Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



РАБИСК

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

-Миссис Саундсенд вернулась домой—мелодично пропела входная дверь. Молодая женщина   сняла  шляпку и пальто.
-Дорогая, у меня для тебя сюрприз!—донесся голос из глубины дома.
Джинни улыбнулась, взглянув на себя в зеркало, привычным движением поправила волосы, и прошла в гостиную. Дверь широко распахнулась перед ней и точно так же широко распахнулись ее и без того огромные, умело подкрашенные ( и скорректированные хирургом) глаза. Посреди белого пушистого ковра гостиной лежало маленькое рыжее чудо, чудо, о котором она мечтала с детства—щенок золотистого ретривера.
-О, Карл, дорогой—только и смогла произнести женщина и ее прекрасные глаза феи затуманились слезами. Сделав несколько осторожных шагов, Джинни медленно, словно боясь вспугнуть маленького гостя, опустилась на колени и протянула руку. Рыжее чудо не испугалось, не убежало и не испарилось. Привстав на свои толстенькие лапки, щенок потянулся к Джинни пушистой мордочкой и ткнулся в ладонь холодным носиком. Порывистым движением схватив малыша на руки, Джинни прижала его к себе и, не удержавшись, поцеловала этот маленький черный носик. В ответ, розовый язычок быстрым движением облизал ее губы и нос. Женщина засмеялась и прижалась щекой к теплому шелковистому боку. От переполнявших ее чувств она не могла сказать и слова.
-Я знал, что ты будешь в восторге—снисходительно улыбаясь произнес высокий молодой мужчина и опустился на ковер рядом с женой.
-Ты так давно мечтала имееть собаку, и вот—она у тебя есть. Наверно ничто не приносит большего удовлетворения, чем исполнение старых детских желаний.
   Джинни согласно кивнула, говорить она все еще не могла : в руках кряхтело и  ворочалось маленькое создание, ладонью она ощущала биение крохотного сердечка. И вдруг…что то теплое потекло по рукам и тут же, взвизгнув, щенок дернулся всем телом.
   От неожиданности, Джинни разжала руки и песик  плюхнулся на мягкий ковер. Он попытался спрятаться под юбкой сидящей на коленях женщины. Не успев еще ничего понять, она посмотрела на руки, почувствовала исходящий от них запах и тут же вскочила с выражением брезгливости на лице.
-Вот, вот оно, началось! Ты думаешь я не могла купить себе собаку раньше? Ты думаешь этого не могли сделать мои родители? Да им плевать было на то, что собаки сейчас баснословно дороги, что содержание их многие считают непозволительной роскошью—ма купила бы мне ее, если бы  не это!—с гримасой отвращения Джинни вытянула вперед свои руки. Она резко повернулась и бросилась вон из комнаты. Карл услышал звук льющейся воды в ванной и раздраженный голос жены:
-И это только начало! Пока он вырастет, он успеет испачкать и провонять весь дом, а ты знаешь, как сводят меня с ума неприятные запахи и грязь!
   Джинни вернулась, ее руки покраснели и благоухали ландышем (то, что это запах ландыша, утверждала компания- производитель мыла, проверить ее не было—увы— никакой возможности, т.к. эти цветы, как и многие другие, давно исчезли с лица Земли).
-А если… если я увижу, как он – женщина задержала дыхание и словно выплюнула  следующее слово—гадит… Оооооооооо…меня просто стошнит. Я потом, наверное, месяц есть не смогу. И …и представляешь, если это будет на моем любимом ковре?!—словно испугавшись, что это произойдет немедленно, она подскочила к щенку и, брезгливо сморщив носик, схватила его двумя пальцами за загривок и перенесла с пушистого ковра на  гладкий пол.
Щенок жалобно заскулил—он не привык к такому обращению.
-Ну вот, теперь он плачет! А я не могу этого слышать—у меня сердце разрывается от боли! И если он будет плакать часто, я просто умру от разрыва –ты этого хочешь?! Я даже не могу взять его на руки, чтобы успокоить—вдруг он опять меня испачкает.
Во время своей душераздирающей тирады Джинни бегала по комнате, зажав уши и стараясь не смотреть на песика, но внезапно остановилась и обратила к Карлу побелевшее лицо:
-О, ужас! Он же начнет грызть мебель! Да-да, я вспомнила—горячо воскликнула она, увидев протестующе поднятую руку мужа.
—Я знаю, я помню собаку Кроулов!  Сколько вещей испортила она в их доме! И не только мебель—одежда, обувь, твои диски, мои фоны—все, до чего он сможет дотянуться, будет испорчено! 
