Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Ох и трудная это забота из берлоги тащить бегемота. Книга 2, папка 2н


Ох и трудная это забота из берлоги тащить бегемота. Книга 2, папка 2н

Сообщений 201 страница 210 из 648

201

А я бы предложил (раз уж ГГ тесно завязан с военными) учесть в перечне благотворительных дел что-либо для ветеранов и (или) инвалидов войны и сирот военнослужащих павших на поле брани или имеющих иные заслуги.

И еще один момент, хотя я и не разделяю в полной мере отношение уважаемого Автора к благотворительности, но и не идеализирую её. А посему, участие в благотворительности  может дать возможность т.с. "очень тонко  дать на лапу". Цитата из романа "Порт Артур":

– Вы глубоко правы, Василий Васильевич! Я и не подозревала, что вы такой исключительно гуманный и чуткий человек! Разрешите в таком случае просить вас принять участие в работе нашего благотворительного общества, председательницей которого я состою.

– Весьма польщен вашим предложением и с удовольствием вношу свою скромную лепту. Позвольте вам вручить сто рублей, – протянул Сахаров деньги.

Вера Алексеевна расплылась в благодушной улыбке.

– Я сейчас выпишу вам квитанцию, – встала она.

– Ради бога, не беспокойтесь! – поспешил предупредить ее капитан. – Мне она совершенно не нужна.

– Но мне она необходима для отчетности.

– Кто же у вас осмелится спросить отчета, Вера Алексеевна? Ни в России, ни тем более в Артуре никому не придет это в голову, рее прекрасно знают, что вы постоянно прикладываете свои личные средства в дела благотворительности, что же касается формальности, то прикажите какому-нибудь чиновнику из государственного контроля оформить все как следует, – посоветовал Сахаров.

Отредактировано Череп (15-01-2019 17:59:42)

+1

202

Борис Каминский написал(а):

Из тюряги Федотова выпустили 21 февраля. Встреча бывшего арестанта была обставлена в лучших традициях века грядущего – недавнего зека ждал автомобиль представительского класса, а два качка профессионально оттерли жадных до сенсации репортеров. За рулем сидел Зверев, который отвез Федотова в баню, после чего доставил на расправу к Нинель. Справедливо опасаясь попасть в немилость, сам он заходить не рискнул.

Прям ностальгией пахнуло... Сауна...
Но... к "Нинель"? Не по-пацански, однако. Браво! Обломали знатно!  http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif 

Борис Каминский написал(а):

Традиционно постояв на улице, а чуть позже потоптавшись у оконца, Федотов уселся в свое кресло.

Кресло либо должно быть подписано, либо Федотов сознательно избегал садиться в ЧУЖОЕ кресло.
Просто лишнее уточнение.

Борис Каминский написал(а):

Качественный коньяк, приличная закуска, всегда способствую(т) правильному течению мысли.

Борис Каминский написал(а):

- Вот, что(,) господа хорошие, вы тут решайте свои вселенские проблемы, а я пошел спать.

Пытался не придираться к запятым, но читать же невозможно.

Борис Каминский написал(а):

- Эт, точно, - согласился морпех, - только у них коньяка не было, а у меня из головы не выходить местный менталитет.

Борис Каминский написал(а):

Страдали этим делом не все, но достаточно много(и)е.

Борис Каминский написал(а):

Вроде бы как свои в доску, а вредят слов(н)о рота диверсантов.


Борис Каминский написал(а):

- А то! Вместо драки с попами, поднимем их на борьбу с либерами!
- Ха-ха-ха, – заржал, утирая слезы Федотов.
- А что тут смешного? – набычился бывший морпех.

А что тут смешного? Абсолютно согласен со Зверевым - здравая идея!

Борис Каминский написал(а):

Обыск кабинета Федотова едва не привел к крупным неприятннр(о)стям. Рукописи «подметных статей», хранились в тщательно спрятанном сейфе, там же лежали черновики федотовских фантастик.

Судя по героическим стараниям не фотографирования иностранца и неудачи в перехвате супостата, я думал о внедрённой дезе.

Борис Каминский написал(а):

Этой тонкости Кавалли естественно не знал.

Вот Вам и тонкость! Если просто не знал в связи с малозначительностью роли агента, то вводное; а если просто дурак, то естественно (по природе своей) не знал - кому что нравится!

Борис Каминский написал(а):

В тени оставалось некоее влиятельное лицо.

Борис Каминский написал(а):

Зато сейчас итальянец клял себя последними словами, что согласился на заманчивое предложение – оценить, нет ли среди бумаг господина Федотова, крамольных записей.

Чего нет среди бумаг Федотова? Это я на важность запятой намекаю!

Борис Каминский написал(а):

Для к(а)питализьмы вопросов чести или совести не существует в принципе.

Почти клизьма!  http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif 
Любое коверкание слова имеет пределы - мы не армяне, что спокойно читать четыре согласных подряд (Мкртчан!).

Борис Каминский написал(а):

Хуже другое - Николай II излишне доверял окружающих(м) его «небесным» старцам.

