Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Серия "НОВАЯ ИГРА"


Серия "НОВАЯ ИГРА"

Сообщений 11 страница 20 из 20

11

Глава 5

Михаил Илларионович стоял на пригорке — самой высокой точке села и пытался смотреть на ход сражения в подзорную трубу.

— Вот ведь оказия какая: дым от пушек прикрывает половину места баталии. Да и не видно отсель многого. Как считаете, подъесаул, стоит ли нам приблизиться к месту боя? — обратился он к Бабенко. — Безопасно ли будет сие?

— Ваше сиятельство! Премного не рекомендую это делать, — покачал он головой. — А с трубою вопрос решаем. Вот, возьмите мою.

— Думаете, она лучше?

— Не думаю, знаю, — улыбнулся Бабенко.

— Ну-ка, ну-ка… а и впрямь лучше! И видно далече! Да что там — как на ладони!

— Смею предложить, ваше сиятельство, обменяться с вами подзорными трубами.

— А как же тайна сия?

— Труба с виду такая же, а что внутри сего инструмента, так то вам только и будет ведомо, — подмигнул ему Константин.

— А себе трубу самого Кутузова возьмёшь? Чтобы там от зависти полопались? Хитёр, да умён — что сказать!

— Ваша светлость! Гонец с пакетом от Беннингсена! — доложил Кутузову Трубачёв, зорко осматривающий всех новых лиц, прибывающих в ставку полководца.

— Давай! — взяв пакет и разорвав его, он быстро прочитал донесение. — Погиб в бою генерал-лейтенант Баггову́т. Правый край пехоты отступает.

— Так записано в истории, ваша светлость, — почти шёпотом доложил ему Бабенко.

— И что грядёт?

— «Ночной марш и неправильный расчет обходного движения повели к замедлению. Войска не успели своевременно подойти к неприятелю. Только Орлов-Денисов, командовавший крайней правой колонной в основном из казаков, ещё до рассвета достиг села Дмитровского за левым флангом французов. Милорадович до рассвета не предпринимал активных передвижений», — цитировал наизусть подъесаул. — «С рассветом неприятельский лагерь пробуждался, а пехотные корпуса так и не показывались на опушке. Не желая упускать внезапность, Орлов-Денисов принял решение в 7 утра атаковать самостоятельно. Французы из корпуса генерала Себастиани успели второпях сделать несколько выстрелов и в беспорядке бежали за Рязановский овраг. Казаки бросились грабить лагерь, так что Орлов-Денисов долго ещё не мог их собрать. Левый фланг французов от разгрома спас Мюрат. Собрав бежавших, он организовал контратаки и остановил продвижение русских.

В этот момент на опушке напротив Тетеринки, прямо напротив французской батареи показался 2-й пехотный корпус Баггову́та. Завязалась артиллерийская перестрелка. Генерал-лейтенант Багговут, пережив кровопролитное Бородинское сражение, был убит в самом начале этого боя, что не позволило корпусу действовать более решительно. Беннигсен, не склонный к импровизациям на поле боя, не решился действовать частью сил, отдал приказ отойти до подхода остальных войск, блуждавших в лесу. Этим замешательством воспользовался Мюрат. Продолжая отбиваться от казаков, он приказал обозам артиллерии отступать к Спас-Купле. Когда из леса показались наконец все корпуса, момент для разгрома французов был упущен.

Войска Милорадовича на левом фланге русских двинулись по Старой Калужской дороге из Тарутино в Винково как по учебному плацу. Вероятно вследствие неудачи обходных колонн, Кутузов приказал остановить войска Милорадовича, хотя французы отступали и можно ещё было отрезать отдельные части. Орлов-Денисов с казаками преследовал французов до Спас-Купли.

Отступивший с основными силами к Спас-Купле Мюрат укрепил позицию батареями и открыл фронтальный огонь, остановивший русское продвижение. Позже он отступил к Воронову. Русские полки вечером с песнями и музыкой вернулись в свой лагерь.» На том всё, ваша светлость.

— Изрядно! Прямо как «Отче наш».

— Зная, куда направляемся, я изучил историю боя полностью.

— Ужель и думать не не нужно — история за меня решила.

— Это сражение не столь дающее сиюминутный успех, сколь позиционное. Помните о перехваченной депеше? Скоро Наполеону предстоит сделать нелёгкий и трагический для французской армии выбор — отступать по пути, по коему пришёл он в Россию. И путь тот станет для его армии гибельным.

— Твоими бы устами да мёд пить. Перо и чернила! — скомандовал полководец.

Адъютант выполнил приказание. Кутузов быстро написал несколько строк.

— Послать вестового к Милорадовичу. Передать ему сей пакет и на словах — пусть остановит наступление на своём краю.

— Слушаюсь, ваша светлость! — козырнул адъютант.

— Советники мои боятся ко мне приблизиться. Слух идёт, что сыскал я казаков зело умных, да только от них советы нынче принимаю.

— Скоро сие закончится, ваша светлость. День, да ночь потерпеть придётся, — ответил Бабенко.

— Вчера допоздна вёл беседу с одной из ваших барышень — Оленькой, — между делом поведал великий князь Бабенко. — Сражён её образованностью. Да и скромностью не обделена. Жалею, что дал слово вам, относительно вашего возвращения. С такими защитниками и помощниками воевать одно удовольствие. Один суп куриный чего стоит.

— Трубачёв! — поманил его рукой Бабенко. — Слыхал, что его светлость говорит?

— Никак нет, ваше бродь, не успел.

— Сказывает, что супруга твоя образованна, да и судя по нашей вечерней дегустации остатков куриного супа — хозяйка тоже отменная.

— Ещё бы, — улыбнулся Севка, — я вчера две тарелки навернул. Куриный суп — её конёк.

— Познания мои пополнились сказаниями о мыслимых и невиданных машинах, открытии земель, да и изрядно чего ещё. И ведь ни разу не коснулась запретных тем. Зная состояние дел даже при дворе обеих царственных особ, тем не менее, подробно о них не повествует. Форменный лазутчик в женском обличье. Если не по государевой службе в ранге статс-дамы по порученьям, но в штате её величества она легко бы дошла до гофмейстерины34 тайных дел.

— Ого! — удивился Севка.

— Не «ого!», юноша, а именно так. Потому беречь её надобно пуще себя. Редкий вам самородок достался.

Несколько позже канонада стала стихать, и появились первые возвращающиеся колонны пехотных полков. Они проходили мимо ставки Кутузова, салютуя ему. Через четверть часа показались обособленно шедшие четверо пехотинцев, один из которых был в чине подпоручика35. Они понуро двигались в сторону села. По потёкам крови на мундирах и пятнам гари на их лицах нетрудно было предположить, что бой был жестокий.

— А ну, голубчики, — поманил их Кутузов — подите сюда.

— Подпоручик Лыков, ваша светлость, — представился старший. — Вторая рота, 2-го пехотного корпуса генераль-лейтенанта Баггову́та.

Последние слова унтер-офицера заставили Бабенко насторожиться. Он подошёл поближе к Кутузову и положил руку на эфес шашки.

— … мы видели гибель нашего храброго генерала. Он пал, сражённый осколком пушечного ядра. Пришлось отступить ввиду отсутствия пороху для наших мушкетонов…

— Подпоручик! Ни слова более! Вашу саблю, вы арестованы! — рявкнул подъесаул и обнажил шашку.

— Проклятье! — выругался тот и выхватил саблю.

Валера Рудых быстро оттеснил назад полководца и прикрыл его собой, также обнажив шашку. Вокруг Кутузова возникло своё маленькое, но короткое побоище. Французы как по команде побросали ружья и теперь орудовали саблями, яростно пробираясь к великому князю. Роман, Севка и Сергей разобрали между собой противников и сдерживали их яростные атаки. Рома не стал искушать судьбу. Достав наган левой рукой, он сделал выстрел в своего визави. Затем быстро поменяв пистолет и саблю с одной руки в другую, выстрелил дважды в сторону противников Трубачёва и Сальникова. Картинно дунув в ствол пистолета, Полуянов спрятал его в карман.

Между тем Бабенко успешно отразив пару атак француза, резко отвёл саблю лже-подпоручика и, сделав неожиданный выпад, сноровисто ткнул остриём шашки противнику под сердце. Звякнула сабля, выпавшая из руки лазутчика, и он упал. Подъесаул наклонился над ним и спросил по-французски:

— Скажи, кто будет последний из вас?

— Ничего… не… скажу… — прохрипел француз и испустил дух.

— Как ты узнал, что он лазутчик? — великий князь ещё пребывал в состоянии лёгкого шока.

— Всё очень просто, ваша светлость. Во французской армии названия типов оружия отличается от русских. У нас эти ружья — кивнул он на лежащее оружие около поверженных врагов, — называются карабинами, а у французов — мушкетонами. Стало быть, проговорился французик. Да и никто из младших чинов в нашей армии не говорит «генераль». Это меня сразу насторожило.

— Изрядно! — удивился Кутузов. — А я на сии мелочи и внимания не обратил. И ведь прав ты, подъесаул, хотя… я же сказывал, что у меня до генерала быстро дослужишься. Храбрости и ума в тебе зело. Жалую тебе чин есаула. Заслужил.

— Благодарю, ваша светлость, — Бабенко кивнул головой и щёлкнул каблуками сапог.

— А ну, стрелок меткий, назовись, — великий князь поманил к себе Романа.

— Казак Полуянов, ваша светлость! — лихо козырнул он.

— А! Вот к кому подхорунжий бегала. Красив, стервец, да удал. Даром что женат, иначе барышни сохли бы по нему, — улыбнулся Кутузов. — За храбрость твою в деле ратном жалую тебе орден Святого Георгия четвёртой степени.

— Рад стараться, ваша светлость!

— Адъютант! Опять перо и бумагу. Да! И шкатулку с орденами захвати!

— Слушаюсь!

* * *

Вечернее собрание группы проходило в соседней с полководцем избе, на котором отсутствовала лишь дежурившая на тот момент Валя. Вот уже полчаса весь коллектив горячо спорил когда и где появится последний лазутчик, поставивший перед собой цель — ликвидировать великого русского полководца. С самого начала обсуждения выдвигались разные, порой самые фантастические версии, однако ни одна не была принята за основную. Оля задумчиво сидела за столом, глядя на пламя в печи и целиком уйдя в себя. Временами её губы что-то беззвучно нашёптывали. Севка это заметил и подошёл к супруге.

— «Отселе в думы погружён, глядел на грозный пламень он…» — с улыбкой процитировал он отрывок из известного стихотворения и ласково поцеловал супругу в щёку. — О чём задумалась, гофмейстерина?

— Кто-кто? — удивлённо воззрилась на него Ольга.

— Михаил Илларионович сегодня сказал, что у тебя есть все задатки стать такой важной дамой при дворе. И ещё сказал, что я должен беречь тебя пуще жизни своей. Мне достался очень редкий самородок.

— Не говори ерунду.

— Это не ерунда, Трубачёва, — отвлёкся от обсуждения Бабенко. — Я подтверждаю слова Кутузова. Тебе только дворянского звания и не хватает.

— П-ф-ф-ф! В роду Зуевых были дворяне, — дунув на чёлку, ответила девушка. — Статский советник, а ещё раньше бояре, правда не столбовые.

— Даже так? — на неё смотрело удивлённое лицо супруга. — Ты никогда не говорила об этом.

— А ты не интересовался.

— Никогда не думал, что буду женат на дворянке. Так о чём ты задумалась?

— О том, кем будет последний участник диверсионной группы.

— И кем? Самим Наполеоном? — усмехнулся Севка.

— Нет, женщиной.

— А ну, Трубачёва, поделись со всеми своими умозаключениями, — Бабенко аж привстал со своего места.

