Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Фантастический роман "Вестник"


Фантастический роман "Вестник"

Сообщений 31 страница 39 из 39

31

Вадим вошёл в рабочую столовую на Лиговке и огляделся, время было обеденным и все сидячие столики были заняты. Места оставались только возле стоячих обеденных мест. Заметив, за одной из стоек, одинокого мужчину лет тридцати, точно подходившего по описанию «блондином», он подошёл.
– У вас не занято?
– Пристраивайся, места всем хватит. А чего без обеда? Здесь самообслуживание, официанток нет.
– Не до обеда, «блондин» говорил, что помочь можете. Что от меня требуется?
– Да, молодо – зелено, разве так дела делаются – с наскока.
– Я, не «деловой», припёрло просто, хочу хорошему человеку помочь.
– Имя, то есть у «человека»?
– Есть, но пока говорить его не буду.
– И как же я тебе варианты озвучу? Нужно хоть знать, что надо – «человеку» и есть ли возможность у меня, что либо, предложить.
– Полный комплект документов для девушки, шестнадцать лет. Нужно – паспорт, аттестат, свидетельство о рождении и какая ни будь правдоподобная история возникновения нового человека.
– Серьёзная задачка, мне сутки нужны, подготовиться, после этого дам ответ.
– Ценник, какой на такие услуги?
– Достойный, но для своих – справедливый.
– Но деньги…
– Завтра «блондин» даст ответ – да, или нет.
После чего, пододвинув к Вадиму стакан с соком и тарелку с пончиками, не прощаясь, вышел на улицу. Посмотрев ему в след, парень вздохнул и принялся за еду, пончики он любил и не упускал возможность с ними «побороться».
Алиса с тревогой поглядывала на будильник, время подбиралось к пяти вечера, а от Вадима не было никаких известий. Хотя она, конечно, радовалась, что костюм высох, и она не встретит хозяина в неглиже, но всё же переживала за парня, так бесцеремонно выставленного из собственной квартиры. Наконец в дверь тихо постучали, и девушка, на цыпочках, подкравшись к выходу, посмотрела в глазок. Там стоял Вадим, не терпеливо переминавшийся с ноги на ногу и поглядывающий на двери соседей. Алиса щёлкнула замком и впустила парня. Дождавшись, когда он разуется, позвала на кухню, с которой неслись умопомрачительные запахи, чего–то жутко вкусного. Парень повёл носом и, причмокнув от удовольствия, двинулся вслед за ней. Проведя ревизию кастрюли и сковороды, с блаженным видом уселся за стол.
– Ну, корми хозяюшка, мужик с работы пришёл.
– Дурак, несколько не смешно, мне не до приколов.
– Не принимай близко к сердцу, я же не со зла, просто прифигел от таких разносолов. Я уже неделю на сухомятке сижу, самому то лень у плиты торчать, а тут и первое, и второе.
– Ещё компот из сушёных яблок на десерт.
– Во–во, комплексный обед, и за что мне такая награда, ещё и не сделал ничего.
– Что, совсем всё глухо?
– Да не, движуха пошла, ответ завтра дадут.
– Вот видишь, а говоришь не за что.
– Ладно, когда ответ дадут, тогда и будешь благодарить, а сей час я твой шедевр приговорю. Такое произведение искусства нужно в тишине «созерцать», чтобы впечатление не испортить.
Поев, Вадим устроился возле форточки с сигаретой, Алиса, помыв посуду, пристроилась на стуле и ждала, когда Вадим продолжит разговор. Парень молчал, и она занервничала, теребя край скатерти.
– Вадим, с этим делом какие–то проблемы? Ты говори, я пойму.
– Дорого это всё, ещё не знаю, когда денег найду, а в долг делать стрёмно, можно в зависимость угодить. Люди вроде проверенные, но лучше не путать личные отношения и дела.
– Так у меня есть деньги, мне… ну дали, чтобы документы сделать могла. Сколько просят?
Вадим с удивлением посмотрел на Алису:
– Там от трёхсот до пятихатки встать может.
– Без проблем, сколько надо, столько и найдём.
– Легко ты говоришь об этом, не понимаешь, как такие деньги достаются. Мне, с окладом сорок рублей, год нужно пахать в больнице, без выходных.
– Ну, я… прости, не подумала, что обидеть могу. Я действительно в другом мире жила, и я тебе очень благодарна, что помогаешь. Ты настоящий друг и классный парень. Я очень завидую той девочке, которая тебе понравится. Мы, таких как ты, только в мечтах и можем представить.
– Ага, прям ангел в плоти. Не переживай, у меня тоже «тараканов» в голове хватает. Ладно, до завтра, пойду я, пока светло.
– Если хочешь…
– Не хочу.
– Я в смысле…
– Не забивай голову, я понимаю, о чём ты. Ты мне не мешаешь, и я не жертвую своим уютом раде тебя, я живу своей обычной жизнью, а тебе есть над чем подумать в одиночестве. Советую поплакать, слёзы приносят облегчение, остужают гнев, и мысли становятся ясней. Всё, до завтра, приду так же.
В коридоре хлопнула дверь, закрыв её на замок, девочка пристроилась на диване. Сердце сжалось в груди, и волна благодарности к, помогавшему ей, парню увлажнила ресницы. Не желая больше сдерживать себя, она захлюпала носом, тяжесть, последних дней, тяжёлым испытанием свалилось на девочку. Не в силах сдержаться, она уткнулась в подушку, и слёзы хлынули из глаз, принося облегчение. Сумрак постепенно притенил комнату. Затихнув она уснула, точно зная, что есть человек, которого не предаст никогда. Она обрела друга