Борис Каминский написал(а):

К советам умудренн(ы)х возрастом прислушиваться, безусловно, следует, но именно, что прислушиваться, а не следовать им в большинстве случаев.
В итоге, Дмитрий Павлович опасений Бориса не разделял и угрозы Джунковского воспринимал, как отголоски прошедшей грозы – она еще громыхает, вдали даже видны вспышки разрядов, но над головой уже синее небо.

Борис Каминский написал(а):

- Знаешь, Степаныч, - задумчиво протянул бывший морпех, -  а чем,  собственно, нам может напакостить Чернышев? К нашим делам его теперь и близко не подпустят. Сам, по своей инициативе полезет в наши питерские фирмы? Ох, сомнеываюсь я, но даже если полезет, то флаг в руки – по большому счету ничего противоправного мы не делаем, а все остальное проходит под другими знаменами, зато сразу отгребет по-полной. Есть у меня свои люди, поэтому пока крушить погодим.

А кто этому Чернышову дал приказ? Проблема не в полковнике, а в инициаторе следственных действий!
Как-то я сомневаюсь, что некий жандармский полковник стоит во главе.
Нет, по тексту тот проникся уверенностью во вражеской сущности Федотова, но... Но он напоминает мне идеального комсомольца, убедившего себя лечь на амбразуру.
Такое тоже возможно, но нужно ли?

+2

203

ВинепегНави написал(а):

Но он напоминает мне идеального комсомольца, убедившего себя лечь на амбразуру.
Такое тоже возможно, но нужно ли?

В принципе, в тексте есть, что полкана послало третье отделение столицы без указания конкретного лица. Надо полагать, что это был начальник отделения, но, т.к списка таковых я не нашел, то намеренно не стал конкретизировать.
Сам же Чернышов еще при направлении в Москву сомневался в достаточности доказательной базы, но приказ есть приказ.
А вот после общения с Федотом, Чернышев взбеленился и в запале выдал про "врага народа".

Перечитаю, подумаю.

Начал редактировать разговор с Джунковским и .... увлекся чтением его мемуаров, так что скоро не ждите.

Отредактировано Борис Каминский (15-01-2019 21:24:45)

+1

204

Уважаемый Борис Иванович, вот кое что  о действиях правоохранителей в случае, когда речь шла о государственных преступлениях: http://sh.uploads.ru/t/oyNsu.png
http://s3.uploads.ru/t/a8TeY.png

И посмотрите вот здесь:
О соотношении розыска, дознания и следствия по Уставу уголовного судопроизводства 1864 г
https://cyberleninka.ru/article/n/o-soo … tva-1864-g

Найдете , на мой взгляд  :idea: -  очень полезную для Вас информацию, именно по действиям жандармерии

Отредактировано Череп (17-01-2019 20:32:38)

+2

205

Череп написал(а):

вот кое что  о действиях правоохранителей в случае, когда речь шла о государственных преступлениях:

Игорь, спасибо!

+1

206

Борис Каминский написал(а):

Игорь, спасибо!


Пожалуйста. Кстати у Степанова в романе "Семья Звонаревых" есть вот такая сцена:
"В эту ночь в квартире Звонарёвых появились жандармы.

— Прошу прощения, господа, — с видимым удовольствием выговаривая каждое слово, сказал молодой, небольшого роста ротмистр с лихо закрученными усами. — Извольте ознакомиться с сей бумагой.

И он вручил Звонарёву ордер на обыск. Ротмистр нагловатыми хозяйскими глазами осмотрел со вкусом обставленную комнату, испуганных детей, перевёл взгляд на широкоплечую фигуру Васи Зуева, на одетую наспех Варю, задержался взглядом на её растрепавшейся пышной русой косе, на полной обнажённой шее. Встретив его взгляд, Варя, как от холода, зябко передернула плечами и брезгливо запахнула на груди синий халатик.

Всю семью собрали в детской. Надюшка смотрела большими понимающими глазами то на мать, то на отца, то на стоявшего в дверях жандарма. Маленькие девочки, похныкав, уснули. В остальных комнатах орудовали жандармы и двое штатских. Для проформы ротмистр пригласил понятыми соседей Звонарёвых. Сонные и злые, они плохо понимали, чего от них хотят, зачем подняли в такой поздний час с их тёплых постелей, привели в квартиру Звонарёвых, таких милых и степенных людей, и заставили смотреть на весь этот разор и беспорядок.

— Послушайте, господин ротмистр, — обратился Сергей Владимирович к ротмистру. — Ваши действия по сути никем не контролируются. Нельзя же принимать всерьёз за свидетелей этих испуганных людей. Я решительно протестую. Ваши жандармы могут подкинуть всё, что им заблагорассудится. А потом меня обвините в крамоле. Нечего сказать, порядочки!

— Поосторожнее в выражениях, господин Звонарёв! Вы имеете дело не с шулерами, а с верными слугами престола. Мы свою службу знаем, нас учить не надо. Поучили бы лучше свою супругу. Не женское это дело совать нос в политику. Сидела бы лучше на кухне или детей рожала…

— Как Вы смеете, — вспыхнула от гнева и обиды Варя, — указывать, что мне делать!

