Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Младший граф


Младший граф

Сообщений 1 страница 10 из 820

1

Ну, Звездные Войны - этим все сказано.
Не канон, если что.
Главный герой попаданец, но к счастью об этом не знает.
Вообще то, этого героя во вселенной ЗВ нет - но он там, по логике жизни, присутствовать просто обязан. И даже если не он, то кто то похожий - иначе образуется странный разрыв времен и поколений в одном благородном семействе одной Далекой Далекой Галактики.

П.С. Моя лень официально заявляет, что к написанию данного текста не имеет совершенно никакого отношения, более того, она честно пыталась убить моего Муза - и просит предъявлять все претензии не ей, а автору, то есть мне.




Младший граф

Ещё не сорваны погоны
И не расстреляны полки,
Ещё не красным, а зеленым
Восходит поле у реки.
Им лет не много и не мало,
Но их судьба предрешена.
Они ещё не генералы,
И не проиграна война.

                          Зоя Ященко

Пролог

Я мыслю, … а существую ли я?

Сознание вернулось резким моментальным «щелчком», как будто кто-то переключил в голове невидимый тумблер. Как нашатырем ударил по ноздрям запах чего-то кислого и резкого, потом пришло ощущение приятной бархатистой, но твердой, поверхности под щекой. С трудом приоткрылись веки глаз, по которым тут же болезненно ударил странный неестественный свет. Это называется: жил был я. Медленно, с прямо таки ощутимым скрипом насыпанного под веки песка задвигались глазные яблоки, как головки самонаведения ракет, тщетно выискивающие и пытающиеся захватить хоть какую-нибудь цель. Наконец взгляд разбегающихся в разные стороны, как у хамелеона, глаз, с трудом смог ненадолго остановиться на источнике резкого запаха прямо перед моим носом. Кстати, а что такое «хамелеон»? – на этот вопрос «меня» мое очухавшееся сознание скромно промолчало. Мдаа, … судя по всему, это меня вырвало, - а запашок-то очень неприятный, и на последствия похмелья ни капельки не похожий. И осколки чего-то поблескивающего рядом с этой лужицей, похожего на расколотую пирамидку темно красного стекла, рядом валяются, слабо выделяясь на полу, покрытым каким-то необычным материалом бордового цвета. Материалом, дающим мне это ощущение бархатистой поверхности под щекой. Тут же сознание услужливо подсунуло название: «иртальс» - которое мне абсолютно ничего не сказало, хотя это самое мое сознание выдало следом целую кучу информации по данному материалу, - с циферками и коэффициентами, как в справочнике по какому-нибудь собачьему сопромату или там материаловедению. И это тут же породило другой вопрос: а что такое «собака»? – то же оставшийся без ответа. Эхма, ну что за фигня – то есть ответы, то нет их: и сознание, почему то, стыдливо помалкивает, по этому вопросу.
Так, стоп, черт с ним, с сознанием – займемся бытием – вернемся к инвентаризации меня любимого. Кого меня-то? – ну Райденом с детства, кажется, звали. Обоняние, осязание и отчасти зрение вроде бы на месте. Проблевался вот, но подо мной, к счастью, кажется не мокро. Хорошо хоть не обделался, а то мог бы, судя по состоянию моей любимой тушки. Тушка, кстати, лежит ничком на полу, покрытом этим самым дорогущим бархатистым бордовым иртальсом, с поджатой под себя левой рукой и чуть оттопыренной в сторону правой – голова тоже вправо повернута. Ну, пытаемся дернуть конечностями, попытка, как известно не пытка. Конечности слабо реагируют – и ноги тоже, - но левую руку из-под себя мне вытащить с первой попытки не удается. Все равно, оптимизма мне эта малоудачная попытка пошевелиться здорово добавила. Надо пытаться и дальше. Мысль судорожно дернулась в голове, ища, где тут выключатель у рефлексов. Наконец, собравшись с силами, переворачиваюсь на левый бок, подальше от дурно пахнущей лужицы, и принимаю вертикально-сидячее положение. В районе поясницы что-то мешает, но мне не до этого: наконец-то включился слух, и мой мир обрел объем и пространство – а моя бедная голова легкий шум в ушах и изрядную, хотя и потихоньку отступающую, боль. Работающие в режиме «найди ракета цель» глаза тоже эту самую движущуюся цель нашли, и, вспомнив, что у людей зрение вроде как должно быть бинокулярным, дружно на ней зафиксировались и включили, наконец, режимы «резкость» и «светофильтр». Цель же приняла вид наклонившегося ко мне пожилого мужчины. Мир вокруг меня стал раздражающе четким, с полной палитрой цветов и звуковым сопровождением «картинки». Ох, яааа! – звук стал не просто четким и ясным. Он еще и оформился в слова песни, болезненно отдававшиеся под черепом отголосками музыки каких-то совершенно незнакомых мне инструментов. Приятной музыки, тащемто, только как то не к месту.
Когда умолкнут все песни
Которых я не знаю
В терпком воздухе крикнет
Последний мой бумажный пароход

