Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Младший граф


Младший граф

Сообщений 531 страница 540 из 798

531

Интерлюдия 17

Кризис веры



     Абсолютная тишина… как будто слух полностью потерян: было у Энакина такое несколько раз, когда по ушам ударной волной от близких взрывов прилетало. Правда, тогда все достаточно быстро проходило, да и способность к самоисцелению с помощью Силы всегда была к его услугам. Была… как много смысла может таиться в одном простом слове. На мгновение, его внимание отвлек какой-то слабый скрежещущий звук: странно – здесь, в тюремной камере, отличная звукоизоляция! – к чему бы это? Взгляд невольно дернулся сначала в один полутемный угол, затем – в другой: туда, где стояли видеокамеры наблюдения. Ага, снова звук! – на этот раз более отчетливо. Похоже… точно! – это идет из-за решетки вентиляции. Все ясно: скорее всего, какой-то технический микродроид просто проводит плановое обследование и чистку вентиляционных каналов. А он тут уже вообразил себе невесть что. Нет, пожелай кто-то из собратьев, точнее - бывших собратьев, убить беспомощного пленника так же, как Баррис, когда то, убила ту террористку, никакого шума вообще бы не было. Форс Грип шума не производит – шум издает только мертвое тело задушенного, если небрежно бросить его на пол…

     Вздорные мысли никак не хотели уходить из головы Скайуокера. Возможно, потому, что он сам этого неосознанно желал? – занять голову какими-то пустяками, чтобы совсем не думать о том, что по-настоящему важно. Например, о том, что эта самая «тишина» означает сейчас вовсе не то, что он оглох. Невольно вспомнилось, что тогда, когда он временно терял слух в прошлые разы, то все равно на звуки и шумы вокруг реагировал так же четко – потому, что «слышал» их с помощью Силы. Да и сама Сила… как и для любого форсъюзера, для него понятие «тишина» было чем то совсем уж экзотическим, и в принципе не достижимым – если ты, конечно, не валяешься в бессознательном состоянии. Сила постоянно была рядом: то «шептала», то буквально «кричала». - Предупреждая о чем то, давая намек, побуждая к действию, или наоборот – стараясь «отговорить» от, чего-то нехорошего. А еще, Сила всегда несла с собой иные голоса, и чужое присутствие: везде, где была жизнь. – Эти «голоса» были просто бессмысленным шумом где-то в дикой глуши, где не было вокруг ни одного разумного существа – или они несли какой-то свой, непонятный но, тем не менее, упорядоченный и наполненный собственным значением смысл – если ты находишься среди множества людей. Только одного никогда не было, с тех пор, как ему исполнилось десять лет, и он научился по-настоящему использовать свою связь с Силой – не было такого вот ощущения абсолютной тишины. Словно в насмешку, обычный слух у него сейчас стал чувствительным до крайности. Взять хотя бы этого дроида, что шуршал в вентиляционных каналах: Энакин готов был биться об заклад, словно болельщик на гонках подов – мелкая железяка орудует даже не в этом блоке, а где то на соседнем этаже. – Так, что до него доносится только эхо, отголосок ее шума – и сам канал вентиляции, выходящий в общую систему, просто играет роль звукового волновода: как некая переговорная труба, вроде той, которую он когда то видел в одном забавном диком местечке. Умом Скайуокер понимал причину: подстегнутый постоянными тренировками и Силой организм развил все свои физические способности до предела – и даже превзошел его! Теперь, когда Сила от него ушла… насовсем? – эти умения и способности никуда не делись: тело все равно было сильнее, быстрее и ловчее тела обычного человека… хумана. То же самое и с чувствами. Просто, раньше мозг переполняло то, что доносила до него Сила – а сейчас он целиком полагался на обычные органы чувств, что раньше обычно игнорировал. Не было нужды – Сила обеспечивала мозги более качественной, не забитой бесполезным мусором и «шумом», информацией, да еще и в большем количестве. Впрочем, период сенсорной ломки у него уже прошел: сказался поставленный жестокими тренировками Контроль. – Хотя, забить на мыслительную деятельность оказалось ооочень трудно! – потруднее, чем заставить себя притворяться перед камерами наблюдения безобидным «растением»…

     Ну ладно, если уж не получается совсем не думать, так не проще ли попробовать найти место, когда все пошло наперекосяк? Черт с ним, что придется рвать корку с незаживших ран души, которые и без того кровоточат – вернувшаяся боль малая плата за то, чтобы разобраться в себе самом. К тому же, он отсюда, так или иначе, когда то выйдет – и надо быть к этому готовым. В то, что его отпустят на волю, Энакин совершенно не верил – Совет не любил, и не желал, выставлять на всеобщее обозрение следы собственных ошибок! Принять покорно свою судьбу? – это не для татуинца, пусть даже и бывшего раба: спина у него плохо гнулась даже в детском возрасте. Попробовать сбежать? – уже теплее! – Но из внутренней тюрьмы Храма точно не удерешь. Значит, остается только момент транспортировки… куда? Ну, ему это вряд ли скажут. Если бы здесь был Оби-Ван, и была возможность с ним поговорить! – Как подозревал Энакин, Кеноби если и вернулся в Храм, то Совет мог просто напрямую запретить ему общение с арестантом – а против прямого приказа Совета Оби-Ван не пойдет. Ладно, что толку сожалеть теперь о том, что недоступно? Итак, вероятность того, что его вот просто так отпустят, на все четыре стороны, мала – Силой же он теперь воспользоваться не может, правда? – слишком уж много он знает! Сам бы Энакин такого вот себя точно никуда не отпустил – разве что в виде мертвого тела, - и не считал бывших «коллег» по Совету излишне сентиментальными: даже если забыть про самого себя, история с Асокой никуда не делась. Тем более, война пока, вроде не кончилась – и Конфедерация не сдалась на милость Корусанта, как он был в курсе, - насколько вообще можно было доверять кусочкам случайно подслушанных чужих слов и фраз. Но, в Храме его до бесконечности тоже держать не станут. Значит что? – или отправят в какой-нибудь Анклав, или, что более вероятно, в тюрьму особого режима: как-никак, официально он все же государственный преступник! Вот будет забавно, если повезут в ту самую «тюрьму-призрак», про которую он узнал из видений Райдена – особенно если учесть, что вроде как большинство из теперешних тамошних «сидельцев» попали туда именно благодаря его заслугам. Теоретически, могут еще отдать на суд властей Республики: поскольку он теперь вроде бы как не форсъюзер, его могут судить и обычным судом – а не судом Ордена. Впрочем, как раз суд Ордена как раз вроде бы формально уже был – и его осудили за использование техник Темной Стороны Силы! Наказание… ну, если считать наказанием то, что он теперь отрезан от Силы, то он его тоже – формально – получил. Если бы не война… нет! – все равно его просто так не отпустят: в Совете явно идет какая-то подковерная возня. – Райден был прав: разные фракции вступили в борьбу за власть и влияние – за возможность определять, в будущем, политику и Ордена, и Республики в целом! При таких раскладах – кому интересна теперь жизнь одного бывшего джедая? Как там Райден то говорил: «Есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы» - это, теперь, вполне себе про Энакина сказано.