— Всё очень просто, Константин Сергеевич. Давайте представим себя на месте Родро. Человек в балахоне был ликвидирован чуть раньше его самого. Потом он сам. Затем единичный офицер французской армии. Далее они решили переодеться в мундиры русских пехотинцев, но затея провалилась. Остаётся какой вариант?

— Не понял, куда ты клонишь, Трубачёва?

— Как говорил Козьма Прутков36— «Зри в корень!» Кого бы вы взяли ещё в группу на его месте?

— Отгадывать ребусы не буду, договаривай Оля.

— А я бы взяла женщину. Кто как не женщина может беспрепятственно пройти в дом под благовидным предлогом и не вызвав подозрения у охраны?

Внезапно группа замолчала, обдумывая версию девушки. Полуянова удивлённо посмотрела на подругу и захохотала.

— Лёлик, солнце! Ты наших мужиков умыла! Всех и разом! Ты и в школе была почти круглой отличницей и гуманитарием, а теперь ещё и аналитику освоила. Парни! А ведь она права на все сто!

— Ну, допустим ты права, Оля, — почесал затылок Бабенко. — И когда же она решит напасть?

— Сегодня около полуночи. Не позже.

— Почему?

— Потому, Константин Сергеевич, что она наверняка уже в деревне. Её оставляли как запасной вариант и наверняка она внимательно изучила распорядок и скорее всего выудила информацию кто мы и зачем здесь. Я бы на её месте поступила именно так.

— Ну, давай всё по-порядку.

— Она знает, что под утро дежурит самая боеспособная девушка, во время моего дежурства Михаил Илларионович ведёт беседу со мной, из-за чего свет в окошке горит. Значит, полководец бодрствует. Остаётся вариант около полуночи, когда он только-только заснёт.

— Продолжай.

— У входа дежурит два человека и плюс один из нас совершает обход по периметру. Как бы я поступила? Ответ прост — между домом и сараем есть стог сена. Я бы дождалась темноты и пропустив обходящего периметр, ринулась бы к окну. Оно, как вы знаете, находится рядом с кроватью Кутузова. Даже в дом входить не нужно. Наверняка у неё есть алмазный резак по стеклу. Быстро сделал отверстие и швырнул гранату. На это уйдёт секунд двадцать — в наше время стёкла не чета здешним: они тут хлипкие. Звук от резака как мышиный скрёб — никто не обратит сразу внимание на окно, а потом — ба-бах! Пока в доме будет переполох, выскочу из сена с какой-нибудь едой: хлеб свежий, жаркое, ну не суть — важно, что с глупой наивной мордашкой я рвану навстречу охранникам и буду канючить, передать еду полководцу. Меня пошлют, а мне только этого и нужно. Я спокойно уберусь восвояси.

— О, женщины! Как вы коварны! — встав на одно колено, Севка с чувством поцеловал руку жены. — Дворянская кровь не помешала тебе придумать сей дерзкий план, даже наоборот — корни твоих пращуров взлелеяли в тебе интеллект и довели его до такого ужасающего коварства.

— М-да, Трубачёва… — задумчиво проговорил есаул. — Не хотел бы я когда-нибудь стать твоим врагом. Ребята! А ведь Ольга права. Права, чёрт возьми, на все сто процентов. Шикарная логическая цепочка! Ни к чему не придерёшься! Вот что: вернёмся домой, поговорю кое с кем, чтобы тебя перевели в аналитический отдел.

— Я от Севы никуда. Лучше пусть в нашей группе будет свой аналитик.

— Спасибо, любимая, я знал, что ты от меня ни на шаг.

— Надеюсь и ты от меня? — прищурившись и наклонив голову в бок, спросила девушка.

— Конечно!

— Константин Сергеевич, только в моей логической цепочке есть один минус.

— Какой, Трубачёва?

— Не понимаю, откуда и от кого происходит командование дальнейшими действиями группы из «Рубикона». Есть предположение, но оно ничем не подкреплено. Так, просто женская интуиция…

— Ну?

— У меня навязчивая идея, что командование осуществляет именно этот человек. Эта женщина. Больше ничего не приходит на ум. Да и выходит, что Родро — мелкая сошка. Не он главный.

— И когда она собирается пробраться в стог? Когда это по-твоему произойдёт?

Трубачёва о чём-то задумалась и резко встала со стула. Накинув тёплую жилетку, она достала свой наган и аккуратно спрятала метательный нож в рукав платья. Остальные члены группы удивлённо уставились на неё.

— Лёлик! Ты чего молчишь? — поинтересовалась Лена у подруги.

— Сейчас уже вечер, в стогу не холодно. Она уже там!

* * *

Через минуту в избе не осталось никого. Все участники группы как по команде вскочили и, захватив оружие, двинулись к месту предполагаемого нахождения лазутчика.

Вот и стог. Обычный, небольшой и чуть увядший стог посеревшей травы.

— Тихо! — шепнул Бабенко всем. — Расходимся и окружаем его.

Со стороны сарая Валера заметил изменение покрова стога. И хотя оно было не большое, едва уловимое, однако его цепкий глаз сразу определил место, куда проник вражеский лазутчик. Рудых поднял руку и есаул быстро переместился в его сторону.

— Вот здесь она забралась внутрь, — шепнул молодой человек Бабенко, когда тот подошёл к нему вплотную.

— Вы окружены, а мы знаем о ваших намерениях! — внезапно громко произнёс есаул. — Выходите, не делая резких движений и, возможно, вам сохранят жизнь. Мы знаем, что у вас есть граната, а потому потрудитесь не делать глупости. Любое несанкционированное действие с вашей стороны будет расценено как провокация и мы откроем огонь. Стреляем без предупреждения! Даю десять секунд на размышление!

Наступила тишина. Каждый из группы слышал стук своего сердца, словно молот бил по наковальне в рядом стоящей кузнице. Внезапно внутри стога раздался шорох. Он всё увеличивался и увеличивался, и к исходу данного есаулом времени, из подмеченного Валерой места в стогу выпал густой сноп сена, а затем показался силуэт. Ещё пара секунд и на землю встала женщина в полусапожках, длинной юбке и одетая в лисью жилетку. Её длинные волосы были стянуты в пучок. В руках она держала небольшую гранату и маленький инструмент, очень похожий на тот, которым режут стекло в любом профильном магазине нашего времени. Бабенко достал из кармана маленький фонарик, взятый в качестве экипировки в это время и сейчас предусмотрительно захваченный с собой. Включив его и осветил лицо лазутчицы, он присвистнул.

— Фьюить! Какие люди пожаловали, чтобы устранить великого русского полководца!

— Кто она такая? — поинтересовалась Лена.

— Все вопросы потом. Мадемуазель! Я знаю, что вы меня понимаете, потому настоятельно вам рекомендую не делать резких движений и всё время держать руки на виду. Лена! Аккуратно забери у нашей гостьи лимонку и резак по стеклу. Постарайся не встать на линию огня37, эта женщина очень коварна и не упустит момента взять тебя в заложники. Передай предметы Валере и аккуратно обыщи лазутчицу.

— Так… пистолет дамский, нож, ещё нож и кусок тонкой стальной проволоки с двумя небольшими палочками на концах. А это для чего?

— Удавка. Одно из бесшумных орудий наёмного убийцы. Всё! Пошевеливайтесь, мадемуазель. Сейчас мы познакомим вас с тем, кого вы решили устранить.

— Проклятье! Как вы меня вычислили? — голос у незнакомки был низкий, похожий на мужской.

— На то и щука в пруду, чтобы карась не дремал, — усмехнулась Лена, ответив лазутчице русской пословицей.

— А вы, мадам Полуянова, не очень-то обольщайтесь нынешней победой. Не сейчас, так в другое время мои люди уничтожат вашу страну.

— Вы даже знаете, как меня зовут? — удивилась девушка.

— Я знаю о вашей группе даже больше, чем вы можете себе представить. Но никак не могу понять, каким образом вы раскрыли моё инкогнито и главное — как поняли, откуда будет нанесён удар по великому князю.

— Ничего в этом сложного нет, — заметила Ольга. — Простая логическая цепочка.

Они подошли к избе Кутузова. Охрана беспрекословно пропустила их внутрь и скоро в горнице великого князя было не протолкнуться.

— Ну-с, с чем пожаловали, есаул? — поинтересовался Михаил Илларионович.

— Ваша светлость! Пред ваши очи привёл последнего лазутчика.

— Женщина?! Последний лазутчик женского пола? Изрядно удивлён! Как нашли?

— Благодаря умозаключениям Ольги. Она собрала воедино все мелкие приметы и вовремя нашла место, откуда замышлялось покушение на вашу светлость.

— О! Так вот кому я обязана своим разоблачением! — воскликнула незнакомка. — Баронесса Зуева, или как говорят в России — боярыня.

— Я знаю, что мои предки ведут начало от бояр, но откуда вам это известно? — Трубачёва не скрывала своего удивления.

— Я же говорила, что знаю о вашей группе даже больше, чем вы сами, — надменно усмехнулась лазутчица.

— Дамы и господа! — пафосно проговорил Бабенко. — Имею честь представить вам одного из руководителей и идейного вдохновителя той таинственной организации «Рубикон», чьи козни мы нейтрализовали. Эта особа никто иной, как маркиза Луиза де Третиньяк. Собственной персоной.

— Между прочим, имеющая титул не по наследству38, а данный отпрыскам де Третиньяков любого пола, из века в век, самими королями Франции. Услугами моего рода пользовался даже монсеньор39 Ришелье. Мы — тайные слуги высшей знати Франции, — добавила с гордостью маркиза.

— Откуда такая ненависть к русским? — поинтересовался есаул.

— Это долгая история, ещё со времён Щита и Меча40. Мой род всегда был частью Ордена Госпитальеров41. Чуть позже этой эпохи Магистром стал славянин42, который и унизил де Третиньяков своим входом на престол Ордена. Именно наш род должен был стать во главе Госпитальеров. Поэтому мы и поклялись мстить славянам.

— Глупо и наивно, — усмехнулся Константин.

— Вам не понять этого, вы же не дворянин.

— Какая птица попала к нам в клетку, — заметил Кутузов, после словесной перепалки маркизы и Бабенко. — Что будем делать с ней, есаул?

— Даже если мне уготована смерть, мои люди продолжат начатое. Не здесь, так раньше или позже этого времени, — заметила де Третиньяк. — Хотя мой род угаснет вместе со мной, у меня есть верные последователи и они доведут дело до конца.

— Отдаю её на ваш суд, ваша светлость.

Заметив, что контроль за ней чуть ослаб, маркиза незаметно двинула правой рукой и из рукава показался метательный нож. Она попыталась сделать взмах, чтобы бросить его в Михаила Илларионовича, но стоявшая рядом Оля не дала ей этого. На взмах руки лазутчицы Трубачёва ответила ударом в плечо, затем последовал захват кисти и вот уже она заломлена, а её обладательница распласталась на полу и стонет от нестерпимой боли.

— Проклятье! Не думала, что вам преподают айкидо́… — простонала де Третиньяк.

— … самое эффективное боевое искусство для тех, кто не обладает дюжинной физической силой, — закончила за неё Ольга.

— А говорила, что знаешь о нас многое, — заметил Бабенко.

— Знаю, что вашей группе преподавали боевые искусства, но вот какие — понятия не имела.

— Бог мой, Оленька! — воскликнул великий князь. — Кроме образованности вы ещё и знатный воин! И не хуже подхорунжия. Да к тому же по словам сей пренеприятнейшей маркизы, вы, оказывается, дворянка?

— Лишь потомок, ваша светлость.

— Сие абсолютно не меняет дела. Чуть погодя, мы продолжим наш разговор о вас, а сейчас я мыслю, что делать с этим исчадием зла.

