Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Возвращение в строй. 1941


Возвращение в строй. 1941

Сообщений 191 страница 200 из 896

191

Череп написал(а):

В 1940 году варианты истребителя выпускались в следующей комплектации

Что некоторое количество радифицированных самолетов было, я знаю. Что летчикам-истребителям они не нравились, тоже знаю. Но даже если Северову достался истребителей одной из выделенных моделей, и ему было с кем общаться в воздухе, все равно его вряд ли называли по фамилии. Три слога многовато.

+1

192

"На протяжении своей истории И-16 многократно модернизировался, почти ежегодно появлялись и принимались на вооружение новые версии этой машины. Остановимся на тех из них, которым довелось принять участие в Великой Отечественной войне. Исчерпывающе полной информации о предвоенном наличии в частях «ишаков» с разбивкой по модификациям не сохранилось, но, основываясь на имеющихся данных, можно сделать вывод, что большинство из них (около 40%) составляли поздние и наиболее совершенные представители семейства И-16 с 900- сильным двигателями М-63, имевшие обозначения «тип 24» и «тип29». На втором месте по численности (примерно 22%) стояли старые и порядком изношенные «ишаки» 5-го и 10-го типа с маломощным 730- сильными моторами -25. Еще меньше ( около 18%) было пушечных И-16 типа 17, 27 и 28. Остальные 20% в основном приходились на двухместные учебно-тренировочные УТИ-4.....При сравнении боевых потенциалов И-16 и Bf-109 необходимо остановиться еще на одном важном моменте. Все «мессершмитты» к началу Второй мировой войны были радиофицированы и имели на борту вполне надежные и безотказные приемо-передающие радиостанции FuG- 7. Это позволяло немецким пилотам координировать свои действия во время боя, предупреждать друг друга об опасности или обнаружении целей, а также получать команды и целеуказания от наземных авианаводчиков. Подавляющее большинство советских летчиков не имело такой возможности. Ведь из почти трех тысяч «ишачков», состоящих в начале июня на вооружении советских ВВС, радиостанции РСИ-3 «Орел» имели не более полутора сотен. И хотя на И-16 тип 29, выпущенных в 1940 году, за кабинами имелись специальные отсеки для раций, почти все они были пусты, поскольку радиозаводы не смогли обеспечить поставку.Да и на тех немногих машинах, на которых стояли «Орлы», пользоваться ими было почти невозможно из-за низкой надежности и слабой помехозащищенности этих станций. Несмотря на то, что дальность их действия, согласно заводской документации, составляла 150 км, из-за помех, создаваемых системой зажигания двигателя и другим самолетным электрооборудованием, реальная дальность приема обычно не превышала 30 км, а летчики обычно слышали в наушниках лишь треск и шипение..".
И-16 против Люфтваффе  http://vspomniv.ru/i_16_protiv_luftvaffe/

+3

193

Зануда написал(а):

Чекист не видел ГГ в бою. При задержании польского шпиона, помнится, майор ГБ не присутствовал, а в протоколе и рапорте вряд ли было написано "лётчик такой крутой, что мы охудивились", скорее что-то более лестное для милиции типа "в ходе организованного нами преследования благодаря помощи лейтенанта такого-то преступник был задержан". А при постановке задачи на аэродроме  майор видит знакомого ещё с довоенных времён и с хорошей стороны... Хорошая память на лица у товарищей из госбезопасности такая же обязательная черта, как и недоверчивость.
            В общем, поза у совы не очень естественная, но упрекнуть уважаемого автора в натягивании её на глобус по-моему нельзя.

Текст редактируется, в связи с чем поза совы становится все более непринужденной. Я, конечно несколько сгустила краски, расписывая карающий меч ГБ, нависший над главным героем, но имела в виду не только его приключения за линией фронта в том эпизоде, но и многое предыдущее... чего уже нет.
Череп
Спасибо за тщательный разбор вопроса. То есть в общем и целом, "эфира" у Северова скорее всего не было.

