Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Под печатью забвения. Тетрадь 2-я


Под печатью забвения. Тетрадь 2-я

Сообщений 271 страница 277 из 277

271

А недавнее падение остатков-естественное или кто-то поживился?

+1

272

Там веселее. Просто колхоз снес - приличный вид населенного пункта обеспечивали. Типа, восстановлению не подлежит.

0

273

Увы,увы...

0

274

Проект жив, но временно отложен. В настоящее время я редактирую предыдущую книгу "Мятежник 1919. Военспец". Переписываю и дополняю некоторые сцены, произвожу литобработку. В связи с чем прошу извинения у читателей. С наступившим вас Новым годом!

0

275

Приходит сообщение о том, что в теме новый пост, и тут ...
Увы.

0

276

Не прошло и полгода...   http://read.amahrov.ru/smile/rofl.gif  Целых три дня не хватило   http://read.amahrov.ru/smile/JC_thinking.gif 
Вернулась к работе над романом. Тяжело - очень многое нужно вспоминать и восстанавливать.
Хотелось подкопить проды, но меня попросили выложить сколько есть.

***
Лев Каганов
Глава XI

Гомель, 4 апреля 1919 года, 14.30
Митинг тянулся вечность. Хмурые взгляды, тяжелый гул, напряженность в воздухе. Уже выступили и Гуло, и Володько. Речь Володько раздражала – сбивчиво, косноязычно. И заявления проскакивали такие, что только народ понапрасну злобить. Неужто, самому невдомёк? Следом – Цирлин: блекло и не убедительно. Да и сам Лев был сегодня не лучше. С самого начала не заладилось. До рези в висках не хватало Вилецкого. Завел бы речь, как песню. А за ним – и все остальные, как на духу.
Но вот полились заключительные фразы – митинг, наконец, иссяк. Застоявшиеся музыканты грянули Интернационал. Запели нестройно. Без Ауэрбаха и Файншмидта – совсем не то. Это изматывало и изводило. Постоянно – словно в укор о погибших – что-то было не так.
А митингов предстояло много. Завтра один в гарнизоне, послезавтра два – в депо и на заводе. И дальше – каждый день. Ситуацию нужно переламывать. Даже такой митинг, как этот, в пользу. Недовольны, но слышат, слушают!
Другое дело – вскоре вернут в город тульскую бригаду… С теми – разговор особый. Какого лешего выловленных в лесах красноармейцев Штаб Западного фронта тянул в Гомель?! Кто додумался?
Лев шумно выдохнул и, забравшись в нутро «Руссо-Балта», с досадой хлопнул дверцей.
- Юзик, почему автомобиль до сих пор в грязи? Неделя прошла! Ждешь, когда само отвалится? – Не сдержался Лев, отряхивая замаравшееся пальто.
Шмыгнув носом, шофер с кислым видом обернулся.
- Лев Маркович, когда бы? Мы ж с Вами с утра до ночи! Да и я, что ль, загадил?! Каким получил после бандитов!..
- Юзик! – С укоризной пресек его разглагольствования Каганов. – Сегодня же займись!
Они дожидались Цирлина, беседующего у кованных ворот с молодой красивой дамой. Вряд ли Давид флиртовал – слишком уж вид у него был хмурый и сосредоточенный.
- Опаздывать вынуждаешь? – Усмехнулся Лев, когда тот, наконец, подошел к авто. – Или что серьезное?
Цирлин насупился, провожая глазами даму.
- Да так. Старая знакомая. Всем теперь есть дело до скромного Додика. Тебя еще ни за кого не просили?
В его голосе сквозило то ли разочарование, то ли тоска. Отвечать ему, за кого ежедневно просят Лиза и мать, Лев не стал. Тема и в самом деле была неприятной.
- Много внимания для обычной просительницы – не находишь?
- Так ведь не обычная, - глухо признал Давид. – Черт бы ее побрал…
- За кого просит?
Задумчиво свернув «козью ножку» из обрывка газеты, Цирлин закурил.
- Забудь, Каганов. Некому там помогать. Только себе во вред.
Себе во вред… А Лиза себе во вред продолжала просить за гражданку Дорошевич. В первый день словами, теперь – немым укором. Только напрасно всё. Заговорила телефонистка. Посчитала себе в заслугу Лизино спасение. Одно хорошо – заговорила на допросе у Хавкина. Хоть в этом Лев успел – Матвея на нее вовремя навел.
Как быть дальше с этой телеграфисткой –  Каганов еще не решил. Замолвишь словечко – могилевские начнут рыть. И до партийной следственной комиссии допускать не стоило. Вспомнить только, кто в нее вошёл – эти раздуют из мухи слона…