— Поведайте нам, маркиза, где ваш пульт включения портала для возврата в наше время? — спросил Бабенко.

— Для чего он вам? — она подняла глаза на есаула.

— Вы же знаете, что образованная сингулярность в этой эпохе не позволит вам изменить что-то ещё. Потому есть у меня одна мысль, как насолить вам и вашим подручным, — он повернулся к Кутузову. — Ваша светлость! Смерть для оной особы будет слишком лёгким наказанием. Полагаю, что следует учинить ей экзекуцию и отпустить с миром.

— Какую экзекуцию? — поинтересовался великий князь.

— Высечь и дело с концом, — улыбнулся тот.

— И всё? Отпустить её на все четыре стороны? А если она снова замыслит недоброе?

— Но не в этом времени. К вам, никому из нашей эпохи хода уже не будет. Посему наше пребывание здесь далее становится ненужным, а в других временах мы найдём ей противодействие. Так нужно для всего государства российского. Раньше, ныне и в грядущем.

— Что ж, если дело обстоит таким образом, я внемлю твоим словам. Потомкам виднее. Быть по сему! Кликните охрану, пусть она выведет сию француженку и отсыпет ей десяток плетей по причинному месту сзади туловища, — усмехнулся Михаил Илларионович.

— Проклятье! Есаул! Мы ещё встретимся! — кричала маркиза, когда её уводили из избы. — И я клянусь, что поквитаюсь с тобой!

— Ну, вот и всё, — медленно проговорил Константин — наше задание подходит к концу. Мы его выполнили и теперь со спокойной душой можем вернуться.

— Я хочу отблагодарить Оленьку. Эта барышня мне понравилась своей образованностью, смелостью и зело ещё чем. Жалею, что ты не моя дочь. Уж я бы тебя пристроил в высший свет.

— Благодарствую, ваша светлость, но мы говорили с вами о том.

— Знаю-знаю. Есть у меня награда тебе, — встав со стула, он направился к шкатулке с орденами и медалями для награждения. Открыв её, Кутузов подошёл к Трубачёвой. — От меня лично, в знак великой симпатии и знаний твоих, прими орден Святой Анны четвёртой степени. А как воину храброму жалую тебе тот же орден, но третьей степени. Дабы носила ты его не на клинке43, а на груди своей.

— Благодарю вас, ваша светлость, — Оля сделала реверанс. — Ваша награда всю жизнь будет напоминать мне о встрече с вами.

Михаил Илларионович обнял девушку по-отечески и поцеловал в лоб.

— Когда собираетесь в обратный путь? — усевшись на своё место, поинтересовался он у Бабенко.

— Завтра с утра и пойдём.

— Где собираетесь кануть в грядущее?

— Село Васюнино, Московской губернии.

— Неспокойно нынче в тех краях. Разъезды французские рыщут, да и мародёров изрядно. Я дам охрану.

— Ваша светлость! Малая группа не так приметна. Просочимся, как вода через сито.

— И то верно. Что ж, изрядно вы послужили, теперь отдыхайте.
========================================================================

Глава 6

Утренние сборы были недолги. Девушки сразу переоделись в казачью форму. Парни проверили подпруги44, закрепили походные сумки и в путь. С Тарутино выехали молча, лишь миновав небольшой овражек разговорились. Атмосфера скорого возвращения домой уже витала над ними. Сальниковы затеяли спор с Полуяновыми на тему совместно просмотренного ещё до задания фильма и теперь каждый отстаивал свою точку зрения о героях той картины. Севка вполголоса перебрасывался репликами с Бабенко, оба иногда ухмылялись, Валера Рудых негромко напевал какую-то казацкую песню, лениво перебирая поводья. Заметив, что Ольга чуть отстала, он нагнал Трубачёва и окликнул его.

— Сева! Супруга твоя опять аналитикой занялась. Да так, что совсем лошадью не управляет.

Трубачёв чуть отстал от основной группы и приблизился к супруге.

— Милая! С тобой всё в порядке?

— А? Да…

— Опять о чём-то задумалась?

— Перебираю факты о «Рубиконе». Есть кое-какие нестыковки.

— Оленька! Давай ты этим дома займёшься?

— Трубачёвы, что случилось? — к ним подъехал Бабенко.

— Всё нормально, Константин Сергеевич, просто Оля опять аналитикой занялась.

— Баронесса! Вы меня пугаете!

— Баронесса? — фыркнула Ольга — Тогда уж правильнее боярыня. А вообще, все события, произошедшие с нами здесь, натолкнули меня на одну мысль…

— Трубачёва! Вот напишешь дома отчёт и тогда мы побеседуем на тему твоих вопросов. Все вместе. Договорились? — Бабенко подхлестнул коня и умчался догонять основную группу.

— Оля! Мне даже неловко стало от этой новости.

— От какой?

— Что ты из дворянского рода.

— Ничего в этом особенного нет. Конечно, в этом времени у нас с тобой не было бы не единого шанса, ну а так… что бы не случилось, Севочка, я тебя ни на кого не променяю.

Они пришпорили коней и скоро догнали остальных.

Верстах в десяти от Тарутино, у самого входа в лес, их нагнал конный разъезд кирасир. Узнав есаула, кирасиры были расквартированы недалеко от избы Кутузова, старший разъезда — вахмистр45 Кутепов, козырнул ему.

— Здравия желаю, ваше бродь! А в какую сторону путь держите, если не секрет?

— На Московскую губернию, — уклончиво ответил Бабенко. — Задание у нас от его светлости.

— Вы бы по-аккуратнее в этих местах. Намедни уланов французских недалеко отсюда видали. Не ровен час схлестнётесь.

— Иль ты за них радеешь? Схлестнёмся — им же хуже.

— Ни боже мой! — испуганно перекрестился вахмистр. — И то сказать, после вчерашнего боя они совсем озверели. С ночи разъезд прибыл. Бают, в деревни они врываются, силком провиант, хабар46 и сено отбирают. Кто пытается супротив пойти, сказывают, рубят и стреляют.

— Это они от безысходности. Теперь же отступать им придётся, да по старой дороге, откуда на Москву шли. А там они пограбили всё, провианта нет.

— Отольются кошке мышкины слёзки, — с болью в голосе проговорил кирасир, — за всё спрос будет. За каждую потерянную русскую душу.

— Ваше бродь! — сзади раздался голос подхорунжия.

— Чего тебе?

— Никак родник с правого боку. Коней бы напоить.

— И то верно, — он повернулся в седле. — Отряд! Привал!

— Млады воины, а глаз егерьский, — похвалил Кутепов. — Да, матушка-Россия, все за тебя горою встали — и стар, и млад. Иные усы ишо не бреют, а как в старину — новиками47 пошли. Сколько им?

— По восемнадцать и будет. И службу справно несут.

— Да я уж вижу. Тот, безусый, подхорунжия заслужил. Бедо́вый48 стало быть.

— Бедовая. Казачка она, с мужем на войну ушла. Уже успела дюжину уланов пленить.

— Кому скажи — не поверят, — покачал головой вахмистр. — Вот, что война с людьми-то делает… даже бабы воюют.

Пока набирали воду коней напоить, девушки организовали перекус. Валера нашёл сухостой и быстро разжёг костерок. Тушка курицы ароматно запахла, поджариваясь на огнём. Три десятка картофелин, брошенных в угли, должны были заменить гарнир. Таких соблазняющих запахов кирасиры не выдержали и решили продолжить путь.

— Нам по левую руку от вас, сменить соседей, — вахмистр подъехал на лошади к биваку казаков.

— Удачно добраться, — пожелал ему Бабенко.

— Ну, прощевайте, ваше благородие-э-э! — Кутепов с места перешёл на галоп и скоро скрылся из виду.

Через полчаса обед был дружно съеден. Попили студёной родниковой водицы, набрали пару фляг в дорогу и, погасив костерок, двинулись дальше. Шли по лесу, рощицам, чтобы не привлекать к себе внимания. Временами то Трубачёв, то сам Бабенко выезжали на опушку и внимательно осматривались.

Уже вечерело, когда группа добралась до Васюнино, встав на очередной привал на краю лесного массива. Есаул, позаимствовав у Севки подзорную трубу, привычно разглядывал окрестности.

— Что там? — к Бабенко подъехал Полуянов.

— Пока тихо, — ответил ему есаул, внимательно осматривая деревню. — Народ привычно копошится у изб, прибираясь и готовясь завтрашнему дню. Французов не видно.

— Где будет происходить переход? — спросил подъехавший к ним Трубачёв. — А то мы со всеми приключениями даже не поинтересовались.

— Рядом с церковью. Дерево там есть, старое. Вот у него и будет наш конечный маршрут.

— А когда? — это уже Полуянова, обогнув есаула, пристроилась рядом с мужем.

— По договорённости с руководством — завтра. Никто не знал, какие трудности будут у нас на пути. Вот и дали сутки на то, чтобы добраться сюда.

— А ночевать где будем? — не унималась Лена.

— Память у тебя девичья, — покачал головой Бабенко. — Связной же здесь есть. Забыла?

— Ой, точно, Константин Сергеевич. Ну, забыла. За эти дни столько всего навалилось…

— Вон, добротно срубленный дом на краю села. Туда нам и надо. Запомните, связного зовут Иван Фомич.

* * *

Минут через десять они неспешно въехали в село. Селяне издалека подозрительно всматривались в отряд, но разглядев казачью форму, почтительно ломали шапки49 перед ними. Кое-кто выбегал через калитку на улицу и интересовался новостями: где наши и когда Наполеон уйдёт из России. Уклончиво отвечая на вопросы, группа добралась до зажиточной избы на другом краю села. Есаул спешился и, осторожно открыв калитку, вошёл во двор. Загавкала собачонка, почуяв чужого и на её лай вышел кряжистый мужик в армяке и казачьей папахе. Правый рукав армяка был аккуратно засунут под пояс.

— Родом с Тихого Дону мы, на ночлег пустите? — сказал условную фразу Бабенко.

— Как не помочь землякам! — ответил ему незнакомец и заулыбался. — Заводите коней во двор и проходьте в хату.

— Давайте мы вам поможем лошадей к сарай завести, — предложила Лена, видя его пустой правый рукав.

— Нет, подхорунжий, свои помощники имеются. Николка, Андрейка! — кликнул он и на его зов выскочили двое мальчишек, примерно двенадцати и четырнадцати лет от роду. — Определите коней на постой, сена дайте, водицы. Не мне вас учить.

— Да, тятя.

Навстречу гостям вышла девушка в розовом до пят платье и накинутой сверху жилетке на волчьем меху. С длинной косой, румяная и круглолицая, с чуть вздёрнутым кончиком носа.

— Здорово живёте, хозяюшка! — приветствовал её Бабенко.

— Слава богу, — она чуть поклонилась.

— Дочка моя, Варвара, — представил её Иван Фомич. — В доме хозяйствует, вместо супруги моей, почившей. Девица на выданье, да только с войной этой окаянной и женихов днём с огнём не сыщешь.

Тем временем вся группа зашла в хату. Девушки с удовольствием освободились от папах и, достав гребни, стали приводить волосы в порядок.

— Да как же так… — Иван Фомич оторопело уставился на подхорунжия. — Мыслимо ли сие?

— А мне, тятя, говаривал ты, что казачки дома мужей дожидаются, — с укором произнесла Варвара.

— Сам Платов о том знает, — улыбнулась Лена. — Да что он — у Кутузова на службе были.

— Изрядно, — покрутил головой старый казак.

— А какой он? — сразу пристала к ней с вопросами Варя. — Строгий, али добрый?

— По-разному. Но кто понравится — сразу по-отечески опекает, — Лена внимательно посмотрела на Ольгу, но та только показала кончик языка.

— Бабьи разговоры потом. Варвара! Привечай гостей ко столу, ведь с дороги они, — отец сдвинул брови.

