Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Императрица - 3. Эндшпиль: реванш или провал


Императрица - 3. Эндшпиль: реванш или провал

Сообщений 151 страница 160 из 166

151

Margohechka написал(а):

Ни крупицы власти,

завести подруг - это крупица власти?
32 года после смерти Е2 тоже недостаток?

0

152

Зануда, большое спасибо!
Все принимается!

0

153

Istra32 написал(а):

завести подруг - это крупица власти?
32 года после смерти Е2 тоже недостаток?

До этих 32 лет еще дожить нужно)
Е2 - узурпатор, а также человек маниакально осторожный.
1. Какие интересы были у императрицы, чтобы МФ стала ее подругой? Кто был в числе ее друзей?
2. Насколько помню, императрица и сын с невесткой даже жили в разных местах. Приезжать без позволения тоже не вариант.
3. Невестка выполнила задачу - рожает наследников, больше она ни для чего императрице не нужна.
4.Сжальтесь над попаданкой - Павел не блещет красотой, хорошим характером.
5.Не знаю насколько должна быть стервозной попаданка, чтобы вытерпеть Е2 и супруга.
6.Сомневаюсь, что Павел позволит собой руководить.

0

154

Благодаря Нике, которая увидела нестыковку в тексте, переделан кусочек:

   «Меня обманули?! Нет. Суворов лгать не будет. Он мне друг! Все так: и палатки, и зимние квартиры, и содержание полка… Но я хочу. Я имею право иметь при себе друзей! Что же делать?!»
          - А сколько денег мне это будет стоить? – Павел Петрович обратился к главному казначею. Вяземский внимательно посмотрел на наследника, кивнул и на листке начал писать цифры и высчитывать. В тишине пришлось ждать ответа несколько минут.
          - Я предположил, что вы, Павел Петрович, пока еще не произвели своих друзей в офицеры?
           - Нет, Александр Алексеевич.
           - Тогда извольте, мы приравниваем их к рядовым в пехоте, а отсюда содержание одного человека составляет  двадцать шесть рублей семьдесят семь копеек. Если же Ваше Императорское высочество желает приравнять их к гвардии, то тогда сумма составит… - Вяземский быстро произвел расчеты на листке, - Двадцать шесть рублей тридцать семь копеек, что поможет сохранить вам сорок копеек с человека. Это почти пол рубля, хорошая экономия!
         «Но это столько золота!..» - у наследника глаза расширились от озвученной суммы, об экономии он даже не услышал – производил математические действия – умножал озвученные суммы на число друзей.
          - Благодарю вас, Александр Алексеевич, - медленно произнес наконец-то наследник.

Отредактировано Margohechka (11-10-2022 15:18:29)

0

155

Марго, Павел Петрович начал показывать зубки? Характер у ПП был действительно сложный. Проблема в том, что воспитание - это не только удовлетворение или не удовлетворение хотелок, но и обучение ответственности, чего у реального ПП было маловато. Знания ему Е2 дала, а вот научить их применять и нести ответственность за свои решения - как-то нет.
Поэтому дерзай! У тебя получается очень разноплановая вещь!

+1

156

Спасибо, Ника!

А теперь прошу помощи вот в каких вопросах:

Румянцев отправляется в Малороссию, у него на настоящий момент уже есть видение какая структура должна быть у армии. Мне кажется, что он до отправки должен представить императрице
план преобразования? Ведь ему все равно нужно практически все на месте перекраивать. Или оставить этот материал для других глав?

Напрашивается введение еще одного героя - Петра Панина - "отца" егерей. Противоречивая фигура, на мой взгляд.

Румянцев попросит отпустить с ним в Малороссию Потемкина, когда тот закончит работу над формой.

Суворов, приняв войска под СП обнаруживает, что и было в действительности - численность солдат была фикцией, полк - это половина необходимого числа и т.д.
Что должен логически предпринять Александр Васильевич?

