Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Конкурса соискателей » "Спасти химеру"


"Спасти химеру"

Сообщений 21 страница 28 из 28

21

arrow13 написал(а):

Наверное, наем горожан мэрией в данном случае больше всего подойдет.

Думается вряд ли. Горожане (постоянные жители города) скорее всего вступят или обязаны вступить в городское ополчение. Им есть что защищать. А вот бандиты, контрабандисты, моряки и прочие случайные люди запроста могут выступать в качестве наемников. Воевать с орденом им резона нет, а вот за денюжку могут и сподобится.

0

22

arrow13 написал(а):

Наверное, наем горожан мэрией в данном случае больше всего подойдет.

Наемники - это не жители города, а люди имеющие военный опыт и готовые его продать той стороне, которая им заплатит. В данном случае - мэрии. А ополчение - это бесплатное войско из горожан, которое сражается за свое имущество. Единсвенное, что мэрия должна сделать - это выдать им оружие.
Наемникам нечего терять, но у них есть опыт - они его и продают.
А горожане защищают себя сами.

0

23

Я и имела в виду, что горожане=бандиты/контрабандисты будут сражаться за деньги, которые им платит мэрия. Просто город довольно специфичный.
Город, как я говорила, находится у границы двух государств. То есть, место неспокойное. Местные жители (большинство дееспособных мужчин) в силу "профессиональной" деятельности умеют применять оружие (и имеют само оружие при себе). Поскольку основная угроза для города - армия другого государства, простое ополчение не станет работать. Местным (большинству) в принципе все равно какому королю принадлежит город. Имуществом многие из них не обладают (украл, выпил - в тюрьму, какое там имущество), а кто обладает - держит в укромных местах. Поэтому бесплатно сражаться они скорее всего не будут. Впрочем, как вариант, можно сделать даже не наемников, а bounty hunters, скажем, во время войны за вражеские трофеи выплачивается награда. Правда, какие трофеи можно достать, когда отбиваешься стоя на стене, это вопрос...
(если что, предполагается, что город достаточно богатый)
Чувствую, придется еще многое в тексте пояснять или даже сделать эскурс в историю города.

При этом, в той ситуации, что описывается в романе пока идет скорее "война нервов". Поэтому жители к происходящему относятся достаточно легкомысленно. Осаждающим сам город не нужен, более того, штурм грозит им неприятностями с местным королем. Все, чего они хотят - это решить проблему с группой Варда, и, если возможно, мирным путем. Горожане это тоже понимают, поэтому не паникуют. Если это по сюжету не вполне понятно, говорите. (в этой конкретной ситуации бойцы Варда участвуют в охране города вместе с гарнизоном, кстати)

Да, чем больше глав, тем больше замечаний пойдет, думаю)) Покамест - третья. Тут я в тексте забыла пояснить, что дверь в стене вообще-то охраняется стражниками, да, за это сразу бить ногами не надо %)) Конечно, там не каждый так легко пройдет. При правке будет пояснено.