Глаза Джинни застекленели, перед ее внутренним взором проходила череда картин виденных в детстве и перенесенных на ее собственный дом. Ослабевшим голосом она сказала:
- И я даже не смогу его наказать—бить животных негуманно и антиобщественно.
Молодая женщина обессилено опустилась в ближайшее кресло. Ее муж воспользовался наступившим затишьем, чтобы высказать то, что пытался с самого начала:
-Дорогая, успокойся. Тебе не придется бить его. Нет, нет, выслушай меня! Взгляни на Тори—да, я уже дал ему имя, но если тебе не нравится, назовешь по-своему—так вот, видишь, он спит, и даже твой крик—извини, немного слишком громкий голос—не мешает ему спать, причем на голом полу. Тебя это не удивляет? Но ты удивишься, когда узнаешь, что он заснул потому, что заскулил, и будет засыпать каждый раз, как только заплачет. Значит одной проблемы уже нет?—Нет. И поверь мне—остальные тоже решены.
Малыши часто пачкают там, где нельзя—с нашим такого не будет! Он очень быстро научится делать все свои дела в специально отведенном для этого месте. Вот. Он проснулся и сейчас я продемонстрирую тебе…— взяв щенка на руки, Карл прошел к пластиковому контейнеру в углу и поставил малыша в него. Тот покрутился, покрутился, сделал попытку вылезти, но передумал, обнюхал коробку и, присев, напустил в нее лужицу, которая мгновенно исчезла в пористом дне.
Малыш вильнул хвостиком, выбрался из контейнера и, как ни в чем не бывало, заковылял по полу.
-Теперь нам надо постоянно носить его в коробку, пока он не привыкнет делать все сам? Ты представляешь, сколько времени на это понадобится?!
-Не больше 2-х недель.
Джинни недоверчиво посмотрела на мужа:
-А сколько раз в день? 10? 20?  Он же маленький, где гарантия, что мы не пропустим его…позыв?
-Ну, пару-тройку раз может и пропустим, но потом он очень быстро поймет, когда и где делать этого нельзя.
-Да? И как же он это поймет?
-Ты заметила, что Тори взвизгнул, когда пописал? Нет, не сейчас, а раньше. У тебя на руках.
Джинни передернуло, но она кивнула.
-Так вот—ему было больно, и будет больно каждый раз, когда он попытается напачкать не там, где надо. В коробке ведь все прошло успешно.
Вижу, ты все еще сомневаешься? Думаю, пора уже тебе объяснить, что Тори—особенная собака!  Нет-нет, он не киборг, не пугайся, хотя в голове у него есть парочка крохотных чипов, и это—тут Карл с гордостью выпрямился—последняя разработка нашей лаборатории: самое мощное и самое крохотное компьютерное устройство в мире. Оно связано со всеми органами чувств и через сенсоры подключено к мозгу, к  ЦНС—к центральной нервной системе. Это устройство содержит огромное количество информации и может очень оперативно с нею работать—в своем роде искусственный интеллект. Так что у нас с тобой почти разумная собака, не первая в мире, но одна из первых. Тебе совершенно нечего бояться—это устройство прошло успешное испытание в течении нескольких месяцев и до нашего Тори ( я надеюсь он все же останется нашим) было апробировано на десяти различных животных. О, ты не представляешь себе, как была счастлива наша сотрудница,  хозяйка одной из кошек, добровольно предоставившая свою питомицу для эксперимента. Она обожала свою кошечку, но у Мини была одна гнусная привычка—если хозяйка наказывала ее за что-то, то она  обижалась и несколько дней могла  игнорировать любые попытки помириться. Теперь Мини бежит к своей хозяйке по первому же зову, более того, она перестала шкодничать и лазать на стол. «РАБИСК» может быть упрощенным, с минимальным количеством функций, и очень сложным, «полным» —именно такой у малыша Тори. Мне, как ведущему специалисту и главному разработчику сделали такой подарок.—Карл самодовольно улыбнулся, умолчав, что Тори—последний из 10-ти экспериментальных животных и что он специально  взял его, чтобы наблюдать и проверить в домашней обстановке. Карл нисколько не боялся и не считал это риском—как настоящий кибернетик, он доверял программным устройствам и  смеялся над теми, кто кричал, что они могут выйти из-под контроля. Сломаться?—Да. Но ведь сломанное всегда можно починить. Даже такое маленькое и сложное, как «РАБИСК».
-И еще одна новость: я—руководитель лаборатории.

