Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лукоморье » Сидовы сказки.


Сидовы сказки.

Сообщений 21 страница 30 из 110

21

WAK написал(а):

Травы отсыпьте.

Дык зачем трава! 5-6 литров Боброва крепкого и все гуд!  http://gardenia.my1.ru/smile/guffaw.gif

0

22

Я уже не говорю, что может статься с человеком, если он жахнет такое же количество Балтики №9...Ужасов насмотришся, мама не горюй!  http://gardenia.my1.ru/smile/shok.gif

0

23

mrachniy написал(а):

Наоборот, нравиться они мне стали, сплю и вижу стада Юникорнов.

с чего бы это?   http://gardenia.my1.ru/smile/wink.gif 

Warrior Frog написал(а):

А сверху, над Н. летает пара "ушастых сов", любимых птичек одной богини. "Африканцы" и греки падают на колени, крича, "Хвала тебе, О Дочь "Самого" )

А это уже совсем другая сказка, как говориться...

mrachniy написал(а):

Дык зачем трава! 5-6 литров Боброва крепкого и все гуд!

Что же это за таинственное вещество? Продукция местного пивного завода, обладающая галлюциногеными свойствами?  http://gardenia.my1.ru/smile/tongue1.gif

0

24

http://gardenia.my1.ru/smile/guffaw.gif 

Rose написал(а):

с чего бы это?

Да он у Вас такой несчастный и слабый... Да и вообще я животных люблю.  http://gardenia.my1.ru/smile/smile.gif 

Rose написал(а):

Что же это за таинственное вещество? Продукция местного пивного завода, обладающая галлюциногеными свойствами?

Вы совершенно правы! Голюцинаций не оберешся

0

25

Сказка про Кунедину обиду.

