Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Хиты Конкурса соискателей » Цикл "Эра Вечности". Книга первая


Цикл "Эра Вечности". Книга первая

Сообщений 21 страница 30 из 332

21

Shorcan написал(а):

Такой вариант:
"Внезапно Дмитрий почувствовал нарастающую ломоту в локтях и запястьях. Спешно включив аварийку, он притормозил свою машину возле обочины. В этот момент его тело внезапно скрутила жесткая судорога…"

Подпись автора

    Циклы "Новый Михаил" и "Эра Вечности".

Вариант хороший, но думаю, что одно "внезапно" лучше убрать, а то близкий повтор получается.

0

22

Polaris написал(а):

Вариант хороший, но думаю, что одно "внезапно" лучше убрать, а то близкий повтор получается.


Убрал

0

23

Товарищ Не написал(а):

Чисто умозрительно могу сказать, что вирус наверняка делает людей стерильными в смысле деторождения, иначе бессмертные, которые к тому же размножаются, относительно быстро вытеснят смертных и без всякого геноцида, просто заняв места умерших. Для некоторых зверей мы практически бессмертны, например для мышек. Сколько мышек, живших у нас мы помним? По именам, цвету глаз, характеру? Соответственно, бессмертие и абсолютная память - разные понятия. Бессмертным станет скучно со смертными, чей зрелый возраст 20 - 50 лет пугающе мал, отсюда эльфийская холодность в отношениях - не успели пожить, а он (она) уже стары и умирают. Бессмертные, как высшие хищники на планете (также как и смертные), понимая всю бесценность жизни, постараются избавиться или максимально дистанцироваться от смертных, как от единственной разумной и мстительной угрозы. Точно также будет зреть антагонизм со стороны смертных. При всем том и те, и другие могут быть замечательными людьми.


Ну, опять-таки, чисто умозрительно литература позволяет нас через дерзкие повороты сюжета поднимать острые вопросы, давая возможность взглянуть на привычное сквозь призму фантастики, а через конфликт передать характеры людей, поставленных в иные условия. И тут ограничения возникают лишь в рамках авторского замысла и в логике созданного мира.
Например, тезис о стерильности бессмертных являются лишь нашим логическим выводом, на основании того, что бессмертных станет неприемлемо много. А что если методом авторского произвола допустить, что на детородные функции бессмертие никак не повлияло? Что старики молодеют и все люди не стареют физически достигнув уровня (не возраста), к примеру, в 28 лет? И ввиду самовосстановления и бурной регенерации организма отпадает даже потребность во сне?
Каким будет этот мир?
Каким будет мир, в котором большинство людей мало того, что бессмертны, но даже не спят?
Каким будет мир, в котором у людей выпадают коронки и имплантанты, потому что зубы и конечности растут сами? В котором все инородные тела, включая искусственные органы, клапаны сердца и прочие силиконовые вставки начинают выдавливаться из организма? Например, уйдут ли в прошлое косметические процедуры и корректировки, или модницам найдут что предложить, пусть и временное?
Каким будет мир, в котором исчезают все наследственные заболевания и все смертельные болезни, а организм лечит себя сам?
Каким будет мир, в котором убить бессмертного можно лишь прострелив ему голову (мозг) или сердце (?), а в остальных случаях организм регенерирует? Можно ли бессмертного тупо отравить?
Каким будет мир, в котором несколько миллиардов человек вдруг снова стали молодыми и красивыми? И даже красивее чем были, ведь регенерация устраняет и все ошибки в ДНК и отклонения в развитии? Приведет ли это к бурному демографическому взрыву?
Каким будет мир, в котором бессмертные продолжат рожать в том же темпе, сообразуясь с национальными и религиозными традициями, то есть одни будут рожать мало, а другие очень много? И что будут делать первые в отношении вторых? Попытаются ограничить рождаемость? На всей Земле? А если половина населения планеты плевать хотело на всякие ограничения? Что тогда? А количество бессмертных растет в геометрической прогрессии и что-то нужно делать...
Каким будет мир, в котором бессмертие пришло в мир, которые поделен на национальные государства и одни народы не стали ничуть дружелюбнее к другим? Ведь вражда и обиды никуда не исчезнут, а лишь будут спроецированы в Вечность?
Каким будет мир, в котором количество бессмертных растет как на дрожжах? Каков будет найдет выход? Насильственное ограничение рождаемости (не приведет ли к установлению тоталитарных режимов?) или рывок в космос? Орбитальные и лунные города или обмен ядерными ударами? Установление единого правительства или мир останется поделенным на нации и государства? Смогут ли осваивать космос отдельные нации (Империи) и что будет с теми народами, кто не может пока вырваться в космос? Полетят ли транспортные корабли набитые новоявленными рабами (многолетний или пожизненный контракт) из развивающихся стран (Африка, Азия и т.д.) на освоение шахт и рудников Марса, на добычу минералов на астероидах, или "человечность" и прочие "права человека" не дадут вернуться средневековым принципам?
Как вообще изменится мораль?
Каким будет мир, в котором часть населения смертные? Какие конфликты ждут этот мир? Тихое увядание смертных или беспощадная война, мирное сосуществование или попытки уничтожить друг друга? Отдельные города или концлагеря? Попытки помочь или геноцид? А если общество принимает "плохое решение", то как на это будут реагировать бессмертные родственники смертных? Смирятся или будут действовать вопреки общественным правилам и законам?
Смирятся ли бессмертные с быстрым уходом тех, кого любят? Или кинутся лихорадочно изобретать что-то, что позволит любимым жить дольше и хотя бы приблизиться к бессмертию? Что это может быть? Эликсиры? Новые штаммы вируса "Грааль"? Искусственные тела? Клоны?
Грозит ли такому миру блаженное увядание или острая конкуренция за место под солнцем будет двигать его вперед?
Позволит ли бессмертие рвануть осваивать Галактику? Что из этого выйдет? Какие формы примет? Возникнет ли Галактическая Империя или появится множество враждующих человеческих звездных государств? Встретят ли люди инопланетный разум и что из этого выйдет?
Вопросы, вопросы, вопросы.
Ясно одно - простор для идей и для поворотов сюжетов есть.

