Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Ах ты... дракон!


Ах ты... дракон!

Сообщений 21 страница 30 из 854

21

Елена Белова написал(а):

ну, не везет с погодой, повезет... кое в чем другом)

Буду с интересом ждать)

0

22

Глава вторая.

  Да что за?!...

- Веррни ррррубли, воррюга!
- Шарромыжник!
- Хмыррь!
- Украл у старрррушек, уголовный элемент! Укррррал!
  М-м-м… карканье доставало невыносимо, и я попытался отвернуться, не смотреть, не слушать. А вот и пролет – с другой стороны тоже сидели точно такие же бабки. Откуда они здесь взялись, в таком-то количестве? Штук двести, не меньше.  Старухи пестрой стаей облепили скалы у дороги, махали рукавами самовязаных вытертых кофт по моде прошлого столетия, сверкали стеклами дешевых очков и глаз с меня не сводили. И орали, орали, орали – так что уши закладывало и раскалывалась голова.
- Сррок тебе светит, фарррмазон! – вопила одна, особо активная. – Срроок! Срррок! Тррри года! Кто мне банки рррразбил?
- Статья сто пятьдесят девятая! – тут же  поддакнула вторая.
  Третья, видно, самая продвинутая в уголовном кодексе, выдала подруженькам справку:
- Два года полагается! И штрррраф!
- И дррракон! Дррракон! – дополнила четвертая.
- Какой дракон? – не выдерживаю я. Это невыносимо… – Кыш…
  Стая  загалдела еще громче.
- Штрррраф! И в арррмию!
- Загребут тебя! И сррок! Неудачник!
- Неудачник! – злорадно клохчет стая. – Неудачник!
- Кыш… - я снова пытаюсь отвернуться, голова уже не раскалывается, а отваливается, и перед глазами все плывет, как будто снова словил солнечный удар. Жарко. Больно. – Кыш…
- Максим, успокойся, - что-то прохладное касается моей руки. – Тише. Тише…
Знакомый голос заставляет крикливую стаю отодвинуться и потускнеть, но ненадолго. В следующую секунду морщинистое лицо оказывается совсем близко:
- Жар у него, похоже.
- Жар – это температура? – в старушечьей стае, кажется, завелся птенец – новый голосок звонкий и тонкий. – Мы будем его лекарством кормить, да? А можно я ему компресс на голову положу?
  Нет. Не надо! Мне страшно представить, что к моей голове кто-то прикоснется.
- Кыш… - как их отогнать?  Голоса совсем не слышно. – Кыш…
- Кого он гоняет?
- Неважно. Голову ему приподнимите…
  Что-то льется в рот, прохладное, чуть горьковатое, и птичья стая наконец пропадает. Вместе с птенцами, компрессами и драконами. И злобными выкриками…
  Остается только прохлада на лбу.
  Все.