Отредактировано IvFox (14-06-2017 20:46:37)

+2

194

Еще раз переписал последние главы. Еще упростил захват Сигизмунда в Киеве.
По поводу перемещения ГГ на мотоцикле по дорогам. Вспомните мемуары ветеранов, очень часто даже на самом простом уровне допросить пленного не знали как, владеющих немецким на уровне простой школьной программы было очень мало. И немцы это знали. Поэтому ГГ, владеющий немецким на приличном уровне, имеющий документы, которые выдерживают поверхностную проверку, мог себе такое позволить. В конце концов, вспомните, как работал Николай Кузнецов. Если неправ, подскажите.
По поводу эпизода в деревне с расстрелом мирных жителей. Откуда взял не вспомню, но из чьих-то воспоминаний.
По поводу захвата офицера и унтера прямо на дороге, взял из мемуаров танкиста, по-моему ГСС Пенежко. Причем там довольно нагло работали и не разведчики ни разу, обычные танкисты.
По поводу радиофикации И-16. Не стоит забывать, что на многих машинах стояли только приемники, а передатчиков не было. Хотя формально, машина радиофицирована. Некоторые летчики просто снимали радиостанции из-за их малой эффективности под предлогом уменьшения веса.

Отредактировано Olle (14-06-2017 22:36:27)

