Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Там, где нас нет...


Там, где нас нет...

Сообщений 51 страница 60 из 517

51

Тело «патриция» от моего удара только пятками в воздухе сверкнуло. И как удачно получилось: как раз один из упавших у него за спиной с четверенек пытался подняться! Прям кино какое-то!
Дальше всё банально — я старался чтобы никто не смог после моих ударов с пола подняться. Лупил каждого, кто только-только приподнимался. Иногда правда, пинком отправлял ближайшее тело в ближайшую же поднимающуюся тушку. По тому же «принципу боулинга».
И... ну и жирные они все! Такое впечатление, что подушки избиваешь. Я уже и не пытался бить в корпус — там ещё как-то надо сподобиться пробить жировые отложения. А харя... Она как-то более доступна для «лечебных зуботычин».
Кстати Чуня, как только запахло жареным, куда-то испарился как волшебник. И правильно! Даже случайно под мой удар не подвернётся.
Через пять минут никто даже и не пытался подняться.
Лежали вповалку один на другом и тихо скулили.
Жирдяй, что в моих кроссовках, стоял на четвереньках и никак не мог свести глаза в кучу. Видать его таки хорошо «пробил».
Я подскочил к нему, схватил за шиворот и выволок из нашего сарая. И уже там, под большим раскидистым деревом, что закрывало наше хлипкое жилище от полуденного солнца,  продолжил «воспитательную беседу».
Правда, был не полдень. И солнце только всходило. И светило в спину нашим «стражам». Я их и увидел только после того, как они бочком-бочком обошли нас и растерянно остановились поодаль. Дубль два: прошлый раз они так крабиками передвигались когда я пытался магичить(а пытался я часто) и они это заметили. И хари скроили ныне  - как тогда. Ну прям как Чуня в аналогичной ситуации!
У меня как раз вся злость уже повыветрилась  и я решил таки завершать. Взял руку сановного урода в локтевой залом, поставил ногу ему на харю и прошипел те слова, что уже знал из местного языка.
- Одно оскорбление —  просто наказание. Два оскорбления — смерть! Ты — грязь!
Мужика проняло.
Когда я отпустил его руку, он поспешно выплюнул осколки зубов  и с невероятной скоростью разулся. Тут и зак Чуня «подсобил» - выскочил откуда-то и начал отвешивать мне самые почтительные поклоны. Я даже и представить не мог, что поклоны могут быть исполнены с таким артистизмом, с таким значением и... вдохновением. Из дверей нашей хибары за всем этим представлением, со страхом на прогрессирующе опухающих ряхах,  наблюдало сообщество вельможных рабов.
Я грозно глянул в сторону сидящего в пыли «патриция». Он сидел на заднице и на его побитой морде весело и красиво наливался второй фингал. Точный близнец первого. Благодаря чему, рожа всё больше теряла асимметрию, становившись симметрично опухшей, малиново-синюшной и одинаково заплывшими глазами — до люто монголоидной узкоглазости. Ну ни дать ни взять  - китайский мандарин!
И тут меня осенило. Зак давеча чего-то мне там пытался втереть про печати на шее. И я заметил, что у всех, кого бы я ни встречал, эти печати есть. Даже за это небольшое время научился отличать печати крестьян от печатей воинов и  всяких прочих.