0

24

GRaD написал(а):

Ненаучная фентези.


Про фентези - да, достаточно вспомнить всякого рода вампиров с бурной регенерацией организма, из которого либо выдавливаются инородные тела или, по возможности, растворяются в организме. А что касается ненаучности, то сама постановка вопроса о вечной жизни не совсем научна.

GRaD написал(а):

Где деньги Зин? За чей счет? Единичную рану вполне возможно, но в случае множественных повреждений как минимум нужен покой и капельница с нужными веществами.


Никто не спорит. В данном случае организм может восстанавливать критически важные органы за счет второстепенных, восстанавливая их впоследствии. А для бурной регенерации нужна еда в весомых количествах, которую организм должен спешно усваивать, черпая оттуда необходимое. Ну и покой не повредит, восстановление пойдет быстрее. Капельница тоже не будет лишней)))

GRaD написал(а):

А мозг забыли?

А сколько нужно мозгу сна? 8 часов или меньше?

0

25

"Эра Вечности-1: Падение "Грааля"
Новая прода

РОССИЯ. ГДЕ-ТО В НЕБЕ МЕЖДУ МОСКВОЙ И САМАРОЙ.  Местное время 23:46. 4 часа  45 минут с момента начала Безвременья.
- Не волнуйтесь, самолет уже заходит на посадку, к трапу уже вызваны медики, так что все будет хорошо!
- Спасибо вам… - прошептал профессор Громов, благодаря стюардессу скорее за попытку успокоить, чем за по-настоящему полезную информацию.
Уж кто-кто, а профессор медицины Громов прекрасно представлял себе, что ничего хорошего в охватившей его странной болезни нет. Почувствовав вскоре после взлета головную боль, он поначалу списал эти симптомы на общее переутомление и на смену давления в салоне при наборе высоты. Однако головная боль со временем лишь усиливалась. Затем пришли судороги и боль в суставах. Потом резко поднялась температура. И вот теперь он сидит в своем кресле укрытый многими слоями пледов и вокруг него на расстоянии нескольких метров все сидения пустуют. На этот настоял сам профессор, поняв, что дело плохо. Обеспокоенные стюардессы пошли навстречу и быстренько рассадили пассажиров подальше от них. Правда сам Александр Михайлович не верил в эффективность таких мер, полагая что они имеют дело с каким-то видом вируса, а если этот штамм передается воздушно-капельным путем, то лучших условий, чем замкнутый салон самолета трудно себе даже представить. Поэтому профессор, трясясь в лихорадке, все же нашел в себе силы сказать громче:
- И вот еще что… Возможно это неизвестный вирус… Передайте на землю, чтобы всех пассажиров…  не пускают в город… нужен карантин… и дезинфекция самолета…
Стюардесса испугано отпрянула от Громова и замерла, зажав рот ладошкой и смотря на профессора широко раскрытыми в ужасе глазами. Затем она развернулась и буквально побежала в сторону кабины.
- Ты зачем девочку напугал? – с укоризной произнесла Вероника Степановна. – Я ведь не заболела!
Громов покосился на сидящую рядом с ним жену и покачал головой.
- Ты тоже зря сидишь рядом…
Она лишь покачала головой.
- Мы все время были рядом. Если бы это был неизвестный вирус, то я бы тоже заболела. Так что ты слишком много фантазируешь. Все будет в порядке, поверь.
- Я, между прочим, врач и профессор… - возразил муж.
- Но ты не вирусолог, а хирург. – напомнила Вероника Степановна. – Так что давай не выдвигать бездоказательных теорий по вопросам, в которых ты не разбираешься.
Профессор промолчал слегка уязвленный. Однако, не став спорить, он все же непоколебимо придерживался своего мнения:
«Это какой-то вирус. И хорошо если Вера не заразилась, но, а вдруг у нее еще инкубационный период не завершился? Тут нужно соблюсти осторожность. Да, тут хорошо бы карантин. – думал он. – Но даже эта мера уже вряд ли что-то изменит, ведь если вирус летуч и заразен, то рядом с ними в аэропорту было множество людей, которые вылетели другими рейсами во все стороны от Москвы. Кстати, может мы сами где-то в аэропорту и заразились от кого-нибудь, кто вернулся откуда-нибудь из Юго-Восточной Азии или Африки. Вполне может такое быть. Хорошо еще, что поехали в аэропорт сами и Катя с семейством вне опасности».
Так успокаивал себя профессор медицины Громов, сидя в своем кресле под толстым слоем одеял. А в это время в отсеке стюардесс в ужасе забилась в угол и рыдала стюардесса Анжела. Слова профессора смертельно напугали девушку.
- Нет, нет, не надо! За что? Я не хочу умирать, Боже я не хочу умирать! – билась она в истерике.
- Да что ты городишь, дура?! – трясла ее за плечи вторая стюардесса Ирина. – О чем ты?
- Тот заболевший профессор сказал, что это эпидемия! Потребовал всех в самолете не выпускать наружу! Ты понимаешь, что это значит?! Мы все умрем! А у меня завтра свадьба! Понимаешь ты, у меня же свадьба…
И вновь сотряслась в рыданиях прикрыв лицо руками. Рыдала и не видела, как Ирина схватилась за свое горло, пытаясь ослабить несуществующую удавку ужаса, которая вдруг сдавила ее шею.
- Анжелка, да ты точно дура! – рассудительно возразила напарница. – Если бы все было так плохо, то и его жена бы заразилась, а с ней все в порядке, ведь так? Так что оставь все свои глупые истерики и пойди, приведи себя в порядок. А командиру я передам слова профессора, пусть он решает.

*       *       *

Отредактировано Shorcan (06-01-2017 01:50:02)

+5

26

ГОРОД ПОДОЛЬСК, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, РОССИЯ. БОЛЬНИЦА. Местное время 00:07. 5 часов  06 минут с момента начала Безвременья.
Антон Аристархович пытливо смотрел на доктора. Тот с профессиональной безжалостностью сообщил:
- Порадовать нечем. Пока мы не можем ничего сделать. Состояние их ухудшается и мы вынуждены перевести их в реанимацию. Мы ждем специалистов из Москвы, поскольку транспортировать ваших родителей и брата сейчас нельзя. Они в бессознательном состоянии. Фактически они на грани комы.
Композитор тяжело смотрел на доктора из-под нескольких слоев одеял, под которыми тряслось в ознобе его тело. Наконец он решился спросить:
- Меня ждет то же самое, доктор?
Тот пожал плечами.
- Трудно делать прогнозы в такой ситуации, но ваше состояние пока трудно назвать стабильным. Болезнь явно развивается.
- Неужели ничего нельзя сделать? Вы же врачи! – горько воскликнул Антон Аристархович.
Доктор Степанов помолчал, а затем, мрачно ответил:
- У нас в больнице уже тридцать четыре человека с таким диагнозом и заразившихся продолжают привозить. Я думаю, что это неизвестный мне вирус и мы на грани эпидемии. Быть может, у москвичей есть больше возможностей, но пока мы бессильны. Вирус гуляет по Подольску, наверняка вирус уже в Москве, а может уже и вне ее.
Врач на несколько мгновений замолчал, а затем криво усмехнулся:
- И, конечно же, вирус занесен в саму больницу. Во всяком случае первые судороги я почувствовал прямо перед входом в вашу палату. Так-то, Антон Аристархович. Вот именно так.
И вышел за дверь.

