Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.


Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.

Сообщений 301 страница 310 из 1000

301

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

I
Гидрокрейсер «Алмаз»
Реймонд фон Эсссен

- Так вы хорошо обмозговали, братцы? - спросил Эссен. - Вот ты, Скрыпник - окончательно решил? Смотри, а то не поздно и передумать. Если пойдешь с нами - все будут рады, специалист ты отменный, да и служака, каких поискать. Нам всю технику наново придется создавать, такие как ты наперечет. Как сыр в масле будешь кататься!
- Спасибо на добром слове, вашбродие, а только нет, не передумаем. - ответил сорокалетний гальванер с унтер-офицерскими нашивками. - Все, сколько нас есть, одиннадцать душ твердо решили - остаемся. Ежели надо, бумаги могем подписать, что все решились своей доброй волей. Чтобы, значит, с вас спросу не было за недостачу.
- Какие еще бумаги... - махнул рукой лейтенант. - Сам, небось, знаешь, куда мы отправляемся. Я только удивляюсь - что вы тут-то забыли? Трудные времена, а будет еще труднее...
Гальванер усмехнулся в усы.
- Мы, вашбродие господин лейтенант там, в ихнем будущем, не только ананасы с мороженым трескали да фильму всякую по этому... тивизиру глядели. Мы еще и учились. Так что, воля ваша, а дорожки наши расходятся. Здесь простые люди наново жисть строят, ну так мы им малость подсобим. Видели, небось, какая она должна быть ... и какая не должна. Верно я говорю, братва?
Матросы закивали.
- Так что, прощевайте, вашбродие, и легкой вам дороги! А у нас и тут дел невпроворот. Да ведь нешто вы и сами не понимаете? Небось, по одним книжкам нам историю преподавали!
- Ну, коли так... - медленно произнес Эссен, - Коли так, то и вам, братцы, удачи!
- А позвольте полюбопытствовать - когда  отбываете, ваше благородие?
Эссен кивнул на «Можайск» с «Помором».
- Эти два завтра утром, с восьмой склянкой. С ними семеро наших -  мичман, двое кондукторов да четыре матроса.
- Захотели, значит, легкой жизни. - унтер покачал головой. - Что ж, виноватить не стану: намаялись люди, наскитались. Пущай теперь булок с маслом пожуют вволю.
- Они, Степан Парамоныч, все семейные, а которые и с малыми детьми. - сказал сигнальщик Рубцов. - Хлобыстов вон, своих разыскал,  и уж как радовался! Я, говорит, в раю земном пожил - пусть и у детишков моих такая жисть будет! Чем они тамошних хужее?
- Да ничем, оно конечно. - согласился гальванер.  - Пушай. Ежели для детишков - тогда ничего, можно.
- А наш «Алмаз» когда отправится? - поинтересовался третий матрос
-  После третьей склянки отойдем, если не задержимся. Сам видишь, сколько еще...
И лейтенант обвел рукой штабеля ящиков рядом с укутанным брезентом фюзеляжем "Сопвича".
- Ну, ин ладно. Тогда мы, вашбродие, малеха братве подсобим с погрузкой. На прощание, значить...

