовка, а также бомбардировка Громовыми Ястребами позиций зеленокожих. Ввязываться в городские бои, которые неизбежно привели бы к большим потерям, Рюрик категорически не хотел. Практически на коленке были созданы штурмовые группы, состоящие из Лендрейдеров и тяжёлых танков "Сикаранец", которые и входили в городские кварталы. В основном же действия войск Союза сводилось к выявлению позиций и мест скопления зеленокожих, как правило с помощью ауспиков астартес и разведывательных дронов тау, и нанесения артиллерийских ударов. Войска Союза продвигались очень медленно, зато не несли потерь. Так продолжалось неделю, пока к планете не вернулся флот тау.
Как оказалось, Макмет увёл свой флот в систему Барбоза, которая находилась в подчинении септа Н'драс. В системе был обитаемый человеческий агромир, поставляющий продовольствие тау. Похоже, что на него Макмет и нацелился. Командованием кор'ваттры было принято решение не идти в систему Барбоза, поскольку это мог быть отвлекающий манёвр, с помощью которого Макмет мог выманить флот из системы и затем ударить по Н'драсу.
Узнав об этом, Рюрик решил действовать. Поскольку перелом в войне (благодаря вмешательству Союза) был достигнут, Железный заявил, что добить орков тау смогут и сами, а он отправляется в систему Барбоза, а также начинает охоту на Макмета. Не сказать, конечно же, чтоб Аун'Хош'Мин был в восторге от этого, однако поделать ничего не мог. Таким образом, через неделю после возвращения кор'ваттра, когда была завершена погрузка войск на корабли, флот Союза в полном составе отправился в систему Барбоза. Крейсер "Ор'ес" Аун'Ким'Ына вместе с бригадой "Писькина" убыл вместе с ними.

0

22

Ворвавшись в систему Барбоза, флот Союза не смог застигнуть врасплох армаду орков, которые нацелились на единственный обитаемый мир системы - планету Одланд, и Макмет увел свои корабли из под удара. К этому времени, зеленокожие успели высадить десант численностью от 200 до  300 тысяч под командованием брата близнеца Макмета - Макмута. Орки высадились в обширной тундростепи под названием Ууген, где раскинулась самая большая как по территории, так и по численности войск (хотя и наименьшая по численности населения) провинция Чубулкын, которую населяли потомки аттильских полков, брошенных во время Дамокловой войны. Под их удар попал город Алтын-Орда, который был захвачен на второй день вторжения. Зелёная Волна пёрла с севера на юг. Направление их удара приходилось между столицей провинции - Улан-Батором и Алтын-Ордой, которые соединяла железная дорога. Причём, Алтын-Орда была конечной станцией, а от столицы Улан-Батора (в которой находился единственный на планете космодром), железная дорога шла дальше на юг и соединяла Чубулкын с Барном - городом государством, основанном первыми колонистами, куда впоследствии пересилили мордианских военнопленных.
Совет Толстого Пояса, куда входили 15 зайсанов (вождей кланов скотоводов), объявил Походным Каганом вождя Маадай-Кара, который был зайсаном клана Ойгылык. Каждый клан имел свой тумен (в данном случае речь идёт не о 10-и тысячной группировке, а об отрядах клановой милиции численностью от 2 до 5 тысяч), представляющий из себя отряды лёгкой пехоты, кавалерии и летучих отрядов на багги, байках, трайках и тд и тп. Вооружены клановые тумены были стрелковым оружием всех видов, а также гранатомётами, огнемётами и ПТУРами. Из артиллерии у алыпов (как назывались степные бойцы) были только буксируемые миномёты. Из бронетехники только колёсные либо гусеничные вездеходы, обшитые лёгкой бронёй и вооружённые болтерами. Общая численность туменов насчитывала порядка 60-ти тысяч, однако, в сложившейся обстановке, численность была увеличена до 90 тысяч. Все 14 туменов (тумен клана Туба погиб в боях за город Аил-Орда, защищая свой клан, остатки которого бежали в кланы Ойгылык и Кайгылык) собрались севернее линии Улан-Батор - Алтын-Орда. Это было наилучшее место для обороны, так как имело рокадную железную дорогу, что позволяло снабжать войска и маневрировать резервами. Вот только вся беда была в том, что скотоводы не имели тяжёлой техники и дальнобойной артиллерии. А вот зеленокожие имели большое количество артиллерии и танков, а также 2 Гарганта (правда скотоводы и их союзники об этом ещё не знали). Вся надежда была на 5-и тысячную мехбригаду Барна. Бывшие мордианцы имели на вооружении "Василиски" и "Сотрясатели", что было крайне необходимо. Основной материальной частью бригады были БМП "Химера", а также 2-е танковые роты "Леман Руссов".

В то время, когда поднятая по тревоге бригада потомков "Железных Мушкетёров" прибыла на станцию, где начала грузиться на эшелоны, и прибыл флот Союза. Макмет тут же увёл свои корабли подальше от планеты. Железный приказал кораблям готовится к орбитальному удару, однако, связавшись с Маадай-Кара, вынужден был отменить приказ. Всё дело в том, что тундрастепь имела очень хрупкую экосистему и, к тому же, являлась основным источником как жизнедеятельности, так и экономики планеты. Главным занятием местного населения было животноводство (в самой тундростепи) и земледелие (в степи, в которую переходила тундростепь простираясь дальше на юг). Полномасштабный орбитальный удар выжег бы всю бескрайнюю равнину и обрёк население планеты на голод. А учитывая обстановку в септе Н'драс в частности, да и во всей империи в целом, была большая вероятность того, что караваны с продовольствием могли и не прийти, и тогда планете грозило бы вымирание. Таким образом, вместо полноценного орбитального удара, было решено ограничиться бомбометанием. Два фрегата Стальных Кобр, "Сокол" и "Ястреб", поочерёдно вывалили на зеленокожих контейнеры с фугасными и кумулятивными бомбами. После этого бомбометанием занялись Громовые Ястребы. Десятки шаттлов в течении суток сбрасывали кассеты с бомбами, а затем, нагрузившись под завязку противотанковыми ракетами, начали охоту за бронетехникой. Результатом бомбовых и ракетных ударов было уничтожение не менее 30-и тысяч орков и сотен единиц техники. После чего началась десантно-штурмовая операция. Штурмовые группы Рагнара, Ба'кела и Руту с трёх сторон обрушились на орду зеленокожих. Главной задачей десантных групп было сковать действия противника и замедлить темпы его наступления, чтобы позволить успеть высадить достаточное количество войск. Однако Макмут (также как и его брат) был далеко не глуп, и понял замысел астартес. Поэтому, несмотря на тактические десанты в тылу и на флангах, Макмут бросил вперёд подвижные части на багги и байках. Не мене 40-а тысяч зеленокожих нацелились перерезать линию Улан-Батор - Алтын-Орда. Маадай-Кара повёл 50 тысяч воинов им наперерез. В степи намечалась грандиозная, невиданная доселе битва. Сами же тактические десанты пришлось сворачивать, так как астартес стали нести большие потери. Макмут довольно-таки грамотно организовал противовоздушную оборону своей армии. Ее основу составляли батальоны гранатомётчиков, которые ждали снижения шаттлов, а затем обрушивали на них шквал кумулятивных выстрелов. В результате у космодесанта были сильно повреждены 7 Ястребов, 2 из которых не смогли уйти в космос и вынуждены были идти на космодром в предместье Улан-Батора. В десантных операциях погибло 5 астартес (3 Рыцаря Крови,1 Волк и 1 Сын Злобы) и более 50-и были тяжело ранены. Неудача ждала и Призрачных Рапторов. Заброшенные ДРГ не смогли повторить свой излюбленный фокус с ликвидацией "Главной Зелёной Задницы", как выражались сами Рапторы. Макмут был окружён двумя десятками башкотрясов, 6 из которых были настоящие тяжеловесы. Разведгруппу обнаружили, и началась охота, в ходе которой 1 Раптор погиб и 7 были тяжело ранены. Пришлось срочно эвакуировать диверсантов. Братья Макмет и Макмут оказались серьёзным противником, и сам собой напрашивался очевидный вывод: если бы не своевременное вмешательство Союза, братья завоевали бы септ Н'драс и прилегающие к нему территории космоса.

