Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Маг по случаю


Маг по случаю

Сообщений 161 страница 170 из 172

161

И что теперь будет с ведьмой? Мне почему-то кажется, демон сыграл с гг в поддавки.

0

162

Я очнулся от непривычной сухости в горле.
Жажда была такой, что хотелось вылакать целое море.
Море мне, конечно, выпить не дали, но кружку к губам всё-таки поднесли.
Вода стекала по подбородку, капала на шею и грудь, но я не обращал на это никакого внимания. Пил жадными, судорожными глотками, совершенно забыв о том, что могу захлебнуться. Мою голову кто-то мягко поддерживал. Возможно, он просто лучше меня знал, что и как делать.
Понять, что со мной происходит и где нахожусь, получилось не сразу. Память возвращалась толчками, в щадящем режиме, словно бы кто-то мне неизвестный боялся, что узнав всё одним разом, я просто рехнусь… Зря, наверно, боялся. Не такой уж я неврастеник, чтобы сойти с ума от банальных истин: я – маг, я только что побывал в своей голове, изгнал оттуда чужого демона, а сейчас находился в какой-то пещере… В пещере?!..
Открыв широко глаза, я обвёл взглядом свисающие со сводов длинные сталактиты. Каменное великолепие подсвечивалось тусклыми «дежурными» лампами, спрятанными в специальных нишах.
Сбоку негромко кашлянули.
Я повернул голову.
Рядом, держа в руках кружку, сидела Лариса. Сидела почти как в Японии, на коленях, в позе «сэйдза», только вместо шёлкового кимоно на ней были коротенький топик и шорты. Джинсовая безрукавка лежала у меня под затылком вместо подушки.
- Когда? – мой голос звучал хрипло и словно со стороны.
- Что когда? – не поняла ведьма.
- Когда демон вселился в меня?
Лара вздохнула.
- На острове, сразу после вулкана, когда ты вышел из портала на берег.
- Почему ты сразу мне не сказала?
- Ты бы всё равно не поверил, – пожала плечами девушка. – Он контролировал твои эмоции и твоё эго. И если бы я так сказала, ты решил бы, что я тебе враг.
Я криво усмехнулся.
- Я это и без твоих слов решил.
- Знаю, – кивнула Лариса. – Но тогда кризис случился бы раньше, когда я была не готова… – потом опустила глаза и тихо добавила. – Когда мы оба были ещё не готовы.
Я рывком оторвал спину от пола, поднял смятую безрукавку и протянул спутнице:
- Спасибо.
- За что?
- За то, что дала возможность увидеть себя изнутри.
- Прости, – снова вздохнула Лариса. – Я не могла по-другому. Это был единственный выход. Ты должен был пройти искушение.
- Да. Ты права. Я действительно должен был пройти через это.
Поднявшись на ноги, я вновь обвёл взглядом окружающие нас сталактиты и сталагмиты.
- Диктейская пещера?
- Да. Она самая.
- Как ты меня сюда дотащила?
Напарница улыбнулась.
- Ну, я всё-таки ведьма.
- Понятно… – я поправил ремень на штанах и протянул девушке руку. – Пойдём!
- Куда? – удивилась Лариса.
- За печатью конечно, куда же ещё…
Шли мы недолго. Пусть я никогда не бывал в этом месте, но дорогу мне указывало точное знание, полученное из высших источников, обычному человеку, увы, недоступных.
- Вот. Кажется, здесь.
Грот был совсем небольшим. Я осветил его с помощью маленьких светлячков, роящихся под каменным сводом. Дальняя стена грота в магическом зрении выглядела прозрачной. За ней вглубь горы уходил коридор. Теперь мне требовалось просто пройти туда.
- Нам туда? – едва слышно спросила Лариса.
- Да. Но мы сможем туда пройти только при одном условии.
- Каком?
Я пристально посмотрел на напарницу.
- Ты знаешь.
Честно сказать, это была маленькая месть с моей стороны. Пусть тоже немного помучается. Не всё же мне одному…
- Да… Да-да… Я понимаю… Сейчас…
Лара неловко сглотнула, тронула себя за шею, потом за грудь, нервно потеребила край топика  и, наконец, словно смирившись с неизбежным, потянулась к пуговице на шортиках.
Я мысленно усмехнулся.
- Давно?
- Что давно?
- Как давно ты научилась читать мои мысли?
Девушка вздрогнула.
- Откуда ты знаешь?
- Было бы странно не заметить, – пожал я плечами. – Последнее время, что бы я ни решил, ты всегда воспринимаешь это как должное, как будто бы точно знаешь, что я замыслил и как оно всё повернётся. Мало того, у тебя всегда припасён какой-нибудь хитрый план, что делать и что говорить. В реальной жизни так не бывает, даже если ты маг.
Лара смотрела на меня исподлобья и продолжала крутить пуговку, а я продолжал говорить:
- Но, в принципе, это не главное. Главное в том, что… – я взял короткую паузу. – Читать мысли умеешь не только ты.
Девушка снова вздрогнула, а я опять усмехнулся.
- Все, кто имеют хоть какое-то отношение к магии, знают: телепатия невозможна. Всё это так. Но, как известно, не бывает правил без исключений. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я?
Лариса кивнула и отпустила наконец злосчастную пуговицу.
- Да. Мама мне об этом рассказывала, но тогда я не верила.
- А сейчас?
- Сейчас? – ведьма посмотрела на меня странным взглядом, будто впервые увидела. – Сейчас да. Когда всё ещё начиналось, у меня даже в мыслях не было, что это случится. Поэтому, когда ты нас спас на Гаити, а я вдруг увидела, что ты думаешь, то чуть с ума не сошла. Это было так глупо и так по-дурацки.