+2

302

II
Севастопольская бухта
Минная стенка
Юнкера

Адашев потянул на себя носилки. Лежащий в кузове «Пирс-Эрроу» раненый - изможденный, заросший седоватой щетиной, с длинным, породистым лицом, - страдальчески охнул.
- Ты, братец, полегче, не картошку грузишь!
Матросы приняли носилки и бегом понесли к трапу.
-..и представьте себе, какие-то мерзавцы вломились в госпиталь! - возмущался Штакельберг, устроившийся в компании юнкеров четвертого взвода. Они с утра несли охрану пристани Минной стенки в город не попали.
- Требовали морфину, спирту, к Сашеньке приставали, батюшке ее, Фаддею Симеоновичу, доктору, по харе, простите дали. Пенсне разбили, скоты!
Фаддей Симеонович, худой, как щепка, несуразно длинноногий господин, слишком легко для ноября одетый - в потертом соломенном канотье и парусиновом дачном пиджачке - сидел на сиденье грузовика. Его пальцы длинные, узловатые, нервические, пальцы музыканта или хирурга, сжимали ручку саквояжа. Рядом с доктором пристроилась барышня в бежевом платье и толстой косой, обвивающей прелестную головку. Платье явно находилось в некотором беспорядке. Адашев подошел поближе к юнкерам, исподтишка косясь на барышню.
«Счастливчик, однако, Никол! Экую красавицу себе оторвал...»
-...а тут мы. - продолжал Штакельберг. - Подъезжаем, и видим, как двое этих «пролетариев» зазнобу Никола на крыльцо выволакивают, всю ободранную. Ну, тот люську схватил и как даст над головами длинной! Они девушку отпустили и тикать. Я кричу - «Стой, стрелять буду, а Михеев люську на капот пристроил и как резанет длинной! Всех троих разом положил.
- Точно. - подтвердил Адашев. - А мы из госпиталя еще четверых пинками выбили. Мерзавцы разломали шкап с медикаментами и принялись пузырьки откручивать.
- Спиритус вини шукали? - деловито спросил юнкер с обшарпанным казачьим карабином.
-Точно так-с! - хихикнул Штакельберг. А он на самом видном месте стоит - здоровенная бутыль с наклейкой: «ЯДЪ» и адамова голова. Чтобы охоту отбить, у кого не надо.
- А вы, граф, ту бутыль часом с собой прихватить не догадались? - осведомился другой юнкер, вооруженный редкостным «Винчестером» с рычажным затвором. - Не оставлять же этим мизераблям?
Адашев скромно потупился.
- И что, тех тоже в расход? - спросил другой юнкер. Он стоял, опершись на длинную винтовку Мосина с прикрученным телескопом; медная его трубка была аккуратно замотана куском фланели.
- Да нет, зачем? - пожал плечами Штакельберг. - По зубам вдарили прикладами и погнали к свинячим чертям.
-А я говорю, надо было их тоже... - сумрачно сказал Михеев, до сих пор не принимавший участия в разговоре. - Они-то Сашеньку не пожалели бы!
- Как вы можете, так говорить, Николай?
Голос у врача оказался высоким и каким-то надтреснутым. Упомянутое пенсне - и правда, без одного стеклышка, - он держал в руке и для убедительности им размахивал.
- Вы так молоды а уже успели привыкнуть к жестокости! Саша, душенька, скажи ему... Да, Гражданская война с ее ужасами делает из человека чудовище - но надо же как-то этому сопротивляться! У вас вся жизнь впереди, как можно прожить ее в ненависти?
Михеев промолчал, лишь глянул на Фаддея Симеоновича исподлобья.
- Господин врач, а как вышло, что о вас забыли? - спросил Адашев. - Давеча его превосходительство генерал уверял, что госпиталя давно отправлены.
Доктор поднял глаза на юнкера, и Адашев увидел что они по-детски яркие, голубые.
- Я, видите ли, телефонировал в канцелярию начальника порта... да. Целых три раза. Обещали прислать грузовик, солдат. Мы ждали, но никто не приезжал, а телефон перестал отвечать. Может, провод, оборвался? Я послал санитара, был у нас один, из малороссов. Фамилия у него еще смешная - Пидпузько... Но он почему-то не вернулся.
- Сбежал мерзавец. - Адашев сплюнул под ноги. - Увидал, как грузятся на последний пароход и решил не тратить время на всякую ерунду, а заняться собственным спасением.
- Эй, господа, что вы там за дискусьён затеяли? - раздалось с борта крейсера. - Шустрее, Михеев! Летучий глаз показал - красные разъезды уже на Бельбеке!
Летучим глазом юнкера успели прозвать беспилотник «Горизонт», патрулировавший порт и окрестности города.
- Вольно вам, Виктуар, советы давать! - лениво ответил Адашев. - Вы бы лучше там подсуетились, чтобы нам сюда грузовую сетку спустили. - Раненых-то мы уже сдали, осталось все эти сокровища мировой мысли покидать, А на себе по трапу тягать - комп лекция не позволяет, тут нужен Поддубный, али господин Моор-Знаменский. Тот, говорят, у себя в цирке рояль на спине носил, причем вместе с тапером. Ну а мы люди слабосильные...
И он кивнул на кули с книгами, доверху заполнившие кузов второго грузовика.
- А вы чем тут занимались? - крикнул Михеев.
- Вот, поставили к трапу с винтовкой. - отозвался караульный.  - Матросы у них, вишь, шибко занятые. Утром у пакгаузов были в каруле, к третий взвод с добровольцами куда-то на грузовиках мотались. Приехали все в копоти, в саже - говорят, в городе горят продовольственные склады и склады американского Красного Креста. Вроде, мародеры подпалили.
- Куда же патрули смотрели? - удивился Михеев. Разъезжают, понимаешь, на броневиках по городу,а у них под носом какая-то шваль склады жжет!
- Они туда и не заходили. Не разорваться же? На корабли продовольствие грузить кроме малого запаса не велено, а город - вон он, какой здоровенный! Кончено, руки чешутся перестрелять сволочей, но не до того.
- Ничего, - Адашев снова сплюнул на дощатый причал. - Красные придут, умоют их кровью
О чем вы, граф? - удивился Штакельберг. - Они же сами из этих, классово близкие. Ворон ворону глаз не выклюет!
- Эй, господа! - снова донеслось с «Алмаза». Проводите господина врача с дочкой на крейсер. Говорят -каюту для них уже подготовили!
Доктор полез из грузовика, прижимая к впалой груди саквояж. Споткнулся, чуть не упал - Сашенька подхватила отца под локоток, Коля Михеев подскочил, поддержал с другой стороны. Фаддей Симеонович шумно выдохнул и опустился на подножку кабины.
Как ни мимолетно было это мгновение, Адашев успел заметить, какими взглядами обменялись юнкер и Сашенька поверх нелепого соломенного канотье.
«Ну все, пропал Михеев. Экая семейная идиллия... А жаль, лихой был юнкер!»