Отредактировано Властилина (04-02-2012 22:46:29)

+3

2

Дверь широко распахнулась перед ней и точно так же широко распахнулись ее и без того огромные, умело подкрашенные (и скорректи-рованные скорректированные хирургом).
- Я знал, что ты будешь в восторгезпт — снисходительно улыбаясьзпт произнес высокий молодой мужчина и опустился на ковер рядом с женой.
- Ты так давно мечтала имееть иметь собаку, и вот — она у тебя есть.
И вдруг…что то что-то теплое потекло по рукамзпт и тут же, взвизгнув, щенок дернулся всем телом.
   От неожиданности, Джинни разжала рукизпт и песик  плюхнулся на мягкий ковер.
Ты думаешьзпт я не могла купить себе собаку раньше?
Тебе совершенно нечего бояться—это устройство прошло успешное испытание в течении течение нескольких месяцев и до нашего Тори (я надеюсь он все же останется нашим) было апробировано на десяти различных животных.

0

3

Ночь прошла спокойно. Джинни снились какие-то приятные сны, она улыбалась; Карл видел себя главой научного центра; Тори несколько раз за ночь принимался скулить, ему было одиноко и страшно на  пушистом и мягком коврике, что стал его постелью, но крохотный кусочек металла в глубине маленького мозга тут же посылал нужный импульс и щенок засыпал. Когда ему захотелось в туалет,  и он попытался сделать лужицу на полу, боль, дернувшая его тельце изнутри, тут же прекратила этот процесс. Испуганно и обиженно взвизгнув, Тори бросился в сторону и наткнулся на пластиковый контейнер—для начала они были расставлены по всему дому. Запах, доносившийся из этой коробки, был настолько слаб, что даже мнительная  Джинни не ощутила бы его, но для малыша  он оказался путеводным маячком—щенок залез в коробку и облегченно вздохнул—это было то, что нужно.