Глава 3

В темноте

   
   Порядочные люди ночью обычно спят. Поэтому не было ничего удивительного в том, что в ночные часы улицы Кариона были едва не более людными, нежели днем. Звучный стрекот цикад то и дело прерывался приглушенными ругательствами и звуками борьбы. Порою слышался смех и гитарные аккорды.
   Невен уверенно шел в темноте, не зажигая ни факела, ни фонаря. Убыстрял шаг в местах, где на мостовую падали квадраты света из освещенных окон. Прохожие спешили разминуться с нами, не заговаривая и не стараясь рассмотреть наши лица. Так принято в Карионе. Правила хорошего тона требуют не задавать вопросов и не мешать занятым людям. Наказанием за невежливость часто бывает "красный галстук" и постель из водорослей.
   В одном из укромных, заросших крапивой двориков, Невен разжился спрятанной под грудой гнилых досок тележкой. Мы отправились дальше. Пустая тележка скрипела и подпрыгивала на камнях.
   Наконец мы оказались у крепостной стены. Прошли вдоль нее, до одного из запасных выходов из Кариона. В свете звезд блестели металлические пластины, которыми была обита тяжелая узкая дверь. Невен вытащил из кармана огромную связку ключей. Он долго возился с замком. Еще бы, в такой-то темени даже попасть ключом в замочную скважину непросто.
   Раскрываясь, дверь оглушительно скрипела петлями. Мы выскользнули за стену, туда, где ночной мрак разгоняли костры орденцев. К счастью, позиции врага были довольно далеко от стены, и все, что мы могли видеть - неясные отсветы. Они же и вовсе должны бы принять нас за часть ночной тьмы.
   За стеной даже воздух пах по-другому. Не рыбой и океаном, с легким душком гниющих отходов, как в Карионе. Нет, здесь пахло нагретой солнцем землей, вереском и дымом. Особенно - дымом.
   Невен коротко свистнул. Через мгновение из-за растущих у стены кустов жасмина и шиповника послышался ответный свист, а чуть погодя оттуда вышла темная грузная фигура.
   - Старик тебя забери, я уж умучился ждать, - хриплым прокуренным голосом сказал неизвестный.
   - Я всегда прихожу вовремя, Гитто, - раздраженно сказал Невен. - Что у тебя на этот раз?
   - Ооо, на этот раз у нас свежайший хлеб, кровяные колбасы и пироги с мясом. Это из продовольствия. Еще есть с полтысячи хороших, новых стрел.
   - Я возьму все. Как насчет овощей? Вард говорил, что соскучился по салату.
   Гитто хмыкнул:
   - По-вашему, в осажденном городе вам должны предоставлять заморские лакомства? Я отрываю хлеб и мясо у наших доблестных солдат, так что сердце кровью обливается, а ему салат подавай!
   - Хлеб и мясо ваши доблестные солдаты оторвали у несчастных крестьян, которые не успели спрятать свое добро при виде армии.
   - В следующий раз у меня будет несколько мешков зерна, - сменил тему Гитто. - Может, и салат достану твоему господину, но не обещаю.
   Он, кряхтя, выкатил из-за кустов нагруженную добром тележку. Невен отдал ему нашу, пустую, и отсчитал плату. Гитто ловко в темноте перебирал монеты и ассигнации - казалось, он видит пальцами.
   - Ну что ж, приятного аппетита!
   - Приятно тебе потратить деньги! - рассмеялся Невен. - Ах да! - словно только что спохватился он. - У тебя есть та штука, которую ты прошлый раз предлагал?
   - Ну, допустим, есть, - добродушно произнес Гитто. - Надумал брать? А то, я ж говорил, вещь хоть и дорогая, но стоящая.
   - Извини, любезный, но дорогая подделка, мне думается, - возразил Невен.
   - Да ты...
   - Тихо, тихо. Со мной человек, который враз твою подделку распознает.
   Невен подтолкнул меня вперед. В темноте я не могла видеть выражения лица Гитто, но была готова поспорить, что мерзавец усмехался. С показной вежливостью он поцеловал мне руку - я почувствовала его колкие усы. Потом вложил мне в ладонь нечто холодное.
   Холодное, как лед.
   Гладкое и округлое.
   Это был довольно большой диск тхалакка. Изделие мастера - не чета моим неуклюжим самоделкам.
   Поверхность самого "зеркала" ночью выглядела просто черной. Цвет мог сказать о многом, но зажигать огонь было бы слишком рискованно.
   Вздохнув, я лизнула вязкую массу, покрывавшую центр тхалакка.
   Горько. Очень горько.
   Я сплюнула.
   - Это не подделка.
   - Я говорил! - торжествующе воскликнул Гитто. - Я его из багажа самого генерала Хорака взял.
   - Не подделка, но и для использования не годится, - продолжила я. - Этим тхалакком пользовались многие люди. Сейчас все они - или почти все - мертвы. Зеркало не сможет работать. Оно будет выдавать слова мертвецов, обрывки прошлых разговоров. Для живых оно уже бесполезно.
   Гитто грязно выругался.
   Невен тихо засмеялся:
   - Я с самого начала знал, с этой штукой что-то нечисто.
   - Ну да, ну да. Я достал, что смог, - раздраженно ответил Гитто. - Век бы с вашей бандой дел не иметь.
   Судя по голосу, Невен был в очень хорошем расположении духа:
   - В следующий раз будем ждать зерно. Запасы в городе уже подходят к концу.
   - Хех, конечно, градоначальник еще в игрушки играет, куда ему думать о войнах и осадах. Скоро начнете помирать с голоду.
   - Ничего, в крайнем случае, местные выживут на рыбе. А вот ваши солдаты... сомневаюсь, что в соседних деревнях хватит еды на всю ораву.
   - Посмотрим, - буркнул Гитто. - Если хочешь можем даже побиться об заклад. Если солдаты начнут голодать раньше городских - отдам тебе свой наградной кинжал.
   Невен приглушенно расхохотался:
   - Идет, я на кон двадцать золотых поставлю.