Отредактировано Margohechka (13-10-2022 10:54:26)

0

157

Я редко отвечаю, но рискну:
У Румянцева должна быть своя канцелярия, ну положено так генералу. Любого достаточно влиятельного человека должны засыпать письмами с просьбами и мольбами о помощи. Сыновей и племянников пристроить в полк. Игнорировать такие просьбы нельзя, пишут же дворяне, нужно отвечать.
По всем законам бюрократии он должен иметь подписанную бумагу лично императрицей и план работ. Отчеты о проделанной работе, он обязан отправлять регулярно .
Ну не самому это писать. Его дело диктовать. Ну и не будем забывать, что Малороссии предстоит стать основной базой армии в конфликтах с Турцией и очень серьезно расшириться за счет новых земель.
Насчет Петра Панина ничего не могу сказать.
Я думаю, сам Потемкин, озверев от формы, попросится к Румянцеву. Там будет интереснее и более карьерно.

Некомплект в полках- это норма. Поправить можно только за счет рекрутского набора. Ну и жестко определиться кто где: больные, дезертиры, на сельхозработах...
Но уже надо опережать время и вводить рекрутские депо, введеные Аракчеевым в 1809 году, для подготовки рекрутов к военной службе.

+1

158

Samum написал(а):

Я редко отвечаю, но рискну:
У Румянцева должна быть своя канцелярия, ну положено так генералу. Любого достаточно влиятельного человека должны засыпать письмами с просьбами и мольбами о помощи. Сыновей и племянников пристроить в полк. Игнорировать такие просьбы нельзя, пишут же дворяне, нужно отвечать.
По всем законам бюрократии он должен иметь подписанную бумагу лично императрицей и план работ. Отчеты о проделанной работе, он обязан отправлять регулярно .
Ну не самому это писать. Его дело диктовать. Ну и не будем забывать, что Малороссии предстоит стать основной базой армии в конфликтах с Турцией и очень серьезно расшириться за счет новых земель.
Насчет Петра Панина ничего не могу сказать.
Я думаю, сам Потемкин, озверев от формы, попросится к Румянцеву. Там будет интереснее и более карьерно.

Некомплект в полках- это норма. Поправить можно только за счет рекрутского набора. Ну и жестко определиться кто где: больные, дезертиры, на сельхозработах...
Но уже надо опережать время и вводить рекрутские депо, введеные Аракчеевым в 1809 году, для подготовки рекрутов к военной службе.

Спасибо!