- Глупо? Почему глупо?
- Ну, ты так смотрел на эту мою… подружку, так представлял в красках, как вы с ней… ну, это самое… И мне стало просто обидно. Потом, правда, я успокоилась, и уже в Тибете, когда ты гулял по мирам, я словно сама была рядом с тобой и видела как наяву всё, что там происходит. И это было уже не обидно, а страшно. Я не могла читать мысли других, я могла читать только твои, и это было как приговор.
- Почему приговор?
- Потому что это уже навсегда. Ты правильно говорил про две половинки, которые вечно ищут друг друга. В моём мире считалось, что если такое случится, то они сразу  начнут понимать друг друга без слов и будут чувствовать друг друга даже за тысячу ли. Но если понимать будет только один, то это означает, что он ошибся и отыскал не свою половинку.
- И в чем же трагедия? – я недоумённо приподнял бровь. – Пусть ищет дальше, какие проблемы?
- Всё не так просто, – покачала головой Лара. – Умение читать мысли можно получить один раз и только у одного человека. Поэтому, если кто-то ошибся в выборе, то все дальнейшие поиски становятся просто бессмысленными. Ведь если ты даже найдёшь кого нужно, то уже не сможешь понять, что это действительно он.
- А разве можно получить способности читать мысли, если выбор ошибочный?
Лара грустно вздохнула.
- Провидение тоже иногда ошибается. Особенно если ты маг и можешь влиять на него… А вообще, хватит об этом! Я знаю свой долг и знаю, что надо сделать, чтобы увидеть печать, – одним резким движением она сорвала с себя футболку, потом так же быстро расстегнула бюстгальтер и вновь потянулась к «заветной» пуговке. – Только прошу, давай сделаем это по-быстрому.
Я засмеялся.
- По-быстрому у нас не получится. И вообще – всё это ни к чему.
- Ни к чему?!
Рука девушки замерла на полпути.
Пуговица была уже расстегнута, но молния ещё не раскрыта.
- Да. Сейчас нам это не нужно.
-  Как это? Ведь ты же об этом думаешь.  Думаешь так, что… я прямо не знаю!
- Ты забыла про одну важную вещь, – я поднял брошенные на камни топ и бюстгальтер и протянул их Ларе. – Без одежды ты конечно прекрасна, но и одетая тоже отлично выглядишь. Мне нравится. Да что говорить! Любому мужчине такое понравится. Ты это тоже знаешь, поэтому и обмануть тебя легче лёгкого.
- Обмануть?! – брови полуодетой красавицы поползли вверх.
- Конечно. Раньше я не мог прочитать твои мысли, потому что – «а» – был ещё не силён в магии, и «б» – потому что ты закрывалась. Видимо, неосознанно, боясь, что тебя раскусит кто-то другой, например, этот ваш чёрный шар, который судья. Сейчас я стал намного сильнее, и пробить минимальную магическую защиту проблемы не представляет. Мало того, теперь я могу не только видеть тебя настоящую, но и внушать тебе ложные мысли и образы.
Глаза ведьмы расширились.
- Получается, ты мне сейчас… врал?! И ты вовсе не хочешь меня?!
Мне снова стало смешно.
- Ну почему обязательно врал? Просто не всё показывал. Как женщина, ты меня и вправду волнуешь. И, как любой мужчина, я был бы счастлив, если бы мы... ну, в общем, ты понимаешь… Однако это не главное.
- А что главное?
- Главное, что печать андрогине – это вовсе не страсть, не любовь, не секс. Это другое. Более высших порядков, что ли. Это, если так можно выразиться, единение душ. Истинное. Когда две половинки полностью открыты друг другу, когда они действительно знают практически всё и чувствуют себя как единое целое. И если ты на самом деле готова принять меня и открыться в ответ, то… 
- Возьми меня за руку, – закрыв глаза, прошептала Лариса.
Я сделал так, как она просила. Пальцы у девушки были холодные.
Ни топ, ни бюстгальтер ведьма на себя так и не надела.
- Нет. Я так не могу. Этого мало.
Лара внезапно шагнула вперёд и прижалась ко мне, обхватив руками.
Волей-неволей я тоже обнял её. С каждым мгновением, с каждым ударом сердца под моими ладонями становилось всё горячее и горячее. А затем нас словно накрыло волной.
Одна за другой передо мной мелькали страницы жизни колдуньи, её поступки и мысли, мечты и желания, а перед ней мелькали мои… Не знаю, сколько всё это продолжалось, но когда мы очнулись, прозрачной стены больше не было. Был только проход вглубь горы, открытый для нас двоих.
- Иди, – Лара оторвалась от меня и указала на открывшийся коридор.
- А ты?
- Мне нельзя.
- Почему?
- Во мне стоит магический блок. Его возвели специально, чтобы я не могла тебе ничего подсказать.
Я нахмурился.
Да, какое-то пятно в сознании ведьмы я и вправду почувствовал, только не придал этому большого значения. Решил, что это просто потёртые временем воспоминания. А оказалось, что нет, время тут совсем ни при чём. Запреты накладывал кто-то другой. И я даже подозреваю, кто…
- Хорошо. Тогда я пойду один.
- Я буду держать за тебя кулаки, – улыбнулась Лариса.
- Спасибо. Мне это не помешает.
Мысленно выдохнув, я быстро шагнул в тёмный проход.
За спиной что-то проскрежетало.
Я оглянулся.
Позади снова  была стена…