     Мозг, как незажившая рана с сорванной повязкой, пульсировал болью от воспоминаний. Тот вызов, на экстренное заседание Совета – с которого все и началось. Ворох фактов, вперемешку с чьими-то измышлениями, который на него и членов Совета вывалил магистр Суун Бейтс – откуда он вообще эту ересь взял? Странно, но Совет в нее поверил – а вот словам самого Энакина, нет! Он тогда рассказал и объяснил, кажется, все: откуда узнал, почему так сделал – попробовал даже донести до членов Совета мысли Райдена на этот счет. Выводы, которые Совет сделал из его слов и тех домыслов, что привел магистр Бейтс, были по-настоящему оглушительны: выходило, что именно он, Энакин Скайуокер, вместе с Райденом Дуку затеяли не больше и не меньше, как государственный переворот. – Пожелали руками Ордена свергнуть обоих ситхов, чтобы самим захватить власть над КНС, а впоследствии – и над Республикой тоже. Впрочем, насчет Республики как раз большинство членов Совета не настаивало. Энакин отдал магистру Винду, исполнявшему обязанности главы Совета, инфокристалл с записями ключей-дескрипторов, что передал ему Райден – и благодаря которым только и оказалось возможным вывести Сидиуса на чистую воду. Рассказал о месяцах слежки и наблюдения – вплоть до того момента, как им с гранд-мастером пришлось лететь к брошенному комплексу «Ли-Мердж». Он ссылался на Йоду – ему ответили, что гранд-мастер еще находится в Палатах Исцеления, и пока не пришел в себя. Он просил связаться с Оби-Ваном – в ответ получил заявление, что связь неустойчивая, и что магистр Кеноби вне зоны доступа: война, однако! Но, Мэйс Винду, кажется, был на его стороне. Йода ведь с ним говорил. – Как раз перед началом операции по поимке старшего ситха, закончившейся так трагически. Корун и предложил не рубить с плеча: поместить Энакина в его собственных комнатах, что он занимал в Храме – вроде как под «домашний арест», - и дождаться, когда гранд-мастер Йода придет в себя, а магистр Кеноби вернется на Корусант. Поскольку дело было уж очень сомнительным, а доказательства – слишком шаткими, Совет решил последовать этому предложению. Правда, охрану из Стражей Храма к дверям его жилища поставили…

     Одного Энакин не мог понять: какого черта к нему тогда приперлась Олана Чион? Нет, он знал, что девушка его очень не любит – хотя, о причинах этой нелюбви и обо всех ее прочих претензиях имел весьма определенное, нелестное мнение. Только, раз презираешь кого то – нафига лезть к нему? Воспоминание вытащило на поверхность образы и слова…

   - Про сенатора Наберри передают интересные слухи в ГолоНете…

     Энакин невольно поднимает голову, вглядываясь в глаза посетительницы: абсолютно никаких колебаний в Силе! – интересно, какое ей вообще есть дело до Падме? Фон, которым тянуло от Оланы… этакая смесь чувства собственного превосходства с ощущением легкой брезгливости: как будто кто-то на тупую неразумную тварь, бесцельно копающуюся в грязи, смотрел! И, абсолютное чувство собственной правоты – и Света, - впрочем, иного от любого джедая ждать было сложно. Разве что… последнее время Энакину больше приходилось общаться с теми джедаями, что сомневались – не сомневающихся, на войне убивали слишком быстро! Помниться, разум тогда кольнула мысль: такую чистоту ауры может иметь только тот, кто отсиживается в тылу – подальше от смертей и чужого горя! – ну да, Олана же демонстративно отказалась возвращаться на фронт, после гибели наставника, и того, как ее посвятили в рыцари. Чистоплюйка…

     Похоже, девушка что-то такое уловила сквозь Силу. А может, ей просто не понравилось, что на ее слова не реагируют.

   - Ну, чего ты молчишь!

   - А что я должен тебе говорить? И, что ты вообще тут у меня забыла?

   - Твоя *:;№? тут недавно чуть концы не отдала – а ваши…

     Олана запнулась, проглотив грязное словцо, что явно собиралась сказать – а потом продолжила.

   - Умерли, оба, а она выжила – так что, радуйся, грязная тварь – вы еще сможете с ней покувыркаться в постели! Какой позор! – ты понимаешь, что позоришь Орден? Или тебе наплевать…

     Дальше был какой-то поток слов, которые Энакин уже не воспринимал – похоже, эта «рыцарь» сейчас просто пересказывала ему содержание передачи какого-то грязного, скандального новостного канала, откуда-то из провинции. Тамошние «журнализды» из ГолоНета обожали такого рода лживые жареные сенсации. Мозг никак не хотел соотнести вот эту белизну ауры пришедшей к нему с непонятными претензиями дуры, с грязью и мерзостью ее слов. Слов, которые она говорила про его якобы чуть не умершую жену, и детей, которые – если верить ее словам – не выжили…

     Энакин понял, что пытается сжать в кулак сведенные судорогой пальцы левой руки, которые он вытянул вперед – по направлению к замолчавшей, наконец-то, Олане Чион. Сама Олана бессильно сучила ногами, не достававшими пола, вися в воздухе – и цепляясь обеими руками за горло! Разъехались в стороны двери, ведущие из маленькой прихожей в общий коридор – и на него обрушалась ослепительная стена из огня, света, и боли. Потом он потерял, от этой боли, сознание.

+5

532

Продолжение Интерлюдии 17
Мэйс Винду пытается понять - где он облажался?

***

     Мэйс Винду расхаживал по кабинету – из угла в угол. Те, кто хорошо знал джедая, сразу бы сказали, что магистр недоволен, точнее – очень недоволен. У обычного человека такая степень недовольства обычно называется: «Находится в ярости» - но, джедаи народ необычный, и с эмоциями справляться умеют прекрасно. Вот и Винду тоже, справился… ну, почти! – во всяком случае, желание кое-кого придушить у него уже почти пропало. Но, черт! – почему так вышло-то – проспать почти, что настоящий переворот в Ордене? Опыт же говорил: собратья иногда могут быть такими же упрямыми бантами, прущими напролом, как и идиоты из Сената! – Так какого хатта, спрашивается, он сосредоточился исключительно на республиканских проблемах? Нет, Мэйс – то, что произошло, это, прежде всего, твоя вина: в отсутствие гранд-мастера Йоды упускать из виду наш любимый «клуб по интересам» - то есть, Высший Совет – никак не следовало. В конце концов, чем Совет отличается от Сената? – и там, и там сидят люди, которые выражают интересы каких-то групп, или фракций. А ты про это забыл, или – предпочел не придавать этому значения! Вот теперь и имеешь то, что имеешь – и Скайуокер это лишь начало: твое чувство определять Уязвимую Точку, место «перелома», тебя еще никогда не подводило! – История с Энакином это именно перелом, однозначно…

     Так в чем дело? – А дело в том, что КНС скоро прикажет долго жить – так, или иначе: вон, те же мууны уже вовсю зондируют почву для сделки, и готовы вернуться в Республику на любых, более или менее приемлемых условиях. Даже новичку в политике абсолютно ясно: без Графа Конфедерация не жизнеспособна – только он умел, обходя острые углы и сглаживая противоречия, держать в узде эту свору корпорантов. – Где каждый был озабочен, прежде всего, исключительно собственным благополучием: «дружили» они все только против Республики! То есть, возвращение «блудных детей» под крыло Корусанта – это всего лишь вопрос времени. Ну и того, кто и на каких условиях согласится прогнуться: возможно, что самых упорных и придется убеждать силой – потом, когда основная масса их бывших подельников и союзников уже снова окажется в составе Республики. Да, всем это понятно… и в Ордене тоже многие это сразу поняли. Окончание войны сильно поменяет расклады и в самой внутренней жизни Храма. Те, кто вернутся с фронта, могут задать кое-кому вопросы, вроде: «А вы, в каком полку служили?» - и не факт, что после этого они вступят, и поддержат «твою» фракцию. – Особенно, если ты за всю войну ни разу и на фронте то не был! Что это значит? – а значит это, что кому то срочно могло понадобиться чем то «проявить» себя: записать себе несколько очков в актив. Только политика все же не азартная игра.