+4

52

У вельмож, что передо мной, тоже были печати. Причём одна часть печати у всех была одинаковой. Другая же, которая ловко вплеталась в первую, как в основу, у некоторых была разная. Причём чем старше индивид, тем длиннее был узор.
«Как родословная или... или послужной список» - подумал я. - «А что? Очень удобно: смотришь на эту «трудовую книжку» и видно сразу кем был, кем стал и есть ли взыскания».
Но вот у меня такой печати не было.
Я, получается, лицо без статуса. И то, как ко мне обращался Чуня, можно было судить, что положение это... довольно высокое. Вот только я впечатление от него сильно смазал.
Смазал тем, что стал работать.
И тут я вспомнил, что ещё на Руси, в средние века, бояре носили кафтаны с длинными рукавами. Чтобы показать то, что они принципиально не работают!
«Вот! Это родовая черта всех паразитов и эксплуататоров! - осенило меня. - НЕ РАБОТАТЬ! И если ты начал работать, ты тем самым, выбываешь из своей страты! Ты себя позоришь!!!».
Ну что же: дурное дело не хитрое. И если  я изначально взялся отстаивать добро, то... кулаки мои установят и новые законы, и новые правила приличия!
Оставалось лишь проверить гипотезу.
Гипотезу о том, что без клейма тут ходят только челы с о-очень высоким рангом.
Я не торопясь расстегнул рубашку и продемонстрировал всем свою чистую шею и плечи.
Эффект был потрясающий. Зак, немедленно опустился на колени, упёрся ладошками в землю и чуть не тюкнулся в них головой отвешивая поклон.
«Так! Значит, я не ошибся. Отсутствие клейма — знак именно Высшей Аристократии».

+5

53

******

Меня бросили в пыль как  грязную тряпку. Не забыв уткнуть меня  лицом в землю. Большая шляпа, так любовно мной слепленная из тростника, отлетела куда-то поломанная. Так что лежал  в пыли и без шляпы, и без рубашки, которую решил слегка простирать после стычки с идиотами.
Я скосил глаза. Стало ещё более грустно. Шляпу, если уцелею, придётся делать заново. Какая-то... самка собаки, из вельмож, не преминула потоптаться по ней, благо им под ноги отлетела.  И полный мрак: не знаю  какова моя судьба — сохранят ли мне жизнь или просто посадят в местный аналог зиндана.
Я слегка пошевелился и тут же  один из стражей грубо наступил мне сапогом на спину типа: «Не рыпайся пред Высочайшим!».
Я забыл: Конфликты разбирает господин. И он же карает.
Кажется, я влип.
Каким-то манером, о том, что произошло в бараке рабов, стало известно нашему латифундисту и рабовладельцу. Скорее всего какая-то скотина на меня пожаловалась из вельмож, так как  уже через полчаса припёрлись «судьи».
Не успела пыль от драки улечься, не успели мы засесть за утреннюю порцию баланды, прискакали весьма круто вооружённые воины. Сопровождали они какого-то хмыря в расшитых халатах и в не менее выпендрёжной шляпе.
Кстати халатов на том типсусе было реально много. Это от статуса, что-ли? И вообще как ему не жарко в таком облачении? Но... Как оказалось, это наш рабовладелец.
Он степенно слез с коня. При этом один из воинов, услужливо стал у коня на четвереньки, чтобы этот закутанный в халаты хрен, смог использовать его бронированную спину как ступеньку.
На этот раз я не стал выделываться. Это было бы уже смертельно опасно. Не хмырь с подбитым глазом в сопровождении своего чванства передо мной. А вполне себе крутой пахан в сопровождении своих боевиков. Причём весьма и очень серьёзных боевиков, судя по кольчугам, щитам и мечам, совершенно не выглядевшими поделкой деревенского коекакера.
Краем глаза уловил взгляд рабовладельца, брошенный в мой адрес — хитрющий и заинтересованный. Вообще его маленькое личико так и светилось какой-то иезуитской хитрецой, из-за постоянной улыбочки, которую он держал как приклеенную.

Вот спрашивается: и не лень было этому хмырю в шляпе переться в раннюю рань к своим рабам? Или тут опять какие-то заморочки, которые мне неизвестны? Но... Если голодранцев казнили за то, что не уследили и один из рабов помер, то может быть и меня не сильно прибьют?
Что-то я размечтался...
Хари у вояк зверские. Всячески демонстрируют что посекут своими шашками по малейшему шевелению мизинца босса. Да и сам хозяин старался не выказывать нам ни грана внимания и уважения — слез с коня, и не глядя по сторонам проследовал в тут же появившееся откуда-то удобное кресло.
Поманил одного из вельможных рабов пальцем.