- Не ломайся, как девка. Расскажи. Сама же приедет! Значит, нужно знать, о чём при ней лучше не говорить. Да и любопытно. Там как, наветы были, или правда?
        Воин, что рассказал историю про двух невест, был уже не рад, что ввязался в спор с ирландцем. Теперь к костру его десятка прибились соотечественники короля и требовади подробностей. Теперь вот им понадобилась песенка невесты-соседки.
        - А теперь уже и не разберёшь, - вздохнул горец, - после того, о чём в песенке пелось, лет триста прошло. Остались от той истории легенды, а от легенд - детские сказки. Опять же, произошло это далеко на севере, аж в Гвинеде! Сами понимаете, до наших мест немного донеслось, да через третий пересказ. Так и вышло, что филиды вещают одно, барды поют иное, а матери детям на ночь и вовсе третье рассказывают. А самое смешное - я толком не помню ни преданий, ни баллад, ни сказок. И коли уж начну байку, так в ней будет по кусочку от всего, кроме, разве что, правды. Вот, я вас предупредил. Слушать будете?
        - Ты нас присказками не корми. Выкладывай, что знаешь, - отвечали ему.
        - Ну, сами напросились! Было это лет тому, опять же, триста. Как раз, когда Максим Великий ушёл с войсками на континент, да там и сгинул. Я так понимаю, его сыновья на тот поход подбили - то ли младшие, что боялись малое наследство получить, то ли старшие, желавшие кусок пожирнее - бог весть. Но были и те, кто своим уделом был доволен, остался на родине - ну и остался жив. Главного меж собой они так и не избрали. Один из таких и правил Гвинедом. Вот за него Дон, как из Ирландии приехала, и вышла замуж. Немайн закопалась в библиотеку, Гвидион начал готовиться править государством, да так, что чуть Манавидана не переплюнул. Впрочем, нравы тогда были куда как вольней - так, что иные ещё спасибо говорили за улучшение породы. Гвин охотился да воевал - из песни слова не выкинешь - с пиратами из Улада и Лейстнера.
        - Уладцы - это ууууу! А лейстнерцы совсем негодяи! - откликнулись О'Десси. Откуда бы не происходили сами, вслед за королём они предпочитали считать себя мунстерцами. То есть людьми не больно хитрыми, не больно работящими, не больно драчливыми, зато душевными да верными. И самую малость упёртыми. Вот как Немайн. Хотя она, вроде, и коннахтская сида...
        - Она, прежде всего, камбрийская сида. Как вы - камбрийские ирландцы. В общем, семейка жила - и глвным в ней, как это ни странно, оказался именно человек. А вот кем вышли дети короля-римлянина и Дон, уж и не скажу. Почитаются за сидов. Видимо, их кровь крепче. Но годы своё взяли. Дон овдовела. И тут же снизила налоги... Наёмники разошлись, кланы чужачку не слушались, сыновья отбились от рук, а старшая дочь собрала вещички и ушла неведомо куда.
- В камыши?
- Может, и в камыши, только это ещё до Артура было. И даже до саксов. Кер-Легион тогда был наш, и управлял им легат Кунеда, чистокровный бритт и хороший римлянин. Он же отвечал и за северный вал - а тот, как вы знаете, и до сих пор местами стоит. Вот Кунеда и видит - непорядок в тылу, разобраться нужно. Ну, собрал отряд, задавил мятежи, прижал разбойников, кланы согласились посылать воинов помогать оборонять вал и гонять пиратов. Возвращается домой - и обнаруживает в своей постели одного из братиков рыжей и ушастой. Любовнички то краснеют от стыда, то бледнеют от страха, и невнятно блеют про любовь.
Кунеда, как я уже говорил, был бритт и римлянин разом, значит, человек спокойный и рассудительный. А потому он велел парочку взять под стражу, и повёз обратно в Гвинед: в качестве подарка для Дон. Он ведь и прежде наведывался по разным делам, давал советы и вообще числился другом семьи - то и решение предложил дружественное. Мол, я остался без жены, а сам ещё мужчина в самой силе. Давайте-ка породнимся, да я половину земель в приданое отхвачу, и с остальными помогу управиться.