     Кому само наличие Скайуокера могло игру поломать? – настолько, что тот решил убрать его с «доски для политического дежарика» совсем. По всему выходит, что самый заинтересованный здесь – Суун Бейтс! Как он вообще попал в Высший Совет? – да очень просто: его фракция, «прогрессивные традиционалисты» - как они себя называли, выдвинула его как временно замещающего отсутствующего по болезни Йоду. Ничего странного: подобная практика, связанная с привлечением временных членов взамен постоянных – была обычным делом. – Занятых, в данное время, важными делами и, поэтому, не могущих принять нормальное участие в работе Совета членов подменял кто-то из авторитетных и компетентных, в обсуждаемом вопросе, мастеров. К тому же, это еще и помогало готовить своеобразный «кадровый резерв» для Совета – на случай каких-нибудь непредвиденных обстоятельств. Того же Бейтса, ранее, к работе в составе того или иного из Советов Ордена привлекали несколько раз. Правда, на постоянной основе он так нигде и не задержался… многие говорили, что Йода якобы был против. – Но, тут Мэйс не мог сказать абсолютно ничего, по этому вопросу. А потом… Палпатин, воспользовавшись крошечной лазейкой в законе, смог настоять на том, чтобы в Высший Совет ввели Энакина Скайуокера – как его личного представителя. Мол, раз Совет занимается военными делами, то Канцлер, как Главнокомандующий ВАР, имеет право знать – какие именно стратегические решения там принимаются. Формально, и выбор Скайуокера был как бы сделан не просто так: Энакин вполне уже успел проявить себя, как лучший из генералов-джедаев. То, что это было против всех обычаев, и против Руусанских законов тоже – Палпатин списал на форсмажор: война идет, мера временная и чрезвычайная! Место должно было достаться, по праву, Луминаре Ундули. Но, после той истории, со своим бывшим падаваном, Луминара отказалась от возможности войти в совет: считала себя виновной в поступках Бэррис. Вот, кстати, интересно – тогда ведь и имя Бейтса тоже упоминалось, в числе прочих кандидатов…

     Так, на чем он остановился? – Мэйс даже перестал ходить, на мгновение. – Фракция! – фракция магистра Сууна: их интерес, и где именно он пересекался с Энакином Скайуокером. Ну, кроме «неожиданного» назначения того в Высший Совет. По всему выходит, что это связано с командой Харрода Мика’авина: тем удалось захватить племянника Графа, Райдена Дуку – который, ни много ни мало, стал королем Тиона. С одной стороны, Райден Дуку был важным винтиком в машине Конфедерации – превратившись, в последнее время, в изрядную занозу для ВАР в том районе галактики. К тому же, он еще и был форсъюзером – причем, опять же, Темным форсъюзером! А с другой стороны: политическая элита Республики очень косо смотрела на то, что кого-то из ее представителей джедаи хватали просто так, без одобрения Сената. Даже если эти представители числились вроде бы как мятежники: захватить кого-то в ходе военной операции – да, пожалуйста! – А вот тайно «изъять» кого-то в ходе спецоперации, да еще и сопряженной с жертвами – это никак. Да, операция, которую чужая пропаганда неизбежно провозгласит «похищением» и «терактом»… это ведь очень плохо может отразиться на имидже Республики. В общем, требовалось получить санкцию в Сенате – на проведение этого самого «изъятия», - без чего Бейтс и его сподвижники спокойно обошлись. Кстати, Совет тоже был не в курсе! – о том, что Райдена Дуку захватили в плен, члены Совета узнали уже постфактум. Ну, ладно – такое бывало и раньше: победителей не судят, да и про то, что захваченный – Темный, тоже не стоило забывать. Если бы не одно «но»: как Мэйс знал – а ему сообщил сам Йода! – именно Райден Дуку помог Ордену выйти на след ситха! Ладно, плюнем на мораль: цель оправдывает средства. – Но, у этого Райдена, оказывается, был план – как примирить снова членов Конфедерации с Республикой, и закончить проклятую войну. Самое смешное, или печальное – Энакин про пленение Дуку не знал: он, в это время, уже добровольно покинул состав Совета. А вот Бейтс и его друзья последствия наверняка прикинули – как и то, что уж Скайуокер то молчать не будет. Если бы Харрод Мика’авин немедленно доставил пленника на Корусант, то все для них и обошлось бы: Сенат санкцию, задним числом, дал бы – особенно, в свете напугавшей его схватки на орбите столицы, с флотом сторонников Палпатина! В конце концов, сепом больше, сепом меньше – какая рядовому сенатору разница? Но, пока над Корусантом шел бой, Дуку-младший как-то ухитрился сбежать – да при этом, еще и уничтожил корабль джедайской команды, вместе почти со всеми, кто находился на его борту. И вот тут эти ребята задергались: то, что должно было принести неплохие политические дивиденды, и укрепить позиции фракции внутри Ордена, грозило обернуться маленьким скандалом.

     Уже когда Суун Бейтс попросил собрать внеочередное заседание Совета, Мэйс должен был насторожиться – особенно, когда узнал: какой именно вопрос хочет поставить на повестку магистр Бейтс. Не насторожился, ситх его побери! – время сейчас непростое, неоднозначное и… нервное. Вот он и посчитал, что все на заседании Совета закончится обычной говорильней. Ну, пропесочат они Скайуокера еще раз за мнимые грехи. В конце концов, история его личного знакомства с Райденом Дуку вполне укладывалась в логику Силы: Дуку-младший, оказывается, имел видение о том, что если он не помирит виконта Вейна и Скайуокера, то они попробуют поубивать друг друга. Бывает: человек товарища спасти хотел, что тут странного? – любой форсъюзер вам скажет, что Воля Силы это очень важно, и игнорировать ее не следует никогда! А то, что он сепаратист и Темный – как раз не столь важно: перед Силой все равны. Когда Бейтс начал свой доклад, он все еще продолжал так думать. А вот когда Совету были предъявлены якобы «улики», следы «сговора», то уже понял – что-то здесь не так! И надо, надо было тогда любой ценой потянуть время – хотя бы для того, чтобы можно было связаться с Оби-Ваном: к сожалению, связь с флагманом Кеноби тогда была неустойчивой, и он так и не смог нормально участвовать в работе Совета. Вместо этого, он позволил выдернуть с орбиты, с его флагманского корабля, самого Энакина – для дачи объяснений. Когда через час Скайуокер предстал перед Советом, Бейтсом были продемонстрированы видеозаписи с камер истребителей клонов, которые сопровождали Энакина в его перехвате яхты Графа в секторе Картакк – вместе с комментариями «эксперта»: Оланы Чион. Нет, в том, что Чион великолепный пилот, настоящий ас, не сомневался никто – так же, как и в ее профессионализме. Насторожить Совет обязано было отношение Оланы к Скайуокеру, которое ни для кого не было секретом! Но, вместо этого на Совете прозвучало слово «измена». Только когда Энакин стал объяснять свои действия, ссылаясь при этом на него, Мэйса Винду, магистр опомнился.