Гудбай, Америка, о-о
Где не был никогда
Прощай навсегда
Возьми банджо, сыграй мне на прощанье*
Вот не знаю, кто такая эта Америка, но образ «банджо» мне сознание выдало четкий. Интересно, это не по его струнам бренчали? - а, это, оказывается, называется «гитара» - ну и пусть ее. Но лучше бы оно не играло, и не пело. Живем, однако. Теперь вставать – не сидеть же на попе ровно, когда к нам тянется человек, с явным желанием помочь.
- Райден, мальчик мой, ты как?
В голосе наклонившегося ко мне человека ощущается сильное беспокойство. Он протягивает мне руку и помогает встать на ноги, сильно и уверенно потянув на себя, когда я хватаюсь своей ладонью за его ладонь. Приступ головокружения и легкая дезориентация от слишком резкого подъема тянут голову книзу и вызывают желание снова очутиться лежащим на полу – но к счастью все более-менее быстро приходит в норму. Даже звук музыки в голове кто-то уменьшает до терпимого положения «минимум». Продолжаем инвентаризировать самого себя дальше, а так же, заодно, и пытаться восстановить ориентацию во времени и пространстве, так сказать. Опущенные долу очи видят вполне себе щегольские сапожки типа «настоящие хромовые», высотой почти до колен, красновато-коричневого цвета на низком каблуке. Сапоги, кстати, сидят на ногах как влитые, и создают то редкостное ощущение соединенности с поверхностью, на которой стоишь, которое способна обеспечить только по-настоящему хорошо сделанная и хорошо подобранная «по ноге» обувь. В сапоги заправлены не очень широкие, но достаточно свободные шаровары черного цвета. Ну-с, идем выше, - а выше странного покроя не то китель, не то пиджак - не разбираюсь я в тряпках, я как то больше по «железу», - и тоже черный, ни каких застежек на виду. Пиджачок перехвачен в талии широким кожаным ремнем, цветом в тон сапогам, собранным из трех полос кожи с кучей всякой металлической «фурнитуры». Самая большая цацка прицеплена на поясе ближе к левому боку – вот что мне спокойно лежать на полу то мешало, ситх побери! Выше взгляд не поднять, но судя по ощущениям в районе шеи, воротник у пиджака стоячий - и мне сейчас очень хочется его расстегнуть.
Периферийное зрение, тем временем, на автомате снабжало мозг сведениями об окружающем пространстве. Просторный, почти пустой, со скудной меблировкой, зал: какие-то антикварного вида большие вазы по углам, пара полу абстрактного типа бронзиумных скульптур и светло-каменные барельефы, изображавшие что-то явно пафосное историческое, у одной из стен. Противоположную стену занимает огромное витражное окно с ажурными переплетами. Пара больших закрытых, кажется раздвижных, дверей в двух других противоположных стенах. Бордового цвета пол, кирпично-красные, с непонятным покрытием, примерно до уровня голов скульптур стены – выше цвет переходит в белый, как и у ровного гладкого потолка. Материал окна непрозрачный, имеет легкий бежевый оттенок – а вот светильники, замаскированные под карнизы, дают белый дневной свет. Отсюда, наверное, и это ощущение неестественности освещения. Потому что за окном явно день. Из мебели, собственно, в зале только пара низких массивных кресел с обивкой «под кожу», в тон полу и нижней части стен - стоящих ближе к окну. Да легкий столик из полированного красного дерева, но с более темного оттенка инкрустацией-орнаментом, аналогичному орнаменту оконного плетения по виду, между креслами. Вот у этого-то столика, на котором валяется какая-то открытая пустая коробочка, я и грохнулся, испачкав заодно пол, покрытый дорогущим отделочным материалом. Почему именно дорогущим? – а дешевку при отделке космических яхт как то не принято применять. Впрочем, впечатление «не дешевизны» в этом зале производило буквально все, крича не то о принадлежности к роскошному особняку, не то вообще к королевскому замку.
Так, надо топать в освежитель, где тут ближайший – память бодро и услужливо подсказала путь по замку. Точно, замку, вспомнил. Вид у меня сейчас ну никак не парадный, а нужно соответствовать. Мое сознание нагло тычет в нос образец для соответствия: мужчина, который все еще держит сейчас меня за руку. Высокий, рост у мужика - где то на уровне моего собственного роста - широкоплечий, с непокрытой головой. У него такой же, как и у меня, прикид в стиле «ретро милитари», хотя нет, не совсем такой же: пояс несколько другой по виду, буро-коричневого цвета, а сапоги черные. Ах да, еще, в отличие от меня, на плечах у мужчины плащ, темно коричневого почти черного цвета, застегнутый у горла на пару серебристого цвета металлических застежек, скрепленных цепочкой того же металла. Застежки с вычурным орнаментом - тоже, кстати, идентичным по рисунку тому, что имеют переплет окна и инкрустация столика. На поясе висит штуковина, почти аналогичная по виду той, что висит на поясе и у меня. Ну, та самая слегка гнутая цацка, мешавшая мне, когда я на полу валялся – вон мельком выглянула из-под плаща у мужчины, - разве что в деталях конструкции и материале из которого сделана чуть отличается. Выше гордое, вытянутое, с надменным выражением, лицо: седые, зачесанные назад волосы, высокий лоб, длинный крючковатый нос – вокруг рта, с опущенными кончиками тонких губ, аккуратные седые усы и бородка клином. Характерные, приподнятые к переносице брови, придающие лицу выражение не то молчаливого вопроса, не то легкого недовольства. И проницательные, слегка прищуренные карие глаза.
Легкое пожатие руки вернуло меня из мира мыслей в мир реальный.
- Как ты себя чувствуешь? – еще раз, уже настойчивее, спросил мужчина напротив.
- Голова болит и слегка кружится, но все, кажется, начинает приходить в норму потихоньку. Больше, кроме этого, - киваю осторожно на лужу блевотины, - ничего серьезного, головная боль не в счет. Хвала Силе дядя, обошлось, кажется, без последствий - но как хотите, а эта стекляшка никакой не голокрон, пусть и выглядит как настоящий. Вас кто-то ловко разыграл с этой непонятной фигней, если только он не имел, с этим розыгрышем, каких-то иных намерений. Кажется, что я и вправду едва не слился с Силой, пытаясь эту штучку активировать. Сейчас мне нужно в освежитель, а потом можно подумать вместе, на этот счет.
Мужчина, которого я назвал «дядя», на мгновение задумался, а потом отпустил мою руку и чуть кивнул головой.
- Хорошо, иди. Встретимся потом в моем кабинете. Я буду ждать.
После чего, легким небрежным движением руки – даже не наклоняясь к полу и не касаясь их! – разом поднял всю кучку красных битых стекляшек, валявшихся на полу, в воздух. А следом, плавно переведя один пасс руки в другой, но, снова не прикасаясь ни к чему, аккуратно ссыпал это чертово битое стекло в коробочку, лежащую на столе. И коротким взмахом кисти, все так же, не коснувшись руками ничего кроме воздуха, захлопнул крышку коробочки. Через мой легкий ступор сознание укоризненно намекнуло, что глупо глядеть на обычный телекинез как на чудо – тем более, что мы и сами умеем уже ничуть не хуже Графа. Так, и кто это тут такие «мы»? Вместо этого, сволочное мое сознание опять повернуло «регулятор громкости» у меня в голове – и едва слышный назойливый шум снова пробило куплетами песни. Только голос, поющий ее, в отличие от первого услышанного, был каким-то хриплым и грубым – прокуренный и пропитой! – злобно вякнуло мне сознание.
Гудбай, Америка, о-о-о,
Где не был никогда...
И, конечно, не буду,
Ведь скоро всей Америке хана.
Я жму на красную кнопку -
И в высь летят ракеты.
Не зря в институте
Я ядерную физику учил.
Гудбай, Америка, о-о-о,
Где не буду никогда.
Уже с карты мира
Америка исчезла навсегда.**
С трудом заткнув глотку неведомому певцу у себя в голове, собрался повернуться к одной из дверей. Проклятая шиза, не иначе – голоса в голове, и оба разные – а поют вроде про одно. Не понятно только, какого черта эта песня имеет отношение к моей персоне, а? С этой мыслью, беспокойным насекомым жужжащей в голове, кивнул осторожно «дяде», «графу» - а, неважно сейчас, кто он такой! - и поплелся по услужливо подсказанному сознанием маршруту.  Краем глаза заметил, как мужчина, с которым я разговаривал только что, зашагал к противоположной двери и взмахом руки открыл ее, что-то перед этим набрав на браслете-комлинке, до этого скрытым от моих глаз манжетой рубашки  - из этой двери, навстречу ему, выполз дроид-уборщик. Скорее всего, дядя его и вызывал через браслет. Кстати, чуть дернул рукой, слегка задрав левый рукав – у меня оказывается такой же комлинк. Весело, однако. Не став даже пытаться, вопреки уверениям своего сознания, кидать понты и самому воспользоваться телекинезом, просто тупо активировал простым прикосновением руки сенсорную панель, и вышел в открывшуюся дверь из Красного зала – о, название вспомнил! – в коридор. И только потом до меня дошло, что активировал панель и тыкал пальцем я тоже чисто на условных рефлексах: рука, казалось, сама знала – куда и как прикоснуться. Но мозг мой был уже настолько перегружен поступающей информацией об окружающей действительности, что даже не среагировал на осознание этого. Ну, открыл и открыл – идем дальше, тем более что «автопилот» работает исправно.
Еще через четверть часа, избавившись почти от всех последствий произошедшего в Красном зале, кроме «похмельного» состояния головы, я таращился в большое – почти в полстены – зеркало, в своей гардеробной. Именно в своей, и именно гардеробной: оказалось, что в замке у меня имелись целые личные апартаменты – да еще и со штатом прислуги. Прислуга, к счастью, в данный момент представлена была только дроидом-камердинером, и дроидом-секретарем – которые не станут болтать лишнего про хозяина. В голове, почему то, крутился анекдот про похмельного мужика, который непременно желал побрить видимую им в зеркале личность. Так-с, в отличие от него, бритье мне в данный момент пока не требуется. А вот физиономию свою рассмотреть в зеркале стоит, а то ощущение как у этого героя анекдота – что вижу там чужое лицо. Если темные волосы и серые глаза не имели ни чего общего с внешностью «дяди», то вот линии бровей и носа, складка тонких губ и вытянутое лицо с высоким лбом, недвусмысленно намекали на наше близкое родство. Собственно, он же мне не дядя – он старший брат моего деда. И, следовательно, я прихожусь ему внучатым племянником. И гляжу сейчас почти что на его молодую копию: цвет волос и глаз другой, и бороды нет – а так почти что он, Дарт Саруман, то есть Граф Дуку. Просто граф Дуку - личное имя главе одного из Великих  домов планеты Серенно не нужно – только родовое. Не просто «одного из» - граф Дуку правит Серенно! Впрочем, еще не так давно дядя был украшением Ордена джедаев. Кстати, светошашка, что висит у него на поясе – а таскает он ее с собой постоянно - именно об этом и напоминает. Ну а меня зовут Райден Дуку – и я вроде как официальный наследник графа. А свою светошашку я таскаю только дома, и только без посторонних глаз. Потому как я-то уж точно никакой не джедай, если конечно моя память мне не врет, и с Орденом даже близко не стоял – так к чему мне тогда проблемы? Моя правая рука инстинктивно тянется к поясу, и снимает ту самую штуку, что так мешала мне комфортно валяться на полу Красного зала. Похоже на длинную изогнутую, «пистолетную» как услужливо подсказывает память, рукоятку эспадрона или рапиры – только клинка нет и вместо гарды, что-то вроде пары «лепестков» на одном из торцов, прикрывающих чашку-эмиттер. А на втором торце - скоба крепления, с утапливающимся в рукояти кольцом-карабином. Плавным жестом отвожу в сторону вправо руку, в которой сжимаю эту изогнутую рукоять, теперь уже понятно – светового меча, и касаюсь кнопки активации. Тусклый, при ярко горящих светильниках в не имеющей окон гардеробной, желто-оранжевый клинок из света мгновенно вырывается из того торца довольно длинной рукояти, что прикрыт блендой-предохранителем из пары тех самых «лепестков». Руку привычно «ведет» в сторону гироскопический эффект, с которым я так же привычно справляюсь, не дав появившемуся клинку даже чуть вздрогнуть. В следующее мгновение я уже вскидываю этот клинок из света «подвысь», перед своим лицом, все еще глядя в зеркало – в традиционном приветствии тому парню, что глядит на меня из-за зеркальной поверхности. Потом плавным движением опять отвожу клинок вправо вниз в сторону и после этого отключаю светошашку. Офигеть, парень! Снова вешаю рукоять на пояс отработанным до автоматизма движением – представление для одного единственного зрителя, в лице меня самого, закончено. Поворачиваюсь и двигаюсь к выходу из гардеробной, и на пороге – на бис - касаюсь сервисной панели управления и гашу свет. Не пальцами руки, а Силой, с помощью телекинеза. В голове тихонько играла мелодия незнакомой песни.
Встань, сбрось сон,
Не смотри, не надо.
Сон не жизнь,
Снилось - и забыл.
Сон как мох
В древних колоннадах.
Жил, был я:
Вспомнилось, что жил.***
*Наутилус Помпилиус. Неотправленное письмо.
**Красная плесень. Гудбай, Америка!
***С. Кирсанов. Жил был я.

Отредактировано Родривар Тихера (11-04-2014 23:01:35)

+5

2

Глава первая

Дорогая родня и другие жители галактики

Четверо боевых дроидов, вооруженных как и я лайтсейбрами, бодро гоняют мое бренное тело по фехтовальному залу. Обязательная утренняя разминка, однако, – что бы прилично владеть сейбром, требуется регулярная и большая практика. Особенно, если ты идешь путем Макаши. Что при этом хорошо: можно довериться наработанным уже рефлексам – и занять голову чем-то другим, пока тело, кажется, само бегает, прыгает и машет клинком. А подумать есть над чем. С того обморока в Красном зале прошло уже больше месяца и результаты кое какие есть. И эти результаты ни мне, ни дяде сильно не нравятся. Если в двух словах, то мы пересеклись с интересами Мекрозы. А если не в двух…

Начать стоит, пожалуй, с того, что я не уверен – я ли это я, на самом деле. Впрочем, вот как раз об этом-то я ни кому, ни полслова не сказал. Как то не хочется закончить жизненный путь молодого и всего из себя такого красивого и талантливого аристократа в какой-нибудь психушке особого режима, учитывая кое-какие мои способности. Я жить хочу, и желательно спокойно, нормально и долго – но вот с этим, похоже, у меня будут сильные проблемы. Итак, в чем проблемы? Начнем с того, что после близких контактов третьего рода с этим мекрозианским лже-голокроном у меня теперь что-то вроде раздвоения личности. Нет, не подумайте, ни чего явно патологического: просто появились в моей голове какие то левые, неизвестного происхождения, знания – а вместе с ними и что то вроде «взгляда со стороны». Как будто чужак в чужой стране разглядывал непонятную местную жизнь. Мягко говоря, не привычно. Причем, первый затык у моего сознания произошел даже не со мной самим, а с дядей. Когда оно осознало, кто именно наш дядя, то выдало целую кучу смутных образов про величественного волшебника в белом, про бандита с золотым пистолетом – и про нелепо погибшего, преданного учителем и союзником, джедая-идеалиста. Переквалифицировавшегося уже, впрочем, из джедаев в ситхи. Потом, еще порывшись в закромах с халявной информацией, мое сознание сделало вывод, что дядя все же куда больше похож на мультяшного персонажа из каких то Клонских войн, чем на некоего Кристофера Ли. Сравнив образы того и другого, я вынужден был с мнением своего сознания согласиться. И вы считаете, что это не идиотизм? Так, о чем я – о бытие нашем скорбном? – ну не такое уж оно и скорбное. Но мое сознание, опять-таки зацепившись за дату давнего инцидента на Набу, упрямо заявило, что сейчас уже идет двадцать четвертый год до какой-то битвы при Явине. И что оно вот-вот уже начнется! Чего начнется? – дык война, мор, глад и погибель: те самые Клонские войны. Ну да, те, про которые мультик, из которого физиономия дяди срисована – и вы по-прежнему считаете, что это не идиотизм? Вынужден с прискорбием признать: нет, не идиотизм, к сожалению – поскольку имею доступ к информации о многих дядиных делах, а в некоторых из них даже сам завяз по уши. А потом мое сознание вообще временно выпало в осадок: в той куче непонятно откуда (благодаря чему мне как раз ясно – спасибо тебе большое, мекрозианская «стеклянная» дрянь!) взявшейся информации  не было совершенно ничего обо мне любимом! Как будто меня вообще не существовало. Вот про Графа было до фига, и про Адана было, и про матушку его блядскую – а про меня нет. Впрочем, про Адана и чертову бабушку Костанзу тоже было чуть-чуть. Оказалось, что и «халява» тоже имеет некие границы. Но ведь я же есть, вот он я – мыслю и существую, и мысленно развожу руками, по этому поводу.