— Смею, сударыня! — Наглые глаза ротмистра налились злобой. — На то мне дана власть моим начальством. Это Вы не смеете…

— Нет, Вы послушайте, что он говорит, — не выдержал Вася Зуев. Его загоревшее, густо усыпанное крупными веснушками лицо покраснело от сдерживаемой ярости. — Этот жандарм смеет читать мораль тёте Варе!

Он подошёл вплотную к ротмистру, чувствуя, как руки наливаются свинцовой тяжестью. Богатырского роста и сложения, Вася производил внушительное впечатление.

Но маленького ротмистра, видимо, было трудно испугать.

— Вот что, господин студент, — сквозь зубы процедил он. — Остыньте и не задирайтесь. Мы и о Вас кое-что знаем. Не пришлось бы нам ещё раз встретиться…

В его голосе звучали угроза и явный намёк. Варя подошла к Васе и, взяв его под руку, молча увела в другой конец комнаты.

Обыск велся без особой тщательности, и Звонарёв уже считал, что всё закончится благополучно, когда ротмистр совершенно неожиданно предъявил ордер на арест Варвары Васильевны.

Звонарёв опешил:

— То есть как? На каком основании?

— Раз есть ордер — значит есть и основание, — холодно ответил жандарм. И, обернувшись к арестованной, он сказал подчёркнуто вежливо: Прошу Вас, госпожа Звонарёва, собрать вещи и следовать за мной. Внизу ждёт извозчик. Он доставит Вас, разумеется под конвоем, в дом предварительного заключения.

— Это чёрт знает что! — возмутился Сергей Владимирович. — Я буду жаловаться в Государственную думу и потребую, чтобы министерство внутренних дел взгрело Вас за этот произвол.

Ротмистр насмешливо скривил губы:

— Жалуйтесь хоть самому господу богу! Я только выполняю приказ. — Он указал на книги и записи, отобранные при обыске. — Эти вещи я передам следователю. А с Вами, господин студент, надеюсь, мы ещё увидимся".