7-8 месяцев спустя.
Тори превратился в красивого, умного и очень послушного пса. Он стал счастьем и гордостью семьи Саундсенд. Джинни обожала своего любимца, называла четвероногим чудом, золотцем, пушистиком, милым песиком и другими не менее ласковыми и глупыми прозвищами. За прошедшие полгода все друзья, родственники и просто знакомые успели не раз—и не два—побывать в гостях у Саундсендов и все приходили в неизменный восторг только увидев Тори, а уж когда дело доходило до  демонстрации его умственных способностей—тут восхищению не было предела.
-Тори, принеси тапочки—вот они, пожалуйста, у ног хозяйки.
-Тори, мою трубку и спички –  ах, какой это шик пользоваться настоящими деревянными спичками, когда деревьев на планете осталось меньше, чем людей!—Тори не знает ценности предметов, он просто приносит их: сначала один, а затем  другой, но так осторожно держа в пасти, что почти не дышит—нельзя помять или обслюнявить.
-Тори, пожалуйста, пульт от стереовизора—он в двух шагах от хозяйки, но зачем вставать, когда есть такой умный песик? К  тому же все это доставляет огромное удовольствие гостям.
Не в восторге, кажется только Нелл—подруга детства Джинни. Именно в ее доме жила собака, оставившая в душе последней неизгладимый след: смесь восхищения и ужаса, желание иметь удивительное ласковое существо, и страх перед тем, что оно может натворить.
Неодобрительно глядя, как пес, выполнив команду, тут же садится, словно по стойке «смирно» и неотрывно следит за хозяйкой, Нелл не выдерживает его рабской исполнительности и, после очередной «просьбы», резко встает и идет к дверям, которые тут же предупредительно распахиваются перед ней.
-Ты куда?—удивленно вскакивает Джинни—ты уже уходишь? Так быстро? Почему?
-Не хочу больше смотреть на это представление. Знаешь, Джинни, лучше бы ты завела себе электронную собачку, а не превращала  живое существо в робота.
-Но я… я же никого …я не делала его роботом. Тори – живой, он дышит! Не веришь—потрогай сама. Тори, ко мне!
Пес, все это время сидевший неподвижно, как изваяние, тут же подбежал к хозяйке и завилял хвостом.
-Вот, можешь погладить его, он не кусается—Джинни подтолкнула собаку к Нелл. Девушка присела перед Тори, потрепала его за уши и, повернув мордой к себе, попыталась заглянуть в собачьи глаза. Но не тут- то было: пес никак не отреагировал на ласку чужого человека; он  замер, тело—заведенная тугая пружина, глаза неотрывно следят за хозяйкой.
-Что, собака, даже возможности выражать свои чувства тебе не оставили?—прошептала девушка. Когда она, встав, взглянула на Джинни, в ее глазах было столько ненависти, что та отшатнулась.
-Вы и кастрировать его успели? Как это похоже на тебя, Джинни. Наверное, чтобы запах взрослого кобеля не беспокоил твой аристократический носик. Но как не практично-собаки сейчас невероятно дороги и вы могли бы получить кучу денег за щенков.
-Нас не интересуют деньги! Мы хотели, чтобы Тори не мучался!
-Ах, да! Конечно! И лучший способ для этого—выхолостить животное! Впрочем, он все равно бедняга ничего не смог бы, без твоего разрешения. А может и с ним…Вы все здесь, рафинированные, утонченные, воображающие, что знаете, что хорошо, а что плохо, отрицающие физическое насилие и жестокость, понимаете ли вы разницу между добром и злом? Неужели вы не видите, что перед вами продукт насилия, живое существо, превращенное в раба из-за прихоти избалованной женщины?! О, она не хочет иметь дела с роботами, ей не нужна электронная собачка—подайте живую, но такую, чтобы не усложняла жизнь: не грызла бы, не рвала ничего, не гадила… и не пахла!
Резко повернувшись, Нелл вышла из комнаты, двери мягко закрылись за ней.
Ошеломленные гости некоторое время сидели молча и неподвижно, из ступора всех вывело легкое всхлипывание Джинни. Первой опомнилась её мать:
-О, дорогая, успокойся! Нельзя же принимать так близко к сердцу весь вздор, что несла здесь эта истеричная девица. Неужели ты не поняла, что сказано было все из зависти? Вспомни, сколько проблем доставила Нелл и ее семье их собака? А тут, по контрасту, Тори, такой послушный, такой разумный.
-Да милая, мама права, твоя подруга просто завидует—у нее ведь больше не было собаки. А почему? Они так намучались с первой, что боялись завести другую. К тому же, насколько я знаю, собак всегда дрессировали, а «РАБИСК»- самый эффективный способ дрессировки.
-Конечно она завидует—вставил один из гостей—я и сам завидую, но это не повод говорить гадости. Пес у вас чудесный,  и хозяева его тоже отличные ребята.
-Да-да, вы замечательные—наперебой загалдели гости.
-Посмотрите, посмотрите на Тори! Он все понимает!
-Джинни, взгляни—он жалеет тебя!—Тори положил голову на колени хозяйки и вздрагивал всем телом.
-Разве робот на такое способен?!
-Ах, я тоже хочу такую собаку, которая будет меня так любить!
Джинни улыбнулась сквозь слезы, потрепала шелковистые уши Тори и, встав с дивана, сказала:
-Чтобы не портить сложившееся о нас мнение, я, как хорошая хозяйка, предлагаю всем пройти в столовую. Думаю, нас там ждет великолепный ужин, который скрасит хоть немного те неприятные моменты, что нам только что пришлось пережить.