Началось все это семьдесят с лишним лет назад – меня тогда даже еще в проекте не было. Впрочем, моих родителей тоже. У тогдашнего графа Серенно, моего прадеда, родился одаренный ребенок-наследник, которому джедаи сулили головокружительные перспективы. Старый граф Орден сильно уважал, и на то, что бы джедаи забрали к себе для обучения наследника, не возражал – тем более что у него родился второй сын, мой дед, и будущее дома Дуку было обеспечено. Долго ли, коротко ли, но потом дед женился – в первый раз – в результате чего появился на свет мой отец. А потом бабушка умерла. Не от болезни: не считать же болезнью бластерный выстрел, сделанный какой-то зейгеррианской бандитской сволочью? – просто не вовремя полетела, вместе с родственниками, но без деда с отцом, на Бонадан к ним домой, в гости. И нарвались они на пиратов-работорговцев. Не повезло. А уж как не повезло мне и отцу, а возможно и деду, до меня дошло гораздо позже. Впрочем, зейгеррианским бандюганам не повезло тогда куда больше: живой еще в то время прадед не пожалел денег на охотников за головами – достали всех и даже прихватили, за одно, кое кого из близких злодеев. Хотя, запись мучительной казни, которой предали выживших при захвате членов шайки, - которую прадеду передал вожак команды охотников за наградой, - была, по-моему, слабым утешением для осиротевших членов нашей семьи. Отец, когда вырос, решил получить не только образование, нужное политику, но и выучиться на инженера-кораблестроителя. И не только выучился, но еще и ухитрился устроиться на работу к Сиенару и Санте – на верфи Лиэнны. Дед, к тому времени уже ставший графом, не возражал - неурядицы тогда обходили Серенно стороной – и он считал, что сын и наследник может пока пожить для себя. Даже выполнить долг перед семьей, с женитьбой, не торопил. Впрочем, отцу напоминание и не потребовалось: молодой перспективный инженер «из хорошей семьи» познакомился, там же, на месте работы, с такой же молодой тионской аристократкой, которая не захотела сидеть у своей семьи на шее и ждать сказочного принца, решив сама устроить себе жизнь, после получения университетского диплома. И тоже, как и отец, после окончания университета у себя не родине, на Десевро, поступила на работу в одну из самых больших кораблестроительных корпораций галактики. В тот же отдел, занимавшийся постройкой малых судов, только не инженером, а планировщиком-экономистом. Знакомство вскоре закончилось свадьбой, к вящей радости обеих семей, довольных той парой, что нашли себе их дети. А еще через годик на свет появился ваш покорный слуга.

Не знаю, делали ли мои родители мне тест на мидихлорианы, или нет. Возможно, что и сам Орден, посчитав, что одного наследника графов Серенно ему достаточно, не проявил должного интереса. Но, скорее всего, старшее поколение рассудило, что дом Дуку долг перед Республикой и джедаями выполнил лет на сто вперед, и семья просто забила на проверку, а джедаи не стали настаивать. Потому что, когда мне этот тест сделали по желанию только что ставшего графом дедова брата, то показания превысили четырнадцать тысяч мидихлориан на клетку. По словам графа, это очень высокий результат, значительно выше среднего уровня – за такой «материал» Орден просто обязан был уцепиться. У самого графа уровень мидихлориан был лишь немногим выше, а он считался одним из сильнейших, среди живых мастеров-джедаев. Тем более что еще через пару лет у меня родились брат и сестра близнецы, что опять же, по словам графа, обыкновенно сильно способствовало желанию Ордена заполучить себе одаренного ребенка, если бы тот про него знал. Есть ли смысл описывать мою жизнь до тринадцати лет? Не думаю, древний автор написал, что счастливые семьи все выглядят одинаковыми – несчастья у всех случаются разные. Мое несчастье приняло вид запланированного совета нашего Дома, на который должны были собраться все сколько-нибудь значимые члены дома Дуку, и на который были приглашены главы других пяти Великих домов Серенно, - и там дед официально хотел отречься от власти, и «уйти в частную жизнь». Передав бразды правления Серенно моему отцу. Наверное, сама Сила не дала мне тогда отправиться вместе с семьей на нашей яхте на Серенно. Само по себе иррациональное чувство нежелания лететь туда «здесь и сейчас», которое Граф потом и счел, узнав про него, проявлением Предвидения едва ли что-то изменило бы – никто бы мне индивидуальный перелет по детскому капризу устраивать не стал бы. Но вот неожиданный прилет, тоже на своем корабле, друга моего отца и всей нашей семьи Найга Борджина, который захотел вдруг показать своему младшему сыну Даллу достопримечательности Лиэнны и ее учебные заведения – это совсем другое дело. Далл намеревался продолжить обучение именно на Лиэнне – и хотел теперь, с согласия отца, выбрать место будущей учебы. Далл был лишь чуть меня моложе, а сам я уже год как учился в местном университете – я тоже хотел как отец, проектировать и строить космические корабли, но еще приходилось и по части политических наук стараться. Но это я уже в другом университете постигал, правда, в основном дистанционно, на Десевро. Учился я охотно, тем более, что условие мне было поставлено, как раньше отцу: чтобы стать инженером, сперва надо выучиться на политика – вот я и начал учебу на того и другого пораньше, чтоб успеть. Кстати, ни сам Далл, ни Найг Борджин потом так и не могли внятно объяснить причину, заставившую их вдвоем сорваться на Лиэнну именно в это время. Я уговорил отца и мать, что покажу свою лиэннскую альма-матер Даллу, а потом вернусь вместе с ними на Серенно. Тем более, что Найг тоже должен был присутствовать на совете нашего Дома, замещая своего отца, главу дома Борджин – похоже, что не только Дуку собирались дать дорогу младшему поколению в большую политику.

Ничего не предвещало несчастья. Ну разве что внезапное решение отца взять с собой еще одного охранника из СБ Сиенара и Санте, на освобожденное мной место, внушило мне какую то дополнительную тревогу – хотя охрана в дороге как раз была положена отцу и матери по занимаемым в компании должностям. Наша яхта была проворным небольшим суденышком – не очень вместительным, но надежным и с «быстрым» гипердрайвом – с переделкой под наши нужды кораблика отец сам постарался на верфях. Вооружение яхты, если уж на то пошло, никаких нареканий тоже не вызывало – историю с зейгеррианцами и гибелью бабушки никто у нас в семье не забыл. Взлетали прямо с частной, хорошо охраняемой площадки перед домом, где было наше жилье: отец, мать, брат с сестренкой, двое ребят из охраны и мамина служанка, бывшая заодно и нянькой для малышни, и три семейных дроида – протокольник серии СиТриПиО, отцов астромеханик и мамин дроид-планировщик. Проводив, с Даллом и Найгом, наш корабль – кстати, небольшой частный корабль Борджинов остался ждать на этой же площадке, - мы вернулись к нам домой. Отец настоял, что бы они остановились у нас – благо готовых гостевых комнат в наших апартаментах было в достатке, хватило даже и для приюта их пилота и тройки охранников. А потом, за три беззаботных дня, благо у меня был честно взятый заранее академический отпуск, мы не только осмотрели университет, но еще и полпланеты в придачу – и даже смогли, благодаря имени отца, побывать на верфях. До Серенно добирались еще полторы недели: не столько из-за медлительности корабля Найга, сколько из-за того, что ему нужно было побывать еще в паре мест, по семейным делам – все равно мы успели за два дня до намеченного срока собрания. И только там узнали, что наша яхта до Серенно так и не добралась.

ГолоНет недешевый способ связи, даже для таких состоятельных людей, как моя семья. Отец, разумеется, связывался с Серенно, и предупреждал о своем прилете – но точных сроков никто не назначал. И самое главное, время между сеансами связи никто не устанавливал. Кроме того, сыграло свою роль и то, что на Серенно предполагали, будто мы можем прилететь вместе с отцом и сыном Борджинами. Но хотя след уже простыл, были тут же назначены немалые наградные для охотников за головами – на поиск, и если надо, то и «силовое» освобождение моих родных из неволи. Параллельно был предложен щедрый выкуп по криминальным каналам. И вообще, обещана награда за любую достоверную информацию. Космос молчал. Прошел месяц: разом постаревший, но не утративший энергии не смотря ни на что дед, казалось, даже удвоил усилия по поиску. А еще через месяц его вдруг не стало. Всего то в шестьдесят с небольшим лет. Между прочим, уже больше десяти лет к тому времени, дед был официально женат вторым браком – и десять лет было Адану, сводному брату моего отца. Не знаю, на какой корускантской панели дед подобрал свою будущую жену, Костанзу Грант, утверждавшую, что она происходит из самых сливок тапанийской аристократии, из дома Мецетти. Только вот семье ее просто не повезло в жизни, и она была вынуждена перебраться на Корускант. Многие на Серенно тогда просто не поверили ее истории, посчитав обычной жалостливой байкой охотницы за богатым муженьком, которую та наплела еще не старому вдовцу. Тем более что коренные тапанийские Гранты как то не очень стремились признать свою якобы блудную дочь за родню. Говорили и еще много чего, в том числе и в благородных домах – слишком уж неравным выглядел заключенный поспешно и без объявления брак, - но не слишком громко. Ссориться с дедом, получившим вдруг еще одного сына, никто не хотел. Сколько помню, отец и мать, на эту тему, вообще предпочитали помалкивать. Казалось, что отца наличие новорожденного брата, возрастом младше его старшего сына, ни сколько не касалось. Зато коснулось меня. Потом, после смерти деда.

Пропажа яхты с семьей погрузила меня во что-то вроде ступора: я ходил по родовому замку как дроид, механически отвечал на реплики деда, Костанзы и Адана – и снова и снова вспоминал лица матери, отца и брата с сестрой, какими я видел их в последний раз там, на Лиэнне. Вывела меня из этого состояния только смерть деда, чтобы сразу погрузить в еще одну пучину горя. И одиночества: если с Аданом я чувствовал хоть какое-то родство, то с его мамашей никаких нормальных отношений у меня так и не сложилось – при том что в родовом замке приходилось регулярно бывать наездами раза по два-три в год. Как просто в гостях, так и приезжая на разного рода общественные мероприятия – все же положение отца как официального наследника обязывало его часто присутствовать на Серенно и лично, и с семьей. Вот деда я любил, и с Аданом поладил – насколько вообще может поладить паренек моих лет с младшим по возрасту ребенком, - а с Костанзой почему то не сложилось. Странно, что и отец, и мать, и даже мои младшие при встречах относились к ней вполне нормально, по-родственному. Для меня же она всегда оставалась чужой, непонятно зачем и почему так долго живущей в доме деда женщиной, даже не смотря на ее сына. Тем более, что скоро у нас завертелись очень интересные дела: после смерти деда никакого его завещания не нашли, а память его дроида-протокольника оказалась почему то стертой – дома, в файлах отца тоже ничего похожего на завещание деда обнаружено не было. А протокольник отца, естественно, пропал вместе с яхтой. И вдруг оказалось, что ранее публично выражаемая на словах воля деда: наследует мой отец, а следом иду я, как старший по возрасту и его прямой наследник, и только потом Адан – ничего не значит. Куча юристов, вылезшая изо всех щелей, в один голос заявила, что законный наследник Адан – просто по факту рождения от деда, как наследник первой очереди. А я, соответственно, как наследник второй очереди, могу только наследовать ему – если конечно у него не будет своих детей. Мне, тогда, все это было по барабану – наверное, в том состоянии я подписал бы любые, даже явно мошеннические, документы – если бы от меня этого потребовали. Только мой возраст еще не позволял считать меня юридически дееспособным лицом, чтоб провернуть нечто подобное. Самое противное, что масса сторонников Адана и его мамаши вдруг обнаружилась среди младших семей Дома и наших вассалов. Ну и, поскольку я вроде как считался еще несовершеннолетним, появилась куча желающих меня опекать. Юристы тут же закивали в сторону «бабушки», как самой законной опекунши – относительно гораздо более близких родственников, моих тионских деда и бабки, которые были вполне себе живы, почему то никто из новоявленных прихлебателей Костанзы даже не заикнулся.