- Эй, погоди, я что-то слыхал про "хранительницу ног"... - встрял один из товарищей рассказчика.
- Так это у северян обычай такой, - пояснил тот, - брачный. Жених ноги на колени невесте водружает. И так сидит на пиру. Бочком. Кто пробовал - говорят, есть при этом неудобно до изумления. Ходят байки, что раньше невеста жениха разувала, но ноги у северян вонючие, и они решили поменять обычай, чтоб гости не разбегались.
- У них не только ноги вонючие, - уточнил один из О`Десси, - так что невесте могу только посочувствовать. И вполне понимаю, почему девки с берегов Клайда и Твида вешаются на шеи нашим парням. Наши чище.
- Вот жена Кунеды тоже так решила, - усмехнулся горец, - и всё-то шло по её... Дон согласилась на обмен! У неё войска не было, у Кунеды было, разговор шёл пока добрый. "Ну," - говорит северянин, - "Зови свою старшую, Немайн!"
        - А Немайн-то и нет!
        - Вот именно, - расказзчик подмигнул подыгравшему ирландцу, - нет. Ушла, и, видимо, не зря - что-то мне кажется, с Кунедой они б не спелись. Ну, Кунеда не уныл, велел позвать другую, Аранрод. Ан та прийти не может - от волнения схватки начались, рожает! Приуныл северянин. Спросите, говорит, от кого хоть детишки? Выяснилось: от брата Гвидиона. Эту парочку, стало быть, тоже под арест. Под домашний, в той же комнате, в которой близнецы уродились.
        А легат стал думу думать. И решил, что по-хорошему честь ему восстановить никак уж не удастся, так что придётся по-плохому. Но убивать никого не захотел. Взвесил вину, и сказал: "Ежели жить хотите, так опозорить себя вы должны сильнее, чем меня. А поскольку оскорбление вы мне нанести через запретную страсть, так и наказание будет вам соответствующее..."
        И велел тому брату, что жену чужую соблазнил, поступить с тем, что прижил детей от сестры, как с женщиной. Троекратно.       
        Дон как услышала приговор - стала просить. Без толку. Колдовать было начала - но у Кунеды было с собой полторы когорты британских ветеранов Двадцатого легиона - а это был лучший легион Империи! Скрутили её и кляпом заткнули.
        "Ты тут больше не королева", - заявил ей Кунеда, - "Раз до такой неправды допустила..." Тут сида снова взмолилась - чтоб ей хоть позора не видеть! Сыновей своих она знала, и угадала верно, умереть с честью не захотел ни один. Проделали они, что велено было, на виду у всего войска, и всех гвинедцев, кто желал смотреть. Три раза. После того никой власти у них уже не было, так что оставили им по поместью на прожитие, и по пять тысяч голов скота...
        А их мать отвезли к ближайшей границе, сунули котомку с краюхой хлеба, - и с тех пор о великой сиде Дон в Гвинеде не слыхивали.
        Королём Гвинеда Кунеда стал сам, и нынешние короли, и настоящий, и лизоблюд нортумбрийский - оба от него происходят.
        Гвидион и дальше жил с сестрой, как с женой. И сейчас живёт. Только позора не выдержал, ушёл из Гвинеда. И вообще на бриттов зло затаил. Так, что от великой ненависти и за ум взялся. Тут и саксы пожаловали. Стал он им помогать, и много пролил нашей крови. Говорят, саксы потому и не двигались полсотни лет после горы Бадон, что в той сече Артур опозоренному сиду глаз стрелой выбил, и стрела до мозга дошла. Ждали, пока оклемается. Они же без него никуда: жертвы приносят и называют - Вотаном.
        Рассказчик умолк. У костра молчали. Пока один из ирландцев не хлопнул рукой по колену и не подытожил:
        - Понял.
        - Чего ты понял? - спросили его.
        - А отчего Господь наш отказался выходить с Одноглазым на поединок, хотя тот и вызывал. Зазорно!
        Собравшееся у костра воинство грохнуло хохотом. И понемногу рождалось ощущение того, что им - саксов не побить тоже выйдет зазорно. Почти как цену кунединой чести выплатить!
        Хотя бы потому, что поутру, опровергая ворчание неверящих знатоков, на правом берегу показались значки гленской армии.

