Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Ах ты... дракон!


Ах ты... дракон!

Сообщений 281 страница 290 из 854

281

Niklom, спасибо!!!
Род Сейчас и будет))) И послезавтра)))
Anars, надеюсь, понравится...

На площади
  Три человеческие фигурки, едва различимые в сгущающихся сумерках, конечно привлекли к себе внимание – не каждый день видишь, как люди лезут на крышный обвод! Все-таки делали такие обводы в расчете на дополнительную защиту от местных ливней и снега – камень, из которого строили дома, был не слишком дорог, хорошо поддавался обработке, отлично «держал» температуру, удерживая зимой тепло, а летом прохладу. Но, к сожалению, с водой у него были сложные отношения, тут его «мягкость» работала против. Поэтому при застройке «беликом» все соблюдали несколько несложных правил: наряду с главной крышей на верхнем этаже обязательно делать дополнительные обводы, как можно чаще покрывать стены защитными «покрасами», сажать поблизости или на нулевом этаже небольшие сады с растениями, оттягивающими воду на себя… и так далее. Все крыши несколько раз в год тщательно осматривались, в случае необходимости подновлялись, поэтому и черепицу обычно делали не слишком гладкой, с «дорожками», чтобы мастера могли пройти.
  Но чтобы кто-то вылез на крышу зимой, в мороз, снег, лед и без защитной обвязки… такое действительно было редкостью и обязательно должно было привлечь внимание! При других обстоятельствах.
  Нынешние обстоятельства к наблюдениям не располагали.
  Ситуация на площади от сложной быстро и неуклонно менялась к худшему. Растерянные, напуганные, удивленные и ошарашенные граждане были в принципе довольно законопослушным народом. Тем более, маги были тут и вроде как бдили, добросовество исполняя свой долг, Правитель города соответственно тоже был в наличии и выражал готовность к действию. Так что на первый взгляд все было в относительном порядке… или должно было скоро в него придти, по заверениям вельхо.
  Но вскоре в дело вступил закон больших чисел. А может, это был так называемый «закон подлючности», который гласит, что если что-то паршивое может случиться, то оно обязательно случается? Увы, поразмышлять над теоретическим именованием данного проявления пакостности мира было некому, да и некогда…
  С улицы Ракушек, примыкающей к площади, внезапно послышались крики. Сначала их едва услышали – на площади тоже были любители поорать, тем более, когда предоставился такой шикарный повод!  Но вскоре господин Миусс Райккен Ирро, всем известный как Поднятый Правитель  города, наскоро проконсультировавшись с вельхо, решил обратиться к пострадавшим, влез на специальное ступенчатое крыльцо у ратуши  и призвал к вниманию. И когда основная толпа затихла, вопли со стороны буквально ударили по ушам.
- Горожане, мы переживаем удивительное событие. Впервые в… кхм, в известной истории произошло обретение магии столь многими. Конечно, будет нелегко, но стоит только представить… что за хрень?
  Народ, уже более-менее притерпевшийся к летающим людям, золоченым палаткам (к сожалению, уже закончившимся) и марширующим строем жабам (забава недоросля Таукко, поваренка из гостильни), недоуменно заоборачивался. Мол, что там еще может быть такого, что градоправитель заинтересовался такими словами?
  Над улицей Ракушек поднималось странное облако. Плотное, с удивительно четкими краями, оно двигалось плавно и стремительно, даже в чем-то красиво. Только ощущение эта плавность отчего-то оставляла нехорошее. Так человек на шторм с берега смотрит или на хищника за решеткой. Ничего не скажешь, красиво… но подойти поближе и вступить в контакт боги упаси! Сразу вспоминалась куча всяких неотложных дел и ближайшая дорога к оным.
Сейчас был как раз такой случай. Облако двигалось с неприятной целустремленностью змеи, узревшей птичку. И было в нем что-то такое… неприятно знакомое.
  Серое, белое, зеленое, синее. Снова белое. Быстро меняя цвета, оно вытянулось, распахнуло крылья… оскалило пасть… гигантская голова  ощетинилась знакомыми шипами… и волна белого пламени затопила ближайшую крышу.
  Толпа слитно охнула и шатнулась. Кое-кто присел, спешно закрываясь от страшного, кто-то заверещал и задергался, пытаясь унести ноги. Сторожа, доблестно охраняющая порядок (и почти сохранившая, что интересно!), тут же поделилась на верных долгу и не очень, хотя старшие вовсю орали, призывая к храбрости и порядку, не стесняясь хватать лишенных храбрости за воротник и трясти (видимо, пытаясь вытрясти эту храбрость откуда-то из пяток).
