Я мощно взмахнул крыльями, поднявшись на высоту пятидесяти метров, заложил вираж над горящей машиной, и держа в передней лапе рюкзак из-под еды, со сложенной в него с электроникой, полетел домой.
Лететь было медленнее, чем плыть, но навигатор был автомобильный. Мочить его нельзя.
В своей пещере улегся на пол, вытащил один из телефонов. Крутя его в лапе, вспомнил о Серёге и Софии. Это были мои единственные… нет, не друзья. Но близкие люди. Им сейчас тяжело. Они меня в мыслях давно похоронили. Стоит ли им написать? Я представил, как они получают сообщение с левого номера: «Привет, я жив. Я теперь дракон! Летаю, ныряю, жру сырую рыбу! Ваш друг Мао.»
Что они подумают, что сделают?
Нет. Мао умер. Я принял решение, выключил все телефоны, и с лёгкой душой убрал их в рюкзак. Моя человеческая жизнь кончилась там, в батискафе, на глубине в один километр. Может быть, когда-нибудь я загляну к ним в гости. Не знаю.
Вдруг вспомнил, как хрустели рёбра браконьера под моими когтями, как в воздухе разливался сладковато-приятный запах крови и внутренностей. Я ведь не был в состоянии аффекта, да и вообще не думал, как поступить. Знал, что решение убить этого человека было правильным. Почему? Да хрен его знает. Правильно и всё.
Поднялся на лапы, убрал рюкзак с электроникой в дальний угол пещеры, может и пригодится когда. Вышел на свой балкон, огляделся, и соскользнул вниз. Двести метров короткого полёта, мягкий вход в воду без брызг, и я в своей стихии. Тысячи запахов, сотни звуков. Это моя река!
Открыв крылья, я рванул вперёд, разгоняясь, слившись, а скорее всего, став водою! Километры дна мелькали подо мной за секунды; но не успев как следует разогнаться, я уперся в плотину. Хм… Интересно, плотины, убивают ли они реку? Мешают ли ей жить? Отклика в своей душе я не нашёл – наверное нет.
Нырнул до самого дна, там на боку лежал корабль. Чуть больше, чем предыдущий. Без пушек и пулемётов.
Просунул голову в иллюминатор, оглядел комнату. Каюту. Внутри какой-то хлам. Я легко протиснулся в тридцати сантиметровое отверстие, и заскользил по судну. Ничего интересного. Спустился в машинное отделение, тоже пусто. Уже собравшись выбираться, вдруг увидел в проржавевшем полу отверстие, из которого торчало горлышко бутылки, занесённой наполовину илом. А вдруг?
Хо! Шесть запечатанных деревянными пробками стеклянных бутылок вина! В каждой есть пузырёк воздуха. Может, конечно оно и испортилось - кто знает, сколько оно там пролежало. Слышал, что оно может превращаться в уксус от старости.
Взяв в каждую лапу по бутылке, я выскользнул с корабля. И разогнался, отправившись домой. И тут же остановился. В лапах ничего не было!
«Журнал исследований, запись номер три. Докладывает гидролог Мао. – я стал анализировать информацию. - Тело водяного дракона при сверхбыстром движении в водной среде, скорее всего развоплощается. Возможно, какой-то подвид медленной телепортации.»
Поднял бутылки и стал медленно разгоняться. В какой-то момент лапы перестали ощущать стеклянные сосуды.
«После проведённого эксперимента выяснил следующее. При наборе скорости в 120-130 километров в час, нести предметы не представляется возможным. Скорее всего именно в этом диапазоне моё тело перестаёт быть твёрдым. В смысле, становится самой водой Доклад закончил. P.S. Пришло сейчас в голову. А возможно я и есть вода, которая при определённых условиях становится твердой. Подумаю об этом позже.»
Пришлось целый час тащиться по воздуху. Нет, летать это круто, никто не спорит. Я когда-то, будучи ещё человеком, летал пару раз на дельтаплане. Сплошной адреналин. А сейчас такого нет. Как человеку бегать. Ну и устаёшь соответственно. Под водой быстрее и проще.
***
Воинская часть №*****, отдельная радиотехническая рота, рубка управлением станцией, Дальний Восток.
Капитан Морозов стоял за спиной оператора Кузьмина и молча смотрел на экран.
- Покажи накопленную траекторию. -сказал Морозов. Голос спокойный, почти безразличный.
