Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Возвращение в строй. 1941


Возвращение в строй. 1941

Сообщений 631 страница 640 из 1000

631

Главу 1.1 подкорректировал.
Курсантов заменил на инструкторов и преподавателя.
Насколько я узнал, в Борисоглебске в это время госпиталя не было, только районная больница. Исправил.
Вывозной полет на УТИ-4 тоже обозначил, эо вполне логично, спасибо.
Уважаемый Череп, "потный состав"  - это круто! :D

0

632

Olle написал(а):

Майор ожидал, что курсант сразу кинется в атаку, но Северов решил проявить осторожность и присмотреться к манере пилотирования своего противника.

Так курсант он или нет?
Ну и, честно говоря, слабо верится, что вчерашнего выпускника оставили в училище инструктором.

0

633

Olle написал(а):

Уважаемый Череп, "потный состав"  - это круто!

А это у меня где проскользнуло? :blush:  :question:

Отредактировано Череп (11-07-2017 10:26:55)

0

634

Череп написал(а):

Для повышения работоспособности летного состава медицинская служба авиационных частей и соединений проводила различные мероприятия. Старшие врачи полков и начальники санитарной службы авиационных дивизий осуществляли контроль за состоянием здоровья потного состава путем постоянного динамичного наблюдения и периодических осмотров. Серьезное внимание уделялось медицинскому обеспечению различных видов полетов: кислородному обеспечению, совершенствованию средств спасения и летного снаряжения, контролю за питанием летного состава. Врачи полков вместе с командирами и политработниками не только следили за здоровьем летчиков, но и добивались укрепления морально-психологического климата в боевом коллективе, подбадривали упавших духом, проводили всестороннюю лечебную работу. В июле командующий и начальник военно-санитарного управления ВВС Красной Армии направили в авиачасти документ, предусматривавший предоставление летному составу организованного отдыха.

Военно-исторический очерк боевых действий ВВС Карельского фронта и 7-й воздушной армии в годы Великой Отечественной войны


Ворд очень самостоятельная штука, иногда такие автозамены делает. В одной работе он заменил "мультиканальный" на "мультик анальный", народ по этому поводу долго коллеге покоя не давал.

"Курсанта" я все-таки пропустил, заменил на "молодой летчик".
По поводу оставления выпускника в учебном заведении. Не скажу, что обычная практика, но иногда встречал в источниках.