+1

4

Мне понравилось.
Хотя золотые ретриверы так себя ведут и без всяких чипов, только более эмоционально. Конечно, на всё воля автора, но я думаю, что если бы Тори был другой породы, для которой характерно независимость и слабая дрессируемость, то контраст был бы ярче и нагляднее.

0

5

- Дазпт милая, мама права, твоя подруга просто завидуетзпт — у нее ведь больше не было собаки.
- Конечнозпт она завидуетзпт— вставил один из гостейзпт — я и сам завидую, но это не повод говорить гадости.
- Да-да, вы замечательныезпт — наперебой загалдели гости.

0

6


Первые РАБИСКИ» появляются в крупнейших  компьютерных салонах страны. Их назначение, так же как  невероятно высокая цена, вызывают огромный ажиотаж среди обывателей. Пресса взахлеб расхваливает новое устройство, называя его чуть ли не самым гениальным изобретением за последние 50 лет и уж, бесспорно,   самым необходимым:
«… Вы мечтали всю свою жизнь иметь кошку или собаку, но по различным соображениям не могли себе того позволить?—«РАБИСК» сделает вашу мечту реальностью! Вы получите умного, верного и очень послушного друга, а у ваших детей будет, столь необходимое им в наш компьютерный век, общение с живой природой. А разве это не стоит многого?!..»

                                                           …
3 года спустя.
«РАБИСК»- простейший вариант—доступен всем. Количество желающих приобрести его огромно. Никто и не вспомнит, когда еще спрос настолько превышал предложение, а все потому, что первоначальное название—РАБОЧИЙ АКТИВАТОР БОЛЬШЕГО ИНТЕЛЛЕКТА СОБАК и КОШЕК—уже не соответствует истине, поскольку сейчас его можно вживить любой зверюшке. Представляете—почти разумные канарейки, хомячки, черепашки? Разумом  любого из них можно управлять, разумеется в пределах его возможностей ( попугайчик—это вам все-таки не собака).  Проблема только со вживлением—прибор дешев, но сама операция довольно дорогостояща,— и с недостатком живого материала. Питомники, магазины и зоосферы  переполнены заказами.
                                                                        ...