0

32

Глава 13
Вадим подходил к пельменной с озадаченным видом. Днём, на работу, забежал «Блондин», передав согласие от «Анатома». Вроде, проблем нет, человек берётся за «ксивы», но предоплата в двести рублей, слегка напрягала. Насколько он знал, в таких делах плата шла по факту исполнения, как говорится товар – деньги и разбежались. К Алисе, за деньгами, идти времени не было, поэтому пришлось побегать по знакомым врачам и в четыре этапа набрать нужную сумму. «Анатом» стоял за старым столиком и что–то усердно жевал. Возле раздачи было свободно, и Вадим, вооружившись подносом, организовал себе лёгкий перекус из салата и чая с беляшом. Когда он подошёл к столику, мужчина одобрительно покачал головой:
– Правильно, дела – делами, а здоровье – в первую очередь. Питаться нужно не на ходу, а в спокойной обстановке.
Парень, поздоровавшись, разгрузил поднос. Положив его в окно мойки, вернулся к столику:
– Да вот пока «хрусты» собирал, пропустил мероприятие, приходится навёрстывать.
– Да, с предоплатой извини, просто появилась тема оригинальными бумагами прибарахлиться.
– Ух ты. А как?
– Ну, всю цепочку не расскажу, а в общих чертах так. Ночью, к нам, привезли утопленницу. Девчонка детдомовская решила поступить куда то, но видать знаниями хотела пробиться, а её везде отфутболили. Не любят наши профессора бедных сироток. У неё с собой четыре заявления на поступление, в разные места было, и везде отказ. Ну и сломалась девочка, с моста в Неву сиганула. Заметили её прохожие и вытащили, но при падении головой ударилась, шею повредила. Ментов ждать не стали и сразу в больницу повезли, но по дороге отошла она, травма серьёзная была. Чтобы людей не подставлять, мы на себя её смерть взяли, типа – медицина была бессильна. Медзаключение – всё по правилам, а вот документы, прибывшим следователям не отдали. Для них – это геморрой, нужно дело заводить, разбираться, кто ребёнка до суицида довёл, все её отказы перепроверять. А так неизвестная приезжая, при свидетелях, кинулась с моста, состава преступления нет, розыск пошлют и на этом всё. Сумку, с бумагами, она с собой не потянула, на перила аккуратно повесила, потому там весь комплект бумаг нужных нам.
– А с фотографией как быть?
– Приводим водой в негодность, под дождь человек попал и через паспортный стол, за малую мзду, восстанавливаем документ. Участковый ручной, чтоб подтвердил эту легенду, есть. А дальше – фоткаемся, сдаём заявление на восстановление паспорта и через три дня всё готово. Старое имя – новая фотка, и весь комплект бумаг по старому имени без изменений и исправлений будет.
– А в детдоме искать не будут воспитанницу?
– Да брось ты, они уже забыли про неё, не любят они ответственность нести за детей – не прибыльно это.
– Какие наши дальнейшие действия?
– Фотоателье, экспресс фото, пятёрка сверху, за срочность, и через час забираешь их. А пока давай обговоренные две сотни, пойду, перетру это дело с посвящёнными. Остальное – мои проблемы, в которые я тебя посвящать не буду.
– Где встретимся?
– На Восстания, у входа, в шестнадцать часов.
Отдав деньги и попрощавшись, Вадим побежал домой.
Алиса только устроилась на диване, когда в дверь постучали. Выглянув в глазок и увидев Вадима, она удивилась, но сразу открыла дверь. Пока парень снимал обувь, она поставила чайник, а услышав шаги, обернулась к вошедшему:
– Как прошла встреча, всё нормально?
– Даже лучше, чем рассчитывал. Ты с чаем подожди, некогда сей час. Срочно нужно фотки на паспорт делать, движуха с твоими бумагами уже пошла, нам нужно торопиться.
– Так я готова. Куда идти надо?
– Подожди ты – «готова», платье нужно из тёткиных подобрать.
– Зачем?
– А где ты детдомовцев в джинсовом костюме встречала?
– А–а–а, а подойдёт мне её одежда?
– Пойдём смотреть, я то откуда знаю, я в её вещи не заглядывал.
Проведя Алису в комнату тёти, Вадим показал на трёхстворчатый шкаф и, прикрыв дверь, ушёл. Девочка поколебалась несколько секунд, но делать не чего, надо смотреть. В глаза сразу бросилось ситцевое, зелёное платье в белый горошек. Не раздумывая долго, девочка переоделась и, крутнувшись возле зеркала, стянула резинкой волосы. После чего, позвав Вадима, аккуратно сложила вещи. Осторожно заглянув в комнату, он одобрительно хмыкнул:
– Ну вот, другое дело, классно подошло. Кстати, тебе нужно озаботиться гардеробом, чтобы в глаза не бросаться. Я потом в «Гостинку» загляну, на бумажке размеры чиркнешь. А на ноги подобрала чего?
– Нет. А где?
– Там же, внизу в коробках посмотри, и на голову, что ни будь, посмотри, а то волосы заметные. Я в коридоре тебя ждать буду, и деньги не забудь.
Подобрав синие босоножки, и такой же берет Алиса вышла из комнаты. С улыбкой окинув её взглядом, несколько секунд задержавшись на берете, Вадим махнул рукой и двинулся на выход. Фотоателье оказалось не далеко, заказав два комплекта фотографий: на паспорт и три на четыре, Алиса отправилась обратно в квартиру, а Вадим, забрав пачку пятёрок, остался утрясать проблемы.
Три дня пронеслись в суете, Вадим несколько раз прибегал, принося на примерку вещи. И, истратив ещё три сотни рублей, она обзавелась двумя платьями, чёрной юбкой с белой блузой, босоножками, жёлтыми кожаными полусапожками и плащом. Все эти приобретения венчала дерматиновая сумка с логотипом «Олимпиада 80». Отдельно, в свёртке, Вадим передал подарок (со всякой мелочью) от «девочек с гостинки», которые помогали ему разобраться во всех этих «номерах и размерах». Когда же он ушёл за документами, Алиса, целый день, сидела, как на иголках. Начинался новый этап жизни и от этого становилось не уютно. Как оно там всё сложится? Какими путями добираться до Рязани? Ищут ли её, и насколько серьёзно? Одни вопросы – без ответов. В двери щёлкнул замок, и девочка выбежала в коридор, чуть не сбив Вадима.
– Ну как?
– Да нормально всё, пойдём, покажу, а то не успокоишься.
Пройдя на кухню, он поставил чайник и выложил на стол бумажный свёрток.
– Изучай, Ярина Светлана Олеговна, привыкай к новому имени.
При этих словах Алиса вздрогнула, в носу запершило, и на глазах появились слёзы.
– Лиса, ты чего?
– Почти, как мамина девичья фамилия. Она Яровая была, а здесь Ярина.
– Ты старайся не думать об этом, я тоже не мог поверить, что папы и мамы больше нет, когда они в экспедиции пропали, плакал ночи напролёт. Мне же тогда всего восемь лет было, ничего, свыкся. Главное не забывать родных, тогда они в сердце твоём жить будут, и помогать, когда трудно станет.
– Спасибо, Вадим, даже не знаю, как бы сама справилась со всеми этими проблемами.
– Ладно, это лишнее, главное прорвись, выживи и накажи всех, кто это устроил. За родную кровь – нужно кровью плату брать. В общем, разбирайся, а я в Автово сгоняю, с дальнобойщиками поболтаю.
– А это зачем?
– Ты же не с вокзала ехать в Москву собираешься?
– Я ещё не думала, как.
– А стоило бы прикинуть, тебя же по Ленинграду ищут, возле твоего дома непонятные личности крутятся, сам видел. Сама же говорила, вплоть до стрельбы дело доходило. Теперь представь, как они обиделись, когда ты смылась.
– Да, ты прав, только я боюсь, с чужим человеком ехать.
– Привыкай, для тебя, сей час, знакомые – это потенциальная угроза, через них в первую очередь ищут. И я уверен, что день – два, и ко мне заявятся с вопросами. Так что сегодня ночью и двинешь в путь, а я подыщу нормального водилу. Всё, закрывайся – я ушёл.