0

159

Павел Петрович, еще не веря в чудесное завершение ситуации, в которую сам себя загнал, тихо опустился на свое место за столом и, не скрывая облегчения, выдохнул. Его не рассердили улыбки взрослых – сам виноват! Но вывод он сделал: матушка и Суворов – это те люди, что придут на помощь, помогут ему сохранить лицо. Остальные? Они лишь служат его императорской семье и не обладают ни должной властью, ни умением загладить неловкий шаг наследника.
«И как же государыне удается всегда брать верх?» - дальнейшие размышления были прерваны – императрица продолжила собрание.
- Екатерина Романовна, хочу поручить именно вам разработать общие положения… программу, для тех, кто потом будет обучать необходимым знаниям.
Дашкова встрепенулась. С одной стороны она очень хотела вернуться в круг приближенных бывшей подруги, но вот та ее все не пускала назад. Кипучая энергия, подкрепляемая уверенностью, что уж она-то человек, способный и горы свернуть и выполнить любую порученную работу едва сдерживались внутри. Ведь нужно еще получить то самое важное дело, что снова их сблизит. И тут сама императрица к ней обратилась!
- Благодарю вас Ваше Императорское величество! – Дашкова просто поднялась со стула и поклонилась.
- Вы можете взять себе помощников, - добавила Екатерина, полагая, что им окажется Бецкой. Тот заерзал и воодушевился, все же не напрасно он пришел, плод его долгих раздумий не пропадет даром.
- Хотелось бы выполнить ваше поручение в обществе господина Ломоносова.
Бецкой не успел скрыть разочарования и растерянно заморгал.
Ломоносов в лице не изменился, просто склонил голову ниже:
«Опять мне все писать, разрабатывать,  а лавры достанутся  кому-то! Хорошо хоть не очередному дураку!»
- Екатерина Романовна, наш Михайло Васильевич весьма загружен, нет, хотя, конечно же, вы будете проводить и с ним короткие консультации, ведь вам нужно правильно готовить кадры и для Академии и для университетов. Но труд разработать программы для обучения в школах ложится на вас, Екатерина Романовна, лучшие должны иметь такой запас знаний, который позволит им поступить в университет… для чиновников… - Екатерина заметила, что Олсуфьев как-то оживился и перевела внимание на него, - Вы хотите что-то сказать, Адам Васильевич?
- Да, государыня! – обрадовался тот, - Позволю заметить, с нашими чиновниками вообще беда, господа, - Олсуфьев встал и развел руками, - Они, конечно же, не настолько безграмотны, как монахи, но… С этим пора что-то делать! Ручаюсь, найдутся единицы среди них, кто напишет правильно документ, подаваемый государыне на подпись!
- Что вы имеете в виду, Адам Васильевич? – Екатерина начала злиться. И тут завал!
- Ваша канцелярия, матушка-государыня, тратит массу времени, переписывая государственные документы, поступающие из Сената и других ведомств, прежде чем подавать вам на подпись! Нет, разумеется мы не выбрасываем эти… черно… копии документов! Но это время мы могли бы потратить на нечто более полезное.
- И в чем проблема?! Они безграмотно написаны до такой степени, что прочесть нельзя?
- Прочесть-то можно, но подавать на подпись Вашему Императорскому величеству нельзя!
- Да почему же?! – Екатерина уже теряла терпение. Канцелярия переписывает документы из-за неграмотной составленности. Обращать на это же чушь собачья!