+2

54

Тот выбежал как собачонка, издаля начав кланяться, и прерывающимся от восторгов голосом стал гнать какое-то славословие. Не забывая при этом, как говорится, «есть начальство глазами».
Раб был мерзкий. Из тех мелких и гнусных лизоблюдов, которые изо всех сил лебезят перед сильными и унижают по любой мелкой причине всех, кто под ним.  Особенно злобными такие становятся, если видят неудовольствие начальства по отношению к кому-либо. На них они кидаются как бешеные собаки.
И вот сейчас, подбежав к боссу, чуть ли не вылизывая по дороге пыль под ногами он с особым подобострастием  указал на меня. Стал рядом, изогнувшись почти под прямым углом и с лютой жаждой в глазах стал ждать других приказаний.
Было видно: скажут «фас» - он на меня  вс голыми руками кинется с самым серьёзным намереньем убить. Причём обгоняя всех прочих.
Звали этого хмыря, Баи Дик.
Из таких получаются отменные собаки. Двуногие. Собаки типа шавка.
Тут же появился в первых рядах согбенных вельможных рабов, стоящих на коленях и побитый «патриций».
И как это увидел, тут же понял: я влетел в полную, чернейшую жопу.
Оставалось лишь ждать развития ситуации и надеяться.

Тут стоит слегка отвлечься и пояснить для непонятливых тонкости ситуации. А ситуация с тем «патрицием» вышла действительно скверная. Получалось так, что я не мог не поступить так, как поступил. Иначе...
Если бы я согнулся меня бы без вариантов ошкурили. На основании признания мной верховенства того заносчивого. А так как вся эта вельможная тусовка рабов держала меня за низший сорт... На башмаках не остановились бы. Содрали бы всё, что только возможно. И начали бы со штиблет для того, высокопоставленного в прошлом,  м..ка.
Закончили бы исподним.
То есть, по окончании сей процедуры «опускания», я бы оказался не просто на дне этой рабской иерархии, а вообще без трусов. Натурально. Всё бы забрали. Чисто из мести.
Спросите, откуда я это знал? Да на их рожи глядя эта судьба читалась как по открытой книге. Им не хватало вожака типа этого «патриция», чтобы меня ошкурить. Всё-таки они меня побаивались. А тут — появляется некто, кто становится вожаком. Приказывающим. Дающим им право на меня кидаться. Вот и кинулись. И получили отлуп.
Мог ли я на статус при этом новоприбывшем обменять обувь? Но как?
Обменять на гэта? Не вариант! В них бегать? Вы пробовали БЫСТРО и долго бегать в тапочках? А те сандалии по типу тапочек: чуть зазевался -  слетают с ноги.
И если я собрался бежать из рабов, то... Повредить тоги,  бегая по этим лесам — раз плюнуть. А раз так, без нормальной обуви и думать нечего о побеге.
Словом, не судьба была отвертеться от конфликта с тем чванливым вельможей. Да и вообще: если бы я тогда прогнулся — перестал бы себя уважать. И неизвестно что хуже — быть битым или оказаться на самом дне даже рабского сообщества.
Впрочем... Не успокаиваю ли я себя, перед тем как укоротиться на голову?

Отредактировано Крысолов (03-10-2016 12:45:09)

+2

55

Интерлюдия: Азума, Великий Кардинал Тайны Неназываемого.