  Сначала это была просто серость – такая, полосочку. Я тупо таращился на нее, не понимая, почему над моим лицом завис пешеходный переход. Если меня сбили, значит, я должен на нем лежать… или стоять? Нет, лежать. Слабость, и ноги болят… сбили? Тогда почему я вишу в полутора метрах над землей? И где скорая?
  Но скорая все не торопилась, а «зебра» на второй взгляд смотрелась довольно странно. Не белая с серыми, а серая с тоненькими черными полочками… Может, это не переход, а решетка? Обезьянник? А тогда что сверху? Видно плохо... только слышно. Какое-то журчание.
  Медленно-медленно в мою больную голову вползло понимание, что я просто лежу на спине на чем-то жестком. Серое в полоску – это потолок. Просто он из бревен, как в деревенской хате, я такое только в телевизоре и видел, вот и не узнал. Пахнет какой-то травой и супом. И рядом не журчат, а разговаривают…
- ..А это была Шемаханская царица, и эта царица всех девушек переловила и посадила, - оживленно излагал детский голос.
- Куда? – заинтересованно переспросил второй. Я скривился: голос был «пенсионерский». Не люблю старух. И еще слышалось тихое, еле слышное постукивание… странное такое…
- В подвал, на переработку, - тут же отозвался первый. - Там еще эти сидели, которые из «Шрека»: Белоснежка, Красавица-в-коме…
- Кто-кто? Ты уверена, что правильно запомнила?
- А че? Ну… ну, может, ее как-то по-другому звали, но это неважно, она все равно второстепенная, только в обмороки и падает, ничего больше не делает. Вот. Значит, сидят они, сидят, плачут, и вдруг буммм! Это Змей Горыныч все начал взрывать, и подвал тоже… А потом прилетел на ослике Губка Боб и как закричит: «О боже, они убили Кенни!»
- Кого?
- А, это один такой… его все время убивают, так прикольней. И тут богатыри – у них такие дубины тяжеленные, знаешь, папа говорит, что они палицы называются. Ну это ж смешно. Палец – он же маленький, а дубины во какие! Он ошибается, да?
- Не совсем. И что было дальше?
- А дальше богатыри каааааак дали! Эта Шемаханская аж облысела, когда их увидела! Она волшебную силу потеряла, и ее выгнали. Вот. Хорошо, что не убили.
- Тебе ее жалко?
- Да нет. Просто когда злодея не убивают, значит, он еще вернется. И будет новый мультик. Она сейчас пластическую операцию сделает, и… бабушка Ира, а ты почему смеешься?
- Да так, - фыркнула «бабушка». – Представила просто. А откуда там взялся летающий ослик?
- Как откуда? Это ослик со Шреком пошел освобождать принцессу, а там такая дракониха их зажарить хотела. И он, чтобы ее отвлечь, сказал, что он типа в нее влюблен. Вот. И у них родились такие ослики, как он, только летающие и с огнем, как их мама. Там еще так смешно было, как принцесса Шреку завтрак готовила! Она запела, и птица лопнула, а Фиона ее яйца из гнезда зажарила!
- Мда… А ты «Ну погоди» не смотрела?
- Нет, его же запретили. Он вредный для детей, там Волк курит.
- А «Шрек», значит, полезный… Слушай, дитя нового века, проверь-ка лучше, как там наш больной.
- Щас!
  Я даже не успеваю сообразить, кто именно тут «больной». Соображаю только тогда, когда в поле зрения вплывает круглощекая мордочка чилдрена лет пяти-шести, и звонкий голосок недавней «шрекообожательницы» вопит во всю мощь легких:
- Проснулся! Ба, он проснулся! – и не успел я слова сказать, как зеленые глазки сощурились, и малолетняя любительница мультиков выдала диагноз. - И хочет супчик.
  Ага, значит, больной – это я. Поэтому и лежу? А где я лежу? Что вообще происходит?
- Правда? – старушечья физиономия немедленно возникла рядом с детской мордочкой и обе дамы уставились на меня с одинаковым любопытством. Мне в момент стало не по себе, хотя взгляды были не злые, наоборот, даже радостные. Пристальные такие взгляды, внимательные… прямо как детсадовцы любуются на хомячка или котенка. А потом цап, и привет, котик, какой ты хорошенький, а что у тебя там внутри, а?
  Хотя бабуся на полноценного вивисектора не тянула – худенькая старушка метр шестьдесят роста, чем-то смутно знакомая. Где-то я уже видел эту прическу – седые косы вокруг головы…
- Ну? – сбила меня с воспоминаний бабка.
- Что – ну? – ощетинился я. Попробовал ощетиниться. Похоже, в ближайшее время мне это не светит.
- Самочувствие как? – пояснила старушка. – Что болит? Голова, горло, легкие? Кашель есть? Тяжесть в груди, хрипы?
- Н-нет… - я прислушался к себе. – Только руки и ноги… и слабость…
  Ох у меня и голос. Мне только волка в «Ну погоди» озвучивать – сиплый голос, чужой.
- Это нестрашно, легкое обморожение, - отмахнулась бабка. - У тебя почки-то в порядке? Такие температурные «свечки» часто бывают?
  Но я уже пришел в себя.
- Вы чего, врач, что ли? – еще не хватало, про свои болячки посторонним выкладывать. Глупо. Кого на самом деле волнуют твои проблемы? Да никого. В это только наивняк поверит. Такая невинная ромашка, как моя мать, к примеру. Та тоже верила, что врачи думают о своих больных, а не о своих зарплатах и статистике…
  Бабка, кажись, просекла, что ничего я выкладывать не собираюсь. Нахмурилась… но начать скандал и тем поддержать священную старушечью традицию на тему «Куда катится современная молодежь» ей помешали. Девчонка за руку дернула:
- Бабушка, - страшным шепотом сказала она. – А почему у него почки? Он что, дерево? А листочки будут?
  Пока бабуля ей втолковывала, что почки бывают разные и листочков от меня в любом случае не дождешься, я попробовал осмотреться. Надо же понять, куда меня занесло. И как. Правда, фигуры почковедов заслоняли почти всю комнату, но печку удалось рассмотреть. И свою одежду на крючках – прямо в ногах висит, не спутаешь, тут такое освещение… кстати, а какое? Это не лампочка, спиральки нет, целиком светится… Необычный свет…  Мелкие светильнички по всей комнате давали ровный золотистый свет, неяркий, но красивый. Странно…
- Ой, он на печку смотрит! – отвлеклась от обуждения почек малявка. – Все-таки супчика хочешь, да?
Супчика я не хотел, но кого это волновало!
  Совместными усилиями тощая старушка в белой шали и малявка в джинсовом костюмчике помогли мне приподняться на низкой постели (точней, на нарах), подсунули под спину свернутую куртку и впихнули в руки миску и ложку. Что-то с ними тоже было не так, но я не сразу сообразил, что – потому что осматривался.
  Комната была та еще. Небольшая, метров восемь в длину, стены из бревен, причем на них даже кора сохранилась, потолок из бревен, пол из досок. Да, дизайнер с местной планировкой явно не напрягался – с одного конца в стене два квадратных окошка и дверь посередине, с другого – почти так же, только посередке к стене примыкала печка, а справа и слева – двухъярусные нары. И все. Ни стола, ни стульев, ни чего другого, только крючки на стенках и какие-то веники по углам развешаны.
  Ничего себе домик… И как меня сюда занесло? И где Славка? И где тут…
  Долго раздумывать мне не дали – бабка в шали и не думала уходить. Внаглую уселась на край нар и расправила в руках какой-то шерстяной комок. Спицы! Вот что постукивало, пока она с девчонкой болтала!
- Ты есть-то будешь? Остынет.
  Спицы неторопливо заработали, вывязывая тонкую цветную дорожку. С другой стороны примостилась любопытная мелочь и вовсю таращила глаза.
- Может, я его покормлю? С ложечки? Как в мультике про…
- Нет! Э-э…
- Ирина Архиповна, - понимающе кивнула старуха.
- Ага. Так мне бы сначала… стоп. Ирина Архиповна?!
  Бабуся поправила на плечах белую шаль и прищурилась:
- А что, не похожа?
  Можно подумать, я помню!
- Это вас Славка искал? – на всякий случай уточнил я. Ну не разбираюсь я в старухах, все они на одно лицо. Морщинистое, с седыми клочкастыми бровями. Глаза у них вечно тусклые, подслеповатые, походка эта шаркающая, как у зомби каких-то, голоса визгливые… Бррр… Лучше молодым помереть, чем в такое превратиться! Ишь, смотрит! Будто мысли читает. – Что?!
- Не узнал, - констатировала бабка. –Эх, ты. А мы с тобой, между прочим, в одном доме живем.
  И чего? Каждого в этом доме знать – никакой памяти не хватит! Да и толку помнить бесперспективных?
- Не в квартире же… - буркнул я. Всякое ископаемое меня еще учить будет.
- Ясное дело. Жил бы ты, Максим, у меня в квартире… ладно, с этим потом. Почему не ешь? Не хочешь?
  Да тьфу на вас! Хочу я, хочу… только я сначала не поесть хочу, а совсем другое. Только выговорить это при старухе и малявке -  проще застрелиться.
- А Славка где?
  Спицы замерли. Стало тихо-тихо. Даже мелочь перестала болтать ногами и переводила взгляд с меня на бабку и обратно. Затрещало в печке какое-то особо несговорчивое полено… Почему они молчат?
- Он… -  почему-то «Он дошел?» не выговорилось, просто язык не повернулся. Вместо этого я спросил: - Он… здесь вообще?
  Ну чего ты молчишь, вешалка старая?! Нервы мотаешь.
  Бабка вдруг улыбнулась. Морщинки разбежались по лицу уютными складочками, глаза просветлели, и вся она как-то смягчилась.
- Думала, уже и не спросишь. Придет он сейчас. Рыбу потрошит. В проруби с Яночкой набрали. Надо же хозяину хоть что-то оставить взамен его запасов.
  Вы что-то понимаете? Вот и у меня мозги в отказ пошли. Ничего не соображаю. Бабка эта, которую никак не вспомнить… девчонка откуда-то… дом какой-то левый. Миска с ложкой деревянные. «Ограниченный», который, видите ли, решил податься в рыболовы!
- Запасов… каких запасов? Объясните толком! Где мы? И что вообще происходит?!