+4

163

"Слияния" с ведьмой так и не получилось. А жаль   http://read.amahrov.ru/smile/girl_sad.gif

0

164

Глава 10

Свет в коридоре отсутствовал. Всё бы ничего, но магическое зрение включить тоже не удавалось, поэтому шёл наугад, по наитию. И это получалось. Я словно бы чувствовал, где надо наклониться, чтобы не удариться головой о нависающий свод, куда и в какой момент повернуть, где можно идти спокойно, а где стоит быть осторожнее, чтобы не споткнуться о случайную трещину или приступок.
Что удивительно, мне было не страшно. Как будто все страхи остались там, за стеной, где мы с Ларисой открыли друг другу мысли, эмоции, тайны… Зря? Не зря? Глупо? Не глупо?.. Теперь это совершенно неважно. Главное, что я оказался прав. Две половинки должны ощутить друг друга вовсе не как любовники. Их соединение, как бы пафосно ни звучало – это не соединение плоти, а соединение душ. Это не страсть, не любовь, это иное. Сумел это разглядеть, увидишь и печать андрогине. Но это лишь первый шаг. Печать надо не только увидеть, её надо ещё и открыть. А дальше… Люди, соединившиеся по-настоящему, способны разрушить мир и убить богов. Мир это как-нибудь переживёт, а вот богам наверняка не понравится…
В потёмках я шёл минут двадцать. А затем на стенах и потолке начали проступать тени. Звучит, конечно, смешно – какие могут быть тени, когда вокруг темнота? – но они действительно появились. И вовсе не потому, что у меня поехала крыша, а потому что тьма медленно отступала, а привыкшие к ней глаза не сразу это заметили. Точнее, они-то как раз заметили, а вот мозг не допёр и… А, впрочем, какая разница? Главное, что длинный извилистый коридор, которым я шёл, явно должен был скоро закончиться.
Так и случилось. Примерно через минуту в конце туннеля забрезжил неяркий свет, а ещё через столько же я очутился в огромном зале, своды и стены которого терялись в невообразимой дали, а эхо шагов едва различалось.
Свет исходил от каменного постамента, расположенного метрах в пятидесяти от входа. На постаменте лежал маленький перламутровый шарик. Я обнаружил его, лишь подойдя вплотную. Именно он давал эту странную освещенность, когда вблизи всё отчётливо видно, а стоит отшагнуть на несколько метров, и пьедестал словно бы расплывается, окруженный дрожащим жемчужным сиянием, похожим на свет от старых люминесцентных ламп.
В том, что это и есть таинственная печать андрогине, я нисколько не сомневался.
На ощупь шарик казался холодным и твёрдым. Как его открыть, я пока не догадывался. Надеялся на подсказку извне. И она конечно последовала.
- Мои поздравления, дубль, – прогремело откуда-то сверху.
Я поднял голову.
Чуть выше и дальше от постамента в воздухе висел уже знакомый мне чёрный шар.
Удивительно, но даже при таком плохоньком освещении он выделялся на фоне окружающей нас темноты.
- Хочешь открыть печать? – в голосе судьи из конклава явно звучала насмешка.
- По-моему, тебя зовут Главк, не так ли?
- Дерзишь? – громыхнул шар.
- Уточняю, – пожал я плечами. – Для меня вы все одинаковые.
- Ты видел других? – неожиданно заинтересовался судья, а я поставил себе маленький плюсик в карму. Информация, что среди судей-архонтов этот шар не единственный, может когда-нибудь пригодиться.
- Похожего на тебя я видел три месяца назад, на суде. Но ты это был или не ты, я не знаю.
- Ты не умеешь различать ауры?
- Сейчас умею, а тогда не умел.
- Понятно. В таком случае информирую. Тот суд возглавлял я, архонт Главк, третий старший конклава. Что такое конклав, объяснять не буду. Ты этого ещё не достоин.
- А когда буду?
- Ты задаёшь неправильные вопросы, дубль. Но это забавно, поэтому я отвечу. Допуск на первичную информацию ты получишь, когда откроешь печать и сделаешь выбор.
- Я понял. Спасибо, архонт, – кивнул я, решив пока не выёживаться.
- Ну? Что молчишь? – нетерпеливо поинтересовался судья секунд через десять.
- Простите, архонт. Я просто пытаюсь понять, какой вопрос будет считаться правильным.
- Сначала задай, а я уж решу как-нибудь.
- Хорошо. Как открыть печать андрогине?
- Этот вопрос правильный. Я на него отвечу, – напыщенно произнёс Главк. – Чтобы открыть печать, ты должен заплатить. А чтобы получить право заплатить, ты должен оставить залог.
Я почесал в затылке.
- Я что-то не очень понял, архонт. Это типа «в ломбарде вход платный»?
Шар громко захохотал.
- Почти, дубль! Процесс больше напоминает вашу поговорку «вход – рубль, выход – два». Ты должен будешь оставить в залог своё тело. Обратно ты сможешь его забрать только в двух случаях. Первый – если ты не захочешь платить, то вернёшь его в обмен на магические способности. Второй – если ты внесёшь плату и сделаешь правильный выбор.
- Хм… Первое понял. Второе не очень.
- А это неважно. Поймёшь, когда оставишь залог.
- А наоборот нельзя?
- Нет.
Я «тяжко» вздохнул.
- Ну, хорошо. Я согласен. Где этот ваш ломбард?..