  А «дракон» еще раз широко разинул пасть… и лопнул вдруг, рассыпавшись на бастро тающие тучки, клочья и капли. «Корона» закружилась в воздухе, раскидывая темные «брызги», «хвост» влепился в чей-то крышный обвод…
  Вельхо, только-только изготовившийся к бою, растерянно опустил руку.
- Что это такое?
- Не знаю, - вельхо потер кожу – активированный знак требовал приложения, а до тех пор ощущался как ожог. -  Это обычная вида,то есть искусственное производное фантомного порядка… она не должна производить реальные эффекты!
- Но эта производит! – с крыши валил пар и летели осколки – перегретая черепицы рвалась не хуже ореховой скорлупы. – Что это такое?!
  Пронзительно закричала девчонка рядом с седой дамой – маршировавшие по мостовой жабы – творчество поваренка – стали сбиваться с шага и злобно коситься на людей красноватыми глазами… А главное – они росли, росли с каждым шагом, как будто мальчишка с даром от Живы получил и часть способностей своего соседа-гончара, последние полчаса занимавшегося подращиванием своих горшков.
  Погодите-как. Подращиванием…
  Ближайшая жаба злобно зыркнула, казалось, прямо на не в меру догадливого мага. Подращивание…
  Проклятие!
- Это может быть смешение магии! – торопливо проговорил Пало.
- Что? – нахмурился Правитель города.
  Но вельхо говорил не ему, а скорей, себе, словно от проговаривания догадка скорей выкристаллизуется:
– Она непроизвольная, поскольку люди ее только что обрели, и разнородная… ох! И бесконтрольная, они ведь не учились. И если она смешивается, пятеро богов, это может быть очень опасно!
  И это еще мягк говоря!
  Получился когда-то у двух «куколок» одновременный отпечаток – медный человек с двумя головами. Уникальное получилось творение. И тем, что человекоподобное, и тем, что было способно к передвижению на довольно большие расстояния, и тем, что обладало некой долей разума (а посему своих невольных создателей слушать не собиралось, а действовало самостоятельно и целеустремленно). Магии оно тоже не подчинялось – ни расплавить его, ни вернуть  обратно, откуда бы оно не явилось, так ни у кого и не вышло. Единственный плюс от его присутствия был в том, что безумное изделие беззаботно-хулиганистой молодежи случилось в момент уборки и, видимо, поэтому полагало целью своего существования вытряхивание ковриков и спальных подстилок. «Личинки даже обрадовались поначалу. Но вскоре убедились, что минусы перевешивают. Беда в том, что двухголовый не нуждался ни в сне, ни в отдыхе, единственное, чего он желал, было помянутое вытряхивание, чем и занимался беспрерывно, днем и ночью, без всяких пауз, и матрасы с ковриками у «личинок» кончились даже скорее, чем терпение. Но оно тоже иссякло, когда за неимением должных объектов медноголовый принялся за полотенца, занавески, книги. Когда дело дошло до одежды, трещину дала даже тренированная выдержка вельхо. В отсутствие наставника (тот отправился за советом) непутевый отпечаток совместными усилиями выпихнули за дверь и направили в сторону болота, горячо надеясь, что на этом их мучения (и потери) закончатся. Как бы не так. Изгнание совершилось на  третий день, а в ближайшую деревню он пришел на девятый… Где и продолжил свою полезно-вредительскую деятельность, вторгаясь в дом за домом и целустремленно убирая их в своей неповторимой манере: все более-менее похожие на тряпки изделия должны быть вытряхнуты и повешены на веревочку. Даже если в момент собственно уборки в них кто-то болтается и вопит.
  Отловили ненормальный отпечаток старшие маги из Нойта-вельхо. Они и определили, что произошел редкий случай совмещения одномоментно совпавших чар сотворения металла и оживления, воплотив поистине уникальное создание. Чрезвычайно редкий случай, так как оживление метала относится к разделу «Невозможно, пытаться не стоит». Уникум до сих пор трудится в столице (там на него работы хватает), служа одновременно уборщиком для желающих и пугалом для непутевой молодежи… 
  Впрочем, рассказывать о промелькнувшем воспоминании юности Пало не собирался. Нужно срочно взять ситуацию под контроль, иначе «уникальным» станет весь город… точнее то, что от него останется.