+1

635

Глава 1.2
Северову было положено путешествовать в купейном вагоне, так что переезд до Новороссийска прошел с комфортом. До Алушты Олег добрался небольшим теплоходом, завернувшим туда по пути в Севастополь. По адресу, данному Туренко, находился небольшой чистенький домик в паре минут ходьбы до моря. Хозяйку звали Ирина Павловна, это была небольшая сухонькая старушка, удивительно похожая на Марью Петровну – санитарку из Борисоглебской больницы. Северов даже поинтересовался, нет ли у нее в Борисоглебске родственников. Оказалось, что нет.
Хотя была всего лишь вторая половина мая, вода оказалась не очень холодной, градусов шестнадцать-восемнадцать. Северов купался в охотку, немного, являя образец кондового северного мужика, которому и льдины нипочем. Затем с удовольствием грелся на солнце. Для посещения пляжа Олег купил темно-синие плавки (ВВС!), но обнаружил, что на том участке берега, который он облюбовал для отдыха, людей практически нет. Довольно далеко, в нескольких сотнях метров можно было заметить таких же одиноких отдыхающим или небольшие 2-3 человека компании. То ли хватало других мест, то ли был еще не сезон. Впрочем, если бы народу на пляже было много, Олег поискал бы место потише. Толпу он не любил, толпа напрягала, а в таком тихом месте можно было расслабиться.
Ближайшими соседками Северова были две молодые женщины, судя по белой коже, откуда-то с севера. Ближайшими – это сильно сказано, до них было не менее ста метров, поэтому разнежившийся Северов не сразу сообразил, что соседки купальниками не заморачиваются. Через некоторое время Олег заметил, что девушки переместились чуть дальше, укрывшись за небольшой каменной россыпью. Летчик усмехнулся, специально заводить курортных романов он не собирался, хотя если случай представится…
Случай представился. Буквально на второй день своего пляжного отдыха, когда солнце уже клонилось к закату, Олег вдруг заметил, что одна из девушек вдруг забарахталась в воде. Видимо, свело судорогой ногу. Летчик быстро подбежал по пляжу поближе к незадачливой пловчихе и, бросившись в воду, несколькими мощными гребками доплыл до нее, бесцеремонно подхватил потенциальную утопленницу под мышку и потащил к берегу, благо до него было совсем недалеко. А потом подхватил на руки и понес к ее вещам. Подругу спасенной девушки так разморило на солнце, что она заметила Северова только тогда, когда он со своей ношей подошел прямо к их вещам. Она схватила платье и прикрылась им, глядя на них испуганными глазами. Олег усадил девушку на покрывало и спросил:
- С вами все в порядке?
Девушка энергично закивала.
- Точно? Моя помощь больше не нужна?
- Нет, нет. Большое спасибо!
- Если что, я буду вон там.
Он несколько мгновений разглядывал спасенную, затем повернулся и пошел к своим вещам. Девушка, а правильнее молодая женщина, была стройной, русоволосой, сероглазой, лет 25 на вид. Судя по состоянию живота, детей у нее еще не было.
Часа через полтора, когда Северов уже оделся, сбоку послышались легкие шаги.
- Я хотела еще раз поблагодарить за помощь. Чуть не утонула…
- Вода еще довольно холодная, всякое бывает, - подержал разговор Олег.
- Даже не знаю, как такое получилось. Я ведь из Ленинграда, у нас там вода все лето немногим теплее и ничего. А тут… Еще раз спасибо.
Девушка, а вернее молодая женщина, Северову понравилась, разговорились. Ее звали Анна, ей действительно 25 лет. Она работала на одном из ленинградских заводов после окончания техникума. Уже три года вдова – муж погиб на озере Хасан в 1938 году, детей они завести не успели. Снимала комнату она с подругой недалеко от домика, где остановился Олег, так что обратно с пляжа они шли вместе.
Вся следующая неделя пролетела в кружении чувств и страсти. Подруга Анны уходила на их прежнее место, а они уходили подальше, где люди почти не появлялись. Купались, загорали… Северов не был уверен, что Аня знает, кто такие нудисты, поэтому осторожно поинтересовался про отсутствие купальника. Аня ответила, что рядом все равно никого нет. Дома она тоже загорала и купалась, где людей мало, вот купальник и не нужен. Северов был не против такого здравого подхода. Весна, крымская чудесная погода, присутствие рядом красивой и ласковой молодой женщины привели его в приподнятое настроение. Ощущение, что все прекрасно мгновенно испортила мысль о том, что Аня из Ленинграда. Города, который уже через полгода узнает, что такое блокада. И шансов пережить ее у Ани не так много. И здесь, в Крыму, через год будут немцы, и выживет ли добрейшая Ирина Павловна, неизвестно. А он, военный летчик и обладатель всего этого знания, ничего с этим поделать не может. Аня уловила смену настроения Северова и подумала, что это из-за нее. Но Олег уже справился с собой и задумчиво произнес:
- Ты ведь понимаешь, что скоро может начаться большая война?
- Ты что-то знаешь?
- Аня, я младший лейтенант, а не маршал! Это просто здравый смысл. Ленинград находится очень близко от границ, поэтому бомбить его будут очень сильно. Если ваше предприятие будут эвакуировать, непременно уезжай! Обещай мне!
Аня смотрела с удивлением и страхом:
- Ты все-таки что-то знаешь!
- Ну да! В Кремль вызывали и специально рассказывали! Я военный человек, командир, меня учили анализировать ситуацию. Я говорю о том, что может быть, а не о том, что обязательно будет.
- Но ведь наша армия…
- Аня, я лучше знаю, что собой представляет наша армия. Товарищ Сталин специально всеми силами оттягивает начало войны, чтобы армия успела перевооружиться. А наши враги стремятся этого не допустить. Это же просто и понятно. Еще раз повторяю, если война начнется, уезжай в эвакуацию! Обещай мне!
- Хорошо-хорошо, обещаю!
Аня надела платье и обернулась к Олегу:
- Пойдем, мне еще собраться надо. Скоро ехать, отпуск заканчивается.
Она не просила Северова писать, не стала давать ему свой адрес. Умная женщина, она понимала, что будущего у них нет и не может быть. Разница в возрасте, а он еще даже не знает, где именно придется служить. У них просто курортный роман, но она ни о чем не жалеет. Это была самая лучшая неделя в ее жизни. «А может, и в моей,» - подумал Северов.
Перед расставанием Аня задумчиво сказала:
- Иногда мне кажется, что ты старше меня и что я у тебя далеко не первая, хотя ты точно не бабник.
Прижалась к нему и сказала:
- Прощай, провожать не надо.
Аня ушла, а Северов пошел собирать свои нехитрые вещи – завтра он тоже уезжал.
Рано утром, когда Северов прощался с Ириной Павловной, к ней постучался новый жилец – капитан-летчик бомбардировочной авиации с женой и маленьким сыном. Узнав, что Северов получил назначение в КОВО, посоветовал ехать в Севастополь:
- На аэродроме скажешь, что от капитана Каргина, тебя ребята на борт до Киева устроят. Самолеты туда часто летают, долго ждать не придется.
Капитан не обманул, Северов добрался до аэродрома около обеда и уже через пару часов вылетел в Киев на ПС-84. До Киева добрались уже вечером, поэтому Северов переночевал на аэродроме, на диване в пустом домике для дежурной смены несуществующего пока полка ПВО. А утром прибыл, как предписано в штаб округа за назначением.
На удивление, Олега принял сам Птухин, который почитал бумаги и принялся расспрашивать, как получилось, что его вдруг перевели, летные школы с кадрами расстаются неохотно. Северов честно сказал, что ему ничего особо не объяснили, но, может быть, это потому, что он выиграл воздушный бой у майора, фамилии которого он не знает, только имя-отчество – Иван Васильевич.
Птухин призадумался, может, знал этого майора. Потом хлопнул рукой по столу:
- В общем так! Служить будешь в 64-й авиадивизии, в 12-м истребительном авиаполку. Он базируется на аэродроме Боушев вблизи Станислава. Думаю, командир полка Герой Советского Союза майор Коробков Павел Терентьевич твои таланты оценит!
До аэродрома удалось добраться на машине, везущей из штаба какие-то тюки, и даже с попутчиком до самого Боушева, младшим политруком, оказавшимся на проверку новым полковым особистом. Миша Ногтев оказался не очень разговорчив, просто сказал, что назначен для дальнейшего прохождения службы в 12-й иап. Северову он понравился, чувствовалась в нем спокойная уверенность и солидность, что не очень характерно для молодого человека лет двадцати двух-двадцати трех. Вскоре они забрались в старый ТБ-3, который кряхтя взлетел и неспешно направился в Станислав с грузом запчастей для базирующихся там истребителей.
Город Станислав был довольно крупным городом, областным центром, имел около 200 тыс. населения, примерно 60% населения составляли поляки, остальные, в основном, украинцы и евреи. Имелась также и довольно многочисленная армянская община.
Аэродром был расположен за южной окраиной города. На нем базировалось 66 истребителей И-16 и И-153 12 истребительного авиаполка. Пилотов было пока значительно меньше.
На аэродром ТБ-3 приземлился уже в сумерках, поэтому Северов переночевал в полупустой казарме, а Миша пошел знакомиться с сослуживцами по особому отделу.
Наступило утро 30 мая, сияющий как медный пятак младший лейтенант Северов направился в штаб полка представляться майору Павлу Терентьевичу Коробкову. Герою Советского Союза, участнику боев против японских милитаристов на реке Халхин-Гол в 1939 году, похода советских войск в Западную Белоруссию 1939 года и советско-финской войны 1939-1940 годов.
Павел Терентьевич, серьезный черноволосый мужчина лет тридцати, внимательно изучив документы новоприбывшего летчика, небрежно бросил бумаги на стол и принялся разглядывать их обладателя.
- А скажи-ка мне, молодой да красивый, в школе тебе чего не сиделось?
- Я боевым летчиком стать хочу, а не инструктором всю жизнь оставаться, - попытался объясниться Северов. – Будет боевой опыт, можно его передавать. А сейчас мне что там делать?
- И как же так получилось, что тебя взяли и отпустили, такого перспективного?
- Почему отпустили, могу объяснить, - разозлился Северов, командир подозревает, что с его переводом в полк дело нечисто. – А могу и показать, если, конечно, посмотреть хотите!
- О как! Ну ты нахал! Но бить тебя я не буду.
И обратился к дежурному:
- Найди-ка мне командира первой эскадрильи!
- А бить меня вряд ли получится! – усмехнулся в свою очередь Северов.
В кабинет командира полка вошел крепкий светловолосый старший лейтенант:
- Вызывали, товарищ командир?
- Да, Василий! Вот прислали к нам из Борисоглебска целого младшего лейтенанта, грозу воздуха!
Северов хмыкнул, а комэск-1 удивленно спросил:
- После летных школ вроде сержантов дают?
- Вот-вот! Он там инструктором работал. Так что давай, проверь этого гения в воздухе.
Олега привели к новенькому зеленому «Ишачку» без кока винта, в котором он определил тип 28 с двигателем М-63. Двигатель отличался большей, чем М-25 мощностью, но меньшей надежностью. А вот вооружение из двух 20-мм пушек ШВАК и двух 7.62-мм пулеметов ШКАС не могло не радовать.
- Принимай аппарат, - сказал комэск-1 и ушел к своему самолету, а к Северову подошел старшина лет под сорок, с седеющим ежиком когда-то черных волос и шикарными буденновскими усами.
- Старшина Новоселов Алексей Михайлович, можно просто Михалыч. Механик этого самолета.
- Младший лейтенант Северов Олег Андреевич.
Механик Северову понравился. Спокойный, рассудительный мужик. Видно, что добродушный, но с хитринкой. Наверняка в меру куркулистый, знающий себе цену. А Михалыч тем временем рассказывал:
- Аппарат в порядке. Все проверено, его заместитель командира полка капитан Червоненко сам облетал, хотел себе взять, да передумал. Говорит, к своему прежнему привык, а у этого, вроде как, движок ненадежный. А что в нем ненадежного? Я его с этими двумя обалдуями, - старшина показал на двух подошедших младших сержантов, - отрегулировал, проверил. Работает как часы!
Сержанты смиренно стояли в стороне, разглядывая нового летчика, но вид у них был очень шкодливый. Парням было лет по двадцать с небольшим, довольно высокие, жилистые, чем-то похожие друг на друга. Один из них открыл было рот, что бы что-то сказать, но второй ткнул его локтем в бок, а Михалыч показал кулак. Северов хмыкнул и полез осматривать аппарат. Самолет ему понравился. Технику Олег чувствовал, как опытный конник чувствует характер лошади. После стандартной проверки он обошел вокруг истребителя, погладил «Ишачка» по обшивке, прошептал несколько приятных слов, улыбнулся чувству, что самолет тоже ему рад и хочет скорее подняться в небо. Краем глаза поймал одобрительный взгляд старшины, видимо Олег ему тоже понравился.
Наконец от самолета комэска-1 замахали руками, Северов одел поданный Михалычем новенький летный шлем и снова полез в кабину.