Тем временем шла высадка войск на космодроме. Первыми высаживались БТГ Свенельда и гвардия Аун'Ким'Ына из 40 Кризисов. В это время прибыла бригада потомков мордианцев. Аун'ким'ын изволил лично высадиться в числе первых и возглавить свою гвардию. Вместе с парнями Свенельда высадился и сам Скальд. Вульфен сразу же подчинил себе все имеющиеся в столице войска, а это были 25 тысяч степных алыпов и 5-и тысячная мехбригада Барна. Ещё 15 тысяч находились в городе Алтын-Орде. Скальд понимал, что сдержать 40-ка тысячную орду зеленокожих 50 тысяч бойцов Маадай-Кара не смогут, даже учитывая значение местности. Орки рано или поздно всё равно сомнут степняков, поэтому, необходимо срочно оказать помощь степным батырам. Скальд приказал барновцам не выгружаться, а ждать погрузки на эшелоны остальных войск - БТГ Свенельда, гвардии Аун'Ким'Ына "Щит Н'драса" и 4-х тысячного тумена клана Тиргеш (в тумен входили ещё 2000 всадников, однако конницу Скальд не взял, как не взял её и Маадай-Кара). Когда эшелоны были загружены и были готовы отправляться на фронт, на космодром прибыл сам Рюрик Железный в сопровождении парней Рагнара. Узнав об этом, вульфен попросил Железного подскочить на ЖД вокзал и выступить с пламенной речью перед войсками, что последний и исполнил. Речь, действительно, была пламенной. От крепких фенрисийских выражений чуть не оплавились рельсы. По окончании выступления Рюрик махнул рукой, давая добро на отправку. По перронам разлетелась команда: "По эшелонам!" и личный состав погрузился в вагоны и на платформы. Скальд дал команду командирам частей настроить громкоговорители на определённую частоту (которой, естественно, была Волна Скальда) и вышел на связь с зизитоповцами:

- Гамаюн... Гамаюн... Я Пендаль... Приём...

- Пендаль... Я Гамаюн... Приём...

- Гамаюн... Давай "Эшелонную"!

- Есть "Эшелонную"!

После этого Скальд крикнул Рюрику: "Будь здоров, командарм." И запрыгнул на платформу с закреплённым на ней Носорогом. Эшелоны начали движение. Через две минуты в громкоговорителях раздались звуки начинающего движение паровоза. Паровоз "чухал", медленно набирая обороты. Также, медленно набирая обороты, начала звучать песня:

Эшелон за эшелоном,
Эшелон за эшелоном:
Путь-дорога широка.
Командарм велел - и точка!
Машет беленьким платочком
Дону синему рука.

Чуханье становилось немного быстрее, ускорилась и песня:

Эшелон за эшелоном,
Эшелон за эшелоном:
Путь-дорога широка.
Командарм велел - и точка!
Машет беленьким платочком
Дону синему рука.

Чуханье стало гораздо быстрее, паровоз набирал скорость. Вместе с ним набирала скорость и летела лихой кавалерийской атакой:

Нас с тобою, Ворошилов,
Жизнь походная сдружила,
Вместе в бой летели вскачь:
Вспоминает враг с тоскою
Бой под Белой Калитвою,
Бой под станцией Калач.

Нас с тобою, Ворошилов,
Жизнь походная сдружила,
Вместе в бой летели вскачь:
Вспоминает враг с тоскою
Бой под Белой Калитвою,
Бой под станцией Калач.

Чуханье поезда набрало максимальные обороты, и песня летела пулей:

За Царицын, за Царицын
Дни и ночи будем биться,
Пики с пиками скрестя:
И не смыть ее дождями
На бугре и в волчьей яме -
Кровь рабочих и крестьян.

За Царицын, за Царицын
Дни и ночи будем биться,
Пики с пиками скрестя:
И не смыть ее дождями
На бугре и в волчьей яме -
Кровь рабочих и крестьян.

Командарм велел - и точка!
Машет беленьким платочком
Дону синему рука.
Эшелон за эшелоном,
Эшелон за эшелоном:
Путь-дорога широка.

Пламенная речь, а также залихватская песня подняли боевой дух одландовцев на невиданную высоту. Видя лихо отплясывавшего Скальда (успевшего опрокинуть за воротник) и не отстающих от него Волков (тоже успевших отведать фенрисийского напитка), степняки и барновцы потрясали оружием и тоже пускались в пляс.

В это время в степи начиналась битва. Передовые разъезды алыпов уже достигли Зелёной Волны. Завязались первые перестрелки. Внезапно зеленокожих атаковали сотни байков и багги. Отряд батыров численностью около 2-х тысяч ударил во фланг авангарда орков. Опрокинув одних и рассеяв других, алыпы двинулись вглубь боевых порядков орков, ведя шквальный огонь из всех видов стрелкового оружия. Однако, находящихся перед ними орки уже знали об ударе, и эффекта неожиданности не получилось. Алыпов встретили слаженным огнём пулемётов, после чего орки контратаковали. Батыры не выдержали удара и начали пятиться назад. Зеленокожие всё напирали и напирали, и алыпы дрогнули и в панике рванули обратно. Раздался чудовищный рёв - это воодушевлённые успехом орки рванули вперёд. Не менее 5-и тысяч особей бросились в погоню за бегущими алыпами, которые драпали почти не оглядываясь и не отстреливаясь, всецело поглощённые одной целью - спастись. Батыры выжимали из двигателей всё что можно, однако оторваться от погони так и не могли. Орки, визжа и улюлюкая мчались в погоню, инстинкт охотников-убийц предсказывал им, что добыча обречена и никуда не денется. Внезапно, раздался легко узнаваемый свист, несущийся сверху вниз. Это ударили заранее расположившиеся в оврагах 3 десятка миномётов. С двух холмов, между которыми мчалась погоня, ударили пулемёты. Мины начали рваться среди орды зеленокожих, началась свалка и сумятица. Миномёты вели шквальный огонь, а отступающие развернулись и тоже начали расстреливать своих преследователей. Несколько отрядов орков рванули к холмам, с целью подавить и уничтожить находящихся там стрелков, однако они напоролись на сплошные минные поля и, расстреливаемые с этих самых холмов, вынуждены были отступить. Вскоре, вся погоня развернулась и бросилась восвояси. Отступающие до этого алыпы кинулись в погоню, весело расстреливая бегущего противника. Миномёты прекратили огонь, чтоб не накрыть своих. Батыры гнали врага вплоть до основных сил его авангарда. После чего, степняки завязали перестрелки с авангардом и имитировали атаки; когда же, орки собравшие значительные силы снова контратаковали, алыпы вновь бросились наутёк. Однако второй раз на такую ловушку орки не купились. На поле боя осталось более 2-ух тысяч трупов орков. Алыпы потеряли 3 сотни бойцов. Маадай-Кара одержал первую победу в войне.