— Иван Фомич! — обратился к нему Бабенко. — Коней себе заберёте, Сколь надо оставь, остальных — на продажу. По уговору.

— Дюже богатый подарок, есаул.

— Тятя! Только Зорьку не продавай! — вскинулась Варя.

— Да не продам я твою красавицу. Ишь, как к лошади прикипела, — покачал головой старый казак. — Мы, Кривошеевы, рядом с Вороновыми жили. У них пара была — Чалый и Зорька. Как французы пришли — у соседей лошадей отымать взялись. Ну, Григорий-то и полез заступаться за животину. Убили его… да и семью тоже. Чалого увели, а Зорьку ранили, когда та бежала от нехристей этих. Вот Варвара и выходила лошадь. Сначала нашла её, а потом выходила. С тех пор они не разлей вода.

— Тятя! Там сумка подорожная к одному седлу приторочена! — в избу влетел Николка, младший из сыновей.

— Ой, ё! — хлопнул себя по лбу Валера. — Это ж я забыл про сумку.

— На что засмотрелся? — ехидно спросила его Лена.

— Скажи лучше на «кого», — поддакнул ей супруг.

— Опа! — захохотал Севка. — Эх, не то нынче время, а то и за сватами дело бы не стало!

— Да ну вас! — пунцовый Рудых выскочил во двор.

— Сева, нельзя смеяться над чистым и искренним чувством, — Оля сердито ткнула в бок мужа.

— Да я ж беззлобно, по-дружески, — отмахнулся тот.

* * *

Пока Рудых отвязывал сумку да вкратце рассказывал о своих приключениях мальчишкам, усадив гостей за стол, во двор вышла Варя. Осторожно ступая, она приблизилась к сараю.

— Дядька Валера! А шо сказал Кутузов, когда вы ворогов спымали? — выпучив глаза от рассказа взрослого по его меркам казака, спросил Николка.

— Поблагодарил за службу. Кого наградил званием, кого орденом.

— А вас?

— Меня нет, просто поблагодарил. Моё ж умение в другом.

— В чём?

— Пластун я.

— О как! А кто такой пластун? — Николка ни на шаг не отходил от Валеры.

— Пластун в разведку ходит, — за Рудых ответила входящая в сарай Варя. — Его служба не видна обычным воинам, но когда есть тайное задание, то никто, кроме него не справится.

— А шашку на задание тоже берут? — не унимался мальчонка. — Али только пистоль?

— И шашку берут, и пистоль тоже, — ответил Валера.

— А хорошо ли ею рубишься, казак? — с хитринкой спросила девушка.

— Жаль не казак ты — показал бы.

— Так казачек тоже учат. Ужель не знаешь?

— Ты хочешь сказать, что умеешь шашкой владеть? — он искренне удивился.

— Андрейка! Принеси тятину, — попросила она брата.

— А не накажет?

— Скажи, я просила.

Девушка подошла к вороной кобыле, стоявшей в самом углу сарая и невозмутимо жевавшей пучок сена.

— Зоренька моя ясная… лошадушка моя, — ласково погладила она лошадь и дала ей кусочек хлеба. Та, чуть повернув голову, легонько фыркнула на неё и аккуратно положила голову на плечо.

— Вот! — в сарай влетел запыхавшийся Андрейка и передал отцовскую шашку девушке. — Варька! Только он сказал, чтобы остереглась и гостя не покалечила.

— Ещё неизвестно, кому поостеречься придётся, — ухмыльнулся Валера.

— Ну, давай, казак, нападай, — тряхнула чёлкой Варя, когда они вышли во двор.

— Ты — девица, тебе и фору дам.

— Ты — гость, тебе и уважение, — парировала та.

— Ладно… защищайся…

Первый выпад от Рудых девушка парировала не сойдя с места. Валера осмелел и начал применять тактику, которой его учили инструкторы. Медленно, шаг за шагом, он усыплял внимание девушки. Но Варя и сама пошла на хитрость. Пара её приёмов показали молодому человеку, что перед ним опытный боец. Тогда он решил взять её эффектом. Резко отойдя на пару шагов, он сделал несколько мулинетов. Девушка усмехнулась и в ответ показала такие же.

— Мы с тобой почти ровня. Дай свою шашку, — попросила она.

— Вот, возьми.

— А она даже легче моей. А и пусть, приноровлюсь, — с этими словами она сделала пару движений обеими руками и…

Валера стоял и ошарашенно смотрел на ветряную мельницу. Да-да, именно мельница из мельтешащих пары шашек — так вращалось это опасное оружие в руках девушки, которая нравилась ему всё больше и больше.

— Ты — обоерукая? — спросил он, всё еще удивлённо глядя на Варю.

— Догадливый. Тятя постарался. Учил меня не хуже братишек. Говорит, жалко, что не казаком родилась.

— Ну, какие у вас здесь успехи? — из избы вышли Бабенко и Кривошеев.

— Константин Сергеевич! Она — обоерукая. Первый раз такое вижу. Нет, слышать слышал, но вот чтобы вживую видеть…

— Покажи, — попросил Бабенко.

— Извольте, — и «мельница» заработала вновь.

Вся группа решила подышать свежим воздухом после сытного ужина, но когда они вышли на порог…

— Ничё се… — первым от увиденного отошёл Роман. — Вот это она шурует…

— Во-во… — поддержала его супруга. — Не хотела бы я сойтись с ней в рубке. Она же… она — обоерукая!

— А возьмите меня с собой, — попросила Варя, остановившись. И ведь не запыхалась: дыхание было ровным, практически без отдышки.

— Ишо чего! — сдвинул брови Иван Фомич.

— А чего, тятя? Вона, казачки тоже с ворогом дерутся. И чины, и награды получают! А я чем хуже?

— Ты у нас вместо мамки! — отрезал отец. — Кто мне их поможет на ноги поднять? С моей одной рукой-то?

— Прости, тятенька, не подумала… — Варя опустила голову.

— Давайте в дом, представление закончилось, — скомандовал своим есаул. — Завтра рано вставать — не перед всем же честным народом открывать портал.

* * *

Утренний сон в избе был нарушен выстрелами, криками и отчаянным гавканьем сельских собак. Первым до окна добрался хозяин. Он быстро оглядел участок улицы, видный в окно и бросил только одно слово: «Французы!» Минут через пять во двор уже ворвались двое кирасир. С пистолетами на изготовку. Один рванул к сараю, другой затарабанил в дверь дома. Иван Фомич закрыл за собой дверь в сенцы и вышел на крыльцо.

— Старик! Если хочешь остаться живым — выноси еду и вино! Живее! — выкрикнул по-французски кирасир, чуть сдвинув на затылок тяжёлый шлем.

— Сожалею, но вчера другие всё вынесли, — старательно выговаривая французские слова, ответил ему Кривошеев.

— Врешь, собака! — француз попытался отпихнуть мужика-калеку, на вид не способного даже на какое-то сопротивление.

Но он ошибался. Бывший пластун сделал неуловимое движение и вот уже француз скатился с порожек крыльца и лежа на земле, жадно ловит ртом воздух. Второй выбежал из сарая с криком «Франсуа! Здесь столько лошадей!» и опешил, увидев товарища на земле. Не задумываясь, француз выстрелил из своего пистолета и Иван Фомич упал. Мальчишки, поражённые увиденным, схватили со стола приготовленные пистолеты и опрометью выскочили из дома. На крыльце они не сговариваясь пальнули в обидчика своего отца. Тот рухнул наземь, сражённый сразу двумя пулями, но упавший француз уже пришёл в себя. Он резко выдернул из-за пояса свои пистолеты и не мешкая выстрелил в Николку и Андрейку. Дзинькнуло стекло в горнице и арбалетный болт насквозь прошил француза, отбросив его более чем на метр от тел мальчишек.

На крыльцо выбежала бледная как полотно Варя.

— Тятя… Николка… Андрейка…. да как же так… да что ж это деется… — она заревела в голос, кидаясь то к одному, то к другому, то к третьему.

Рудых вышел на крыльцо с арбалетом одновременно с новым вбежавшим во двор французом. Следующий болт нашёл свою цель в течении секунды. Затем вошли сразу трое. Валера успел выстрелить дважды, третьего из окна достал кто-то из ребят. Кирасиры не рискнули дальше заходить во двор, а метнули пару факелов. Один улетел к сараю, другой попал на крышу избы.

— Варя, уходить надо, — Рудых тронул за плечо безучастную девушку. — Понимаю, что тяжко на душе, да только им уже ничем не поможешь…

— Срочно в дом! — на крыльце показался Бабенко.

Подхватив под руку плачущую девушку, Валера зашёл внутрь избы вместе с есаулом.

— Судя по прибывающим кирасирам, их здесь десятка три будет, — тихо сказал Бабенко. — Просто так нам не пробиться к церкви.

— Я останусь на прикрытие, — твёрдым голосом сказал Валера. — Вы все семейные, это я один. И не нужно смотреть на меня так. Иначе все пропадём, а так один из восьми. Дайте мне ещё один наган, патронов, сколько не жалко, и уходите огородами. Варя! Срочно к сараю — у него крыша огнём занялась. Выводи лошадей и тоже уходи. На лошади ты быстрее скроешься от французов.

— Валера… — хотел что-то сказать Трубачёв.

— Сева! К чему лишние слова? Будет так, как я сказал.

Варвара выбежала во двор и стремглав ринулась к сараю, внутри которого отчаянно ржали кони. Она успела отворить ворота, когда с улицы в неё выстрелил всадник. Пуля с визгом ударилась о косяк. В тот момент Рудых выбежал на крыльцо и достал вариного обидчика из арбалета. Будто ураганом его сдуло с коня. Группа уже собралась и, осторожно пятясь и держа под прицелом арбалетов калитку, вышла за дом, а оттуда направилась в ближайший палисадник.

— Накинь жилетку, возьми отцовскую шашку и дуй огородами в близстоящий лес, — напутствовал молодой человек девушку.

— А ты? — на него смотрели голубые глаза Вари.

— Варя, ты уже не маленькая. Здесь и так убиты трое твоих самых дорогих людей. Уходи! Это приказ!

Она мигом очутилась на Зорьке и хлопнул по крупу лошади, Валера заставил их пуститься в галоп.

Пожар дома и сарая объединились, образовав во дворе единое целое. Воспользовавшись этим молодой человек тщательно зарядил оба нагана, вставил в барабан арбалета остаток болтов и, нацепив на ремень шашку, стал удаляться к лесу. Удача благоволила к нему: он почти добрался до лесного массива. Только тогда кирасиры заметили его и с гиканьем рванули вдогонку. Он прилёг в небольшую ложбину, положил рядом оба пистолета и нацелил арбалет на приближающихся врагов. Когда до них осталось не более ста метров, первый болт ушел в сторону кирасир. Скачущего в авангарде француза мигом снесло с коня. Затем второго. Потом третьего. Рудых со злорадством передёргивал рычаг перезарядки арбалета, пока барабан не щёлкнул опустев.

— Ну, что ж, восемь болтов на восемь французов. Неплохо, — почему-то сам себе вслух сказал он. — Теперь посмотрим, как вы стреляете.

Французы спешились и стали окружать казака, убившего их товарищей. Кто-то достал пистолеты, другие обнажили сабли.

— Тках! — дёрнулся наган в руке Валеры и тот со злой ухмылкой продолжил считать. — Девятый! Тках! — десятый…

Патроны в пистолетах у него кончились, когда до кирасир осталось каких-то двадцать метров. Рудых встал во весь рост и вытащил шашку. Пятеро против одного. Он продержится сколько сможет. Группа наверняка уже у цели. Они спасутся — это главное. А он… он хоть и прожил короткую жизнь, но никто не посмеет упрекнуть его в том, что прожил он её неправильно, не по-человечески.