Олег взлетел легко, мотор тянул, самолет великолепно слушался рулей.
Заняв высоту 3500 метров, истребители разошлись в разные стороны и начали воздушный бой. Старший лейтенант был опытным пилотом, судя по ордену Красной Звезды, имел боевой опыт, но чтобы победить Северова, этого оказалось мало. На стороне Олега был не только немалый опыт пилотирования, но и известный на начало 21 века опыт воздушных боев, которого не имели пилоты 1941 года. А также великолепная выносливость и мощный мотор. Сесть себе на хвост Северов не дал. Видя, что противник использует виражи, стал работать на вертикалях, имея в виду также более мощный двигатель своего самолета. Олег его просто «перелетал», зашел, наконец, в хвост и не дал себя сбросить, хотя старший лейтенант очень старался.
Олег сел следом и вылез из самолета. На стоящего неподалеку комэска-1 больно было смотреть, однако, Михалыч имел очень довольный вид, а сержантов прямо распирало от избытка чувств. К штабу начали подтягиваться летчики и прочий аэродромный люд. Подошел капитан лет тридцати пяти, габаритами и лицом похожий на известного Олегу по прошлой жизни Владимира Турчинского по прозвищу Динамит. Он имел немного оттопыренные уши и волосами был не так богат – коротенький ежик. С ним пришел худощавый жилистый старший лейтенант лет тридцати. По их движениям Северов предположил, что они рукопашники весьма высокого класса, так что, скорее всего, не летчики.
Тем временем комэск-1 подошел к Коробкову и стал что-то ему говорить, время от времени размахивая руками. Северов подошел поближе и стал ждать, когда командир полка сам его позовет. При его приближении комэск-1 развернулся к нему лицом и прекратил свой монолог, молча стоял и злобно смотрел на Олега.
- Подойди, чего там встал! В первую эскадрилью ты теперь не пойдешь!
- А дайте его мне, - попросил капитан лет тридцати, стройный блондин весьма аристократического вида.
- Бери! Младший лейтенант Северов, вы назначаетесь в третью эскадрилью!
И, не дожидаясь ответа, Коробков ушел в штаб, видимо сильно переживал за Васю. Тот поплелся следом.
- Я комэск-3 капитан Ларионов Игорь Васильевич, - представился блондин. Его рукопожатие было крепким, а улыбка искренней.
- Северов Олег Андреевич.
- Завтракал?
Узнав, что Северов не завтракал и еще не разместился, Ларионов показал ему место в домике командного состава (летчики, имеющие выслугу менее четырех лет, согласно приказу НКО № 0362 от 22 декабря 1940 г., жили рядом в казарме) и повел Олега в столовую.
В эскадрилье должно было быть пять трехсамолетных звеньев, но из-за недостатка летчиков звеньев было три. Не успели они получить свой завтрак, состоящий из макарон с мясом и какао с булочкой, как к ним за столик присели замеченные Северовым ранее капитан и старший лейтенант. Познакомились.
Здоровяка капитана звали Олегом Петровичем Булочкиным, он был командиром БАО. Старлей назвался Денисом Авериным, командиром роты охраны.
- Скажи-ка, что ты имел в виду, когда сказал, что бить тебя вряд ли получится? – вдруг спросил Булочкин.
Пришлось сказать, что за себя он постоять сумеет, занимался рукопашкой довольно серьезно, можно сказать с душой.
- Мы тут тоже… хм… занимаемся понемногу. Подходи, если хочешь.
И тут Северов, неожиданно для себя, сделал маленькое открытие. Сидел бы да ел, так вздумалось макароны похвалить, люблю, мол, макароны по-флотски. Сидящие рядом уставились на него, как будто он на китайском заговорил, потом Булочкин поинтересовался:
- Ты что, на флоте служил? Когда успел-то?
Олег, что называется, подзавис. Пришлось наплести про знакомого, который на флоте служил и макароны с мясом так называл, дескать, как у на флоте. Никто из присутствующих по морям не ходил, так что похмыкали и все. А ведь еще в ранней молодости Северов читал у Пикуля в романе «Моонзунд», как из-за этих самых макарон, вернее перловой каши вместо них, на Балтийском флоте случился бунт. И вот такая история получилась, блюдо есть, а называния привычного пока нет. Не ляпнуть бы еще чего, хотя как тут угадаешь.
Третья эскадрилья уже позавтракала и ждала командира около стоянки самолетов. Ларионов представил подчиненным нового летчика и сказал, что тот назначается к нему вторым ведомым. После этого отправил всех в тактический класс на плановое политзанятие, а Северова послал на склад за летным обмундированием и прочим положенным пилоту имуществом.
Где находится склад, Северов еще не знал, но рядом оказались знакомые сержанты-техники. Они и вызвались его проводить, заодно помочь дотащить вещи обратно в его комнату. Ребята назвались Глазычевым Андреем и Шведовым Павлом. Паша оказался очень словоохотливым и поведал, что комэск-1 Вася мужик неплохой, но последнее время зазнался, считал себя самым крутым летчиком после комполка, а тут такой облом. И от кого – зеленого новичка, можно сказать, вчерашнего курсанта! Комэск-3 Ларионов – хороший летчик и справедливый командир и, хотя официально числится сиротой, поговаривают, что дворянского рода, родители его в гражданскую то ли погибли, то ли его потеряли в той кутерьме. Так что красноармейцы сдали маленького Игоря в детдом, где он и вырос. Капитан Булочкин и старший лейтенант Аверин раньше служили то ли в военной разведке, то ли еще где, но точно не на кабинетной работе. И вышел у Булочкина конфликт с кем-то из большого начальства, отчего он оказался командиром БАО их полка. Вскоре к ним перешел и его бывший подчиненный Аверин. Петрович жутко хозяйственный мужик, у него всегда все есть, а интенданты его боятся как огня – за растрату или порчу имущества вывернет наизнанку. У обоих есть боевой опыт – Хасан, Халхин-Гол, финская. Имеют награды. У Петровича Красная Звезда и «ХХ лет РККА», у Дениса медаль «За отвагу», ну это Олег и сам видел. Роту охраны гоняют сами, теперь это настоящее противодиверсионное подразделение. В ней все старослужащие с реальным боевым опытом, их Петрович с Денисом сами собирали чуть ли не по отдельному человеку. Коробков этому не препятствовал, все-таки они стоят на территории, которая еще недавно была чужой. Националистов и прочих бандитов хватает. Инженер полка военинженер 3 ранга Берг Яков Карлович в авиационной технике царь и бог, раньше он работал в каком-то КБ, его даже Михалыч очень уважает.