Баи Дик был дураком.
Конченым.
Но эта его черта  с лихвой компенсировалась, почти животным пресмыкательством пред сильными и полной всеядностью: вчера ревностно служил при дворе Карама, добился даже поста главного писаря; сейчас, без переходов и даже тени смущения,  наушничает новой власти и лебезит пред ней.
Азума смотрел на него из полуприкрытых глаз и думал как бывает противно, когда невозможно обойтись без таких вот... Низких и гнусных. Дик был банальным наушником. И пресмыкался пред высшими тем, что доносил на всех, на кого ни укажут. Или не укажут. Просто по велению своей низкой душонки.
Тем он и ценен был при том ещё Дворе, что имел нужную для некоторых высших сановников осведомлённость. Обо всех. И часто такую... компрометирующую. Позволяющую при случае, взять за шляпу зарвавшегося. А при особом случае и поменять ему шляпу на более низкую. По тому же доносу Баи Дика.
Когда Баи начинал говорить, голос у него от подобострастия спирало, и он начинал хихикать. И хихикал он гнусно. От этого на душе у Азумы, от этого его «гыгык-гыгык», в конце каждой фразы, становилось  ещё более мерзко.
Но чем дальше он слушал злобно-подобострастные речи Баи Дика, тем интереснее становилось. Оказывается, его идея с постановкой над всеми вельможами некоего начальника, неожиданно получила своё подкрепление. Причём с неожиданной стороны.
Да, он, отправив только что пойманного Главного Церемониймейстера на плантации к остальным вельможам двора, рассчитывал, что он и станет эдаким «главарём». Но то, что он автоматически становился также и выше, Азуму сильно не устраивало. Ведь ясно было сказано Великим Азимбой — ВСЕХ!
А если надо было унизить всех, то и этого тоже.
Посетовав на то, что прямо сразу это сделать невозможно, он отложил уничтожение статуса Главного Церемониймейстера на потом. На те времена, когда будут уничтожены статусы вельмож. Но вот оно как интересно обернулось!
Этот неизвестный повёл себя так... удачно!
Сам опустился вниз, стал, по сути, крестьянином — его шляпа, которую сейчас топчет один из вельможных рабов, как раз тому свидетельство — так ещё и пытается стать выше этих...
Не стал кланяться Церемониймейстеру. Не смирился с потерей обуви. А отбил её.
Ну что же? Похвально!
Тем более, что если эти вельможи — рабы, то по Закону отбирать обувь у крестьянина — преступление. Поступим-ка по Закону! А это значит, узаконим и его статус, и его поступок.
"К тому же... Эксперимент моего мага". - отметил особо Азума.

+1

56

Он говорит, что сломать Печать и заменить её — возможно. И если он прав... То открываются великие перспективы!  Впрочем, о которых можно... И НУЖНО умолчать. Ведь Великий Азимба хотел унизить вполне конкретных. Сломать их Дух. Так я и выполню это. А то, что в ходе Неслыханного, будет получен интересный результат — это уже совершенно другое.

Азума посмотрел воина, который сейчас, обнажив меч, и поставив ногу на спину «виновника» ожидал его решения. И сделал жест рукой — подними его.
Воин сделал это быстро. Мгновение, и  он вздёрнул лежащего в пыли, потерявшего свою шляпу на ноги. Ещё мгновение, и ударом под дых он сгибает поднятого.
Всё правильно.
А теперь можно и разыграть представление. Представление под названием Суд.
Азума любил театр. У него самого был один из лучших в Царстве Зари.
Царственным жестом подозвал зака-раба, который вызвался быть свидетелем за этого... Ан Де. Тот безупречно кланяясь приблизился на положенные десять шагов и замер согбенный. Всё, как полагается на Суде.
Следующий жест и воин, стоящий при «подсудимом» хватает его, и протащив почти волоком ставит того на колени также в десяти шагах от Азумы-судьи.
Ещё один жест... Этому... с грубой булыжной харей и преданными глазами мелкой собачонки. Фу! Даже имя произносить противно! Даже в мыслях!
Баи Дик семенит на своё место — место прокурора.
Азума ещё раз окидывает взглядом опухшие лица вельможных рабов и с удовлетворением отмечает следы серьёзных побоев. А также следы серьёзного унижения, которому подверг их этот раб Ан Де.
Это хорошо!
Вельможи и их Достоинство Высших...
Их надо сломать? Вот этот... Ан Де... нам  и сделает требуемое.
Без нашего вмешательства. Он уже врос в рабскую шкуру. И если прямо над недавними вельможами, но ныне рабами, будет некто, кто по «ментальному аромату» принц, то ему им будет привычнее поклоняться. Он их заставит. Уже заставил. Ему надо в этом чуть-чуть помочь.
И тем быстрее из них выветрится дух Печати, тем быстрее её можно будет изменить.
Вот только что делать  с этим «как-бы принцем»?
Впрочем, время всё правит. И этого тоже. Пусть привыкает к тому, что он раб. Хоть и старший. А там  и ему Печать поставим. Крестьянина. А после, поверх — старосты. Пусть будет у меня старостой той деревни. И «в награду» дадим ему какую-то девку из крестьян. Хотя бы ту, что дочка нынешнего старосты.
Азума не сдержался и удовлетворённо ухмыльнулся.
Открыл было рот и … слова застряли в глотке.
«А ведь действительно! - возникшая мысль была неожиданной и пугающей. - Если он опустился до крестьянина, то почему у него ТАКОЙ «ментальный аромат»?!!».