 
- Не могу, - стоявший на коленях над телом моего соседа Терхо отвел от него руки и нахмурился, растирая предплечья. – Славка… какое твое второе имя?
- Что? Ярослав… Ярослав Сергеевич Зимин.
  Если бы не необходимость приглядывать за соседней крышей (откуда теортически могли появиться драконоловы), я бы полюбовался выражением лица нашего «обесчещенного».
- Три имени?! У тебя…
  Это было сказано с таким потрясением, будто Славка признался в тайном королевском происхождении. Мой сосед даже улыбнулся – по голосу почувствовалось.
- И у Макса.
- Правда?
  Нет, ну нашел время! Как же я люблю частную медицину! На расстоянии!
- Терхо, какого черта?
- Макс, подожди, для них это важно… - что-что, а терпение у Славки было железное. Еле лежит, губы кусает, а разговаривает – будто на уроке, четко, коротко, вежливо так…  – Да, у нас три, но давай я потом про наши традиции расскажу? А пока я просто Славка, а Максим – Макс. Почему сейчас ты не можешь восстановить чары?
  Вельхо опять потер руки – так, будто знаки под рубашной ползали и кусались. Мы уже успели перебраться на другую крышу, найти укромный уголок, насмотреться на бушующую площадь, поспорить, стоит ли туда возвращаться и наконец, затихариться для процесса лечения… Он даже шубу свою снял, чтобы знак легче прошел, и сейчас он него валил пар, как будто только что из бани. И тут вдруг нате вам, лечение невозможно. Это с чего бы?
- Я сейчас не могу, - пошел на попятный вельхо. – Сначала надо кое-что сделать.
  На этот раз я все-таки плюнул на возможных драконоловов и присмотрелся к нашему «докторуХаусу».  Финтит? Почему в глаза не смотрит? Не мне, Славке. И голос у него… я такой слышал уже, у доктора, который маму после операции  осматривал.
  Если он сейчас скажет…
- Но все будет хорошо, клянусь Живой! – как по заказу, бодро (и невыносимо фальшиво!) проговорил маг, и у меня разом перестало болеть все, что болело. Потому что я будто замерз, весь, от кончиков пальцев до сердца. Я открыл рот – не знаю уж, спросить или выругаться. Но в горле ком – никак его его было не сглотнуть. И голосу не пробиться. Как похоже…
  Знакомое чириканье-стрекотанье раскатилось у самого уха. И одновременно воротник чуть дернуло, будто… ну да, будто его ухватили маленькие лапки. Поворачивая голову, я уже знал, кого увижу.
  Точно. Он сидел прямо на воротнике, очень собой довольный, и прятал в мех маленькие лапки, и звонко чирикал, не то радуясь, что нас отыскал, не то удивляясь, куда это нас занесло.
  И Славка улыбнулся:
- Штуша. Макс, смотри, у него там письмо, кажется…