     Расклад голосов на Совете – вот что  выбивало Мэйса из колеи: четверо против шести – вместо отсутствующего Йоды и находившегося «вне зоны доступа» Кеноби пока никого не приглашали, а Бейтс числился действующим членом, после ухода Скайуокера из Совета. То, что против Энакина выскажется Ки-Ади-Мунди, Винду совсем не ожидал! – тот, как и сам Мэйс тоже, когда то учил юного Энакина постигать Силу: такое бесследно не проходит. Ученик, даже временный – не случайный человек, для мастера. Но, слово обвинения было сказано. Не помогли и слова самого Энакина, когда он объяснял свои поступки: оставалось только удивляться – когда они все перестали доверять друг другу? Когда Скайуокер показал Совету тот носитель записи, на котором были переданные ему Райденом Дуку ключи-дескрипторы к архиву кресла Нута Ганрея, Мэйс было посчитал, что сумеет повернуть мнение коллег. Увы, собратья уперлись, словно ранкор вцепившийся в добычу. Единственное, в чем Мэйс смог их убедить – это подождать прилета Кеноби, как владеющего полной информацией по всем действиям, связанным с поимкой ситхов. Ну, или дождаться, пока не придет в себя гранд-мастер Йода…

     Что же, Мэйс и сам был уже не прочь вытащить Оби-Вана с его затянувшейся «охоты» за Гривусом - тем более, что тут такие дела начинали закручиваться: теперь, похоже, в Совете был на счету каждый сторонник! Надо было, и поработать кое с кем из коллег – и Аген Колар, и Ки-Ади-Мунди казались Мэйсу людьми, оказавшимися на другой стороне чисто случайно: просто не ко времени в уши попала сомнительная информация, которой те поверили. Вот вернется Кеноби, и может - чем Сила не шутит? – очнется гранд-мастер Йода. – И вся эта глупая история окажется просто дурным сном. Даже, внес предложение: оставить Скайуокера, пока, в Храме – в его собственных комнатах, но под охраной Стражей Храма, - до прояснения ситуации, и вторичного созыва Совета по этому вопросу. Как ни странно, так рьяно старавшийся «потопить» Энакина Суун Бейтс, ничего против этого не имел: как и все остальные – проголосовал «за». А через пару дней, перед самым прибытием на Корусант магистра Кеноби, произошло несчастье…

+4

533

Родривар Тихера написал(а):

Увы, те, кто хотели не выметать сор из избы, и желали сохранить белые одежды джедаев незапятнанными, видимо решили по своему. - Когда Скайуокера, вызванного на первый допрос в специальную комиссию, созданную таки в Сенате с подачи Мэйса Винду, везли из Храма к зданию Сената, на НВШТ произошел внутренний взрыв – спасенных не было.

Нескромный вопрос: А где в это время был Альфа?

0

534

Родривар Тихера написал(а):

Йода всем этим кликам и фракциям нужен как знамя: даже тот же Суун Бейтс прежде всего хочет доказать "зеленому" - как тот был не прав, затирая его!
Но, дедушка уже старенький: начавшаяся буча его не убьет, но сильно подкосит. Правда, это все равно будет лучше, чем полное выпиливание Ордена в каноне. Но тут уж старичок сам виноват, что довел до этого - раньше надо было боржом пить!


А не повторит ли он судьбу Императора из Вархаммера? Посадят в аналог "Золотого трона" и все. Де-юре глава ордена Йода и на него чуть ли не молятся, но де-факто он не приходит в сознание

0

535

Little написал(а):

Нескромный вопрос: А где в это время был Альфа?

Если вы про клонов, то ребята просто были не в курсе. А когда узнали... ну, про это дальше будет :-)

Фрерин написал(а):

А не повторит ли он судьбу Императора из Вархаммера? Посадят в аналог "Золотого трона" и все. Де-юре глава ордена Йода и на него чуть ли не молятся, но де-факто он не приходит в сознание

Нет, но то, что он будет чувствовать. :-( Старухе у разбитого корыта было, наверное, легче.

0

536

Продолжение.


     Конечно, про отношения Скайуокера и сенатора Наберри знали в Ордене многие. И, в общем-то, это никого особо не напрягало: в конце концов, любить джедаю совсем не запрещалось! – наоборот, это даже подразумевалось самой природой Светлой Стороны Силы. – Не одобрялась «привязанность» - считалось, что любые формальные обязательства джедая кому-то, кроме клятвы служения Ордену и Силе, недопустимы. Одно из наследий Руусана, которое в Ордене воспринимали и принимали отнюдь не все! – но которое, тем не менее, имело силу почти непреложного обычая. Другое дело, что на такие «отношения» обычно всегда закрывали глаза – особенно, если «подозреваемые» вели себя аккуратно, и на людях своих чувств, старались не демонстрировать. Впрочем, некоторых не останавливала даже такая малость: вот хоть друг Кит, позволявший себе очень вольное поведение с Айлой Секурой чуть ли, не в самом Храме – а лезть в чужие взаимоотношения у джедаев считалось делом неприличным. Честно говоря, Мэйсу и в голову прийти не могло, что упоминание сплетен светской хроники так заденет Скайуокера, что тот совершенно потеряет контроль над собой! Но, с другой стороны: какой демон понес Олану Чион в жилище Скайуокера? – что ей вообще там могло понадобиться, если отбросить предположение, что она хотела спровоцировать вспышку гнева у Энакина умышленно? А если… Олана и вправду хотела сделать именно это? – тем более, что дежурившие у дверей скайуокеровского жилья Стражи Храма совсем не прятались. – И они совершенно точно начали бы действовать, если бы любому «гостю» зашедшему к подозреваемому, угрожала бы, хоть малейшая опасность.

     Магистр Винду встал как вкопанный, прямо посреди кабинета: А ведь дежурные Стражи и стали действовать! - практически мгновенно, как только почувствовали в комнатах Скайуокера применение техники Темной Стороны. Ну да, этому же учили всех Стражей – чувствовать Тьму, и ее проявления вокруг себя… все верно. Совет, кстати, провел тщательное расследование инцидента: по крайней мере, Стражи действовали в пределах своей компетенции – но, вот вопрос чрезмерного употребления Силы его коллеги как-то попытались обойти стороной, а жаль. И уж совсем странно, что никто в Совете даже слова не сказал о поведении рыцаря Чион. Хотя… здесь дело приняло совсем странный оборот: оказывается, установленные в жилище Скайуокера, после того, как его посадили под домашний арест, голокамеры почему-то работали просто отвратительно! Мало того, что качество самой видеозаписи было плохим, так еще и звук почти невозможно было расслышать. Совет удовлетворился предположением Агена Колара, что Скайуокер мог умышленно повредить систему записи, но Мэйсу было совершенно непонятно – зачем ему могли это понадобиться? – В конце концов, эти видеозаписи обеспечивали и его собственную безопасность… теоретически, по крайней мере. Итак, если предположить, что Олана Чион пришла для того, чтобы сознательно спровоцировать Скайуокера на какие-то ответные, желательно силовые, действия – уверенная, что Стражи у двери тут же вмешаются! – то в этом есть определенный смысл. Вопрос: зачем ей это надо? – если бы Стражи не перестарались, пытаясь «навести порядок», и это затмило собой все остальное, то ее действия тоже непременно послужили бы объектом разбирательства Совета. Или, не послужили бы? – если бы Совет все же снова сосредоточился бы исключительно на разборе поведения Энакина Скайуокера. Подстегнутые Силой воспоминания вылезли, наконец, на поверхность: Суун Бейтс последнее время оказывал рыцарю Чион покровительство – собственно, ей даже звание то, после гибели наставника, дали исключительно благодаря его поручительству! А еще интереснее, что оба Стража, что стояли в тот момент у комнат Скайуокера, тоже принадлежали к той же фракции, членом которой был и магистр Бейтс – Мэйс Винду вспомнил их имена: Т’Ка Элвиин и Ваан Ра-Сейт. Элвиин был человеком, то есть – хуманом, откуда-то из миров Ядра, а Ра-Сейт принадлежал в близкой к хуманам расе, проживающей в одном из миров Среднего Кольца. Между прочим, до того, как стать рыцарем, второй был падаваном первого. Еще интереснее: Т’Ка Элвиин подобрал паренька-экзота в Алмасской Академии – весьма своеобразном провинциальном учебном заведении.