0

33

Когда, в подъезде, затихли шаги, Алиса окинула взглядом разложенные вещи. Начала укладывать с костюма, чтобы он лежал на дне, и не бросался в глаза, когда нужно будет открывать сумку. По совету Вадима, разделила, оставшиеся деньги, на несколько кучек и распихала по одежде в разных местах. Серьги, в сумку, положить не решилась. Достав круглую коробку с нитками и лоскутами материала, сшила мешочек. Вставив белый шнурок, положила в него шкатулку и повесила на шею. Проверив, что он нигде не выпирает, сняла и пошла в ванную. Помывшись и перестирав по мелочи, вернулась к сбору сумки. Включив утюг, отпарила платья и юбку, с особой тщательностью прогладила блузу. Отложив синее платье для дороги, всё остальное аккуратно сложила. Посмотрев, ничего ли не забыла, присела на край дивана и безвольно опустила руки.
– Ну, где ты, Ангелок? Вылась.
– Я здесь, Лисёнок, печалюсь вместе с тобой.
– Ты ещё и чувства имеешь?
– Я становлюсь частью тебя, все твои эмоции воспринимаю, как свои.
– Это хорошо, одной совсем, тяжело. Ты маршрут до Рязани продумал?
– Да, в Москву лучше не заезжать. С пригорода, на электричке, нужно добраться до Ярославля. Там крупная узловая станция, поезда идут по всем направлениям. И в тоже время – не настолько крупный город, чтоб нас там обнаружили. Сей час сезон отпусков и людей на станции будет много. В суете – легче затеряться.
– Хорошо, с этим вопросом решай сам. Можешь покопаться в памяти отца, он в Москве работал, и знает все маршруты.
– Я это уже сделал, осталось выяснить, как поедет машина и потом окончательно скорректировать путь.
– Кстати, всё, хотела тебя спросить. Что ты там делал с моим лицом, когда фотографировались.
– Мимикрию.
– Не поняла – объясни.
– Используя мимические мышцы лица, изменял его выражение. Делал более взрослым, чтобы соответствовать заявленному возрасту паспорта.
Алиса открыла рот, собираясь возмутиться (вслух и с выражением), но потом, схватив паспорт, устроилась возле зеркала, сравнивая оригинал с фото. С документа на неё смотрело уверенное (без детской угловатости) лицо. Зачёсанные назад и прихваченные резинкой волосы, оттенялись, и не казались рыжими. Приподнятый подбородок со сжатыми губами, в паре с прищуренными глазами, придавал лицу серьёзность.
– А если паспорт скажут предъявить, что я делать буду?
– Я оставил в памяти параметры напряжения мышц и буду регулировать выражения лица по мере необходимости и в зависимости от ситуации. Тебе не надо будет об этом задумываться.
– Надеюсь – больше ничего взрослить не стал, а то я помню твои мечты об идеальной фигуре – маньяк.
– Ты же запретила мне прикасаться к твоим параметрам (под страхом изгнания), поэтому занимался только общим укреплением (того, что есть в наличии).
– И этот запрет в силе, не хватает мне ещё внимание «самцов» на себя обращать. Без этого голова кругом, иногда хочется на всё плюнуть, забиться в уголок и пореветь вдоволь. Ладно – это, всё эмоции – прорвёмся. А пока Вадима нет – нужно поспать.
Проснулась Алиса от скрежета ключа, сбросив с себя остатки сна села на диван. В комнате стоял полумрак, по подоконнику мелко барабаним дождь. Несколько секунд девочка привыкала к темноте, а потом, резко поднявшись, подошла к двери. В коридоре слышались негромкие разговоры, потом щёлкнула входная дверь и в комнату тихо постучали:
– Лиса, просыпайся, ехать надо.
– Заходи, я не сплю, – девочка с тревогой посмотрела на вошедшего парня,  – Кто там с тобой был?
– Свои, быстро собирайся, срочно уходить надо. Весь город, менты, под «гребёнку» чистят. Чем ты их так разозлила? Впрочем, не говори – спать крепче буду, но из города нужно срочно уматывать. Человек, что бумаги тебе делал, весь на нервах, даже транспорт нашёл, чтобы тебя вывести.
– Да у меня всё готово, только оденусь.
– Поторопись, пожалуйста, время мало.
Через пять минут Алиса уже обувалась, а Вадим, держа в руках сумку, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Перед тем, как выйти, осмотрел её, с головы до ног и вздохнув протянул берет:
– Одень, пожалуйста, спрячь волосы, ориентировка на тебя серьёзная.
– Всё плохо?
– Не то слово: «контора», от военных кто–то, и ещё бог его знает, кто тебя ищет. Всё, Лиса готова ехать? Тогда бегом, времени нет совсем.
Пробежав по двору, они свернули за угол дома, где стояла работающая «копейка». Как только они уселись, машина рванула с места и, стараясь не выезжать на крупные улицы, направилась к выходу из города. Алиса несколько раз ловила, на себе, взгляд водителя. Наконец ей это надоело, надвинув на глаза берет, она задремала. Когда девочка проснулась, машина ехала уже за чертой города. На верхушках деревьев начинал алеть восход, за окном проносились сонные деревни, а водитель что–то напевал, в такт негромко включенного радио. Увидев, что пассажирка проснулась, он приветливо улыбнулся в зеркало заднего вида:
– С добрым утром! Вашим нервам можно только позавидовать. Да, есть ещё девушки в русских селениях.
На переднем сидении заворочался Вадим, выглянув, из–за кресла, он подмигнул Алисе:
– Знай, наших – Красногвардейских. Прорвались из окружения без потерь. ГАИ на всех перекрёстках понатыкали, еле ушли – «огородами».
Девочка поддалась эмоциям спутников и заулыбалась:
– И вам, утро доброе, мальчики. А куда мы сей час?
– Водитель засмеялся:
– Подальше от «нехороших дядь». В Бологое на поезд тебя посадим, там другой регион, так что наши шанцы уйти возрастают многократно. Да и билет не обязательно через кассу брать, у перекупщиков возьмём. Так что – победа будет за нами. Сей час, в Чудово, перекусим, заправимся и дальше в путь. Остальную дорогу Алиса помнила смутно. Остановились на краю города, пока «Анатом» ходил на вокзал, она с Вадимом сидела на берегу какого–то водоёма и с интересом наблюдала, как пацаны, на донки, таскали лещей. Билет, Новгород – Ярославль, удалось, за двойную цену, взять на ближайший поезд. И, через четыре часа, Алиса, устроившись в купе смотрела на проносившиеся мимо деревушки. Соседями была женщина с девочками – близнецами, которые с пулемётной скоростью, атаковали мать вопросами, на которые она успевала отвечать с такой же скоростью, попутно отгадывая кроссворд. За окном начинало темнеть, переодевшись в спортивный костюм, подаренный Вадимом, она устроилась на верхней полке. Мерный стук колёс успокаивал, прокрутив в голове примерный план дальнейшего действия, поболтав с Ангелочком, о мелочах, она уснула. В Ярославль поезд приходил утром, и требовалось хорошо отдохнуть перед следующим этапом пути в Рязань, где решалась судьба – её, Ангелочка и ещё одного человека, с кем линии судьбы должна переплести, в единое целое, жизнь Алисы.