+4

165

Я мчался над ночным морем, сжимая призрачными руками печать. Далеко внизу мелькали огни кораблей, свистел ветер, катились тёмные волны. Вверху стареющий месяц узенькой лодочкой плыл по усеянному звёздами небосводу.
Красота южной ночи меня совершенно не радовала.
Судья оказался обманщиком.
Забрал моё тело, но ничего не сказал об оплате: где, что и как. Просто исчез, и всё.
Единственное, что я мог сделать после такой подставы – это довериться артефакту.
И это действительно помогло.
Перламутровый шарик «работал» почти как радиопеленгатор для «охоты на лис». Только вместо звукового сигнала он подавал «тактильно-магические». Если я отклонялся от курса, печать начинала греться, а в ладони покалывало. И чем сильнее уходил в сторону, тем неприятнее были ощущения.
К источнику магического излучения, на который был настроен артефакт, я подлетел примерно в два часа ночи. Что он собой представлял, почему печать андрогине «звала» меня именно в это место? Ответы на эти вопросы пока отсутствовали. Имелась только уверенность, интуитивная, на уровне подсознания, что уж на этот раз действую правильно, единственно верным способом.
Внизу расстилалась укрытая в потёмках долина. Отдельных домов и дорог было не разглядеть. Не светилось ни одного окна, ни одного фонаря, и только тусклые фары машин обозначали, что люди здесь всё-таки есть.
Многострадальная земля охваченной войной Сирии.
Если верить появившейся перед глазами карте, я находился где-то возле Ихсима, маленького городка в провинции И́длиб, примерно на полпути между более крупными населенными пунктами – Хан-Шейхун и Джиср-эш-Шугур. О первом вспомнилось потому, что произошедшие в нём события (якобы гибель людей от якобы химоружия) в своё время едва не стали причиной прямых столкновений между Россией и США, а второй регулярно мелькал в сводках боевых действий как один из оплотов террористических группировок, окопавшихся на северо-западе САР.
Над этим районом я кружил около четверти часа. Магический пеленгатор вёл себя странно. Он водил меня по какому-то замысловатому маршруту, заставляя то резко снижаться, то наоборот, взлетать под самые облака, направляя то влево, то вправо, возвращая назад, бросая из стороны в сторону... Печать словно бы сомневалась, куда приземлиться.
О том, что приземлиться надо не куда, а в кого, я понял только когда очередной воздушный манёвр перешёл в стремительное пике. Траектория спуска обрывалась на невысоком холме, её конечная точка упиралась в груду камней, среди которых, явно таясь, лежал человек в камуфляже. Я видел его абсолютно чётко, будто в ночной прицел, адаптированный к обычному зрению, как если бы это происходило днём, при ярком солнечном свете. Падение продолжалось меньше пяти секунд, но за это короткое время я успел разглядеть главное – этот человек был… мной…