+1

195

Глава 1.6
От Бровар до аэродрома было недалеко, к вечеру Олег добрался до своих. К несчастью, многие его плохие предчувствия оправдались. Остатками эскадрильи временно командовал Бабочкин, из летчиков остался только Каха и, теперь, Северов. За ужином Северов кратко рассказал о своих похождениях в тылу врага, ему же поведали, что в том бою были угроблены последние И-16 третьей эскадрильи, но Ларионов, Бабочкин и Баградзе благополучно дотянули до наших позиций. Однако два дня назад Ларионова арестовали и куда-то увезли. Кольский сам приезжал, говорил, что теперь Ларионова точно расстреляют, уж он поспособствует. Обвиняют Игоря в больших и неоправданных потерях при налете на Белую Церковь, плохом прикрытии бомбардировщиков, а еще, преклонении перед немецкой техникой и тактикой и т.д., даже в использовании пар вместо троек. А еще три дня назад Булочкин получил приказ срочно собрать технический состав и выдвинуться в распоряжение штаба ВВС. С тех пор о них ничего не было известно, но сегодня Бабочкину сообщили, что в составе сводного отряда они были направлены для эвакуации материальной части с полевых аэродромов, находящихся под угрозой захвата противником. Прорыв немцев был, как всегда, неожиданным. Так что Булочкин, Михалыч, Витник и Шпунтик либо убиты, либо взяты в плен. Короче, пропали без вести. Аверин вроде бы жив, но ранен и увезен в госпиталь. По крайней мере, по описанию, тот раненый похож на Аверина, а как на самом деле – неизвестно. Сообщивший Алексею об этом капитан из штаба ВВС лично Дениса не знал. Самолеты в эскадрилью вчера дали – четыре И-153 с моторами М-62 и четырьмя ШКАСами. Состояние среднее, оставшиеся техники ковыряются, завтра должны быть готовы. Короче, хреново все.
Какое-то время Олег сидел молча, потом ушел на край аэродрома, где можно было спокойно побыть в одиночестве, и, присев на ствол поваленного дерева, тяжело задумался. Случилось то, чего он больше всего боялся, он потерял самых дорогих сейчас людей, своих боевых товарищей, свой надежный тыл и опору. В масштабах той огромной войны, которая грохотала сейчас от Баренцева до Черного моря, эта потеря была обыденностью, одной из многих трагедий, которые уже случились и еще больше которых случится в ближайшие годы. Но это была его личная потеря, усугубившаяся ее масштабом. Фактически, из самых близких друзей остался Леша Бабочкин. Каха был хорошим товарищем, но таким близким другом еще не стал. С этим надо было что-то делать, но что? Просто уничтожать гитлеровцев? Он и так этим занимается, и неплохо, особенно если судить по их реакции. Забелин, да, Забелин! Нужно попытаться связаться с ним, чтобы попросить за Ларионова! Должны же быть нормальные трезвые люди, а не типы вроде Левы Кольского, которые понимают, что Игорь сделал все, чтобы обеспечить прикрытие. Но где они? Пока Северов столкнулся с другими. Ведь больше Ларионова не сделал бы никто, особенно если учесть, что ему прямо помешали организовать это прикрытие сколь-нибудь грамотно. И теперь эти люди будут его судить! А в том, что осудят, Северов не сомневался. Иначе могут спросить с них самих, запретивших маневрировать и иметь преимущество по высоте, приказавших тупо пугать немцев одним своим видом, фактом присутствия. Значит, надо связаться с Забелиным, попытаться через него облегчить участь Ларионова и узнать, что же все-таки произошло с Булочкиным и другими. Может, есть более достоверная и подробная информация.
Настроение у Северова было поганое, но он на удивление быстро уснул, сказалось напряжение последних дней. Наутро на аэродром привезли авиабомбы, Бабочкин получил приказ на нанесение бомбоштурмовых ударов по вражеским колоннам и скоплениям солдат и техники. Летать было недалеко, так что день обещал быть насыщенным.
