Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » "Этот прекрасный свободный мир..." -- 17


"Этот прекрасный свободный мир..." -- 17

Сообщений 601 страница 610 из 628

601

Продолжение (предыдущий фрагмент на стр.60)

***

Они все же пришли — лучшие бойцы Арены, выжившие после года боев, после трех, пяти или семи лет возвращения в леса. Они пришли, обвешанные скальпами и зубами, замотанные в ткани, а не шкуры, а за их спинами звучали опасливые слова: «Они… Они… Служители богов по сердцу и печени…».
«Служители богов», — усмехалась Джен и смотрела на них с той же снисходительностью, что и на всех остальных аборигенов. Как и всем, им суждено было стать ее народом, кормиться из ее рук, а потом превзойти в верности псов.
Они шагали степенно и величественно, принимали красивые позы, а Джен мысленно заходилась от хохота. Чем собирались поразить ее наивные сыны лесов? Тощими телами и голодными глазами? Чужими зубами и спутанными волосами? Или, может быть, дешевыми тряпками?
На взгляд Джен, ткани за прошедшие годы выцвели, их края обтрепались, да и в самих нарядах было слишком много прорех, но бедные дикари ничего не замечали, гордые победами и принесенными богам жертвами.
Джен милостиво принимала всех, но на попытки бойцов предложить ей ложе, с такой силой била по рукам, что орехи разлетались во все стороны, попадая то в нос, то в лоб незадачливым «женихам».  А потом, когда отвергнутые не знали, должны ли навсегда уйти или могут просить разрешения остаться, снисходительно дозволяла им принять участие в охоте.
Эти «охоты» на фермах были необходимы и для того, чтобы показать могущество Той, что ходит по камням, и для того, чтобы подкормить новичков, а более всего для тренировки. Ее псы должны были понять, как устроены жилища фальшивых богов, должны были бестрепетно входить в рукотворные пещеры, должны были уметь искать, а потом послушно обрушиться на врагов, сметая их с лика земли.
Джен наставляла. Джен направляла. Джен давала мясо…
— Дай, дай, дай, дай, дай… — кружилась она перед взятием очередной фермы. — Мясо, мясо, мясо, мясо, мясо…
Они кружились за ней, в точности повторяя движения и слова. А потом отправились на «охоту».
Она могла бы обрушить их на Маунит-Лорен сразу после той фермы, но скормила бойцам еще пять. Пусть задумаются, зачем богам нужны свиньи — ведь они питаются кровью пролитых ради них жертв. Пусть спросят себя, почему боги не проснулись, когда они похищали их богатство, почему не отправились в погоню, почему не покарали. Пусть увидят ложь самозванцев. И пожелают отомстить!
Они не додумались и не видели, как будто их мысли были не в состоянии выйти за пределы бесконечного туннеля. Они слагали сказания о своем походе. Они славили ее, Ходящую по камням, Ее, что всегда возвращается и кормит.
И тогда ей пришлось говорить самой.
— Дам, дам, дам, дам, дам… Много-много-много-много скальпов… Там, где вода для питья изливается в соленую воду. Там, где хижины как пещеры, а пещеры выше деревьев. Там, где ночью светло как днем. Где живут обманщики-небоги!
Они терялись. Они пугались. Они робко оглядывались и говорили, будто боги слышат.
А она смеялась, она издевалась, она жалила, как пчела.
— Разве они слышали, как мы похищали их мясо? Разве они смогли мне помешать?
— Это была сила заклинаний…
— Да, моя сила больше их силы, потому что я служу Тому, кто за облаками. Я его молния, его пчела и карающая рука, — почти кричала Джен. — Он отдал их мне, чтобы вкусить их кровь. Идите со мной или я возьму все одна — скальпы, кости, печень и сердца. Слава будет моя! И сила моя! А вас назовут слабыми детьми, которым не дано есть мясо…
— Но они же боги, — жалобно лепетал седой, исчерченный рубцами и татуировками вождь.
— Не боги! — дикой кошкой ощерилась Джен. — А лжецы!
— Они ходят по небу… — попытался возразить ветеран Арены, чьи космы свисали ниже тощего зада.
— А разве вы не умеете прыгать по деревьям? — немедленно возразила Джен. — Это просто мастерство. Как умение делать веревки из коры и сетки из ветвей.
— Они показывают сказания на облаках…
— А вы рисуете их на камнях, — Джен не так-то легко было сбить с толку. — Что хвастать умениями? Вы учитесь, и они тоже. Они слабы и лживы, их волосы коротки — зачем им мясо? Пусть едят траву. Зачем им жизнь? Пусть отдадут ее сильным. Возьмите их скальпы, вкусите их мягкие и сладкие тела, заставьте петь их кости и украсьте жилища их черепами… Я дарю их вам или возьму их себе…
Она искушала, она насмехалась, она говорила льстивые и грозные слова, а они хлопали глазами, то поддавались надеждам, то впадали в сомнения, неспособные поспеть за изменчивыми речами и растерянные от грандиозности обещаний.
Они сомневались. Они боялись. А Джен бесновалась, клокотала от ярости, видя робость лучших бойцов Арены. Она уже готова была проклясть их за тугодумие, обрушить на их головы гнев Того, кто скрывался за облаками, когда самый молодой боец, до сих пор в тяжкой задумчивости сидевший перед огнем, не поднял в растерянности голову и не проговорил:
— Они щадят жертвы…
— Что?!
— Они щадят жертвы! — уже более уверено проговорил он. — Та, что ходит по камням, права! Они… не боги… Они лгали…
Общий вопль взметнулся к небесам, и от силы этого крика огонь припал к земле.
— Не боги. Они не боги!
Джен довольно наблюдала за их яростью, а когда решила, что она начала спадать, завела свою песнь:
— Дай, дай, дай, дай, дай… Мясо, мясо, мясо, мясо, мясо… Суд, возмездие и мое право! Дай мне мое!

