Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.


Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.

Сообщений 861 страница 870 из 999

861

Череп написал(а):

И более того. Ни одно правительство не может допустить размещения на гербе символов другого государства, поскольку дворянское достоинство и титулы даруются за службу своему правителю и своей стране, а никак не какой-либо другой стране или ее правительству. Лев является исключительно символом храбрости, что никак не приложимо к просителям


А вот это они зря. Надо было австрийским чиновникам дать Ротшильдам на герб и льва, и двуглавого орла, и прочия животныя. (троллинг 80-го уровня)
Пусть бы братцы разбирались с другими самодержцами, а не стоили их буквой зю :)

Отредактировано Ehaiai (17-06-2017 05:54:29)

0

862

Ромей написал(а):

(пока что без стрельбы, ударами прикладов сабельных ножен)


Пропущена буква "И"?

0

863

V
Париж,
близ площади Бастилии
Трубочисты

Наблюдатель, привыкший доверять почерпнутым из книг стереотипам, несомненно принял бы малыша Мишо за парижского гамена - и  совершил бы ошибку. Тот, разумеется, близко общался с этими наследниками Гавроша - ходил по одним улицам, получал синяки в одних и тех же потасовках, глазел на те же зрелища и даже сдобы таскал из одной и той же самой корзины разносчика. Но сам состоял в другой общине, история которой так же уходит в незапамятные времена. 
Малыш Мишо был савояром.
Савойя не первый век поставляла Парижу малолетних чернорабочих, а так же уличных акробатов и музыкантов. Ежегодно десятки таких искателей счастья отправлялись в путь - как раз в то время, когда ласточки улетали на юг, что было знаком к наступлению холодов. Их называли «зимние ласточки»; они брали в дорогу одну-две запасные рубашки, буханку твердого, как камень, хлеба; счастливчикам родня вручала несколько медных монет. Во времена Первой Империи к списку добавился паспорт-метрика, без которого вояж «зимней ласточки» закончился бы в первом полицейском участке. И у каждого в  кармане обязательно имелась замызганная бумажка с накарябанными на ней адресами и именами парижских односельчан - тех, кого следовало искать, добравшись до столицы.
Всякому, кто отапливал дом печью или камином, известно, сколько неприятностей может доставить забившая дымоход сажа. В какой-то момент печь начинает дымить; она с трудом растапливается, к тому же, в дымоходе может загореться сажа, а это ни к чему хорошему не приведет. А потому, большой город, отапливаемый печами и каминами, нуждается в рабочих особого сорта - мелких, ловких, способных залезать в узкие дымоходы и выскребать оттуда наслоения сажи. Парижу тоже нужны были трубочисты; ими как раз и становились многие малыши-савояры.
Прибыв в Париж, они поступали в подручные или ученики к трубочистам, своим землякам и, нередко, родственникам. Многим из бывших «зимних ласточек» суждено было погибнуть от удушья или разбиться, упав с крыши, заболеть легочной болезнью или ослепнуть. Те, кто и повзрослев, сохраняли  субтильное телосложение, сохраняли профессию, везунчики становились печниками, но связи со своим прежним цехом не теряли. И, вылезая из трубы на крышу Монмартра Марэ,  трубочист всегда видел с нее снежные вершины родных Альп.
Малыш Мишо, уроженец деревеньки близ Альбервилля, прибыл в Париж два года назад и поступил в  в подручные к своему дальнему родичу. Обитали они  в самой  грязной и бедной части Латинского квартала. Здесь немало было домов, населенных такими же как он, савоярами; по сути, это были настоящие общины, куда не допускали посторонних и где «зимние ласточки» оседали, взрослели, обзаводились семьями, и откуда редко кто из них выбирался в более респектабельные районы.
  Малыш Мишо часто ночевал дома. Дядюшка Понтэн, его наставник по ремеслу, работал в кварталах, примыкающих к площади Бастилия. Здесь селилась солидная, состоятельная, публика, тщательно следившая за порядком в домах, а потому заказов всегда хватало. Нередко дядюшка Понтэн, не желая тащить домой принадлежности своего ремесла - лестницу-стремянку, шесты, чугунные ядра на веревках, скребки и огромные проволочные ершики, - припрятывал их на крыше, где предстояло работать на следующий день. Стеречь ценное имущество он оставлял подручного, а наутро приносил тому горбушку,  пару  луковиц и кусок сыра - нехитрый завтрак парижского трубочиста.
Малыш Мишо с вечера  караулил инструменты патрона на крыше одного из особняков, выходящих на площадь Бастилии. Уже рассвело; часы на башенке Отель-де-Ви показывали четверть шестого. Париж просыпался и приступал к утренним делам: по брусчатке затарахтели первые фиакры, побежали  разносчики из пекарен и молочных, понеслись крики мальчишек-газетчиков. Юный савояр, разбуженный этим шумом, устроился поудобнее и приготовился ждать: рабочий день трубочистов начинался довольно поздно, часов в десять  утра, когда успевали остыть разожженные для утренней готовки печи, а владельцы домов отбывали по делам, оставляя хозяйство заботам жен и служанок.
Каково же было его удивление, когда на крышу соседнего дома выбрались двое, судя по одежде, тоже трубочисты. Один тащил связку инструментов, таких же, как те, что сторожил малыш Мишо, в руках другого он разглядел что-то вроде портфеля или плоского чемодана. Необычная ноша для трубочиста!
Сперва он хотел  окликнуть незнакомцев. Этим типам нечего было здесь делать - крыши и дымоходы парижских кварталов были давным-давно поделены, ни один из трубочистов не сунулся на чужую территорию, а дома вокруг площади Бастили, безусловно, относились к епархии дядюшки Понтэна.
Воры?  Те нередко проникали в дома своих жертв через дымоходы и мансардные окна; трубочисты же, поддерживавшие тесные связи как с преступным  миром города, так и с полицией, могли, в зависимости от обстоятельств, выдать злоумышленников или наоборот, оказать неоценимую помощь - никто не знал верхние ярусы города лучше их. Но дядюшка Понтэн вчера не предупредил своего подручного о возможном визите, а потому малыш Мишо затаился за гребнем крыши и принялся наблюдать.
Отсюда все было как на ладони. Мальчик сразу понял, незнакомцы - никакие не трубочисты. Небрежно свалив на черепицу принадлежности своего ремесла, они расположились за низким кирпичным бордюром, ограждающим крышу, и занялись странным делом. Из раскрытого «чемодана» один из гостей доставал какие-то странные предметы, соединял их один с другим, пока не получилось что-то вроде ружья с необычайно толстым стволом и ложем странной формы. Сверху на "ружье" он прикрепил странное приспособление, на миг сверкнувшее в глаза малышу Мишо стеклянным блеском.  Потом пристроил "ружье" рядом с собой, прикрыл куском ткани,  после чего оба "трубочиста" застыли в неподвижности.
Потянулись минуты ожидания. Юный савояр, заинтригованный поведением незнакомцев, замер на своем месте; те тоже лежали , не шевелясь, даже не переговариваясь. Необычное поведение для парижских воров? А может, прикидывал малыш Мишо, "трубочисты" находятся по другую сторону баррикады - служат в уголовной полиции? Да нет, он наперечет знал окрестных пуалю, так и агентов сыска.
Так продолжалось, пока к нарядному особняку на противоположной стороне площади не подкатила богатая карета с вычурным гербом на дверке. Малыш Мишо вытянул шею и    пригляделся. Он узнал экипаж - это была известная любому парижскому сорванцу карета барона Ротшильда, а  в особняке, к которому она направлялась,  располагалась парижская контора  его банка.
«Трубочисты» тоже заметили экипаж. Один из них поднес к глазам предмет, похожий на две соединенные одна с другой трубки, сделал соседу знак. Тот извлек из-под тряпки «ружье», пристроил на бордюр и... Малыш Мишо похолодел от страха - он понял, что сейчас произойдет.