0

23

Ведущий подвижные части варбосс Апкал тоже был не дурак. Он разделил свои силы на 3 части и нанёс мощные фланговые удары по туменам Маадай-Кара. Основные силы Апкал держал в резерве, выжидая лучшего момента для удара. Двое суток длилась пятидневная битва. Никто не хотел уступать. Обе стороны яростно атаковали и насмерть стояли в обороне. Весенняя тундростепь, с которой ещё полностью не сошёл снег, покрылась тысячами трупов. Однако на третьи сутки левый фланг алыпов дрогнул, (сказалась усталость) и, увидя удачный момент, Апкал ударил главными силами. После двухчасового упорного боя алыпы начали отступать.Так длилось двое суток, и, как ни старались степные батыры занять оборону и остановить противника, все их попытки заканчивались неудачей. Орки всё равно сметали их оборону и вынуждали отступать. Ситуация была хуже некуда. Степной армии грозило полное уничтожение. От 50-и тысяч алыпов осталось не более 35. Орков тоже понесли тяжёлые потери, и их было менее 30-и тысяч, однако они владели инициативой, и у них было больше сил, поскольку орочьий организм был выносливее человеческого, а пятидневные выматывающие бои дали о себе знать. Алыпы не могли ни оторваться от погони, ни держать оборону. У Маадай-Кара был только один выход из сложившийся ситуации. Походный Каган объявил о наборе добровольцев в отряд смертников, более половины алыпов откликнулись на призыв, из которых были отобраны 4 тысячи бойцов. Этот тумен добровольцев стал заслоном на пути зеленокожих, позволив основным силам оторваться от погони. Вскоре на горизонте показались клубы выхлопов сотен единиц техники. Маадай-Кара понял, что это подкрепление, и отдал приказ заслону срочно отступать. Из 4-х тысяч живыми вернулись только 1200 бойцов. К тому времени как они вернулись, группировка Скальда уже соединилась с туменами Маадай-Кара. Апкал узнал, что противник получил подкрепление, прекратил наступление и начал выравнивать растянувшиеся боевые порядки. В боевых действиях наметилась временная пауза. На вечер Скальд созвал совещание, на котором должен был быть выработан план завтрашнего наступления. На совещании его внимание привлёк один очень колоритный полевой командир. Первое, что сразу бросалось в глаза, это рост батыра - 2,5 метра. Он как гора возвышался над всеми смертными. Могучую медвежью фигуру венчала неестественно большая голова. Раза в 3 крупнее, чем голова обычного человека, она была совершенно круглой формы. Лицо стопроцентного монголоида. Вместо глаз - щели бойниц. Кулаки с голову человека. Скальду не так уж и редко доводилось встречать астартес, которые были ниже ростом чем этот багатур-нойон, как его называли соплеменники. Он носил доспехи, сделанные по индивидуальному заказу. Его кираса, массивные наплечники, поножи и поручни были 5-и миллиметровой толщины (тогда как у остальных броня была толщиной 3 мм), и только шлем был стандартной толщины. Звали батыра Когюдей Культегинов. Именно он командовал туменом заслона. "Херасе детинушка" - изумленно прошептал Свенельд Скальду. Когюдей действительно производил впечатление... От него так и веяло недюжинной силой.
После совещания Скальд, забравшись на курган, оглядел костры, вокруг которых сидели воины. Картина была поразительная. Сверху - ночное бездонное небо, покрытое крупными звёздами. Видимость была отличной, и было видно очень далеко вглубь звёздного неба. А снизу - покрытая походными кострами степь, словно отражение неба в степи. Скальд начал обходить костры, слушая о чём говорят и чем дышат бойцы. Внезапно, вульфен услышал гитарные аккорды и пошёл на звук. На подходе к костру, со стороны которого и звучали струны, он услышал, как кто-то из Волков (собравшихся вокруг) произнёс: "степной скальд". Подойдя к костру, вульфен увидел сидевшего возле костра могучего батыра, в чьих руках гитара была словно детская игрушка. Батыра окружила группа алыпов и Волков. Это был уже знакомый вульфену Когюдей Культегинов. Скальду сунули в руку пиалу с молочной водкой, которую он тут же опрокинул в себя и сел, перекрестив ноги. Когюдей, ударив по струнам, запел:

Мы кровью своей окропили поля,
Дымился закат, вызывая пожары.
Чернела от горя, святая земля
Огнем полыхала у нас под ногами.
Мы молча снимали кибитки свои
И гнали вперед караваны,
Как стрелы тянулись вослед табуны,
Едва поспевая за нами.

На хвост нам насели маньчжурские псы,
Десятки хвалёных туменов,
А мы уходили с боями одни,
Скорбя и считая потери.
Мы приняли в жертву окрепших юнцов,
Тумен и ещё половину,
Пятнадцать тысяч их было всего-
Отважных и храбрых батыров.

Джунгарские барсы стояли стеной,
Как раньше в войсках Чингис-хана,
Они полегли, но закрыли собой
Ворота Джунгарского ханства.
А мы повернули на землю Кипчак,
Прошлись по степям Казахстана,
И слышалось только одно лишь: «Аллах,
Спаси нас от гнева Джунгаров».

Всё дальше и дальше на запад мы шли
И вышли к Джурджанскому морю,
А там нас приняли в объятья свои
Калмыки с Джунгарскою кровью.
Чуть раньше до нас они вышли в поход,
Покинув родные пенаты,
И так же, как мы, ураганом прошлись
По землям киргиз-кайсаков.

Мы помним былые сраженья свои,
Со смертью сходились на равных,
Свобода и честь были в нашей крови,
Они наши кровные братья.
Мы трусов, лжецов не держали в роду
И смерть принимали как должно,
Не ждали пощады на радость врагу,
Её мы считали позором.

Поникли кочевья Ойратских племен,
Лишь ветер гуляет в ущельях,
И все мы теперь тут на Волге живём,
И здесь наши новые корни.
Но вырвать бы их, и назад по следам,
Время над нами не властно,
И сердце зовет, наша Родина там,
Где земли Джунгарского ханства.
И сердце зовёт, наша Родина
там,
Где земли Джунгарского
ханства...

Скальд понял - песня, которую исполнил Когюдей, посвящалась его бойцам, которые повторили подвиг их далёких предков, закрыв собой отступление своей армии. Только вот от заслона их предков никого не осталось... Все погибли... Правда, не было там никаких 15 тысяч. Джунгарских Барсов, о которых пел батыр, было не более 2-ух тысяч, даже скорее ещё меньше. Да и "десятков хвалёных туменов" не было... Ну, по крайней мере, в той погоне. Всё было гораздо скромнее, хотя тогда в двух китайско-маньчжурских армиях, зажавших джунгаров, действительно было не мене двухсот тысяч, а может и больше, он не считал... Однако... Это же песня, а не исторический трактат. Главное, что песня достаточно точно передавала весь трагизм произошедшего. Вульфен вспомнил события, о которых пел Когюдей. Как большая часть джунгаров была вырезана (имел место быть самый настоящий геноцид) и лишь небольшая часть (вряд ли более 20 %, даже скорее ещё меньше) смогли вырваться из окружения, оставив заслон. Как они с боями пробивались через казахские степи и вышли к Джурджанскому морю (Каспию), а затем к Итилю (Волге). Вел их нойон Шееренг.  Скальд усмехнулся своим мыслям и воспоминаниям... А героические песни фенрисийцев? А былины о русских богатырях? Все преувеличивали, для красного словца... Иначе историю красиво не расскажешь... Даа... Джунгары... Последний удар монгольской пассионарности... Очень ярко полыхнули и очень быстро сгорели. Уж слишком сильными были враги... Начни они свой движняк лет на 100 раньше, возможно что-то бы и получилось, а так... Маньчжуры были уже слишком сильны, да и Русь уже раскинулась далеко на восток и пробилась к Великому Океану. Ханства Средней Азии были лёгкой добычей для лихих ойратских всадников. Однако их империя не состоялась. А ведь были времена...