Оператор нажал клавишу. На экране загорелась карта, не за один пролёт, а за последние семь дней. На ней, поверх синей сетки дальности, горел пунктирный след. Тринадцать маршрутов. И в конце каждого - одна и та же точка, где контакт исчезал с экрана, будто проваливался в никуда. Иногда на высоте в двести метров, иногда, входя в воду.
- Тринадцать раз, - сказал оператор. - Каждый день, и всегда исчезает в одной точке. Но сегодня есть отличие.
- Покажи.
Оператор перемотал запись на начало, поставил на паузу, увеличил масштаб. На экране, рядом с основным контактом, горели четыре дополнительные точки - мелкие, плотные, двигавшиеся синхронно с объектом.
- Вот. - спросил оператор. - Четыре мелких ярких отражения. Привязаны к основному объекту. Они не летят сами по себе, они следуют за ним. Жёсткая связь. А это чуть раньше, один предмет, как будто металл.
Морозов наклонился к экрану, всмотрелся.
— Что это может быть?

Морозов приблизился к экрану, ткнул пальцем по контуру точки. Обычное место на карте, береговая линия, скальный выступ, дальше пустота. Никаких населённых пунктов рядом, никаких дорог, просто скала над Амуром.
- И куда он там девается? - спросил Морозов, не оборачиваясь.
- Не знаю, товарищ капитан. Пропадает.
Капитан смотрел на карту. Семь дней, тринадцать пролётов. Если бы это был самолёт, то его бы зафиксировали соседи. Если бы это была помеха, то она бы не повторялась с такой точностью.
Морозов уже понял, что это не просто аномалия, не ошибка системы, не ионосфера и не солнечный ветер. Это - кто-то. Кто-то, кто живёт в этой скале. Кто-то, кто каждый день вылетает оттуда и туда-же возвращается. И этот кто-то умеет носить предметы и умеет разгоняться до двухсот пятидесяти, и на такой же скорости уходить под воду.
- Товарищ капитан, - Кузмин обернулся к командиру. - Что будем делать?
Морозов пожал плечами.
- Ничего, — сказал он. - Мы станция обнаружения. Мы фиксируем. Сегодня отправлю данные по этому объекту в штаб. Там пусть решают, что делать.
***
О боги, как болит мой череп! Я поднялся на дрожащие лапы, дошёл до воды и выхлебал с пару десятков литров. Лёг и опустил голову под воду, постепенно становилось лучше.
Вот уж не думал, что четыре бутылки вина, выхлебанные в одну драконью харю, могут причинить мне такую боль. Даже картечь почти не заметил.
«Запись номер четыре. После проведённого эксперимента выяснил, что дракон умеет уязвимость. Во всяком случае, к этанолу. На мою массу, предположительно триста-четыреста килограмм, это меньше чем грамм на килограмм моего тела. Ход эксперимента:
1. После первой выпитой бутылки вина- стало хорошо. Состояние как у человека, аналогично выпитой дозе.
2. После второй бутылки состояние ещё лучше, близкое к эйфории.
3. После третьей боролся с собой, чтоб не написать Софии. Судя по всему, рефлексировал.
Потом не помню, дошёл до точки.
Доклад закончил гидролог Мао.»
Голова прошла, но неприятно тянуло крылья. Как будто я всю ночь летал… И во рту как будто чего-то не хватало… Я засунул в пасть лапу – не хватало зубов. Но они уже росли, пальцами нащупал острые, уже с сантиметр, верхние клыки. Хмыкнул. Может меня Хозяин Байкала избил? Да не, не может быть…
Воинская часть №*****, отдельная радиотехническая рота, рубка управлением станцией, Дальний Восток.
Капитан Морозов смотрел ночную запись объекта, проходившего у него под названием «Аномалия 53».
Объект вывалился под лучи РЛС как всегда, на высоте около двухсот метров, потом резко, свечой взмыл в небо, почти на километр, и принялся там чудить. Больше всего это было похоже на то, как курсанты осваивают фигуры высшего пилотажа – неумело, медленно… Он постоянно срывался с траекторий, пару раз входил в штопор, разгоняясь чуть не семисот километров, и каким-то чудом успевал тормозить у поверхности. Снова поднялся, на четыреста, и принялся кружить вокруг своей скалы. Потом на скорости ударился в скалу и упал в реку.
-Трындец котёнку, долетался…
Он перемотал запись, но «Аномалия 53» так и не появилась.

Отредактировано Влад Холод (Сегодня 06:45:32)