0

34

Глава 14
По ковровой дорожке тихо прошуршали шаги и в кабинет постучали.
– Да, войдите.
Появившийся на пороге человек, не уверенно переминаясь с ноги на ногу, застыл у входа. Сидевший за столом снисходительно улыбнулся:
– Ну, что же вы, Глеб Николаевич, как нашкодивший школьник в дверях мнётесь. Проясните мне, как продвигаются дела по нашему вопросу.
– Владимир Павлович, мы делаем всё, что в наших силах, но пока результат нулевой. Проводится проверка сведений от наших агентов, ограниченный круг посвящённых не позволяет это сделать быстро. Я…
– Ты завалил продуманную до мелочей операцию. Что там вообще произошло? Москва заинтересовалась стрельбой в Зеленогорске, в Ленинград направленны сотрудники для внутреннего расследования. И я не знаю, кто они и какие вопросы их интересуют. Ты готов внятно объяснить – что там произошло и касается ли это нас?
– Я не подумал, что так выйдет. Мне казалось…
– Покреститься надо было, если, кажется. Если бы не твой отец, ты, сей час, червей уже кормил бы. Ты хоть понимаешь, что натворил? Мы засветились не в своём деле. Там сошлись интересы силовых структур и как чирей на заднице, наши телодвижения в их игре. Как повернётся ситуация – ещё неизвестно, но пристальное внимание «Старой площади» к нашим делам, возросло до крайнего любопытства. Кто дал разрешение на уничтожение близкого круга объекта, до его изоляции?
– Там, Владимир Павлович, непонятная ситуация получилась. В дело влез Комитет Партийного Контроля – это их люди погибли на даче академика.
– Кто?!! Там же местные, с Литейного, из «старой гвардии». И… эти Мидовские… по детям интернированным, которые… Или я что–то не знаю?
– Многого, мне отец полный расклад по ним дал, после чего посочувствовал «моей безвременной кончине», тут даже он помочь не сможет.
– Да, кто они такие были?
– Какой–то крупный проект «Кремлёвских старцев». Мы оказались втянуты в серьёзные игры с наукой, где миллион – это, стоимость комплекта пробирок, а все посвящённые к тайне – множатся на нуль. После, известных событий в конце мая, идёт передел наследия в КПК, Эльза и Кельми отказались «крест на верность целовать» и сыграли в свою игру. Попутно привлекли местные силы, для поддержки и, так получилось, близких объекту людей, которые были заинтересованы лично в безопасности девочки.
– Известно, что за проект?
– По косвенным данным Эльза, во время войны, была заключённой в лагере Саласпилс и являлась частью проекта «Иллюзия», который курировал «Аненэрбе». Убитый в Зеленогорске профессор Краснов, был Отто Янкун…
Рассказав те обрывочные сведенья, что знал его отец, Глеб, замолчал. Владимир Павлович сидел неподвижно, уставившись в одну точку. Казалось, он не реагирует на внешний мир и находится, где–то далеко. Наконец он повернулся к стоящему в дверях Глебу и, разломив державший в руках карандаш, непослушными губами произнёс:
– Найди мне эту девчонку, с этого момента я освобождаю тебя от других дел. Всё – свободен.
Когда дверь за Глебом закрылась, Мазин пододвинул к себе телефон. Сняв трубку, не уверенно, повертел её в руках и, выругавшись, бросил обратно на аппарат. Только сей час он осознал всю свою беспомощность, перед силами, с которыми столкнулся. Годами отлаженная схема покровительства, над юными дарованиями и взращивание интеллектуалов, приносящих хороший доход, от соавторства с ними, дала сбой. Второй раз он обжёгся на этой семье. И если в первый раз сирота из небольшого сибирского городка, проявив характер и смекалку, под грузом обвинений в «политической крамоле», юркнула под защиту комитета, став для него не досягаемой. То с её дочкой, на которой он собирался отбить вложенные в её мать средства, произошла накладка. Они, в этом деле, пересеклись интересами с не понятными силами, о которых он и не подозревал. Ещё Глеб, со своей обидой, за не разделённую любовь, сыгравший самостоятельно. Ну, кто его просил влезать в криминал и устранять мать девочки. Да ещё так наследив после себя. Ребёнок же, потеряв свою последнюю защиту, подался в бега, и где она сей час – не известно. Нужно срочно искать информацию и сложить отдельные факты, в логическую цепочку, чтобы понять, во что он вляпался. Такими сведеньями мог располагать только один человек – аудитор. Хоть он давно и ушёл на покой, но нити управления партийными чиновниками, из рук, так и не выпустил. Если он не сможет помочь – значит, не поможет уже никто. Тяжело вздохнув, Мазин пододвинул телефон и немного поколебавшись, крутанул диск телефона.