Тем временем моя новая жизнь как то незаметно замкнулась в четырех стенах: оказалось, что из замка мне никуда уходить или уезжать одному нельзя, ну а дать кого либо из живых слуг или вассалов в компаньоны мне Костанза категорически не хотела – я не смог, после окончания положенного траура по деду, даже навестить пару друзей-сверстников, из Великих домов. Но потом вдруг внезапно та же Костанза посчитала, что мне обязательно нужно «развеяться», совершив большой вояж по Серенно. Разумеется, под плотной опекой и приглядом охраны, приставленной ко мне. Сначала меня это даже заинтересовало: на планете было множество красивых мест, где я раньше не был, которые видел только на голографиях. И со всем хорошо я себя почувствовал, вырвавшись из тяжелой атмосферы родового обиталища - пусть только формально, потому как отпустили меня в поездку с конвоем, то есть, конечно, с охраной. А в замке вообще этой самой охраны стало раза в два больше, чем при жизни деда. Какие-то ушлепки взорвали, правда, совершенно безвредно для населения, пару бомб – и сделали несколько громких заявлений на тему борьбы кого то, за что-то непонятное. Народ недоуменно пожимал плечами: как я уже упоминал, Серенно на тот момент была удивительно спокойной планетой – а вот Костанза подсуетилась с усилением охраны. Вообще говоря, дома, на Лиэнне, меня особой свободой тоже не баловали, и одного никуда не отпускали – охранник присматривал за мной даже в университете. Но там это, во-первых, было из-за работы родителей, а во-вторых - не так жестко и навязчиво. Кому тут мог быть нужен теперь уже никакой не графский наследник? Ракета, прилетевшая в аэроспидер охраны, сопровождавший машину, на которой летел я – наверное, не туда попала – говорила красноречиво, что кому то нужен. Я пожелал вернуться обратно в замок – мне было заявлено, начальником приставленной ко мне охраны, переговорившим по комлинку с Костанзой, что я не должен подавать вида и показывать слабости, что… что там мне нужно было еще демонстрировать, я как то уже плохо слушал, понятно было только одно – путешествие должно продолжаться не взирая ни на что. Накатило то же ощущение, что мучило меня перед отлетом родителей, и даже еще сильнее. Я как то вдруг ясно понял, что если продолжу это путешествие, то вряд ли доживу до своего следующего дня рождения. Не сказать, что я был таким уж «домашним» мальчиком, но все-таки на жизнь больше  смотрел из иллюминатора пролетающего аэроспидера, чем шагая пешком по земле. Тогда на меня навалилось чувство не то что безнадеги, но совершенного непонимания: что мне дальше делать? Самостоятельно покинуть Серенно мне было просто не на что – семейные счета в банках мне были не доступны. Связаться с родственниками в Тионском кластере, без постороннего содействия, я тоже не мог по этой же самой причине – дорого, остатка карманных денег просто не хватило бы. Даже мой личный комлинк где то потерялся – как я подозревал, не без посторонней помощи – и обзавестись новым мне не предоставили ни малейшей возможности. Мол, если что, то комлинки есть и у охранников. Наконец, собрав всю свою волю и решимость, на одном лишь чистом нахальстве, я ухитрился «позаимствовать» у одного из этих самых своих не то охранников, не то конвоиров комлинк, благо была якобы очередная «экскурсия», позволившая мне проделать это не подняв тревоги. И ухитрился так же незаметно – находясь при этом на людях - связаться с человеком, на помощь которого имел хоть какую-то надежду рассчитывать.

Хвала Силе, на память я не жаловался никогда: набить номер комлинка Найга Борджина было делом трех секунд – куда больше времени у меня ушло, чтоб объяснить, зачем и почему я к нему обращаюсь. И в каком примерно месте нахожусь со своей «охраной», и сколько при мне той охраны. К счастью, охрана этого моего звонка так и не заметила. Я сидел в это время на берегу океана, в местечке под названием Пальцы Гигантов – якобы в одиночестве наблюдая за океанским прибоем, в то время, когда охранники топтались метрах в двадцати за моей спиной и якобы охраняли мое уединение от нескольких других туристов, оказавшихся в этом красивом месте одновременно с нами. И, к счастью, Найг мне поверил, причем сразу, – приказав ни в коем случае не делать ничего необдуманного, и ждать его, стараясь затянуть «экскурсию», насколько это возможно. Дальнейшее было делом техники и квалификации людей из охраны Борджинов: запеленговав по сигналу комлинка место передачи, Найг, с дюжиной своих людей, прибыл прямиком туда, где мы находились, меньше чем через час – воспользовавшись шаттлом. Признаться, я сам слегка удивился, хотя и был готов к чему-то подобному, когда рядом с нами плюхнулся, разбрасывая растопыренными шасси вырванную землю пополам с травой, выкрашенный в традиционные цвета дома Борджин кораблик. Из открытого люка шаттла выбежали и рассыпались веером в нашу сторону вооруженные люди в однообразной полувоенной форме, блокируя любую возможность уйти от берега, следом не торопясь выбрался Найг Борджин. Другие группы туристов к тому времени уже покинули побережье, и лишних глаз можно было не опасаться. Поэтому люди Борджинов просто взяли на мушку моих конвоиров, над которыми имели четырехкратное преимущество (часть «охраны» оставалась при аэроспидерах) - когда мои охранители дернулись было за оружием при их появлении – и Найг вежливо объявил старшему из моих сопровождающих, что, по моей просьбе, я еду в гости к его сыну. На робкое возражение, типа, когда и как мы договорились, я, извинившись, отдал охраннику его комлинк, и поблагодарил за возможность связаться с другом – а экскурсию обещал продолжить потом, после встречи с Даллом. При этом Найг пообещал моей охране сам объявить о моем визите в их замок Костанзе, но кого-либо из самих охранников с собой взять отказался, ссылаясь на отсутствие места в своем шаттле. Не тратя времени не дальнейшие препирательства и предоставив неудачливым конвоирам возможность самим связаться со своей хозяйкой и сообщить той о моем «похищении», Найг проводил меня на борт своего судна, чему мои стражи так и не решились помешать, прекрасно зная, кто перед ними. Его люди немедленно погрузились в шаттл за нами следом – и мы тут же взлетели, уйдя в суборбитальный полет. Причем, все это время, стрелки экипажа шаттла держали мою «охрану» под прицелом лазерных пушек – кораблик, на котором прилетели Найги его люди, был неплохо вооружен. Только в замке у Борджинов я поверил окончательно, что смог вырваться на волю.

Найг, надо отдать ему должное, понимая, что со мной твориться, не стал выпытывать подробности моего житья сразу же по прилету, а настоял, чтоб я отдохнул пару часов – ну и отдал должное борджинской кухне. Поскольку, по мнению Найга, наверняка здорово проголодался. Вообще то, после всего пережитого есть мне как то совершенно не хотелось, но обижать гостеприимного хозяина я не стал и отправился к накрытому для меня столу, в сопровождении дроида-дворецкого. Сам Найг хотел провести несколько разговоров с главами других Великих Домов и сообщить Костанзе лично, что я в гостях у его семьи, и только потом присоединиться ко мне в столовой и составить компанию за обедом. Между тем мне, при виде сервировки, и вправду жутко захотелось поесть – похоже, начался отходняк от пережитого, - и к приходу Найга я уже расправлялся с десертом. Обильная и вкусная еда сыграла роль своеобразного успокоительного: когда Борджин вошел в столовую, я только вяло дернулся – и после взмаха руки Найга так и остался сидеть за столом. Давая мне время еще больше прийти в себя, наследник дома Борджин и сам отдал должное яствам. А потом у нас вышел весьма интересный разговор.

Да уж, разговорчик тогда и впрямь получился длинным и содержательным. Для начала, Найг посвятил меня в кое-какие сереннианские внутриполитические расклады. Потом постарался выяснить степень моей осведомленности о внутренних делах Дома Дуку перед началом всей этой катавасии, а потом высказал несколько своих выводов и сделал пару предложений, которые я с радостью принял, потому что они сулили хоть какой-то выход из создавшегося положения для меня. Сказать, что обрисованное положение вещей было для меня полным откровением, было бы сильным преувеличением – все же кое-чему я учился. В целом дела для моей персоны выглядели не слишком радужно, но и не настолько безнадежно, как мне казалось в моем одиночестве. Главный фокус, с помощью которого Костанза – именно она, после слов Найга в этом я уже ни капли не сомневался – смогла меня так хорошо прибрать к рукам: мои родители официально до сих пор числились не погибшими, а пропавшими без вести! Да, не ожидал я, что неверие деда в гибель моего отца и моей семьи так сильно ударит по мне откатом: именно благодаря этому Костанзе и ее подручным и удалось, на вполне законных основаниях, получить надо мной опеку и перекрыть мне доступ к деньгам, и мои возможные связи с другими родственниками. Я ведь находился в доме деда с его желания, до завершения поисковых операций. А мою семью официально вполне себе продолжали искать. И отец все еще числился только временно отсутствующим и считался первым наследником деда. А Адана только объявили следующим наследником, и Консанза заняла место регента не только на основании того, что она приходилась матерью Адану, а еще и на основании статуса вдовы моего деда. И, следовательно, имела права моей бабки по закону. Самое для меня плохое, что данная ситуация, как оказалось, полностью устраивала как членов младших ветвей дома Дуку, так и дома вассалов нашего Дома. Не устраивала она тех, кто связывал с моим отцом надежды на политические союзы – вроде тех же Борджинов, - но на Ассамблею выносить вопрос о моих правах никто особо не желал. Потому что среди Великих домов единства, по поводу «наследства Дуку», не было. Не то что бы Костанзу все вдруг горячо полюбили, но нарушать сложившееся равновесие и начинать передел власти не хотел пока никто. По словам Найга, за меня твердо были Борджины и Малверны – относительно «молодые» и динамично развивавшиеся Великие Дома, которые полностью поддерживали политику моего деда на Ассамблее. Но из пары Налжу и Демичи, при их страстной взаимной «любви», встань кто-то на мою сторону – другой тут же принял бы сторону Костанзы и Адана. Дед, кстати, умело пользовался этой враждой, заключая временные союзы то с одними, то с другими. Дом Вемек молчал, как будто набрал в рот воды – и это молчание, увы, было не в мою пользу. Ну а при том, что сам дом Дуку успела подгрести под себя Костанза – получалась совершенно патовая ситуация.