*       *       *

ГОРОД САМАРА, РОССИЯ. АЭРОПОРТ «КУРУМОЧ». Местное время 01:13. 5 часов  12 минут с момента начала Безвременья.
Носилки вынесли из самолета и реанимобиль, едва дождавшись захлопывания задних дверей, рванул с места, оглашая округу надрывным ревом сирены.
- Быстро он впал в кому. Интересно, что за болячка?
Командир воздушного корабля покосился на своего второго пилота.
- Думаешь, что это что-то заразное? – спросил он.
Тот пожал плечами.
- Да кто ж знает-то? Так профессор этот говорил. И, кстати, я так и не понял, почему пассажирам разрешили отбыть в город? Ты ж радировал на землю о ситуации.
Командир пожал плечами.
- Зная наш обычный бардак, я не удивлюсь, что какое-нибудь распоряжение на эту тему где-то затерялось на каком-то столе. Или приказ придет через пять минут после того, как последний пассажир растворится в городской толпе. А вообще, с чего бы им там устраивать кипиш? Никто, кроме этого профессора не заболел, слава богу. Даже с его женой все в порядке, а они, вроде, рядом были все время, как они говорили. Ладно, чего гадать, но нам еще попьют кровушки за этот рейс, печенкой чую.
- Это, да. – согласился второй пилот.

*       *       *

Отредактировано Shorcan (06-01-2017 01:51:25)

+4

27

ГОРОД МОСКВА, РОССИЯ. Местное время 00:19. 5 часов  18 минут с момента начала Безвременья.
Хлопнув дверью такси, Ольга побежала к двери подъезда. Хорошо хоть консьержка была на месте и открыла дверь по первому же звонку. Лифт, кнопка двадцать третьего этажа, мелодичный перезвон, и вот она уже у дверей квартиры брата.
На пороге ее уже ждала одетая к выходу Екатерина. Они порывисто чмокнулись в щеки и Катя, сказав на прощание лишь «Спасибо!» заскочила в не успевший закрыть двери лифт. Ольга сняла обувь и прошлась по квартире.
Машенька, как и положено примерной девочке ее возраста, спала и видела десятые сны. Племянник, разумеется, был занят каким-то мочиловом в какой-то виртуальной стрелялке и все, чего от него дождалась Ольга было короткое «Привет».
Пожав плечами, она направилась на кухню где стоял на столе раскрытый ноутбук. Включив чайник девушка уселась за компьютер, пытаясь понять что же происходит.
Сначала ее напугал Дима, сообщивший о том, что их отец, ее мать, их бабушка с дедушкой и дядя Иван очутились в больнице и что-то с ними нехорошее. Затем он добавил, что у него самого какие-то судороги, а это вместе с головной болью и болью в суставах как раз и является симптомом болезни, уложившей в больницу все старшее поколение Марковых. Так что, вполне может быть, что и он тоже заразился. А посему о возвращении домой пока речь не идет. Вероятнее всего он все же обратится к врачам, но уже в Москве. Потому он просит ее приехать к нему домой и посидеть с Екатериной, поддержав ее как-то и успокоив.
Ольга немедленно собралась и выехала. В пути ей позвонила Катя и сказала, что Диму забрала скорая и что она просит Ольгу посидеть с детьми, пока она съездит в больницу к мужу. Все попытки ее отговорить ни к чему не привели и вот теперь Ольга сидит у брата на кухне и пытается найти в новостях хоть какое-то объяснение происходящему.
Но крупные СМИ словно воды в рот набрали, давая лишь вялые сообщения о падении метеорита. Впрочем, было уже видно, что тема иссякает и вот-вот совсем сойдет на нет. В конце концов, это ведь не Челябинский метеорит, когда грохнуло так, что во всей округе вылетели окна. Так что удивляться нечему.
И пока никто не связывал падение метеорита со вспышкой заболеваний. Впрочем, большие СМИ об этом просто молчали, а социальные сети, где было уже довольно много сообщений о заболевших и госпитализированных, пока не додумались такую параллель провести.
Из просмотра сообщений Ольга вынесла для себя следующее. Первое – заболеваемость растет. Второе – сообщения о заболевших странной болезнью поступают уже не только из Подольска, но уже и из Москвы и ближнего Подмосковья. Третье – почти всегда первыми заболевшими были старики, а затем заболевали все более молодые.  Пока она не встречала сообщений о том, что заболел кто-то младше сорока лет, хотя тому же Дмитрию лишь тридцать восемь. Но это ничего не говорит, ведь тот же Дима был в числе тех, кто был у метеорита первым. Так что он мог просто заразиться раньше других и если предположить, что инкубационный период болезни составляет несколько (сколько?) часов, то может до остальных тридцатилетних очередь дойдет, но только позже. А за ним очередь и двадцатилетних…
Ольга поежилась. В свои восемнадцать лет она скорее относится как раз к поколению двадцатилетних. Дойдет ли до нее очередь? Ведь она была в числе тех первых «счастливцев», которые как раз и стояли у истоков эпидемии. А то, что это эпидемия, у нее уже не было никаких сомнений.
И что делать? Бежать в больницу и кричать спасите? Но судя по интернету, врачи сами в растерянности и не знают, что им самим делать?
Впрочем, что тут рассуждать, ведь она подрядилась посидеть с детьми брата, и значит не может и думать о том, чтобы их оставить и куда-то уйти. А тащить их с собой в больницу вообще не вариант. Тем более, что сами больницы все с большей скоростью превращаются в очаги и рассадники эпидемии.
Поэтому делаем чай и следим за новостями, изолировав себя от мира за прочной бронированной дверью.