За завтраком Олег обговорил с Алексеем и Кахой дальнейшие действия. Договорились не лезть на высоту, а подходить на малой. На бомбы поставить замедление, чтобы не попасть под свои осколки, работать с горизонтального полета и на малой высоте можно довольно точно, главное – быстро выйти из зоны поражения МЗА. Поэтому вывалить все с первого захода и уходить. В принципе, бомбить можно и с пикирования, под свой винт бомбы не попадут, они находятся под крыльями вне его площади. Но это сложнее, поскольку никакого бомбового прицела нет и требуется набрать высоту, так что решили не рисковать.
Подойдя к самолету, Северов с удивлением обнаружил на нем номер 11. Наваждение какое-то! Осмотрев машину, Олег устроился в кабине и стал ждать команды на взлет. Предстояло бомбить колонны немецкой мотопехоты, двигающиеся к передовой. Они с ребятами уже договорились, что пойдут по дуге, чтобы выйти к месту с запада. Координировать действия разных частей и совершать налет большими силами командование не стало. После взлета тройка «Чаек» на малой высоте ушла в направлении юго-запад и вышла в назначенный квадрат с запада, как и планировалось. Истребительное прикрытие противника висело восточнее и к поспело к шапочному разбору, третья эскадрилья уже отбомбилась и уходила к линии фронта. Сбить маневренную «Чайку», пилотируемую опытным летчиком, задача не из простых. Особенно, когда таких летчиков три и работают они на предельно малой высоте. Через несколько минут боя наши оттянулись к своим позициям, а немцы ушли на свой аэродром. Сбитых ни с той, ни с другой стороны не было. Больших повреждений друг другу также не нанесли.
После приземления быстро заправили самолеты, подвесили бомбы, загрузили патроны и снова на взлет. Новая цель недалеко от прежней. На этот раз немецких истребителей не было, отбомбились хорошо. Конечно, шесть 50-кг бомб – это очень мало. Но несколько вражеских танков было повреждено, бомбы легли хорошо.
Третий вылет был на мост через Ирпень в районе Жорновки. На этот раз Олег предложил бомбить с пикирования, но не всем, а ему одному. Леша с Кахой должны были попытаться положить бомбы с горизонтального полета, причем в основания моста на берегах. ПВО было достаточно мощным и его, по-хорошему, требовалось подавить, но ничего со штабом ВВС, откуда приходили приказы, решить не удалось. Вылетайте немедленно и все!
Снова зашли с северо-запада, параллельно дороге. Шли на предельно малой высоте, буквально касаясь винтами травы. Развернуть малокалиберные зенитки, прикрывающие мост, немцы не успели, ребята отбомбились хорошо. Конечно, ФАБ-50 бомба невеликая, но и мост был небольшой, не через Днепр же. Северов заранее полез на высоту и пикировал с двух тысяч, убрав газ полностью и следя, чтобы обороты мотора не зашкалили. Уже свалившись в пикирование, Северов увидел результаты удара своих товарищей и понял, что мостику конец. Но что бомбить? На второй заход идти категорически не хотелось. Но недалеко от моста Олег заметил несколько автомобилей, в том числе передвижные радиостанции. Очень похоже на какой-то штаб! Обе бомбы, а Олег взял ФАБ-100, легли в скопление машин. Попасть в небольшой отчаянно маневрирующий биплан не просто, поэтому Северов ушел из зоны зенитного огня, отделавшись всего тремя дырками в плоскостях.
Вылеты не занимали много времени, летать было недалеко, но все равно было уже за полдень. Время обеда. Летчики успели съесть по тарелке то ли густого супа, то ли жидкой каши, когда пришел очередной приказ из штаба. На это раз удар наносился по скоплению войск противника на северном фланге обороны, в районе Козаровичей. Но лимит везения, отпущенный на день, кончился. Началось с того, что они не нашли никакого скопления войск в указанном районе. То ли их там и не было, разведка ошиблась, то ли информация пришла с опозданием и войска уже рассредоточились. Да какая разница! Связи нет, перенацеливание невозможно. Не успели сообразить, куда сбрасывать бомбы, как навалилась четверка мессеров. Юркие бипланы порскнули в стороны и, пока немцы разворачивались, Северов сбросил свои бомбы на позиции артиллерийской батареи. По крайней мере, ему показалось, что это батарея. Куда свалили свой груз остальные, он не заметил. Дальше надо было оттягиваться в глубь своей территории, к гансам могло подойти подкрепление, нашим