  Бабке повезло больше, чем нам. Ее толянова хрень выбросила ближе к речке, а не к горам. Хотя девчонке, наверное, повезло еще больше. Она после прикосновения к «игрушке» старшего брата обнаружила себя на дереве, подвешенной за куртку и ранец.
  Ирина Архиповна улыбнулась:
- Рев стоял такой, что я моментально раздумала терять сознание и поковыляла смотреть, кто так надрывается.
  Как она снимала ревущую мелочь с дерева, как успокаивала, как, кутаясь в одну дырявую шаль на двоих, они топали к замеченному на берегу домику, бабка рассказывала скупо. Зато с юмором описала, как сражалась с растопкой печки – а попробуй растопи ее в незнакомом доме, в котором непонятно что где лежит. Да еще без спичек…
Печка то молчала, «как пленный индеец племени сиу», то «фыркала, как кит на нересте», то дымила, будто вулкан с Камчатки. И ни в какую не желала сотрудничать, пока ее не пнули как следует. Только тогда из трубы выпала какая-то дохлая тушка и покатилась по полу, засыпая доски сажей.
- И тяга наладилась…
- И огонечки зажглись, - тут же вставила мелочь. – Только она не дохлая была… просто неживая.
  Не дохлая, но неживая. Ну замечательно. Теперь еще и мелкая с левой резьбой.
- А скоро и вы пришли, - вздохнула старушка. – Мы как раз запасы нашли в сенях – мясо вяленое, зелень сушеная, лепешки. Видно, хозяин избушки для гостей оставил. Ты ешь-ешь. Здорово вы нас с Яночкой напугали, когда ввалились. Замерзшие, синие, ты сразу упал, а Славушка еще нам помогал, расспрашивал. Как узнал, что Яночка сюда через другой аппарат перенеслась, хотел тут же идти искать – еле уговорили подождать до утра. - Он прямо в своем кресле уснул.
- Другой аппарат? – я затаил дыхание… - Нашли?
  Дверь предупреждающе заскрипела и приоткрылась, и на пороге забуксовало инвалидное кресло… Хозяин стряхнул снег и захлопнул дверь, отсекая клубы белого морозного пара… и ответил вместо бабки:
- Нет.