                                  ***   
  Глеб шагал по Кутузовскому проспекту в сторону Московского вокзала, где у него была назначена встреча со своим человеком. Нужно было срочно обозначить круг общения Алисы и выявить место, где она прячется. То, что она в городе, не вызывало сомнения у Глеба, но где искать её – даже приставить не мог. Всё портили школьные каникулы и если она спряталась, где не будь на даче у подружек, то поиски затянутся. Пока же нужно установить, кто из одноклассников сей час в городе, и попытаться добыть информацию у них. Но это всё детали и с ними справятся его люди, больше его озадачивало то, что он увидел в Зеленогорске. Где Мазин раздобыл информацию о происшествии с не удачным ограблением девочки, Глеб не знал, но Владимир Павлович сразу отрядил своего человека присматривать за ребёнком. Когда же тот сообщил о приезде к ней академика Добролюбова, который пригласил девочку к себе присматривать за детьми, Мазин занервничал. Он понимал, что заведи она близкое знакомство с ним, его планы превратятся в пыль. Тем более, если он усмотрит её гениальность, может перетянуть в МГУ, а там Мазин никто, и, если сунется, сожрут и не поморщатся. Да и наличие у него собственной охраны не добавляло уверенности в успешном завершении предприятия. Для этого он приказал Глебу найти человека, чтоб совершить лёгкий наезд машиной на её мать. После этого девочка бы точно принеслась к матери в больницу и здесь бы её уже обработал уже сам Мазин. Но унижение, которое Глеб испытал в Петергофе, было сильней воли хозяина. Дав указание нанятому уголовнику давить Светлану наверняка, Глеб поехал в Зеленогорск. Он сам хотел сообщить Алисе эту новость и принять участие в её беде, доставив в Ленинград. А заодно и поближе познакомиться с ней, так сказать – для будущей дружбы. Но увиденное во дворе дачи, настолько его ошарашило, что он позабыл все свои планы. У него появилась цель – подчинить эту силу себе. Человек Мазина, который в это время следил за дачей академика, когда встретился с Глебом понёс и вообще чушь. Заикаясь и постоянно оглядываясь вокруг, он рассказал об увиденном штурме дачи. Сложив (из отдельных эпизодов) общую картинку, Глеб погрустнел. Пресекаться с силовиками очень не хотелось, но азарт захлёстывал. Выигрыш обещал быть крупным, и чувство самосохранения притупилось, уступая место холодной расчётливости. По уверению наблюдателя, девочка уехала, но перед этим у неё был разговор с представительницей КПК. Насколько он понял, она подготовила девочки отход из оцепления военных. Мозаика, в голове Глеба, сложилась в рисунок, но оставался ненужный свидетель их дел в Зеленогорске. То, что силовики рано или поздно выдут на этого наблюдателя и поинтересуются его присутствием рядом с объектом – он не сомневался. Оставалось зачищать его самому и обезопасить себя от излишнего интереса «канторы» (или ещё кого – не важно), заодно лишить Мазина информации, тем самым подталкивая, чтобы он подставился при её сборе. Мысль об устранении «старшего товарища» чужими руками благотворно на ложилась на планы Глеба. Во время очередной остановки, возле небольшого озерца, финка легко пробила печень ничего не подозревающего напарника. Мазину он сообщил, что с наблюдателем встречался, но вывести возможности не имел, так как на всех дорогах стояли посты военных, и он побоялся светиться перед ними вдвоём. Как тот выбирался из города, ему не известно. Не заметно, за мыслями, он подошёл к вокзалу и под бюстом Ленина увидел своего человека:
– Привет, Хорёк. Нужно срочно, по–тихому, найти человека. Потому бросай всё и займись только этим, ограничений в средствах нет, мне важен быстрый результат.
– Здорово математик. Кто жертва?
– Девочка, тринадцать лет, расклад по ней такой…
После описания Глеб пристально посмотрел на Хорька:
– Ну, берёшься?
– Легко, давай деньги, сегодня и начну.
– Связь только со мной, в личку, без телефонов, чужих не привлекать, в контакт с ней не вступать. Обнаружил, зафиксировал место «лёжки» и сразу ко мне, в любое время. На этом всё – разбежались.
Посмотрев в спину удаляющегося Хорька, Глеб улыбнулся, первая самостоятельная игра и у него куча козырей. Теперь бы ещё банк сорвать и лишних, от куша выкинуть, и тогда посмотрим, кто тут «младший товарищ».

