Спорно. Алексей Водовозов, врач-терапевт и подполковник медицинской службы запаса в своей лекции "Собачье сердце с медицинской точки зрения" перечислил много ошибок и упущений у булгаковского героя.

А что Преображенский не ангел, вполне согласен. Насколько я могу судить, он - порождение той среды, с которой сам Булгаков был хорошо знаком как врач-венеролог и которую описал в "Белой гвардии" как:

На всякий случай уточню что в Киеве видели и описывали, образно выражаясь, сдутую пену, людей достаточно состоятельных и дальновидных для того, чтобы совершать рискованные и дорогостоящие путешествия в разгар войны и революции. Малоподвижные подонки остались в Москве.

М.А. Булгаков, пьеса "Адам и Ева", слова военного лётчика Дарагана, обращённые к академику Ефросимову.

Во-первых, квартира, занимаемая Преображенским, де-юре не его, а первоначально Калабухова (владельца доходного дома), а с августа 1918-го согласно декрету Президиума ВЦИК от 20 августа 1918 года «Об отмене права частной собственности на недвижимости в городах» государственная и распоряжается ей в описываемый период домовой комитет. То, что профессор игнорирует смену власти и вообще системы общественно-экономических отношений, характеризует его определённым образом. Вас, кстати, тоже. Домовый комитет это легитимная местная власть и потому её действия

Во-вторых, если смотреть немного шире, чем с кочки зрения уплотняемого профессора, Российская Империя страдала от недостатка жилплощади в городах, и если высшие слои общества могли этого не замечать, то санитарные врачи и средний класс били тревогу. По переписи 1912 года 40% московских квартир сдавались в наём по коечно-каморочной системе, иначе говоря, жильцы снимали не отдельные комнаты, а углы и койки. «Жилище главнейшей массы населения оказалось чем-то невозможным с точки зрения самой снисходительной гигиены, а для некоторых рабочих групп прямо приближающимся к логовищу австралийского дикаря или доисторического троглодита» (Святловский В.В. Квартирный вопрос. СПб., 1898). «Жилищная нужда давит уже не только разный мелкий люд, вроде пришлого чернорабочего или бездомного пролетария, <…> но довольно таки часто прижимает и так называемых людей средних состояний небольшого калибра буржуазию и огромную часть профессиональной интеллигенции» (Диканский М.Г. Квартирный вопрос и социальные опыты его решения. М., 1912). Во время Первой Мировой трудности с жильём усугубились перемещением больших масс населения, как относительно добровольным (беженцы), так и недобровольным (принудительное выселение нелояльных иноверцев с инородцами из прифронтовой полосы и т.п.). Одних только официально зарегистрированных беженцев в Москве на конец 1916-го было сто семьдесят тысяч. Для сравнения, в том же году по официальной статистике сдавалось двести тринадцать тысяч квартир. Революция и гражданская война с одной стороны не способствовали решению жилищного вопроса строительством, с другой стороны настоятельно требовали его хоть как-то решить. И советская власть решала законным и более-менее организованным уплотнением и пресекала его решение самозахватами, которыми грешили анархисты и уголовный элемент.

В-третьих, профессор Преображенский использовал жилую площадь нецелевым способом. Для коммерческой медицинской деятельности ("Доктор, скольким вы вчера отказали?  – Тридцати девяти человекам, – тотчас ответил Борменталь. – Гм… Триста девяносто рублей. ), для содержания подопытных животных ("кролик сдох") и вообще беспокойства соседям от него было много.

Насколько я могу судить по вашим рассказам здесь на форуме, если бы вы оказались на месте дамы на лестнице, ваш (и вашей группы поддержки) визит к профессору был бы куда более эффектен и эффективен.

И ещё один нюанс: по тексту Преображенского не уплотнили, единственного во всём доме. И домовый комитет, явившийся к нему во второй главе, не требовал, а просил его добровольно уплотниться. По тексту преддомкома Швондер сказал буквально следующее:

// Показательно, что Преображенский в звонке своему высокопоставленному пациенту изложил диалог с домкомом в выражениях вида:

А моя супруга обратила внимание на то, что частная практика профессора была объективно выгодна домкому, поскольку позволяла Преображенскому своевременно и полностью вносить квартплату, чем могли похвастаться не все жильцы ("бывшие" потеряли привычные источники доходов, а новые жильцы далеко не все их имели в условиях разрухи и безработицы). И потому возникает подозрение что Швондер саботировал требования начальства и радикалов в домкоме, требовавших тотального уплотнения. За что и получал со всех сторон.

В начале двадцатого века всё это было общепринятой практикой, другой вопрос - и тогда замечали вызываемые этим опасности и неудобства.

А нету никакого Шарикова, запланированного профессором   Есть эксперимент по внедрению части тела МЕРТВОГО Клима Чугункина в организм пса Шарика. Над живым человеком - никаких экспериментов не проводится. Только над тем, что УЖЕ МЕРТВО. " Что мертво - умереть не может" (с). Ожить - тоже.

С точки зрения и закона , и морали -  профессор  чист .

Отредактировано Франческа (19-04-2026 15:03:27)

Значит, проблема - не в профессоре, а в законах, которые уравнивают с человеком- профессором результат экспериментов профессора над собакой.