- Существует отдельная форма по вашим титулам, что следует писать на разных документах.
- Да полноте, Адам Васильевич, вы сами хоть помните такое наизусть? – оторвался от записей Вяземский, с улыбкой добавил: - Я вот шпаргалочку ношу всегда с собою, простите, матушка-государыня.
- Не знание титула нашей государыни – это измена, господа, - раздался голос Шешковского. Голос был тихим. Тон нейтральным. Но холодок по спине пополз у каждого, отчего общество напряглось, а улыбка с губ честного казначея сползла жалко и быстро.
Шешковского Екатерина услышала, если сама не придала значения сказанному Олсуфьевым, то теперь и она напряглась.
«Ну почему так?! Почему куда не ткнись, всюду устоявшийся бардак?!»
       - Уважаемый Александр Алексеевич, я обязан знать все титулы нашей государыни. Вот пожалуйста, проверяйте, мало ли что у вас в бумажке написано! Вот, пожалуйте, послушать, господа, в грамотах, которые отправлены имеют быть в иностранные государства, мы обязаны, подчеркиваю, писать только так, - Олсуфьев выпятил грудь, вскинул голову и громко, торжественно, без запинки, гордо произнес: Божиею поспешествующею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская; Московская, Киевская, Владимирская, Новгородская, Царица Казанская, Царица Астраханская, Царица Сибирская, Государыня Псковская, и Великая Княгиня Смоленская, Княгиня Эстляндская и Лифляндская, Карельская, Тверская, Югорская, Пермская, Вятская, Болгарская и иных Государыня, и Великая Княгиня Новгорода, Низовской земли, Черниговская, Рязанская, Ростовская, Ярославская, Белозерская, Удорская, Обдорская, Кондийская и всей Северной страны Повелительница и Государыня, Иверской земли, Карталинских и Грузинских царей и Кабардинской земли, Черкасских и Горских князей, и иных наследная Государыня и Обладательница.
Возникшую  тишину нарушил  голос восхищенного наследника:
- Звучит! Пронимает!
Олсуфьев благодарно кивнул и продолжил:
- А у нас везде в документах пишут, даже из иностранной коллегии: «Божиею Милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, и прочая, и прочая, прочая»! А это форма для пользования внутри государства! Чувствуете разницу, господа?!
- Не звучит, - разочарованно за всех присутствующих ответил наследник.
- Что вы предлагаете, Адам Васильевич? – Екатерина перевела дух. Все эти титулы… Ну, не родилась она в эти времена, где бьются за них. Не испытывает трепета, как наследник. И вообще – покороче бы как-то… Чего над людьми издеваться…
- Во все инстанции был отправлен документ второго июля тысяча семьсот шестьдесят второго года с четким указанием, как и в каких случаях пишется ваш, Ваше Императорское величество, титул. Предлагаю устроить экзамен всем ответственным лицам и уволить со службы, кто этот формуляр не выучит наизусть!
- А кем заполните, уважаемый Адам Васильевич, уволенных, вы же сказали, что только единицы пишут грамотно? – спросила Дашкова, лукаво улыбаясь.
- А… мы дадим объявление в газете, что отныне претендовать на разные должности может каждый, как и прийти на экзамен, либо в любое другое время подать прошение о службе! – внезапно нашелся Олсуфьев.
Екатерина не ожидала такого от помощника и посмотрела на него удивленно, но спорить не стала:
- Пусть будет так.
Совещание продолжилось.
***