Продолжение следует...

+5

602

Продолжение

Глава 88

Медики Маунтин-Лорена хлопотали вокруг доктора Сазерленд, радуясь, что в того света иногда возвращаются. Исхудавшая, грязная, с исцарапанными руками и ногами, замотанная в какие-то замызганные шкуры и плетенку из коры, молодая женщина выглядела ужасно, но еще хуже было ее психологическое состояние. Обычно сдержанная и здравомыслящая, сейчас доктор Сазерленд то лила слезы, то истерично смеялась, цеплялась за руки врачей и лихорадочно раз за разом повторяла историю своих злоключений:
— Я же просто купалась… просто купалась и все!.. а они украли меня… Связали… щупали… лезли туда… Боже, это просто грязные животные… Вы проверили? У меня нет никаких последствия?.. Я же просто не смогу… это отвратительно… я чувствую себя грязной… Пожалуйста!.. — рыдала она.
Они утешали ее, срочно вызвонили из законного выходного психолога и пометили в истории болезни, что назавтра надо будет пригласить к пациентке хорошего специалиста по работе с травматиками. Конечно, о нахождении доктора Сазерленд следовало информировать Службу психологической поддержи, Службу адаптации и Институт антропологии, но это, в отличие от пациентки, могло и подождать. В столице была ночь, а случившееся было не тем событием, чтобы вытаскивать людей из постелей.
А еще были два подростка-аборигена, которые, как со слезами на глазах рассказывала доктор Сазерленд, помогли ей бежать. Юные дикари — такие же грязные, тощие, исцарапанные — испуганно жались друг к другу и затравленно взирали на всех вокруг. По инструкции их следовало накормить, подарить от «богов» следилку, замаскированную под примитивный амулет, а потом выпроводить восвояси. Но когда куратор сообщил, что проводит мальцов за реку, доктор Сазерленд разразилась такими душераздирающими рыданиями, уверяя, будто отныне мальчишкам некуда будет податься и они непременно умрут с голоду, что психолог посоветовала не тревожить пациентку и оставить аборигенов при ней — хотя бы на ближайшие пару дней.
И все же оставлять в медицинском учреждении дикарей, наверняка ставших разносчиками паразитов и насекомых, тоже было неправильно, так что по распоряжению администратора юных аборигенов следовало подвергнуть санитарной обработке. Мальцы стоически готовы были перенести все манипуляции санитаров и только когда дело дошло до волос, в панике бросились к доктору Сазерленд. Санитар не разобрал, что сказала пациентка, но от ее слов юнцы сникли и безропотно позволили состричь безобразные лохмы.
В общем, день выдался суматошным и на редкость утомительным, так что к вечеру доктора Сазерленд оставили одну. Правда, поблизости от палаты пациентки был расположен пост сиделки, а оба юнца и вовсе разместились у кровати доктора Сазерленд на полу — даже приблизиться к раскладным кроватям, не то, что лечь в них, дикари побоялись.
Сиделка с доброжелательной улыбкой принесла лекарство, и доктор Сазерленд с неизменным всхлипом поблагодарила ее за заботу. Зато когда девушка отвернулась и направилась к двери, взгляд Джен изменился — стал тяжелым, презрительным и беспощадным. Звонок коммуникатора заставил сиделку извиниться и торопливо выскользнуть прочь, но через неплотно прикрытую дверь Джен все было прекрасно слышно:
— Привет, Бетси, извини… сегодня никак, много работы. Давай послезавтра?.. Улетаешь? Жалко… Значит, в следующие каникулы…
Джен не знала, что за Бетси разговаривала с сиделкой, и о чем они договаривались, но была уверена, что неизвестная Бетси уже никуда не улетит.
«Вы все останетесь здесь, — холодно размышляла она. — И одна девчонка, и другая, и ваши волосы украсят пояс кого-нибудь из моих верных псов. Хотя… эта дурочка сохранит волосы при себе — кому нужен этот жалкий ежик? А остальное… Да и зачем ей остальное? Пусть заплатит жизнью тем, кому она нужней».
Разговор закончился. Сквозь неплотно прикрытую дверь Джен внимательно наблюдала, как сиделка занялась делами, что-то переставляла, раскладывала по коробочкам, а когда повернулась к двери спиной, чтобы снять с полки флакон, кивнула юным спутникам.
Через пару минут они ловко подхватили тело девчонки, не позволяя трупу с шумом рухнуть на пол, и дорога была открыта.