же ждать подмоги не приходилось. Одного мессера удалось повредить. По нему попал сначала Северов, потом Бабочкин, но ничего серьезного, просто немного насыпали перца на хвост. Но немец, впечатленный и, видимо, испугавшийся за свою жизнь, неудачно сманеврировал и подставился Кахе, который своего не упустил. Дистанция была великовата, поэтому сбить не получилось, но немец запарил и вышел из боя. Остальные потянулись за ним. В моторе у Бабочкина начались перебои, так что разошлись к общему удовлетворению. Алексей с трудом дотянул до аэродрома, вердикт механиков был категоричен – движку каюк, надо менять. Обещали ночь не спать, но сделать, запасной двигатель был. Он был, конечно, не новый, после ремонта, но это лучше, чем ничего.
Олегу и Кахе пришлось сделать еще вылет на прикрытие наших войск, но, к счастью, противника они не встретили. Да и что всерьез можно сделать парой устаревших истребителей, если появится одна-две девятки бомберов под прикрытием двух пар мессеров? До бомбардировщиков им даже добраться не дадут. Так что поболтались в воздухе до полного расходования топлива и ушли домой. До вечера просидели в кабинах в готовности №1 к вылету, но приказа не было. Северов все время думал, как ему найти Забелина, но это было делом очень трудным. Тот не сидел все время в кабинете, так что быстро не получится. Самым разумным было позвонить дежурному и попросить передать информацию. Олег надеялся, что Забелин простит его за такое прямое обращение в столь трудное время по, фактически, личному вопросу. Хотя, какому личному! Спасение одного из самых результативных летчиков-истребителей и успешных авиационных командиров Юго-Западного фронта вовсе не личное дело младшего лейтенанта Северова!
Несмотря на напряженное положение на фронте на следующий день их не стали поднимать ни свет ни заря, а дали поспать до восьми часов. После неспешного завтрака объявили готовность №2, но около одиннадцати часов пришел приказ выделить одного летчика для разведки на северном фланге обороны. Полетел, естественно, Северов.
Погода для разведки была довольно удачной, плотная облачность с нижней кромкой 300-500 метров. Встреча с вражескими истребителями была маловероятной, всегда можно уйти в облачность, но все говорило о том, что погода будет меняться.
Олег шел по нижней кромке облачности, высматривая мехколонны противника. Вражеских истребителей видно не было, как, впрочем, и искомых мехколонн. Впереди, если верить карте, скоро должен был появиться Иванков. Северов обратил внимание, что нижняя кромка облачности снизилась до 200-300 метром и, похоже, будет прижиматься к земле и дальше.
Посты ВНОС у немцев сработали неплохо. Когда Северов подошел к Иванкову, его встретил плотный зенитный огонь. «Чайка» закрутилась над городом, Северов высматривал танки и мотопехоту. Несколько близких разрывов шарахнули почти одновременно, самолет закувыркался в воздухе, но Олегу удалось восстановить управление, хотя биплан чуть не ткнулся в землю. Следующим шагом было уйти в облачность, чтобы не добили. Ситуация усугублялась приличной болтанкой. Самолет плохо слушался рулей, приборная доска была разбита, но компас был цел, поэтому Северов решил двадцать минут идти курсом 140, а там определиться по местности. Осторожно вынырнув из облачности через двадцать минут, Олег с удивлением не смог найти никаких знакомых ориентиров, причем нижняя кромка облачности была уже на высоте метров 150. Особую пикантность придал обстрел из зениток, что заставило снова уйти в облачность. «Чайка» медленно лезла вверх, болтанка была сильной и Северову вновь пришлось бороться с управлением, не давая машине свалиться на крыло. Тем более, что из-за неработающих приборов никакого представления о реальной скорости Олег не имел. К счастью, работал авиагоризонт, так что полет в облачности без потери ориентации в пространстве был возможен. Правда, стало понятно, что компас показывал направление в тридевятое царство, а теперь и вовсе вывалился от тряски. Так что, каким курсом он летит, Северов не знал даже приблизительно. Олег вновь осторожно стал снижаться, борясь с управлением, но показавшаяся наконец земля никаких ориентиров, позволяющих определиться на местности, не давала. Внизу показалась дорога и Северов решил попробовать лететь вдоль нее до населенного пункта, может удастся понять, где он находится. А если там наши (красный флаг на административном здании), можно сесть и просто спросить.