  Короче, попали здесь мы все. Второй штукофиговины так и не нашли, хотя искали старательно – и я, и Славка с Яной… Видно, она осталась там, не перенеслась, а на нашей то ли батарейки сели, то ли просто сломалась.
  И мы застряли здесь. Третий день уже…
  Мы уже малость подуспокоились – отревелась Янка, отругался я, отмыла дом бабка. Она такая, как переживает, тут же хватается за тряпку. Мы обмыслили ситуацию, облазили все вокруг… но так и не придумали, как быть дальше.
  Набор для выживания хуже не придумаешь: крохотная избушка с минимумом запасов, а в приложении древняя старуха, инвалид в кресле и впридачу шестилетняя мелочь. На всех одни ножницы, три куртки, один плед, одна торбочка с вязанием, одна зажигалка, две расчески, всякая мелочь, которую обычно таскают в сумках и славкины костыли в качестве оружия…
  И полная непонятка, что делать…
  Особенно в свете пролетающих драконов. Драконов, вы вдумайтесь! Куда нас занесло… Что это вообще за мир, где в небе летают драконы, а в избушке без всякого электричества сами собой загораются и гаснут красивые камушки? Есть тут вообще люди? Есть ли хоть какая-то надежда выбраться? Если б занесло еще кого-то, можно было бы взять его «аппарат». Но пока в окрестностях тихо. И я до сих пор не знаю, что там надо нажимать…
  Как я влип во все это, а? Как?!
  И Славка этот еще. Немочь бледная, глянуть не на что, на год меня младше, а пацан-пацаном, бритва и та не нужна – а ведет себя, как… мелочь, к примеру, бабку и меня через раз слушается, а этому «ограниченному» в рот смотрит и несется выполнять даже раньше, чем он договорит. Попытался с ним отношения наладить – для пользы дела чего не сделаешь? – а он... нет, морду не воротит, но слушает как-то… будто я ему акции  «МММ» предлагаю – те, из девяностых. Морщится, смотрит недоверчиво. Не может забыть, как я ему руку выкрутил, что ли? Так в неадеквате я был, в неадеквате! Можно и забыть, кажется? Нет, злопамятный…
- Ты что делаешь? – ахают над ухом. – Кто ж так стирает?
  Я обреченно закрываю глаза. Когда бабка заводится (это редко бывает, но уж когда бывает!) с нотациями, остановить ее не пытается даже Славка. Почему он – не знаю. Почему я? Так бесполезно. Бабка наша даже среди вымирающих уникум. Видал я амерские фильмы про армию, так наша Ирина Архиповна – старшая сестра тем сержантам, которые раскатывают в блин новобранцев. Да куда там новобранцам! Если рядом нет Яны, бабуся может выдать такое, что покраснеют даже танки. Потом, как остынет, может и извиниться… но это потом.
- Я ведь, внучок, дочь полка в войну была… в первую разведку в семь лет сходила, - виновато объясняла она в прошлый раз, после бури из-за пропавшего вязанья. – А разведчики – люди на язык скорые. Ты уж не обижайся.
  Да я и не обижаюсь. Я радуюсь, что у нашей разведчицы гранаты под руками нет. Или пулемета. И кой черт меня тогда дернул ей фиговину продать? Столько рядом пенсионерок неохваченных ходило, и правило у меня было в своем гнезде не пакостить… и вот угораздило же!
- Ты меня вообще слушаешь? – несло пенсионерку. – Это какие же мозги надо иметь, чтобы вместе стирать шерстяное и хлопок? Да ты!...
  Что? Стирать? Ну да, можете поржать, если охота – крутой чел Макс работает стиральной машиной. А заодно водопроводом и теплостанцией – потому что воду эту надо сначала приволочь, потом нагреть, набрать золы вместо порошка, а потом уж… стоп. Какая шерсть? Я в воду ничего шерстяного не… а тогда что это за клок рядом с Янкиной майкой? Темный…
  Пока я припоминал, что такого могло попасть в допотопное корыто, бабка уже страстно призывала меня подумать о том, что новых вещей взять негде, а знаю ли я, что будет с ними после такой стирки?
  Ответить я не успел. И к лучшему, наверное. Мое терпение и так быстро подкатывало к точке кипения. Да, я обещал себе пока не нарываться – до выяснения ситуации. Да, только дурак ввязывается в скандал, если это невыгодно… но сколько можно?! Что я им, на елке достался?! И я с размаху плюхнул в корыто недостиранные джинсы, выпрямился, собираясь огрызнуться сразу и за все. И неизвестно, что бы случилось дальше, но в этот момент в нашу жизнь вошло новое лицо. Точнее, не лицо…
  Я почувствовал, что под руками что-то зашевелилось – бабка резко замолчала – и в этот момент шерсть, видно, заинтересованная лекцией о своей вредоносности, чихнула и резво полезла из корыта…