+2

207

Эффект от критики заключается в увеличении числа напечатанных букв.
Переделано последнее продолжение, в котором появилась сцены разговора арестанта с губернатором.
Основные изменения выделены.
***
Из тюряги Федотова выпустили 21 февраля. Встреча бывшего арестанта была обставлена в лучших традициях века грядущего – недавнего зека ждал автомобиль представительского класса, а два качка профессионально оттерли жадных до сенсации репортеров. За рулем сидел Зверев, который отвез Федотова в баню, после чего доставил на расправу к Нинель. Справедливо опасаясь попасть в немилость, сам он заходить не рискнул.
Пятую, юбилейную февральскую встречу друзья планировали провести у лесного озера. Того самого, на берегу которого они устроили первую ночевку после десантирования из вагона-столовой в далеком уже феврале 1905-го года, но наезд полиции спутал все карты.
Последняя встреча проходила при пасмурной погоде. Как бы в компенсацию за такое безобразие сегодня природа решила подарить крепкий мороз и полыхающую в полную силу луну.
Традиционно постояв на улице, а чуть позже потоптавшись у оконца, Федотов уселся в свое кресло.
- Ну что, господа вольнонаемные моряки, за успех нашего безнадежного? – Федотов, как и во все эти встречи, поднял предмет своей гордости – старенькую эмалированную кружку на 0,25 литра, с загадочной надписью на тыльной стороне донца - Ц52к.
И опять глухой стук металла об глиняную посуду, напомнил им кто они, и откуда здесь появились.
Вопрос – ответ, ничего не значащие замечания.
- А знаете, - задумчиво протянул Мишенин, - каких бы глупостей я натворил, не окажись вас рядом со мной. За нас!
- Думаешь, ты один такой? – откликнулся Зверев. – Спроси Степаныча, куда бы он без нас вляпался.
- Точно?
- Точнее некуда, - авторитетно подтвердил Димон.
- Эй, народ, Мишенин, между прочим, предложил тост! – Борис вернул спорщиков к главному. - Ильич, поддерживаю!
Качественный коньяк и приличная закуска всегда способствуют правильному течению мысли. Друзья вспомнили, кем они были в своем мире. Поделились соображениями, кем бы могли стать спустя четыре года. Математик попытался было перечислить, сколько всего они успели в этом времени наворотить, но бросив это бесперспективное дело, заявил:
- Вот что, господа хорошие, вы тут решайте свои вселенские проблемы, а я пошел спать.
- А на посошок? – тут же подхватился Димон.
- Только по чуть-чуть.
Когда два полуночника выбрались во двор, луна уже склонялась к западу, а  мороз заметно усилился, но накинутые на плечи овчинки в купе с жаром от потрескивающих в костре сосновых поленьев, создавали непередаваемое чувство защищенности и тепла. Все способствовало философскому течению мысли:
- Дим, ты только представь! – наши первобытные предки точно так же сидели у костра.
- Эт, точно, - согласился морпех, - только у них коньяка не было, а у меня из головы не выходит местный менталитет.
Собираясь с мыслями Димитрий примолк. Федотов не торопил, хотя про себя позлословил: «Хм, менталитет у него из головы не выходит, а нечего было его туда заталкивать».
- Помнишь, ты рассказывал, как в нашем времени тебя доставало преклонение перед западом?
- Хочешь сказать, что теперь оно достает тебя?
- Не то слово, - тяжко вздохнул бывший морпех, - если бы не общение с этими долбаными думцами…
Общаясь со своими однопартийцами, Дмитрий Павлович напоролся на их стойкую убежденность в превосходстве западной культуры. Страдали этим делом не все, но достаточно многие. Казалось бы, что в этом нового? Россия не первое столетие грешила своим преклонением перед заграницей. Так-то оно так, но в какой-то момент Дмитрий Павлович с изумлением ощутил, как эта зараза стала входить в противоречие с реализацией программных целей думской фракции СПНР.
На словах никто из новых социалистов не возражал против приоритетного обеспечения заказами российских предпринимателей. Естественно, в ущерб иностранных капиталов. Но это на словах. В глубине души эти доброхоты не могли согласиться с таким подходом, и неосознанно тормозили внедрение принятых решений. По существу Зверев на своей собственной шкуре испытал эффективность агентов влияния. Вроде бы как свои в доску, а вредят словно рота диверсантов.
«Если это так, - рассуждал про себя «социалист», - то партийные чистки выправят положение».
Увы, проблема оказалась глубже – в той или иной мере этим вирусняком болели все партии, кроме, может быть,  самых черносотенных.
Сомнений в порочности такого состояния у Зверева не было. Слишком убедителен был пример развала Российской Империи и Советского Союза. И опять же не все в этом процессе было однозначно. Развал Империй произошел далеко не по одной причине, к счастью Зверев это понимал, но проблема либерального скулежа о величии запада, была отнюдь не безобидной.
Покуривая свой любимый «Каприз», Борис про себя усмехался. Димон впервые столкнулся с проблемами, стоящими перед каждым управленцем и то-то еще будет! Можно сколько угодно талдычить о единоначалии, но в реальности каждый директор, будь он хоть сто раз собственник, вынужден учитывать интересы основных игроков. И тут главное понять - если постоянно лавировать, то ни черта у тебя не получится, точно так же порочна абсолютно «несгибаемая» воля. Примеры эпох Петра I и Николая II, а также периода руководства Сталина и коллективного политбюро были тому яркой иллюстрацией.
Зверев говорил, а Федотова разбирало любопытно – куда вывернет мысль бывшего морпеха и сегодняшнего лидера Социалистической Партии Народов России. Именно так, все с большой буквы! Всех Народов России! Это вам не вшивые кадеты или какие-нибудь октябристы.
- Степаныч, поставим мы своего диктатора, объясним политику партии и правительства по искоренению, а  проникнется?
- Об этом пущай думает поп-толоконный лоб, - возразил, пребывающий в прекрасном расположении духа  Федотов, - а я наслаждаюсь ходом твоих мыслей.
- Поп, говоришь? – задумчиво произнес Зверев. – А что, это идея, и за это надо выпить.
- Э-э-э, ты о чем? – протянув кружку, Борис изумленно уставился на товарища.
- Как о чем, об идее, конечно. Скажи, в чем суть айкидо? – Зверев требовательно посмотрел на Бориса.
- Ну-у-у, - стал вспоминать переселенец, - это как-бы использование его силы, т.е. инерции, а что?
- А то! Вместо драки с попами, поднимем их на борьбу с либерами!
- Ха-ха-ха, – заржал, утирая слезы Федотов.
- А что тут смешного? – набычился бывший морпех.
- Представил себе проповедь: «Братья и сестры, сегодня мы вспомним, что сказано в Священном Писании о либерастии головного мозга, поразившей часть наших прихожан».
- Вечно ты все опошлишь, - обиделся Зверев, - между прочим, если попам грамотно втюхать мысль о связке католичества с либерализмом, то их потом за уши не оттащишь толкнуть проповедь против этой заразы.
- Что-то в этом есть, - резонно согласился Федотов, - но это в будущем, а что мы будем сейчас делать с нашим итальянцем?
Обыск кабинета Федотова едва не привел к крупным неприятностям. Рукописи «подметных статей» хранились в тщательно спрятанном сейфе, там же лежали черновики федотовских фантастик. Тайник полиция так и не обнаружила. Да и вскрыть его без автогена было проблематично. А если бы Федотова к этому принудили, то таким ушлым достались бы одни угольки – термитная шашка горит прекрасно.