Показавшаяся на дороге небольшая колонна была явно немецкой и азартно лупила по многострадальной «Чайке» из всех стволов. Несколько пуль пробарабанили по обшивке. Углубиться настолько в нашу оборону за столь короткий срок немцы не могли, да и Днепр форсировать задача не из простых. Значит, он ушел вглубь вражеской территории. Так что куда лететь было уже все равно, он даже примерно не представлял, где теперь находится. Можно было лишь предположить, что ушел не на юг и не на запад, скорее всего север, северо-запад. Дело в том, что под крылом появился лес, причем довольно густой и большой. Северов посчитал, что он может находиться уже в Белоруссии. А это не очень хорошо. Клин немецкого наступления стремился к Москве, по состоянию на 15 августа они должны быть уже далеко на восток за Смоленском, т.е. он в глубоком немецком тылу! Правда, в районе Жлобина примерно в это время шло контрнаступление силами 21-й армии, но сам то он где? Пока это все просто рассуждения.
Мотор засбоил, потом снова заработал. Продырявлены баки? Запросто. Значит надо искать место для посадки и, желательно, в достаточно глухом месте, чтобы гансы не сразу засуетились. Впрочем, на поиски времени особо и нет, мотор вот-вот встанет, а высота совсем невелика, в случае чего парашютом воспользоваться проблематично. Мотор окончательно обрезал, когда Северов посадил машину и подруливал к кромке леса. Прокатившись по траве, самолет встал. Олег проворно выбрался из кабины, огляделся и прислушался. Все тихо. Он шел на малом газу, мотор не ревел на всю округу, да и беглый осмотр с высоты населенных пунктов не выявил. Только деревня, которая находится километрах в трех от места его посадки. Кстати, там проходит и железная дорога. Так что не такой уж и медвежий угол здесь. Надо определиться с местом, это самое главное.
Олег прикрыл самолет ветками, чтобы хотя бы издалека не бросался в глаза, сменил летный шлем на бандану и кромкой леса пошел в сторону деревни. Из оружия имелись ТТ и Браунинг НР, ножи, две гранаты Ф-1. К Браунингу было 2 запасных магазина, к ТТ один.
До темноты было еще очень долго, часы показывали 13:30, так что, подобравшись к деревне поближе, Олег в бинокль внимательно изучил обстановку. Немцев в деревне, похоже, не было. По крайней мере, никакой техники было не видно, немецкие солдаты по деревне не ходили и вообще, его пролет никакого интереса не вызвал, даже если был замечен. Полицаев гансы тоже, по-видимому, еще не завели. Подождав около часа, Олег осторожно подобрался к крайнему дому и еще около получаса наблюдал за обстановкой. Так и не увидев ничего подозрительного, летчик подошел к дому. Из дома вышла женщина, подошла к загону для птицы и принялась разбрасывать корм.
- Здравствуйте, - тихо сказал Северов, - не бойтесь. Я советский летчик, к своим пробираюсь.
От неожиданности женщина вздрогнула и обернулась. Ей оказалось на вид лет тридцать.
- Ой! Да иди в дом скорее, чтоб никто не видел!
Олег прошел в дом, женщина зашла за ним и плотно закрыла дверь.
- Выглядишь ты больно чудно, не похож на летчика.
- Крыльев, что ли нет? – пошутил Северов. – Так по лесу ходить мешают, пришлось оставить.
Женщина улыбнулась:
- Есть, небось, хочешь?
- Если покормишь, не откажусь. Но сначала скажи, что за деревня, где я?
- Заблудился, что ли?
- Приборы разбило снарядом, летел в облаках неизвестно куда. Так где я?
- Деревня Дедное, Светлогорский район, Гомельская область.
«Ну точно, в Белоруссию залетел! И карты этой местности, как назло, нет. Не думал же, что так далеко заберусь!» – подумал Северов и спросил:
- А немцы заезжают?