За этими разговорами они подошли, наконец, к складам. Северов выложил свой вещевой аттестат и получил летний полетный комбинезон, перчатки и даже пальто-реглан. Возвращаясь к домику, Олег встретил военинженера 3 ранга, худощавого черноволосого мужчину лет тридцати пяти-сорока. Сержанты его представили как того самого Якова Карловича Берга, самого лучшего авиаинженера всех времен и народов.
Поскольку время наступило обеденное, все вместе направились в столовую. По пути Берг сказал, что командир БАО капитан Булочкин совершенно уникальный человек. В хозяйстве у него идеальный порядок, а питание личного состава налажено просто великолепно. С этим нельзя было не согласиться, кормили вкусно и разнообразно. Берг также рассказал Олегу, что поработал в КБ у Поликарпова и в Перми, у Швецова, а в войсках он недавно, с начала 41 года. Яков Карлович посетовал, что квалификация многих техников невысока, из-за чего моторы бывают неправильно отрегулированы и не выдают заявленной мощности, а то и выходят из строя. Сказал также, что Северову с механиком повезло, старшина Новоселов – замечательный специалист, а Глазычев со Шведовым, несмотря на несерьезное отношение ко многим вещам, ребята очень грамотные и даже талантливые. А рядом с Михалычем и с ним, Бергом, быстро и охотно учатся.
Словоохотливый Яков Карлович что-то еще рассказывал про свою работу в КБ, но Северов слушал вполуха, вспоминая гарнизоны, где ему приходилось служить в прошлой жизни. Вдруг он уловил промелькнувшее слово «впрыск».
- Простите, Яков Карлович, что вы сказали?
- А, незнакомый термин услышал! Я говорю, что даже несправедливо получается. Принцип работы впрыска топлива известен довольно давно, причем первые опыты у нас в России еще перед революцией делали. И что имеем сейчас? Немцы его до ума довели, двигатели на Мессершмитте с впрыском идут, а у нас дело не ладится.
«Вот так поворот! – подумал Северов. – Не иначе придется в прогрессоры подаваться!»
Каждое лето маленький Олег проводил у бабушки с дедушкой в небольшом городке, на окраине которого у них был куплен дом с участком. Неподалеку располагался аэродром ДОСААФ, молодые ребята и девушки учились летать на легких самолетах и прыгать с парашютом. Из машин побольше там имелись пара Ан-2 и старый Ил-14, который в воздух практически не поднимался. Компания ребят, среди которых был и Олег, любили приходить к аэродрому и смотреть, как крутят фигуры пилотажа летчики и тренируются парашютисты. Северов уже тогда мечтал стать десантником и с нетерпением ждал, когда возраст позволит ходить в секцию парашютного спорта. Однажды они помогли пожилому мужику дотащить до стоянки самолетов какие-то коробки, за что тот разрешил им залезть в Ил и посидеть на местах пилотов. Мужчина спросил, не хотят ли они помочь ему в ремонте самолета. Трое отказались, возиться с техникой им было неинтересно, а вот Олег с приятелем согласились. Техник дядя Витя оказался не только хорошим специалистом, но и просто интересным человеком. Отставник, как и многие здесь, возиться с молодежью он любил и умел. Он занимался ремонтом двигателей Ила, а ведь на нем стояли АШ-82Т, дальнейшее развитие уже имеющихся сейчас М-82 именно с впрыском топлива. Дядя Витя, в рамках поднятия общей грамотности населения, рассказывал ребятам об устройстве этого самого впрыска и истории развития знаменитого двигателя. Еще одним колоритным персонажем, помогавшим дяде Вите, был дед Паша. Если дяде Вите было под шестьдесят, то деду Паше было около семидесяти, если не больше. Руки он имел золотые, но отличался интересной особенностью, редким был матерщинником. Собственно этим на Руси удивить трудно, но дед Паша не был банальным сквернословом, вставляющим мат через слово в каждую фразу. Нет, он изобретал новые слова для обозначения самых разных вещей, основой для которых были матюги. Иногда со стороны создавалось впечатление, что дед уронил себе на ногу кувалду или приложился обо что-то, а он всего лишь объяснял дяде Вите как собирал тот или иной узел. Возились ребята все лето, почти полных три месяца, так что перебрали вместе с дядей Витей и дедом Пашей оба движка.
- Кстати, Яков Карлович! Общий принцип работы впрыска мне известен, но вот я думал на досуге…
В ходе беседы Олег изложил, как смог вспомнить, устройство впрыска на АШ-82, попутно расспрашивая Берга об известных ему проблемах с впрыском. В конце разговора Берг на секунду завис, потом хмыкнул, быстро допил компот, попрощался и чуть ли не бегом направился к себе.
- Придумал чего-то! - уважительно сказал Глазычев.- Он периодически в КБ письма шлет, всякие улучшения предлагает.
После обеда Северов сел за изучение района, надо будет сдать зачет штурману полка.
Время шло, Северов освоился в полку. Зачет у штурмана полка по знанию района он получил быстро – сказалась хорошая память. Топливо было, поэтому полеты проводились ежедневно, а Олег стал внушать Ларионову, что работа истребителей парами гораздо эффективнее трехсамолетного звена. Обратил внимание на то, что при многих совместных эволюциях третий самолет явно не поспевает за другими. Ларионов раздосадованно махнул рукой:
- Думаешь, один ты такой умный? Я Коробкову об этом давно талдычу. Он, может быть и сам все это не хуже нас с тобой понимает. Да тут случай был. Приезжал к нам в начале года какой-то чин из ГУВВС, полковник. Терентьич ему про пары самолетов и выложил, хотел как лучше, а получилось… В общем московский гость такой скандал учинил, что я думал все, будет у нас новый командир. Да еще базу идеологическую подо все подвел. Так что заикнись Коробков снова об этом, могут и под трибунал отдать. Вот так!
Тогда Северов зашел с другой стороны. В эскадрилье из шести летчиков приличными навыками пилотирования и воздушного боя владели всего три человека: Ларионов, Северов и лейтенант Алексей Бабочкин – ведущий второго звена, с которым Олег делил комнату в домике командного состава. Алексей участвовал в войне с финнами, имел боевой опыт, сбитый финский Фоккер и вообще, понравился Олегу вдумчивым подходом к любому делу и хорошей эрудицией. Лейтенант много читал, был приверженцем использования радиосвязи, прекрасно ориентировался на местности и выдумывал более эффективные способы управления авиационными подразделениями в бою. Северов рассказал ему, в общих чертах, о радиолокации и нанесении тактической обстановки на планшет. Этого оказалось достаточно, чтобы Алексей засел за подбор и изучение литературы по этому вопросу.