Собранные полицией бумаги оказались заранее заготовленной макулатурой: внешне подозрительны - в реальности бытовуха. По первой тревоге люди Самотаева все аккуратно разложили по полочкам и ящикам. Другое дело, эскизы и расчеты по стержневой лампе. Тут Федотов дал маху. Кое-что в сейф он таки  не убрал. Бойцы добавили технической туфты, и на этом успокоились. Откуда им было знать, что на столе лежали документы по новой лампе.
Трудно представить, во что бы обошелся обыск, не перехвати самотаевские бойцы «немца».
«Немец» оказался итальянцем, что указывало на заказчика. Это же подтвердил и сам Альберто Кавалли. Толком и пугать не пришлось – зимний погреб и звероватого вида выводящий в драном зипуне подействовали не хуже сыворотки правды.
Казалось бы, угроза ликвидирована, и дело можно тихо положить на полку. Почему тихо? Да потому, что в таких сражениях полицию привлекать не принято. Больше вреда, нежели пользы. Главное отбиться и дать противнику понять: «Все парень, тут тебе больше ловить нечего».
Так бы все и произошло, не вселись в Зверева дух наставничества:
- Михаил, помнишь, что мы говорили об операциях прикрытия?
- Помню, но ты же сам сказал – тут все путем.
- Мало ли что я сказал, а может это нам показывают?
И ведь проверили, и оба потом долго чесали репу - не окажись рядом Самотаева, не стал бы Зверев копать глубже. После пары затрещин и демонстрации зубоврачебных инструментов ниточка от фирмы «Маркони К°» потянулась к германской конторе AEG, которая предложила этого эксперта третьему отделению.
Картина нарисовалась примерно следующая. В какой-то момент то ли Маркони вышел с предложением к фрицам объединить усилия против зарвавшихся русских, то ли это сделали немцы. Этой тонкости Кавалли не знал, зато «дознавателям» стало понятно – немцы светиться категорически не желали, и на запрос от русской полиции предложили обратиться непосредственно к итальянцу: «К нам сейчас прикомандирован специалист от самого Маркони, рекомендуем обратиться к нему. По-русски говорит неважно, но специалист первостатейный».
Казалось бы, что в этом особенного? Снюхались два промышленных крокодила грабануть третьего и по-братски разделить барахлишко. Есть такая забавная дележка: брату меньше - себе больше. Все так, но пряталась в этом деле одна особенность – в 1903-ем году товарищ Кайзер заставил двух непримиримых противников, AEG и Сименс-Гальске, учредить дочернюю фирму Телефункен. Этим решением главный «фриц» снял нежелательную для Германии проблему честной конкуренции, а у переселенцев не осталось сомнений, что из этого болотца выглядывают ушки если не самого господина Сименса, то, как минимум, его управляющего российским отделением в Санкт-Петербурге. А учитывая недавнюю службу Германа Осиповича Герца в компании AEG, последние сомнения в информированности «Сименс и Гальске» отпали сами собой.
В тени оставалось влиятельное лицо. Надо отдать должное этому деятелю. Он таки убедил столичное руководство жандармов в необходимости наезда на руководителя фирмы Русское Радио и привлечения в качестве эксперта инженера из иностранцев, и наверняка не за красивые глазки. Кому-то было обещано повышение по службе, кто-то мог рассчитывать на более весомые преференции.
Вряд ли Кавалли об этом хоть что-нибудь слышал, да его и не спрашивали: меньше знает – больше шансов оставить в живых. Зато сейчас итальянец клял себя последними словами, что согласился на заманчивое предложение оценить, нет ли среди технических документов господина Федотова крамольных записей.
А вот перед переселенцами вставала сразу прорва вопросов. Первый, как реагировать на действия Сименса?  Второй,  что делать с итальяшкой? Третий касался полковника Чернышева. А ведь были и четвертый, и пятый, и шестой.
Как это ни странно, но с ответкой на действия Сименса торопиться не следовало. Надо было выждать, и в правильно выбранный момент нанести «визит вежливости» с доказательствами. Но и этого мало. Представьте себе, вы представили документы, а вам отвечают: «Это не мы, это совершил Вася Пупкин. Затмение на него нашло, но мы его покараем». И что? Обращаться в арбитражный суд с требованием наказать партнера? Можно, но тогда раскроются некоторые подробности, о которых сейчас говорить преждевременно. И что, просто утереться?
Для капитализьмы вопросов чести или совести не существует в принципе. Вместо этих благородных субстанций у представителей этой экономической формации существует опасение потерять нажитое честнейшим разбоем. Не случайно формула: «Боливар не выдержит двоих», в будущем трансформировалась в сентенцию: «Извини, дружище, ничего личного, просто бизнес».
Между тем, наказать можно любого капиталиста, было бы желание и время, тем паче, если это твой «деловой» партнер.
- Димон, как только подготовим очередную новинку, тут-то и придет к фрицам северный зверек и вежливо так спросит: «Ну чё, товарищи фашисты, платить будем или пролетаете?»
Мысль Федотова выглядела вполне мирной, чего нельзя было сказать о Зверевской относительно судьбы Альберто Кавалли:
- Ножки в тазик с цементом и в прорубь. Обувь можно не снимать.
- Не смешно.
- Согласен, тогда трехведерную клизму.
- Теплее, но чтобы память стерла.
- Отлично! Клизма с раствором серной кислоты самое то.
Злодеем Федотов не был, но и ситуация с итальянцем к благодушию не располагала, кроме того нельзя было не учитывать разговор с московским генерал-губернатором.
***
Резиденция главного начальника Москвы и ее окрестностей располагалась в трежэтажном здании на Тверской.  Федотов это заведение знал, как московскую мерию, а до этого Моссовет. Правда, в его время домик был шестиэтажным, что говорило о среднем приросте по одному этажу каждую треть столетия.
Эти расчеты переселенец провел, пока его вели от тюремной кареты до приемной губернатора. Долго ждать не пришлось, и вскоре он внимательно рассматривал Джунковского, правильнее сказать, оба изучали друг друга. Федотов стоя, генерал-губернатор сидя. Показатель, однако.
Из объективки на Джунковского Борис знал, что его собеседнику еще нет сорока пяти. Будучи убежденным монархистом, в октябре 1905-го года Владимир Федорович вместе с демонстрантами под красным флагом ходил от тюрьмы к тюрьме. Революционеры в тот день добивались освобождения политзаключенных. Джунковский, скорее всего, был с ними солидарен, хотя наверняка не во всем, иначе не видеть ему кресла политического лидера второй столицы. О будущем генерал-майора переселенцы ни чего не помнили, зато им было известно о его фанатичном увлечении фотоделом. Была в этом человеке яркая индивидуальность, что редко встречается в чиновном мире. Это отмечали многое, в том числе его честность.
Широкий овал моложавого лица. Тщательно выбритый подбородок, густые усы и аккуратный тонкий нос. Спрятанные в глубине орбит внимательные глаза полыхали серо-голубым, и, казалось, жили своей жизнью. Общий вид портили жидкие русые волосы. В целом создавалось впечатление, что перед Федотовым одновременно два человека: первый - бесшабашный, пышущий здоровьем гусар, второй - осторожный чиновник, готовый в любой миг высокомерно хлестнуть или ободряюще улыбнуться. А еще в глубине глаз пряталась зависть. Нет, не та, что выворачивает человека наизнанку, а другая, которой Федотов не мог дать определения.