Продолжение следует....

+5

603

Ура! Наконец началось самое интересное!)

0

604

Станислав, финал близко.

0

605

Продолжение

Джен чувствовала себя парусом, грозой и вихрем. Она вынесла приговор и теперь намерена была привести его в исполнение.
«Вы сами виновны, глупцы, — мысленно ликовала она. — И вы заплатите за подлость и глупость. И куратор…»
Как приятно ей было думать об этом человеке, представлять его ужас и неизбежный конец. Она жалела лишь об одном, что у негодяя были слишком короткие волосы, зато он был тучен и мог сполна прочувствовать, что значит стать кормом для ее людей.
А еще связь… Джен смеялась над идиотами, что читали ей лекции и знакомили с научными и техническими достижениями проклятой земли. Как просто отрезать город от мира, когда знаешь, что к чему. Как легко отключить ловушки и звуковые пушки, особенно когда некому тебе помешать.
Мальчишки сработали как надо, и она с удовольствием увидела на их поясах трофеи. Первая часть дела была сделана, осталось еще немного.
Три тени выскользнули из мертвого госпиталя. Джен знала, куда идти, а каменные лезвия резали ничуть не хуже стальных. Глупцы не чуяли опасности, не ведали страха, а потом один за другим отправлялись в небытие. Та, что всегда возвращается смотрела на поверженных и думала, какими ничтожествами они были, судя по лысинам и коротким волосам. И рубильники — просто до примитива. Вечно научники не способны думать о безопасности!
Первый рубильник — и в городе отсутствует связь. Второй — отключились ловушки периметра. Третий — не работают отпугивающие зверье и аборигенов звуковые пушки. Четвертый — прощай, электричество!
Улицы погрузились в темноту, отключились замки, холодильники, часы и прочая техника… Правда, был еще генератор, но это уже не имело значения, раз его некому было подключать.
Джен с наслаждением раскинула руки и запрокинула голову, приветствуя Того, кто за облаками, Того, кто разогнал тучи, чтобы приветствовать свою дочь. Его тысячи глаз следили за ней, восторгались ею и благословляли.
Тьма была первым сигналом для ее людей. Костер должен был стать вторым. И она вновь хохотала над глупостью тех, кто читал ей лекции. Они полагали, что у вещей лишь одно назначение — всего одно! — а она намерена была доказать им иное.
Стены, пол, лестницы и дорожки… Она щедро плескала все то, что могло гореть — как многое здесь могло гореть! — и виски тоже… А потом запалила палку и швырнула ее в дверной проем.
Пламя встало стеною.
И на Маунтин-Лорен обрушился Ад.

Продолжение следует...

+6

606

Ну теперь и в ПСМ движуха началась. Впрочем,насмотревшись на реальный мир - охотно верю в возможность лютой расслабухи мира,войн не знавшего,
относительно безопасности. А так... Песец Маунтин-Лорен. Просто песец.

Отредактировано Виктор Куров (13-08-2022 21:14:32)

0

607

Виктор Куров, пять человек там выживут.

0

608

Юлия Белова
"Не верю" вот до этого момента да, а здесь нет, преображение Сазерланд, ИМХО, абсолютно психологически неправдоподобно в таком виде.

0

609

Вольноопределяющийся написал(а):

Юлия Белова
"Не верю" вот до этого момента да, а здесь нет, преображение Сазерланд, ИМХО, абсолютно психологически неправдоподобно в таком виде.

Я бы сказал что не хватает для Джен "второго номера", крайне амбициозного дикаря,  который бы ей помогал и на которого можно перекинуть часть роли.

0

610

Станислав
Можно и так, вариантов здесь немало, но в текущем виде - не верю

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » "Этот прекрасный свободный мир..." -- 17