0

35

Глава 15
Поезд медленно подкатил к платформе и, последний раз скрипнув тормозами, остановился. В коридоре вагона столпились пассажиры и, в полголоса, регулировали поведение своих неугомонных чад, норовивших улизнуть из поля зрения родительского контроля. Наконец толпа колыхнулась и двинулась к выходу. Алиса выглянула из купе, заметив брешь, в людском потоке, влилась в его неторопливый ручеёк, который вынес её на перрон Ярославского вокзала. Хмурое утреннее небо плакало мелким дождём. Над пассажирами защёлкали, раскрываясь, зонты. Из сумок извлекались плащи и полиэтиленовые дождевики, укрывая, от непогоды людей. Всё вокруг наполнялось недовольным бурчанием, ещё не отошедших от сна пассажиров. Людская масса плавно двигалась в сторону вокзала, постепенно редея от покинувших её строй. Укутавшись в плащ, девочка двигалась вместе со всеми. Пройдя мимо группы милиционеров, спрятавшихся под навесом и ругавших погоду, утреннюю смену, свою собачью службу – она успокоилась. Не кому тут нет дела до неё, у всех свои проблемы и планы. Заняв очередь, к ещё закрытому окну железнодорожной кассы, она пристроилась на деревянных сидениях зала ожидания, рядом с почтенной матроной, в окружении шести отпрысков, и слилась в их суете возле матери. Когда открылись кассы, в очереди возникло движение, боясь потерять место, Алиса пристроилась за девушкой с тубусом для чертежей. Какая–то тётка, с корзинкой попыталась оттеснить её, но очередь сплотилась и отстояла законное место ребёнка, с позором изгнав даму в конец очереди. Простояв полтора часа, Алиса добралась до окошка и мило улыбнувшись, протянула паспорт:
–  Мне да Рязани, на ближайший поезд.
– В этом направлении билетов нет.
– Ну, как же…мне…тогда…– видно на лице Алисы обозначилось такое вселенское горе (спасибо Ангелочку), что глаза диспетчера заблестели, – Я учиться еду, мне документы на поступление сдавать надо.
– Сей час, девочка, я уточню по лимитам для студентов.
Переговорив по телефону, она повернулась к Алисе: – Плацкарт, боковые места, поезд через три часа. Билет без места, проводница на месте вас разместит, нужен ещё студенческий билет или аттестат зрелости. Закончив с этим и получив долгожданный картонный квадратик билета на поезд Архангельск – Новороссийск, Алиса направилась в зал ожидания. Но долго там не задержалась, заметив патруль, который выборочно проверял документы. Благоразумно решив подгадать к самому поезду, чтоб не болтаться по вокзалу, оставила сумку в автоматической камере хранения и вышла на улицу. Прогуливаясь по городу, она, с любопытством, разглядывала старые дома и с тоской вспоминала Ленинград и свой любимый Среднеохтинский проспект, с такими же величественными строениями. Время пронеслось быстро, пополнив запасы пирожков и постояв в очереди за пепси–колой, Алиса вновь слушает стук колёс и смотрит в окно, сидя за столом бокового плацкарта. Молодая проводница пробила билет, с любопытством повертела дополнение к нему, в виде розового листка с логотипом – «Зелёный свет студенчеству» с двумя печатями и размашистыми подписями. Девушка, тихонько ругнулась, отдавая свободное место и просияла лицом, когда поняла, что после Рязани, оно вновь освободится. Её понять можно, Новороссийск – направление летом популярное. Поезд прибывал в Рязань в двенадцать вечера, и Алиса настроилась на бессонную ночь в городе. Перекусив пирожками и выдув пепси, она устроилась на верхней полке, подложив под голову сумку. Мерный стук колёс убаюкивал, попросив проводницу разбудить её перед Рязанью, она провалилась в сон, посмотреть свой любимый, многосерийный фильм про Гриню и Любаву.
После светлых Ленинградских ночей, Рязань показалась ей ослепительно чёрной. Даже проблески луны, изредка выглядывающей из–за туч, не давали света. Застегнув плащ и, поудобней, пристроив на плече сумку, она медленно двигалась по улице. Нужно было что–то решать с жильём, не будет же она болтаться по городу ночью. Пристроившись на скамейки, в сквере, она решительно подумала:
– Ангелок, вылась, по хорошему, иначе я разозлюсь.
– Я здесь Лисёнок.
– Нужно с жильём решать и срочно.
– Я думаю над этим вопросом.
– Только не долго, что–то мне не по себе.
– Мне нужно войти в энергетический контакт со своим телом, там я быстрей найду нужную информацию.
– А ты так можешь?
– Да, но мне придётся, ненадолго, покинуть тебя.
– Ты вернёшься? – голос Алисы дрогнул.
– Обязательно, какое–то время тебе будет не уютно, в голову полезут всякие мысли – это нормально. Подсознание будет стараться заполнить пустоту, но ты сопротивляйся им и не куда не сходи с места, иначе мы потеряемся.
– Почему?
– Энергетическая привязка к месту, я, используя кристаллы стекла на фонаре, отмечу ориентиры входа.
– Может, через серьги будет удобней?
– Нет, они старые и содержат большой объём информации, мне трудно будет с ней справиться. Оставим их, как запасной вариант. Приготовься – я быстро.
– Я готова, давай…
Внезапно мысли окутала апатия, вокруг послышались зовущие шепотки, и чтобы не сорваться с места, Алиса вцепилась в поручни скамьи. Тело пробил холодный пот, и липкий страх поглотил сознание, увлекая в спасительную пустоту. Очнулась она от душераздирающего крика Ангелочка. Вначале она еле его слышала его, как через вату, но с каждым разом он становился всё громче и громче. Грудь что–то обожгло, потянувшись рукой, она дотронулась до мешочка с серьгами и отдёрнула руку, он был нестерпимо горячий. Встряхнув головой, она за озиралась вокруг, аккуратно, за шнурок вытащила серьги и подула на них – остужая:
– Ангелок, ты чего расшумелся?
– Лис..сёнок, я…испугался, что потерял тебя.
Только сей час Алиса поняла, как дрожит у него голос.
– Да что случилось, ты внятно можешь рассказать?
– Ты отключила сознание и заблокировала вход. Видно это защитная реакция, от давившего подсознания. Я не мог до тебя достучаться, я думал, что опоздал с возращением.
– Ты долго отсутствовал?
– Минуты три. Ещё минуту пытался вернуть тебя в чувства.
– А что с серьгами?
– Я через них, до тебя, пытался докричаться. Хорошо, что слух и нюх у человека не отключается вместе с сознанием и работает автономно. Плюс остатками своей энергии нагрел камни в них, рассчитывая воздействовать на твои болевые рецепторы.
– Тебе это удалось – садист, на груди, наверное, ожог остался.
– Я сейчас уберу болевые ощущения и отрегулирую температуру тела и потоотделения.
– Да уж сделай, пожалуйста, а то мокрая вся, и по спине течёт.
– Лисёнок, прости меня, я больше никогда тебя не оставлю – клянусь.
– Да ладно, второй раз меня спасаешь, не знаю, чем и отдариваться буду.
– Мне не чего не надо, лишь бы ты была счастлива, тогда, вместе с тобой, буду счастлив и я.
– Не переживай, осчастливлю я тебя, суженый мой – ряженый. А по жилью узнал, чего?
– Да, нужно телефон найти.
– Тогда пойдём искать, вроде у входа в сквер будки стояли.
На входе обнаружились две телефонные кабинки. Первая порадовала обрезанной трубкой, из аппарата сиротливо торчали остатки проводов. Вторая хоть и выглядела неказисто, зияя выбитыми стёклами, но телефон работал. Кинув двушку и набрав сказанный Ангелочком номер, Алиса с надеждой вслушивалась в длинные гудки. Наконец трубка щёлкнула, забулькала и в ней раздался недовольный голос:
– Але, полуночники. Кому там не спится?
Алиса вздохнула, тряхнула головой и заговорила:
– Здравствуйте, Роза Львовна, мне ваш номер дал Захар Тимурович, и просил вас помочь мне с жильём.
– Захарушка, как он там? Ой, да о чём это я. Вы сейчас где находитесь?
– Сквер, не далеко от вокзала, здесь ещё памятник какой–то.
– А, Советско – Болгарской дружбы, тогда выходите на Вокзальную улицу и по ней до Чкалова, там восьмой дом, вторая квартира. Я вас ждать буду, чайник пока поставлю.
– Спасибо, сейчас подойду.
На адресе их встретила не высокая, бойкая старушка. Напоив чаем, проводила в соседнюю однокомнатную квартиру. Взяв шесть рублей за три дня вручила ключи и, шоркая тапочками, ушла к себе. Разбираться с кроватью у Алисы уже не было сил, не раздеваясь, она упала на неё и моментально уснула, лишь успев напоследок прошептать:
– Сегодня без сновидений, устала я. Спокойной ночи – мой Ангелочек.