Крайний слева кирасир выстрелил из пистолета и Валера не успел на какую-то долю секунды податься вбок. Пуля из кремнёвого пистолета пробуравила штанину брюк и располосовав кожу на бедре.

— «Поглумиться хотят» — подумал Рудых. — «Саблями немного пофехтуют со мной, потом зарубят».

Тот же француз, увидев рану противника, с улыбкой отбросил пистолет и вытащил саблю. Он успел сделать все пару шагов, когда сзади из кустов треснуло два выстрела. Он и рядом двигающийся коренастый кирасир упали, как подкошенные. Ломая ветки и сучья, на Зорьке к месту боя выскочила Варвара. Она на ходу спрыгнула с лошади и обнажила шашку.

— Сними ремешок с ножен и перевяжи ногу, а свою шашку отдай мне, — получив желаемое, она повернулась к французам. — Ну, что, нехристи? Думаете всё? Раненый казак ни на что не годен? А тут ишо казачка есть! И сейчас она вам покажет! На смерть! Кто кого!

Удивлённая троица французов обступила девушку, размахивающую обеими шашками. Та, завращала ими словно ветряная мельница. Поймав на этом зрелище зазевавшегося кирасира, она рассекла ему одной шашкой руку, а другой — шею. Второй, двинувшийся на неё, упал с рассечённой ногой и лицом. Третий попятился и, споткнувшись, упал. Сабля отлетела на пару метров и он достал пистолет. Варя побледнела, увидев его, но теперь уже сзади неё треснул выстрел и злорадная улыбка француза увяла на глазах.

Со стороны села галопом неслась ещё одна группа кирасир. С десяток. Уже на трети оставшегося пути они открыли огонь из пистолетов, но к счастью все промахнулись. В ответ Рудых стал стрелять с двух рук. Израсходовав весь запас патронов, он убил лишь половину французов.

— Любый, уходи! — теперь уже девушка командовала им. — Не ведаю, сколь мне сдюжить придётся, но боле меня тут ничто не держит. Не противься — я ноне командую. Так вот. У нас окромя шашек ничего нет, а ими я рублю лучше твоего. Уходи, я сказала!

Валера хромая внезапно подался навстречу Варе и с чувством поцеловал девушку. Она пылко ответила ему, но французы уже спешились и, выхватив сабли, ринулись на них. Варвара оттолкнула парня и решительно пошла навстречу кирасирам. Сделав пару неуклюжих шагов и не удержав равновесия, Валера упал. Находясь в таком положении и превозмогая боль, он пополз к спасительным кустам. Уже теряя сознание, Рудых достал испод подмышки ключ открытия портала, но так и отключился, зажав его в руке.

А Варя махала шашками, на ходу вспоминая то, чему обучал её отец. Она не замечала ничего вокруг, только чувство мести воспарило в её душе. Мести за погибших отца и братишек, за раненого казака, сразу понравившегося ей. Боясь открыть к нему чувства сама, несколько минут назад она получила подтверждение взаимности и теперь с удвоенной силой стремилась защитить самого дорогого оставшегося в живых человека. В пылу рубки она потеряла часть своей косы, левая рука горела огнём и с каждым взмахом немела, но вместо пятерых врагов против неё дралось уже двое. Один из них сделал стремительный выпад, но его сабля не достигла цели, а сам он напоролся на левую шашку Вари. Второй ринулся на Варвару с широким замахом. Варя отпустила застрявшее во французе оружие и резко нагнулась. Дородный кирасир не успел затормозить и сделал лишь один лишний шаг, но его хватило, чтобы Варя полоснула врага по спине, а затем наотмашь рубанула по шее. Девушка и француз упали в противоположные стороны одновременно. Один убитый, другая потеряв сознание.

* * *

Варя очнулась от чьего-то ласкового прикосновения. Она открыла глаза и увидела перед собой Зорьку. Охнув от боли в левой руке, она смогла подняться с земли и стала искать Валеру. Тот лежал метрах в тридцати от места сражения, зажав в руке какой-то предмет. Варя с трудом разжала его кисть и вытащила непонятное для неё устройство, мигающее огоньками всех цветов радуги.

— Нужно нажать желтую кноп… — валерин шёпот оборвался.

— Зорька, сюда! — Варя позвала лошадь. Та подошла поближе и, увидев бесполезность попыток хозяйки взвалить драгоценную ношу на свою спину, присела. — Ты моя умница, ты моя хорошая.

Отойдя метров на двадцать в лес, девушка очутилась на достаточно широкой поляне. Она сделала несколько шагов вперёд и достав удивительный прибор, нажала заветную кнопку. С минуту ничего не происходило, но потом перед ней стало открываться большое переливающее всеми цветами окно. Оно замерло, как бы приглашая пройти внутрь. Варя дёрнула лошадь за уздечку, но та, боясь диковинного света, стояла как вкопанная.

— Зоря, Зоренька моя ясная… лошадушка моя… подсоби, — девушка плача опустилась перед ней на колени. — Без тебя не донести мне любого моего… помнишь, когда Чалого нехристи увели, как ты убивалась… так и я сейчас… ты своего любого потеряла, так не допусти мне потерять моего… прошу… сжалься…

В отчаянии она опустила голову до земли и её плач заполнил всю поляну. Зорька сделала один шаг вперёд и ласково фыркнула в ухо девушки. Та вскочила, не ощущая боли в раненой руке, и взяв Зорьку за уздечку, решительно направилась к сверкающему окну. Они сделали все пару шагов и очутились в другом мире — в большом помещении, где находились диковинные механизмы и люди, одетые в сверкающие серебром одеяния. Не выдержав нервного напряжения, Варвара опустилась рядом с лошадью, обняв ту за передние ноги. Увидев, что к ней бегут, она окончательно потеряла сознание.

0

12

Эпилог

Валера медленно приходил в себя. Разомкнув веки, он увидел обычную больничную обстановку того времени, в котором он родился. Рядом с кроватью стоял какой-то медицинский прибор и негромко гудел, одновременно перемигиваясь разноцветными огоньками. По всей поверхности рук были прикреплены множество проводов, уходивших в этот прибор. Подняв голову повыше, он обнаружил стол, на котором стоял графин с водой, а чуть дальше — вторую кровать, на которой спала… Варвара.

Рудых сделал неуклюжее движение, пожелав дотянуться до графина и стакана рядом с ним, но не рассчитал и последний со звоном опрокинулся. Варя открыла глаза.

— Привет! А как мы здесь оказались?

— Ты ничего не помнишь? — одними губами улыбнулась она.

— Совсем ничего. С того момента, когда тебя поцеловал.

— Хоть это припомнил.

— Варя… Варенька, я тебя теперь никому не отдам. Пусть они хоть что говорят. Или мы тут останемся, или уйдём обратно.

— Где тут и кто «они»?

— Чуть позже узнаешь.

— Я как попала в то место диковинное, сразу сомлела. Да и тут мне всё в новинку. Вона, к тебе тоже какие-то верёвочки пришили… а ещё, где лошадь моя? Где Зорька?

— Сейчас кто-нибудь придёт и мы всё узнаем.

— Тут женщина какая-то приходила… у неё лицо чем-то закрыто было… наказала тебя не будить, ибо юшки много потерял. Дала мне снадобье и я уснула.

Валера обратил внимание, что позади его койки стоит переносной телевизор.

— Варя, встань, пожалуйста, и передай мне вот ту чёрную коробочку, — указал он на пульт дистанционного управления телевизором.

— Вот, держи.

— Так… посмотрим, что у нас интересного… — он включил телевизор и принялся переключать каналы.

Некоторое время Варя стояла рядом и, прикрыв ладонью рот, ошарашенно смотрела за действиями молодого человека.

— А как они там все поместились? — наконец она решила спросить Валеру.

— Кто? — поднял на неё глаза Рудых.

— Ну, мужики в костюмах и бабы в сверкающих платьях… фу! Срамота! — Валера переключил на рекламу морского отдыха и там оказалась девушка в купальнике, на которую Варя и отреагировала так эмоционально.

— Тебе ещё нужно ко многому привыкнуть, если только нам обоим разрешат остаться здесь.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнул Валера.

В дверь буквально ворвались его друзья, отчего Варя, стоявшая в одной ночной рубашке, взвизгнула и быстро очутилась под одеялом.

— Привет выздоравливающим! — поздоровался Севка. — Как самочувствие?

— Не дождётесь! — ухмыльнулся Рудых. — Кстати! Кто знает, сколько мы тут?

— Третий день. Пока вы оба здесь прохлаждались у нас столько всего произошло.

— Ну, валяйте, рассказывайте, — Валера откинулся на подушку.

— Короче, всеми довольны. Задание выполнили. Ленке дали лейтенанта, а Бабенко вообще стал майором. Ему такую рекомендацию дали… у-у-у…

— Кто дал?

— Сам Кутузов. Помнишь, когда мы четырёх переодетых французов ликвидировали?

— Конечно!

— Тогда ещё Михаил Илларионович что-то написал и отдал Константину Сергеевичу? Так вот он написал, что подателю сего письма генералом-фельдмаршалом Кутузовым присвоено оное звание и впредь надо стремиться продвигать его по службе. Зело умён и храбр. Наверху не посмели перечить такому военачальнику и Бабенко досрочно присвоили очередное звание.

— Ну а что? Он его заслужил.

— Угу. Оле вот тоже дали лейтенанта. Да ещё весь отдел обзавидовался нашим орденам. Ну которые Оле и Роману дали. А тебе «Мужество» за прикрытие. Ты на себя большую часть кирасир оттянул.

— А в личном плане про нас чего-нибудь слышно? — поинтересовался Валера, но Трубачёв не успел ответить.

В палату вошло начальство: Константин Сергеевич, Евгения Александровна и Сергей Николаевич.

— Здравия желаю… — Рудых попытался привстать с кровати.

— Лежи-лежи, Валера, — остановил его Сергей Николаевич.

— Разрешите вопрос?

— Сразу вопрос? — Сергей Николаевич внимательно посмотрел на молодого человека. — А, впрочем, команда уже, наверное, доложила последние новости. Спрашивай.

— Сергей Николаевич! Тут вот какое дело… если нельзя Варю оставить здесь, то прошу отправить меня с ней.

— Серьёзно?

— Более чем. Я решил прочно связать свою судьбу с ней. Я её люблю. Очень.

— А девушка? — Сергей Николаевич повернулся к ней.

— И я… жизнь отдам за него… — покраснела и опустила голову Варвара.

— Значит, так… есть две новости — плохая и хорошая. Начну с плохой. В исторических архивах удалось поднять кое-какую информацию. Половина жителей села Васюнино погибла при налёте французских кирасир. В том числе и вся семья Кривошеевых. Следовательно, об отправке девушки обратно не может быть и речи. Теперь новость хорошая: раз вы так друг за дружку — принято решение оставить её в группе. Основное обучение будут проводить наши специалисты. Сам понимаешь, Рудых, её нужно подтягивать по всем предметам. Без исключения.

— Понимаю.

— А вот в личном и социальном вопросах — там, где нужно адаптировать её к нашему времени — тут вся забота о ней ляжет на тебя. И раз вы уже решили быть вместе — то это будет значительным подспорьем в её обучении.

— Когда свадьба? — подмигнула Лена Полуянова.

— Сначала отсюда выйдем, потом с родителями повидаемся…

— Родители ждут за дверью, — усмехнулся Бабенко. — Всё, молодежь! Двигаем из палаты! Дружно и без всяких «но»!

Через минуту Варя и Валера остались одни. Дверь тихонько скрипнула и в палату вошли отец и мать Валеры.

— Пап, мам, привет! Познакомьтесь — Варвара.

— Чего уж так… можно и Варей… — опустила голову девушка.