     Сколько не напрягал дальше память магистр Винду, никаких дополнительных зацепок воспоминания больше не принесли. Однако, чутье опытного политика кричало, что он движется в правильном направлении. И, если получится доказать, что провокация со Скайуокером была умышленно подстроена Сууном Бейтсом, и его фракцией, то Мэйсу будет проще вернуть контроль над тем, что сейчас происходит в Совете! Провести расследование самому – нет ни времени, ни возможности. Но, магистр знает одного старого джедая, на ум и честность которого всегда можно положиться…

***

     Скребущиеся звуки из вентиляции раздражали: Будь у Энакина возможность отвлечься, или чем-то заняться – оно бы совершенно не мешало, а так – было чертовски неприятно. Как все равно камнем по стеклу водили. Оказывается, у развитых с помощью тренировок и Силы способностей тела, были и свои отрицательные последствия. Вот как сейчас – банально мешает заснуть, наводя рассудок на бесплодные размышления: снов и снова гоняя те же самые мысли по кругу. Он уже передумал их все, разобрал и свои, и чужие действия до последнего винтика или песчинки. Не было у него никаких шансов! – те, кто подослал к нему эту дуру, действовали наверняка: Энакин не удивился бы, если бы выяснилось, что за ним следили, и анализировали потом каждый его поступок. Были иногда у него подозрения, насчет аккуратной слежки за собой – но он тогда погрешил на агентуру ситха: у Палпатина были и возможности, и мотивы организовать за ним квалифицированное наблюдение. Что же, возможно, что этих «наблюдателей» была не одна команда, а две – а но этого не понял…

     Все это рассуждения не давали ответа на главный вопрос: зачем «им» понадобилось так его подставлять? – В том, что это была именно тонко рассчитанная подстава, Скайуокер не сомневался – опыт работы полевым агентом Ордена, еще до Джеонозиса, не пропьешь! Во внутреннюю политику Ордена он никогда не лез, точно так же, как и Оби-Ван до войны. А до последнего времени Энакину хватало забот на фронте, или на должности комфлота! Временное членство в Совете? – ну, это совсем смешно: тут он вообще был фигурой, а не игроком в дежарик. Да и, как в Совет пришел, так и ушел – и то, что это могло кому-то не понравиться… Энакину всегда, с первого дня пребывания в Ордене вдалбливали мысль: «Джедай не может действовать, исходя из понятий «нравиться» или «не нравиться»! Или, может, эти правила писались тут не для всех? По всему выходило, что «прилетело» ему как раз из-за внутриорденских интриг, которые не выносились на обозрение простых джедаев.

     Энакин сел на лежанке: сна все равно не было ни в одном глазу – хотя, в эти самые глаза, словно песку насыпали. Полумрак – свет в камере, не имеющей окон, полностью не гасили никогда. Тишина… словно после песчаной бури в пустыне на Татуине – только осыпающийся со свежих барханов песок чуть слышно шумит, на пределе слышимости. Черт, опять он не сможет выспаться! – Даже вездесущий Контроль, кажется, уже перестал помогать. Скайуокер попробовал уйти в глубокую медитацию: обычно это всегда хорошо помогало. – Выровнять дыхание, поправить ритм сердца, снизить давление крови в венах… в другое время, раньше, он бы уже сливался сознанием с потоками Силы, которые пронизывали все окружающее. Ничего! – точнее: что-то присутствует, на самой грани чувств – скорее, эхо в сознании, чем отголосок шума бесконечного океана Единой Силы. И все это совершенно забивают, чертовы скрежеты и шорохи, которые сочатся из-за решеток вентиляционной системы – отзвук внешнего мира, от которого его так же сейчас отрезали, как и от Силы.

     В этом то и была вся проблема: он совершенно не чувствовал Силы! – То есть, разумом он понимал, что ее потоки вот они, рядом, даже внутри него самого – но знать, как именно идет их распределение, Энакину теперь было недоступно. Контроль остался, как подозревал Скайуокер – способность манипулировать потоками Силы у него тоже сохранилась, пусть даже в ослабленном до крайности состоянии. – Но без наличия Чувства сделать хоть что-то с Силой было совершенно невозможно. Не сможешь найти те потоки, которые тебе нужны – или еще хуже: будешь работать с теми потоками, которые тебя просто напросто убьют. «Слепец, который вышел на дорогу с интенсивным движением наземного транспорта» - пришла в голову неожиданная ассоциация. Может случиться чудо: водитель одного из мчащихся по дороге каров остановиться, сжалившись над несчастным слепцом – и доставит его куда нужно. Или, что произойдет почти наверняка: при попытке выйти на «проезжую часть» поток транспорта, которым управляют безмозглые дроиды, просто снесет и раздавит того кто попытался сунуться в эту лавину, не видя того, куда ступает. Но ведь говорят, что у Улика Кель-Дромы как-то получилось, до того, как его не убили…

     Редкие удары сердца, медленное спокойное дыхание – Энакин целиком погрузился в нечто, бывшее отражением каких-то иных измерений и пространств. Голоса Силы слышно не было – только где-то, на пределе, ощущалось нечто похожее… на шум Ветра! Черт, как же он мог забыть: уроки Райдена и собственные успехи в управлении потоками – нет, не Силы, а Стихий! Тогда это показалось ему просто забавным – ну и, что уж там говорить, полезным: особенно, когда он узнал, как с помощью этих техник можно вырваться из Захвата Силы. Потом были и другие полезные открытия, на этом пути – большой пользы джедай тогда в этом не видел, но иногда это сильно выручало. Например, как в кабинете Палпатина – когда он узнал, что «канцлеров» было двое! И все же, Стихии всегда оставались для него чем-то… несерьезным: сама Сила, когда он обращался к ней напрямую, делала то, что ему было нужно и быстрее и проще. Ну да, когда у него еще была с Силой нормальная связь. Не теперь. Скайуокер попробовал коснуться Ветра: того, что доносил сейчас до него те звуки, что блуждали по вентиляционным коридорам и каналам внутри огромного здания Храма – и у него получилось! То, что еще мгновением назад было набором бессмысленных звуков, обычным шумом, вдруг превратилось в россыпь тысяч разных голосов. – Одни были громче, другие тише, третьи вообще были на грани слышимости – но все различались четко и ясно: каждый голос по отдельности.