0

36

Утро встретило лучом солнца, который пробивался сквозь листву тополей и щекотал своим теплом Алисины ресницы. Прикрывшись от него рукой, она приподнялась на кровати и огляделась. Квартира была скромной, но чистенькой. Видно было, что хозяева относятся к ней с любовью, и кому попало не сдают. Встав и потянувшись, девочка попыталась разгладить помятое платье. После чего вздохнула и, скинув его, переоделась в спортивный костюм. Вытащив из сумки полотенце и дорожный набор, с мылом, щёткой и зубной пастой, отправилась приводить себя в порядок. Поколдовав с газовым водонагревателем и настроив воду, с блаженством залезла в ванную, смывая дорожную пыль. После водных процедур, розовая и счастливая, заглянула на кухню, отыскав пузатый чайник, поставила его греться. Пока тот недовольно фыркал, шумя, как паровоз, разложила на столе остатки дорожной провизии, устроив лёгкий перекус, из банки кильки, в томатном соусе, с ржаным, ещё ленинградским, круглым хлебом. Попивая чай, с ржаным печеньем, задумалась:
– Ангелочек, что у нас дальше – по плану?
– С добрым утром – Лисёнок. Сегодня нужно организовать встречу с моим телом и решить наши проблемы, тянуть уже опасно, твоё сознание становится окрепшим, способным обходиться без меня. Время, отторжения меня, может произойти в любой момент, и ты перейдёшь к автономному мышлению.
– Ты не можешь его предугадать?
– Нет, у законов бытия свои взгляды на это, для нас эти знания не доступны. Мы можем лишь чувствовать их приближение, но в параметрах плюс – минус сорок восемь часов.
– Значит точно, когда «время пришло» ты и сам не знаешь?
– Нет, но я ещё в силе и сутки есть точно.
– Намётки на план встречи то хоть есть?
– Да, сегодня у друга, моего тела, день рождения вечером они собираются в Центральный Парк Культуры и Отдыха на танцы.
– Значит, вечерами по танцам твоё тело болтается? В голосе Алисы прорезались нотки обиды, и она хлюпнула носом.
– Редко, у него спортивный режим, но другу отказать не мог. Мало ли там, чего, а он и постоять за себя не может.
– Хлюпик?
– Скорей «ботаник», он школу с золотой медалью окончил и в «Рязанский Радио – Технический университет» поступать будет, они с детства дружат.
– Извини, не подумала. А как твоё тело зовут то – не секрет?
– Ты должна сама это узнать, и разыскать его – тоже сама.
– Но как? Я же даже не знаю примерно, как он выглядит.
– Сердце подскажет, я буду стараться тебе помочь. Танцы начнутся в семь часов, там ты будешь одна – без меня. Прислушивайся к чувствам и используй всё своё природное обаяние. Верь – мы победим.
– То есть как – одна, а ты куда?
– Я спрячусь в глубине твоего подсознания, иначе будет конфликт психики моей сущности. Я же клон своего сознания и после завершения миссии должен быть уничтожен, чтобы не было раздвоения личности.
– Ого, у вас тоже не всё так просто.
– Да, но система работает уже несколько тысячелетий, и механизм обмена сознания отработан до мелочей. Любой, не значительный сбой, или попытка проникновения приводит к его уничтожению.
– Жестко у вас, бережёте свои тайны.
– Потому сознание – самая не изученная функция человека. Нам нужно быть предельно осторожными и стараться не нарушить равновесие в сознании. Любая форма проникновения нарушает баланс и срабатывает система защиты, отключая его, оставляя лишь функции поддержки биологической оболочки – работа сердца, лёгких, пищеварительной системы и обмена веществ. Тело становится «овощем» и выпадает из общего механизма мироздания, как испорченная деталь.
– Мы можем погибнуть?
– Мы можем не получить результат, ты останешься одна, без меня, а моё тело спишется в утиль, как брак.
– Решение должна принимать я?
– Да, ты рискуешь только не знакомым человеком, для тебя ничего не изменится.
– Я не справлюсь одна, пообещай, что приложишь все силы и разделишь со мной груз ответственности за него. Я не смогу жить, зная, что, я буду виновата. Ты должен победить мироздание, потому, что ты лучший разум во вселенной.
– Обещаю, Лисёнок, мы победим. А риск – это просто сладость успеха, без него стоит ли вообще нам существовать.
– Об этом хорошо рассуждать, когда, отвечаешь только за себя. А принимать груз ответственности за человека, которого хочешь использовать в «тёмную» – тяжёлая ноша.
– Решать только тебе.
– И жить потом с этим – только мне.
– До вечера есть время принять решение, я ухожу в подсознание, и связи со мной не будет.
– Куда уходишь, а где этот парк отдыха? Как я его найду?
– Всё нужное найдёшь в памяти и в чувствах. А мне надо подготовиться, я же не каждый день со своим создателем в уме практикуюсь, мне тоже страшно. Да и энергии надо накопить для этого дела побольше.
– Ты боишься?!!
– Я понял, как интересно жить в материальном мире, и я понял, что такое любовь.
– И что же?
– Это способность к самопожертвованию, ради человека, который тебе дорог. В нашем мире такого нет.
– В каком это – «вашем мире»? Я опять чего–то не знаю?
– Я расскажу тебе потом, но он не интересный – серый и прагматичный. А в вашем мире разум живёт эмоцией и от этого он способен к развитию. А мы, как паразиты, питаемся его плодами и вашей энергией, не способные к развитию.
– Все чудесатей и чудесатей. Ладно, паразитик, потом мне поплачешься. Я приняла решение, сделав шаг к пропасти – нужно делать прыжок, может она и не такая широкая, как кажется.
– Хорошо, я отключаюсь. До встречи Лисёнок, знай, я очень сильно тебя люблю.
– До встречи – Мой Ангел.