— Она меня от смерти спасла, а ещё раньше понравилась… в общем… пап! она моя невеста!

— Молодец, сын! — похвалила его мать. — Какую девушку за себя взять решил. Красавица! Меня зовут Алевтина Сергеевна.

— Здоровья вам, Алевтина Сергевна…

— А меня — Василий Степанович, — улыбнулся ей отец Валеры.

— И вам здравия и долгих лет.

— А она — Кривошеева. Отец её, Иван Фомич, из казаков. Сначала пластуном был, а как руку потерял…

— Что?! — удивлённо воззрился отец. — Кривошеев Иван Фомич? Пластун? А они не в Московской ли губернии проживали? Нам сказали, что она с другого века, правда ещё подписку о неразглашении пришлось давать.

— Там и проживали, а что? — теперь девушка удивлённо смотрела на будущего свёкра.

— Валера! Сынок! Да ведь именно Иван Фомич в бою заслонил нашего предка. Они друзья были. Того ранило, а тут турки… в общем, Иван Фомич руку правую потерял, а Тимофея Архиповича, пра-пра-прадеда твоего, в госпиталь отправили. Еле выходили. Вот, значит, как судьба распорядилась… мы же все её отцу продолжением рода обязаны. Кабы не спас Иван Фомич нашего предка… а ты не ранена ли? Чего под одеялом лежишь?

— Одёжи нету, одна рубаха и осталась.

— Мать! Давай бери ключи от машины и дуй в магазин одежды. Мне в бабском делать нечего, я тут останусь.

— Тогда оба отвернитесь, а ты, дочка, вылезай. Я размеры гляну, да ногу измерю — обувь тоже нужна.

Пока Алевтина Сергеевна поехала по магазинам, все трое вели оживлённую беседу.

— Мне бы узнать как там лошадка моя — Зоренька? Кабы не она…

— Жива и здорова, скучает по хозяйке. Меня уже спрашивали о ней — возьмём с собой или в какой конезавод определят, — ответил Рудых-старший. — Не волнуйся, дочка, дом у нас свой, лошади место найдём. Или мы не казаки?

— Пап, а Варя на шашках рубится. Даже лучше меня.

— Да ну?!

— Она обоерукая.

— Вот это невестка! Настоящая казачка! А что! По весне смотр будет. Там много кто выступает с разными умениями. Вот от нашей семьи Варвара и будет.

— Я только ныне показать не могу, руке больно…

— Да нас с матерью уже предупредили, что у сына нога, а у его девушки — рука повреждена. Ничего, подлечитесь, отойдёте от этого приключения и тогда поговорю кое с кем. Раз вы оба воины, казаки, понюхавшие пороху — таких везде привечают.

— Пап! Я думаю, что такое задание у нас не последнее.

— С чего ты так решил?

— Есть кое-какая информация, а ещё интуиция. И вот что… — он внимательно посмотрел на отца.

— Ну.

— Как бы Варе паспорт сделать и брак наш зарегистрировать?

— Думаю, что после эпопеи с твоими друзьями и как их быстро поженили, у вас с Варей должно быть также. Им-то по шестнадцать всего было, а вы уже совершеннолетние.

В дверь снова постучали.

— Да, войдите! — крикнул Валера.

В палату вошла Евгения Александровна.

— Мы здесь кое о чём забыли, а ведь этот вопрос для вас, думаю, что не последний, — сказала она, передавая Валере удостоверение личности для Варвары и свидетельство о регистрации брака. — С сегодняшнего дня Варвара Ивановна Рудых работает в нашем отделе. А тебя, Валера, ещё и орденом «Мужество» наградили.

— Знаю, меня ребята уже проинформировали.

— Когда выпишитесь из госпиталя, мы официально вручим, а пока выздоравливайте. Кроме того руководство даёт вам месяц для решения насущных проблем.

* * *

Монотонной чередой прошли золотая осень и серебряная зима. В Подмосковье ещё кое-где лежал снег, а на Кубани вовсю царствовала весна. Сюда, в станицу Пластуновскую, на международные соревнования приехала семья Рудых.

За всё прошедшее время Варвара и Валера усиленно тренировались по многим дисциплинам, идущих в зачёт этих соревнований. Для девушки эти семь месяцев стали очень насыщенными. Каждодневные занятия с инструкторами по спецподготовке, общеобразовательные предметы, беседы и походы по их городу и поездки в Москву — казалось, что веренице удивительных открытий и учёбы для Вари не будет конца и края. А она с честью справилась с ними. И по обычным предметам и по спецподготовке не подкачала. А вечерами они с мужем вовсю занимались казачьими дисциплинами. Бывало, устанут, пот с лица градом, а вместо отдыха в конюшню, к Зорьке и Чалому. Василий Степанович решил, что у сына тоже конь должен быть. Ну и купил ему. Они приехали на конезавод, прошлись по конюшне. Варя как увидела того жеребца, так и обомлела.

— Пап! Это ж один в один Чалый, которого увели у Вороновых!

— А как вы узнали его кличку? — удивился сопровождающий их инструктор конезавода. — Да, Чалым его кличут. Понравился?

— А можно его? — поинтересовался Валера.

Денег хватило впритык. Рудых-младшие никогда не забудут тот момент, когда Чалого привели во двор, а Зорьку выпустили прогуляться. Она вышла из конюшни и собралась пощипать травки, но когда увидела Чалого… даже сам Василий Степанович не смог сдержать слёз.

— Вот так поневоле поверишь в переселение душ… не только людских, а и лошадиных… — смахнул он скупую мужскую слезу, видя как милуются лошади.

И вот теперь, Рудых-младшие приехали на соревнования. За лошадьми обещал присмотреть брат свёкра, а они прибыли, чтобы показать свою удаль. Начальный зачёт оба сдали без проблем. А дальше были полоса препятствий, метание ножа, стрельба из пневматики, владение шашкой и рукопашный бой. С самого начала вперёд вырвалась Варя и уже до окончания соревнований не отдала пальму первенства никому. Валера стал третьим, но ничуть не расстроился. Он даже был горд за супругу. Многие из известных Василию Степановичу именитых казаков подходили поздороваться и перекинуться парой слов. Особенно после показательных выступлений, когда Варя сначала показала обоерукое владение шашкой и, наконец, её коронный номер — кнутом выхватить пластиковую бутылку с водой и в полёте разрубить её шашкой. Попросили повторить три раза на «БИС!»

— Да, Василь Степаныч, — покачал головой один из устроителей соревнований, когда они вместе подошли к кухне попить чаю с пирожками. — Не хотел бы я сойтись в бою с твоей невесткой… ведь это ж что получается: в первый раз за много лет у нас победитель — казачка. Да и то сказать заслужила она. Где хоть твой сынок нашёл себе такую? Ведь и говор у неё как в старые времена, и стиль рубки — настоящий, пластунский. Колись, Василь Степаныч!

— Ничего тебе не скажу, уж не взыщи. То тайна за семью печатями. Но роду она точно пластунского, настоящего. Так случилось, что её предок спас моего прадеда на поле брани, а сам руки лишился. Так что связаны мы теперь навеки. Сначала наши прадеды побратимами были, а теперь, вишь, породнились.

* * *

Уже попав в Подмосковье и почти добравшись до дома, на телефон Валеры пришёл вызов от Бабенко.

— Здравствуйте, Константин Сергеевич!

— Здравствуй, Валера! Как съездили?

— У Вари первое место, у меня — третье.

— Поздравляю! Сегодня у нас воскресение, отдыхайте после поездки, а завтра на работу. Дело срочное и не терпит отлагательств.

— Что-то случилось?

— Маркиза де Третиньяк с её «Рубиконом» снова активизировалась.
==============================================================

Примечания

1 Элемент униформы, амуниции, в виде значка, наклейки, карточки, предназначенный для предоставления информации о его носителе. Бэдж содержит данные — текст, графику и тому подобное, которые позволяют идентифицировать лицо, которое его носит.

2 Разведчик в казачьем войске.

3 Револьвер системы Нага́на. Образца 1895 г., семизарядный, разработанный и производившийся бельгийскими промышленниками для Российской Империи, состоявший на вооружении и выпускавшийся в ряде стран в конце XIX — середине XX века.

4 Арбалетный болт — короткая и толстая металлическая стрела, приспособленная для стрельбы из этого оружия.

5 Основная часть корпуса арбалета.

6 moulinet

7 Один из маршалов французской кавалерии.

8 Звание в казачьем войске, соответствующее лейтенанту Российской Армии.

9 Казачье звание, приравненное к капитану Российской Армии.

10 сокр. от слова «благородие»

11 верх папахи

12 Звание в кавалерии, равнозначно младшему лейтенанту Российской Армии.

13 На войне, как на войне (франц.)

14 Человек, который находится на военной службе и занимается заготовкой, хранением и выдачей корма для лошадей — фуража.

15 В то время дворяне считали русский язык уделом черни и старались общаться преимущественно на французском.

16 Младший офицерский чин во французской армии. Выполнял, как правило, обязанности младшего помощника командира подразделения. От франц. liеutеnаnt — буквально «заместитель».

17 Опасность! (франц.)

18 Полная фамилия выдающегося полководца.

19 Предупрежден — значит вооружен (лат.)

20 Такова жизнь (франц.)

21 Звание в казачьем войске, равнозначное младшему лейтенанту Российской Армии.

22 Матвей Иванович Платов (1753–1818) — граф, атаман Донского казачьего войска, генерал от кавалерии. Главнокомандующий казачьими войсками в Отечественной войне 1812 года.

23 будущего

24 Медицинский работник, лекарь.

25 Начальник главного штаба у Кутузова. Фактически возглавил в армии оппозицию Кутузову, тем более что тот фактически отстранил его от руководства штабом.

26 С глазу на глаз (франц.)

27 Екатерина Михайловна Кудашева (в девичестве Кутузова-Голенищева) — дочь Михаила Илларионовича.

28 туалет

29 Пехотное звание офицера, равнозначное капитану Российской Армии.

30 Равнозначное звание со штабс-капитаном, которое носили офицеры в кавалерии.

31 «Родную дочь свою отдам замуж за того казачишку, который возьмет мне в плен Наполеона» — любил повторять атаман Платов.

32 Беннингсен, начальник штаба русской армии.

33 Ольга намекает на то, что отношения Александра I с супругой были весьма прохладными. В течение 15 лет он практически открыто состоял в любовной связи с Марией Нарышкиной (в девичестве Четвертинской).

34 Дамы, занимавшие одноименные придворные должности и заведовавшие придворным дамским штатом и канцеляриями императриц или великих княгинь.

35 Низшее офицерское звание в пехоте тех времён, равнозначное лейтенанту Российской Армии.

36 Литературный псевдоним русских литераторов: графа А. К. Толстого и братьев Жемчужниковых.

37 Условная линия, при которой человек заслоняет стрелка и тот не может сделать выстрел, не задев его.

38 Дворянский титул во Франции и Англии обычно передавался по мужской линии. Женщины становились их обладательницами двумя способами. Первый вариант — это замужество, а второй — получение от отца. В последнем случае о титуле учтивости, который не давал даме никаких привилегий.

39 Один из титулов высшего католического духовенства.

40 Эпоха средневековья, начиная с X века.

41 Странноприимный орден, Госпитальеры, Мальтийские рыцари, или иоанниты — древнейший духовный рыцарский орден, получивший свое неофициальное название в честь госпиталя и церкви Святого Иоанна Крестителя. В отличие от других орденов, госпитальеры принимали в свои ряды женщин-послушниц, а все вступавшие в орден должны были иметь дворянский титул.

42 72-м Великим магистром Ордена был Российский император Павел I.

43 IV степень этого ордена — Крест на эфесе холодного оружия. Эту степень получали не только за боевые заслуги, но и за большую образованность.