0

26

Прежде было не по пути и с ирландской церковью, слишком уж к староверам заносчивой. Что ж. Оказывается, есть и другие христиане. С которыми можно и договориться.
   А еще есть крещеные боги. Или, точней, крещеные сиды. Бран и Артур, Бригитта и Бранвен. И Манавидан. А теперь и Немайн. И это значит, что от старой веры не придется даже отрекаться.
   Оставалось выяснить подробности. А вот с подробностями вышло интересно. Лорн ап Данхэм, доселе разговаривавший о методах укрепления стали, вдруг заявил:
   - Дионисий, конечно, человек хороший. Но подчиняться Риму... Нехорошо.
   - Из-за Кентербери? - Пирр немедленно ухватился за рассуждение. Ему хотелось заполучить хоть одину епархию, верный Константинопольскому патриарху. Себе. Одно дело - патриарх в изгнании. Другое - сохранивший часть диоцеза. Глядишь, и разговор в Карфагене по иному пойдет.
   - Не только. Есть и старые истории. Не про епископов и пап, про императоров. Нас ведь римляне уже предавали. Как Рим спасать, так британские легионы в первые ряды! Как Британию, так заботьтесь о себе сами! И уж Немайн это знает получше других.
   - Почему? - поинтересовался кряжистый.
   - А потому, что она ездила в Рим. Просить о помощи против саксов. К императору... Забыл.
   - К Гонорию, - улыбнулся Пирр. Эту легенду он был намерен холить и лелеять. И поправить пересказ. Ровно настолько, насколько нужно. - По записям, британское посольство получило отказ именно от этого западного августа.
   - Выходит, ты эту историю лучше меня знаешь, - огорчился Лорн, - а я думал, нашлись новые уши на старую байку.
   - Мы не слышали, - объявил друид, - нас Рим интересовал мало. Так что - рассказывай.
   - А я, с твоего позволения, дополню, - вставил Пирр, - Записи в архивах скудны и неполны. Но, может, что новенькое и вставлю. Хотя бы, как кого звали.
   И Лорн начал рассказ. Как водится - с начала. То есть, с того невеселого дня, в который светлая Дон, королева Гвинеда, овдовела. А вокруг королевства - варвары злые да соседи жадные. Ну, чем соседство с Кунедой закончилось, все знают. Решила Дон, что лучше и достойней перед императорской короной склониться, чем стать чьей-нибудь добычей. Гвинед же владение богатое, для императора - вассал завидный.
   Чтобы защиты просить - нужно посольство посылать. А что может быть почетней, чем свою кровинку послать? Опять же, какой союз без заложников?
   Вздохнула Дон, призвала старшего сына, Гвидиона. "Так и так," - говорит, - "Езжай в Рим за подмогой. Скажи - поля в Гвинеде жирные, стада тучные, да ирладцы-нехристи на западе..."
   Один из друидов икнул.
   - Она про ольстерцев, - уточнил Лорн, - потому как именно ольстерцы тогда в набеги на Гвинед ходили.
   Дождался извиняющих кивков, продолжил.
   Не по сердцу Гвидиону было отправляться на чужбину, да оставаться там в заложниках. Но делать нечего, кликнул своих моряков, сел в колесницу, и так погнал, что пыль над дорогами острова Придайн поднялась втрое выше башен Кер-Легиона!
   Долго ли он ехал, коротко ли, да встретилась ему на дороге старуха-нищенка, что денежку просила на пропитание. Бросил ей Гвидион горсть золотых солидов, ибо привык к морской добыче, и деньги считать не умел.
   "Богат", - подумала старуха, - "Ох, богат. Пусть он сид - рискнуть стоит, мои детки тоже не из простых. Как раз по моему старшенькому работенка".
   И встретил Гвидиона на дороге ее старший сын, богатырь-разбойник, да трижды девять лесных молодцов. Схватились дружины на копьях и мечах, и бились три дня. И все дружинники Гвидиона были изранены, и все разбойники равно. Только сам Гвидион оставался без царапины - но в последней схватке разбойник ему руку. Сам же вовсе кровью истекал.
   "Ты храбрый воин", - сказал тут ему Гвидион, - "Ступай ко мне в дружину вместе со своими молодцами, и тоже не будешь считать золота!"
   Разбойник согласился. Так окончился этот бой. Но Гвидион был ранен, и вся его дружина, подросшая, тоже. Вернулся он к матери, повинился, что не доехал, и стал рану залечивать. И очень был доволен, как все вышло. Уж очень он в Рим ехать не хотел.
   Тогда позвала светлая Дон младшего сына. "Старшенький не справился", - сказала ему, - "Придется ехать в Рим тебе!"
   Собрал тот придворных, гуляк да охотников. Прыгнул в седло - и только пыль столбом, повыше, чем башни Кер-Легиона, раза так в два.
   Долго ли он ехал, коротко ли, да встретилась ему на дороге та же старуха, что и старшему брату. Ну, он в кошель, да сыпанул серебром, как привык по трактирам, отличая бардов.