http://sd.uploads.ru/t/GPnzs.jpg
http://se.uploads.ru/t/CJjwx.jpg
http://sf.uploads.ru/t/218fC.jpg
http://s3.uploads.ru/t/ASDKU.jpg
http://s6.uploads.ru/t/v8R3c.jpg
http://s2.uploads.ru/t/mSDEt.jpg

Отредактировано Ромей (17-06-2017 17:16:52)

+11

864

Ромей написал(а):

все же малыш мальчикне был гаменом

Одно слово явно лишнее.

паарижу

:glasses:

+1

865

Ромей написал(а):

упскали

пускали

Ромей написал(а):

чугунные ядра на веревки

на веревке

0

866

Ромей написал(а):

(пока что без стрельбы, ударами прикладов сабельных ножен)


Перечисление? Тогда должна быть запятая. А по жизни - что-то одно. Или действовала пехота, тогда приклады, или кавалерия - тогда логичнее сказать, что толпу разогнали кавалеристы, потому что действовали они комплексом средств - и грозным внешним видом, и конями толкали, и ножнами могли отоварить наиболее агрессивных...

// Из современных анекдотов - в Англии фаната, лягнувшего полицейскую лошадь, судили по шести пунктам обвинения, включая жестокое обращение с животными.

0

867

Ромей написал(а):

ударами прикладов сабельных ножен

а где у сабельных ножен приклад?

0

868

Ромей написал(а):

Парижу тоже нужны были трубочисты; ими как раз и становились малыши-савояры.

Ну далеко не все приезжие из Савойи становились трубочистами. Кстати, читателю "cавояр" известен скорее в смысле "уличный музыкант".

0

869

Игорь К. написал(а):

Ну далеко не все приезжие из Савойи становились трубочистами. Кстати, читателю "cавояр" известен скорее в смысле "уличный музыкант".

Савойя не первый век поставляла Парижу малолетних чернорабочих, а так же уличных акробатов и музыкантов.

0

870

Если при вскрытии тела патологоанатомы найдут пулю, то убийство однозначно свяжут с Россией, поскольку кроме России остроконечную оболочечную пулю на тот момент никто не использует. Во всяком случае именно русские будут первыми подозреваемыми.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Крымская война. Попутчики-3. Вторая бумажка.