   Они пожали друг другу руки и тепло распрощались. Я снова удостоилась лобызания руки - и жаркого шепота Гитто "приходи ко мне ночью одна". Как то обычно бывает, сразу в голову не пришла ни одна достаточно оскорбительная фраза, которой стоило бы ответить. Может, оно и к лучшему. Тут явно велась гораздо более хитрая игра, чем могло показаться на первый взгляд. Эти двое, похоже, были готовы к тому, чтобы выиграть при любом раскладе. Так ли иначе, скоро продовольствие будет достать тяжело и Невен с Гитто смогут продавать втридорога, один в городе, другой - в лагере орденцев.
   Нагруженная тележка катилась даже легче, чем пустая: ровнее, колеса не подпрыгивали на неровностях дороги. Невен шел легкой походкой, и я чувствовала, что ему нравится ночь, темень, напряжение тайной встречи. Он тихонько насвистывал легкомысленный мотивчик.
   Невен подкатил тележку к ограде большого особняка. Белый дом с колоннами едва виднелся за окружавшими его яблоневыми и грушевыми деревьями. Ни в одном из окон не было заметно света.
   - Вот и пришли, - отдуваясь, сказал человек Варда. - Слушай, ты иди сейчас домой, отдохни. Я расскажу о тебе командору. На днях мы с тобой свяжемся...
   Он осекся, вглядываясь вдаль. Я оглянулась, но увидела лишь громады домов и деревьев на темном фоне небес.
   - Маяк не горит, - тихо произнес Невен. - Раньше его можно было увидеть отсюда, - он хмыкнул, - наконец-то орденцы догадались его погасить.
   - Думаешь, теперь они будут сжигать все корабли?
   Невен пожал плечами:
   - Наверное. На их месте я бы сжигал все да чего смог бы дотянуться. Что бы не говорил Гитто, они не готовы к длительной осаде.
   - Они все еще надеются договориться с Вардом?
   - Да, - он перешел на шепот, - но этого не будет. Вард очень, очень зол на них.
   Я тоже зла... Но хочу ли я объявить им войну? Хватит ли у меня ненависти для мести? Или лучше просто вычеркнуть их из памяти, уехать подальше и жить так, будто Ордена не существует?
   Мои размышления были прерваны появлением очень усталой и очень сердитой женщины. Она словно соткалась из теней ночного сада - тонкая, гибкая, в походных кожаных штанах и льняной рубахе со шнуровкой.
   - Нев, сволочь, что ж так долго! Я уже думала, повязали вас вместе с Гитто!
   - Привет, Дация. Я торопился, как мог!
   Она фыркнула, приглаживая руками растрепанные короткие волосы:
   - А это кто еще с тобой?
   - Это Зандра, наш новый рекрут.
   Женщина зевнула в ладошку и наградила Невена яростным взглядом:
   - Выгружай товар, пока не сгнил. Небось полночи по кабакам шлялся.
   - Не без этого.
   В темноте я не могла видеть лица Невена, но знала, что он улыбается.
   - Ладно, я пойду, спать хочется, - сказала я. - Встретимся как-нибудь. Я живу на улице...
   - Не волнуйся, мы найдем тебя.
   Ох, да, конечно. Обязательно должен был показать, что у них шпионы повсюду.
   - Пока.
   - Если тебя остановит кто из местных бандитов, скажи, что ты с Вардом, вмиг отцепятся. Спокойной ночи!
   Я махнула Невену и Дации рукой и побрела домой. Остановить меня никто не пытался. Видимо, бандиты спешили доделать свои темные дела - близилось утро. Поздней весной светает рано, вот и теперь восток уже начал розоветь. Усталые головорезы возвращались в свои уютные логова, рыболовы спешили к морю, неся на плечах нехитрую снасть.
   Зевая, я открыла калитку и вошла в еще темный, ночной сад, окружавший деревянное здание гостиницы. Дурманящий запах чайных роз, казалось, еще больше усилился перед восходом. Мне нравилась и старая, словно отполированная морским ветром гостиница, и неухоженные клумбы, и огромная липа под которой стоял простой стол. В Карионе люди любили есть на воздухе. Бедняки перекусывали рыбой и хлебом сидя на лавках или просто на порогах своих хижин. Зажиточные строили замысловатые беседки и террасы, часто украшенные статуями и фонтанами.
   Впрочем, с десяток мужчин, сидевших за гостиничным столом перед восходом солнца, без единой свечи или фонаря вряд ли собрались на ранний завтрак. Когда я появилась перед ними, все вздрогнули, будто увидели призрак.
   - Что такое? - судя по голосу, это был Дарен.
   - Это я, Зандра. Иду к себе. А вы это что тут делаете?
   Приглушенное фырканье и бурчание, видимо, исходило от тех, кто считал недопустимым для порядочной женщины возвращаться домой под утро. А вздохи облегчения свидетельствовали, что собравшиеся боялись и ждали кого-то другого.
   - Эээ, Зандра, мы тут это... в общем, не обращай внимания...
   Дарен поспешно вскочил из-за стола, схватил меня под руку и поволок к гостинице. Я не сопротивлялась. Несмотря на природное любопытство ввязываться в дела земляка не хотелось.
   Мы вошли в дом, Дарен проверил, плотно ли захлопнулась дверь, и быстро зашептал:
   - "Веселого" сожгли.
   - Знаю.
   - Теперь даже из города нельзя выбраться. Вард использует нас как живой щит! Но мы положим этому конец.
   Я насторожилась:
   - И каким образом?
   - Деталей я тебе сказать не могу, - сказал Дарен таинственным голосом. - Но нам нужны будут люди. Я тебе скажу, когда и что делать.
   - Понятно. Спасибо.
   Тут и гадать не надо - земляк связался с местным сопротивлением. Эх, не попасть бы в беду со всеми этими заговорами.
   Дарен вернулся к своим, а я медленно поднялась по темной лестнице к себе в комнату.
   Только теперь я поняла, как сильно устала. Упала прямо в одежде на застеленную кровать и тут же погрузилась в сон.
   