44 Широкий ремень у седла, который затягивается под брюхом у лошади.

45 Унтер-офицерский чин в кавалерии, равнозначный старшему прапорщику Российской Армии.

46 Здесь — вещи, ценности.

47 Новобранец, подросток из дворян, детей боярских и городовых казаков в России в XVI–XVII века, поступивший на военную службу в 15–18 лет и впервые внесённый в государевы списки.

48 Ничего не боящийся, смелый, дерзкий. (разг.)

49 Кланялись, сняв головной убор.

0

13

Klimon написал(а):

С самого начала их внимание привлекла высокая и массивная стела, стоящая посередине всего мемориала.

Стелла. Два "л".

Klimon, не частите. Для начала прочитайте вот это: Советы для соискателей

Для удобства работы с текстом куски лучше разделить на отрывки размером примерно 1-3 вордовских листа.

Отредактировано Кадфаэль (07-04-2019 14:34:52)

0

14

Кадфаэль написал(а):

Стелла. Два "л".

Благодарю, поправил.

Klimon, не частите. Для начала прочитайте вот это: Советы для соискателей

    Для удобства работы с текстом куски лучше разделить на отрывки размером примерно 1-3 вордовских листа.

И в мыслях не было. Просто не знаком с настройками вашего форума и не имею представления о максимальном количестве знаков, возможных для вставки. Поэтому разбил текст по паре глав, что показалось мне наиболее вероятным количеством.
Учту на будущее.
Есть ещё начатый рассказ, но не хватает материала по истории. Не подскажите ли, есть на форуме люди, хорошо знающие материал о временах Ледового побоища? Буду очень признателен за консультации.

0

15

Klimon
Как-то многовато Вы сразу выложили...  http://read.amahrov.ru/smile/JC_thinking.gif 

Целью публикации является самореклама, или Вам всё-таки требуются какие-нибудь советы участников данного форума?

0

16

Klimon написал(а):

— Лучше бы я им не был! Эта культура вызывает у меня приступы рвоты! Ненавижу! Ненавижу вас всех!

Вот это не очень понятно. Картонно как-то. За окном далеко не Советская власть и нет большевиков. А если бы речь шла об игре по Первой Мировой? Он бы тоже за немцев был? Но ведь предков то помнит, раскулаченных, русские они, ну во всяком случае похоже на то. :)

Klimon написал(а):

— Каждый понимает в меру своей образованности, — менторским тоном ответил молодой человек.

Обычно говорят иначе, "каждый понимает в меру своей испорченности", причём так смысл гораздо вернее.

Отредактировано Игорь К. (07-04-2019 17:09:59)

0

17

Иванов написал(а):

Как-то многовато Вы сразу выложили...  http://read.amahrov.ru/smile/JC_thinking.gif

Целью публикации является самореклама, или Вам всё-таки требуются какие-нибудь советы участников данного форума?

Рассчитываю помощь при написании следующего рассказа, о чём выше писал. А чтобы было понятно откуда чего взялось - выложил первые.

Игорь К. написал(а):

Klimon написал(а):

    — Лучше бы я им не был! Эта культура вызывает у меня приступы рвоты! Ненавижу! Ненавижу вас всех!


Вот это не очень понятно. Картонно как-то. За окном далеко не Советская власть и нет большевиков. А если бы речь шла об игре по Первой Мировой? Он бы тоже за немцев был? Но ведь предков то помнит, раскулаченных, русские они, ну во всяком случае похоже на то. :)

Это он говорит не о Советской власти, а о принадлежности к славянам как таковым.

Игорь К. написал(а):

Klimon написал(а):

    — Каждый понимает в меру своей образованности, — менторским тоном ответил молодой человек.


Обычно говорят иначе, "каждый понимает в меру своей испорченности", причём так смысл гораздо вернее.

Применено в некой иносказательной форме. В виду того, что эти рассказы читались в одной из школ моего города, некоторые эпизоды, в том числе и этот, подсказали изменить с учётом детской аудитории.

0

18

Klimon написал(а):

Это он говорит не о Советской власти, а о принадлежности к славянам как таковым.

Так вот это и странно.

0

19

Игорь К. написал(а):

Klimon написал(а):

    Это он говорит не о Советской власти, а о принадлежности к славянам как таковым.


Так вот это и странно.

Подпись автора

    Технократический функционалист, эмпириосоциалист на платформе научного скептицизма. Умеренный критикан.

Игорь! Поймите, что произведение предназначено для детской аудитории и расписывать все духовные идеи этого подонка просто нет смысла. Для взрослой аудитории я бы написал немного в другом стиле, ну а детям просто понятно, что персонаж отрицательный и он будет в дальнейшем уничтожен.
У меня сын, прочитав этот рассказ, сказал, что набил бы ему морду. Какие ещё нужны мотивации в 15..16-летнем возрасте по такому "герою"?

Отредактировано Klimon (07-04-2019 23:28:14)

+1

20

Жанр: Альтернативная история, Детская патриотическая фантастика.
Возрастной ценз: 12+ (реально 14+)
Рассказ четвёртый.
Не щадя живота своего

Глава 1

Весенний майский день был в самом разгаре. Несмотря на кучевые облака на небе, оставшиеся после вчерашнего ливня с грозой, солнце вовсю готовило смену весны летом.

Захватив по пути чету Рудых, Трубачёвы пересекли МКАД и через некоторое время очутились у контрольно-пропускного пункта. Миновав КПП, Севка уже через пару минут припарковал свой автомобиль на стоянке «Спецкома».

— Ну и парилка… — Валера расстегнул воротничок формы.

— Любый, так всегда бывает после дождя, — улыбнулась ему Варя. — А чего нас в выходной вызвали? Случилось что?

— Вот сейчас и узнаем, — за Валеру ответил Трубачёв и, взяв под руку Олю, двинулся внутрь здания.

Минут через двадцать, уже в фойе актового зала, к ним присоединились остальные участники группы.

— Привет всей честной компании! — поздоровался с ними Константин Сергеевич. — Все в сборе? Отлично!

— Опять нас лишают выходного и гонят сюда толком ничего не рассказав, — недовольно пробубнил Роман.

— Не ворчи, старый дед, — улыбнулась ему супруга. — Это, наверное, как перед операцией с Кутузовым. Да, тарщ майор?

— Совершенно верно, Лена, — подтвердил её догадку Бабенко. — Только в этот раз ситуация ещё хуже.

Внезапно у него зазвонил мобильный.

— Да, Сергей… что? Да, я понял… — оглядев всех собравшихся, он кивнул на выход. — Двигаемся к ангару под номером четыре. Там сейчас соберутся все специалисты.

Добраться до ангара было делом нескольких минут. Почти перед самым входом в него их опередила машина, из которой вылезли Сергей Николаевич и его спутник — пожилой мужчина с небольшой бородкой, проседью в волосах, тщедушного телосложения, одетый в поношенный костюм и с очками в позолоченной оправе.

— А вот и наши хрононавты! — улыбнулся глава «Спецкома» всей группе и жестом пригласил внутрь. — Проходите в центральную часть ангара, туда, где стоит стенд, а я сейчас быстро переговорю кое с кем и тоже подойду туда. Иван Емельянович! Для начала давайте подойдём к нашим аналитикам, получим последние сведения и тогда уже будем знакомить группу со всей имеющейся у нас информацией.

— Это кем он нас сейчас обозвал? — недовольно проговорил Роман, двигаясь вместе с остальными.

— Путешественниками во времени, — пояснил ему Сергей Сальников. — Что-то тут нечисто, раз мы из службы безопасности в игре превратились в них. Интуиция мне подсказывает, что ничего хорошего из этого не будет.

— Поживём — увидим, — задумчиво сказала Евгения и внимательно посмотрела на супруга. — Костя! А ты в курсе, что происходит?

— Не-а. Сам знаю не больше вашего. Несмотря на родственную связь с главой «Спецкома» я даже начальными данными не обладаю. Сергей вчера вечером позвонил и сказал, чтобы я собрал всех и был сегодня в девять ноль-ноль здесь. Странно… либо произошло ЧП в игре и нас быстро кидают в прорыв, либо активизировался «Рубикон» и ситуация полностью вышла испод контроля…

На стенде, к которому подошла вся группа Бабенко, были размещены различные схемы боевых действий, вырезки из газет и журналов, сопровождавшиеся пометками жирным чёрным маркером. Парни и девушки стали рассматривать содержимое стенда, при этом оживлённо переговариваясь. Они не заметили как глава «Спекома» и его спутник незаметно подошли к ним.

— Итак, коллеги, вижу, что вы начали входить в курс дела. Это хорошо.

— Сергей Николаевич! Судя по заметкам, речь здесь идёт о битве на Чудском озере, — вышла вперёд Ольга — но у нас в игре нет такого направления.

— Сложившиеся на данный момент обстоятельства диктуют свои коррективы в нашей работе, — ответил ей сопровождавший главу «Спецкома» мужчина. — Вы позволите, Сергей Николаевич?

— Коллеги! Позвольте представить вам нашего главного историка — Ивана Емельяновича Скворцова. Он ввёдет вас в курс дела, и ему же можете задавать специфические вопросы, относительно предстоящей операции. Я решаю лишь организационные проблемы. Прошу вас, Иван Емельянович.

— Благодарю, Сергей Николаевич. Для начала скажу, что игра «Будь героем» фактически перестала быть таковой. Технологии, возникшие на месте красной зоны, позволяют отделить зёрна от плевел и преобразовать службу безопасности этой зоны в отдельное самостоятельное подразделение — Патруль Времени, а его сотрудников в хрононавтов Патруля. Со вчерашнего дня, как мне сообщили, это свершившийся факт. Теперь позвольте мне прояснить некоторые моменты, ради которых вас всех вызвали в выходной день. Дело, к сожалению, не терпит отлагательств. Итак. Знакомая вам по операции «Кутузов» французская экстремистская организация «Рубикон» снова активизировалась. Потерпев поражение в 1812 году, маркиза де Третиньяк не успокоилась и решила копнуть историю глубже — она направилась в 1240-й год. Её целью стало Ледовое побоище на Чудском озере. Она спит и видит уничтожить дружину Александра Невского и тем самым кардинально изменить ход истории. Возможно, даже разделить Русь на клочки между правителями Золотой Орды и Европы.

— Ничего себе-э-э… — протянул Севка.

— Да, планы у неё наполеоновские, — согласился с ним историк. — Ситуация осложняется тем, что проведя множественные, как сейчас говорят, консультации с главами рыцарских орденов и даже с самим Папой Римским, она собрала под знамёна нового Крестового похода против еретиков на востоке более двадцати восьми тысяч воинов.

— Сколько-сколько?! — ошарашено уставилась на него Лена.

— Именно так, девушка. После её интриги против Руси, ослабленной нашествием Золотой Орды, объединились: Ливонский орден, Тамплиеры, орден Госпитальеров и датский король Вальдемар II, в подчинении которого были шведские земли. Биргер тоже желает реванша. Против Новгорода выступило более тысячи рыцарей и около двадцати семи тысяч кнехтов, под командованием Магистра Тевтонского ордена Германа фон Балка. Вопреки реальной истории, князь Александр Невский не сможет выстоять против такой силы — у него войско было наполовину меньше.

— Эх, туда бы пару танков или БМП… - мечтательно закрыл глаза Роман. — …и гнали бы мы этих рыцарей грязными тряпками аж до самого Ла-Манша…

— Размечтался! — фыркнула его супруга.