+6

303

III
Севастопольская бухта
Минная стенка
Инженер Глебовский

Дноуглубительная шаланда, плоскодонная паровая посудина, с козлами, колесами и ковшами,  застучала машиной. Трос натянулся, и носовая оконечность «Строгого» покатилась прочь от от пирса. С мостика миноносца заорали в жестяной рупор.
- Ну вот, - Глебовский удовлетворенно потер руки. - Сейчас его оттащат подальше. А там и  «Живой» подойдет, зацепит на буксир еще одного калеку.
Мичман Солодовников сощурился, разглядывая вдоль пирса корабли.
- Подводную лодку оставляем большевикам?
- Там, куда мы отправляемся, мичман, нефть только-только начали добывать, да и не потребляют  дизеля сырую нефть.  Мы, конечно, тянем наливную баржу, но когда еще получится наладить перегонку? Да и аппараты у нее под американские торпеды, у нас таких нет. Зачем взваливать на себя никчемную ношу? Остальные отобранные суда все угольные, с ними хлопот не будет. К тому же, сами знаете, как у нас с командами...
- Вы, Адриан Никоныч, так и не пытались их ремонтировать «Строгого» и «Свирепого»? А в рапорте вроде, писали - «повреждения незначительны»?
- Так-то оно так, голубчик, только где же рук рабочих набрать? На «Живом» котлы еле-еле подлатали, а уж насколько хватит этих заплаток - Бог его знает. Вот дотянем до места, тогда и  и займемся.
- Да, до мыса Херсонес рукой подать. И там... хм... на «той стороне» столько же. Как нибудь справимся.
Глебовский испытующе поглядел на мичмана.
- Признаться, мне несколько не по себе. Вы ведь читали роман англичанина Уэллса "Машина времени"?  Помните, какие ужасы у него в будущем описаны?
- Да, элои, морлоки, как же. Но ведь, господин инженер, морлоки-то здесь остаются, а мы уплываем!
- Хотите сказать, мы с вами и есть элои? - усмехнулся Глебовский.
- Ну уж это нет! Мы себя сожрать не дадим, зубы повыбиваем!
-  Кстати, я слышал, один из ваших сослуживцев решил остаться с нашими... хм... морлоками?
- Да, Жора Корнилович, авиатор. Никак в толк не возьму, зачем ему это?
Глебовский нервно потер руки, поднял воротник новенькой, с петлицами департамента путей сообщения, шинели. А ведь раньше ходил в партикулярном, припомнил Солодовников. Где-то здесь раздобыл? Ай да инженер, не терял времени...
- Как бы нам, господин мичман, однажды ему не позавидовать...
Солодовников озадаченно взглянул на инженера. Тот с закаменевшим, нездешним лицом смотрел на белеюшую вдали колонну памятника затонувшим кораблям. Солодовников увидел, как из уголка глаза поползла и затерялась в трехдневной щетине небритой щеке слезинка.
- Ну что вы, Адриан Никоныч! - растерялся он. - Право, не стоит так близко к сердцу. Там такие же русские люди, вот увидите! Только без этих... без морлоков!
Глебовский передернул спиной, обтянутой шинельным сукном, и обеими ладонями протер лицо. А когда обернулся, от тревожной маски не осталось и следа.
- Простите, друг мой, что-то я и впрямь, расклеился. Вы лучше расскажите, сам момент этого.. путешествия... каково это ощущать? А то мне, признаться, слегка не по себе, а вы опытный, уже два раза на себе испытали!