  Альт, Бена, ульвиу, сета, живин – названия «сторон света» секторов в городах.
  Убрать жаб получилось только со второй попытки – когда проклятые твари уже решили подзакусить и жадно накинулись на перелетных крыс, видимо, считая их мошками. К этому времени и те, и другие вымахали размером со свиней, поэтому зрители болели за магов. Тем более, что после первой попытки призванные твари оставили взаимные распри и явно призадумались о разнообразии пищи за счет включения людей. Пришлось объединяться, и то, если бы не какая-то горожанка, с перепугу засадившая по крысам ледяными сосульками, возможно, не обошлось бы без потерь. Хотя без них и так не обошлось – десятки горожан во главе с Правителем морщились и некоторое время жаловались на глухоту. Пало эта чаша миновала, и он откровенно оглохшим завидовал – от дикой смеси просьб, жалоб, требований, докладов и вопросов у него ломило в висках.
  А еще требовалось отслеживать случаи смешения, будь они прокляты.
- По первому сегменту сигнал прошел, барьер закреплен! – вернувшийся  Гэрвин был помят и растрепан, от проказливой ухмылки, с которой он «осматривал» оружие драконоловов, не осталось и следа. – Но Пало… потянем?
- Сектор бена – барьер закреплен.
  Пало некстати отогнал мысль о том, что в городах, оставшихся от еретичков, приверженцев четырехбожия, барьеры ставить проще, чем в нынешних. Там улицы просто скрещиваются правильными четырехугольниками,   никаких проблем. А здесь? Пять радиальных улиц расходятся от центра, причем каждая диаметральная (кольцевая) шире предыдущей, а на окраине они вообще почти бесконечные и тонут в переулках. Одно хорошо – волна действительно зародилась в центре, и на радиальных можно отмерить примерно одинаковое расстояние.
- Ульвиу готово, - глуховато отозвался Вида. – Только наши там задержались, на обратном пути, пожар тушат. А барьер на месте.
- И живин, - местный маг, припряженный «на помощь», чувствовал себя в обществе столичных магов неуютно и ронял слова по капле, будто соперничая с Видой по молчаливости.
- Сегмент сета  задерживается. Там почему-то дальше хлестануло, Эвки Беригу говорит, что заданное расстояние прошел, но уровень магии все не спадает. Он до следующей кольцевой пройдет, передает, что края спаяет, чтоб не волновались, - Пиле Рубина в молчаливости упрекнуть было никак нельзя. Как и в особой тактичности. - А дальше что, Пало? Мы все здесь заперты, как в крысоловке. И ее вот-вот утопит. Что теперь?
  Хороший вопрос. Тренированных магов под рукой – пять своих и семеро чужих, непроверенных. Новоинициированных – тысячи полторы-две приблизительно.
  Сторожа против них – как стайка мышек против летучих крыс. Помощи ждать неоткуда, пятеро богов забери этого приблудного дракона и его выходки, если это действительно он…
  Все, что могли вельхо в данных условиях – это окружить площадь с прилегающими улицами, отгородив их от непострадавших кварталов. Спасибо предполагаемому дракону, сил на это теперь хватало. Пока. Но если сейчас народ испугается в достаточной мере, то сначала будет давка и жертвы, потом новые отпечатки и новые жертвы, потом барьер попросту сметут, и дикая магия расползется по остальному городу…  и чем это обернется, предсказать невозможно.
  Что делать?
  Накрыть площадь сонными чарами?
  Не хватит сил. И даже если хватит… стоит сонным знакам столкнуться с бесконтрольной магией, и новое смешение может рвануть так, что жители возмечтают о землетрясении, снежной лавине и  массовом налете драконов. С ними хоть ясно, что делать. А здесь? Никто из их команды и близко ни с чем подобным не сталкивался!
  Здание, в котором охотились драконоловы, снова сотряслось от крыши до нулевого этажа, и окна с дверями опять «поплыли», то суживаясь, то расширяясь. Два верхних вообще решили поиграть в «догоняшки», весело перемещаясь по фасаду. Три местных вельхо пытались спасти жильцов, но судя по извергавшимся из двух окон молниям, те спасаться не спешили.
  Пятеро богов!
  Вельхо не относился к истово верующим, в каждом чихе видящим знак божественной воли, и когда в ответ на весьма горячее поминание боги откликнулись на его призыв, он этого сразу не распознал. Прямо скажем, на первый взгляд божий отклик выглядел весьма обыденно.
- Вы собираетесь что-то делать? – пожилая дама, та самая, которую он недавно заметил в толпе, видимо, уже отправила письмо туда, куда хотела, и сейчас, держа за руку невысокую девочку, пристально смотрела на него, требуя ответа. – Это ведь ваша обязанность? С минуты на минуту начнется давка!
  Пало владел собой хорошо. Поэтому удивление, что горожанка сама подошла к вельхо-расследователю, на его лице не проступило. Старая женщина явно была из Поднятых, а, возможно, и из Возвышенных – прямой взгляд, строгая осанка, плечи, укрытые вязаным кружевом, за которое  в столице не раздумывая отдали бы не меньше тридцати целиков.   
   Поэтому (а также из уважения к старости, и главное потому, что дама тревожилась не о себе, и это было заметно) голос у Пало был мягче,  чем обычно:
- Почтенная оши, все очень сложно. Но мы сделаем все, что в наших силах.
- Ирина Архиповна, - сломал язык в непроизносимом имени Правитель города, улыбаясь даме, как доброй знакомой, - у вас созрел совет?
- Возможно.
- Вы готовы им поделиться?
- А вы готовы слушать? – светлые, по-северному светлые глаза прищурились и вдруг стали очень острыми. – Тогда вот что. Смирррррррна!!!!