+3

28

ГЛАВА 4. ХРОНИКА СУДНОЙ НОЧИ

Первое упоминание надвигающейся катастрофе по телевизору прозвучало в репортаже городского канала «Москва 24», в котором взволнованная корреспондентка вела свой репортаж из приемных покоев больницы скорой помощи, в котором она что-то щебетала о том, что все машины находятся на вызовах и привозят больных в больницу со все возрастающим темпом.
Главный врач в кадре дал разъяснение, что в городе возможна вспышка заболеваемости каким-то новым вирусом, что в больнице скоро не будет хватать коек и больных придется развозить по другим лечебным учреждениям и размещать непосредственно в больничных коридорах. Доктор призвал москвичей, по возможности, оставаться дома и сохранять спокойствие.
Через пятнадцать минут в дело включился «Лайф», передав репортаж из подольской больницы, коридоры которой были буквально набиты кроватями и даже раскладушками, которые по словам доктора Степанова, у которого брали комментарий, привезли из дома родственники поступающих пациентов, поскольку больница не была рассчитана на такой наплыв больных.
Кстати, сам доктор выглядел очень неважно и медицинская маска на лице журналистки выглядела в кадре отнюдь не дешевым пиаром, а реальной необходимостью. Причем сама корреспондентка выглядела очень испуганной.
Потом начали поступать сообщения об экстренных посадках пассажирских самолетов, летевших из Москвы во все концы планеты. То на одном, то на другом борте выявлялись заболевшие с высокой температурой, ознобом и ломотой в суставах, переходящими в судороги. Некоторые пассажиры уже успели впасть в кому.
Показывали испуганных, растерянных, а порой и злых пассажиров, которых отказывались выпускать из терминалов аэропортов, настаивая на карантине и госпитализации всех прибывших на рейсах, где были выявлены больные пассажиры. Время от времени в наэлектризованных толпах вспыхивали конфликты порой переходящие в драки.
Затем случилась первая катастрофа. Причем, по странному капризу судьбы случилась она не в Москве и даже не в России. Самолет, выполнявший рейс из Москвы в Париж, сел в аэропорту французской столицы, но пилот не справился с управлением и тяжелый «Боинг» выкатился за пределы полосы. Благо тут обошлось без жертв, но причиной инцидента стала судорога у пилота во время маневра посадки.
Реакция последовала незамедлительно, и по распоряжение властей один за другим европейские аэропорты стали запрещать посадки рейсов из Москвы. В результате чего многие рейсы были вынуждены разворачиваться и возвращаться в Москву. И тут уж полыхнуло.
Один из таких бортов упал в окрестностях Минска, так и не дотянув до аэропорта. Погибло 115 человек. Это были первые жертвы разразившейся мировой пандемии.

