Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.


Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.

Сообщений 801 страница 810 из 1000

801

Череп написал(а):

Кстати, я намекал на это еще в предыдущей выкладке этого фрагмента, но Вы это как-то проигнорировали  .


Не проигнорировал. Просто у меня случилась неприятность:  убился файл со всеми правками, пришлось заново собирать его по черновикам. Вот кое-какие правки и потерялись, увы.
А потому - если в дальнейшем заметите что-то упущенное или забытое  - указывайте, исправлю.

Отредактировано Ромей (13-06-2017 09:47:43)

0

802

Ромей написал(а):

«Потомки»  тоже поделиятся своими достижениями. Я видел видеть, как они помогали раненым юнкерам

поделятся, второе лишнее

+1

803

ГЛАВА ШЕСТАЯ
Отступление
Из мемуаров Велесова
Британцев засекли радаром на выходе из Ла-Манша. «Лайми» шли стройной колонной. Они как-то ухитрялись не терять друг друга в тумане и сохранять дистанцию. И  даже подняли в помощь слабосильным машинам паруса, ловя марселями слабый бакштаг. Все-таки, мореходы они отменные, прав Киплинг. Как там у него в "Песне Мертвых"?
«И Дрейк добрался до мыса Горн,
И Англия стала империей.
Тогда наш оплот воздвигся из вод,
Неведомых вод, невиданных волн,
(И Англия стала Империей!)»

Три века морского господства  - это серьезно, друзья мои...
Представляю испуг вахтенных, когда из непроницаемой в вечернем сумраке ватной пелены  вдруг возникло громадное черное чудовище. «Морской бык» шен на полных пятнадцати узлах, ходовая волна изрядно мотнула бртанскую посудину, и вдогонку нам долго неслись проклятия.   Мы не обратили на них внимания  - не хватало еще тратить драгоценные снаряды на корыто от силы в две сотни тонн.
Второй кусок оказался пожирнее - винтовой фрегат, недавней, как уверял Перекомский, постройки. Мы шли в полутора кабельтовых, параллельным курсом, и пока Авив Михайлович прикидывал, как с ним обойтись - расстрелять сразу, или проявить гуманизм и позволить сначала спустить шлюпки, -  со шканцев «англичанина»  пальнули в нас из карронады. И даже попали,  мудрено было промахнуться по такой махине с дистанции пистолетного выстрела! Никакого вреда это нам не причинило,  ядро лишь оставило в металле изрядных размеров вмятину.  В ответ четыре снаряда один за другим пробили деревянный борт. Не успел дым рассеяться, как Перекомский приказал задробить стрельбу. Фрегату явно хватило: грот-мачта повалилась на развороченные взрывом ставадцатимиллиметрового снаряда шканцы, увлекая за собой крюйс-стеньгу.  В открытые (и когда только успели? Вот что значит школа!) порты батарейной палубы выплеснулось дымное пламя.
Судно, возглавлявшее  колонну, попыталось удрать. Это был совсем маленький винтовой шлюп с оснасткой бригантины. Я ждал, что Перекомский расстреляет его семидесятипятимилиметровками,  но тот  плотоядно ухмыльнулся и отдал странный приказ.
На полубаке залязгала якорная цепь; боцман со своими «куркулями» (так звали матросов палубной команды, здоровенных, привычных к тяжелым палубным работам) завозились со стальными ломами возле шпиля. Цепь коротко протарахтела, с полубака донесся скрежет металла вперемешку с сочными  матами - и я увидел, как якорь сполз вниз, разматывая цепь, и повис, задевая верхушки волн.
Это был запасной якорь,  адмиралтейский, Г-образным штоком и массивными,заостренными лапами. Я недоуменно поглядел на командира - что за странная выходка? -  но тому было не до разъяснений. Перекомский выдернул из переговорной трубы кожаную затычку и скомандовал прибавить обороты. Зввякнуло - вахтенный сдвинул ручки машинного телеграфа на «фулл спид», и «Морской бык начал набирать ход.
Видимо, англичане решили что «Морской бык» идет на таран, и резко переложили руль. Слишком резко: паруса потеряли ветер, заполоскали и судно сразу потеряло ход. А огромный стальной форштевень уже вырастал над ним, целя чуть левее.
Навстречу хлопнуло что-то малокалиберное, по ушам резанул визг рикошета, но было уже поздно: «Морской бык» слегка задел шлюп скулой, раздался треск, полетели обломки досок, и тут лапа волочащегося на цепи якоря зацепила злополучное суденышко под корму. 
Кораблик резко дернулся вперед, зарываясь носом,  так что бурун, из-под форштевня захлестнул полубак до самой грот-мачты. «Морской бык» пер вперед, не снижая оборотов; огромный плавучий якорь, в который превратилась теперь беспомощная жертва, не заставил его хотя бы  рыскнуть на курсе.   «Англичанин» тащился на цепи, заваливаясь на борт так, что планширь уходил глубоко в воду; корму все сильнее задирало вверх, и нам с мостика был виден быстро вращающийся бронзовый винт. Наконец деревянный корпус не выдержал, и якорь, выворотив изрядный кусок кормы, освободился из ловушки. При этом он на всю длину распорол бакборт, и шлюп, едва избавившись он железного «когтя», лег на бок и стал тонуть.  Отчаянные вопли понеслись вслед  «Морскому быку», но  остатки британского каравана уже остались за кормой, в  туманной мгле, слегка подсвеченной изнутри костром гибнущего фрегата.
(Позже я поинтересовался у Перекомского - как ему в голову пришла столь экзотическая идея? Оказывается, так англичане в 70-х годах 19-го века расправлялись с китайскими и малайскими джонками. А что? В чистом виде экономия боеприпасов, да и снасти потопленного суденышка на винт не намотаются.
Воистину,  какою мерою мерите, такою и вам отмерено будет...)