Джунковский сидел, Федотов стоял.
- Вы всегда не здороваетесь? – фразу генерал-майор произнес, выйдя из-за стола и став напротив Федотова. При этом оба про себя отметили - они одного роста.
- Меня сюда доставили под конвоем, - «арестант» дал понять, что в его положении приветствия не уместны.
- Сами виноваты, - жест в сторону стоящего у стола стула с резной спинкой, - или вы считаете виновными всех кроме собственной персоны?
- Сначала надо определиться с моим статусом, - гнул свою линию переселенец.
- Хм, мне говорили, что вы человек своевольный, - скривился губернатор,-  впрочем, извольте -  все обвинения против вас сняты.
- В таком случае, здравствуйте Владимир Федорович, - широко улыбнувшись, Федотов нахально протянул хозяину кабинета руку для крепкого мужского рукопожатия.
Проверка реакций прошла не без шероховатостей (так здороваться, здесь было не принято), но в целом успешно. Остались вопросы, которые обычно выясняются во время пустячного разговора ни о чем.
Джунковский полюбопытствовал, а на самом деле попенял, отчего Федотов не является на благотворительные мероприятия.
И в самом деле, почему? Ответит в стиле: «А хрен ли я там забыл», не годился,  – Джунковский не вызывал у него неприязни, не говоря уже о неуместности хамства по отношению к генерал-губернатору второй столицы империи.
В мире Федотова «меценаты» реализовывали один из самых отвратительных способов заработка. Оплачивая «благотворительные» проекты, они выигрывали на будущих заказах и налоговых послаблениях. От этих тварей и телевизионных сучек, ахающих по поводу «неслыханной щедрости», Федотова тошнило. Этот стереотип он не мог не проецировать на этот мир, хотя и понимал, что далеко не всегда прав. А еще он доподлинно знал, что и в его времени были люди действительно безвозмездно тратящие свои деньги на благое благо, но процент таких был исчезающе мал, и на благотворительных тусовках такие люди не светились.
Но разве это можно объяснить московскому генерал-губернатору образца 1909-го года? Нет, конечно. Пришлось вспомнить о стипендиях Русского Радио. Оказалось, что об этом хозяин кабинета в курсе, зато он впервые услышал о финансировании переселенцами школ для одаренных подростков из беднейших слоев населения.
Две из них функционировали уже второй год. Самое большое сопротивление вызывала программа обучения. Земства, на территории которых находились школы, упорно не соглашались с подходом переселенцев, а те не собирались оплачивать «слово божье» больше минимально необходимого объема и принимать в школу посредственностей. Тем более слабоумных.
- Борис Степанович, что же вам мешает обнародовать сей факт? – будучи отнюдь не кабинетным администратором, Джунковский мгновенно оценил отнюдь не малый масштаб затрат.
- А зачем? – последовал естественный для жителя будущего века вопрос.
- Как зачем? Во-первых, исчезнет царящее в московском высшем свете недопонимание в ваш адрес, во-вторых, я с чистой совестью буду ходатайсвовать о присвоении вам подобающего чина.
Для полного «счастья» Федотову не хватало только чина и мундира с блестящими пуговками по фасаду. Желательно и на ширинке. Черт бы с ним, с чином, но довеском к нему пойдут обязанности, которые, как известно, всегда не ко времени.
- Не стоит оно того, Владимир Федорович, - небрежно махнул рукой Федотов, - другое дело получить от вас помощь в организации школ. Вы же знаете, как у нас любят командовать на местах, а чин от сегодняшней неприятности не спасет. В таких коллизиях можно полагаться только на свои силы.
Вроде бы невинное объяснение, отдающее излишней бравадой богатенького Буратино, но это как посмотреть. По сути Федотов сказал, что в гробу он видел навяливаемые господином губернатором обязанности. При этом призывает того к сотрудничеству, тем показывает, что не считает своего визави замешанным в жандармском наезде. Концовка же прямо говорила – эту проблему мы решим сами.
- Можно и так считать, но чин обеспечит вас законными привилегиями, коих вы пока лишены и не всегда можете постоять за свою честь. Особенно в  газетных баталиях, – при этом Владимир Федорович по особому взглянул на Федотова. – Любые вопросы можно решить к взаимному удовольствию было бы желание. Тем паче, если в этом замешаны иностранцы. Надеюсь, вы меня  понимаете? – Джунковский вновь внимательно посмотрел в глаза переселенцу. -   Так, что, Борис Степанович, в среду к десяти жду вас с предложениями по работе ваших школ, - с этими словами губернатор сделал пометку в большом блокноте.
Переводя этот спич на нормальный язык, Федотову дали понять, что все их «проказы» с газетчиками из лагеря кадетов властям известны. За руку никого не хватили, но при большой нужде дело с «патриотами от казачества» легко повернуть в нужную сторону. Было бы желание.
Точно так же власти догадываются об истинных виновниках скандала, связанного с арестом уважаемого господина директора. Защищаться от провокаций третьего отделения не грех, но обороняться надо изящно, не подставляя власть предержащих. А вот тут переселенцы круто лопухнулись, серьезно обидев самого главного московского начальника. Да, классический путь дорог, но от этого он не менее действенен, так что, в следующий раз раскошеливайтесь, но чтобы все было тихо.
Намек на  итальянца был прозрачен, как утренняя роса молодого поросенка – делайте что угодно, но чтобы даже тень не упала на наше достоинство и никаких заявлений о пропаже итальянца на Российских просторах.
Прощаясь с «арестантом», губернатор дал понять, что тот все еще узник, упаковав это в обертку слово о бюрократических особенностях системы, мол, только завтра утром. Чего-то подобного Федотов ожидал, поэтому не расстраивался – власть физически не могла не попытаться указать ему на его место,  а губернатор был всего лишь человеком свое эпохи.
Глядя на закрывшуюся за господином Федотовым дверь, Джунковский размышлял. С самого начала он не чувствовал ни обиды, ни высокомерия, но не было в Федотове и пренебрежения.
Да, посетитель настоял на точном определении своего статуса, но сделал это спокойно, как само собой разумеющееся условие.
Немного резануло непривычное рукопожатие. Говорят, так вульгарно здороваются в Северной Америке. Более того, его явно по-доброму провоцировали. Зато поразили масштабы затрат на организацию школ. Странно, что эти заведения раскиданы по провинциям. Пока их четыре, но планируется увеличение. Может попросить открыть в Москве?
Джунковский знал, что Федотов из мещан, но откуда в нем такая уверенность в собственной правоте? Уверенность, которую не надо доказывать, к которой ты привык с детства, с пеленок.
«А ведь Федотов действительно не нуждается в чине, более того, ему это почему-то неприятно»,  - такова была финальная мысль губернатора.
***
К несчастью для Альберто Кавалли, основание для его «безвременной пропажи» было более чем серьезное. Инженер держал в руках рисунок стержневой лампы с полем распределения электронов, а толковому специалисту достаточно одного взгляда, чтобы ухватить идею. Если бы не это, Борис с удовольствием бы дал бы ему пинка под зад.