   Гончие, быстрые, ловкие, под серо-синей кожей - бугры мышц. Высотой человеку по пояс.
   Гончие никогда не спят.
   В их дыхании - смрад сырого мяса. Мощные челюсти могут отхватить человеку ногу одним движением.
   Гончие - жернова, которым предназначено смолоть жизни горожан. Мускулистые звери цвета стали. Говорят, они возникают из-под земли. Или сгущаются из воздуха. Или выплескиваются однажды на берег морскими волнами.
   Улицы Гестерна еще отдыхали в утренней дымке. Рассвет золотил угрюмые серые стены. Раскаленным металлом сверкали шпили башен.
   А гончие на упругих лапах уже шли по мостовым, зорко оглядывались, предвкушали охоту. Они кидались на людей, распластываясь в прыжке, сильные, красивые звери. Они наслаждались той резней, что устроили, и кроме наслаждения и опьяняющей радости не чувствовали ничего. Ни ярости, ни злости. Гончие относились к нам, пожалуй, как желудок может относиться к попавшим в него кусочкам пищи. Они медленно и методично переваривали Гестерн.
   Я бежала. Волосы забивались в рот, били по лицу не давая дышать. В боку кололо.
   Если бежишь от опасности - нельзя бежать со всеми.
   Если ты в доме, нельзя бежать вниз.
   Если ты в городе, нельзя бежать к воротам.
   Потому что те кто охотятся на тебя тоже не дураки. Ведет ли их людская хитрость или звериные инстинкты, они будут ждать тебя на выходе.
   Я неслась вглубь города по узким улицам, вдоль заборов, мимо деревянных хибар. Редкие люди без оглядки бежали мне навстречу и дальше к крепостной стене. На их лицах застыла печать паники. Они думали, что выберутся из города и укроются в лесах. Гончие не станут преследовать. Их цель - город.
   У меня не было времени объяснять. Рассказывать о нашем отряде, который в миг потонул в реке серых ловких тел. Вооруженные силы ордена не продержались и четверти часа. Я не успела бы описать как голубоглазый зверь стоял над окровавленным трупом командира Шерда и, чуть склонив голову, смотрел на меня. Ясным, спокойным, безжалостным взглядом. Тогда я кинулась к воротам города. Гончий не преследовал меня - Гестерн был мышеловкой. Но мышеловкой большой. Такой, где можно спрятаться. Я не могла остановиться и попробовать разъяснить это жителям.
   Я бежала к центру города. Другие рвались к воротам там, где их ждала голубоглазая смерть.
   