- Сойка, я – Егерь, даю целеуказание: группа противника на восточном скате высоты «белая», четыре разрушенных дома, квадрат 41-60 по улитке 7, работай в два захода: первый – гвоздями, второй – трещоткой. От 18-го ориентира магнитный курс 190, дальность – четыре двести. Уничтожить! Как понял, Сойка?
Команда авианаводчика полетела в эфир.
- Егерь, я – Сойка, понял! Разрешите работу?
- Сойка, работу разрешаю.
Пара вертушек, войдя в пикирование, точно отработала цели и ушла коробочкой на разворот.
- Сойка, я – Егерь. По первому заходу: два северных строения уничтожены. На втором заходе работай трещоткой по южным. Как понял?
- Егерь, я – Сойка. Работаю по южным домикам.
- Сойка, работу разрешаю!
На этот раз Ми двадцать восьмые вышли на цели на бреющем, чуть ли не подстригая лопастями винтов верхушки местной растительности.
Второй заход не оставил бандитам никаких шансов.
- Сойка, я – Егерь. Цели поражены. Спасибо за работу. Ожидайте в 15-й зоне дежурства…

+6

166

Находиться в собственном теле, не имея возможности управлять им, было, как минимум, непривычно, а в реальности – сродни катастрофе.
Сволочь он, этот архонт! Наобещал, наплёл, обнадежил, а в результате – попал так попал. Только не он, а я.  Как кур в ощип, по полной программе. 
Нового хозяина моего тела звали Сашкой – как приснопамятного шамана. Он служил авианаводчиком в ССО. Профессия, безусловно, достойная и героическая, и в других условиях я бы с удовольствием пожал ему руку, но здесь и сейчас мне этого совсем не хотелось. Двум медведям в одной берлоге не просто тесно, а невмоготу. Тем более что своё тело старший лейтенант Дорошенко «профукал» три с половиной часа назад, когда вместе с группой прикрытия попал под случайный минометный обстрел. Глупо, конечно, но любая война чаще всего из таких случайностей и состоит. Планы планами, подготовка подготовкой, но бывает, что даже суперспециалистам не везёт так же, как мало чего умеющим новобранцам.
Хотя, если честно, старлей был нисколько не виноват. Просто это я таким образом злился на подставившего меня судью. А Сашка, наоборот, молодец. Даже не заметил, что вместо старого тела, отмеченного несовместимыми с жизнью повреждениями, ему «подсунули» новое, пусть и не столь тренированное, как прежнее, но кто их там разберёт, ночью, в сплошной полосе минных разрывов, когда все свои – двое проводников-сирийцев, и двое наших – погибли, а боевая задача осталась невыполненной. Хочешь не хочешь, пришлось выполнять её в одиночку, не обращая внимания на временную потерю сознания и странную контузию, когда вроде бы ничего не болит, но на любое изменение обстановки реагируешь запоздало, а сами реакции кажутся не вполне адекватными.
Свою работу старший лейтенант Дорошенко исполнял хорошо. Его этому учили, и учили неплохо. На первую позицию наведения он вышел в 0:35 по местному времени. Четыре минуты ушло на то, чтобы подготовить к работе облегченный «пехотный» аналог знаменитого «Клёна-ПС». Ещё через три лазерная станция подсвета и дальнометрирования выдала данные, которые ПАН  тут же передал вышедшему на боевой курс «тридцать четвертому».
Удар двумя КАБами  вышел на загляденье. От замаскированного под брошенный склад бандитского лагеря остались только дымящиеся развалины.
Следующей целью стала высота «белая» в четырёх километрах к западу от Ихсима.
Затем Сашка двинулся на юго-восток, где предстояло определить уже разведанную сирийцами цель – полевой штаб одной из группировок непримиримых – и навести на него авиацию…