- Нет. Деревня небольшая, 28 дворов у нас всего. В Светлогорске стоят. По железной дороге ездят. А к нам пока не приезжали.
Рассказывая, хозяйка поставила на стол тарелки, достала из печки горшок.
- Давай, летчик, поешь борща.
- Меня Олег зовут. А ты что, украинка?
- Ну да. Меня Оксана зовут, из-под Полтавы я. А муж белорус, - женщина тяжело вздохнула, - где сейчас мается? Как повестку получил, ушел, так ни слуху, ни духу. Ни одного письма так и не получила.
- А наши через деревню проходили?
- Когда отступали? Нет. Это уж потом из Светлогорска люди наши вернулись, сказали, что там немцы теперь.
За обедом Оксана рассказала, что у нее двое детей, сейчас с дядей, младшим братом мужа, ушли на Березину ловить рыбу. Также объяснила, что в округе находится. Оказалось, что если пройти пару километров через лес, у кромки которого Северов оставил самолет, то будет дорога из Светлогорска на Жлобин. Немцы там часто ездят.
- Вот что, хозяйка! Есть ли тут люди надежные, которые болтать не будут?
Оксана кивнула:
- Есть такие! Я тебя поняла. Ты на улицу не ходи, не надо, чтобы тебя видели. Сегодня немцев нет, а завтра? Когда колхоз организовывали, обиженные были, как им не быть. Вдруг, донесет кто. Я тебе сейчас кузнеца нашего приведу. Микола мужик надежный, ему и скажешь, какая помощь нужна!
Оксана убрала со стола и вышла. Олег тоже не стал сидеть за столом, а вышел на улицу и спрятался за сарай, приготовив оружие.
Через некоторое время с Оксаной пришел степенный мужчина лет сорока, здоровый как бык, неся с собой ящик с инструментом. Они зашли в дом, было слышно, как Оксана недоумевала, куда девался летчик. Убедившись, что следом никто не идет, Северов тоже зашел в дом.
Кузнец одобрительно хмыкнул на его предосторожность, протянул Северову руку и прогудел:
– Микола! Говори, чем помочь родной Красной Армии?
Олег рассказал, что оставил самолет неподалеку. По-хорошему, его надо уничтожить, но сжигать не хочется. Дым привлечет внимание, так что лучше будет его закатить в лес и хорошенько замаскировать.
- Хорошо! Я скажу своим, что по делам на станцию схожу, а ты иди к самолету, я туда приду.
Северов вышел из дома и снова из-за сарая пронаблюдал, как ушел кузнец, не было ли какого лишнего любопытства. Все было тихо, немногочисленные жители занимались своими делами. Через некоторое время кузнец вышел из своего дома и направился по насыпи железной дороги в сторону станции. Олег покинул свой наблюдательный пункт и направился к самолету.
Кузнец появился минут через двадцать после Северова.
- А что, починить аппарат не получится?
- Нет, повреждения серьезные, да и бензина нет.
- Ну, тебе виднее.
Вдвоем они развернули самолет хвостом в лесу и затащили его под деревья. Кузнец нарубил веток и они хорошенько замаскировали самолет. Пока они работали, Микола рассказал, что служил в Первой конной у Буденного, потом пограничных войсках. А здесь кузнецом всего пятый год работает. Когда началась война, его сразу не призвали. А потом поздно было, немцы от границы быстро дошли, никто и не ожидал. Сам Микола решил, что если наши не вернутся, то будет сколачивать партизанский отряд. Оружие есть – брат жены припрятал несколько винтовок. Немцы разбомбили небольшую колонну наших отступающих войск. Шурин, живущий в Чирковичах, помогал хоронить убитых, заодно и оружием разжился. Труднее было с людьми. Нужны мужики не просто надежные, а опытные, отслужившие в армии. На примете есть несколько человек. Двое еще в гражданскую воевали. Кузнец хотел создать отряд небольшой, но боеспособный. А там видно будет.
За разговорами они закончили работу и направились обратно в деревню, Северов попросил кузнеца через пару дней ночью сжечь самолет, даже если немцы его и найдут, то он будет уже далеко, тот обещал. Микола преложил Северову переночевать у Оксаны, а уж завтра уходить. Идея показалась Олегу здравой, уходить на ночь глядя не было смысла. Если вдруг пожалуют фашисты, можно будет уйти в лес. Чтобы дети Оксаны не видели Олега, им было разрешено ночевать в доме дяди, на следующее утро они снова собирались на рыбалку.