- Старый, все мы расслабились. Лучше скажи, ты этого итальянца можешь загрузить работой?
- А если сбежит? – Борис сообразил, к чему клонит Зверев.
- Есть одна мыслишка, но обдумать надо. Вот что, - принял решение Зверев, - я пока организую фиктивный выезд этого придурка из России, а там посмотрим. Кстати, о угрозах Джунковского и проблеме полковника.
Покрутившись в коридорах Таврического дворца, Димон стал иначе оценивать сегодняшнюю монархию. Теперь она напоминала ему триединую сущность. Первая, это до икоты перепуганная бабища, в упор не понимающая происходящего. Вторая напоминала слона в посудной лавке, которому отчаянно хотелось всем настучать по голове, но было боязно порушить хозяйский сервиз. Третья пребывала в нирване беспросветной лени – авось обойдется. Триста лет нас все боялись, так и на наш век хватит.
Если говорить о ярких личностях, то среди царского истеблишмента были умные люди, искренне болеющие за державу, но таких явно недоставало, чтобы кардинально переломить ситуацию. Хуже другое - Николай II излишне доверял окружающим его «небесным» старцам. К советам умудренных возрастом прислушиваться, безусловно, следует, но именно, что прислушиваться, а не следовать им в большинстве случаев.
В итоге, Дмитрий Павлович опасений Бориса не разделял, и намеки Губернатора воспринимал как отголоски прошедшей грозы – она еще громыхает, вдали даже видны всполохи разрядов, но над головой уже синее небо.
Наглеть, конечно, не стоило, но и переоценивать не следовало. Другое дело, как именно разобраться с ретивым полковником. Проще всего «сделать заказ» местным бомбистам, и, как говорится: «Нет человека - нет проблем». Даже если исполнители попадут в лапы охранки, не беда - ничего вразумительного они сообщить не смогут.
А если полкана вербануть? Перспективы открывались приличные, но в положительный исход верилось с трудом – слишком тот был уперт. Самое главное, а существует ли «проблема Чернышева»?
- Знаешь, Степаныч, - задумчиво протянул бывший морпех, -  а чем,  собственно, нам может помешать это крендель? Ему дали приказ, он его выполнил, а что озлобился, так это пройдет. Сам, по своей инициативе полезет в дела наших питерских фирм? Ох, сомневаюсь я. Кукловоды его теперь и близко к нам не подпустят, ибо самим может прилететь. Осторожность конечно не повредит, но и торопиться смысла не вижу.
Время близилось к двум часам ночи, а друзья так и не заикнулись о окопавшемся в их рядах стукаче. Не тронули они и темы с попавшем в лапы охранки бойце. Вот, что значит редко собираться.
- Димон, по последней?
- Эт, точно. На все проблемы никакой водки не хватит.