С точки зрения Найга, мне сейчас вообще лучше было уехать с планеты – только это давало гарантию, что я не попаду снова под опеку Костанзы и ее новых прихлебателей – с чем я был полностью согласен. Так же он не думал, что предпринимать сейчас что-либо по поводу перехвата управления домом Дуку у Костанзы попросту бесполезно – только после официального объявления моего отца мертвым, можно будет действовать. Тем более, что к тому времени, а этого придется ждать три года по законодательству Серенно, я уже достигну совершеннолетия - а Адан еще будет считаться несовершеннолетним. Мне же сейчас лучше продолжить образование, и желательно не только техническое, но в первую очередь положенное любому управленцу. Я поведал, что вообще-то уже учусь этому, параллельно с обучением на инженера-кораблестроителя в университете Лиэнна Сити – на Десевро, там, где имеются лучшие школы по обучению науки управлять во всем Тионском кластере. И там, где живут мои родные дед с бабкой, родители моей матери. Найг заявил, что это очень хорошо, что за мной есть еще, кому присмотреть. Но все же лучше будет, если охранять меня будут чуть покрепче – и высказал мнение, что Даллу тоже неплохо было бы получить сразу и второе образование. Заодно, было бы возможно снабдить меня дополнительной надежной охраной – от дома Борджин. Конечно, интерес Найга к потенциальному наследнику дома Дуку был несомненным, но лично мне выбирать не приходилось.

На второй день моего пребывания в замке Борджин туда вернулся из Каранны сам старый глава дома Борджин, с моим другом Даллом, старшим сыном и наследником Найга Родасом, и его женой Силвией. Следом за ними прибыл глава дома Малверн, со своим сыном и наследником Ормом – а потом, вот странно, прикатил и глава дома Вимек. Впрочем, Вимек приехал не просто так, а прямо от Костанзы – как оказалось, он готов был стать посредником в урегулировании возникших «недоразумений». Не знаю, о чем там конкретно говорило старшее поколение за закрытыми дверями – меня туда не пригласили – но…

Так, стоп, нафиг пока воспоминания: к моим противникам подошло подкрепление – сработал таймер, и еще пара дроидов зажгла клинки сейбров и ринулась в атаку. Дальше ухо держать нужно востро – последняя пара включится случайным образом в течение четверти часа максимум. Тем временем шестерка жестянок, не без успеха, пытаются оттеснить меня в угол – нет ребята, так мы не договаривались. Лезть в клинч смысла нет как и пользоваться телекинезом. Хотя, сейчас накаченное Силой тело вполне способно просто чисто физически раскидать более чем стокилограммовые, огрызающиеся клинками лайтсейбров, туши дроидов – сил то хватит, только вот устанешь быстро. Железо оно тяжелое, а физику еще никто не отменял. Да и телекинез прибережем – проще просто перепрыгнуть, воспользовавшись Силой, через строй жестянок. Ну вот - прыжок с переворотом - и я снова на оперативном просторе – ловите, придурки железные. Тянем время и ждем: последняя пара дроидов не только активируется случайным образом – она еще и оружие себе сама выбирает. А что вы думали, это не простая жесть, не какие-нибудь тупые дроиды Торговой Федерации – это гораздо круче! – и, замечу, гораздо дороже. Некоторое время я быстро и хаотично перемещаюсь по большому залу, жестянки не отстают – лишь сердито жужжат, при столкновении, клинки сейбров. Моя задача – держать противников на приличном расстоянии до момента активации их новых помощников. Черт, ну вот и активировались: нет, мы так точно не договаривались – новых пар не одна, а две. А ведь говорил дядя что то вчера про то, что мне надо переходить на следующий уровень. Вот и удружил, наверное. А я с сейбром и против шести то едва держусь – тем более что двое из четверки несут электропосохи, а двое вообще бластерные пистолеты. Хорошо, что еще термодетонаторы им Их Сиятельство давать не придумал, млять, а то пришлось бы телекинезом откидывать. Телекинезом… так, парень, собери мозги в кучку: если конвенционными средствами победы заведомо не достичь то, что надо сделать, а? – правильно, использовать не конвенционные – берем с полки пирожок! Эмоции в кулак, концентрация еще сильнее – легкий пасс левой рукой, и пара ближайших дроидов летит на другой конец зала. Вот за что я еще люблю Макаши – вторая рука свободна, а силовые техники гораздо проще применять, сопровождая манипуляцию Силой движениями рук. Правая рука, чисто на рефлексах и подсказке Силы, подставляет клинок под выстрелы бластеров – отправляя заряды обратно стрелкам. Хорошо пошло, один даже захромал. Так, теперь аккуратно хватаем еще пару мечников и швыряем их в посохоносцев: нет, ну жестянки конкретно тупые, даже обидно – ребята с электропосохами, естественно, принимают «летающие снаряды» на свое оружие, пытаясь отвести своих летящих собратьев в сторону от себя. Результат слегка предсказуем: резкий электрический треск, и две груды замершего железа валятся на пол – ну ничего, вы к обучению способны, выводы сделаете. Потом. А сейчас мне надо вас всех быстренько упокоить. Мой сейбр, тем временем, опять отбивает, один за другим, выстрелы бластеров – на этот раз в стены. Так дело не годиться – быстро смещаюсь ближе к другой паре, вооруженной лайтсейбрами, и прикрываюсь их тушками от бластерного огня их товарищей. Мой клинок поочередно бьет по клинкам их сейбров – дроиды быстры, но я еще быстрее – один, потом второй, потом снова первый. Наконец, выбрав удачный момент, связываю клинок одного дроида своим, и новым взмахом левой руки притягиваю второго противника поближе к первому. При этом одновременно делая шаг этому первому на встречу и «сливая» его клинок вправо, слегка разворачиваю дроида за счет его же усилия, давящего на мой сейбр. Наши клинки отводит в сторону. А второй дроид не может меня достать своим сейбром из-за первого, закрывающего ему линию удара. Только на мгновение мы все трое оказываемся на одной линии, после чего я последовательно делаю три вещи: притягиваю второго дроида ближе к первому, выключаю свой сейбр и меняю положение кисти правой руки – после чего снова активирую клинок, меняя при этом его длину переключателем на рукоятке. Вырвавшийся из рукояти удлиненный луч клинка одновременно пронзает обоих моих противников, превращая их в безжизненные металлические куклы – надо знать, куда бить, однако! Так ребята, не падать – вы мне еще пригодитесь: резким усилием швыряю уже мертвое железо в стрелков. «Охромевший» падает, а второй теряет бластер – отдохните, парни. Так, теперь те, что с посохами, которым я как раз освободил поле для деятельности - а то там двое, ранее переброшенных подальше, наконец-то отклеились от стены и теперь бодро ковыляют ко мне сбоку. Ловлю посох первого в блоке на клинок сейбра: фрик, увы, лайтсейбр не берет – и снова воспользовавшись телекинезом, швыряю его на второго посохоносца. Жесть! – этот дроид тоже нарывается на конец посоха и с треском и искрами отключается – а потом по инерции сносит другого с ног. Встать я ему уже не даю, прыгнув через его неудачливого собрата и вонзая клинок сейбра, снова укороченного до нормы, в нужную точку. Теперь подхватываем в воздух уже приковылявшую самую-самую первую пару, и быстро закрутив их вокруг своей оси, бросаем в направлении незадачливых стрелков – что-то с фантазией у меня бедновато, бросаю и бросаю – уже уставать начал, потихоньку. А стрелки то оклемались: «хромой» встал, а «растеряйка» подобрал бластер – только им это не очень помогло. Не знаю, что такое «вертолетные винты», но дроиды-летуны, так и не догадавшиеся выключить свои сейбры, лихо располовинили ими в полете обоих незадачливых стрелков, оказавшихся слишком близко к траектории их полета. Прыгаю за ними следом, и парой ударов добиваю последних своих противников, так и не успевших встать после падения и принять боевую стойку. Все, финиш – утренняя разминка окончена, - ее последняя фаза не заняла и пяти минут. А устал я за эти пять минут так, как будто мешки ворочал, размялся, называется.

Пока ходил в освежитель и в гардеробную – переодеться к завтраку – в голову опять скользнули воспоминания. Тогда, на том памятном сборище у Борджинов, все же приняли предложение Найга – сам Борджин и отвез меня на Десевро. Вместе со своим сыном и четверкой верных людей, для охраны. Потом была встреча с дедом и бабкой, слезы, ахи и вздохи. А затем я как то все же сумел взять себя в руки, и сцепив зубы взяться за учебу – и на Десевро, и на Лиэнне. Стены нашего старого дома на Лиэнне будили воспоминания о семье… потом боль притупилась и улеглась где то глубоко в душе. Спасибо старику Санте: он не только посочувствовал мне в моем горе, но еще и выделил постоянную охрану в пару человек, в дополнение к людям Борджина – учитывая все обстоятельства, на время моей учебы, как он сказал. У Найга Борджина, кстати, с ним был приватный разговор. Все же мои родители были не последними винтиками в системе «Технологий Сиенар/Санте». Незаметно пролетевшая пара лет, занятых бесконечной учебой – так было проще не думать о своих потерянных родных – оборвалась неожиданным известием. На Серенно произошло что-то вроде государственного переворота: давным-давно отправившийся в Орден джедаев старший брат моего деда неожиданно вернулся, и выдвинул претензию на титул графа и главы Дома Дуку – впрочем, удивительно не это, а то, как легко рухнула власть регентши Костанзы! Костанза за пару прошедших лет ухитрилась достать, на Серенно, буквально всех. Если против Адана ни кто, в общем-то, ничего не имел, то Костанза, своим властолюбием и некомпетентностью, смешанной с желанием совать свой нос всюду, куда ее не просят, осточертела и Ассамблее, и Великим Домам настолько, что смену власти в Доме Дуку поддержали буквально все. Даже те, кто еще вчера держал сторону регентши. Как мне о том поведал возвратившийся из дома после каникул Далл.

Очевидно, делишки Костанзы имели какие-то последствия, потому как, забрав Адана и кучу своих верных прихлебателей, она без лишнего шума свалила с планеты. От греха подальше, наверное, было чего опасаться. По словам того же Далла – на Альдераан. У нее там была недвижимость, прикупленная, судя по всему, уже в браке с дедом, на ее имя. Да и, опять же по слухам, тамошний вице-король, Бэйл Органа, вроде как оказал «изгнанникам» покровительство. Узнав дядю поближе, ни за что не поверю, что это он, тогда, вытурил родственников с Серенно насильно - хотя конкретно на эту тему разговора у нас с ним никогда не было. Вообще, с дядей – вернее, формально он был мне двоюродным дедом – я познакомился спустя пару месяцев после его обустройства на Серенно. Когда и Великие Дома и Ассамблея уже выражали ему полную и безоговорочную поддержку. Причем, дядя не вызвал меня к себе на Серенно, хотя имел на это полное право, как мой сюзерен, а прилетел на Десевро сам – желая видимо, заодно, познакомиться с моим дедом и бабкой.

Не знаю, каким он тогда меня увидел, при нашей первой встрече – я, пятнадцатилетний пацан, увидел в нем настоящий книжный идеал рыцаря и правителя. Как сейчас помню: он разговаривает с моим дедом, в гостиной дедова загородного дома, а меня будто перемкнуло – пред глазами мелькали вспышки турболазеров, трассы бластерного огня, идущие строем полки и огромные амфитеатры, полные разных восторженно вопящих разумных существ. И над всем этим исполинская фигура седовласого человека с непокрытой головой, в характерном плаще накидке на плечах и с лайтсейбром на поясе. Почему то вспомнился герой местных легенд, знаменитый Ксим Деспот. И надпись-граффити, которую я пару раз видел как там, на Десевро, так и на Лиэнне, на стенах построек – «Ксим жив!». А потом были разговоры с ним: о себе, о семье - предложение объявить меня его официальным наследником. И, наконец, после предложения пройти тест на количество мидихлориан в клетках и его положительном результате, предложение учиться у него обращению с Силой.