Итак, три летчика из шести имеют шанс потягаться с немцами, а остальные? Сержанты прошлогоднего осеннего выпуска. Минимальный налет часов, практически отсутствующие навыки стрельбы, неплохой моральный дух, но слабая дисциплина из-за перевода в состояние срочнослужащих. В полку с ними, конечно, занимались, но топливо появилось всего месяц назад, до этого экономили. Техника не новая, много времени тратится на ее ремонт и обслуживание, а, учитывая неважную подготовку технических специалистов, эти ремонты и обслуживание качество имеют соответствующее. Кроме того, со дня на день прибудут сержанты – выпускники летных школ 1941 года.
Северов предложил все-таки разбить эскадрилью на пары и отработать совместный пилотаж. Без докладов наверх, по-тихому. Комполка, конечно, все увидит сам, но, если Ларионов с ним поговорит, может сделать вид, что не заметил. А там, про себя добавил Северов, и война уже начнется, всего три недели осталось.
На такую авантюру комэск-3 неожиданно легко согласился, а Коробков обещал не замечать. Уважение к нему со стороны Северова возросло, он понимал, чем тот рискует, если что…
Еще одной новостью стало появление Берга с целой полуторкой какого-то оборудования. Оказалось, что он давно раздумывал над впрыском топлива и разговор с Северовым просто «сложил мозаику» в его голове. Он привез М-63 с впрыском! Мощность около 1200 л.с.! В Станиславе локомотиворемонтный завод имел очень приличный станочный парк, так что за две недели Берг сумел довести до рабочего состояния свою модель впрыска, над которой колдовал с самого прибытия в полк. А Глазычев и Шведов, прозванные Олегом Винтиком и Шпунтиком, установили на его самолет радиостанцию с экранированной проводкой. От нее отказался, что характерно, комэск-1 Вася, мотивируя тем, что работает плохо, больше шумит, лишний вес. Прозвища прижились, а сержанты теперь в свободное время активно занимались физподготовкой вместе с ротой охраны. Олег и сам по утрам с удовольствием бегал с ними, занимался гимнастикой, силовыми упражнениями, а также рукопашным боем с Петровичем и Денисом. По просьбе Олега Винтик и Шпунтик сделали ему пару прекрасных метательных клинков и нож по типу собровских Кобры и Акелы. Они были выполнены из прекрасной стали от швейцарского подшипника. Себе они сделали такие же, но из стали попроще, и теперь учились их метанию и ножевому бою. Сам Северов освоил работу с ножом еще в Афгане, научил капитан-разведчик, чье подразделение базировалось по соседству.
Свой «Ишачок» с новым двигателем Олег облетал 12 июня и остался им очень доволен. Михалыч с ребятами поколдовал с его обшивкой, убрал, по возможности, все щели и неплотно прилегающие крышки. По замерам, скорость получилась около 500 км/ч, точнее сказать было трудно. По сравнению с Ме-109Е, а тем более F, не очень впечатляло, но все же намного лучше серийных машин, особенно с М-25.
Иногда на Северова накатывала тоска от того, что он ничего не может изменить, что погибнут миллионы людей, что почти никто из тех, кто его сейчас окружает, не доживет до Победы. Олег гнал эти мысли, занимал себя работой, но временами они вновь посещали его, особенно по ночам. И чем ближе к 22 июня, тем чаще.
14 июня, в субботу, командир полка дал личному составу выходной. Некоторые, собрав компанию любителей рыбалки, отправились во главе с комэском-1 Васей на какое-то его «особое» место. Часть, разбившись на две команды, устроила футбольный матч. А некоторые, в число которых входил и Северов, поехали в Станислав. Летчики разбрелись по городу, Северов решил посмотреть памятники архитектуры – единственную на Украине ратушу в стиле модерн, Коллегиальную церковь Пресвятой Девы Марии в стиле барокко и другие.
На следующей неделе начали прибывать выпускники летных школ, шесть из них пришли в третью эскадрилью. Теперь в ней было двенадцать летчиков – четыре трехсамолетных звена. К сожалению, отработать работу парами не удалось, совершили только пару вылетов. Еще несколько вылетов сделали в составе уставных трехсамолетных звеньев.
В четверг 19 июня Булочкин поехал в Станислав забрать прибывшее по железной дороге имущество БАО и дополнительное вооружение для роты охраны. Олег поехал с ним – Коробков хотел убедиться, что запасные приборы для истребителей именно те, которые были заказаны, накладки у снабженцев не были большой редкостью. Поэтому послал с ним первого попавшегося пилота – Северова.
В Станислав они приехали слишком рано, на складе их ждали только через пару часов, поэтому решили пообедать в соседнем ресторанчике. Полуторку, на которой они приехали, загнали в соседний переулок, чтобы не оставлять ее посреди улицы.
Когда Булочкин с Северовым подошли к машине после обеда, их внимание привлекло истошное карканье. Через двор, выписывая замысловатые пируэты, летела ворона. На ее спине, вцепившись когтями в шею, сидел маленький котенок. Ворона выделывала фигуры высшего пилотажа, которым позавидовал бы любой истребитель.
- Ну прямо Чкалов! – восхитился Петрович.
Тем временем ворона все-таки стряхнула маленького наездника, и тот свалился в куст смородины.
- Хорошо, что не в крыжовник! – прокомментировал Булочкин, а Олег полез в куст и вытащил оттуда брата-летчика. Котенок оказался короткошерстным с интересным серым волнистым окрасом. Его решили забрать с собой. Петрович предложил назвать котенка Валерой в честь Чкалова.
Приборы оказались нужными и вскоре друзья вернулись в расположение полка. Валера поселился в комнате Олега.
В пятницу 20 июня Северов подошел к Булочкину:
- Петрович, отмени увольнительные своим людям в эти выходные!
- Чего вдруг?
- Не вдруг! Разговоры про действия диверсантов последнее время идут, к тому же, нападение в выходной день дает больше шансов, что часть командиров будет отдыхать. Ведь никого из них на казарменное положение не перевели. Ну и самая короткая ночь.
Булочкин несколько секунд раздумывал, потом кивнул и ушел к себе, а Северов пошел к Коробкову и попытался набиться дежурить с субботы на воскресенье. Коробков отказал и, собрав комэсков, приказал выделить дежурное звено из второй эскадрильи и держать его в двухминутной готовности. В воскресенье многие летчики хотели поехать в Станислав на стадион, а Олег решил остаться на аэродроме.