            Расставшись с императорской семьей, Потемкин не смог сдержать тяжелого вздоха и подошел к окну. Он был в отчаянии. Нервничал.
         «Что ж, сударь» - обратился к себе, - «Вы были на волосок от возможности стать нянькой наследнику Российского престола. Неплохая карьера, должен я заметить. Но  почему же я отказался?! Господи!.. Не буду врать себе. Не о таком мечтал. Какое будущее меня ждет теперь? Закончу с пошивом формы… А дальше? Что дальше?! Меня отпустят в полк, но он в столице. Карты, выпивка, бабы и балы… или наоборот: балы и бабы… И так из года в год. Я буду толстеть и медленно подниматься в чине. А Румянцев уезжает в Малороссию! Туда, где будет театр будущих военных действий. Походы, сражения. Именно там любого ждет слава и подвиги. Там жизнь будет бить ключом! Что делать?! Написать прошение? Кому? Императрице? Румянцеву?.. Думай, Григорий! После совещания ты можешь подойти к генералу и попросить его взять с собой. Императрица осерчает… А как иначе. Не-ет, я простой исполнитель ее воли, я ничего не нарушаю! Таких как я – вся Россия. Отбрось сомнения и действуй! Это единственный путь к славе и настоящим делам!»
         Долгие часы совещания Потемкин одинокой фигурой простоял в ожидании. Он так и не решился написать прошение об отправке с армией Румянцева, так и не выбрав, к кому же лучше обратиться.
          Периодически на него накатывали сомнения: Румянцев никак его, кроме работы над формой не знал. Как его убедить взять? Что он может быть полезен, ведь боевого опыта у него нет…
          Наконец двери распахнулись, и Екатерина Алексеевна под руку с Румянцевым и в сопровождении других лиц вышли в коридор.
           - Господа, после такого плодотворного совещания приглашаю вас отобедать! – повернулась к ним Екатерина.
            - Прошу Ваше Императорское величество уделить мне и полковнику Суворову еще некоторое время, - произнес Румянцев.
           - Ох, Петр Александрович! Моя голова скоро лопнет. Мы можем это сделать после обеда или завтра с утра? Ваша неутомимость делает вам честь!
           - Как прикажете, государыня!
           - Тогда лучше завтра, господа! – рассмеялась Екатерина и тут заметила Потемкина, который все же решился и сделал несколько шагов к ней, - Поручик, вам тоже нужна аудиенция? Но сегодня я уже решительно не выдержу никаких разговоров! Идемте лучше обедать! Приглашаю вас!
          - Ваше  Императорское величество, мне необходимо поговорить с генералом Петром Александровичем Румянцевым! – поклонился Потемкин.
           - Замечательно!.. – Екатерина освободила спутника и огляделась в поисках нового. Ближе всех был Бецкой, но, выдержать новую порцию об образовании дворянок, ей не хотелось. Потом шел Ломоносов, задумчивый и немного отрешенный.
           - Михайло Васильевич, Петр Александрович меня покинул, сопроводите меня к столу!
           - Почту за честь, государыня Екатерина Алексеевна! – оживился Ломоносов и предложил ей руку. Все двинулись за ними, оставив генерала и поручика наедине.
           - Слушаю вас, поручик!
           - Прошу вас взять меня с собой в Малороссию.
           - Зачем? Мне показалось – вы при деле.
           - Никак нет. Всегда мечтал служить. В армии, а не при дворце!
           - Служба – это выполнение приказов. Вам приказано шить – шейте! – Румянцев сделал первый шаг в сторону, куда направилась императрица. Он уже проголодался, к тому же, не совсем понимал странное обращение поручика.
          «В тепле, при деле, калека с одним глазом… Какая армия?!. Сидел бы уже в столице и радовался…»
         - Я почти закончил поручение, данное государыней. Очень хочу служить там, где скоро начнутся боевые действия.
         - А если не начнутся? Или начнутся нескоро? – недовольно буркнул Румянцев.
         - Но это будет армия!
         - Хм… - Румянцев остановился и задумался, потом махнул рукой, - Раз хочется уехать из столицы служить, не буду препятствовать. Пишите рапорт, я подпишу. 
          «И куда тебя поручик направить?.. Вроде толковый. Рассудительный. Пожалуй… Раз хочется вкусить, хлебнешь ты у меня армии сполна! К  Тотлебену! А там, глядишь, через неделю сам попросишься обратно»