Семья  Саундсендов переехала в новый, большой и красивый дом. Мистера Саундсенда повысили по службе и теперь, в немалой степени благодаря «Рабиску», они могут позволить себе жизнь, соответствующую их высокому положению. То, что оно высокое, сомневаться не приходилось: Карл ещё не стал главой ХХХ-центра, но от вожделенного кресла его отделял всего один шаг.
Миссис Саундсенд смогла наконец оставить опостылевшую работу, высосавшую, по ее словам, все силы и вымотавшую все нервы. Она с головой погрузилась в заботу о новом доме. Джинни  намеревалась вылепить из него самое уютное гнездышко в мире, одновременно  изысканное и утонченное, чтобы каждый, кто посетит их, ушел в восхищении  и …легкой зависти. Окруженная голокаталогами и дизайнерскими стереопрограммами, она постигала профессиональные тонкости и прикидывала, какие понадобятся средства, материалы и рабочие.
Тори изучал новый дом с несвойственной собакам серьезностью и методичностью. Бедный пес, ему предстояло столько всего запомнить и столько поменять в своей памяти—сотни знакомых предметов оказались в новых, незнакомых местах; в то же время появились другие, которых он никогда не видел, и не знал, как к ним относиться. Удивительно, что от такого напряжения у него  дым не повалил из ушей, но Тори быстро учился, ведь если что-то сделаешь не так, боль укажет—или накажет?—на это. А  боли в первое время было много, ибо Джинни,  в своей кипучей  домашней деятельности, желала от собаки такой же быстроты понимания и исполнения, как от рабочих. И если на последних ее недовольство никак не могло повлиять физически—что, кстати, очень раздражало—то  у Тори слова: «Фу, глупая собака» или «Плохой пес!» -тут же вызывали болевой импульс.
Зато ночью, лежа в постели с мужем, Джинни жаловалась ему только на глупость и медлительность рабочих.
-Лапушка, ты не должна так нервничать… Давай возьмем все же профессионального дизайнера с командой…
-Нет-нет-нет! Они  сделают совсем не то, что нужно мне. Я просто подумала… как жаль, что у этих тупиц нет в голове «Рабиска»!
Карл задумчиво взглянул на жену…
                                   

Вскоре дом, обставленный по последнему слову киберэлектроники,  и в соответствии со вкусом своей хозяйки, зажил новой, поначалу шумной и веселой, а в дальнейшем более спокойной и размеренной жизнью. Ежедневные  вечеринки, по случаю новоселья и повышения по службе, сменились редкими зваными ужинами. Поначалу Джинни даже наслаждалась покоем  и ничегонеделанием. Целыми днями она бродила по огромному дому, любуясь творением рук своих. Были перечитаны все модные книжные новинки, рекомендованные друзьями или рекламой; пролистаны любимые женские журналы; просмотрены многие стереовизорные передачи, в некоторых из которых Джинни даже приняла участие. Их однообразность быстро приелась, и Джинни попыталась увлечься чем-нибудь другим, но: рисование не далось; составление букетов быстро наскучило; работа в оранжерее не понравилась вовсе—грязь, сырость, колючки на розах и кактусах—бр-р-р-р! Утонченной женщине такое развлечение было не по душе. На какое-то время ее увлекла кулинария: с помощью несчетного количества кухонных приборов и приспособлений, под чутким руководством шеф-повара, Джинни удалось создать несколько настоящих кулинарных шедевров, которыми вечерами она с гордостью угощала мужа, и удивляла, теперь уже редких, но зато очень важных, гостей.

Карл блаженствовал: великолепный ужин, хорошее вино, приятная обстановка; весь этот дом, такой огромный, современный,  и,  в то же время,  уютный; красивая, умная, заботливая жена—она стала такой нежной, спокойной  и хозяйственной в последнее время. Кто бы мог подумать, что из истеричной модели модного дома получится уверенная, блестящая, и очень обходительная хозяйка семейного очага. Наверное та работа в самом деле сводила её с ума. А вот он без своей не мог, да и разве достиг бы он без нее вершин благополучия? Работа, дом, семья—что еще нужно человеку для счастья?

0

7

Властилина написал(а):

Первые РАБИСКИ» появляются в крупнейших  компьютерных салонах страны. Их назначение, так же как  невероятно высокая цена, вызывают огромный ажиотаж среди обывателей.

Невероятно высокая цена не может вызывать огромный ажиотаж среди обывателей. Среди богатых людей - да. Но не среди обывателей.

0

8

Геманов написал(а):

Невероятно высокая цена не может вызывать огромный ажиотаж среди обывателей. Среди богатых людей - да. Но не среди обывателей.

Ажиотаж — сильное возбуждение, борьба интересов вокруг какого-либо дела, вопроса( из Википедии).Ажиотаж- это не спрос.

0