   - Мастер Вокара, хочу напомнить вам, что гранд-мастеру Йоде еще рано принимать участие в делах: он не до конца прошел курс реабилитации! – как его лечащий врач…

   - Прости, Антиннис, но тут я ничем не могу тебе помочь! Решение провести расследование в отношении всех побывавших в плену у сепов джедаев принимал Совет. В Сенате подняли вопрос о проверке лояльности…

   - Кеноби не имел права так поступать! Это вызов не только Совету, но и всему Ордену! Я знаю, что это…

   - Помалкивай, Дора – и ты, и я обычные джедаи – даже не мастера. Что там решил Совет, не нашего ума дело! Дали приказ – будь добра выполнить. А то кончишь как Скайуокер…

     Упоминание собственного имени привело Энакина в чувство. И почти выкинуло из состояния медитации. Но, Ветер все равно продолжал петь свою песню у него в сознании – и теперь это уже не воспринималось как надоедливый, утомительный шум. Так, теперь аккуратно попробуем коснуться Воды… у тебя, судя по словам Райдена, как раз к этой Стихии сродство – должно получиться легче и проще! – Подумал Скайуокер

     Узник не видел себя сейчас со стороны, а дежурный наблюдатель Стражи отвлекся, на мгновение, от мониторов – Сила так захотела! – Поэтому никто не наблюдал ни смену целой гаммы эмоций на лице у заключенного, ни того, как шевелились его волосы, словно овеваемые, незнамо каким образом, дующим в камере сильным ветром. Запись… кто их смотрит то, эти записи? – если не происходит чего-то чрезвычайного. И эта запись, на которой потом были запечатлены и другие малозаметные с первого взгляда, но очень интересные – для понимающего человека – моменты. – Она тоже ушла, через сутки, в архив, где и затерялась среди массы другой, совершенно бесполезной информации.

+4

537

Родривар Тихера написал(а):

Что же, возможно, что этих «наблюдателей» была не одна команда, а две – а но этого не понял…

  но он этого не понял…

0

538

Scharkay написал(а):

но он этого не понял…

Да, спасибо - поправил эту фразу.

0

539

Следующий кусок.


     С этого момента Энакин снова почувствовал себя живым. Даже неприятные и болезненные воспоминания, связанные с пробуждением в Палатах Целителей – и осознанием, что он, возможно, никогда больше не сможет чувствовать Силу! – даже это ушло куда-то на задний план. Вот то, как он во второй раз предстал перед Советом, чуть подлеченный Целителями, и все еще чувствовавший себя слабым и больным – это царапало душу. Честно говоря, Скайуокер не ждал особого сочувствия, да ему и самому вспоминать то, как он потерял контроль над собой, пытаясь придушить Олану, было стыдно. В голове всплыли слова одной из райденовских песенок, записи которых тот ему передал. Удивительно похожее тогда у него было ощущение…

Сейчас, как в вытрезвителе ханыгу,
Разденут, стыд и срам, при всех святых,
Найдут в мозгу туман, в кармане - фигу,
Крест на ноге и кликнут понятых. *
*Владимир Высоцкий «Случай на таможне»

Он готовился отвечать на вопросы, и даже на обвинения – а ему просто сразу зачитали приговор: все обсудив, и осудив его заочно – даже без самого обвиняемого! Сколько он провалялся у Целителей, пока в себя не пришел? – день, два от силы. Подождать, наверное, Совет не мог – были какие-то другие, более важные дела! Зато, чтобы лично сообщить Энакину свое решение, вытащили его к себе прямо от медиков… чтобы тут же запихнуть уже в самую настоящую тюремную камеру.

     Кстати, а сколько же он тут вообще сидит? – по всему выходило, что всего недели три, четыре от силы: редкая вещь, в кои-то веки чувство времени его подвело. Впрочем, теперь с этим должно быть попроще: неожиданный источник информации приносил ему столько обрывков разговоров, которые велись обитателями и работниками Храма, что сознание даже не успевало весь этот поток просеивать как надо. Некоторые новости были тревожными, некоторые – обескураживающими. Оказалось, что кто-то из военных поинтересовался-таки судьбой своего командира – настолько, что, не получив ответа из Храма, сумел сделать запрос через кого-то из сенаторов. Понятно, что игнорировать официальный запрос Сената Высший Совет не мог: обстановка сейчас не та! – и магистры сделали заявление. Там было все, в чем его обвиняли: сотрудничество с Темными форсъюзерами, и возможно даже ситхами, измена Республике – и, заодно, текст обвинительного приговора орденского суда. Возможно, Совет считал, что этого будет достаточно, и Сенат перестанет проявлять любой интерес по отношению к осужденному. Однако, члены Совета не учли мнения «улицы»: информация, доведенная до Сената, быстро стала достоянием прессы – а потом и широкой публики. И вот политически активные граждане, участвующие в работе Комитетов по Защите Республики, стали бомбардировать сенаторов требованиями: провести тотальные проверки во всех силовых структурах Республики. Странно, почему эти пропалпатиновские «политкружки» до сих пор никто не распустил? Наоборот, Комитеты, неожиданно, получили поддержку части населения Корусанта, и кое-кого из Сената. – Там была даже создана некая «комиссия по расследованию антиреспубликанской деятельности»! – Звучит длинно и бредово, но похоже народ стали трясти очень даже нехило: как удалось Энакину понять, из обрывков разговоров, которые он ухитрился выловить, - допросы начали с бывших флотских офицеров. Терринальд Скрид был, конечно, сложным человеком, и отношения у него с Энакином были не безоблачными: старый юстициар с трудом терпел «молодого выскочку» джедая. – Но, сработались они неплохо – до того времени, когда пришел момент выбирать: быть с Палпатином, или быть против него. Что там сенаторам наговорил Скрид, Скайуокер не знал – но Сенат запросил у Ордена: доставить его в эту «комиссию» для допроса, по расследованию обстоятельств «мятежа клонов». Так обтекаемо теперь стали звать короткую гражданскую войну между республиканскими частями, и войсками, которые остались верными бывшему Канцлеру. Если чей-то разговор, что он услышал совсем недавно, был правдой, то завтра или послезавтра его должны были свозить в Сенат: Совет, испугавшийся волны митингов на улицах столицы, решил пойти навстречу господам сенаторам. Это был шанс!

     Следовало вспомнить все, чему он смог научиться, осваивая кроварский метод работы со Стихиями – пригодиться, может все, что угодно. Черт знает, что там захотят у него выпытать в этой самой сенатской комиссии, но они могут потом и не вызывать его к себе, повторно. А это значит, что данная поездка может стать единственной возможностью побега: транспорт наверняка будет сопровождать сенатская стража – от Ордена выделят максимум пару джедаев. – Кто будет опасаться отрезанного от Силы преступника? А на обратном пути даже сенатской стражи, скорее всего, не будет… ладно, тогда и посмотрим, что делать! Придется подстраиваться к обстоятельствам. Может, удастся даже увидеться с Оби-Ваном… интересно, чем это он мог разозлить Совет? Энакин невольно вспомнил сцену оглашения приговора, где Кеноби присутствовал наравне с другими членами Совета – успел вернуться с Внешнего Кольца. Скайуокер уже не мог воспользоваться Ощущением, чтобы поймать отголоски эмоций окружающих, а выражение своих лиц присутствующие контролировали очень хорошо. Только сейчас он с удивлением узнал, что Кеноби, вместе с магистром Винду, Сэйси Тийном, Китом Фисто и Пло Куном голосовали тогда в его пользу! – но потом вынуждены были подчиниться решению большинства. Да, встретиться с кем-нибудь из тех, четырех он бы тоже не отказался: можно было бы хоть узнать – какую судьбу уготовил ему Совет в дальнейшем. Остальные бывшие собратья… он теперь даже не знал: кому вообще можно верить!

     Вот и Падме тоже как то странно себя ведет. Что там, на самом деле, случилось с их детьми? – откуда пошли эти дикие слухи и сплетни, что вывалила на него Олана Чион? Из разговоров в Храме Энакин уяснил, что сенатор Амидила вернулась к исполнению своих обязанностей – и даже успела побывать в Храме! Правда, с кем и о чем она тут говорила, собеседники не упоминали. Зато в разговоре мелькнуло, что ее фракция в Сенате тесно сотрудничает с этой самой «комиссией по расследованию антиреспубликанской деятельности». Чем черт не шутит, может им удастся увидеться там, в здании Сената – если она будет в курсе, что его вызывают на допрос – и поговорить, наконец? Как же плохо, что он не может почуять через Силу – все ли с ней в порядке!