+5

3

Интерлюдия

Пустые хлопоты и казенный дом

Человек, уже восемь лет как носивший титул графа Серенно, выключил голозапись боя и довольно усмехнулся в усы. Откинувшись на спинку кресла, побарабанил пальцами левой руки по столешнице рабочего стола, на котором остались лежать его вытянутые руки. Мальчик сильно прибавил в мастерстве за последнее время – причем, во всех смыслах: сегодняшний «сюрприз» был им не просто воспринят как должный, но при этом был проявлен творческий подход в преодолении незапланированных препятствий. «Деловые поездки» явно пошли ему на пользу, причем не только в плане обучения, но и в деле расширения кругозора. Нешаблонное мышление в момент боя может сильно помочь даже в схватке с более опытным и могучим противником. Вспомнился Орден – вот уж где в обучении был шаблон на шаблоне – правда, граф признал, что не всегда и не у всех наставников. Но у большинства точно – все же годы и годы мира на пользу боевым искусствам никогда не шли. Да и противники джедаев оригинальностью и блеском воинского мастерства, обычно, не баловали – имевшиеся исключения, кое с кем из которых он был лично знаком, только подтверждали правило. Он мысленно прокрутил еще раз последние минуты боя – полет эффектно вращавшихся жестянок был особенно красив – даже порезанные на куски дорогие дроиды не вызывали раздражения. Вот кстати, надо приказать разработчикам внести соответствующие изменения в программы. Уж выключить-то в полете лайтсейбры дроиды, оснащенные такими мощными эвристическими процессорами, могли бы додуматься и сами. Все же проект «Магнастраж» имел достаточно приоритетное значение, чтоб не экономить на мелочах. Это не какое-нибудь дешевое барахло, вроде того, что миллионами клепала себе Торговая Федерация – это штучный товар. Впрочем, пока все с этими боевыми железяками, сейчас есть дела более важные.

Надо все же выбирать, какой именно из вариантов доклада Мастеру оставить: полный, или тот, на котором настаивает Райден. Мысль - спросить об этом самого парня - похоже, была разумной – аргументы Райдена за то, что бы придержать важную информацию были вполне весомыми. Пожалуй, стоит еще раз пересмотреть оба варианта. Граф активировал пару лежащих перед ним на рабочем столе датападов и развернул их к себе экранами, чтоб удобнее было читать. Так, биография парня. Родился за 12 лет до Ресинхронизации – родился, кстати, тут – на Серенно: брат настоял, чтоб его невестка рожала наследника наследнику в фамильном замке. Политика, ничего особенного. Родители – отец, Кристоф Дуку, наследник титула графов Серенно, - мать, Малена Дейа Лоасанге-Дуку. Кристоф Дуку, на момент своей гибели, занимал пост руководителя одела проектирования маломерных космических судов на верфях Лиэнны, принадлежащих «Технологиям Сиенара/Санте» - между прочим, основной продукции верфей. Малена Дуку работала там же, под руководством мужа. Но интересна она не этим, хотя работодатели ее тоже очень ценили, как и ее мужа, а тем, что происходит из семьи Лоасанге, принадлежащей к тридцати семи правящим домам Благородного союза Десевро и Тиона. И пусть их семейная ветвь побочная, а былая слава Союза давным-давно потускнела – происхождение, чуть ли не от самого Ксима, на свалку не выкинешь. Мужчина пробежал глазами дальнейшие тексты с более подробными сведениями о родителях мальчика, а так же его младших брате и сестре – в обеих вариантах доклада в этих пунктах расхождений не было.

Они начинались дальше, когда речь заходила о самом Райдене. До этого момента Мастера как то не очень интересовал младший Дуку: ну есть наследник, ну одаренный – ну и что, были у них дела и поважнее. Даже при том, что он не только знал, что граф обучает внучатого племянника, но даже сам высказал согласие с действиями графа. Так, скрывать уровень мидихлориан в крови у парня смысла не имеет: его легко может проверить любой дурак, получивший доступ хоть к капельке крови Райдена и обладающий соответствующим анализатором – и у Мастера наверняка будет, кому проверять. К чему попадаться на таких мелочах? Но вот про уровень умения оперировать Силой у мальчика и вправду - как настаивает он сам - лучше умолчать. В конце концов, иметь в крови много мидихлориан, и уметь использовать Силу – это две большие разницы, как метко однажды сказал Райден. Массу «перспективных» учеников оказавшихся, на деле, обычными посредственностями,  графу довелось видеть еще в бытность джедаем, так что тут не подкопаешься, пока сам «объект» в деле не увидишь. А видевших мальчика в деле пока можно пересчитать по пальцам одной руки – и ни перед кем из них он своими истинными умениями не светил. Средненький уровень фехтования, средненький уровень силовых техник – и вообще никакой уровень техник ментальных. Уж в этом Райден особенно старался показать свое невежество перед посвященными в то, что он форсъюзер. Тем более, что кое-кто из них наверняка работал и на его Мастера – вот например та же Шаала Донита. Дуку недовольно наморщил лоб – как же надоело сдерживать себя – иметь под боком шпионов, и не иметь возможности поковыряться у них в голове, приводило его в бешенство. Но относительно той же Дониты намек Мастера был предельно ясен: ценный кадр, разбрасываться которыми не стоит. И вояка эта подзаборная, Сев’ранс Танн – интересно, почему ее соплеменники чиссы выгнали-то с треском? – в романтическую историю побега с возлюбленным-человеком старый циник Дуку напрочь не верил. Но тоже вот оказалась одаренной, и тоже надо учить – опять же с согласия-рекомендации Мастера, как и Дониту. Тратить свое, далеко не бесконечное, время. Тьфу, глаза бы на них обеих не глядели – как все же жаль, что у Комари Воса так не во время поехала крыша, а Квай-Гон был таким идеалистом и чистоплюем. Почему, ну почему Мастер поставил условием: жизнь Сайфо-Диаса против его, Дуку, возможности стать лордом ситхов? – ответ он знал, но принять его до сих пор так и не смог. Хорошо, что разрешения продолжить обучение Райдена удалось добиться легко – наверное, Мастер желал подсластить пилюлю от смерти друга и единомышленника. Да, сама мысль, покинув Орден заняться обучением кого-то форсъюзерству, казалась сперва дикой. До тех пор, пока он не познакомился со странным молодым человеком – своим внучатым племянником – и не узнал историю его жизни, а так же о необычной способности выходить сухим из любой воды. Что это было: просто въевшийся на уровне рефлекса интерес опытного наставника к потенциальному ученику, чувство жалости к юному родственнику или уже тогдашнее подспудное желание стать чем-то большим, чем он был – сейчас граф и сам не мог бы ответить на этот вопрос. А потом было преклоненное колено, и клятва верности Мастеру – в обмен на такие головокружительные перспективы. Прикосновение к могуществу, за которое пришлось заплатить жизнью друга, чуть ли не единственного оставшегося, - и единомышленника – что еще важнее. Взамен, помимо всего прочего, снисходительное разрешение продолжить обучение пацана-«переростка». И вот теперь надо докладывать ему об итогах работы, тем более, что в случае Райдена это длиться почти восемь лет - срок немалый, не удивительно, что Мастер жаждет знать о результатах затраченных усилий.

Так, а удастся ли вообще спрятать теперешний истинный уровень мастерства Райдена? А почему бы и нет – на фоне «успехов» и Сев’ранс Танн, и Шаалы Дониты мальчик особо не выделяется – а обучение его идет куда дольше. Вот интересно, Райден сознательно никогда не показывал своего превосходства во время нечастых совместных занятий с обеими женщинами, или это была чисто инстинктивная реакция? Ведь даже в спаррингах, где в первую очередь надо махать сейбром и демонстрировать силу и напор, Райден, хоть и превосходил каждую из своих противниц по отдельности - не на много – в бою сразу с обеими, почти всегда сливал схватку достаточно быстро. И ведь ни Сев’ранс ни Шаала, по меркам Ордена, пока, не тянули даже на середнячков, по уровню умений. При том, что в целом учились неплохо, надо все же признать – не бездарности. Но и не гении, так, - талант вроде бы имеется, но таким «талантам» в жизни обычная цена пятачок за пучок – чуть выше, чем обыкновенный средний уровень. Тем более, что Мастер вполне себе имеет представление об умении тех, кого граф когда то обучал в Ордене, и может сравнивать. Мужчина внутренне еще раз усмехнулся: способности Танн и Дониты Мастер имел возможность испытать недавно лично – а вот с Райденом, к счастью, он до сих пор так и не встречался. Удача Силы, так всегда благоволившая к мальчику – или нечто другое? Ведь в тот раз, когда Мастер смог устроить «ученицам» экзамен, Райден был очень далеко – выполнял задание аж в Неисследованных Регионах, на Кро Варе. Вот, кстати, про Кро Вар Райден тоже советовал доложить Мастеру только необходимый минимум информации: что в направленные против Республики и джедаев заговоры и войны сейчас орден Формовщиков не полезет – а вот в наемники к Республике, буде та с кем-то соберется воевать, формовщики вполне пойдут. А съездил он туда с пользой – не только смотрел и вел переговоры, но еще и поучился кое-чему: даже сам граф был поражен теми манипуляциями Стихий, которые ему продемонстрировал обучавшийся у формовщиков Райден. Как ему удалось убедить взять себя в ученики не отличавшихся безоглядным доверием к чужакам кроварцев, Райден особенно не распространялся, как и про сам процесс учебы – но результат был впечатляющий. Во всяком случае, ранее он считал, что единственный вид электрического разряда, который может генерировать форсъюзер, это Молния Силы – до тех пор, пока Райден ему не продемонстрировал каскада молний, вызванных посредством Стихий Воздуха и Огня – причем, совершенно не прибегая при этом к Темной стороне Силы.

А про Диспет, и то, что он там был, вообще просил молчать. А потратил он там целых полгода совсем, как Дуку имел возможность тоже убедиться, недаром: пусть в плане нападения тамошним форсъюзерам – как их, Апостолы Сумрака, кажется? – и не чего было предложить, но вот в плане защиты – совсем другое дело. Иллюзии и Фантомы Силы, примененные Райденом в их очередном спарринге, смогли и обмануть, пусть и ненадолго, и впечатлить графа. Как и способность племянника прятаться от взгляда, укрывшись в тени и свет, даже на открытом месте. Конечно, противостоять самому графу – или кому то такого же уровня мастерства – Райден, в реальном бою, не смог бы: было много способов, для хорошо обученного форсъюзера, обойти эти наваждения. Но если применить неожиданно, да еще и против не слишком подготовленного противника, то это могло стать залогом победы в схватке. В общем, решено – об этой части только то, без чего уж совсем не обойтись. Остальное пусть будет для Мастера сюрпризом, когда и если он узнает, как и хочет Райден. Риск, конечно, есть – сюрпризы Мастер очень не любит, как уже мог убедиться сам граф – но в одном племянник абсолютно прав: в некоторых случаях паранойя бывает весьма полезна для общего здоровья организма своего обладателя. Похоже, что это именно тот случай, с учетом ситхских нравов.