+7

304

Ромей написал(а):

Минную стенку - причалы и пирсы, где раньше базировались миноносцы, а сейчас грузились корабли экспедиции, охранялась на совесть.

Либо "Минная стенка охранялась на совесть", либо "Минную стенку охраняли на совесть"

+1

305

IV
ПСКР «Адамант»
Андрей Митин

- Валь, ты, мне вот что объясни:  почему надо обязательно отправлять их первыми, да еще с таким интервалом?
Андрей с Рогачевым смотрели вслед тающим в утренней дымке кораблям с привычного места - с вертолетной площадки «Адаманта». Только теперь здесь не повернуться:  ящики, замотанные в брезент плоскости от летающих лодок М-9, три «Максима» на высоких крепостных станках, конно-горная пушка, железные бочки с дрянным французским бензином. Оказывается, моторам «эмок» и «Сопвичей» подойдет только такой; если «накормить» их современным, авиационным, на котором летают «Финисты» - движкам конец. Почему - Андрей не уяснил, но помнил, что Эссен говорил именно так.
- А вы прикиньте, Андрей Геннадьич, каково придется беженцам, если они своими глазами увидят сначала Воронку, а потом исчезновение кораблей?
- Да, паника будет еще та, похлеще, чем на «Титанике». Или, там паники не было? Ну, да неважно... Можно было и наоборот сделать: сначала мы отправляемся куда нам надо, а за нами - они летят домой.
- Невозможно. Мы заново настроили аппаратуру на «Можайске», но все же не вполне в ней уверены. Возможен сбой,  и тогда они  не смогут .. как бы это сказать... зафиксировать точку входа. То есть «Пробой» на «Макееве» сработает штатно, но здесь Воронка не сформируется.
- Ну и что? - не понял Андрей. - Наладят снова и сделают еще одну попытку.  Уж несколько дней корабли как-нибудь продержатся.
- Тут не о днях речь. Понимаете, Андрей Геннадьевич, сердце стационарного «Пробоя» - огромный сверхпроводящий тор, и каждый Перенос подвергает его колоссальным нагрузкам.   Часть оборудования выходит из строй, его приходится заменять. Мы изготовили три запасных комплекта. Два уже использовали, остался один, последний.
- Крайний - машинально поправил Андрей.
- Да, конечно, прошу прощения... А, значит, для нового Переноса понадобится еще один комплект. Пока его изготовят, смонтируют  и наладят, пройдет минимум, полгода. И наши друзья застрянут здесь на это время. Вот мы и отправляем первыми - если что-то не сработает, мы сможем задействовать для возвращения аппаратуру «Адаманта» и отправиться в двадцать первый век вместе. Наша установка тоже выйдет из строя, но на один раз ее хватит, Груздев гарантирует.
- Гарантирует он... - фыркнул Андрей. - Ну хорошо, предположим, все прошло гладко, «Можайск» с «Помором» вернулись домой, мы их подстраховали, все довольны, все смеются. Итут  наступает наша очередь отправляться в девятнадцатый век. Но нас страховать уже некому, потому как большой «Пробой», как вы только что объяснили, накрылся на полгода минимум. Так?
- Ну, так...
- Включаешь ты  установку, и бац - она накрывается медным тазом. И мы остаемся здесь, в 1920-м, с грудой перегоревших хронофизических железяк.  Что прикажешь тогда делать со всем этим плавучим паноптикумом?
Караван разношерстых судов, неспешно вытягивался из бухты. Шли ползком, по-черепашьи, добрая половина - на буксирах. Среди низких миноносцев маячил элегантный силуэт «Алмаза», волокущего за собой «Березань». Даже с такого расстояния было видно,  что палубы забиты грузами и заполнены людьми. Не дай бог тянуть все это назад...