На окружающий мир я смотрел своими глазами, чувствовал его своей кожей, слышал своими ушами, но всё это проходило через призму чужого сознания. Старлей молча бежал по едва угадывающейся горной тропинке. В лопатки давил угловатый кожух станции наведения. Ниже болтался рюкзак с провизией и приборами. Разгрузка была заполнена на сто с лишним процентов, причем, оружие и боеприпасы составляли, хоть и значительную, но всё же не главную часть. Главными для авианаводчика, лишившегося ближнего охранения, являлись устройства специальной связи, планшет, маскировочные приспособления и средства радио- и визуальной разведки.
Висящий на груди автомат оттягивал шею так, словно весил в десять раз больше. Сашка этому ещё удивлялся, как удивлялся и внезапно пропавшей выносливости, а вот мне силы на удивление уже не хватало. Вообще непонятно, как мы до сих пор не упали на камни, вымотанные и изможденные. Столько бегать, столько пахать мне ещё ни разу в жизни не доводилось. А ведь по окончании бега требовалось подготовить позицию, произвести разведку, привести в рабочее состояние станцию, передать данные для удара и зафиксировать результат.
Как со всем этим справиться и не съехать катушек?
Хрен знает.
Старлей ни о чём подобном не думал. Ему ведь и в голову не могло прийти, что тело чужое. Поэтому он просто накручивал себя изнутри и, словно грубый надсмотрщик, заставлял непослушные мышцы выполнять заданную мозгом работу.
Когда мы прибыли, наконец, в нужное место, от усталости я был готов умереть. Сашка пока держался.
Что удивительно, я мог в любую секунду выгнать его из своего тела, ведь он пользовался им только по попущению хитровыделанного архонта и колдовать не умел. Однако – и в этом заключалась основная проблема – делать это было себе дороже. Только сейчас я, наконец, догадался, что имел в виду чёрный шар, когда говорил: «если ты не захочешь платить, то вернёшь свой залог в обмен на магические способности». Печать андрогине, могущественный артефакт, который мне надо было открыть, намертво «припечатался» к душе старшего лейтенанта Дорошенко. Поэтому если я просто выгоню Сашку, он уйдёт из моего тела вместе с печатью, а с ней, как теперь стало понятно, уйдут и мои способности к магии.
Если же я не стану его выгонять, то… приключиться может всё что угодно.
Недаром ведь чёрный шар заявлял: «чтобы открыть печать, тебе надо заплатить».
Чем? Как? Когда?
Вопрос оставался открытым.
Но, так или иначе, как бы он ни решился, мне надо сделать всё, чтобы старший лейтенант не погиб. В противном случае, возвращать будет просто нечего. Залог перестанет существовать…

+4

167

На этот раз позицию для авианаведения старлей устраивал долго – никак не мог перевести дух и унять дрожащие пальцы. Адреналиновый выплеск закончился лишь через десять минут. Только тогда Сашка смог, наконец, приступить к наблюдению за объектом.
Несколько полуразрушенных зданий, окруженные цепочкой холмов. Именно здесь, по данным сирийцев, должен был находиться крупный склад вооружений и боеприпасов. Однако чем дольше наводчик вглядывался в строения через бинокль ПНВ, тем меньше ему это нравилось. Складывалось ощущение, что если этими зданиями действительно пользовались, то точно не в последние дни. Согласно метеосводкам, неделю назад по этим местам прошла пыльная буря, но на занесенной песком территории не наблюдалось ни одного привычного следа. Ни людей, ни машин, ни даже животных. Хотя, по всем писаным и неписаным правилам, такие объекты должны охраняться или, как минимум, инспектироваться. Вода, энергия, продовольствие, связь – без них в нынешние времена никуда. Ничего этого старший лейтенант не увидел. Ни единого признака…
Увы, но в складывающейся ситуации я тоже ничем не мог помочь подселенцу. Выйти наружу, пролететь над местностью, проверить, есть ли поблизости враг – без проблем, а вот вернуться и сообщить, что и как, возможности не было. Печально, но факт. Печать утянула практически все мои колдовские умения. Я оказался даже в худшем положении, чем три месяца назад, когда точно так же лишился магии. Тогда я был всё-таки живым человеком, а сейчас, покинув материальную оболочку, превратился бы в бестелесного призрака, никому в этом мире ненужного и почти ни на что не способного. Без артефакта даже попасть назад в своё тело стало бы для меня неразрешимой задачей…
- Синица, я – Егерь. Ожидайте в зоне 11. Готовность  30 минут.
- Егерь, я – Синица. Понял тебя. Зона 11, готовность 30…
Единственное, что мне удалось – это внушить Сашке желание проверить всё ещё раз.
Слишком уж тихо здесь. Слишком легко мы добрались до цели, если конечно не принимать во внимание едва не «убивший» нас марш-бросок.
Решающими для старлея стали два довода.
Первый: из-за чрезмерной усталости он мог и вправду что-нибудь не заметить.
Второй: прежде чем выходить в эфир, следовало обеспечить дополнительные пути отхода.
Вынув из станции наведения шифровальный блочок (без этого элемента ЗАС  превращалась в простой набор микросхем), старший лейтенант тихо отполз с позиции.
То, что подозрения небеспочвенны, мы поняли минут через пять.
Вдали на тропе что-то мелькнуло. При более внимательном взгляде через бинокль там явно обозначилось, пусть тихое, но движение. И это была не лиса и не кошка.
Мысленно выругавшись, Сашка пополз обратно, но взял метров на двадцать южнее.
Только это нас и спасло.
К раскрытой позиции уже подбирались несколько человек. Все с оружием.
Один из них прокрался буквально в паре шагов от замершего среди камней наводчика.
Уходить можно было только по склону вниз, но через полсотни метров россыпи валунов заканчивались. Ещё ниже старлей углядел притаившихся за скальным уступом боевиков, количеством около двух десятков. Ещё столько же тихарилось за естественным бруствером проходящей рядом дороги.
Данные сирийской разведки оказались не просто дезой, они оказались ловушкой.
Российских спецов здесь ждали и готовили им жёсткую встречу.
Следующие десять минут Сашка потратил, чтобы найти хоть какую-то ухоронку, а бандиты, поняв, что противник где-то на склоне, начали осторожно сжимать кольцо окружения. Времени оставалось немного. Максимум, четверть часа, и нас обнаружат.   
Что делать, я просто не представлял.
Пытаться прорваться? – Шансов практически нет.
Замаскироваться по полной в надежде, что не найдут? – Найдут, сто процентов.
Сдаться? – Единственный вариант остаться в живых, но…
Сашка меня не слышал.
А если бы и услышал, то вряд ли послушался.
- Синица, я – Егерь. Удар четырьмя лаптями по координатам. Без подсветки. Даю целеуказание. Координаты…
Старлей ровным голосом продиктовал данные и продублировал их на планшете.
- Егерь, я – Синица. Работаю по координатам…
Авиация дала подтверждение.
На бледном, защищенном от боковых бликов экране зажегся красный прямоугольник.
Наводчик нажал пальцем на сенсор.
- Синица, я – Егерь. Работу разрешаю…
Сашка убрал планшет и вытащил из разгрузки гранату.
У меня ещё было время – минуты, наверное, полторы – чтобы уговорить его поднять руки. И ещё столько же, чтобы вместе с бандитами уйти из зоны уверенного поражения.
Я абсолютно чётко, по аурам, видел, как с запада, с высоты девяти километров к холму, где мы прятались, неслись четыре начиненные смертью «сигары».
Две тонны взрывчатки не оставляли нам ни единого шанса…
Последние тридцать секунд я изо всех сил пытался заставить себя не сбежать…
Первая бомба рванула прямо над нами…
Куда попали другие, я уже не увидел…