Отредактировано Olle (12-07-2017 14:47:16)

+6

636

Olle написал(а):

Северову было положено путешествовать в купейном вагоне, так что переезд до Новороссийска прошел с комфортом. До Алушты Олег добрался небольшим теплоходом, завернувшим туда по пути в Севастополь.


М.б. пригодится:
По заказу "Совторгфлота" осенью 1927 года на Одесском судоремонтном заводе им. А. Марти были заложены два однопалубных, одновинтовых пассажирских теплохода водоизмещением 353,7 тонны (114 брт), длиной 32,3 м, шириной 5,52 м и осадкой 2,13 м. Суда были рассчитаны на 205 палубных пассажиров. Легкий дизель фирмы Бенц (Германия) мощностью 220 л.с. обеспечивал теплоходам скорость хода в 10 узлов.http://s4.uploads.ru/t/JA70m.jpg

19 апреля 1928 года первое судно, названное «Зарница», было спущено на воду. Вслед за ним, 26 апреля спустили второй теплоход, получивший имя «Заря». В 1929 году после сдаточных испытаний оба судна были переданы заказчику.

Судно, названное «Зарница», было приписано к Ялтинскому порту. 19 июля 1935 года теплоход «Зарница» был переименован в честь активного участника гражданской войны, кавалера трех орденов Красного Знамени, начальника Ялтинского порта, умершего в 1935 году Петра Ильича Лукомского. Однако в Регистре морских судов СССР за 1939 год все еще значился теплоход «Зарница» с портом приписки Одесса.

В начале Отечественной войны «Петр Лукомский» был мобилизован. С 23 июня 1941 года под названием «Лукомский» его поставили на переоборудование в минный заградитель. Вооружение минного заградителя состояло из двух 45-мм орудий, двух 12,7-мм пулеметов и десяти мин. Экипаж - 33 человека. 6 июля 1941 года минзаг «Лукомский» вошел в состав Черноморского флота. Корабль включили в состав кораблей Охраны водного района Одесской Военно-морской базы. Для поддержки Приморской армии, защищавшей Одессу, приказом Наркома ВМФ от 6 августа 1941 года минный заградитель был передан в состав отряда кораблей северо-западного района.

В марте 1942 года теплоход был потоплен вражеской авиацией. Летом этого же года судно подняли и отремонтировали. В дальнейшем до конца войны «Лукомский» использовался для доставки воинских грузов и переброски войск. В 1942-1943 годах он перевозил раненых между портами Кавказского побережья. Для ухода за ранеными выделялся медицинский персонал – один фельдшер, одна медсестра и два санитара. Судно выполнило 50 эвакорейсов. Общее количество эвакуированных 2807 человек, из них 1826 лежачих.

В январе 1945 года корабль был разоружен и возвращен торговому флоту. Теплоход начал эксплуатироваться в Одессе на линии "Порт Одесса – Лузановка" (без заходов) и "Порт Одесса – Черноморка" с промежуточными остановками "Ланжерон", "Аркадия" и "Большой Фонтан". В середине 50-х годов теплоход эксплуатировался как в Одессе, так и в Ялте. В 1958 году была открыта пассажирская линия Одесса–Каролино-Бугаз–Одесса, на которой стал курсировать теплоход «Петр Лукомский». Отход из Одесского порта был по средам, субботам и воскресеньям.

В 1964 году «Петр Лукомский» был окончательно переведен в Ялту.

А возможно, это был т.н. "Испанец":

Грузопассажирские «испанцы»
У входа в Музей морского флота Украины в Одессе до пожара находилась часть наружной обшивки корпуса, принадлежавшей теплоходу «Львов». В самом же музее хранились машинный телеграф, магнитный компас, судовой колокол судна, ставшего легендарным на нашем флоте.
Теплоход «Львов» был одним из пяти грузопассажирских испанских судов (он носил тогда название «Ciudad De Tarragona»), доставивших в 1937—1938 годах из охваченной огнем гражданской войны Испании бесценный груз — женщин и детей республиканской Испании. Для большинства из них Советский Союз стал второй родиной.
Возвращение этих судов в Испанию к тому времени стало невозможным, поскольку они попали бы в руки франкистов, поэтому они были конфискованы СССР и включены в состав Черноморского флота, прошли ремонт и переоборудование.
По-разному сложились судьбы этих судов. Они получили наименования «Нева», «Волга», «Днепр», «Белосток» и «Львов». Все испанские суда активно участвовали в Великой Отечественной войне. Грузопассажирские суда «Нева» и «Волга» были надлежаще вооружены главным образом зенитными орудиями, пулеметами и использовались как плавбазы подводных лодок. С окончанием войны продолжали нести военно-морскую службу. Если «Волга» прослужила до 1968 года, то самую долгую жизнь в советском ВМФ прожила «Нева» (І914 года постройки). Ее продали на слом в начале 70-х годов.
Очень коротким оказался боевой путь самого крупного «испанца» — пассажирского теплохода «Днепр» («Кабо Сан Аугустин»), водоизмещением 15 тыс. тонн. Этот теплоход использовался в качестве учебного корабля и транспорта. В августе и сентябре 1941 года «Днепр» совершил несколько рейсов в осажденную Одессу с войсками и боеприпасами, успешно уклоняясь от атак вражеской авиации. Но 3 октября 1941 года он вышел из Новороссийска, следуя на Севастополь, и был атакован немецкими самолетами-торпедоносцами. Получив попадание торпедой в среднюю часть корпуса, теплоход затонул. Спасшихся подобрали тральщики.
Печальной оказалась судьба и грузопассажирского теплохода «Белосток» («Сьюдад де Ибица»). Этот небольшой теплоход, водоизмещением всего лишь 2500 тонн перед войной совершал десятисуточные рейсы на Крымско-Кавказской линии. С началом войны «Белосток» выполнял функции войскового транспорта, участвовал в эвакуации раненых из Одессы и Севастополя. Судном сначала командовал капитан И.М. Письменный, а с 1942 года старший лейтенант Т.П. Рымкус. Под командованием последнего транспорт несколько раз прорывался в осажденный Севастополь. Последний прорыв «Белосток» совершил в ночь на 18 июня 1942 года. Это было последнее транспортное судно, прорвавшееся в осажденный Севастополь. Он выгрузил в Южной бухте груз боеприпасов, а на обратном пути ночью в 20 милях южнее Балаклавы был атакован фашистским торпедным катером «S-102» и затонул от взрыва торпеды. Кораблям охранения удалось спасти небольшую часть людей, но около 400 человек погибло.

