Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Ермак 4. Поход.


Ермак 4. Поход.

Сообщений 51 страница 60 из 149

51

О.Р. Айрапетов ПОРТ-АРТУР. К ВОПРОСУ ОБ ОРГАНИЗАЦИИ БАЗЫ ФЛОТА И КРЕПОСТИ
https://cyberleninka.ru/article/n/16451160 

Отредактировано Череп (30-11-2019 20:34:12)

+1

52

Пост 22

Курсант написал(а):

Поэтому была надежда, что по старой памяти смогу нормально пристроится к какому-нибудь подразделению

с ь

+1

53

Пост 45

Курсант написал(а):

- Не понравилось, Тимофей Васильевич? – с усмешкой спросил меня Морозов. – Ничего, со временем привыкните.

привыкнете

+1

54

Пост 45

Курсант написал(а):

Это вы уже акклиматизировались здесь, а я ещё два месяца назад был в заснеженном Петербурге.

Пропущено "я".

Курсант написал(а):

Так что, Вам наши проблемы со здоровьем будут не актуальными.

А почему тут "Вам" с большой буквы? Не письмо ж, просто прямая речь.

Курсант написал(а):

Особенно старейшины. А, правда или нет?!

запятая лишняя.

0

55

Курсант написал(а):

В Генеральном штабе я был «белой вороной». Непонятно какого происхождения

В ГШ это никого не смущало.
Отследить кто именно по происхождению во всем составе ГШ РИ сложно. Именно не выпускников, а тех кто служил в ГШ. Но если судить по биографиям тех кто впоследствии перешел в РККА, то полно было разных. И сыновья провинциальных офицеров, и казаков, и военных врачей, и обедневших дворян, и разночинцев. Таких аристократов как Игнатьев, или детей генералов, было меньшинство.