               *   *   *

Хунтайджи всех ойратов и калмыков, каган Великой Степи, повелитель киргизов, телеутов, урянхов и татар, властелин Священного Алтая Цэван Рабдан ещё зимой размышлял о планах летней компании. Главный вопрос - куда ударить? Какое направление выбрать приоритетным? От этого слишком многое зависит... На Западе - всё было покорно его мечу. Пройдясь огнём и мечом по Великой Степи, его войска дошли до Джурджанского моря, на севере которого кочевали братья калмыки, с которыми тут же был заключён вечный мир. Джунгары были искренне рады, что их братья калмыки закрепились на Священном Итиле и нагоняют страху на местных поклонников арабского мракобесия. Спокойной жизни у калмыков небыло, приходилось постоянно воевать, однако они заключили союз с урусами против местных магометян, что позволяло калмыкам чувствовать себя в степи более чем уверенно. Даа... Урусы... Когда-то, в прошлом, союзники против татар... Да и сейчас... Несмотря ни на что... Он не считал урусов главным врагом. Уж слишком сильна стала Русь, сломала хребет Улусу Джучи, и раскинулась до Великого Океана и (как говорят) ещё дальше на неведомый материк. С ними лучше дружить, как это делают братья калмыки. Однако нельзя спускать им наглости. Эти северные багатуры раскатали губу на Священный Алтай, а это неприемлемо! Совершенно неприемлемо! А всему виной этот проклятый Кузнецк... Именно из него постоянно выходили закованные в броню конные сотни и шли в сторону Алтая, либо выплывали струги и ходили по верховьям Оби и Томи, и даже по Бие. Звеня бронёй и стреляя из самопалов, северные багатуры разгоняли отряды его князей и обкладывали данью его данников. И никак не удавалось покончить с этим проклятым городом. Ещё 10 лет назад посланное им войско так и не смогло взять неприступный город. Часть его полководцев тогда обвинила во всём татар, которых якобы подкупили "служилые татары" урусов. Другие обвиняли киргизов. Однако он тогда провёл тщательное расследование и убедился в невиновности и татар и киргизов. Да... Татары... Были враги, теперь же союзники против урусов. Дед рассказывал, а ему рассказывал его дед, что ойраты сами поглядывали на Сибирское ханство. И если бы не Ермак-Багатур, то быть бы Сибирскому ханству под властью храбрых джунгаров. Ха-ха... Поглядывали они... Что толку подглядывать? Надо действовать! Вот ему, Цэвену Рабдану, платит дань вся Барабинская степь. Однако и туда урусы тянут руки. Всё чаще их струги появляются в верховьях Оби. После того неудачного штурма киргизы продолжили набеги на окрестности Кузнецка. В ответ урусы начали проводить свои страшные зимние походы, в результате которых киргизы измученные карательными акциями северян, чуть было не переметнулись на службу урусам. Пришлось срочно угонять весь народ киргизов в глубь Великой Джунгарии. А после этого ударили проклятые маньчжуры, правящие севером сунской империи. Вот ещё одна головная боль. С урусами он, как и его предки, предпочитали сами не воевать, а натравливать на них своих данников: киргизов, татар, телеутов, так как большой войны, всё-таки, никто не хотел. Урусы, кстати, отвечали тем же - на самих джунгар не нападали, а резали их данников. Видимо, уважали силу джунгар и тоже не желали большой войны. Было ли это проявлением их слабости? Отнюдь! Любой кто имел дело с этим могучим племенем знал это. Урусы не отличались злобностью и кровожадностью и с удовольствием решали дела миром. Однако, если доходило до войны, то сражались они с какой-то чудовищной яростью. Особенно в рукопашную. Но и в стрельбе урусы были большие мастера. У них Цэван перенимал искусство применения артиллерии, а также отрядов, вооружённых огненным боем. Ружья и пушки в степи имели все. Однако, иметь и уметь - совсем не одно и тоже. А джунгары умели. Лучше их в умении пользоваться пушками были только урусы. А что касалось ружей, то он создал отряды, вооружённые ружьями. Они, по сути были отрядами конной пехоты, которые в бою спешивались и вели огонь линиями, как стрельцы Урусов. По-сути, это были самые настоящие драгуны. В Великой степи такого никто не имел. Джунгары были прирождёнными воинами и понимали, что воюя по-старинке, многого не добьёшься. Их послы и купцы (а на самом деле разведчики) очень тщательно изучали всё, что касалось военного мастерства северных багатуров, и, используя эти знания, джунгары перестраивали свои войска под современные реалии. Было бы неплохо заключить союз с урусами против маньчжуров. Вот только, сначала надо отучить их соваться на Священный Алтай, а там можно и мир заключать. Тем более, что мир с позиции силы заключать гораздо выгоднее, а то как бы урусы не сочли его самого слабым. А заключив мир, можно совместно ударить на маньчжуров. С этими тварями мир невозможен. Только война. Война на уничтожение. А ещё Тибет... Так хочется завладеть этой святыней... Но сперва урусы! А то совсем обнаглели! В позапрошлом году напали на зайсана Моногоча. А это не какой-то там сраный телеутский или киргизский вождь - это джунгарский князь! Такое нельзя прощать! Иначе сочтут слабым, и тогда всё... Крах империи. В ответ на это, Цэвен Рабдан двинул на Кузнецк телеуто-киргизское войско. Вели многотысячную орду телеутские князья Бойдон и Байгорок. Сводный тумен выжег окрестности Кузнецка, однако сами кузнечане, вопреки ожиданиям, не заняли оборону на стенах города, а вышли в поле. Бойдон и Байгорок повели конные тысячи в атаку, но их встретили залпы пушек и ружей, выкосившие значительное количество нападающих. Кузнецкое войско ощетинилось пиками, копьями и бердышами. Все атаки были отбиты. После этого, в контратаку пошли закованные в броню конные сотни казаков, детей боярских и служилых татар. Телеутское войско дрогнуло и поскакало прочь от страшных в своей ярости урусов. Растяпа Байгорок попал в плен. Тогда Цэван Рабдан и решил, что хватит северным багатурам гоняться за киргизами да телеутами, пора урусам познать гнев джунгаров.

И вот, с наступлением лета князь Доухар повёл 5-и тысячное джунгарское войско на Кузнецк. Дорога была хорошо знакома. Этим путём степняки не раз хаживали на Кузнецк. Конные сотни растянулись по степи и мелким сопкам. Скоро переправа через Бию, и дальше опять по степи до предгорий Саян. Вся земля вокруг была под рукой Великого Цэван Рабдана. Опасаться нечего, однако по заведённому (и тщательно исполняемому) самим Чингисханом правилу, войско не должно идти без разведки. Джунгары свято чтили и исполняли боевой устав Чингисхана, поэтому впереди войска шли разъезды, а с флангов и в тылу - сотни боевого охранения. Внезапно часть идущих впереди разведчиков вернулись обратно и доложили: переправы больше нет - на её месте стоит крепость урусов. Крепость урусов на земле Джунгарского ханства! Неслыханная наглость! Доухар повёл войска к переправе.

Караульный на вышке пальнул из пищали. Выстрел прозвучал как гром среди ясного неба.

- Наши! Дозор верхи бежит! Намётом! Не иначе, случилось чего! - прокричал караульный.

- Ульян! Ульян, падла глухая! Дуй к атаману! Бегом, волчья сыть! - Рявкнул десятник на на рыжего молодого казака, который со всех ног бросился звать командира. Однако дворянин приказчик (комендант) острога  Андрюха Муратов, которого казаки из уважения звали атаманом, почёсывая волосатую грудь, уже сам спешил на стену. Находящиеся за стенами острога казаки, побросав все дела, спешили укрыться за стенами. Вскоре весь гарнизон острога был на стене, и, выглядывая из-за тына, с волнением ждал возвращения разведчиков. Вернувшийся разъезд принёс страшную, хотя и ожидаемую весть: Калмыки! Несметной ордой прут. Перечесть не удалось. Не менее 4-х тысяч, а может и более. Через день будут здесь. Комендант сразу же отправил гонцов в Кузнецк. А затем, пораскинув мозгами, отправил ещё гонцов во все острожки, посёлки, заимки, чтобы не мешкая шли к Кузнецку - держать оборону. Таким образом, из полутора сотен гарнизона осталось чуть больше сотни. Однако против такой орды и 3-х сотен было бы мало. А так, какое-то время на переправе и одной сотней задержат, а за это время остальные успеют за стенами Кузнецка укрыться, да и сам город успеет к обороне приготовиться. Хотя, положа руку на сердце, гонцов хватило бы и двух десятков, однако Андрюха отправил аж почти сорок человек. Отправил тех, кого было наиболее жалче. Тех, кому хотел и смог подарить жизнь. Его же самого и всех остальных ждала незавидная участь. Хотя... Для кого как... Андрюха не боялся умереть в бою. Боялся он только плена. А смерть, да ещё за землю Русскую, за народ православный - что для воина лучше! Смерть не страшна.