Отмахнувшись от одних тяжелых мыслей, Лев погрузился в другие. Пару часов назад из Могилева прибыл Алексей Маршин, сопровождавший с конвоем из Жлобина в губернский центр партию арестованных мятежников. После обеда военком обещался прийти к Каганову на доклад. И по всей видимости уже ждал его в парткоме.
Лихо завернув в проулок, автомобиль подпрыгнул на колдобинах, и Льва приложило макушкой о потолок.
- Юзик, вредитель! – Морщась и потирая место удара, прошипел Каганов. – Смотри, куда едешь! Прибить решил, чтобы автомобиль не мыть?
- Это точно – помыть бы не мешало, - поддержал Цирлин. – Ездим зачумленные – никакого уважения к себе!
Широко улыбнувшись, Шандало цыкнул.
- Каб специально, Лев Маркович, было б наверняка! Да помою я авто!.. Ну шо Вы, я ж не дитё малое – сто раз повторять. Вон прям сейчас, пока вы тут – и помою! К Горелому болоту сгоняю. Там лужу глубокую насмотрел, со сходнями – самый раз будет, чтобы с ведром...
- Кого-нибудь для охраны возьми, - предупредил Лев. Горелое болото и окрестные кварталы в последние пару лет стали пристанищем попрошаек, прохвостов и проституток. – Скажешь, я распорядился.
Юзик с готовностью кивнул, подруливая к черному ходу парткома.
- Так я Славку возьму? У него рожа – все бандюки от зависти передохнут! Тот еще боров.
- Бери, - выходя из машины, Лев глянул на часы. – К четырем должен управиться, понял?
И не слушая ответ, поднялся по лестнице на второй этаж, к комнате, отведенной себе под кабинет.
Маршин был уже здесь. Опираясь локтями на лесничные перила, курил, но, заслышав шаги, обернулся. Приветливо кивнул, распрямляя плечи.
Пожав друг другу руки, они молча прошли в кабинет. Задержавшись на миг у секретера, Алексей поднял какой-то бланк, лежавший поверх исписанной стопки бумаги.
- Так и есть, - без эмоций выдохнул он, скомкав листок и грузно приземлившись на стул возле стола.
- Ты о чем? – Поинтересовался Лев, наполнив себе стакан воды из графина. Прикрыв веки, жадно выпил до дна.
- Да так, бывал здесь раньше, - Алексей показал глазами по сторонам. – При туляках. Его, кстати, позавчера расстреляли. И не допросили толком. Болваны самонадеянные.
Каганов вскинул на него удивленные глаза. И налил еще один стакан.
- Воду будешь? Нет? Как знаешь, - выдохнул он и одним махом, словно водку, выпил. Утирая губы, все же уточнил. – Ты о ком? Кого расстреляли?
- Двадцать девять человек. Большей частью – военспецов тульских. Знаешь уже? Деятели!.. Под горячую руку, видишь ли, пришлись! Сколько сведений коту под хвост!..
- Недозбруев?.. – Напряженно уточнил Каганов.
- Нет, этот ушёл. Если свои не прибили, значит точно ушёл.
Известие разочаровало.
- Откуда такие сведения? Пыжев ведь сообщал в Центр, что главари и штаб – все арестованы! – Вспылил Лев.
Скривившись, Маршин небрежно отмахнулся.
- Выслуживается. И штаб – совсем не весь. Начальник штаба ушёл, и другие еще. Ушли все, кто хотел. Половина расстрелянных – сама сдалась в плен. Про Недозбруева не совсем ясно. Чёрт знает. Одни про его похороны трезвонят, другие говорят – жив-здоров.
Мрачный тон военкома, как и его преисполненная сарказмом физиономия, вызывали раздражение. Он по-прежнему был откровенен или же старался выглядеть таковым. То ли принял сторону Каганова, то ли провоцировал?
Лев перевел дыхание. От обострившейся подозрительности чувствовал себя сходящим с ума.
- Но и это еще не все, - меж тем продолжал Маршин. – Слышал ли о такой фигуре: некто Кридинер, председатель повстанческого комитета?
Каганов угрюмо кивнул. Фамилии, конечно, не помнил, но о самой персоне многие рассказывали. Жестокий, истеричный, сумасбродный. Бледный офицерик-юнец, издевавшийся над заключенными.
- Морфинистом оказался. На чем и попался, – иезуитская усмешка тронула губы Алексея. – С ним вместе шел кто-то – так  ограбили и бросили одного в крестьянской хате. Совсем не в себе был, когда наши обнаружили.

Отредактировано AbaKumada (11-07-2017 18:11:21)

+2

277

Дождались светлого праздника!

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Под печатью забвения. Тетрадь 2-я