0

56

Отдав должное прекрасному обеду, в основном из европейских блюд и французскому шампанскому шанхайского происхождения, Рашевский и Морозов закурили, а я, помаленьку пригубливая, расправлялся с вишнёвым ликёром, который нашёлся в ресторане.
- Как обед, Тимофей Васильевич? – выпуская кольцо табачного дыма, поинтересовался Морозов.
- Прекрасный! Я не чревоугодник, но иногда хочется поесть чего-то вкусного, - ответил я.
- Полностью с Вами согласен, - вклинился в разговор Рашевский. – Маленькие радости позволяют более позитивно смотреть на окружающий мир.
- И как здесь с маленькими радостями? Ихэтуани не мешают? – поинтересовался я.
- Ну что вы, Тимофей Васильевич,  в Китае  подобные беспорядки происходят каждый год в какой-нибудь из провинций. Не стоит им придавать значение, - выпуская папиросного дым, произнёс Морозов. - Наш дипломатический корпус в Пекине никогда не обращает никакого внимания на все эти возмущения. Эти беспорядки в порядке вещей.
- Ну, а если события усложнятся? - полюбопытствовал я.
- Насколько мне стало известно уже здесь, адмирал Сеймур сейчас с интернациональным десантом совершает веселую военную прогулку в Пекин. Возможно, уже в этот момент им устраивают торжественную встречу с музыкой и шампанским. Осенью десант вернется на суда, и инцидент окончится так же, как он оканчивался раньше.
- Я бы не был таким оптимистом. От адмирала Сеймура вот уже сутки, как нет никаких известий. Сегодняшнее восстание ихэтуаней или боксеров представляет явление гораздо более серьезное, чем о нем думают. Я внимательно наблюдаю за ним с декабря прошлого года, когда в Шаньдуне жертвой их фанатизма стал английский миссионер Брукс, неожиданно убитый боксерами во время его поездки по деревням.
Подполковник затушил в пепельнице папироску и сделал из бокала глоток виски с содовой.
- На знамёнах боксёров в этот раз написан девиз: «Охрана династии и уничтожение иностранцев». Это льстит китайскому правительству и отвечает вкусам народных масс, которые стали видеть в ихэтуанях давно ожидаемых избавителей от незваного заморского ига. Юй Сянь, генерал-губернатор Шаньдуна, известный ненавистник европейцев, открыто поддерживал восстание. На его место был назначен в декабре прошлого года генерал Юань Ши Кай, бывший китайский посланник в Корее. Хорошо понимая, какою опасностью грозит это возмущение против иноземцев, и, желая умыть руки, то строгостью, то ловкостью направил все движение боксеров в соседнюю Чжилийскую провинцию и воспретил боксерам пребывание в Шаньдуне.
- Сергей Александрович, восстание в одной провинции вряд ли помешает пребыванию европейской цивилизации в Китае. Если что, мы их сомнём в кратчайшие сроки, - произнёс капитан Морозов, который также затушил папироску и глотнул из стакана виски.
«Ещё один яркий западник, - подумал я. – Для него все азиаты на одно лицо, и их роль – это рабы  цивилизованных джентльменов».
- Боюсь, что в этот раз события пойдут другим путём, - между тем продолжил подполковник Рашевский. - В среде китайского правительства некоторые министры и князья приняли боксеров под свое покровительство и поддерживают их деньгами и оружием. Китайская императрица  издает двусмысленные приказы, в которых повелевает военным начальникам прекращать беспорядки и строго наказывать виновных, но в этих же приказах она дала мятежникам очень милое название «неосторожных храбрецов», что, конечно, еще более разжигает мятежную толпу, прекрасно понимающую маневры китайского правительства.
- Сергей Александрович, мне кажется, что вы несколько утрируете двойные стандарты китайского правительства, - произнёс Морозов.
- Не скажите. Генерал Не Ши Чэн, начальник кавалерии в Чжили, весьма сочувствующий русским и имеющий при себе военным советником Лейб-Гвардии Гусарского полка полковника Воронова, решил не допустить приближения боксеров к Тяньцзину и сжег несколько китайских деревень между этим городом и Пекином, за то, что их население присоединилось к мятежникам. И что мы имеем? – подполковник сделал паузу и продолжил. – Императрица Цин  выразила ему свое крайнее неудовольствие за слишком суровые и строгие меры в отношении «увлекающихся патриотов», что не помешало правительству уволить генерала Чэнь Хун Бао, командующего военными силами в Баодинфу, за то, что он допустил возмущение в своем округе. Это разве не говорит о том, что китайское правительство явно играет двойную игру.
- Это разовый случай, и по нему не надо делать поспешные выводы. Не так ли Тимофей Васильевич? – обратился ко мне капитан.
- Не могу сказать, что-то определённое, так как не владею информацией по этому вопросу, - ответил я Морозову.
- Извините, господа, но в последнее время императрица Цин  наказывает, как тех, кто поддерживает боксеров открыто, так и тех, кто их преследует слишком энергично, как генерал Не. Между тем китайское правительство не принимает решительно никаких мер к ограждению иностранцев и препятствует им взять это дело в свои руки. Английский консул в Тяньцзине настойчиво требовал у правления Императорской Китайской железной дороги дать поезда для интернационального десанта, но пекинское правительство отказало в этом на том основании, что несколько станций сожжено, и поезда не смогут дойти до Пекина. Разве это не двойная игра, господа? – Рашевский, закончив говорить, резким движением опрокинул остатки виски с содовой в рот.
- Я думаю, что адмирал Сеймур наведёт порядок. Сил у него достаточно, - произнёс капитан Морозов.
- А я так не думаю, дорогой Виталий Викентьевич.  Полковник Вогаку восемнадцатого мая сумел провести по железной дороге в Пекин международный десант из русских, французов, англичан, американцев и итальянцев и возвратился в Тяньцзин. Но это был последний поезд. Железнодорожный путь испорчен боксерами, дорога не восстановлена. Экспедиция адмирала Сеймура двадцать восьмого мая на трех поездах вышла в сторону Пекина. Вчера к ним вышел еще один поезд. И всё! Никаких сведений от них больше нет, - подполковник раздражённо прикурил папироску и продолжил. - Телеграфное сообщение с Пекином уничтожено боксерами. Телеграммы передаются кружным путем, причем китайские телеграфисты не принимают шифрованных депеш. Какая ситуация в Пекине в данную минуту невозможно сказать, но можно предположить, так как число боксеров растет гигантскими темпами, и восстание охватило всю Чжилийскую провинцию. Мятежники угрожают уже Пекину и Тяньцзину. Их количество уже превышает десятки тысяч. И что будет, если они в порыве ярости и фанатизма ворвутся в  наши концессии?
- Сергей Александрович, неужели дела так плохи? Признаться в Шанхае всё спокойно, - Морозов с удивлением посмотрел на подполковника.
- Виталий Викентьевич, я только что узнал, что китайская императрица издала тайный указ по войскам, чтобы они никоим образом не вступали в бой с боксерами, а только осторожно заставляли их сборища расходиться. А что дальше – совместное выступление боксеров и китайских войск? Если это произойдет, то наши и другие европейские миссии в Пекине и Тяньцзине будут уничтожены. Как бы мы ни относились к боевым возможностям китайских войск и ихэтуаней, но нас слишком мало в Чжилийской провинции.  В общем, сейчас может легко повториться тяньцзинская резня одна тысяча восемьсот семидесятого года.
- И что же делать? – как-то потеряно спросил Морозов.
- Позавчера адмирал Алексеев получил Высочайшее повеление о посылке в Пекин десантного отряда сухопутных войск с артиллерией. Вчера  рано утром артиллерия, казаки, саперы и весь Двенадцатый Восточно-Сибирский стрелковый полк были посажены на суда: броненосцы «Наварин» и «Петропавловск», крейсер «Дмитрий Донской», канонерки «Отважный», «Гремящий», «Манджур» и «Бобр» и отправлены в Тяньцзин.  Сегодня с утра они должны быть на месте.
- И каковы силы? – поинтересовался я.
- Экспедиционный отряд, под общим начальством полковника Анисимова и при офицерах Генерального штаба подполковниках Илинском и Самойлове, состоит  из двенадцатого полка, четырёх орудий Второй батареи Восточно-Сибирского стрелкового артиллерийского дивизиона, Квантунской саперной роты и шестой сотни Первого Верхнеудинского казачьего полка. В двенадцать часов все суда эскадры, принявшие экспедиционный отряд, снялись с порт-артурского рейда, и ушли в Таку. Начальником эскадры был контр-адмирал Веселаго,  - ответил Рашевский.
- Слава, Богу, - размашисто перекрестился Морозов. – Надеюсь, этих сил и десанта адмирала Сеймура хватит, чтобы подавить восстание.
- Хотелось бы господа, - подполковник задумчиво уставился перед собой. - Если боксеры упустили время для нападения на Тяньцзин, когда в нем еще не было наших войск, то, как бы и мы  не потеряли времени, и не дождались того дня, когда китайцы, увлеченные боксерами, провозгласят священный поход против «заморских чертей». Вот тогда европейские державы будут вынуждены начать военные действия в полную силу. К чему это приведёт - трудно представить. Господа, вы прекрасно представляете, что возмущения на религиозной и фанатической почве всегда сопровождаются крайним упорством, жестокостью и необыкновенным кровопролитием. Я не сомневаюсь в окончательной победе соединенного европейского оружия, но если придется иметь дело с сотнями тысяч фанатиков, которым нечего терять, то, как бы не пришлось заплатить за победу   очень дорогой ценой. Война с ордой диких изуверов опасна, как гидра, у которой на место одной отрубленной головы сейчас же вырастают две новых.
Слушая подполковника Рашевского, я краем глаза заметил через  проём входа в кабинет знакомую фигуру. Повернув голову, я убедился, что не ошибся.
- Сергей Александрович, извините, что перебиваю. Господа, прошу вашего разрешения пригласить за стол моего старого знакомого, - я показал рукой  на полноватого китайца, который в этот момент в зале ресторана распекал официанта.
- Так это же господин Тифонтай, - произнёс Рашевский. – Четырнадцатого мая он был на балу у адмирала Алексеева. Говорят, что он какой-то вновь пожалованный китайский генерал.
- А я слышал, что он хозяин этого заведения и многих других в Порт-Артуре и Дальнем, - внёс свою лепту Морозов.
Я чуть не поперхнулся от этих новостей, и, еле сдерживая улыбку, произнёс.
- Мне он известен, как хабаровский купец Цзи Фэнтай, который, получив российское подданство, стал Николаем Ивановичем Тифонтаем. Признаюсь, что нас связывают кое-какие личные дела, и я от него давно не получал, сильно ожидаемые мною, известия.