- А у нас что, есть выбор?  - ухмыльнулся Валентин. - Да не переживайте вы, Андрей, сработают «хронофизические железяки». Вышвырнут нас в девятнадцатый век, мы и «мама» сказать не успеем.
Андрей испытующе посмотрел на молодого ученого.
- Валентин... ты ведь, как я понимаю, заранее знал о планах Груздева? И даже готовился  к роли начальника научной группы?
Рогачев кивнул.
- Тогда вот какой вопрос. Предположим, все пройдет благополучно и мы попадаем туда, куда и собирались. То есть в 1854-й.. то есть в начало 55-го года.  А дальше? Груздев упоминал о какой-то постоянной базе...
- Так и есть. На «Адаманте» имеется запасной комплект к «Пробою-М». Месяцев за восемь, максимум, за год, я соберу его и отлажу.  А профессор пока приведет в порядок установку на «Макееве»-ЦЕРНе. И когда два «Пробоя», большой и маленький, сработают , так сказать, навстречу, возникнет не Воронка Переноса, а постоянно действующий канал между нашими «мировыми линиями». Помните, как в фантастике - «червоточина»? Причем ее уже не надо будет накачивать энергией извне - она будет как бы подпитываться из... ну, это детали. И по этой червото...
Договорить он не успел. Репродуктор на переборке выдал непрерывную звенящую трель: колокола громкого боя, сигнал тревоги.
***
На экране радара  отображались и береговая линия, и недалекий грозовой фронт,  и отметки судов. Тесная группа почти в центре экрана - эвакуационный караван; чуть ниже и правее две черточки, корабли первой экспедиции. А в правом-нижнем углу недобро светилась еще одна, рядом с которой мигал столбик цифр.
Андрей наклонился поближе. Дистанция... курс... скорость... предположительно водоизмещение... от четырех до восьми тысяч тонн? Ничего себе, разброс!
- Судя по всему, крейсер. - негромко произнес Кременецкий. - На радаре «Помора» появился семь... нет, уже десять минут назад. Прятался за грозовым фронтом, на радаре был виден, как шаланда-какая-нибудь. На «Поморе», как его разглядели в полный размер, то поначалу решили, что это транспорт из Керчи, отстал от конвоя. Но когда он развил девятнадцать узлов, ситуация прояснилась. Андрей Геннадьевич, не можете, хотя бы навскидку определить тип?
- Если до восьми тысяч, то это может быть «Кагул». То есть «Генерал Корнилов». Белые. Хотя, он еще шестнадцатого должен был прийти в Константинополь...
- Мы тут достаточно наследили, - проворчал Рогачев. - На прежние знания полагаться нельзя. Мало ли какие слухи могли дойти до Врангеля? Вот и послал крейсер проверить, что тут и как...
- А кроме «Кагула»? - спросил Кременецкий. - Есть еще варианты?
Андрей задумался.
- У французов - броненосный «Вальдек-Руссо, четырнадцать тысяч тонн. Великоват... Разве что эсминец? Нет, они поменьше. Остаются англичане, тип «С». Их тут несколько: «Каллипсо» и... нет, не помню. Надо в компьютере посмотреть.
- Вот и займитесь, Андрей Геннадьевич. - командир «Адаманта» наклонился к микрофону, щелкнул переключателем. - БэЧе-четыре? Старлей, вызывай «Можайск». Связь мне с Куроедовым, срочно! И радио на «Алмаз»: «Покинуть ордер, поднять ход до полного, следовать за мной мателотом».
Он обвел взглядом офицеров.
- Изготовить корабль к бою. И поднимаем вертушку, прямо сейчас. Надо взглянуть, кто к нам пожаловал.