- Идут! - Кричал караульный на вышке. Действительно, облака пыли с юга говорили о приближении многих тысяч лошадей. Вскоре стали видны чёрные тучи приближающегося по степи войска. Затем стали видны передовые разъезды, в которых можно было разглядеть одиночных всадников.

- Браты! Оружайся! Всем в железо! Фитили палить! - Проревел команды приказчик. Сам он, подавая пример остальным, уже давно был в колонтаре и татарском шлеме, на боку сабля, за поясом пистоль и кинжал, в руке пернач. Казаки одевали кольчуги и шеломы, и, вооружившись, шли на стены. Запасы пороху, свинца, а также связки стрел уже были приготовлены на стенах и у затынных бойниц. Тем временем, первые 6 сотен уже подошли к переправе.

- Фёдырыч, что скажешь? - спросил атаман старого десятника Назара Ушкуя.

- Что сказать, атаман.., - Назар поскреб бородищу, затем, сняв шелом и повесив его на частокол, вытер вспотевшую голову, и выматерившись продолжил, - лучше бы мне этого и вовсе не видеть... Сам же видишь: енто не сброд степной! Енто, брат, войско! Гляди, порядок какой, я, брат, такое токма под Симбирском видал. Когда полки царския на нас шли. О! Глянь-кось! Кажный десяток отдельно! Кажная сотня - как отдельное войско! Наши волжские калмыки тоже повоевать не дураки! Однако у ентих порядка больше! И оружие справнее! Гутарили, что оне по-сию пору по заветам своего Чингиза воюют... Что же... Похоже на то... Глянь-кось! Все окольчужены, все в шеломах добрых... Опять же, щиты у всех, саадаки, сабельки да топорики... Пики вон лёгкие... А у тех смотри! Вон у тех! Какие-то... Бес их разбери, что... На наши совни похоже... Одно слово - справное войско пришло! Я так скажу, -внезапно старый волжский ушкуйник, сражавшийся когда-то под знаменем Степана Разина, повысил голос, чтобы его слышали все присутствующие. - Браты! Войско против нас пришло доброе! Сердце радуется! От таких и смерть принять не зазорно! А то... Зарезали бы какие-нибудь телеуты сиволапыя... Срамота! А так! С честью поляжем, браты! Только, сперва дорогим гостям честь оказать надобно! Поподчивать досыта, мать иногурискнулейнулей! Старый! Ща аз свинца гостинькам нажарю! Скуснай... Ммм.., - дурашливо закатил глаза полусотник пушкарский Панкрат Устюгов. Казаки грохнули хохотом.

- Панкрат, Фрол! Готовьтесь! - Рявкнул Андрюха Муратов.

- Я готов, батька! - весело подмигнул Панкрат-артиллерист.

- Зараз исполним, атаман! - Откликнулся Фрол Куница и пророкотал своим бойцам. - Давай, браты, по линиям!

Тем временем, передовые 2 сотни джунгаров начали входить в реку. Ещё 4 сотни приготовились прикрывать передовой отряд стрельбой из луков. Грянул залп 4 пушек. Орудия ударили картечью. Река словно вспенилась десятками фонтанов. Лошади испуганно заржали и бросились прочь от реки. Несколько всадников вылетели из седла, двое из них были убиты. Также были убиты 4 лошади и ещё 5 были ранены. Залп был предупредительным. Панкрат навёл орудия, чтоб отпугнуть, так как официально войну ещё никто не начинал. Иначе, он бы бил на поражение, в самую массу всадников. И бил бы не 4-мя, а всеми 7-ю орудиями.

- Уходят! Уходят! - Кричал караульный на вышке.

Действительно, Доухар понимал, что переправа в этом месте обойдётся ему слишком дорого. Не менее 2-ух сотен урусы перебьют во время переправы, ещё столько же, если не больше, поляжет во время штурма крепости. Как ни крути, а полтыщи воинов погибнет... Слишком дорогая цена за переправу. Доухар повёл войско в обход. Таким образом, построенный в прошлом году казацким головой Яковым Максютовым Бикатунский острог сыграл свою роль, он не только перекрыв дорогу на Кузнецк, но и спас его от внезапного нападения джунгар. Гонцы уже больше суток как в пути, да и орде теперь тащиться в обход, а это ещё выигранное время. Гарнизон острога ликовал. Оставалось только непонятным, что же делать дальше...

Войско джунгаров приближалось к Кузнецку. Скальд вспомнил, как гораздо позже в "предательские времена" пошла мода давать городам звания: "Город Воинской Славы". Вот только про Кузнецк тогда никто и не вспомнил... А ведь этот город почти сотню лет провёл в сплошных сражениях. И штурмов и осад отразил не перечесть... И ни разу так и не был взят врагом. Вот и в этот раз огромное войско подошло к стенам города. Воевода стольник Михаил Овцын в прошлом годе не побоялся выйти в поле и дать бой киргизско-телеутской орде. И непросто не побоялся, а разгромил, наголову разгромил супостата. Теперь же, получив вести от казаков Муратова, он знал, что за враг идёт к городу. Отборные джунгарские тысячи шли на Кузнецк. В этот раз воевода не рискнул вести войско в поле - уж слишком грозен был враг. И огненным боем владеет, пусть и не так как стрельцы государевы, однако не намного хуже. Линиями стрелять научились, а этого никто из степняков не умел, даже крымчаки. Хотя уж эти то могли бы у янычаров перенять... Однако, не переняли... Воевода был прав - в войске джунгар действительно шли 2-е сотни джунгарских драгунов. С одной стороны - вроде и немного, а с другой - и не так уж и мало. Хорошо хоть артиллерию джунгары не взяли. Надеялись на скорость передвижения и внезапность, а пушки бы значительно замедлили войско. Поэтому, опытный полководец воевода Овцын решил держать оборону, а не лезть на рожон. Даже заматеревший в набегах казак Яшка Максютин, который всегда считал нападение лучшей обороной, соглашался, что нынче в поле лучше не соваться... Тем временем, джунгары обходили город с трёх сторон, зажимая его в клещи. Степные сотни с визгом и гиканьем проносились мимо стен, засыпая обороняющихся градом стрел. Кузнечане отвечали картечными выстрелами и залпами самопалов. Так длилось весь день, а на утро следующего дня начался штурм. Часть спешившихся сотен с лестницами и лёгкими мостками для преодоления рва (который джунгары ещё ночью пытались забросать нарубленными сырыми ветками, что частично им удалось, не смотря на то, что кузнечане бросали факелы и палили из ружей и пушек) и связками сырых веток, бросились на ощетинившиеся копьями и бердышами стены. Остальные сотни прикрывали их, пуская тучи стрел в осаждённых. Кузнецк ответил слаженными ружейными и пушечными залпами. Несмотря на потери, джунгары прорвались к стенам и, прикрываясь щитами от летевших в них камней, брёвен и льющегося кипятка, бросились на штурм. Дважды степнякам удавалось ворваться на стены, и оба раза их сбивали. После этого спешившиеся сотни отошли от стен. Весь оставшийся день степняки беспокоили город лишь стрелами конных лучников. На следующий день вновь начался штурм. Также, не считаясь с потерями, степняки прорвались к стенам, только в этот раз помимо лучников их прикрывали огнём джунгарские самопальщики, которые насобачились палить залпами. Степняки ворвались на стену. На участок прорыва, воевода бросил полусотню детей боярских. Началась сеча. Закованные в кольчатую броню бойцы яростно секлись саблями, бердышами и совнями. На подмогу закрепившимся на стене Доухар бросил свежие сотни. Воевода Овцын послал гонца к Яшке Максютину с приказом контратаковать. Из раскрывшихся ворот, звеня доспехами и сбруей, выскочили полторы сотни казаков, дворян и служилых татар. Русская конница, с гиканьем и свистом, бросилась рубить пехоту джунгар. Проём в воротах, тут же заняли две сотни ополченцев, ощетинившись длинными пиками. Спешившиеся джунгары бросились в рассыпную, а на подмогу им уже летели 4 конных сотни. Пикинеры расступились и конница вылетела обратно. Ехавший последним командир конников Яшка Максютин обернулся и показав джунгарами кулачище, обложил их отборным матом, после чего с гордостью въехал в город. Ворота захлопнулись. Не получивших подкрепление джунгар сшибли со стены, и штурм на этом закончился. На следующий день Доухар-Зайсан получив известия, что томичи идут на стругах "силою несметныя и с многия пушки", сжёг все окрестности и двинул войско обратно. Лихой казак Максютин хотел было двинуться в погоню, однако воевода категорически запретил. Стуча себя в покрытую кирасой грудь, стольник молвил раскатистым басом: " Яшка, мать твою, мне сердце вещует - заманют нехристи в западню, да повырубят всех! Это тебе не киргизы! У этих, брат, не забалуешь... Пусть без проводов гостьи дорогие убираются. Верх и так за нами".