*       *       *

+4

29

ГОРОД МОСКВА, РОССИЯ. Местное время 01:03. 6 часов  02 минуты с момента начала Безвременья.
Ольга в какой-то прострации смотрела на экран, где показывали дымящиеся обломки упавшего самолета. Голос за кадром вещал:
- По имеющейся в распоряжении нашего канала информации, перед катастрофой пилот самолета связывался с диспетчером и просил разрешения на экстренную посадку в Минске. Со слов пилота на борту было много больных разной степени тяжести. Болен был и экипаж. По одной из версий, которую смело можно считать основной, катастрофа случилась по вине экипажа. Впрочем, можно ли применить эти сухие канцелярские формулировки к экипажу, который не может управлять самолетом ввиду судорог и высокой температуры? В связи со случившимся власти объявили о запрете всех вылетов пассажирских лайнеров, а все самолеты, находящиеся в воздухе должны приземлиться в ближайшем пригодном для приема аэропорту. Все севшие самолеты будут встречены бригадами скорой помощи…
Зажужжал поставленный на виброрежим мобильник. Ольга глянула на экран и поспешно приложила телефон к уху.
- Да, Кать, как там дела? Как Дима? – обеспокоено затараторила она, спешно прикрывая дверь из кухни, дабы не разбудить Машеньку.
В телефоне вдруг всхлипнули.
- Кать? – осторожно спросила Ольга. – Что случилось?
- Дима… - в трубке зарыдали. – Дима, он уже в реанимации, понимаешь? Уже! Я так боюсь.
Ольгу бросило в жар. Она прислонилась спиной к стене.
- Катя, все будет хорошо, вот увидишь, все будет хорошо. Поверь! Только верь! Я тебя прошу!
Девушка сама не знала, кого она пытается убедить, то ли Екатерину, то ли себя саму, то ли судьбу вообще. Но из трубки все так же слышались рыдания.
- Катя, не раскисай!
В ответ она услышала полный ужаса голос жены брата, сбивчиво заговорившей в трубку:
- Ты не понимаешь… Ты не видишь, что тут творится в больнице! Самого главврача уже увезли в реанимацию! Многие врачи уже заболели, медсестры, перепуганные и зареванные, бродят по коридорам! Говорят, что некоторые уже сбежали из больницы боясь заражения! Оля, тут ужас! Больных не успевают привозить. Все, кто поступил вначале, все уже в реанимации! Все, понимаешь? Все без исключения! В реанимации уже нет места! Я только что слышала, как кто-то из врачей распорядился вместо реанимации использовать несколько обычных палат, куда помещать всех, кто в коме. Мол, реанимация все равно никому ничем не помогает! Мне страшно, Оль, страшно! Я…
Вдруг в трубке замолчали.
- Катя? – переспросила Ольга, боясь, что связь оборвалась. Хотя и понимала, что это не так, поскольку шум и гам больницы был слышен по-прежнему. Наконец трубка ответила каким-то странным бесцветным голосом Екатерины,
- Оля, позаботься о детях. Я надеюсь, что хотя бы вы не заразились. Пообещай мне заботиться о Маше и Мише! Пообещай!
Ольга ошарашено отстранила трубку от уха и несколько мгновений смотрела на засветившийся экран с фотографией Кати в окошке вызова, затем спросила подозрительно:
- Это ты к чему, подруга?
Катя ответила неестественно спокойным голосом.
- У меня крутит суставы, и болят мышцы. Мне очень холодно, Оль. Это конец. Спаси детей, я прошу тебя.
- Ты что! Не говори ерунды! Обратись к врачам, они помогут!
Ольга почти кричала в трубку, хотя с той стороны уже никого не было на линии. Вдруг дверь открылась, и в кухню заглянул озадаченный Миша.
- Ты чего кричишь?
- Нет-нет, ничего! – девушка старалась ответить максимально бодро, но у нее это получилось скорее истерично.
Миша посмотрел на нее подозрительно и уточнил:
- Что-то с мамой и папой?
Ольга съехала по стене и, сидя на корточках, зарыдала, обхватив голову руками.