Это были десятая и одиннадцатая наши жертвы. Первое судно под «Юнион Джеком» мы уничтожили показательно, в виду Гибралтарской скалы. Это оказался большой парусный барк с коммерческим фрахтом; мы остановили его, выпустив по курсу несколько осветительных ракет, после чего высадили призовую партию и предложили команде спускать шлюпки. Благо, до берега, с которого бессильно пялились на нас орудия гибралтарских батарей, было рукой подать. Груз оказался вполне мирным, судно шло в Марсель с генераль карго, но это уже не играло никакой роли. Британский флаг? Значит, не обижайтесь. Перекомский велел сжечь невезучий барк прямо на глазах засевших в крепости англичан.
Из оставшихся восьми семь тоже оказались торговцами, и лишь  один - военным кораблем Ее Величества королевы Виктории. Мы не стали выяснять, куда идет парусный фрегат «Эвридика» - вкатили два зажигательных с безопасной дистанции, и совсем собрались перейти на осколочно-фугасные, как вдруг над «Эвридикой» взметнулся огненный столб. Взрыв был такой силы, что обломки находили потом на палубе «Морского быка». Позже, из газет, мы узнали, что «Эвридика» везла груз артиллерийского пороха для гарнизона Мальты.
Итак, Канал позади. Наш путь лежит к Датским проливам, и если адмиралу Нейпиру вздумается ловить нас  там, или возле  Готланда - что ж, пусть винит в этом только себя.  Великий князь намерен еще до ледостава  попасть в Кронштадт, и, уж конечно, не станет менять своих планов из-за подобной ерунды...
Что-то уж слишком я развоевался. Самоуверенность - штука хорошая, но в меру. Или вхожу в роль «Черного мстителя», как прозвали «Морской бык» европейские таблоиды?»

Отредактировано Ромей (13-06-2017 10:03:14)

+5

804

Ромей написал(а):

Все-таки, мореходы они отменные, прав Киплинг. Как там у него в "Песне Мертвых"?


Киплинг это хорошо, но лучше об англичанах сказал Минаев:

"Джон Буль и бес,- родные братья
Сошлись и пили как-то грог....
"Скажи мне, есть ли вероятье,
Чтоб потонуть наш остров мог?"
"Вы лишены такого горя", -
Ответил мрачно Везельвул:
"Коль ваш бы остров потонул -
Им снова вырвало бы море".

0

805

Череп написал(а):

Киплинг это хорошо, но лучше об англичанах сказал Минаев:


Речь-то о другом совсем

0

806

Ромей написал(а):

«Морской бык» шен на полных пятнадцати узлах,

шёл...

0

807

Ромей написал(а):

Речь-то о другом совсем

Как раз об этом: непотопляемые, которым сам черт - родной брат.