+5

168

Перламутровый шарик исчез. Вместо него призрачную ладонь обжигал небольшой стерженёк, похожий на рукоять ножа или шпаги.
Открывшаяся печать пылала ярким огнём. На неё было больно смотреть, но в то же время я просто не мог оторвать взгляд от преображенного человеческой сущностью артефакта.
Материальная оболочка единственного полноценного мага и душа человека, пожертвовавшего собой, чтобы исполнить долг…
Сашка-шаман, партизан Васька, старший лейтенант Дорошенко…
Обычные люди, которых мало кто знает, которые не мелькают на телеэкранах, с которыми не ручкаются премьеры и президенты, которые не собирают стадионы поклонников, не владеют нефтяными компаниями, не ведут блоги и не пекутся о славе…
Почему, чтобы налиться истинной силой, печать выбрала одного из них, а не кого-то известного, облечённого богатством и властью?
Ответ очевиден. Печать андрогине – это не просто ключ, запирающий двери в магические миры. Не просто соединение двух начал, мужского и женского. Это своего рода символ. Суть нашего мира.  Его квинтэссенция. Главное, что есть в человечестве, чем оно готово расплатиться за своё будущее. Жертвенность для других, способность отдать всё, что имеешь: имущество, магию, жизнь, душу, собственное бессмертие… Видимо, это и есть та плата, про которую говорил судья и которую заплатил… нет, не я. За меня это сделал обычный авиационный наводчик из ССО, не имеющий способности к колдовству, но точно знающий, что выбирать между жизнью и долгом, ради чего стоит жить, а ради чего умереть…