Отредактировано Курсант (01-12-2019 18:06:38)

+24

57

Курсант написал(а):

- Ну что вы, Тимофей Васильевич,  в Китае  подобные беспорядки происходят каждый год в какой-нибудь из провинций. Не стоит им придавать значение, - выпуская сигаретный дым, произнёс Морозов

Папиросный? Если не ошибаюсь, на территории Поднебесной, так же как и в Российской Империи, папиросы были более распространены.

+1

58

Курсант написал(а):

– Рашевский, закончив говорить, резким движением опрокинул остатки виски с содовой.

Куда опрокинул: в рот или на стол?

+1

59

Курсант написал(а):

- Сергей Александрович, восстание в одной провинции вряд ли помешают пребыванию европейской цивилизации в Китае.

помешает

Курсант написал(а):

Как бы не относились к боевым возможностям китайских войск и ихэтуаней, но нас слишком мало

ни

+1

60

Курсант написал(а):

- Мне он известен, как хабаровский купец Цзи Фэнтай, который, получив российское подданство, стал Николаем Ивановичем Тифонтаем. Признаюсь, что нас связывают кое-какие личные дела, и я от него давно не получал, сильно ожидаемые мною, известия.

А вот этого посторонним знать не обязательно - "Добрый мой знакомец, с которым я давно не виделся.", - и все.  Не обязательно будить любопытство  в малознакомых людях. Тем более, что Аленин ждет от Тифонтая информации о судьбе сестры.

Отредактировано Дилетант (01-12-2019 17:32:49)

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Ермак 4. Поход.