В любом случае - если потребуется, можете вставлять в текст за обычные 10% от будущей Вашей Нобелевской премии за литературу :flag:  (лучше, конечно если это будет Сталинская премия)!

Отредактировано Череп (13-06-2017 11:38:18)

0

808

I
Севастополь
Юнкера

- Сашенька меня прибьет, - вздохнул Михеев. - Мы еще третьего дня  обещали заехать, и на тебе, только вернулись!
- Да не переживай ты так, Никол... - лениво ответил Адашев.  - Мы же предупредили, что задержимся, с каазачками записку отправили.  Ничего она тебе не сделает, разве что покапризничает слегка - так девицам без этого невозможно! Ты же не по кабакам и ресторациям глаза заливал, а выполнял боевой приказ. Кто ж знал, что придется гололобых три дня гонять по горам?
Казачья полусотня с приданным ей бронеавтомобилем действительно обшарила все дороги и татарские села до самого Бахчисарая. Угнанное стадо удалось найти только к сегодняшнему утру. Увидав казаков, грабители похватали сабли и дедовские карамультуки. Казаки в ответ потянули из заспинных чехлов карабины, но тут на майдан выполз, фыркая мотором, «Остин», и у крымчаков вмиг пропал всякий энтузиазм.  Они, правда, пытались спорить, визгливо орали, размахивали нагайками. Адашеву  надоел этот галдеж, и он резанул поверх мазанок очередью из башенного "Максима". На том дискуссия закончилась; уже через четверть часа казаки гуртовали овец и выгоняли их на пропыленную дорогу к Бельбеку.
«Остин» качнулся на ухабе, и Адашев чуть не вывалился в  распахнутую дверцу. Они так и ехали с откинутыми броневыми заслонками и люками: находиться в задраенной, провонявшей газойлем стальной коробке под жарким крымским солнцем было невозможно.
- Вот доложимся, я сразу в город отпрошусь. - говорил Михеев. - Может и вы, граф, со мной? Татьяна-то свет-Игнатьевна, наверное, свои прекрасные глаза выплакала - куда делся рыцарь на горячем броневике?
- Острите-острите, мон шер... - добродушно огрызнулся Адашев. - И, главное, не забудьте хоть  ведро воды опрокинуть на свою трепетную личность. Мне-то все равно, у меня обоняние с детства ни к черту. А вот барышне от газойля и  трехдневного пота с портянками может и дурно сделаться!
- Можно подумать вы, граф, благоухаете лавандой... - огрызнулся Михеев. - Жаль, противогаза нет - самое оно, в обществе вашей светлости...
- Ладно, Никол, хватит зубоскалить, и поворачивайте. К Графской во-о-он по тому бульвару; катерок или гичка наверняка дежурят,  смотаемся по-быстрому на «Алмаз». Обещаю самолично выпросить у каперанга дежурный «Рено». Вон он, возле колоннады... Ставьте рядом броневик, попросим унтера приглядеть за нашей боевой колесницей...
***
Увы, план Адашева не выдержал столкновения с действительностью. Вместо нарядной алмазовской гички (трофей с «Фьюриеса»!) у ступеней из белого инкиерманского камня покачивался ярко-оранжевый катерок с «Адаманта». Сам сторожевик стоял на обычном месте, а вот «Алмаза» не было - только сиротливо прыгала в волнах бочка, за которую обычно заводили швартовые концы.
Состоявший при катере матрос,  высоченный, стриженный под машинку парень в легкомысленной шапочке с козырьком и рубашке с короткими, выше локтя, рукавами, не обратил на юнкеров внимания. Он был занят - зубоскалил с черноволосой девицей, торговавшей сбитнем из огромного медного самовара. Второго видно не было, над округлым баллоном торчали только ноги, обутые в тяжелые армейские ботинки с рубчатыми подошвами.