******

+3

57

******

Суд был своеобразным...
Как я понял, от каждой стороны, выделялось по представителю. Со стороны пострадавшей, - того «патриция», - был лизоблюд Баи Дик. С моей стороны, самоназначился мой знакомец зак Чуня. Каждой стороне, начиная с «пострадавшей», по очереди предоставлялось право высказаться.
Сам «пострадавший» стоял тут же, в паре шагов за мной и помалкивал отсверкивая своими фингалами. А «прокурор» с адвокатом, переругивались через меня. Ибо я стоял как раз на линии соединявшей Чуню с Диком.
Баи Дик нёс, судя по его тону, какую-то высокопарно-напыщенную пургу, часто срываясь на крик и проклятия. На что Чуня отвечал тихо, вежливо и... как-то очень ядовито. Причём, даже я почувствовал в его внешне подобострастной речи, увитой разными словесными красивостями, почти неприкрытую издёвку.
Умеет же, крысёныш! Уважаю!
Как началась эта перепалка, я чуть расслабился и... вы представляете, начал выхватывать фразы и слова, запоминать! Учиться языку!
Блин! Меня тут в любую секунду могут грохнуть, а я...
Да уж! Психика человека — феерическая хрень. Чего только от себя ожидать, если в условиях даже смертельной опасности моё подсознание такие фортели выделывает?!
Но может быть я перегорел? И вся эта постоянная нервотрёпка таки меня настолько задрала, что я уже ко всему стал относиться как к погоде. Типа «ну убьют меня, и что?». М-да!
Меж тем, Баи Дик, разве что рычать не начал как заправский пёс. А Чуня только и знает, что льстиво улыбается и кланяется, между делом вставляя очередную витиеватую речевую конструкцию, выдержанную в том же льстиво-издевательском тоне по отношению к Дику. Когда же он обращался к рабовладельцу, тон его менялся кардинально. Тут уже — полное уважение и подобострастие. Правда и подобострастие не как у Дика, а строго дозированное — не больше, но и не меньше определённого предела.
Видно что-то у Чуни получается такое...
Я, насколько мне было возможно в согбенном состоянии, краем глаза глянул на «судью». Тот подперев постоянно лыбящуюся харю кулаком, как цирк наблюдал за всеми нами. Периодически вставляя, для поддержания накала страстей тот или инойвопросец то Чуне, то Баи Дику.
Но!
Мне это кажется, или нет, но этот рабовладелец, решил поиздеваться над всеми вельможами?
Ведь как его поведение иначе истолковать? И ведь было видно, что эта каналья, сначала внимательно прислушивающаяся к тому, что говорили сначала Баи Дик, а потом Чу Ни, вдруг потерял интерес к оппонентам и с превеликим ехидством уставился на вельмож.
Бросил снисходительный взгляд на меня, потом долго сверлил взглядом Дика, от чего тот стал заикаться, и когда этот недоделанный прокурор таки заткнулся, сквозь зевоту провозгласил приговор. Я уж приготовился потерять голову, но...  Вместо свиста шашки стражника, я услышал дружный стон. Позади себя. Стон десятка глоток вельможных рабов.
И здесь, вместо того, чтобы отрубить голову, меня грубо поставили на ноги и снова двинули в печень. Чтобы согнулся перед рабовладельцем. Но уже ясно было, что казнить меня не будут. Иначе бы уже был бы мёртвым.
Мой страж, меж тем, удерживая меня за шею, в согбенном состоянии, дёрнул меня за волосы. Очевидно, чтобы я «узрел неземную красоту» нашего хозяина, наконец снизошедшего до того, чтобы обратиться непосредственно ко мне.
И ведь, блин! Надо же: моё услужливое подсознание, вдруг, без переходов выдало мне полное понимание всего того, что этот закутанный в халатики провозгласил!