     Оторвавшись от бесплодных размышлений, Скайуокер снова устроился на лежанке, изображая перед возможными наблюдателями попытку занятия медитацией. Следовало как можно быстрее восстановить навыки работы со всеми остальными Стихиями: от самого простого, к более сложным приемам. Даже если повезут его завтра, он должен быть готов. Когда, через несколько часов, усталый, Энакин взял со столика чашку с водой, налитой из кувшина, стоявшего там же, - никто из наблюдавших не разглядел, что пальцы руки, якобы подносившие чашку ко рту, совсем не касались ее стенок…

***

   - Падме, это безумие!

   - Почему, Бэйл? Энакин мой… хороший знакомый! – и, да, я не верю обвинениям, которые против него выдвинуты. Совет уже ошибался, раньше: помнишь ту историю, с падаваном Энакина? – тогда справедливость было восстановлена! Так что, я непременно буду в числе тех, кто станет представлять нашу фракцию на слушаниях Комиссии… нам всем надо узнать правду, а не то, что некоторые джедаи за таковую считают.

   - А если они все же правы, и он на самом деле виноват?

   - В чем бы ни была его вина, я не верю, что он изменник!

   - Я тоже. Но, ты помнишь, что нам рассказал Оби-Ван Кеноби?

   - Оби-Ван рассказал нам явно не все, что знает. К тому же, его здесь просто не было, когда все произошло! – лучше все узнать из первых рук, чем принимать решения, довольствуясь чужим пересказом…

   - Хорошо, я поддержу любое твое решение – в конце концов, мы не только политические единомышленники, но и друзья. Только, пожалуйста, будь осторожнее в словах: ты знаешь, как я относился к Палпатину, но одно я могу сказать точно – такого непочтения к закону, которое началось сейчас, при нем бы точно не было! Толпа угрожает Сенату - от нас требуют, чтобы мы начали арестовывать народ пачками. Сейчас требуется максимальная аккуратность в словах и действиях.

   - Спасибо, я очень ценю твою заботу Бэйл! Мне пора идти, встретимся завтра в Сенате…

     Бэйл Органа смотрел, как сенатор Амидала уходит с посадочной площадки внутрь своего жилища. Небольшая свита, встречавшая ее здесь, последовала за ней – кроме пары охранников и капитана Грегори Тайфо: явно собираются дождаться, когда его спидер, на котором он доставил Падме Наберри от здания Сената, улетит. Вежливые ребята, и бдительные – это хорошо, времена сейчас ох какие непростые. Что-то не давало Бэйлу покоя… - вспомнил! – пара дроидов, что сопровождали Амидалу: их, и этого недотепу Бинкса он доставил сейчас вместе с ней, до дома.

   - Капитан Тайфо, можно вас на минутку?

   - В чем дело, господин вице-король?

     Парень был отменно вежлив и корректен – не заискивал, и не пытался держаться запанибрата. Набуанец ему определенно нравился: профессионал, знающий свое дело!

   - Скажите, эти дроиды… точнее, дроид-астромех – откуда он у госпожи Амидалы?

   - Ну, протокольник у нее служит года три. А астромеханика недавно ей привезли клоны: вроде бы, этого дроида она давала Скайуокеру – но, по закону это набуанское имущество. Вот нам его и возвратили. А в чем дело?

   - Я помню, что эти дроиды были как-то связаны с Энакином Скайуокером. Вы видите, капитан, что сейчас происходит на Корусанте?

   - Ну, да… порядок на улицах Лорду-Протектору навести бы, не помешало!

   - Если бы только это! К сожалению, сейчас очень удобно сводить старые счеты – а у госпожи Амидалы много… недоброжелателей в Сенате: у нас не любят честных политиков. Завтра намечаются слушанья в сенатской Комиссии по Расследованию антиреспубликанской деятельности. Многие знают, что ваша хозяйка была близко знакома со Скайуокером. Могут задать очень неудобные вопросы – но, как раз это ничего не значит. А вот эти дроиды… точнее – их блоки памяти! – в них наверняка содержится слишком много того, что сенатор Амидала никогда не пожелает сделать публичным достоянием.

   - К чему вы клоните, господин Органа?

   - Когда этим дроидам последний раз чистили память?

   - Аааа! Вот оно что – спасибо, господин вице-король! Я позабочусь о том, чтобы моей госпоже ничего не угрожало…

     Бэйл попрощался с капитаном Тайфо. Через минуту его аэроспидер уже парил в подходящем транспортном потоке, высоко над поверхностью планеты, неся сенатора к его собственному жилищу. Что же, одной заботой меньше: роль лидера фракции, которую Органа последнее время все чаще на себя примерял, вещь хлопотная.

+3

540

Продолжение.

***

   - Ну, рассказывай Мэйс, как ты докатился до жизни такой?

     Мэйс хмуро посмотрел на старого, седовласого косианца: нет, не шутит. Настроение, и без того поганое, ухудшилось еще больше. Судя по риторической фразе старого мастера то, что он нарыл в своем расследовании, ничего хорошего не сулило. Ладно, правила игры нужно соблюдать…

   - Я думал, что это ты, мастер Тера, что-то мне расскажешь.

   - Рассказать мне есть чего. С каких новостей мне начинать? С плохих, или с очень плохих?

   - Хороших новостей, как я понимаю, у тебя нет?

   - Почему же – Кеноби со своим падаваном, и еще с парой молодых ребят, благополучно добрались до Мандалора. В наше время, это уже хорошая новость. Но, тебе ведь не про это нужно?

   - Считаешь, что Оби-Вану могло что-то угрожать?

   - Мэйс, не прикидывайся наивным юнлингом! – После того, как он высказал Совету все, что о вас думает, и заявил, что уходит из Ордена совсем… - я удивляюсь, что ему вообще удалось покинуть здание Храма! А уж то, что с ним улетело трое падаванов, так с точки зрения наших любителей блюсти Свет, нравственность и порядок – вообще ни в какие ворота лезть не должно.

   - Там, на Совете, мне показалось, что никто не поверил, что Кеноби собирался уходить всерьез. Точнее, уходить из Ордена: Ки-Ади-Мунди даже собирался уговорить его остаться и в Совете тоже.

   - А Оби-Ван быстро сделал ноги, как по аналогичным поводам обычно выражаются на нижних уровнях Корусанта. По моему, так очень вовремя!

   - Ты говоришь так, как будто дело идет о какой-то банде, вроде Черного Солнца!

   - Ох, магистр Винду – откройте глаза пошире: сейчас у нас тут обстановка не лучше, чем в этой почтенной организации теневого бизнеса. Уже разборки за власть и влияние, с человеческими жертвами, пошли!

   - Хорошо, а можно подробнее?

     Старый мастер, согбенно опирающийся на тросточку, слегка покачал головой и начал рассказывать Мэйсу то, что ему удалось разузнать по тем вопросам, которые интересовали магистра.

   - В общем, Мэйс, поимели вас всех классически, с помощью элементарной подставы! Просмотрел я видеозаписи из комнат Скайуокера, и показал их надежным людям. Уже одно то, что записи были якобы «частично испорчены», и не содержали звукового сопровождения, должно было бы насторожить Совет: вам такое дерьмо ведь уже скормили, один раз, не правда ли? – когда ложно обвинили Асоку Тано. Любой полицейский сразу же скажет: имел место сговор между охраной, и Оланой Чион. Цель сговора? – спровоцировать Скайуокера на агрессию! – чтобы охрана имела полное право применить Силу для его «нейтрализации» На юридическом языке это называется «обеспечить алиби».