— Хорошая патриотическая идея, молодой человек, но мы не «Рубикон» и должны действовать так, чтобы не изменить ход истории. Пусть мелкие события — да, но основное её русло — категорически нет. Но мы отвлеклись от темы. Пока Луиза де Третиньяк манипулирует фон Балком и собирает всё войско в кучу, мы тоже не будем сидеть на месте. Руководство Патруля решило послать туда группу, которая поможет князю Александру противостоять этим полчищам фанатиков. Страшно сказать, но в булле Папы Римского по поводу приведения к истиной вере прибалтов, а заодно и русичей указано, что в случае противодействия «гуманным» усилиям крестоносцев следует совершенно негуманно истреблять еретиков безо всякой на то жалости.

— Чем мы можем помочь князю Александру? — поинтересовался Бабенко.

— Главное — попытаться смоделировать возможное сражение здесь и доставить эти выкладки в Новгород, чтобы Александр Невский смог правильно расположить полки дружины. Действовать нужно осторожно, чтобы в вас не смогли заподозрить чего-то сверхъестественного. Иначе — сами понимаете… запишут в колдуны и на костёр.

— Для того, чтобы соответствовать тому времени, нужно иметь недюжинную физическую подготовку, — начал загибать пальцы Константин Сергеевич. — Потом оружие, обмундирование, предметы быта и личные вещи той эпохи… наконец, русский язык разительно отличается от нынешнего. Сколько у нас времени на подготовку?

— Не более десяти дней, — ответил Сергей Николаевич.

— Бред! Серёжа! Ты сам прекрасно понимаешь, что за это время не подготовиться. Мы обязательно где-то проколемся и угодим в темницу. Никто из нас не знает обороты речи той эпохи — нет у нас таких подготовленных сотрудников.

— Костя! Я не меньше твоего осознаю ситуацию, но поверь — у нас нет другого выхода. Просто нет и всё! Вопрос стоит так: либо «Рубикон» нас, либо мы его. Я уже отдал приказ и наши лаборатории занимаются изготовлением всего необходимого. Состав группы уже утверждён: пойдёшь ты и парни. Ваш возраст как нельзя кстати подходит под правдоподобную легенду. Ты — бывший десятник, ныне старший охраны обоза. С тобой четверо молодых ратников, оставшихся от всего отряда охранников-воев. Легенда будет такой: на обоз, который вы сопровождали, напали тати, пограбили, часть купцов и охраны лишили живота. Проберётесь в Новгород — постарайтесь осмотреться и через пару дней выйти князя. Напрямую у вас точно не получится — охрана у него будь здоров, поэтому необходим какой-нибудь случай, нештатная ситуация. Как только выйдите на контакт, дождитесь разговора с глазу на глаз. Мягко и без нажима попытайтесь объяснить ситуацию. Ваша задача не геройствовать, взяв командование на себя, а быть ему военными советниками и телохранителями.

— А мы? — с надеждой в голосе спросила за всех девушек Лена.

— Это не то время, где женский пол геройствовал на полях брани, — развёл руками Сергей Николаевич. — Что поделать… хотя… кое в чём вы, безусловно, поможете. Говорят: одна голова — хорошо, а две — лучше. Наверняка взгляд со стороны будет не лишним: где-то кольчуга сидит аляповато, другие нестыковки…

— Ну да, ну да… — угрюмо проворчала Полуянова. — Вечно девушкам только и приходится, что заниматься по хозяйству.

— Ещё не вечер, — улыбнулась ей Ольга.

* * *

Уже на следующий день вся группа собралась в одном из помещений комплекса, где ей представили кое-какое обмундирование. Помимо кольчуг, шлемов и поддоспешников показали и оружие. Мужская часть группы была немало удивлена, когда вместо мечей они увидели… шпаги. Конечно они отличались от тех, которыми фехтуют спортсмены-рапиристы на соревнованиях, да и мушкетёрские шпаги, времён французского двора XVII–XVIII веков, не походили на эти, но, тем не менее, это были они.

— Вы ничего не попутали? — удивился Трубачёв. — Мы не к Людовику с кардиналом Ришелье собираемся, а на Невскую битву.

— Нет, всё абсолютно правдоподобно, — поспешил их успокоить Иван Емельянович. — Всё дело в том, что вы знаете историю, в которой упоминается это оружие исключительно из советских и российских фильмов про мушкетёров и гардемаринов. Однако те шпаги, которые вы там видели, на самом деле современные спортивные рапиры, не имевшие к боевым образцам никакого отношения. Если подходить к истории возникновения этого оружия более скрупулезно — боевые шпаги появились в период расцвета латных доспехов и изначально являлись весьма мощным, серьезным оружием. В сущности, они представляли клинки от мечей, на которые приделали развитый эфес. Он разительно увеличивал защиту кисти и открывал массу новых возможностей в фехтовании. Вы совершенно справедливо можете спросить — «Зачем шпаги? Ведь противники с мечами!» Но тут нужно прояснить несколько очень интересных моментов. Во-первых, они легче по весу и для вас будут впору. Во-вторых, тактика ведения боя разительно отличается от боя на мечах и даёт вам значительное преимущество, как в тактическом плане, так и в психологическом. Вы совершенно спокойно можете отразить этим оружием нападение противника и в тоже время контратаковать, проведя выпад в глазное отверстие шлема, нанеся противнику практически смертельное ранение.

— А кольчуги? — с сомнением спросил Роман. — Я где-то читал, что латы крепче.

— То, что мы вам даём — на порядок отличается от всего, что имелось в мире на тот момент. Они не только распашные, подшитые стеганой тканью и со стоячим воротником, но и сплетены из мелких плоских колец. Кольца идут настолько плотным полотном, что издалека фактически сливаются вместе, имитируя чешуйчатые доспехи. Да и вес такой кольчуги значительно меньше доспехов, примерно в полтора раза. Нынешние технологии не чета тем: и крепость имеется, и лёгкость, — Скворцов поправил очки на переносице. — Теперь перейдём к шлемам. Шишаки, как типичный шлем того времени, обрамлённые бармицей, закрывающей вашу шею и, конечно же, «металлическая рожа» — личина. Она у вас будет весьма специфичной: кроме высокопрочного исполнения, в глазницы вмонтированы линзы, а под навершием шлема — устройство, которое вместе линзами составляет прибор ночного видения. В дозор пойдёте — вот и будет весомая прибавка к биноклю.

— А ночью подсветки снаружи не будет? — засомневался Константин Сергеевич. — А то сразу в колдуны запишут.

— Не будет, — успокоил его историк. — Всё учтено и доработано.

— Что с планом для Александра Невского? — не унимался Бабенко. — Каков реальный расклад битвы с учётом такого количества противника?

— Здесь без вариантов, — вздохнул Скворцов. — Придётся звать и его брата — Андрея Ярославовича, с дружиной. Иначе проигрыш очевиден даже дилетанту.

— А если… — произнесла Ольга вслух, ещё погружённая в ход своих мыслей.

— Что «если», Трубачёва? — переспросил у неё Сергей Николаевич. — Ну, договаривай.

— Рюрик у нас кем был, варягом?

— Допустим.

— Если послать гонцов к Биргеру и сыграть на общих корнях? Заставить его встать на сторону Александра Ярославича, только гонцы должны быть знаковыми для шведов.

— Это с помощью каких гонцов ты хочешь его уговорить не ввязываться в это побоище? — удивилась Евгения.

— С помощью сходных с вашим псевдонимом в игре, тарщ капитан, — ухмыльнулась Ольга, глядя ей в глаза. — Не посмеют они перечить валькириям. И не только остановятся, но и можно попытаться привлечь их на сторону новгородского князя.

— Я же говорил, что Трубачёву пора переводить в аналитический отдел «Спецкома» — ошарашено взирая на девушку, произнёс Бабенко. — Вот это идея! А ведь и вправду есть шанс. Есть, чёрт возьми!

— Тогда определяемся с посланниками великого Одина, — подытожил Сергей Николаевич.

— Если бы найти человека, хорошо знающего нюансы скандинавской мифологии… — размышляла вслух Ольга.

— То что? — почти синхронно спросили у неё историк и Сергей Николаевич.

— А ничего. Вообще ничего не будет. Ни битвы на Чудском озере, Крестовый поход закончится, даже не войдя в свою главную стадию, да и католическая вера пошатнётся в средневековой Европе.

— То есть как, простите? — удивился историк.

— А так. Если на сцену выйдет сам Один и его валькирии, то там такое начнётся! Кто видел апостолов вживую? Да никто! Написано о них много, но живых воплощений никто не видел. А тут сам верховный скандинавский бог со своими девами войны ведёт потомков викингов в священный боевой поход! Да там, возможно, и рыцари перейдут на сторону викингов! У них родовые корни тоже общие со скандинавами.

— Да, Трубачёва, интриганка ты ещё та… — покачал головой Сергей Николаевич. — Вот, коллеги, полюбуйтесь на махровое женское коварство. Да ты понимаешь, как изменится история после такого фортеля?

— А что вы хотите, Сергей Николаевич? — во взгляде Ольги присутствовала решимость. — Не мы начали закручивать эту сингулярность. Третиньяк заварила кашу, так пусть сама её и расхлёбывает.

— Ну, допустим мы найдём человека, схожего по облику с Одином, а кто пойдёт в облике валькирий? — поинтересовался историк. — Тут же секретность будь здоров. Одного человека можно привлечь. Я его очень хорошо знаю, он бывший сотрудник спецслужб, а на пенсии выбрал себе такое хобби. Но привлекать посторонних — значит, раскрыть информацию для средств массовой информации.

— Я пойду, — вышла на шаг вперёд Евгения. — Не зря я в своё время выбрала этот псевдоним в игре. Значит, судьба так распорядилась.

— И я, — поддержала её Варвара. — Евгения, вы на лук или арбалет наседайте, а я с саблями пойду. Они на шашки похожи, только эфеса и не хватало. И в седле хорошо держусь — казачка всё ж.

— Решено! — махнул рукой Сергей Николаевич. — Не скрою, ход рискованный, я бы даже сказал что опасный, но для противника он очень неожиданный и может сработать.

— Есть у меня сомнение, что новгородцы не воспримут такую помощь с наскока, — покачала головой Трубачёва.

— Почему? — удивилась Евгения.

— Ну, как бы это всё язычество. Нет, в то время волхвы тоже существовали, но православие постепенно брало верх… в общем, есть одна мысль…

— Ну? — на неё испытующе посмотрел глава «Спецкома».

— Я тоже пойду туда. Только не валькирией, а другим персонажем. Тем, который даст окончательную встряску умам новгородцев и мобилизует их душевные резервы.

— Это кем же, позвольте поинтересоваться? — удивлённо поднял брови Скворцов.

— В решающий момент битвы материализуюсь в образе княгини Ольги. Той, что крестила Русь. И укажу новгородцам, что не время религиозным распрям, что нужно уничтожить захватчиков, вероломно вторгшихся на родную землю.

— Хм, по летописям великая княгиня Ольга родом с псковских земель. Её там знают, уважают… а что? И это тоже будет весомым вкладом в победу!

— Тогда начинаем усиленно заниматься старославянским языком, — Константин Сергеевич обвёл взглядом всех собравшихся. — Ещё подгоняем под себя амуницию и вживаемся в роли. Что с костюмами для валькирий?

— Думаю, что лаборатории дней за пять смогут сделать прототип, — ответил ему Сергей Николаевич. — Опыт создания кольчуг имеется, навесим для визуального эффекта немного электронной бижутерии и порядок. Вторая лаборатория займётся оружием и арбалетными болтами. Есть мысль добавить в них очень специфичную начинку. Пока ничего загадывать не буду — это только идеи. Сейчас снимем с каждого из мужской половины группы мерки и через пару дней добро пожаловать на примерку: кольчуги, шишаки, личины. Ну а дальше тренировки владением оружием, бег на триста метров в полной выкладке и физические упражнения. Тяжело в учении — легко в бою, как говорил Суворов.

Первая глава написана. Заранее благодарен за замечания и советы.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Серия "НОВАЯ ИГРА"