Отредактировано Ромей (15-05-2017 11:14:08)

+7

306

Пост 297

Ромей написал(а):

Мы берем взять «Сопвичи», оба «Де Хевиленда» и «Спад», он тоже совсем новый.

или просто - берём, или - планируем, хотим взять

Ромей написал(а):

Корнилович поал плечами, потом кивнул.

пожал

0

307

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

I
сб. «Материалы Второй Экспедиции», т.4, разд.18,
Выдержки из судового журнала HMS «Caradoc»
Санкт-Петербург, изд. «Академия».

«Открытое море. 44°34′59″ с. ш. 33°22′49″ в. д.
19 миль до мыса Херсонес.

GMT  15.34. Сигнальщиками доложено о появлении с вестовой стороны горизонта летательного аппарата.
Курс 87. Ход 12 узлов.
Поворот на 3 румба.
Курс 51. Ход 17 узлов
GMT 15.40. Летательный аппарат неизвестной конструкции, предположительно тип «геликоптер», приблизился к кораблю. Аппарат белого-синей окраски, несет хорошо различимые опознавательные знаки в виде военно-морского флага Российской Империи. Скорость до 120 узлов. Совершил облет крейсера на дистанции 5 кабельтовых.
На поданные фонарем Ратьера сигналы не реагирует.
Следуем прежним курсом.
GMT 15. 57. Геликоптер ушел по курсу 21.
Прибавили до 19 узлов.
GMT 16. 22. Сигнальщиками доложено о появлении в вестовой части горизонта мачт двух кораблей. Дымов нет.
Легли на курс сближения 46.
Пробили боевую тревогу.
GMT 16.39. Дистанция 49 кабельтовых. Два корабля, тип не различается.
С вестовой стороны горизонта снова появился геликоптер, совершает облет крейсера.
GMT 16.53. Дистанция сократилась до 31 кабельтова. Русские суда имеют скорость свыше 25 узлов.
Кормовые флаги на обоих - русского императорского флота.
Суда не опознаются.  Разнотипные, водоизмещение ок. 1000 тонн. Башни, как и у нас, в диаметральной плоскости по-походному.
Поворот к Норд-Весту, на 8 румбов. курс 312.
GMT 16.53. На головном судне виден бортовой торпедный аппарат, возможно, двухтрубный. Предположительно такой же и на другом борту. Сообщено по кораблю о возможной угрозе торпедной атаки. 
Передана команда фонарем Ратьера и флажками, по международному своду сигналов:
«Следовать параллельным курсом, иметь скорость 19 узлов.»

+4

308

Ромей написал(а):

Аппарат белого-синей окраски,

Бело-синей

+1

309

II
Из записок Андрея Митина
«...не настолько скверно, как у японцев при Мидуэе, но все равно - экспедицию поймали, как говорят наши заокеанские заклятые друзья, «со спущенными штанами».
Канал с «Пробоем» уже навели и низкое небо наливалось лиловыми тучами - первый признак формирования Воронки. В самом центре грядущего катаклизма дрейфовали две утлые лодчонки - «Можайск» и «Помор». «Адамант» держался в стороне, за пределами будущей вихревой стены; «Алмаз» только-только вытягивался на внешний рейд во главе эвакуационного каравана.
Камера с вертушки передавала на монитор изображение двухтрубного крейсера. Яхтеннный нос, низкий полуют, пять полубашен, все в диаметралке, характерная трехногая мачта - британец, тип «С». В нынешней ситуации - хуже не придумаешь. Скоростной, маневренный, отлично вооруженный. Некоторые крейсера этой серии даже несут поплавковые «Шорты» в качестве разведчиков и корректировщиков артогня.
Положение донельзя осложнялось тем, что формирование Воронки уже вышло в «горячую фазу». Где-то на другой «мировой линии» ядерная энергетическая установка подала на сверхпроводящие обмотки рабочую нагрузку, и теперь уже неважно, будет или нет сформирована Воронка Переноса - установка выйдет из строя в любом случае. Корабли первой экспедиции надо отправлять прямо сейчас, другой попытки у них не будет. А вот с караваном в XIX век можно и обождать - сначала сбагрить некстати объявившегося англичанина, а уж потом задействовать аппаратуру «Адаманта».
Груздев категорически запретил трогать с места «Можайск» - наводка с «Макеева» шла по его хроноаппаратуре, и изменение положения хоть на пару сотен метров означало гарантированный провал. А старщий лейтенант Батукаев размеренно, как автомат, выдавал данные по «типу «С»: «Дистанция семнадцать миль, курс... скорость...»
Приходилось рисковать.
«Помор» раскрутил дизеля, на пятнадцати узлах описал широкую циркуляцию и лег на встречный курс. «Адамант» пристроился мателотом. Корабли добавили оборотов, у форштевней выросли пенный буруны, в отсеках зазвучали колокола громкого боя. Команды разбегались по боевым постам: четко, как на учениях сыпались доклады: «Боевой пост номер... готов! Отсек... готов!» Лязгали задраиваемые броняги, вспыхивали и гасли лампы аварийного освещения - проверка, проверка! Взвыли электромоторы артавтомата, раскручивая блок стволов. Башня слегка повернулась вправо-влево и вновь замерла в диаметральной плоскости. Над ордером, со свистом несущих винтов, прошел «Камов», курсом к английскому крейсеру. На правом кронштейне -  обтекаемый контейнер системы целеуказания; когда вертушка окажется над крейсером,  данные потекут в компьютеры управления огнем обоих кораблей.
Стрелки указателей лагов пододошли к 25-ти узлам, полотнища кормовых флагов оглушительно трещат на ветру. А колокола громкого боя наполняли отсеки непрерывной пронзительной трелью:
«По местам стоять! Корабль к бою и походу готов!»

+5

310

Пост 298

Ромей написал(а):

остальные рассчитывают попасть прямиком в Констартинополь

Константинополь

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.