***
          Прибытие «самого всесильного графа Орлова» в Архангельск вызвало бурю у местных дворян. Причем с разной реакцией: кто-то спешно отправлял жену и дочерей по имениям, вздыхая и облегчённо вытирая пот платочком, который только-только замазал, помахав вслед каретам; иной спешно заказывал нанятым поварам деликатесы, покупал иноземные вина и рассылал приглашения на балы и вечера. Были и такие, что велев женам и дочерям делать декольте поглубже, иногда получали возмущенный и дерзкий вопрос от последних:
- А матушке-то зачем?!
Застывали в недоумении, но не найдя что ответить, сердились, но заручившись одобрительным кивком либо понимающей улыбкой от супруг, отмахивались:
- Не вашего ума сие дело, молоды еще!
Словом, приезд Григория Григорьевича наделал много шуму и всколыхнул город, что жил своей бурной летней навигационной жизнью, привнеся в нее лёгкий флер интриг и веселья.
           Многим хотелось быть представленным графу. Некоторые, заслышав, что в городе все братья Орловы, всплыл общеизвестный факт, что они холосты, стали помышлять о шансе породниться, дочерей же пристраивать нужно, а вдруг счастье улыбнется? Нечета местные женихи столичным кавалерам со столь известной фамилией, высоким положением и влиянием.
          Наблюдая за лёгким подобострастием, Орлов, естественно воспользовался заискиванием местной знати в своих и экспедиционных целях. Ему удалось прикупить четыре корабля для размещения каторжан, а также всего многочисленного имущества, которое привезли младшие братья. Не упустил он и призывных взглядов некоторых дам, осчастливив себя и подарив наслаждение красавицам. Ночи также приносили графу земные радости, утро он встречал бодрым и счастливым. За завтраком выслушивал доклады о погрузке и закупках недостающего провианта и инструментов от Ломоносова, которые постоянно догоняли экспедицию. Инструменты прибывали, Орлов их с интересом крутил перед глазами, если позволяли размеры, и внимательно рассматривал. И страшно злился – инструменты прибыли почти все, а вот ученых людей, что умеют с ними обращаться, все не было. Уходило драгоценное летнее время для навигации, так и оставались неразгаданными способы применения диковинных научных и технических инструментов. И как тут не злиться?!
     Омрачали настроение Григория Григорьевича и ссоры с братьями. Все трое желали отправиться с ним в экспедицию. Граф резко и, как надеялся, пресек в первом же разговоре их доводы; но, упрямство и нежелание расставаться, заставляло троицу постоянно поднимать этот вопрос, да еще во время завтрака.
          - Ты, Гриша, не злись… Отправляешься на край земли, не зная, где он и каков. Тут нужен рядом верный человек, чтоб спину прикрывал. Особливо имея в попутчиках бывших сотоварищей, - так обычно начинал разговор Алексей, периодически меняя фразы и делая разные акценты, в надежде достучаться в мысли брата.
           - Что мне могут сделать каторжники в оковах? Куда им, Лешка, бежать? – отмахивался Григорий.
           - Хорошо, я с большим интересом буду изучать и делать то, что поручил Ломоносов! Все, что касается науки – мне интересно! – встревал один из младших.
           - И ты туда же, Володька! Вот путь Алешка и отправит тебя в Европу на учебу. Там знания такие собраны! Денег хватит и на учебу и на жизнь! Не чего тебе со мною тащиться, только время потеряешь!.. И не просись!
         - Меня тогда возьми! – придвигался Федор, - Я и на войне не струсил, и силой не обделен…
        - И красотой любимец женщин, а звать меня Душка! – перебил брата Григорий, - Вот  потому и следует тебе с Алешкой быть в столице.
        - Ха-ха-ха! С Алешкой? Да он раньше тебя намерился в армию из дворца сбежать! – выкрикнул, вставая из стола и бросая салфетку на тарелку, расстроенный Федор. Выглядело это забавно, но смеяться не хотелось никому.
         - Гриша, ну не упрямься, возьми хоть кого? Ведь можем и не свидеться, - настаивал Алексей.
          - Сказал нет, значит нет! Не буду никому из вас жизнь портить! – стукнул кулаком по столу, как всегда, Григорий, заканчивая неприятный разговор.
          «Вот же олухи! На слезу пробивают! И так тошно!»
           Наконец-то все было погружено на корабли, настало время отплывать. Граф решил оставить о себе приятные воспоминания.  Подготовил изысканный ужин и бал, закончившийся, невиданным в здешних местах, шумным фейерверком с небольшим пожаром – сгорел какой-то склад. Убытки хозяину Орлов оплатил поутру, а в полдень первый корабль под выстрелы пушек вышел в море.
         Море встретило экспедицию сильным попутным ветром, невысокие волны обдавали фонтанами непривычной горечью соленых брызг. К качке граф и его окружение не привыкли, и почти все тут же познали морскую болезнь.

Отредактировано Margohechka (27-10-2022 08:47:21)

+4

160

Margohechka написал(а):

Кипучая энергия, подкрепляемая уверенностью, что уж она-то нужный человек, способный и горы свернуть и выполнить любую порученную работу едва сдерживались внутри. Ведь нужно еще получить то самое важное дело, что снова их сблизит и покажет нужность.

Повторы, мэм! :playful:

Margohechka написал(а):

Причем с разной реакцией: кто-то спешно отправлял жену и дочерей по имениям, вздыхая и облегчённо вытирая пот платочком, который только-только замазал, помахав вслед каретам; иной спешно заказывал нанятым поварам деликатесы, покупал иноземные вина и рассылал приглашения на балы и вечера. Словом, приезд Григория Григорьевича наделал много шуму и всколыхнул город, что жил своей бурной летней навигационной жизнью, привнеся в нее лёгкий флер интриг и веселья.

Я бы добавил: а иные велели супругам и дщерям своим сделать декольте поболее, помятуя о том, что все может вернуться на круги своя....

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Императрица - 3. Эндшпиль: реванш или провал