Ну ладно, хоть по фехтованию все гораздо проще – уж об этом-то можно просто сделать приложение к файлу, из нарезки головидео учебных спаррингов Райдена с Танн и Донитой. Вот только записей спаррингов с ним самим уже нигде нет – граф в очередной раз проглотил улыбку – полезная привычка, не оставлять следов, усвоена мальчиком неплохо. Кстати, не забыть стереть и только что просмотренную запись его последнего боя с дроидами – тем более, что она тут одна, на его рабочей деке – вот посмотрит ее еще разок, после этой работы, и сотрет. Нет, напирать в деле полезности Райдена для Плана следует не на его способности форсъюзера, тут парень прав – Мастер слишком переменчив и непоследователен, и потерять его так же, как и Сайфо-Диаса, было бы крайне глупо – для него, Дуку. Напирать следует на его полезность, прежде всего, в политическом плане. В свое время, сам граф был весьма удивлен тем, насколько легче ему стало работать в Тионском кластере, после объявления Райдена своим наследником – вот и заострим на этом взгляд. Все же тионцы жуткие шовинисты – а Тионский кластер, и то, что его окружает, слишком важное звено в будущем противостоянии с Республикой, ее Сенатом и джедаями. Да и сам Райден не зря учился «на политика» - учеба на Десевро явно пошла ему на пользу: во всяком случае, его переговоры, которые он последнее время вел по заданиям самого графа, принесли в итоге хорошие результаты. Так, прикрепить приложение номер два.

Что еще? Пожалуй, стоит все же дать ход предложениям Райдена по организации будущего флота и армии ээээ…Конфедерации – раз уж без этого нельзя обойтись – ее технической части. Прикрепить мальчика к эскадре капитана Тота, на некоторых ее миссиях, было все же верным решением – реальный боевой опыт, и опыт командира и организатора, не заменят никакие учебники. Взгляд на будущую проблему «технаря» Мастеру знать все же полезно. Вполне возможно, что Мастер посчитает даже нужным предложить что то и будущей армии Республики. Прикрепим приложение номер три. Так, теперь этот райденовский «муравейник» - мальчик считает, что из найденных им «союзников» может выйти, со временем, что то путное, для их дела. Если и не в краткосрочном плане, то в длительной перспективе. Стоит ли сообщать? – похоже, что нет – тем более, что Райден считает: в случае настоящего успеха, с этим его проектом, у них будет ресурс ничуть не хуже, чем у Торговой Федерации, с ее полчищами дроидов. И при этом, судя по предоставленным им материалам, ресурс столь же легко восполняемый. Правда, в этом пока еще предстоит убедиться – жаль, но сейчас нужного результата еще нет, и не факт, что он будет. Не сообщаем.

Ну вот, в общем то и все существенное, что стоило отразить в докладе. Мужчина еще немного подумал, потом телекинезом поднял датапад, содержащий более подробное досье на племянника со стола - и одним небольшим усилием превратил его в пыль, которую аккуратно «сдул» со стола в специально предназначенную для этого корзину. Потом выключил второй датапад, предварительно скинув на инфокрисалл копию доклада с приложениями, для Мастера, и аккуратно убрал все в ящик рабочего стола. Все, теперь можно, со спокойной совестью, еще раз посмотреть голозапись боя – прежде чем стереть ее.

+6

4

Очень длинные предложения. Смысл в предложении гуляет туда-сюда. Читать тяжело.
  Пример:

Родривар Тихера написал(а):

У него такой же как и у меня прикид в стиле «ретро милитари», хотя нет, не совсем такой же: пояс несколько другой по виду, буро-коричневого цвета, а сапоги черные – ах да, еще, в отличие от меня, на плечах у мужчины плащ-накидка темно коричневого, почти черного, цвета, застегнутый у горла на пару серебристого цвета - с вычурным орнаментом тоже, кстати, идентичным по рисунку тому, что на переплете окна и инкрустации столика - металлических застежек, скрепленных цепочкой того же металла


"Надо резать!"  http://read.amahrov.ru/smile/butcher.gif

0

5

Родривар Тихера написал(а):

Ловлю посох первого в блоке на клинок сейбра: фрик, увы, лайтсейбр не берет – и снова воспользовавшись телекинезом, швыряю его на второго посохоносца.

Слово фрик конечно же опечатка. Но сколько не думал так и не понял какое слово было изначально.  http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif 

Кстати хотел обратить внимание автора на то что в одном предложении три, а нет, пять английских слов. Может вы и считаете это фичей, но я считаю это багом. :dontknow:

Отредактировано Scharkay (04-04-2014 13:12:03)

0

6

Scharkay написал(а):

Очень длинные предложения. Смысл в предложении гуляет туда-сюда. Читать тяжело.
  Пример:

Scharkay написал(а):

"Надо резать!"

Спасибо, поправлю. Там, к сожалению, у меня не только это :angry:  - у меня другой вопрос: это стоит править вообще? Или лучше стереть, убить Муза и не вспоминать.
А то я по жизни читатель - а тут пробило вдруг на писанину :writing:

Scharkay написал(а):

Слово фрик конечно же опечатка. Но сколько не думал так и не понял какое слово было изначально.

Не, это не баг, это фича - http://ru.starwars.wikia.com/wiki/Фрик
А то, что у него название такое похабное - это к аффтарам, что писали для Расширенной Вселенной Звездных Войн.

Scharkay написал(а):

Кстати хотел обратить внимание автора на то что в одном предложении три, а нет, пять английских слов. Может вы и считаете это фичей, но я считаю это багом.

Думаете, стоит поменять лайтсейбр и сейбр на светошашка?

Отредактировано Родривар Тихера (04-04-2014 15:12:43)

0

7

Родривар Тихера написал(а):

Спасибо, поправлю. Там, к сожалению, у меня не только это :angry:  - у меня другой вопрос: это стоит править вообще? Или лучше стереть, убить Муза и не вспоминать.
А то я по жизни читатель - а тут пробило вдруг на писанину :writing:


Писать, писать и еще раз писать! Ежели пробило... А если засорится- снова пробить и писать.   http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif 

Родривар Тихера написал(а):

А то, что у него название такое похабное - это к аффтарам, что писали для Расширенной Вселенной Звездных Войн.

Сноски наше фсё! Можно в скобочках рядом.

Родривар Тихера написал(а):

Думаете, стоит поменять лайтсейбр и сейбр на светошашка?

Да. В "Юнлинге" так и пишется. К тому же "светошашка" воспринимается как некая шутка юмора с русским национальным колоритом. Все таки ранее принято было  лайтсейбры называть световыми мечами а не шашками. А тут сами янки "оказачились"  http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif

0

8

Попаданец у вас "технарь"? Угу... Райден на инженера-кораблестроителя учится? Угу... А читаешь "умствования" ГГ и понимаешь что он ботан-гуманитарий... Нет в нём технического фанатизму. Мдя... Не прописано... :dontknow:

0

9

Scharkay написал(а):

Писать, писать и еще раз писать! Ежели пробило... А если засорится- снова пробить и писать.

Пишу, пишу :writing:

Scharkay написал(а):

Сноски наше фсё! Можно в скобочках рядом.

ЗВ хорошо проработанный сеттинг - в вукипедию слазить и узнать значение незнакомого слова или термина, наверное, не способен только тот, кого забанили в гугле.
Впрочем, кое что, наверное, и правдв лучше давать в сносках, в качестве объяснения.

Scharkay написал(а):

Да. В "Юнлинге" так и пишется. К тому же "светошашка" воспринимается как некая шутка юмора с русским национальным колоритом. Все таки ранее принято было  лайтсейбры называть световыми мечами а не шашками. А тут сами янки "оказачились"

Фиг его знает - слишком много ЗВшных терминов появилось в русском языке как творение надмозга горе переводчиков, при вымирании корректоров в 90-ые как класса.
Лайтсейбр, дословно - свето-сабля, а не свето-меч, раз уж на то пошло. Ну и по смыслу, так полюбившаяся нашему фэндому светошашка "к основе" как то ближе - даже без всякого "оказачивания" - просто звучит складнее, чем светосабля, по русски.

Scharkay написал(а):

Попаданец у вас "технарь"? Угу... Райден на инженера-кораблестроителя учится? Угу... А читаешь "умствования" ГГ и понимаешь что он ботан-гуманитарий... Нет в нём технического фанатизму. Мдя... Не прописано... :dontknow:

Сразу говорю - и не будет прописано! Только если кусочками.
"Принц Датский любит вышивать крестиком и гладью - но у него слишком редко появляется возможность этим заниматься"(С)
ГГ а) форсъюзер, б) политик (кстати, второе - и основное - образование ГГ), в) военный (вынужденно, в ближайшее время) и г) только потом технический специалист.
Кстати, кто именно попаданец - абсолютно по барабану - все профессиональные и житейские навыки этой тушке достались только от Райдена. Вообще, только благодаря этому у ГГ не получилось шизы в голове. Проще говоря - он чувствует себя Райденом, знания и умения у него как у Райдена - вот мыслит, мыслит он уже малость не так. И из прошлой жизни у него осталось очень мало воспоминаний - матрица личности какбэ есть, а воспоминаний практически нет, только куски и обрывки. В общем, песни будут, и не только Высоцкого :crazyfun:  - но промежуточного патрона к бластеру он точно не изобретет. Насчет того, какой из Райдена кораблестроитель - скажем, рядом с Валексом Блиссексом или его дочерью он и рядом не стоял. Но кое что сделать сможет, и сделает - но потом.
Сейчас он, по большому счету, никто и звать его никак. Даже его технические предложения - толковые - по организации кораблестроения для флота КНС, и по боевому составу этого флота, пропадут втуне. Потому как Палычу плевать, хотя ход он им даст, Графу не до этого - а прочие бонзы КНС, за чей счет организован весь этот банкет, ими просто подотрутся. Потому как процессу распила бабла они способствовать не будут.
П.С. С правкой ранее выложенного пока вожусь, а сейчас начало 2-ой главы.