   - Я знаю, что такое алиби.

   - Не перебивай! Я еще не закончил. Кстати, Кеноби со Скайуокером разговаривал – пусть даже в присутствии кого-то еще?

   - Нет, а что?

   - Значит он на самом деле такой хороший следак, как мне про него говорили: смог как то зацепиться за улики и откопать истину сам. Как мне тут донесли, что он подробностями этого «несчастного случая» интересовался: и кое-кого из причастных к тому делу расспрашивал, сам. Так что, я как раз не удивлен его бегством с Корусанта.

   - Тогда, почему он не сказал мне, или еще кому? – это же не его личное дело: если вы и он правы, то дело идет о безопасности Ордена!

   - Мэйс! Все эти несоответствия, нелепости и улики были у Совета перед глазами все это время – почему никто из вас не ударил пальцем о палец, чтобы установить истину? Почему вы вообще поверили этим вздорным обвинениям против не самого плохого члена нашего Ордена? Между прочим, того, кто не раз делом доказывал свою преданность!

   - Но, Суун Бейтс…

   - Несомненно, достойный джедай! – ни пятнышка Тьмы в ауре. Ни разу ни в чем не ошибся, в отличие от Скайуокера. То, что Скайуокер все время занимался делами, которые ему поручали Совет и Республика, это же не считается? – И не учитывается, что когда делаешь дела, то неизбежны и ошибки…

   - Как будто Бэйтс делами не занимался!

   - Скажем так: есть дела – и есть дела. Делом жизни мастера Бэйтса является получить возможность указывать Ордену путь, по которому ему надо следовать – причем, согласно воззрениям магистра Сууна. Проще говоря – получить как можно больше власти и влияния в Храме. Так вот, переходя к сути моего расследования: Как мне стало понятно, Суун Бейтс и группа его единомышленников в Ордене – не так уж и большая, но и не малая! – взяла на себя право претворить эти свои воззрения в жизнь. Любыми подходящими, с их точки зрения, способами. Не то, чтобы они имели что-то лично против Скайуокера - Энакину просто не повезло оказаться на пути осуществления их великих планов…

     Итак, с технической точки зрения все было сделано топорно, но эффектно: Скайуокер действительно сорвался! Личность провокаторши, не побоюсь этого слова, мы обсуждать не будем – это просто мелкая фигурка на доске. Скорее даже – отыгранная карта. Недаром Бейтс и компания даже не убрали ее из Храма: ее, как ту террористку, саму использовали втемную – пользуясь ее негативным отношением к Скайуокеру лично. Идем дальше. Оба Стража Храма, что замешаны в этом деле – совсем другая история: для Бэйтса это ценные кадры! Как я узнал, обоих практически тут же, сразу после поверхностного расследования, услали с Корусанта с какой-то мелкой миссией – явно на случай более серьезного разбирательства.

   - События вокруг Алмасской Академии нельзя назвать «поводом для мелкой миссии».

   - Мелкая, мелкая! – для проведения расследования было бы достаточно одного джедая, занимающегося подобными делами профессионально – вроде того же Кеноби, или еще кого. Ни Т’Ка Элвиин, ни Ваан Ра-Сейт подобным опытом не обладают: вся их карьера – это служба в Страже. Конечно, мастер Элвиин имеет богатый опыт – но это опыт иного рода. А если братьям с Алмаса нужна была силовая поддержка, то пару джедаев отправлять тем более было бессмысленно – тут нужна была бы целая команда! – или хотя бы легион клонов, в придачу к этой парочке.

   - Считаешь, нужно их отозвать, и заняться разбирательством?

   - Да нет, бессмысленно: эти тебе ничего полезного не скажут – хотя я уверен, что оба знают очень и очень многое! Ты сплетнями не интересуешься?

   - К чему подобный вопрос?

   - Я про личную жизнь кое-кого из наших братьев: кто-то романы с красивыми и полезными делу Ордена сенаторшами или герцогинями крутит – а кто-то обходится тем, что имеет под рукой…

   - Странный намек. Как я понимаю, это про Элвиина и Ра-Сейта?

   - Про них, про них: Стража у нас вообще очень закрытая корпорация внутри Ордена – но, кое-что просачивается наружу и оттуда. Только намеки и сплетни – не более! В суд я бы с таким не пошел – а то еще и самого могут привлечь к ответственности, за клевету и диффамацию.

   - Так эти двое…

   - Джедаям любить не запрещено, да. И нигде не сказано, что предмет любви не может быть с тобой одного пола.

   - Полагаешь, Суун Бейтс может держать их в руках, шантажируя отношениями?

   - Шантаж… ну, не так грубо! Да и Суун там не один, сам по себе. В общем, из этих ты ничего не выколотишь. По крайней мере, если их не удастся связать с теми мерзавцами, что прилетели за Скайуокером – представившись Стражей Сената.

   - Тут дело наверняка глухое: когда все произошло, тех двоих уже не было на планете!

   - А ты поищи! Сейчас в твоем распоряжении все силовые ведомства и спецслужбы Республики – пока ты Лорд-Протектор. Тот же Айсард: прокол с мнимыми «стражниками» это тень и на Убикторат тоже – он будет искать не за страх, а за совесть. – И своих людей работать заставит, на все сто. Ну, и еще прошедшие беспорядки, с выдвижением политических требований – силовикам это точно не понравилось. Намекни им, что беспорядки могли возникнуть не просто так. Нужны улики, а не ощущения в Силе – дальше надо работать не форсъюзерам, а государственной машине. Эти ребята наверняка оставили массу следов, когда организовывали теракт, чтобы убить Энакина – как важного свидетеля. Было им, что скрывать, раз они его так открыто убрали! Вот, возьми – то, что мне удалось накопать самому…

     Тера Синубе протянул Мэйсу инфокристалл, который тот сразу же спрятал в одном из кармашков на поясе.

   - Тера, зачем ты стараешься помочь мне против Бейтся и его единомышленников?

   - Потому, что ты барахтаешься, тянешь на себе эту неподъемную ношу Ордена и Республики, одновременно. Тянешь в целом, в правильном направлении. Может быть и плохо, но уж как есть. А куда нас заведут, с такими методами,  Бейтс и компания, я предположить, способен – и мне эти предположения совсем не нравятся! Можешь считать меня старым сентиментальным дураком, но Энакин Скайуокер был самым лучшим нашим возможным будущим – таким, каким я хотел бы его видеть. Не просто винтиком в республиканской машине, чем мы стали после Руусана, а неотъемлемой частью обычной жизни – парень бы смог…

   - С Лордами-джедаями, джедайскими родами и семьями…

   - А хоть бы и так! Если нам придется остаться у руля Республики, что-то подобное все равно появится, так или иначе, - может, форма просто будет несколько иной, чем в старые времена. Ты же вон, Протектором заделался – и Республика не рухнула в пропасть. Ладно, нам пора расходиться: место здесь тихое, но лишний раз поберечься не помешает – как-то не хочется, на старости лет, оказаться еще одной жертвой «несчастного случая».

     Мэйс попрощался со старым джедаем, и они разошлись. В голове у магистра уже крутились варианты того, к кому и как лучше стоит подойти, чтобы начать решать эту проблему. Следовало поторопиться, а пешком идти переходами и лестницами далеко. Темнота в проходе под Храмом ему не мешала, а вот когда ее мрак впереди прорезал какой-то отблеск света, магистр Винду насторожился – в той крипте под Храмом, мимо которой он должен был пройти, сейчас, по идее, никого быть вообще было не должно…

+4


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Младший граф