Отредактировано Olle (09-07-2017 18:42:56)

+13

196

Уменьшил объем. Практически последнее действо ГГ на земле, но надо для дальнейшего развития событий.

0

197

Olle написал(а):

Договорились не лезть на высоту, а подходить на малой. На бомбы поставить замедление, чтобы не попасть под свои осколки. Бомбить с горизонтального полета и на малой высоте можно довольно точно, главное – быстро выйти из зоны поражения МЗА. Поэтому бомбить с первого захода и уходить. В принципе, бомбить можно и с пикирования, под свой винт бомбы не попадут, они находятся под крыльями вне его площади. Но это сложнее, поскольку никакого бомбового прицела нет и требуется набрать высоту, так что решили не рисковать.

Слишком много однокоренных слов!

0

198

Olle написал(а):

...возраст немецкого летчика – 24 года, а Северову только что 21 год исполнился, ну это не 40 и 20...
...километров 25 по прямой...
...километров 40...

Повторно рекомендую Вам привести текст в порядок, исправив все подобные моменты - это же, всё-таки, художественное произведение, а не тетрадь по математике.

Olle написал(а):

Если бы не регулярные допросы, Олег от беспокойства за друзей уже на стенку бы полез. А так его методично проверяли, впрочем, без попыток силового воздействия. Видимо, приказ такой был, а может просто не захотели с Орловым связываться...

Ага... Вот и намек на "злых особистов" появился... Никак не получается без использования "штампов" обойтись?
Применительно к "содержали", "перевезли" и "регулярные допросы", просто посоветую перечитать мемуары ветеранов.
Вышли с боем, при оружии и трофеях, генерала раненого вытащили, и их всех вполне идентифицировали. Что касается ГГ, то у него даже документы при себе имелись, в плену он не был, и Орлова просил известить. Соответственно, их всех особисты просто вывезли бы от линии фронта, после чего, офицеров бы начали детально опрашивать, а летчика, связавшись с Орловым, сразу отправили бы в полк (где бы его Ногтев опросил), либо Орлов просто прислал бы за ним кого-нибудь.

Olle написал(а):

...На одном из допросов попросил показать спину, до Олега не сразу дошло, что тот рассматривает родинки...

Про родинки - это сильный сюжетный ход! Типа, проверяют, не подменили ли двойником суперпуперценного младшего лейтенанта? :D
Откуда бы они про родинки узнали, и с чего бы, вдруг, подмену заподозрили? :)

0

199

Иванов написал(а):

а летчика, связавшись с Орловым, сразу отправили бы в полк (где бы его Ногтев опросил)

Вот тут не соглашусь. Право проводить проверку в полку Голованов для своих дальников специально выбивал.

С родинками соглашусь - тут неуместно. Если бы до такого глубокого бурения дело дошло, то не прифронтовые особисты бы занимались.

Что до "генерала раненого вытащили", вытащили его из плена, насколько я помню? И тут имеет большое значение дата, а именно, что на дворе не 16 августа еще. Да-да, 16 августа 1941 года вышел приказ 270 «Об ответственности военнослужащих за сдачу в плен и оставление врагу оружия», после которого многие стали относиться к попавшим в плен, как к изменникам. Несмотря на то, что приказ касался только добровольной сдачи в плен, применялся он, как это часто у нас бывает, расширительно. И это, увы, не штамп. Я, кстати, тоже, не учла этот момент, когда пеняла Олле на неосторожность главгероя. Год, месяц и день имеет значение. В июне-июле проверка при наличии документов могла быть формальностью, да и 10 августа еще тоже. После 16 августа уже могли возникнуть серьезные проблемы прежде всего у самого генерала.
Ну а на текущую дату ситуация: "пришел летчик с раненым генералом, просит позвонить майору ГБ Орлову" вполне воспринимается как "летчик входил в группу, имевшую спецзадание....", так что обнимать не будут, но и на допросы таскать, наверное, тоже, просто подержат под караулом, пока звонок дойдет до адресата.

Отредактировано IvFox (15-06-2017 07:38:56)

+1

200

Видимо в силу образования так и тянет перейти на цифры, исправляю.
Когда писал про регулярные допросы, просто хотел показать, что проверяют. особист ведь "вежливый и спокойный!. По родинки уберу, хотя предполагалась возможность засылки не полного двойника, а просто похожего человека. Кто его опознает на месте, если нет ни одного знакомого? Про мемуары Голованова тоже читал, поэтому так и написал.
Спасибо, подчищу.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Возвращение в строй. 1941