Ясный августовский день разорвал выстрел пищали. Караульный дурниной орал с вышки: "Идут! Степняки идут!"
Действительно, Тохуар вел войско под стены Бикатунского острога с явным намерением - сравнять его с лица земли, чтоб было что доложить великому хунтайджи Цэвану Рабдану. Гарнизон острога приготовился к бою. С того времени, как орда ушла на Кузнецк, в острог прибыли две ватаги промысловиков, и гарнизон крепости увеличился до 120 бойцов. Все 7 пушек перетащили для обороны со стороны степи, а не реки, как ранее. Все оделись в доспехи. Дымились фитили. Передовые сотни уже начали подъезжать к стенам и метать стрелы в защитников. Бикатунская крепость ответила залпом картечи из всех орудий. Огненный смерч прошлом по 2 передовым сотням. Не менее 2 десятков лошадей попадало, будучи убитыми и ранеными, 7 джунгаров были убиты. Сотни отошли. Через 4 часа начался штурм. Джунгарские самопальщики и лучники вели огонь, под прикрытием которого спешившиеся сотни рванули к тыну. Залпы из пушек и пищалей заставили степняков отступить, однако перегруппировавшись, они снова бросились в атаку. Прорвавшись к тыну, джунгары, кто по лестницам, а кто и забрасывая арканы, полезли на стены. Однако закрепиться на стене степняки не смогли - уж больно люто секлись казаки, а залпы картечи в упор не дали подойти подкреплениям. Штурм захлебнулся. Остаток дня прошёл в перестрелках. Тохуар-Зайсан решил поберечь людей и больше не штурмовать. Весь следующий день джунгары пытались атаковать острог, забрасывая его стрелами. Весь день не смолкали пушечно-ружейные залпы. Джунгары пытались зажечь острог горящими стрелами, однако сделать нормальный залп им не давали залпы пушек и пищалей казаков, а одиночные стрелы эффекта не давали, так как русские легко тушили возникающие от них небольшие возгорания. Третий день тоже прошёл в грохоте и пороховом дыму. Казаки палили из всех стволов, не давая степнякам подойти к стенам.  На следующий день пороховые заряды оказались на исходе, залпы стали редкие, и джунгары смогли сконцентрировать залпы огненных стрел.

- Нойон, мои воины смогли сжечь струги урусов! - князь Шал Табунов расплылся в улыбке. - Теперь урусским собакам некуда деться.

- Порох у урусов на исходе, - Тохуар презрительно скривился, - и, расстреляв все заряды, они бы ушли по реке, так как дальше сражаться было бы бессмысленно... Теперь же, они будут драться, как загнанные в угол крысы...

Действительно, отряд телеутов, присоединившихся к войску джунгар, залпами огненных стрел сжёг струги казаков. Защитники острога смогли спасти только 2 струга из 8: 1 большой, на 2 десятка бойцов (те монстры, как у Ермака, которые могли вмещать полсотни бойцов, стали большой редкостью), и малый - на десяток. Тем временем, джунгары смогли поджечь караульную вышку и часть стены. Андрюха Муратов понимал, что это конец. Даже если они и смогут потушить стену, то пожаров будет всё больше и больше. И более 2 часов острогу не продержаться.

- Назар! - Рявкнул Андрюха Муратов. - Бери молодняк и дуй на струги!

- Да пошёл ты в жопу! Старый я уже - бегать! Сам беги! - Отшил командира старый разинец. Андрюха сплюнул, выматерился и отправил гонца к Фролу Кунице. Вскоре тридцать казаков под руководством Фрола Куницы, прихватив с собой пушку и бочку пороху, загрузились на струги и вышли к островам на Бие. Остальные казаки готовились к последнему бою. Из ста двадцати человек в живых осталась сотня. Из них 30 ушло на стругах. Остальные 70 отворив, ворота вышли в поле. Собрав последние заряды, 40 казаков шли с самопалами, остальные с пиками и бердышами. Казаки дали залп по ближайшей джунгарской сотне. Затем ещё залп. И ещё, и ещё, и ещё... Кричали раненые лошади, валились из сёдел всадники... Затем, побросав ненужные более пищали, казаки схватили привязанные к спинам бердыши и, звеня кольчугами, бросились в атаку. Назар Ушкуй с двумя саблями шёл среди первых. На подмогу атакованной казаками сотне бросились ещё две, стреляя на скаку. Рой стрел обрушился на вышедших на последнюю битву. Стрелы зазвенели о сталь доспехов и шлемов. Двое казаков упало, ещё несколько выдирали стрелы из непокрытых железом частей тела. Назар саблей в правой руке отбил нацеленную в него пику, а левой рубанул всадника по ноге. Остальные казаки с пиками наперевес бросились на всадников. Джунгары развернули лошадей и помчались обратно, меча стрелы с разворота.
Командир конных самопальщиков вопросительно посмотрел на Тоухара, но командующий джунгарским войском отрицательно покачал головой. Тохуар-Зайсан был великий воин, как по воинскому умению, так и по духу. Он знал, что в подобной ситуации очень многие в Великой Степи (и не только в ней) подняли бы руки вверх и молили о пощаде. Только не урусы. Эти выбрали смерть в бою. Как настоящий воин, отличавшийся воистину рыцарским благородством, Тохуар ценил и уважал людей подобных себе. Вот и сейчас, князь видел перед собой настоящих воинов, а не трусливых шакалов, которые смелые, только когда их много. Князь приказал взять урусов живьём. И джунгары начали крутить свои страшные арканы.

Ловко заброшенная петля обхватила шею Акимки Душегуба и Назар бросился ему на помощь. Перерубив аркан саблей, Назар Ушкуйник схватился за верёвку и резко, всем весом, дёрнул. Лошадь дёрнулась и всадник вылетел из седла. Назар, кровожадно скалясь, бросился к упавшему. Два джунгарских всадника кинулись спасать своего товарища. Назар усмехнулся, понимая что успеет первым и бросился к своей жертве. Одну из сабель он потерял в битве, также как и шлем, бежать теперь ему было легче. Джунгар вывихнул ногу и не мог встать. Сабля валялась в пяти шагах от него. Назар, который уже добежал до противника и готов был нанести удар, увидел полную беспомощность своего врага. Старый казак сплюнул, зло выматерился и ударил ногой в лицо свою жертву. Затем развернулся к летящим на него всадникам и со страшным криком бросился в атаку. Выхватив из-за спины топорик, Назар метнул его в первого всадника. Джунгар, в лицо которого вонзилось лезвие топора, вылетел из седла. В это время, второй всадник рванул тетиву и стрела пробила горло Назара...