+10

282

У-у-у-у! Боевая бабуся  в деле! Спасайся, хто может!  http://read.amahrov.ru/smile/girl_laugh.gif  Сейчас будет опчее построение и дисциплинарные взыскания...  http://read.amahrov.ru/smile/girl_smile.gif

+1

283

Бабушка давно не командовала, но некоторые вещи не забываются.

0

284

Когда раскаты в ушах (а по ощущениям – и в мозгу) наконец отгрохотали, оба органа возобновили работу с некоторым запозданием. Ушам надо было снова перестраивать порог восприятия, а мозг, невольно сбившись на режим «действия при нестандартных раздражителях», пытался запустить хотя бы разведку местности. Но для этого требовалось раскрыть глаза, которые раскрываться не хотели, потому что ожидали увидеть как минимум дракона… а как максимум – хищника хара из северных лесов, встреча с которым у пятилетнего Пало оставила незабываемые впечатления (и недельную немоту), а самому хищнику принесла потерю шкуры и резкую смену места обитания. Потому что жить в его старой берлоге теперь мог бы только микроб. Или слепоглухонемой.
   Наверное, тогда малыш испытал всю отпущенную человеку долю страха. По крайней мере, так старшие объясняли последующие странности ребенка.
   Именно с тех пор вельхо отличался редкостным спокойствием и трезвомыслием, которые вызывало у старших уважение, а у сверстников стойкое состояние оторопи… Он был странно молчалив, а если открывал рот, то окружающие с восимидесятипроцентной вероятностью слышали не просьбу или сообщение, а очередной вопрос. Спрашивал он обо всем, всех и всегда, а посему выявление у ребенка магического таланта и последующий отъезд из дому вызвал у семьи не огорчение – как же, дитя забирают, а совсем другие чувства. Ведь теперь им не придется отвечать на вопросы или в тысяча первый раз расписываться в собственном невежестве. Опять-таки, вельхо тоже не сразу осознали, какое счастье им светит… Да что там, даже отпечаток у Пало после встречи с харом случился один-единственный, вылившийся в появлении на стене приюта сложнейшего и непостижимого для Нойта-вельхо механизма «вечных часов». А пугать и разыгрывать странного парнишку зареклись еще начале личиночного возраста. Бояться Пало не собирался, смеха от него было не добиться. Ругани и той не дождешься. Зато непробиваемый «твердолоб» рано или поздно обязательно вычислял, кто в очередной раз собирался до него докопаться, и – нет, не мстил, месть можно было понять! – а долго и неотвязно, без перерывов на сон и еду, добивался ответа, что шутник хотел этим достигнуть и неужели это действительно было разумно и необходимо? А почему тогда? Нет, он не издевается, просто ведет классификацию. Так какова же причина? И это продолжалось, пока шутник сам не бежал к наставнику жаловаться на себя – и спрятаться от «жертвы» хотя бы там…
  Сейчас «непробиваемость», кажется, дала трещину.
  Видимо, голос пожилой дамы – какое-то необычное проявление магии, поэтому оказал такое необыкновенное действие. Любопытно, удастся ли выделить признаки и сформировать должный знак. Подобный эффект может быть полезен…
  Спохватившись, Пало осознал, что по крайней мере мозг уже работоспособен, и пора открывать глаза.
  Заставив себя раскрыть веки, Пало обнаружил, что сфера воздействия голоса оказалась даже шире ожидаемой.
  Площадь стояла. Вся. Перестал реветь жабовладелец, лишившийся своего развлечения, застыли на месте злостные расхитители золотой палатки и таковых же ленточек.   
    Сосульками замерли летающие люди – там, где их накрыло (хозяин золотой лавки, перехватив взгляд мага, смущенно принялся завязывать штаны). Факельный столб, собиравшийся завязаться в узел под чьими-то шаловливыми ручками, резко выпрямился и сделал вид, что он тут абсолютно ни при чем. Прекратила истерику группа девиц у выхода, и угрожающе сгущавшееся над ними облако тихонько хлопнуло и испарилось. Кто-то успел вызвать еще одну виду – полуодетую девицу трехметрового роста, и теперь призванная фигура белым памятником торчала посреди площади, меланхолично покачиваясь на ветерке. Неподалеку красовалась дополнительная скульптурная группа: паренек лет пятнадцати (взгляд - аккурат «памятнику» в район бюста), и массивная горожанка, сцапавшая его за ухо. Последняя, видимо, мать, потрясенная  не столько талантом сына, сколько его… м-м… художественным вкусом. Замерли на балконе мурха, положив передние лапы на решетку балкона, и ее ошалелая хозяйка. Решетка поскрипывала…
  Только чья-то свинья, мелкая, но шустрая и целеустремленная, не проникнувшись, очевидно, торжественностью момента, продолжала метаться по площади. Вряд ли она прозревала свое недалекое будущее в виде праздничного блюда. И уж конечно, не поиски любви всей жизни с пятачком, хвостиком и предложением копытца и лужи на двоих заставляло ее рыскать между людьми, с тихим хрюканьем поддавая под колени  особо неудачливым. Интересно, начарованная или все-таки настоящая? Мельтешила она так, что не разобрать.
  У крыльца, у стен в струнку вытянулась сторожа, покрепче перехватив щиты и преданно поедая глазами «командира». Загадочное «смирно» в официальные команды не входило, но интонации, интонации! Любой, когда-либо проходивший службу – хоть где! – безошибочно опознавал их с первого слова… да что там, с первого слога! А дальше в дело вступала выучка, не оставляя телу ни одного шанса не послушаться.
  Выучке здешней сторожи можно было позавидовать – как слаженности, так и скорости реагирования. Правда, у их командира потом наверняка возникнут претензии относительно того, чьим именно приказам должны подчиняться доблестные хранители порядка… ну так это потом. Когда сам отомрет.
  Но дама не дала ему этого сделать.
  Выпрямившись, сразу став как-то даже не выше, а сильнее, она вскинула голову, и…
  - Смиирррна! – снова раскатился над площадью совсем не старушечий голос. – Всем немедленно поднять головы к небу и высматривать там бомбардировщик Юнкерс-87! Быстрррро!