Юнкера подошли. Так и есть, не матрос, а боец особого рода войск, «спецназа». Притомился и заснул на солнышке - вон, как мерно вздымается грудь, под рукой увешанный непонятными приспособлениями автомат. Унтер-офицер? Поди, разбери нашивки пятнистом, словно лягушачья кожа, обмундировании...
- А-а-а, господа бронеходчики? С возвращением!  Собираетесь на «Адамант»?
Спецназовец, оказывается, не спал. Он приподнялся, как бы ненароком пододвинул поближе оружие и уселся, свесив ногу через надувной борт
- Нет... простите, не знаю вашего звания?
- Прапорщик Дмитрук. Да вы  полезайте в катер. Сейчас, только доложу дежурному офицеру...
И потянулся к черной коробочке на плече.
- Нет-нет, - заторопился Коля Михеев. - нам, вообще-то, на «Алмаз». Не знаете, куда он подевался? А то мы двое суток были в горах, а там рация не берет..
- «Алмаз» уже сутки, как ушел.  -  охотно объяснил прапор. - Он... вы в курсе, что наши два наших миноносца пошли на разведку к Констанце?
-«Казарский» и «Котка». - кивнул Адашев и тут же вспомнил про Штакельберга. - А что с ними? Попали в переплет?
- Вроде, пока целы. Вчера было радио с «Казарского» - встретили отряд английских кораблей, идущих к Одессе, попросили помощи. «Алмаз» сразу самолеты на борт поднял и вышел в море.
- А англичан много? - встревожился Коля Михеев.
- Немало. Винтовой линкор, с полдесятка фрегатов, транспорта. Целая эскадра! Но ничего, «Алмаз» им устроит... 
- С ним и «Живой» ушел. - добавил подошедший матрос. - Они как раз  вовремя ремонт закончили.  А сегодня утром еще отряд Бутакова отправился, пароходофрегаты и авиатендер. Справятся!
- А больше с «Казарского» ничего не сообщали? - спросил Михеев. - У нас там товарищ радиотелеграфистом...
- Это Санька, что ли, юнкер? - обрадовался матрос.  - Как же, знаю.  Я сам связист, из БэЧе-4, учил его с рацией работать. Толковый малый!
И в доказательство ткнул пальцем в нашивку  - пучок перекрещенных молний в черном круге.
-  Что у них там творится - мы, уж простите, не в курсе. - добавил спецназовец. -. Да вы не волнуйтесь раньше времени,  - поспешно добавил он, увидав встревоженные физиономии юнкеров. - Что с ними сделается? «Алмаз» с «Живым» любую эскадру порвут!
- сли успют... - покачал головой матрос.  - Если «Алмаз» их не нагонит  до Одессы, - придется вступать в бой одним.
- А самолеты на что? Спустит на воду «Финисты», подвесят НУРы с и бомбами  - и привет!
- Ну, если самолеты, тогда конечно..- согласился матрос.
- То-то! - наставительно  сказал прапорщик. - А ты людей пугаешь, вон, юнкера как побледнели! Тебе шуточки, а у них на "Казарском" товарищ. Понимать надо, что говоришь...
***
- Что-то неспокойно мне за нашего барона. - сказал Коля Михеев. - На суше он из любой передряги вывернется, бывалый, а вот на море... Это его первый боевой поход - и сразу целая эскадра!
- Сказано тебе, помогут! - решительно оборвал товарища Адашев. - И вообще, думай лучше,  где бы помыться и постираться? А то, и правда, разит, как в зверинце!
Коля напряг память.
- У меня в «Остине», в инструментальном ящике был кусок мыла.  Давай найдем место поукромнее и искупаемся. В соленой воде мылится неважно, ну да уж как нибудь. Все лучше, чем явиться к Геллерам такими армеутами!