   "Этот победней", - подумала старуха, - "Ну да не беда. Вон, со старшеньким моим худа не вышло. Рискнем и теперь".
   И вышел на дорогу второй сын, сида встречать, и было с ним дважды девять лесных молодцов. Разбойники за самострелы да дубинки, охотники - за луки да плети. Два дня бились, все в синяках, руки и ноги поломаны-прострелены. Тут - куница. Сид не выдержал, выстрелил - в глаз. Глядь, а в другом глазу разбойничья стрела торчит.
   "Славный выстрел," - говорит, - "Не хочу с таким молодцом драться. А хочу такого стрелка пивом угостить."
   Тот и согласись: так, выходит, серебро сида к нему и попадет, пусть не в кошель, а в желудок. Напировались, сдружились... Одна беда - переели и перепили так, что заболели. Даже сид! Опять некому на континент ехать.
   А у Дон сыновья закончились. Пришлось старшую дочь звать. То есть - ушастую нашу.
   А эта как раз библиотеку приемного отца дочитала, и скучать начала.
   "Охотно," - говорит, - "Съезжу в Рим". Там, наверное, книг много, и людей мудрых. Глядишь, и жениха себе найду. Умного!
   Нацепила рясу походную, прыгнула в колесницу - и только пыль вровень с башнями Кер-Легиона.
   Долго ли она ехала, коротко ли, да ту старуху, что с братьями встречалась, не минула. А на просьбы только фыркнула и предложила припасами поделиться. Мол, могу половину того, что в дорогу собрала, отдать. Старуха отнекиваться не стала, а сама подумала: "Эта не богата", - подумала старуха, - "но кони у нее хорошие. Выпущу-ка своего меньшого, пусть лошадей уведет, да с девкой побалуется".
   Тот и встретил. Улыбнулся ласково, набился в попутчики. Разговорились. Слово за слово, и расхотелось тому сиду обольщать и грабить. Захотелось стать таким же умным! Так что проводил он ее до порта. Там и разошлись. Сида на континент, парень - в школу при монастыре. Хороший, говорят, поэт из разбойника вышел...
   Во Франции она потеряла коней - как миновала Бретань, франки пошлину потребовали. Не деньгами или конями. Что ж, отвела лошадок назад, оставила одному бретотцу. Велела не обижать, иначе... Ну, чего иначе, остроухой объяснять нечего. Да и хороший хозяин лошадь не обидит. А пешей мимо мытарей королевских пройти - не волшба вовсе. Лесом, кустами, холмами, болотами... Так и шла. Рыба у нее всегда была, а хлеб по трактирам зарабатывала. Сами знаете, стоит грамотному человеку присесть за стол, да перышко с чернильницей достать - так сразу и неписьменный находится, кому письмецо нужно набросать.
   Скорей долго, чем коротко, а добралась Немайн до Рима. На кого она была похожа? Ну, на себя. Я вот мальцом отца слушал, а не понимал. Сказано - сида, ну, значит, высокая, в белом с золотом платье. А на деле? Ни дать, ни взять, больной ребенок, да в рясе, да после пешего похода... Не гляделась она ни сидой тысячелетней, ни дочерью королевской. Да к ней, наверное, даже солдаты на улице не приставали!
   Но грамоту с буквами золочеными - Немайн сохранила. Показала, кому следует. Ждала, сколько положено. Жила писчей деньгой, на сей раз - книги переписывала. По ней ремесло! И так переписывала быстро и ладно, что все скриптории Рима без заказов остались! Владельцы подумали, собрали денег немало, да и поклонились, кому следует, чтоб император принял ее поскорей.
   Тот и принял. И увидел, понятно, не посла богатой страны, а нищую странницу. Потому и отказал в защите. "Защищайтесь сами!", - сказал.
   Немайн как стояла, так и села. На пол, в императорском дворце.
   - В Палатинском, - вставил Пирр, прекрасно знавший, что императорская ставка тогда была в Равенне. Какая разница? Рим легендарней!
   - Вот, Палатинском, - согласился Лорн. - Очень уж настороилась попасть в заложницы, да всласть порыться в римских библиотеках. Ну а когда Немайн несчастна, пожалеть ее недолго. Император и пожалел - разрешил искать средство от варваров в старых книгах. В собственной, в императорской, библиотеке! Заодно велел кормить, сколько попросит. А буде загостится, и рясу новую каждый год выдавать.
   Немайн и принялась за дело. Читала, почитай, все подряд. И как в голову влезло! Впрочем, лоб у нее высокий.
   Прошел год. Три года, и трижды три года. Вестей от Немайн не было. Вот до самых артуровских времен. А как Артура в холм забрали, так и не видели ее. До тех самых пор, пока наш нынешний принцепс не привез ее в Кер-Мирддин. Тоже не вдруг поверил, что сида, да еще та самая!
   Пирр мысленно потер руки. Добыча, истинная добыча патриархов, сама идет в руки!
   - Хорошая история. Я же могу добавить рассказ о том, как Немайн в Риме обреталась. Итак, минуло, эээ... трижды двадцать лет. Не легендарное число, но в жизни не все и не всегда случается триадами.