Моя душа выжила, а Сашкина открыла печать, и я опять оказался в той складке пространства, где состоялось первое заседание «надмирового суда». Только теперь уже не висел в позе «человека да Винчи», не имея возможности пошевелиться, а просто витал внутри какого-то магического пузыря, занимающего центр огромного зала со стенами из горячего пламени с одной стороны и ледяных торосов с другой. Там, где пылало пламя, в тесной магнитной ловушке крутился огненный вихрь. Внутри у него поблескивали фиолетовые глаза. Там, где сверкали льды, к отполированной до зеркального блеска холодной глыбе была приморожена полуодетая ведьма. В обращенном на меня взгляде таилась надежда. Посередине, напротив моего пузыря над абсолютно чёрной землёй парил чёрный шар.
- Поздравляю, дубль. Ты открыл печать андрогине. Теперь тебе предстоит сделать выбор…
Я смотрел на него и пытался понять, зачем ему этот спектакль?
Он врал мне тогда, врал и сейчас. Никто не мог просто так взять и отдать мир демону или ведьме. Мир не игрушка, не вещь, не предмет гардероба. Его можно только познать. А познав, ограничить. Заставить магию подчиниться, а затем качнуть её в нужную сторону. Усилить одну ипостась и ослабить другую. А для этого требуется артефакт-шифр, артефакт-пароль, артефакт-сейф, где хранится проект, по которому строится мироздание.
Архонту конклава был нужен тот, кто этот «проект» откроет и перезапустит. Неважно, в какую сторону качнётся магия нашего мира. Главное, что теперь для неё исчезнут любые преграды, и она потечёт полноводной рекой, а тот, кто оседлает этот поток первым, получит взамен власть и богатство. Но чтобы их сохранить, богачу и властителю понадобится вечный конфликт. Вечное разделение на чёрных и белых, толстых и тонких, высоких и низких, мужчин и женщин, в конце концов. Одни всегда будут сильнее других и всегда будут черпать свои силы в слабости тех, кто вынужден подчиняться.
И я не могу сейчас отказаться от выбора, как бы мне этого ни хотелось.
Печать превратилась в оружие, и оно должно обязательно выстрелить. Пусть всего один раз, но если это не сделать, от накопленной силы печать попросту разорвётся, а вместе с ней взорвётся и мир. Исчезнет «проект», исчезнет и строящееся по нему «здание».  Иного, увы, не дано…
- Ты должен выбрать, какое начало для твоего мира лучше и правильнее. Женское? – качнулся шар в сторону ведьмы. – Или мужское? – «указал» он на демона. – Хочешь  узнать, как это делается?  Нет ничего проще. Надо лишь уничтожить ненужное…
Я машинально  вздрогнул. Конечно, я знал, что всё будет именно так, но до последней секунды надеялся, что есть и другой вариант.
- Убьёшь ведьму, получишь всю силу демона, заберёшь его душу, вернёшь своё тело. Весь мир склонится перед твоим могуществом. Самые красивые женщины станут тебя ублажать, самые могучие воины будут тебе подчиняться. Убьёшь демона, соединишься с ведьмой и обретёшь её тело и душу. Весь мир будет восторгаться твоей красотой и мудростью. Самые могучие воины будут готовы исполнить любое твоё желание, самые красивые женщины рядом с тобой будут выглядеть пустыми дурнушками.
Слова судьи звучали почти как насмешка. Он знал, чем всё закончится. Они все это знали. Знали заранее. И ведьма, и демон. Мало того, им было понятно, что кого бы из них я ни выбрал, они оба исчезнут. Кого-то развоплотит печать андрогине, другой полностью растворится во мне, потеряв тело и душу.  Лара опустила глаза и старалась не смотреть на меня. Пламя, окружающее Сар’хака, словно бы потускнело.
Убить своими руками Ларису я не смог бы ни при каких условиях, но уничтожить демона стало бы для меня катастрофой. Что может быть хуже, чем, оставаясь мужчиной, превратиться телесно в женщину и мучиться так до конца времен?
Больше всего мне хотелось убить судью, но, к сожалению, печать на него не действовала. Чёрный шар никогда не принадлежал нашему миру, в отличие от ведьмы и демона, вобравших в себя силу Земли, принявших её магию и ставших её воплощениями.
- Выбирай! Или твой мир умрёт!
Из стержня-печати выскользнул тонкий клинок чистого белого пламени.
Сила, теснящаяся в артефакте, рвалась наружу.
Чтобы принять решение, оставалось не больше пяти секунд.
Я посмотрел на Сар’хака. Перевёл взгляд на Лару.
Мужское. Женское. Две половинки единого целого. Мир, лишённый хотя бы одной из них, обречён. Магию, как и жизнь, нельзя разделить поровну. Что-то так или иначе останется, обретёт плоть и возненавидит своё зеркальное отражение. И тогда мир окончательно рухнет. Ненависть, возведённая в абсолют, уничтожит всех: победителей и побежденных, сильных и слабых, правых и виноватых. Хромой на одну ногу, лишенный одной руки, не видящий одним глазом, не слышащий одним ухом – на что он способен? Только на ненависть к самому себе за сделанный когда-то неправильный выбор…
Огненно-белый клинок вошёл мне прямо в живот.
Я никогда не видел, как развоплощаются призраки.
Я не чувствовал боли, не чувствовал жалости.
Я просто тянул клинок вверх, боясь одного – что не смогу довести его до конца.
Звуки становились всё тише, цвета бледнее, запахи неощутимее…
Призрачная плоть растекалась по магическому пузырю, превращаясь в белёсый туман.
Когда лезвие дошло до макушки, всё вокруг просто исчезло…
Свет, запахи, звуки. Холод – тепло, твёрдое – мягкое, верх – низ. Прошлое, настоящее, будущее…
Ничего этого больше не было.
Только бесконечное и бессмысленное ничто. 
Быть мёртвым – это такая скука…

+5

169

Это еще не конец?

0

170

Нет, не конец.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Маг по случаю