Как прошел день, Алиса помнила урывками. Вначале бесцельно бродила по комнате, потом вытащив вещи перебирала их, соображая, что одеть. Выбор остановила на зелёном шёлковом платье с ослепительно белыми вставками на рукавах и юбке. Выпросив у хозяйки утюг, тщательно его отпарила и повесила на плечики посреди комнаты, на открытую дверцу шкафа. Потом сходила в салон, поправила причёску, в Военторге приобрела туфли к платью и маленькие, наручные часики. Снова она в комнате и опять мерит её шагами, через каждую минуту поглядывая на часы. Время остановилось, да и существует ли оно вообще, в той вечности, где она старается выжить. А может, это всё иллюзия и нет вокруг ничего. Как говорил Ангелок – «серость и безнадёга». А все её потуги – лишь математический код и игра воображения. Ну и пусть, зато она дойдёт до конца и будет знать точно, а не гадать. Стряхнув с себя апатию, она решительно отправилась в ванную. Приведя себя в порядок, надела платье, туфли и вставила серьги, может, хоть они помогут Ангелочку. Последний раз, крутанувшись у зеркала и решительно вышла на улицу в направлении центра города. Уже прогуливаясь по парку, она услышала звуки музыки и, вслед за стайками молодёжи, отправилась туда. По мере приближения к танцевальной площадке, народу становилось всё больше. Группки подростков стекались к ней со всех концов, наполняя всё вокруг возбуждённым весельем. Купив за один рубль билет, она подошла к калитке с контролёром и тремя парнями с красными повязками. Они цепко просматривали входящих и отсеивали выпивших, и недостаточно взрослых, по их мнению, малолеток. Когда Алиса проходила мимо них, один дёрнулся, загораживая ей дорогу. Одарив его белоснежной улыбкой, девочка вопросительно подняла бровь (долгие тренировки с мимикой не прошли напрасно). Парень смущённо отступил, окинув её фигуру:
– Извините, показалось, что вы совсем молодая.
– Спасибо за комплимент, – Алиса игриво подмигнула опешившему парню, – Жаль, что вы на работе.
Его друзья залились хохотом, а он ещё долго смотрел в след мелькающему изумрудом платью, не обращая не на кого внимание. Подобравшись поближе к сцене, Алиса с удовольствием послушала выступающую группу, которая перепевала известные шлягеры. Пару раз исполнили и не знакомые песни, наверное, из своего репертуара. Потом отошла и пристроилась под липой, возле ограды, откуда был прекрасный обзор всей площадки. Медленно скользя взглядом, она пыталась присмотреться к парням, но вспышки разноцветных лампочек мешали сосредоточиться. По третьему разу просматривая танцующих, и тех, кто стоял в сторонке, девочка занервничала. Она хотела уже плюнуть на всё и бежать отсюда, когда музыка затихла, и зажегся свет. Парень, со сцены, объявил, что у группы небольшой перерыв и через полчаса они продолжат, а пока предложил потанцевать под магнитофон. Сцена опустела, а парень склонился, настраивая аппаратуру. Пока свет не мигает Алиса вновь начала внимательно просматривать молодёжь. При очередном сканировании, что–то зацепило взгляд, и девочка пристальней посмотрела в это место. Две девчонки пытались вытащить парня в свой круг, а он вяло от них отмахивался. Видно им это надоело, и они от него отстали, пытаясь уговорить словами. Кто–то крикнул ему из круга, и он помахал ему рукой. В это время сердце кольнуло и забарабанило мелкой дробью. Что–то было знакомым в этом приветственном жесте парня и перед глазами возник остров, пальмы, море и далёкий корабль с алыми парусами с которого (точно также, её, махал капитан). Он был тем капитаном, из её сна – она его нашла. В динамиках зашуршала, прокручиваясь плёнка и раздался голос в микрофоне:
– Продолжается наш танцевальный вечер, и начать его хочу с группы Иглс, Отель Калифорния, девушки приглашают кавалеров. Приятного вечера.
Танцпол опустел и тут же, под звуки проигрыша, начал заполняться парами. Девочки, которые пытались вытащить парня, танцевать, вновь повернулись к нему. Пока они решали, кто его пригласит, Алиса проскочила мимо них и, взяв его за руку, потянула в центр зала. Он попытался сопротивляться, но, когда встретился с её взглядом – сдался. Музыка обволакивала своей красотой. Алиса положила ему руки на плечи, и взглянула в глаза. По телу пробежала мелкая дрожь и гулко заколотилось сердце. Видно он что–то почувствовал, пытаясь отвести взгляд, но у него это не получилось. И она почувствовала, как тонет её сущность в этих карих глазах. Тело стало лёгким, и все вокруг исчезли, и была только она и он. Они кружились в безмолвной пустоте, а сознание захлёстывала необъяснимая волна счастья и умиротворения, наполняя каждую клетку тела теплом. Она была счастлива настолько, что готова была делиться им со всеми, выплёскивая его без остатка и снова вбирая в себя, его нежную теплоту до краёв. Постепенно мир вокруг обрёл краски, и она увидела, что они стоят в центре круга, обнявшись и смотря друг другу в глаза. Вокруг стояли, застывшие, как изваяния, подростки и во все глаза смотрели на них. Алиса привстала на цыпочки и поцеловала парня в щёку:
– Дождись меня, мы обязательно встретимся, – прошептала она ему на ухо и выскользнув из его объятий, не оборачиваясь, направившись к выходу. Видно их танец видели многие, потому что перед ней расступались и восхищённо смотрели вслед. Выйдя за ограду, она прибавила шагу и вскоре растворилась в темноте. А Костя, всё стоял и смотрел ей в след, не реагируя на вопросы друзей, а в голове звучала только одна фраза – «дождись меня» и на щеке ощущалось прикосновение её мягких губ.

0

37

***
Снова стучат колёса, а за окном проносятся сонные деревни. Снова дребезжит стакан в подстаканнике, а Ангелок рассказывает свои увлекательные истории. Снова дорога и поезд Москва – Абакан всё дальше уносит её на Восток, пряча от врагов и оберегая для друзей. Но она не забыла, не испугалась, она вернётся и возьмёт кровавую плату за близких ей людей. Она не одна, у неё есть друзья, у неё есть любимый, и есть Ангелок, зудящий целыми днями, что дела сделали – пора и спортом начать заниматься. Впереди у неё дорога, впереди у неё целая жизнь.
         
            Конец первой книги.

0

38

Tuvines
Позволю себе дать Вам совет: не торопитесь выкладывать сразу свой роман. Ограничьтесь одной главой и подождите реакции. Вряд ли у кого будет столько свободного времени, чтобы прочесть сразу 25 постов.

0

39

Agnes
Жанр в котором пишу мало интересен широкому читателю, я рассчитываю на тех, кому интересен жанр "социальной фантастики" и их объективную оценку. Кому понравится - дочитают до конца и укажут мне на "ляпы".

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Фантастический роман "Вестник"