  От неожиданности мы с бабкой выразились совершенно одинаково. Комок слипшейся шерсти выполз на ручку корыта, фыркнул и затоптался на краешке, словно соображая, куда идти…
- Это кто?! – шепотом поинтересовалась обалдевшая бабушка.
- Я почем знаю!
- Максим!
- Че сразу Максим?! Я это туда не пихал!
  Внезапно ожившая шерсть повернула голову (или что у нее там?) на голоса, и мы резво заткнулись. Бабкина сухонькая ручка зашарила по подоконнику, нащупывая ложку или скалку, я молча соображал, можно ли тыкать шокером в мокрое и стоит ли тратить заряд на такую мелочь? Комок был ну никак не крупней щенка…
  А он тем временем продолжал действовать. Старательно обнюхал деревянные выступы, фыркнул, а потом покрепче утвердился на ручке…  и встряхнулся. Дождь из брызг со вкусом золы окатил обоих зрителей, заставив отпрянуть и начать отплевываться. Ну да, нечего с раскрытым ртом сидеть.
- Вот пакость!
- Урррр? – вполне различимое существо, напоминавшее карликового  (очень карликового!) медвежонка разлепило золотистые глазки и с интересом присмотрелось к нам…
  Хлопнула дверь.
- Бабушка, Максим, у нас тут… ой, Штуша!!! Он живой! Ииииииии! – и забыв про все, Яна вмиг пролетела через комнатку и вцепилась в свое мокрое сокровище. – Штушенька, лапочка…
Мы остались сидеть на полу.
- Штуша, значит… - буркнула бабка.
- Он тогда из трубы выпал, - объяснила совершенно счастливая малявка. – Когда мы топили. Я думала, он неживой, постирать хотела. Думала - он игрушка…
  «Игрушка» сосредоточенно обнюхивала ей руки и тыкалась носом в нагрудный кармашек. Рассмеявшись, Янка полезла в карман, вытащила оттуда кусочек сушеного фрукта, и существо энергично зачавкало.
- Штушенька…
  Идиллия.
- Весело тут у вас, - произнес с порога незнакомый мужской голос. – Познакомимся, старейшая?