+2

58

Рабовладелец,(Азума, да? Не расслышал...) сохраняя всё то же ехидное выражение лица, как выплюнул: «Ты, награждаешься. Ты теперь старший раб. Служи мне хорошо и будешь награждён больше. Если будешь хорошо служить, я тебя переведу в крестьяне и дам тебе статус... В отличие от всяких прочих!».
Последнюю фразу он произнёс как-бы поверх моей головы. Ясно к кому обращаясь.
Мой страж, снова согнул меня, чуть не воткнув лбом в землю. Но для меня это уже было мелочью. Я твёрдо уверился, что убивать меня, хотя бы сейчас, не будут. И то хорошо. А вот эти, что за моей спиной!... Особенно  тот самый, что Байдик1(3)... Я ему не тросточкой... специально дубину найду чтобы спал отныне только ср...ой к верху! Блин, дубина! Ведь явно, что именно он донёс!
Но вот как донёс? Сам добежал до фазенды, или кому-то передал?
Скорее второе... Как раз тогда, когда я их не контролировал. Когда стирал рубаху.
Надо бы выяснить!

Когда отбыл рабовладелец прихватив с собой и своих железнобоких мордоворотов, я обернулся к своим, теперь уже, подопечным. Обвёл их мрачным взором, от чего многие потупив взор на побитых харях, попытались спрятаться за спины своих же. Один только «патриций» стоял и стрелял в меня исподлобья злобными взглядами. Видно никак не мог смириться с тем, что меня поставили выше него. Ну... это лечится! И скоро он это узнает.
Только Чуня стоял в сторонке и улыбался. И в улыбке у него не было ни грамма подобострастия или страха. Когда я упёрся и в него взглядом, тот коротко поклонился и во взоре у него прорезалось даже удовлетворение. Собственно за дело — ведь явно тот Азума принял своё решение не в последнюю очередь под влиянием адвокатской речи Чуни.
Я также как и он, коротко кивнул ему, показывая, что принял и благодарен. Чуня, выходит, вернул свой долг — за своё спасение. Это хорошо.
А вот где тот засранец, так умеющий вилять своим задом?! Что меня так злобно поливал бранью, выступая за прокурора?
Его нигде не было видно.
Но... Пропажа нашлась быстро.
Вынырнув из-за угла нашей хибары, Баи Дик засеменил  в сторону «патриция» Дуки, кланяясь ему на ходу. Меня он и в грош, как видно, не ставил. Но и я не спешил. Пускай покажет себя. Больнее падать будет.
Так оно и вышло.
Рассыпавшись в льстивых словесах по отношению к мрачному «патрицию», он ко мне даже задом стал.
Я молчал. И ждал. Продолжения. Ведь явно и по моему адресу у этого дурака есть заготовленная речуга. И я не ошибся в своих ожиданиях.