+3

809

II
Гидрокрейсер «Алмаз»,
А. Митин

- Черт дернул нас тащить с  собой это корыто!    - кипятился Зарин. - полсотни миль не прошли, и на тебе! А Глебовский, гений ваш бесценный, как клялся? - "Все в порядке будет, Алексей Сергеич, не волнуйтесь, я  лично проследил..."
Андрей, не удержавшись, хмыкнул. Зарин весьма похоже передразнил характерный полесский говор инженера, уроженца Черниговщины.
На самом деле, было не до смеха. Неприятности начались через три часа после того, как корабли оставили Севастополь. Какое-то время машинная команда пыталась справиться с проблемами на ходу, но примерно к полуночи сдалась, и с «Живого» по рации запросили о помощи. Зарин, кляня себя за то, что не отправил чертово корыто в Севастополь при первых признаках неполадок, приказал подать на миноносец буксирные концы. Бросить его посреди неспокойного моря, как сделал это когда-то «Херсонес», было немыслимо - самое позднее, часа через три его расколотило бы о камни крымского берега.  Всю ночь крейсер тащил «калеку»  на буксире. К седьмой склянке с «Живого» передали, что готовы дать ход, но время было упущено: за четверть часа до этого пришло сообщение с «Казарского», следовавшего за британской эскадрой: «На горизонте Одесса».
Шутки кончились. Самое большее, чрез три часа эскадра встанет на рейде напротив Практической гавани. Вряд ли англичане решатся высадить десант, ограничатся бомбардировкой и , можно не сомневаться, постараются произвести в  городе как можно больше разрушений. Иконников, разумеется, не будет любоваться на это издалека. В минных аппаратах «Казарского» и «Котки» всего по одной торпеде,и даже если обе поразят цели, останется не меньше полудюжины больших кораблей.  Гочкисовскими пукалками и «Максимами» их не отогнать.
Зарин раздумывал недолго.
- Радируйте на «Живого», пусть идут на полных оборотах к «Казарскому». Мы следом, только выпустим летунов.
- А вы, Реймонд Федорыч, - обратился он к Эссену, - готовьтесь к вылету. Постарайтесь помочь нашим, а там, глядишь, и мы подоспеем. Сейчас главное - хоть часа два выгадать. К «Алмазу» не возвращайтесь, у нас не будет времени вас подбирать. Садитесь прямо в Практической гавани или на лимане, в море вас волнами растреплет, пока нас дождетесь. 
- За нами из Севастополя вышли Владимир», «Громобой» и «Херсонес» - напомнил вахтенный офицер. - Можно радировать им, чтобы прибавили ход. Если повезет, «Херсонес» часа через три тоже поднимет аппараты.
Старые, изношенные М-5, стоявшие раньше на авиатендере, заменили куда более совершенными «девятками» с новехонькими, без налета, движками.
- Так и сделаем, - кивнул Зарин. - Командуйте, голубчик, «стоп машина»,  и палубную команду наверх. Будем спускать птичек на воду.
***
Митин поймал Эссена у трапа. «Финисты» покачивались на мелкой зыби возле борта «Алмаза»;  мотористы забрались на поплавки - прооверить контейнеры с НУРами и боекомплект подвесных пулеметов.
- Реймонд Федорыч, может,возьмёте меня с собой? - спросил Андрей. - Слышал, вы без бортстрелка, а я могу к пулемету встать...
Эссеновский наблюдатель, заменивший Кобылина (тот уже официально вошел в состав «сухопутной» эскадрильи), как назло, вывихнул ногу, свалившись с трапа во время ночного аврала. Лейтенант от души обматерил болвана - «Какого-растакого тебя наверх понесло, будто куркули боцманские не управятся!» - но сделать ничего не мог. Приходилось лететь без одному, так что предложение оказалось весьма кстати.
Уже в «Финисте», когда Андрей стал осваиваться на новом рабочем месте, Эссен крикнул, перекрывая треск разогревающегося двигателя:
- Андрей Геннадьич, в ящике, у кормовой переборки, лежит одна штуковина. Хотели опробовать для стрельбы по кораблям, специально у спецназовцев выпросил. Поглядите, может, справитесь?
«Финист» с большой тройкой на фюзеляже взревел движком и, подпрыгивая на низкой волне, пошел на взлет. Эссен описал дугу над кораблями, помахал крыльями и развернул машину на норд-вест. Андрею же было не прощаний: он озадаченно разглядывал извлеченный из ящика револьверный шестизарядный гранатомет РГ-6 «Гном».
«Ну Эссен, ну затейник! Но как же управляться с этой дурой? Не признаваться же, что он, майор ФСБ, в жизни не держал в руках такое оружие?»
Ладно, как нибудь разберемся... Андрей выдвинул приклад на телескопической штанге, взвел тугую пружину барабана и принялся набивать гнезда сорокамиллиметровыми гранатами - вперемешку, осколочными и зажигательными.