- Великий, твой приказ выполнен! Мы взяли урусов, - доложил тысячник Юджигин.

- Хорошо... Сколько их? - Спросил Тохуар.

- Шесть десятков, великий. И их сотник тоже.

- Отлично, Юджигин. Веди их сюда.

Тысячник отдал приказ своему нукеру, и скоро связанных урусов пригнали к юрте джунгарского полководца. Все 6 десятков северных багатуров смотрели зло и материли своих пленителей. "Вот же угораздило-то, а... Попал-таки в полон... Ну ничего... Я вырву себе быструю смерть... А если не быстрая? Помилуй Царица Небесная... Ну ничего, твари пизд***глазые, я вам покажу как умирает русский воин" - так думал Андрюха Муратов, глядя на окруживших его врагов. Вечером пленных пригнали к костру полководца, где их развязали и преподнесли чаши с кумысом. Казаки с достоинством приняли угощение, после чего им предложили баранину. Решив, что на сытое брюхо и умирать веселее, казаки приступили к трапезе. Андрюха Муратов понял, что сегодня они гости джунгаров, а казнят их завтра. Джунгарский воевода стал расспрашивать их о разном, но что интересно, не пытался выведывать какие-либо военные секреты. Также, что очень радовало Андрюху и остальных казаков, воевода не оскорбил их предложением предательства. Казаки это оценили.
Наутро, когда всё джунгарское войско было готово к походу, пленных опять пригнали к главному воеводе, предварительно проведя мимо пепелища сожжённого дотла острога. Что случилось далее, не ожидал никто. Пленных развязали, и Тохуар-Зайсан объявил, что отпускает храбрых багатуров восвояси. А поскольку эта земля при надлежит Великому Джунгарскому ханству, то воинским людям Белого Царя находится на ней не положено, а посему, им, дорогим гостям, следует не мешкая покинуть территорию Джунгарии и идти в их, Белого Царя, земли. После это, Тохуар-Зайсан хитро подмигнул совершенно изумленному Андрюхе и, повернув коня, двинулся прочь....

0

24

Скальд встряхнул головой, прогоняя наваждение воспоминаний. "Да уж... Были времена... Теперь даже сложно поверить, что когда-то всё человечество жило на этом маленьком шарике... Резали друг друга... Почём зря..." Его размышления прервал пристальный взгляд Когюдея. Батыр встал, и прижав руку к груди, поклонился вульфену.

- Приветствую тебя, Красный Колдун, - произнёс Когюдей.

- И тебе привет, отважный Когюдей. А почему - "Красный Колдун"? - Поинтересовался Скальд.

- Так сказал Великий Кара-Кула, - ответил батыр.

- Багатур, мне неизвестно это имя. Кто такой Кара-Кула и что он сказал?

- Кара-Кула - Великий шаман! Это древнее пророчество о "Железных Волках" в котором сказано о "Красном Колдуне".

- Что за пророчество, друг? Можешь мне поведать о нём? - Заинтересовался Скальд и жестом пригласил батыра присаживаться.

- Могу... Но... Это будет невежливо с моей стороны. Это пророчество Кара-Кулы. Он сам тебе поведает о нём, - ответил Когюдей, затем уселся в позу Будды.

- А где находится этот Кара-Кула?

- На северо-востоке. В горах...

- - Предлогаешь мне - тащиться туда?

- Нет, уважаемый. Как только пришли зелёные твари - Кара-Кула покинул Священный Алтай. Великий шаман не оставит свой народ в беде. Он скоро придёт.

- Священный Алтай? Что это? - Изумился приятно удивлённый вульфен.

- Горы на северо-востоке.

- И как скоро он прибудет?- Спросил Скальд, вспоминая карту континента, и что действительно, на северо-востоке были невысокие горы. Единственные на континенте, если не считать мелкосопочника, который встречался, довольно-таки часто. Самой большая вершина этих гор, еле еле достигала 3 тысяч метров.

- Это мне не ведомо, уважаемый.

Скальд хмыкнул в ответ, и не стал более допытывать багатура. Один из воинов вновь наполнил чашу вульфена, которую он осушил одним махом. Когда воин наполнял чашу Свенельда, тот пробурчал:

- Дружище, ты так затрахаешся нам наливать. Тащи нам сразу бурдюк, а лучше два.