  Тысячи голов послушно запрокинулись. Секунда за секундой они старательно высматривали в уже потемневшем лиловатом небе загадочный Юнкерс, но кроме трех нерешительно мерцающих звездочек, пары тощих облаков и ног летающего торговца (все остальные части скромно прятались за выступом крыши) ничего там не обнаружили.
  Впрочем, не сказать, чтобы на эти розыски им выделили так уж много времени. Когда самые нетерпеливые (и самые напуганные) стали поворачивать свои головы в другом направлении, тут же последовал новый приказ:
- Нету? Тогда быстро разыскиваем там красного дракона с белым хвостом! Живо, живо, смотрим и дышим через раз! Что значит как? Набрали воздуха глубоко и не выдыхаем, пока не кончится!
  На этот раз поиски почти увенчались успехом – какая-то истеричная девица, едва подняв на тучной шее увесистую голову, тут же завопила, что видит этих самых драконов, причем во множестве! Вон, вон летают! Белые с красными хвостами! Всех сейчас зажарят! По толпе пронесся слитный «ах», но паника потухла, не успев разгореться. Боевая дама немедленно заявила, что таких драконов не бывает, но если девица не перестанет жрать, как «отряд гвардейцев на марше», то скоро увидит «белую машину с красным крестом и много-много людей с клизмами». После чего призвала народ посмотреть в небо последний разочек: не обнаружится ли там случайно еще и автомат Калашникова?
  Ни «автомата», ни какого-то таинственного «калашникова» среди облаков так и не обнаружилось, с чем пожилая дама, очень оживившись, всех и поздравила.
- Товарищи! – бодро выкрикнула она, уже взобравшись на крыльцо и озирая толпу, как молитвослов паству перед праздником Пятибожья. – Товарищи! Самая страшная угроза миновала! Поздравляю!
  Факел, спешно зажженный лично главой сторожи, дымил и плевался искрами, но даму исправно освещал. Правда в неровном, каком-то прыгающем свете старческие, точно выцветшие, голубые глаза отчего-то казались льдистыми…
- Мы не увидели на небе ни одного смертельно опасного объекта! Ура!
- Ураааааа! – радостно заверещало цеплявшееся за юбку дамы дитя в шубке. – Урааа!
  Первым неизвестный, но несомненно боевой (и радостный) клич дисциплинированно подхватила сторожа. Почти одновременно с ней завопила стайка мальчишек, вовсю махавших руками и шапками. А уже потом в разноголосицу, но весьма старательно, клич исполнила толпа…
  Громко исполнила. Люди любят понимать, что страх остался позади. И любят тех, кто им это пообещает…
   Пламя факела, точно испугавшись звуковой волны, шарахнулось и попыталось сползти по держателю, но «Ирина Архиповна» еще не закончила. Резкий взмах – и площадь послушно притихает.
- Но! – сурово сдвинула брови пожилая леди. – Что я вижу, товарищи?! Что за бардак, простите, вы здесь развели?! Где дисциплина? Где чувство долга и ответственность?! Где ваша сознательность перед лицом испытаний?
  Пало поймал себя на том, что машинально роется в кармане. С точки зрения его подсознания, сознательность, чем бы она ни была, очевидно, находилась именно там. Спохватившись, северянин опустил руку и почти улыбнулся. Ругаться старушка определенно умела. Не хуже наставника Лесо Бранвене, получившего от благодарных выучеников нежное прозвище Штормяга. Хотя тот, как и полагается истинно грозному природному явлению, мог бушеваь часами, а дама… а дама уже сменила распекающий тон на подбадриваюший:
- Да, вы теперь получили то, о чем мечтает большинство людей. Все будет хорошо, и очень скоро!
  Как бы иллюстрируя ее слова, в несчастном доме что-то гулко бухнуло, на миг осветив изнутри окна, а с обвода крыши второго этажа сорвалось несколько листов черепицы. Драконоловы продолжали воевать с неизвестным врагом. 
  Толпа не обратила на это ни малейшего внимания: а что, им же обещают, что все будет хорошо? Значит, будет. А драконоловам, между прочим, никто ничего не обещал. И нечего о их думать, тем более, их сюда никто не звал, и вообще… не до них.
- Впереди много работы… Поэтому… - ободряющая интонация резко сменилась на приказ, -  господин Поднятый Правитель города приказывает: всем добропорядочным горожанам разобраться по улицам! Каждой группе рассчитаться по порядку и выдвинуть старшего по возрасту. Старшему произвести учет по местожительству, профессии, возрасту и обретенным способностям каждого и подойти с отчетом. Неграмотные есть?
- Есть…
- Тогда выберите старшего из грамотных!  Самым активным улицам, быстрей и точней закончившим подсчет, будет выдан продпаек!
- А?
  Грозная леди соизволила растолковать приказ:
- На каждого человека будет выдан хлеб, сыр и что-то горячее из питья.
- О-о!
- Еще вопросы есть?
- А…
- Что?
- Дык это… ничего вроде…
- Выполнять!!!
  Площадь забурлила.
- Эй, с улицы Решеток! Сюда!
- Веревочная!  Веревочнаяяяяя! Веревочная!!!
- Вы не видели, где собираются жители с набережной?
- Там посмотри.
- Улица Роз! Улица Роз! Где улица Роз? Я что тут, одна?
- Не ори, вон твоя улица собирается!
- А я не слышу….
- Будешь так орать – и дракона не услышишь. Ну чего?
- Простите, вы никого не видели с набережной?
- Отстань. Квартал Веселых Прачек! Кто с квартала Веселых Прачек?!
- Ой, наши! Милли, пошли, пошли.
- Извините…
- Парень, я тебе уже сказала, не знаю я ничего про твою набережную!
- А можно я лучше с вами постою? Своих я потом найду, а в вашем квартале еще ни разу не того…
- Губа не дура!
- Веревочная!!!
Разобраться по улицам оказалось не так просто, тем более улиц было заметно больше, чем желающих стать старшими, а тех, в свою очередь, было все-таки не так мало, как истинно добросердечных купцов, готовых прямо вот так выложить свой товар проголодавшимся горожанам…
  Но господин Поднятый Правитель города на то и правитель, а вельхо на то и вельхо, чтобы не упустить шанс наладить ситуацию, если уж такая возможность появилась…