   Немайн сидела в библиотеке. Привычная, как моль. Кормить - кормили. Рясы выдавать забыли. Потому ей изредка приходилось-таки книги переписывать. Проще, чем с чиновниками ссориться. Книги, они не дешевые, одной в год вполне хватало на пристойную одежку. Впрочем, как и во что заворачиваются модницы, Немайн не следила. Синяя, чтоб о Британии напоминала, ряса. Пара рубашек. Ну и чернила с перьями. Что еще надо?
   Но вот с улиц донесся шум. Немайн выглянула. Дворец грабила толпа странных воинов с щелками вместо глаз и удивительно кривыми ногами. Книги их, впрочем, не интересовали. Главный, впрочем, заглянул. Увидел Немайн. "Кто ты и что ты делаешь?" - спросил. Услышав ответ, хмыкнул. "Вся мудрость Рима не защитила его от воли Аттилы, Бича Божьего! Моей воли!" - провозгласил. - "Но если желаешь глотать пыль, продолжай."
   "Продолжу", - отвечала Немайн, - "Но скажи, Бич Божий, ты видишь тут римлян?" Аттила огляделся. Сида была одинока среди свитков и фолиантов. "Не вижу". "Значит, римляне просто забыли прежнюю мудрость. Которая делала их непобедимыми..."
   Дворец сгорел, кроме библиотеки. Но старая бумага с росписью имперских расходов осталась. И император Майориан не озаботился отменить мелкую статью расходов. Кого только не перевидала библиотека! Заглядывал вождь славян Одоакр. Как регент и полководец империи он счел ушастую книжницу одной из имперских регалий. Гот Теодорих улыбался ее цели. Говорил, что лучшее средство от варваров - готы. Двадцать лет спустя великий полководец Востока, Нарзес, долго беседовал с сидой. Именем Юстиниана подтвердил ее маленькую привилегию. Так и шло время. Пока однажды не причепился чей-то язык к длинным ушам. Демон, мол. Набежала толпа, разъярилась. Иные священники пытались охладить, но не преуспели. Ворвались римляне в библиотеку...
   А им навстречу - песенка. Так разбежались горожане, что и теперь их не больше, чем десятая честь от прежнего числа. А не нужно мешать умным людям работать! Что дальше было - не знаю. Архивисты, видите ли, тоже разбежались. А кто вернулся, сиду не застал. То ли нашла она старое римское средство, то ли нет - а больше в Риме ее не видали.
   Пирр завершил рассказ. Доволен он был до чрезвычайности. Местных от Рима сильней отсек, выставив жителей Вечного города обидчиками сиды. Ну и тем, что историю Ипатии вовремя вспомнил и к месту использовал. Ничтоже сумняшеся. Почему канонизировать добродетельную нехристианку в качестве святой Екатерины можно, а подкрепить легенду вокруг беглой базилиссы - нельзя? Что до убивших ученую фанатиков, те, верно, сильно удивились, увидев, как язычницу ангелы вносят в рай. А их ожидает пекло, убийцам святых назначенное.
   Поделом. Надо православных епископов слушать. Особенно патриархов. Увещевали ведь - оставьте женщину в покое!
   Ну и подвиги лангобардов на сиду перевалил. В Константинополе "кровосмесительное отродье" милей не станет, а станет пострашней, так и хорошо, Рим с Карфагеном готовы уважать базилиссу Августину издали, но ушей звериных не простят. Так пусть хоть бритты порадуются. Вот как Лорн.
   - Выходит, традиция у нас - Рим жечь, - объявил кузнец, расправив плечи. - наперво Бран Благословенный, за ним Максим Великий, потом еще Неметона... Вот и еще одна триада: три вождя Британии, запаливших Рим! А ты говоришь, преподобный, что триады не каждый раз случаются. Каждый! Только не всегда мы о том знаем. Что до Рима, так мне удивительно, что там трава растет еще. И понятно, отчего нас не любят. Но будут помогать саксам - допрыгаются. Глядишь, и повторим!
   Вот и ладно! Два паломничества в Дивед равны одному в Рим. Так камбрийцам по округе походить проще, чем на континент плыть...

+5

27

Плюс поставил :)
Немного замечаниев:

WAK написал(а):

Только сам Гвидион оставался без царапины - но в последней схватке разбойник ему руку. Сам же вовсе кровью истекал.

Явно напрашивается "рассек руку" или "пронзил руку" :)

WAK написал(а):

Очень уж настороилась попасть в заложницы

надо полагать - настроилась :)

+1

28

П. Макаров
Спасибо.

0

29

Хорошо!
+1

WAK написал(а):

...франки пошлину потребовали. Не деньгами или конями.

Это какая-то описка... Может, "или деньгами, или конями"? Или "Не деньгами, так конями"?

0

30

Erk написал(а):

то какая-то описка... Может, "или деньгами, или конями"? Или "Не деньгами, так конями"?

Нет, все правильно. Деньгами или конями она б заплатила. :)

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лукоморье » Сидовы сказки.