Из-за спины Когюдея тут же появились два алыпа, каждый нёс по бурдюку, которые они и передали Волкам. Среди бывших атильцев нет нет, да и слышалось: "Железные Волки". Смотрели алыпы на фенрисийцев с большим уважением и какой-то надеждой. Бойцы Когюдея, которые так и остались в его распоряжение, растащили бойцов БТГ Свенельда по своим кострам. Алыпы знали, что остались в живых, только благодаря Волкам которые вовремя привели подкрепление. Волки недоумевали - почему именно им такие почести? Почему степняки так выделяют именно их, и чуть ли не игнорируют тау и барнцев. К слову сказать - Аун'Ким'Ын прямо-таки на говно исходил по этому поводу. На вопросы фенрисийцев степняки лишь называли их: "спасителями" и "Железными Волками" и что-то твердили про какое-то пророчество. Вскоре, к костру Когюдея, где расположились Скальд и Свенельд, прибыл сам Маадай-Кара. Вульфен сразу же завязал беседу с каганом - с целью выяснить: "какой вообще расклад на планете". Какую-то информацию о планете, Скальд уже получил от Эфирного, однако, как он убедился - тау не владеют всей информацией о делах на планете. Как узнал Скальд - провинция Чубулкын была хоть и самой большой по территории, однако, и самой малочисленной. Но при этом, именно Походный Каган считался главным на планете во время войны. Поскольку, алыпы составляли абсолютное большинство среди вооружённых формирований планеты. Если алыпы имели 15 туменов (в данном случае бригад), то все остальные имели 4 тумена и 1 большой тумен (видимо дивизия). Помимо их южных соседей барнцев, чья мехбригада прибыла вместе с волками, западнее Барна (который был единственным мегаполисом планеты) находилась Конфедерация Одланла в которую входило порядка 2-х десятков небольших городов. Конференция была независимой, исключительно, на бумаге. На самом же деле - Конфедерацию давно подмял под себя Барн. Конфедерация имела 2-е сводных, кадрированных мехбригады, состоящие в основном из мотопехоты. Также как и мордианская бригада - бригады конфедерации были потомками полков имперской гвардии. Потомки терракских солдат, традиционно, составляли большинство в этих двух бригадах. Танков в бригадах не было, артиллерии было мало. Сейчас бригады пополнялись личным составом и готовились к отправке на фронт.
На востоке Чубулкына находилась, так называемая, Северная Конфедерация состоящая из 8-и городов (тоже небольших). Находилась конфедерация под властью Борея, самого загадочного и закрытого города планеты, являвшегося столицей (и единственным городом) одноимённой провинции. Земли Борея, располагались на севере и востоке Алтая, а также лежали дальше на север - в тундру, и на восток - в лесостепь и Восточный Лес. Крупных населённых пунктов у борейцев небыло, лишь небольшие посёлки, которые не являлись постоянным жильём, а были лишь пристанищем для разного рода вахтовиков. Эти самые бореевцы появились на планете приблизительно на 200 лет раньше чем атилльцы, мордорианцы и терракцы. Если последних на планету переселили тау, то эти прилетели сами и совершив вынужденную посадку - больше не смогли взлететь и остались на планете. Их корабль стал основой города-крепости. Единственное, что было известно достоверно, это то, что на этом корабле находился один из вальхальских полков. Таким образом, вальхальцы и экипаж корабля стали основателями нового города. Корабль приземлился где-то на севере Алтая, где именно - неизвестно. Борейцы никого к себе не пускали и были абсолютно замкнутой фракцией. Единственное, что они терпели, это нахождение на юге Алтая шамана Кара-Кула, а также паломников которые его посещали. Борейцы разрешали посещение южного Алтая, но запрещали там какое-либо строительство. Исключение было сделано только для Кара-Кулы, который имел там свою резиденцию. Границей служил Колыванский хребет - приближаться к которому, а уж тем более переходить через него, категорически, запрещалось. Причины такой их скрытности были, абсолютно, неизвестны. Известно только, что до появления на планете пленных гвардейцев, борейцы вообще не контактировали с местным населением. После появления в тундростепи атильцев, борейцы подмяли под себя северян и даже проложили к ним железную дорогу (сами северяне имели железнодорожное сообщение с Барном). Однако, этой железной дорогой могли пользоваться только борейцы. На севере самого северного горда Винда была большая сортировочная станция борейцев. Станция называлась: "Красный Яр Южный" и на ней базировалась рота борейских стрелков. Движение дальше на север, осуществляли только борейские составы. У северян тоже была мехбригада, которую сформировали борейцы. В бригаде небыло танков, однако было большое количество "Сотрясателей" и миномётов. Сами борейцы имели "большой тумен" как выразился Маадай-Кара, о численности и составе которого было неизвестно. Приблизительно, это была дивизия, хотя это были лишь догадки. Что было достоверно известно, это то, что у борейцев были танки (неизвестно сколько) и очень много "Сотрясателей" и миномётов. Скальд внимательно слушал кагана, его очень заинтересовало известие о таинственных вальхальцах. Видимо, для такой скрытности у борейцев были свои причины. Видимо, что-то они скрывали. А вот что - было совершенно не известно. Скальд обожал всё тайное, и пытался выудить у кагана максимум информации о борейцах. Однако, знал Маадай-Кара, к сожалению, не много... Внезапно, Скальд почувствовал лёгкое колебание энергии варпа на востоке. Вульфен почувствовал, что это приближается псайкер. Судя по всему, не очень сильный. То что это не "башкотряс" зеленокожих, а человек, вульфен почувствовал сразу. Вскоре, среди алыпов стали шептаться: "Кара-Кула". Скальд понял кто движется в их сторону, и очень этому обрадовался. Уж очень ему не терпелось услышать пророчество о "Железных Волках", а также, узнать больше о борейцах, поскольку, шаман жил рядом с их владениями и должен знать больше чем остальные. Когда к Маадай-Кара подбежал гонец и что зашептал тому на ухо, вульфен уже знал о чём, точнее о ком, докладывал алып. Через полчаса раздался рев моторов и по горящим фарам было легко определить, что приближается колонна из 10-ти автомобилей. Когда колонна подъехала, стало видно, что колонну составляют: 5 внедорожников, 4 квадроцикла и 1 колёсный грузовик-вездеход обшитый броней и с установленным на нём болтером. Из остановившихся автомобилей выгрузились три с половиной десятка бойцов в бронежилетах и касках. Алыпы были до зубов вооружены и сопровождали очень высокого человека в медвежьей шубе - покрытой всевозможными оберегами, связками перьев разных птиц, вырезанными из дерева и отлитыми из металла фигурками людей и животных. На голове человека был низкий конический шлем с кольчужной бармицей. Шлем украшали, торчащие как рога, две связки орлиных перьев. Человек был вооружён дорогим, огромным кавказским кинжалом и плазменным пистолетом. В руках у человека были бубен и колотушка изготовленная из ноги горного козла. Это и был Великий шаман Чубулкына - Кара-Кула. На пути следования шамана алыпы почтительно расступались, давая ему дорогу. Когда шаман подошёл к костру все чубулкыновцы встали. Свенельд вопросительно посмотрел на Скальда, который в ответ отрицательно покачал головой и Волки остались сидеть. Шаман уставился на вульфена. Затем почтительно поклонился и произнёс:

- Приветствую тебя, Великий Красный Колдун! Я Кара-Кула - скромный каам Великого Народа Чубулкына.

- Рад встрече, Кара-Кула. Давно тебя жду. Проходи, присаживайся... И скажи, шаман, почему ты назвал меня "Красный Колдун"? - Скальд жестом пригласил шамана присаживаться. Когда Кара-Кула сел, скрестив ноги, сели все остальные. Перед шаманом тут же поставили блюдо с дымящимся мясом и пиалу с молочной водкой. Осушив пиалу, шаман промолвил глядя на Скальда:

- Так сказали Духи Предков! Так гласит пророчество! Ты, Красный Колдун, тот кто поднимет красные знамёна и создаст Великий Красный Тумен Звёздных Воинов.

- Почему ты решил, что это именно я? - Парировал вульфен.

- Ты - колдун!

- Я не единственный колдун в нашем войске.

- Это неважно... Кара-Кула знает, что Красный Колдун - это ты... Кара-Кула видел.

- Хорошо, допустим... Поведай мне о пророчестве, шаман, - Скальд пристально смотрел в глаза атильскому псайкеру. Кара-Кула, действительно, был псайкером. Правда слабеньким, но всё же...

- Хорошо... Кара-Кула поведает пророчество о "Железных Волках". Только сперва один вопрос - а где Великий Нойон Железных Волков? Где тот, кто спас Железную Стаю от огня и собрал многие народы под своё знамя?

- Великий Нойон находится в Улан-Баторе. Где высаживаются наши войска, - ответил вульфен.

- Я рад это слышать.., - шаман изобразил поклон и продолжил, его голос, внезапно, совершенно изменился и стал мощным и при этом монотонным, - и так, слушайте пророчество: "Когда с Неба придёт Зелёная Нелюдь и Великая Степь покроется их бесчисленными туменами... Когда земля задрожит от их железной поступи... Когда Нелюдь зальёт степь кровью, и горе и смерть придут к народу Чубулкына... Тогда звёзды пришлют Железных Волков. Приведёт Железных Волков - Великий Нойон Волков, чьё имя внушает ужас Зелёной Нелюди. Железные Волки придут не одни, с ними будет большая рать разных племён. Железные Волки спасут Одланд и будут править планетой. А далее: ты, Красный Колдун, поведёшь свирепых уста-цвергов, на их плавающем среди звёзд мире, на луну мира Си’л’келла, где вместе с великими мастерами уста-цвергов ты пробудишь богов войны братьев близнецов - Эрлика и Ярлика, а также их железных тайгылов. Но это не всё! Братья Эрлик и Ярлик охраняют вход в подземный Тойбодым, где глубоко, глубоко под землёй спят страшные железные шулмусы. Если ты не уничтожишь их, то - 100 туменов железных шулмусов пробудятся от сна и погибнут народы Высшего Блага и твои народы Красного Знамени... Я каам - Кара-Кула всё сказал".

- Брат, можно я ему челюсть сломаю? - Прошептал Свенельд вульфену, почёсывая грудь под тельняшкой (Кстати, фенрисийцы были единственными космодесантниками носящими флотские тельняшки, что было обусловлено тем, что до трансформации они все были моряками-пиратами, отсюда и берётся их традиция носить тельняшки. Сынам Злобы эта мода понравилась и они тоже стали щеголять в тельняшках. У остальные астартес Союза тельняшки интереса не вызвали).  - Нихера не понятно, что этот клоун несёт.

- Этот клоун, Брат, псайкер. Хоть и дохлятина конечно, но всё же... И пророчество его говорит о великих и страшных вещах, - также шёпотом ответил Скальд.

- Ещё скажи, что ты хоть что-то понял? - Нездавался Свенельд.

- Абсолютно всё понял, Брат. Абсолютно...

0

25

Вы уж тогда всю вселенную Ливадного перепишите.

0

Похожие темы


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Олбания » Вся Власть Астартес 2