*       *       *

+5

30

ГОРОД САМАРА, РОССИЯ. БОЛЬНИЦА. Местное время 02:13. 6 часов  12 минут с момента начала Безвременья.
Вероника Степановна без сил откинулась на спинку кушетки. Звонок дочери буквально подкосил ее. Еще пять минут назад она очень боялась и переживала только за любимого мужа, который был очень плох и по словам врачей впал в кому. То есть ситуация была ужасной, но все же какой-то житейской что ли – мужу стало плохо, попал в больницу, впал в кому – все это ужасно и непереносимо больно, но то, что сейчас сказала Катя просто подкосило Веронику Степановну.
Мало того, что заболела дочь и тоже не пойми чем, так и Дмитрий заболел, причем первым и, что самое ужасное, его состояние по описанию дочери точь в точь подходило под то, что сама Вероника Степановна видела сама, точно соответствовало динамике развития болезни у мужа.
И вот теперь, муж, ее дорогой Александр Михайлович, находится в реанимации в состоянии комы, Дмитрий в Москве так же попал в реанимацию и, судя по рассказанному дочерью, он вполне может так же оказаться в коме. И самое главное, дочь тоже заболела! Пусть это только первые симптомы, но…
Вероника Степановна тряхнула головой, отгоняя ужасное продолжение мысли. Но, даже если не признаваться себе в вероятности плохого, то все равно картина просто чудовищна! Если все рассказанное дочерью о происходящем в больнице правда, то в Москве началась какая-то неизвестная эпидемия и медицина пока явно бессильна!
- Боже! – вскричала вдруг Вероника Степановна. – Внуки!
Она лихорадочно принялась вызывать Мишу. После долгих, невыносимо долгих, трех гудков на том конце линии прозвучал родной голос внука:
- Да, бабушка.
- Мишенька, у вас все в порядке? Как вы себя чувствуете? Не заболели?
В трубке повисла тишина. Наконец Миша произнес каким-то дрогнувшим голосом:
- Мама и папа…
- Да, я знаю, знаю! Я только что разговаривала с мамой, она мне все рассказала…
- А мне вот мама не позвонила. Не позвонила!
Было слышно, что подросток сейчас готов расплакаться от боли, обиды, отчаяния. Вся его напускная взрослость сразу улетучилась куда-то и сейчас там, в Москве, сидит совсем еще мальчик, испуганный ребенок, которому страшно и он не знает, что же ему делать.
- Миша, вы сами в квартире?
- Нет, - буркнул Михаил, - к нам Ольга приехала. С ней мама разговаривала. – вновь с обидой произнес внук, и зачем-то добавил. – Мы на кухне сейчас.
- Как там Машенька?
- Спит.
- Вы не голодные?
- Бабушка, вот только не начинай! – Мишу вопрос бабушки вывел из плаксивого состояния и он даже огрызнулся.
- Дай, пожалуйста, Ольге трубку.
В трубке послышался голос младшей сестры Дмитрия.
- Слушаю вас, Вероника Степановна.
Голос был усталый и какой-то осипший.
- Ольга, добрый ве… - Вероника Степановна поперхнулась от явной неуместности такого приветствия в сложившейся ситуации. -  Здравствуйте! Так наверно правильнее сейчас говорить.
- Здравствуйте.
- Вы, я так полагаю, в курсе произошедшего с Катей и Димой?
- Да.
- Ольга, я вас очень прошу, не уезжайте никуда, не бросайте Мишеньку и Машеньку, вы там самая старшая, вы взрослая и на вас вся надежда, вы меня понимаете?..
Вероника Степановна сбивчиво говорила в трубку, понимая, что выглядит все несуразно, но ничего не могла поделать с собой, ее мысли разбегались, хотелось успеть сказать так много, проконтролировать, уточнить, посоветовать, узнать, распорядиться, спросить, попросить…
- Да, Вероника Степановна, я все понимаю… Да, я остаюсь здесь, мы с Катей об этом договорились… Да, еда есть… Достаточно… Полный холодильник, они как раз в гипермаркет заезжали… Да… Конечно, не волнуйтесь…
Ольга отвечала на ее вопросы односложно, явно не испытывая особого желания вступать в многословные объяснения. Наконец она, поймав паузу в вопросах, ввернула свой вопрос.
- Как вы долетели?
Спросила явно, чтобы что-то спросить, но этот, обычный в другой ситуации, вопрос, просто нокаутировал женщину. Вероника Степановна, отвлекшаяся было от своих бед, вдруг вновь ощутила ужас происходящего и как-то совершенно по-бабьи всхлипнула.
- Александр Михайлович… Он в коме…
И зарыдала.

*       *       *

+4


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Хиты Конкурса соискателей » Цикл "Эра Вечности". Книга первая