Отредактировано Елена Белова (07-01-2014 21:39:57)

+16

23

Баб-Ягг притопал? Леший заявился в дом-конуру? Интересно, как Славку, лечить будут? Лиственно-травяные веники не зря по углам развешаны... А дурня с мозгами отмороженными учить-воспитывать всей кумпанией  возьмутся?  http://read.amahrov.ru/smile/girl_smile.gif  Любопытственно - ой-ей как!  http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif

Отредактировано Cherdak13 (07-01-2014 20:38:23)

+1

24

Cherdak13, отмороженного воспитывать и воспитывать еще. Бабо-Яггу он не по зубам))))

0

25

Елена Белова написал(а):

а «зебра» на второй взгляд смотрелась довольно странно.

редко встречающееся словосочетание (в отличии от - на первый взгляд)

Елена Белова написал(а):

как[] деревенской хате

не хватает - в

Елена Белова написал(а):

тощая старушка с белой шали

или -в или с белой шалью

Елена Белова написал(а):

какой-то шестяной комок

шерстяной

+1

26

Тит, сейчас исправлю! Своих ошибок не вижу...

0

27

И, кстати, в дальнейшем не плохо бы описать внешний вид волшебной хатки - на крыше солома вперемешку с еловыми лапами, труба кособочится напяленным на нее дырявым ведерком, из которого тянутся вверх струйки дыма... окошки снаружи, протаявшие посередке и с морозными завитушками по краям, снежные холмики под стенами, щели между бревнышек стен заткнуты мхом и чем-то лохмато-растительным... Ну, в общем, нечто архаично-деревенское... в том числе только наполовину наполненная поленница для дров у одной из стен избушки.

+1

28

Хатка чуточку другая. Но обязательно опишу))) Много деталей упускаю, да?

0

29

Та ни... это ж пока только первые главы - их, по-всякому, еще потом "причесывать" надо будет, вычитывать, добавлять-убавлять...   http://read.amahrov.ru/smile/girl_smile.gif

+1

30

Cherdak13, спасибо))) А еще, вдобавок, герой упрямый эгоист, которого сложно заставить чем-то заинтересоваться, если это не несет ему выгоды...
Но мы причешем)))

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Ах ты... дракон!