- ОЙ, СНИМИТЕ С МЕНЯ ЭТО! СНИМИТЕЭЭЭЭЭ!
  С первого этажа пришлось уходить. В распроклятой пекарне что-то случилось с тестом, и теперь оно откуда-то прибывало, как вода во речке во время половодья. Ароматное, сладковатое, как раз для праздничных лепешек, оно порадовало бы любую хозяйку… но не драконоловов. По крайней мере, не в таком количестве. Когда оно дошло до пояса, даже до пьяного в дым ловца дошло, что лучше перейти куда-то повыше. Или подальше. Выбраться на улицу не удалось, за то время, пока они бегали в поисках дракона, дверь непостижимым образом срослась (спаялась, сплавилась или еще как-то) с косяком и со стеной в единое целое. Открыть ее не получилось бы, наверное, даже у дракона, причем даже если бы этот дракон решил поприсутствовать здесь в своем настоящем виде. Хотя в настоящем бы еще получилось – взял бы да и снес вместе со стеной, и все тут…
  Но драконолов – это еще не дракон, и им пришлось искать другие пути, чтобы выбраться из этого проклятого дома, превратившегося в настоящую ловушку. Искатель попробовал было подложить под дверь разрывец, но тот не сработал. Видно, тесто добралось до заряда раньше, чем заряд до двери…
  Второй этаж встретил ловцов еще менее приветливо чем в первый раз – бранящаяся пара продолжала высказывать друг другу претензии, сквозь дверь доносился грохот и азартные выкрики: «Так его, дочура, так… давай, давай, счас попадешь! Шкафом, его, шкафом, табуретка легкая! А ты не уворачивайся, тунеядец, кастрюлей тебя по...». это было бы даже смешно, да оно и было, в общем-то… пока дверь не рухнула, и драконоловы не ощутили, что роль незримых свидетелей скандала куда безопаснее роли непосредственных участников. Особенно когда на площадку не вылетел помянутый шкаф. Тяжеленная мебель слабо блеснула на свету полированными боками в резных завитушках и с треском влепилась в стену. Грохот был такой… словом, доблестные ловцы драконов опомнились уже на лестнице. Здесь они почувствовали себя в относительной безопасности… секунд этак на пять.
  Ах, какие глазки
  У моей Иласки! – некстати заорал стрелок.
  Ой, лита-лита-лита,
  Глазки будто в сказке!
- Заткнись, придурок!
- Сам замолкни! Тебе че, тебе моя моя баба не нравится? – стрелок затормозил и начал грозно разворачиваться к предполагаемому обидчику супруги. – Да я те счас…
- Нравится-нравится, она мне очень нравится, шагай давай!
- Другое дело… эй, ты че сказал? Че сказал? Тебе моя женка нравится, значит? Ты с ней того, значит? Я тття счас…
- Лидо, стоять! Стоять, кому сказал! Хочешь подраться – марш вниз, вон об шкаф кулаки почеши! Стой! Ты куда?!
- К шшш… шк… кш… тудыть. К нему… к этому… кому сказали… шкафу…
- Зачем?
- Он шкаф, - в ответ на яростный взгляд стрелок наморщил лоб, чувствуя какой-то пробел в логике. Он поискал аргумент, призванный убедить командира в необходимости драки. – Шкаф он… Ему моя жена не нравится.
- Придурок! Наверх иди! Наверх!
- А шкаф там есть?
- Марш наверх! А то скормлю дракону! Проклятье богов, да что это такое? – глава драконоловов в ярости посмотрел на второго «пьяного», которого волок хват, - Когда они успели так нализаться?
- А они успели? – прищурился искатель. – Странно это как-то.
- Что?
- Нас угощали – и мы пьяные. Я сам еле иду… Нам подарили оружие – а оно взрывается само по себе. Тебе руку поломало. И удачи нет. Не странно?
- Намекаешь… - глава тяжело выдохнул, переступая через три сломанные ступеньки, две оплывшие и одну будто ощетиненную щепками. – Намекаешь, что вельхо не помогали?
- Может, и помогали… только нам ли? Говорил же этот, что его напарники не в курсе, от них договор надо в секрете держать.
- Думаешь, они из этих? Как местный правитель? Этот говорил, что его придавит втихую, да что-то не получилось, видать. Может, они тоже?
- Может, они и не драконопоклонники, но что-то против нас имеют.
- И они нас… нам…
- Они нам попортили что смогли и запустили сюда. где на каждом этаже какая-то ловушка. И зарастили дверь. Чтоб мы точно не выбрались. Все свидетели – мы сложили головы при ловле, причем нас никто не заставлял лезть. Сами пошли.
- ****!
  На этом разговор пришлось прекратить. Потому что за то немногое время, пока команда пыталась унести ноги, обстановка на третьем этаже изменилась к худшему куда больше, чем на двух предыдуших.
  Странная паутина, так неудачно выметнутая стрелком, за это время не только не сжалась. Скорей, наоборот. Голубовато искрящиеся плетения оплели окно, часть стены, нежно мерцающим ковром устлали пол… южным долгим мхом свисали с потолка…
  Тут было очень тихо.
  Даже за дверьями никого не слышно. Совсем…
  Казалось, здесь бушевала вечеринка самых крупных в мире пауков, вовсю состязавшихся в мастерстве, а потом просто забывших все это убрать, кабы не одна деталь – паутина шевелилась. Меленько, понемножку, бесшумно так, но постоянно. Тоненькие ниточки, подрагивая, ползли по полу, настойчиво прощупывая половицу за половицей. И от этого шевеления у драконоловов мигом пересохло в глотках.
- Ш-ш-ш… - тихо-тихо, по шажочку, по лестнице вверх. И чтоб ни ступенькой не скрипнули…
- Ах, какие грудки
  У моей малютки! – внезапно грянуло продолжение песни.
  Ой, лита-лита-лита
  Это просто…
- Лидо!!!
  Поздно.Точно проснувшись, шевелящиеся нити на миг замерли, а потом быстрый бросок, легкий треск и следующие несколько секунд команда в состоянии думать только о том, чтобы упаси пятеро богов, не споткнуться. Не упасть. Не отстать. Добраться до следующего этажа, до крыши, до веревок, до чего угодно, но в этом распроклятом доме они больше не останутся даже ради всех драконов мира!!!
 