+2

810

III
В море близ Одессы
Минный крейсер «Казарский»
Л-т Иконников

- Англичане хотят повторить то, что делали в апреле пятьдесят четвертого. - заметил Иконников. - Выстроятся двумя линиями и будут бить по городу и судам в Практической гавани. - Англичане хотят повторить то, что делали в апреле пятьдесят четвертого. - заметил Иконников. - Выстроятся двумя линиями и будут бить из корабельных пушек по городу и судам в Практической гавани. Вон их там сколько...
- Ввряд ли они будуь высаживать  десант. - кивнул штурман. - Кораблей сейчас поменьше, много ли на них войск?
Лейтенант Климов был переведен на «Казарского» с корвета «Андромаха». В апреле прошлого года этот корвет пришел в Одессу сразу после набега англо-французской эскадры, команда помогала тушить пожаров в порту и городе.
Штурман поднял к глазам бинокль. Отряд держался к весту от британской эскадры, так что силуэты фрегатов отчетливо рисовались на фоне светлеющего неба.
- Головным идет паровой линкор. Скорее всего - «Дюк оф Веллингтон, он почти не получил повреждений при Варне. За ним в кильватере  два  колесных фрегата, и еще три, парусных.  Замыкают ордер два парохода, у них на буксирах какие-то лоханки, никак не разберу.
Ползут медленно, едва-едва делают шесть узлов.  А в охранении что?
- На траверзе, ближе к нам - паровой корвет, еще три или три парусных шлюпа впереди и по сторонам от ордера.
- Негусто. И транспортов нет. Похоже вы правы, Михаил Михайлович, десанта можно не опасаться.
- Под Одесе сейчас шестнадцатая дивизия, - отозвался штурман.  - и англичане наверняка об этом знают. Стоит сунуться на берег - суздальцы с владимирцами их встретят, приходи кума любоваться!
После того, как войска союзников в Крыму сложили оружие, два полка дивизии генерала Кривицкого, Суздальский и Владимирский, были переброшены морем в Одессу, на усиление Дунайской армии Горчакова. Остальные части, Углицкий пехотный и егерский Великого князя Михаила Николаевича вместе с приданными казачьими полками следовали на соединение с дунайцами сухим путем. А в скором времени в Одессу собирались перебросить  часть спешно формируемой в Евпатории ударной бригады. Потому и послали отряд Иконникова на рекогносцировку. 
Не зря, как выяснилось, послали...
- Итого - десятка полтора  вымпелов.  - подвел итог Климов. - Один линейный, паровой, три парусных фрегата, два колесных, четыре шлюпа. Только вот с каракатицами, что они волокут в хвосте ордера... Александр Алексеевич, нельзя ли поближе?
Иконников задумался.
- Могут засечь с корвета. А, впрочем, бог с ним. Разглядеть нас на темной стороне горизонта нелегко, силуэты низкие. Да и не достанут, если что, из своей мелочи.  Водяницкий? - крикнул он в переговорную трубу.
В ответ невнятно буркнуло.
- Вели своим духам, не слишком шуровать в топках. Пойдем на малых оборотах, не дай бог, будут факела над трубами - шкуры спущу! 
***
- Вот это сюрприз!  - удивлялся Климов. - Броненосные батареи, сразу две!
- Они, родимые. - подтвердил Иконников. - По Морскому корпусу помню - после октябрьской бомбардировки Севастополя император Наполеон приказал заложить  пять штук. Три - «Девастаьон», «Лэв» и «Тоннат» - участвовали в разгроме Кинбурна. Выходит, достроили раньше срока?
- Выходит, так. Наполеона III-го сейчас со всех сторон шпыняют за крымское позорище. Вы ведь видели последние газеты?  Во Франции неспокойно, в Париже мятеж, чуть ли не уличные бои. Может, император решил подправить с помощью этих утюгов свою репутацию? Какая-никакая, а все же победа.
- Непонятно только, зачем их волокут  к Одессе? Крепости, как в Кинбурне, здесь нет, береговые батареи - старье. Чего ради стараться?
- Никак не забудут полученных в прошлый раз  тумаков. - усмехнулся Климов. - Я сам видел остов «Тигра» на отмели, да и другим крепко досталось. К тому же они пуганые после Варны, вот и дуют на воду, обжегшись на молоке.
- Что ж, тем лучше. Если бы не эти бронекорыта, англичане еще вчера были бы у Одессы. Юнкер Штакельберг! Вызывайте «Котку», имею передать приказ.
Через несколько минут корабли разошлись. «Котка», развив пятнадцать узлов пошла в обгон британского ордера, нацеливаясь на головной «Дюк оф Веллингтон». "Казарский" же  подкрадывался на семи узлах с кормовых румбов, намереваясь выйти в атаку на французские броненосные батареи.

+2


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.