+3

59

Повернувшись ко мне, сей индюк сменил выражение морды на заносчивое и понёс на меня какую-то ахинею насчёт почтительности. И постоянно в его речи мелькал Его-чего-то-там Азума. Причём в контексте, что, дескать, Он, Баи Дик, «Голос» сего «Чего-то-там» Азумы,  а раз так, то он выше меня и я пред ним «должен кланяться за десять шагов». И так далее и тому подобное.
Как я помнил из жестов и прочих взглядов того самого Азумы, хмыря Дика он ни в грош не ставил. Да ещё и брезгливость выказал. А раз так...
Я ещё немного послушал, как  Баи Дик разливается соловьём в свою честь и честь покровителя, и шагнул навстречу. Молча. Но чтобы он не понял моих истинных намерений  постарался держать харю невозмутимой.
Но когда он оказался в пределах досягаемости моих кулаков... вложился от души.
Широко взмахнув руками, от неожиданности, Баи Дик полетел на землю. Быстро перекатился и сев на задницу, уже возмущённо что-то попытался провякать. Но продолжить я ему не дал. Схватил за шиворот, поставил его на ноги и вломил ещё.
И ещё.
И ещё.
Лупил его до тех пор, пока не понял  что хватит.
Размазывая по лицу кровавые сопли Баи Дик сучил ножками по пыли и пытался отодвинуться от меня подальше. В глазах его был самый, что ни на есть животный страх. Страх обречённости.
И... мне что-то показалось. Что-то, что мелькнуло перед глазами, когда я очередной раз свалил Баи Дика на землю. Что-то, произошло с его «печатью». Хоть и казалось это невероятным, но мне привиделось, что эта тату у него каким-то образом изменилась.
Я подошёл к поверженному вельможе и потянулся к нему. Тот тонко завизжал от страха и попытался отодвинуться. Но я перехватил его и рванул у него ворот. Чтобы была  видна его печать статуса.
Убрал трясущиеся руки Дика, чтобы они не загораживали мне обзор и вгляделся.
Действительно.
Какая-то чертовщина.
Печать изменилась.
Она стала какой-то... потрёпанной что-ли?
Изящные завитки потеряли свою совершенную округлость и превратились в нечто изломанное. Хоть и по краям, но...

+3

60

Я дотронулся до края печати и попытался размазать её. Но не тут-то было. Печать вела себя как натуральная татушка и размазываться не желала. Более того, она выглядела как единое целое со шкурой этого битого бывшего вельможи.
Отпустив, наконец его ворот я брезгливо вытер об него руки, запачкавшиеся в его соплях и крови.
Пора было заняться другим, более серьёзным, чем показ своей альфасамцовости, делом.
Пора было толкануть свою «тронную речь».
Тронную речь главного раба.
Я отошёл от всё ещё скулящего от ужаса раба Баи Дика, выпрямился и, собрав весь наличный словарный запас, обратился к остальным. Те как стояли вдоль стены нашей хибары, так и остались там. Ведь деваться-то некуда!
- Я главный. Меня слушать и повиноваться. Я отвечаю за вас. Я забочусь о вас. Кто не слушать — будет бит.
И показал на Баи Дика.
- Подчиняться мне. - Продолжил я в том же повелительном наклонении. - Не мешать мне. И я вас спасать. Вы будете жить. Иначе...
Я снова показал на всё ещё валяющегося в пыли раба.
И что-то мне показалось, но его печать снова изменилась. Показалось или нет, но на ней пропала парочка завитков и она стала проще.
На этот раз я не стал уточнять. Ибо было мерзко даже прикасаться к этой мрази.
Я глянул на зака. Тот, всю мою речь сохранял серьёзную мину. Только слегка прищуренные глазки выдавали в нём скрытую радость. Может я его снова порадовал? Тем, что вломил Баи Дику?
Но это выясню потом. На поле.
За спиной Чуни, далеко на дороге, показалась процессия из двух крестьян, тащивших большой котёл с харчами.
Предстоял завтрак.
И новый день.

+2


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Внутренний дворик » Там, где нас нет...