Отредактировано Борис Каминский (18-01-2019 14:02:50)

+7

208

Борис Каминский написал(а):

Переделано последнее продолжение, в котором появилась сцены разговора арестанта с губернатором.

Тапковнет! :)
Но я как-то малость запутался: вроде раньше понял так, что генерал-губернатор "во всем этом" участвует, а сейчас получается, что ни сном ни духом...  http://read.amahrov.ru/smile/JC_thinking.gif
И касательно жандармов (ну я сейчас уж не помню навскидку - жандармы, охранка или кто там еще)
Как-то непонятно получается...
Они - жандармы - конечно, царские сатрапы, душители свободы и вообще палачи всего прогрессивного... Но реально это всего лишь политическая полиция. Контролировавшая состояние инакомыслия (точнее благонадежности - что, кстати, существенная разница с позднейшим определением (вот только сейчас сообразил)) Точнее не "всего лишь", а именно что спецслужба "внутреннего употребления" и так просто из-за бугра ее в своих целях не используешь. Ни Маркони ни АЕГ не могли жандармам приказать. Приказать мог кто-то "свой". То есть - "крот", готовый сработать против России. И ниточка к этому кроту идет напрямую от полковника Чернышева (Ну, так получается)

+3

209

Борис Каминский написал(а):

Федотов это заведение знал, как московскую мерию, а до этого Моссовет.

Либо опечатка, либо в кавычки.

Борис Каминский написал(а):

И в самом деле, почему? Ответит в стиле: «А хрен ли я там забыл», не годился,  – Джунковский не вызывал у него неприязни, не говоря уже о неуместности хамства по отношению к генерал-губернатору второй столицы империи.

Борис Каминский написал(а):

А еще он доподлинно знал, что и в его времени были люди(,) действительно безвозмездно тратящие свои деньги на благое благо, но процент таких был исчезающе мал, и на благотворительных тусовках такие люди не светились.

Борис Каминский написал(а):

- Борис Степанович, что же вам мешает обнародовать сей факт? – будучи отнюдь не кабинетным администратором, Джунковский мгновенно оценил отнюдь не малый масштаб затрат.

Близкий повтор.

Борис Каминский написал(а):

Любые вопросы можно решить к взаимному удовольствию(,) было бы желание.

Можно тире.

Борис Каминский написал(а):

Прощаясь с «арестантом», губернатор дал понять, что тот все еще узник, упаковав это в обертку слово о бюрократических особенностях системы, мол, только завтра утром. Чего-то подобного Федотов ожидал, поэтому не расстраивался – власть физически не могла не попытаться указать ему на его место,  а губернатор был всего лишь человеком свое(й) эпохи.

Борис Каминский написал(а):

Может(,) попросить открыть в Москве?

Борис Каминский написал(а):

Теперь она напоминала ему триединую сущность. Первая, (-) это до икоты перепуганная бабища, в упор не понимающая происходящего. Вторая напоминала слона в посудной лавке, которому отчаянно хотелось всем настучать по голове, но было боязно порушить хозяйский сервиз. Третья пребывала в нирване беспросветной лени – авось обойдется.

"Первая" - это подлежащее. Вводным быть не может, так как контекст не позволяет (предложения с "вторая" и "третья").

Борис Каминский написал(а):

К советам умудренных возрастом прислушиваться, безусловно, следует, но именно, что прислушиваться, а не следовать им в большинстве случаев.

Борис Каминский написал(а):

Осторожность(,) конечно(,) не повредит, но и торопиться смысла не вижу.

Отредактировано ВинепегНави (19-01-2019 09:21:57)

+1

210

Борис Каминский написал(а):

- я пока организую фиктивный выезд этого придурка из России, а там посмотрим.


Придется валить итальянца. Если его оставить в живых, то масса геморроя с его сокрытием и продуктивным трудоустройством, не говоря уже о риске утечки или побега.
"... и нет проблем."
Или его собрались держать "шарашке"    http://read.amahrov.ru/smile/gaol.gif  до после мировой войны?

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Ох и трудная это забота из берлоги тащить бегемота. Книга 2, папка 2н