Необычная судьба
Что же касается «Львова», то этому судну выпала долгая и необычная судьба. Судно было построено в 1933 году в Валенсии (Испания) как «Ciudad De Tarragona» (водоизмещение — 2500 тонн, длина корпуса — 75 м, ширина — 11,14 м, осадка — 4,7 м, дедвейт — 536 тонн). Два шестицилиндровых дизеля суммарной мощностью 1500 л.с. позволяли развивать скорость до 13 узлов. Пассажировместимость судна была до 300 человек. Кроме того, оно могло брать 264 тонны груза.
Теплоход совершал рейсы из континентальных испанских портов на Канарские острова. Во время гражданской войны в Испании под республиканским флагом летом 1938-го судно прибыло из порта Картахена в Одессу. Его привел молодой испанский капитан Мантилья Эскудеро Эугенио. Судно доставило испанских детей-сирот, отцы и матери которых ушли на фронт сражаться с фашистами. С борта судна загорелыми ручонками махали ребята, радостно скандируя «Viva!», «No pasаran!».
Капитан Мантилья впоследствии работал на судах Черноморского пароходства «Серов», «Райкомвод», «Потемкин» и других, в годы Отечественной войны участвовал в конвоях к осажденной Одессе, в 1942 году был командирован в Дальневосточное пароходство. Вернувшись после войны в Одессу, работал в моринспекции ЧМП, с 1946 года был снова капитаном «Львова», на мостике которого и скончался.
Первоначально испанское судно планировали передать на Дальний Восток как транспорт №3, но затем 30 октября 1939 года теплоход под наименованием «Львов» был поставлен на Крымско-Кавказскую линию.
20 июня 1941 года «Львов» под командованием капитана И. Лукьяненко отошел от причала Одесского порта в свой последний предвоенный рейс. В Керчи в связи с войной рейс прервали, и судно поставили на переоборудование под базу для подводных лодок. В июле 1941 года «Львов» перешел в Балаклаву и обеспечивал базирование подводных лодок. Теплоход окрасили в шаровый цвет и вооружили, установив на корме одно 76,2-миллиметровое орудие, на носу — два 45-миллиметровых орудия и на мостике — пулемет ДШК.

Отредактировано Череп (11-07-2017 13:01:42)

+1

637

Olle написал(а):

Аня смотрела с удивлением и страхом:
- Ты все-таки что-то знаешь!
- Ну да! В Кремль вызывали и специально рассказывали! Я, все-таки, военный человек, командир, меня учили анализировать ситуацию. Я говорю о том, что может быть, а не о том, что обязательно будет.
- Но ведь наша армия…


Олег, возможно во втором случае лучше заменить на : "как-никак" или на нечто подобное?

0

638

Спасибо, Игорь. Твои посты всегда читаю с большим интересом.
Повтор просто убрал.
Летом 1975 года был с мамой в Алуште, на турбазе "Чайка". Оттуда на небольшом теплоходе добирались до ботанического сада. Лет прошло много, помню плохо, но кораблик чем-то похож. У того была довольно длинная крытая задняя палуба с сиденьями. На фото не видно, а так схожесть есть.

+1

639

Olle написал(а):

Летом 1975 года был с мамой в Алуште, на турбазе "Чайка"


Олег - ты настоящий ЧЕЛОВЕК!!!!!! Сразу видно!

0

640

Olle написал(а):

Не успели они получить свой завтрак, состоящий из макарон по-флотски и какао с булочкой, к


А вот это - вопрос интересный.
"Впрочем, связаны макароны с военными планами или нет, история умалчивает. А вот о том, что самое массовое советское блюло с ними – «макароны по-флотски» - появилось в СССР именно после войны, наоборот рассказывает. Впервые оно упоминается в монументальной советской книге «Кулинария» в 1955 году. Но биография его несколько длиннее....Война изменила многое. В том числе и подход к еде. Неожиданно именно полуфабрикаты (какими и были, по сути, макароны) стали основой питания. Как их только не использовали на фронте – с тушенкой, с рыбными консервами, с горохом. Это ведь, действительно очень неприхотливое блюдо. Может быть, где-то там, во фронтовых столовых или  в Мурманске – столице сражающегося Северного флота, - и зародился этот рецепт макарон по-флотски...Советская "Кулинария" 1955 года приводит его так:

Говядину, баранину или свинину пропустить через мясорубку и обжарить на сале (масле). Мясо положить в посуду, добавить пассерованный на масле мелко нарезанный лук, налить бульон и тушить мясо до готовности. Макароны (того самого крупного калибра) отварить до готовности в подсоленной воде и, слив отвар, смешать их с тушеным мясом".
http://p-syutkin.livejournal.com/108648.html

Или вот еще:
"Этимология приставки «по-флотски» до сих пор точно не выяснена, однако название «макароны по-флотски» фигурирует в монографии Бориса Чертока, описывавшей события, происходившие на советской подводной лодке в 1955 году[4]"
https://ru.wikipedia.org/wiki/Макароны_по-флотски.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Возвращение в строй. 1941