  Макс.

   Письмо было коротким. Очень. Может, баба Ира и правда когда-то была военной.
   На скатанном в трубочку листке желтоватой бумаги было всего всего четыре слова.
  «Где вы? Помощь нужна?»
  И карандашик. Янкин, я его уже два раза затачивал… Янкин…
- Макс, что там?
  Я передал ему листок. Он торопливо прочитал, еще раз, улыбнулся… а потом улыбка словно замерзла на губах. И тоненький листок словно сводит судорогой – наполовину смятый, он снова расправляется, подрагивая в Славкиных пальцах.
- Мы не можем к ним сейчас пойти.
  Голос у него странный.  Словно он уверен… но надеется, что ошибается. Бывает такое, что хочется ошибиться.
- Не можем, - отзываюсь я.
- Подставим?
- А то.
- А так?
- Так отговорятся. Забегали родичи поздороваться… торопились. Или не родичи, мало ли… ошиблись. Свидетелей Янка заболтает…
  Я говорю на автомате. Они отговорятся. Стоит только предупредить. Они вроде неплохо вписались в здешнее общество, Янка не выглядела ни заморенной, ни голодной, у нее здесь уже были друзья. И у бабы Иры, как я понял по ее торопливой скороговорочке, все было более-менее. Стоило хотя бы ради этого зайти, чтобы узнать, что у них все нормально… и уйти. Нечего подставлять их такими знакомыми.
  Уйти, отыскать драконов, Славку лечить, перед Архатом извиниться. Разобраться, что мы такое и что с этим делать… и почему я не могу этого сделать?
  У них ведь все нормально. Можно уйти.
  Ах вот что.
  У них все нормально.
  Я так рвался сюда – помочь, спасти, защитить, тех… кого? Родных? Своих? Тех единственных близких, которые у меня есть. Которые как-то стали моими. Бабу Иру и девчонку Янку.
  А им нормально без меня. Даже лучше.
  Дурак ты все-таки, Макс. Радовался бы, что у них все хорошо. А ты… дурак и жадина.

  Ответ мы набросали быстро. Успокаивали, говорили, что все хорошо, но встречу пока придется отложить. Очень дела, мол, срочные. В последний момент догадался к письму денег приложить – на всякий случай, они у меня еще были.
  Штуша спорхнул на попритихшую с чего-то площадь.
  И тут окно на соседнем доме, то самое, из которого мы вылезли, с треском распахнулось. Драконоловы про нас не забыли…

+12

285

Елена Белова
Великолепно!

+1

286

Вкусно!
Интересно, а Пало умом не тронется? Или просто уйдет из города счастливый?

+1

287

Елена Белова написал(а):

А ты не уворачивайся, тунеядец, кастрюлей тебя по...». это было бы даже смешно, да оно и было, в общем-то… пока дверь не рухнула, и драконоловы не ощутили, что роль незримых свидетелей скандала куда безопаснее роли непосредственных участников. Особенно когда на площадку не вылетел помянутый шкаф.

"Не" лишняя.
Или:
Пока на площадку не вылетел помянутый шкаф.

+1

288

Ivan70, спасибо!
Anars, нет, он очень уравновешенный.
Кадфаэль, спасибо, исправляем)))

0

289

Ivan70 написал(а):

Великолепно!

Полностью поддерживаю уважаемого коллегу.
Превосходный, яркий и насыщенный фрагмент, Елена.

+1

290

Елена Белова написал(а):

Anars, нет, он очень уравновешенный.

Тогда у него должны быть вполне законные вопросы относительно почтенной дамы. Опыт командования массами народа. Кто же она такая и откуда взялась?

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Ах ты... дракон!