0

10

Глава вторая

Будни инсургентов

Новый день – новые хлопоты. Наконец-то дядины связи сработали как надо и до конца - хоть как то прояснились непонятки с тем происшествием, что едва не стоило мне жизни или, по меньшей мере, рассудка. Тогда, в Красном зале нашего фамильного замка, где я так опрометчиво попытался исследовать нечто похожее на древний ситский голокрон. Который дяде продал некий торговец древностями из сектора Тапани. Вот где сектор Тапани, и где сектор Д’Астан, в котором находится наша Серенно? А ведь между ними еще и Корусант лежит, где спрос на такие диковинки куда выше, и реализовать там которые куда как проще. И тамошний заинтересованный в таких вещах народ в деньгах, обычно, нужды не знает. Есть правда маленький нюанс – коллекционировать и торговать такими штучками совершенно незаконно – даже для очень состоятельных и важных разумных существ. Естественно, кому попало такую вещь никогда и не предложат. Да, дядя, в силу своего бывшего места обитания, ни под какие запреты – официальные и неофициальные – не попадал. Более того, став графом Серенно, он совершенно открыто скупал разного рода древности – ну, типа невинный бзик у внезапно разбогатевшего бывшего джедая. Но, как я уже упоминал, все это можно встретить гораздо, гораздо ближе к сектору Тапани – в том числе и джедаев с деньгами. Тем более, что «голокрон», якобы не реагирующий на попытки подключения, и стоил, по меркам нелегального рынка, сущие гроши – какой смысл было его везти то, за тридевять планет?
Вот в этом направлении дядя и начал рыть, подрядив лучших из охотников за головами, которых только знал – не пожалев денег. Все же, попытка покушения, в этом деле, просматривалась невооруженным взглядом. За одно, еще раз были дернуты все концы, которые только можно было пришить к этому дельцу. По ходу, довольно быстро выяснилось, что опять вылезла на свет эта подлая старая история, с гибелью моей семьи. Еще тогда, сразу после нашего личного знакомства, граф подключил к делу самых крутых, из оказавшихся в пределах доступа, «ледорубов» - не верил он, что яхта могла пропасть совершенно уж бесследно. Нет, следов нашей яхты в сети ГолоНета обнаружить не удалось – а вот то, что по нашим компьютерам, дома, на Лиэнне, кто-то неплохо полазил и потер кучу данных - выплыло. Более того, дядины кудесники от информационного взлома даже ухитрились, каким-то образом, восстановить часть стертых данных. Среди них, в частности, было и якобы пропавшее дедово завещание. Но, еще интереснее, показался другой след: примерно за три месяца до того рокового путешествия мать рассчитала старую няньку, присматривавшую, до того, за нашими младшенькими. Ничего особенного –  просто нянька была поймана с поличным на попытке залезть в наши семейные базы данных. Вообще, эту Лили я помнил очень смутно – работала она у нас от силы полгода: смазливое, но какое-то совершенно не запоминающееся личико. А поступила к нам, предоставив очень хорошие рекомендации, после внезапной смерти Ньены Г’разиан, нянчившейся еще со мной, когда я был маленьким. Не старой совсем еще уроженки Десевро, которую семье подобрали, в свое время, еще родители матери. Когда серая мышка Лили исчезла с нашего семейного горизонта, мамины родители опять нашли нам няньку для малышей, которая и погибла с ними в той злополучной поездке.
Так вот, оказывается, отец инициировал серьезное расследование, в частном порядке, по поводу этой самой Лили – имелись, видимо, у него серьезные основания подозревать ее в занятии промышленным шпионажем. Ничего такого он не нарыл, но связи и происхождение – откуда бы вы думали? – с Ниссы, что расположена как раз в секторе Тапани, он выяснил. Дядя попытался прощупать этот след, но безрезультатно – примерно за год до этого, оная Лили развлекаясь, в компании с несколькими людьми разного пола и возраста, погибла в авиакатастрофе. Проще говоря, нажравшийся наркоты и спиртного до полного изумления водила аэроспидера влетел прямиком в лежащую на пути гору. Из пассажиров роскошного летательного аппарата не выжил никто. Тело Лили было среди опознанных, сохранившихся относительно целыми трупов. Полиция там проделала колоссальную работу, собрав кучу материалов на всех фигурантов, и их связи – поскольку, среди погибших числилась пара представителей местной «золотой молодежи». И дело, поэтому, получило на Ниссе серьезный общественный резонанс. Каково же было удивление дяди, когда его «антиквар» оказался в материалах этого дела – в качестве не то свидетеля, не то подозреваемого. Но как раз именно к нему, имела какое-то отношение, отмеченное полицией, безвременно погибшая Лили.
Дальнейшее было делом техники и профессионального мастерства дядиных наемников. Благо, в средствах они не стеснялись. То, что «торговец» оказался членом пресловутого ордена Мекроза, на них не произвело совершенно никакого впечатления. Как с усмешкой мне пояснил, по этому поводу, Их Сиятельство – иметь славных предков, и соответствовать этой славе самому – совершенно разные вещи. Мекроза давно уже, по его словам, превратилась, из грозного ситхского ордена убийц и диверсантов, в обычную тайную преступную организацию, каких в галактике пруд пруди. Вот джедаи до сих пор и терпят существование Мекрозы – ситхизм это одно, а обычный криминал это совсем другое – даже если в этом криминале и вертится парочка-другая одаренных. Все сверхъестественные выходки мекрозианцев, судя по его словам, теперь остались только в голодрамах. Единственная сохранившаяся традиция, которой неукоснительно следовала Мекроза – работа на благо тапанийского Благородного дома Мецетти, который и стоял у ее истоков. Вот джедаи, видимо, и не трогают их – хорошее средство держать вечно борющиеся за влияние, в своем секторе, Благородные Дома в кулаке – пугая, неофициально, жупелом «страшно тайной ситхской организации».
У дядиных ребят хватило ума сопоставить благородный Дом, к которому якобы принадлежала, по ее словам, в девичестве Костанза Дуку, орден Мекроза и череду внезапных смертей в одном аристократическом семействе с Серенно. После чего «антиквара» настоятельно убедили, не смотря на «омерту», вывести агентов дяди на руководство Мекрозы. Поняв, что ими заинтересовались Очень-Серьезные-Люди, и что дело может закончиться слушаниями в Сенате Республики и последующей зачисткой, с участием джедаев, представители руководства ордена Мекроза не стали запираться и демонстрировать глупый кураж. Более того, они с радостью готовы были… - чего они там были готовы, дядя перечислять не стал, но вот про историю моего сиротства передал мне кое-какие подробности.
Старая как мир история красивой женщины, желающей иметь успех в обществе, быть богатой, влиятельной, обладать громким именем и иметь власть отдавать приказы. Мечты, которые имеют многие красавицы, но реализовать их удается единицам – потому что к красивому личику и телу тут требуются недюжинный ум, железная воля и еще куча способностей. А если этого нет? – остается найти себе такого мужчину, который даст и власть, и деньги и положение. Вот некая молодая дама корусантского полусвета все это таким образом и смогла заполучить. Но аппетит, как говориться, приходит во время еды – у мужа уже был законный наследник, которому, со временем, должен был отойти и титул, и фамильное богатство, и власть - а так хотелось быть полной хозяйкой всему, принадлежащему тебе вроде бы по праву. А тут еще и муж захотел отойти от активного участия в политике, и передать дела наследнику. Поднять старые связи на родине не составило особого труда, тем более, что дела с Мекрозой вел не один член семьи, откуда она происходила. Перспективу заполучить контроль над стратегически выгодно расположенной богатой планетой – пусть главари Мекрозы и понимали всю его эфемерность – оценили и в ордене. Было заключено своего рода неформальное соглашение о сотрудничестве, и дело завертелось.
На то, чтоб сделать свою часть работы, у Мекрозы ушло почти полтора года – и то, едва успели – дед чуть их не опередил. Как именно Лили и ее подельники исполнили все задуманное, руководству Мекрозы в подробностях было не известно – ячейки ордена имели известную автономность, а та, в которую входила Лили была предоставлена в полное распоряжение Костанзы. Но результат был налицо – гибель моей семьи и смерть деда отдали всю полноту власти в Доме Дуку руки Костанзе. Вот с моей ликвидацией у них вышел затык, но тут убийцы решили не делать слишком поспешных действий. Времени на то, чтобы укрепить власть над Серенно у них было предостаточно, до дня моего совершеннолетия – а еще одна внезапная смерть могла вызвать лишние вопросы. Всю игру им испортила сама Костанза, которая, дорвавшись до рычагов управления, начала в свое удовольствие за них дергать – не имея ни способностей, ни знаний - как правильно это делать. Потом, когда в результате ее действий обстановка на Серенно начала потихоньку накаляться, а Благородные Дома стали задаваться вопросом: кто эта женщина, и что она делает у руля управления планетой – именно Костанза, запаниковав, настояла, чтоб команда Мекрозы наконец со мной «разобралась». Потом была организованная для меня «экскурсия» по Серенно, из которой, по плану, я не должен был вернуться – и с которой я благополучно сбежал, с помощью Борджинов.
Что там произошло дальше между боевиками Мекрозы и Костанзой неизвестно – из всей ячейки выжила только Лили, которая играла роль связника, так как Консанза боялась зачислять ее в свой штат прислуги на Серенно, во избежание опознания. И поэтому она обитала где-то в Караннии, а не у нас в замке, как трое других ее подельников. Подробностями «разбора полетов»  сорвавшейся операции с ней не поделились. Кстати, двое из боевиков были охранниками – и оба сопровождали меня в той поездке, во время которой мне удалось спастись. А третий, якобы, стоял за организацией неудачной ракетной атаки на мой кортеж. Судя по докладу Лили руководству Мекрозы, в дальнейшем Костанза таки поручила им убрать меня – уже на Лиэнне или Десевро – где трое ее сообщников и сгинули. Кто стал причиной их смерти: полиция, или Служба Безопасности «Технологий Сиенара/Санте» - Лили сказать не могла. Но Мекрозе было уже не до этого – Косанза, наконец-то, доуправлялась до того, что с трона Серенно ее не желал выкинуть разве только что младенец, или сиделец из каталажки. А когда на горизонте появился старший брат моего деда, то орден и вообще пожелал по-тихому прикрыть этот «проект», отозвав Лили.
Все переменилось в один момент, после уже ставшей знаменитой речи дяди на Раксус Прайм, когда он во всеуслышание объявил о создании Конфедерации Независимых Систем. Благородный аристократ, правитель и тот, кто должен был быть одним из столпов Республики, в одночасье превратился в сепаратиста и просто сомнительную личность. Открыв, при этом, надежды на самые смелые политические комбинации. Адан, из младшего наследника, мгновенно стал законным претендентом на титул и власть – и пусть не сама, но через сына – Костанза могла теперь мечтать возвратиться на Серенно не жалкой просительницей, а полновластной хозяйкой. Тут же была организована женитьба Адана на дочери какого-то из вассалов Дома Дуку, который отправился вместе с ними в изгнание, когда к власти пришел брат деда – ведь семья это так солидно и добропорядочно. А перед Сенатом, со своими претензиями, как раз и надо выглядеть как можно солиднее и добропорядочнее. И возобновлено сотрудничество с орденом Мекроза. Из закромов которого и было извлечено оружие, якобы пригодное для нейтрализации джедая – так называемый «замещатель». Как явствовало из старинных записей, этот продукт ситской алхимии, украденный когда-то агентами Мекрозы чуть ли не у самой Белии Дарзу, имел вид ситхского голокрона, и представлял собой ловушку для форсъюзера, который попытался бы с ним работать. Вроде бы, при превышении определенного порога усилия при попытке активации «голокрона», происходило замещение сознания «исследователя» на постороннюю сущность – обычно с необратимым исходом. Собственно, Костанзу и ее союзников удовлетворила бы даже просто подмоченная репутация графа - если бы в результате неудачи вылезла на общее обозрение информация, что граф-уже-не-джедай ковыряется в запрещенных ситских артефактах. Имелся у Костанзы, к сожалению, сочувствующий в нашем замке, что сумел организовать слежку дядей, и смог бы предоставить голозапись того, как он работает с запрещенными артефактами. Ведь то, чего простили бы уважаемому джедаю, никогда не спустили бы почти что мятежнику. Но проклятая стекляшка попала в мои руки, а не руки графа.

Отредактировано Родривар Тихера (07-04-2014 13:51:52)

+5


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Младший граф