   Солнце навязчиво било в глаза. Некоторое время я лежала, смотрела в потолок. Переплетение теней на нем напоминало о бегущих гончих. Старик их забери, это всего лишь тени от веток липы. Они качаются на ветру вот и все.
   Со вздохом я сползла с постели. Голова раскалывалась под веки словно песка насыпали. Во рту еще сохранилась горечь тхалакка Гитто.
   Я задернула шторы и комната погрузилась в приятный полумрак. Глоток холодной воды из кружки смыл мерзкий привкус, после умывания в голове посвежело, и глаза перестали болеть.
   Но невнятную тревогу, послевкусие кошмарного сна, унять не могло ничто.
   Многие люди думают, что чудеса - это здорово. Правда, при этом они искренне верят, будто сами никогда не встречались со сверхъестественным. Ну да, почему-то не часто случается с нами приятное и невероятное. Чудеса вроде волшебного карася исполняющего желания, самонакрывающегося яствами стола и неразменной монеты нам недоступны. Те же, что происходят, обычно никому и даром не нужны.
   Как вы думаете, почему дрова всегда заканчиваются перед самой холодной ночью? Или почему, стоит вам забыть в пасмурную погоду плащ, обязательно пойдет проливной дождь? Случай? Да, нам проще верить в случайности, но селды считали, что это локхе, древняя магия, душа мира и всех живущих в нем.
   Как полагают некоторые теоретики Ордена, за многовековое существование локхе приобрела нечто вроде разума, который позволяет ей терпеливо дожидаться подходящего момента. Возможно, через несколько тысяч лет у этой силы разовьется и адекватное чувство юмора. А пока...
   Расскажите о чудесах старому браконьеру, в сетях которого запутался его же сын, спьяну вздумавший переплыть озеро. Или маленькой девочке, чьи родители однажды сели обедать в кухне старого дома: они успели съесть гороховый суп, свиные отбивные с картошкой и уже подбирались к черничному пирогу, как на них обвалился потолок.
   Или жителям Гестерна, куда одним ясным утром пришли диковинные существа.

+1

24

Ну, наконец-то появилось времы для вдумчивого прочтения.

arrow13 написал(а):

Ворота Кариона стали самым людным местом, когда орденцы осадили город.

Да ни в коем разе! Супостат у порога, ворота закрыты. А вот на привратной площади - да, конечно. И пообщаться можно, и бизнесом заняться.

arrow13 написал(а):

Зажав подмышкой масляный фантик с рыбками, я стала перебирать сверкающие на солнце безделушки.

Фантик 1. м. 1) Конфетная обертка. 2) Особым образом свернутая конфетная обертка как элемент игры в фантики. 2. м. разг. 1) Уменьш. к сущ.: фант. 2) Ласк. к сущ.: фант.
ФУНТИК фунтика, м. 1. Уменьш.-ласкат. к фунт в 1 знач. 2. Бумажный кулечек в форме воронки, в к-рый кладут или насыпают отпускаемый товар (разг.).

arrow13 написал(а):

Несмотря на то, что большинство построек в городе были деревянными, часто кое-как сколоченными из останков старых кораблей, дозорную башню строили из каменных блоков, как и крепостную стену.

ОСТАНКИ останков, ед. нет (ритор.). 1. Тело покойника, труп, прах. Бренные останки. 2. Остатки, то, что осталось от чего-н. (поэт. устар.). Останки разоренной сени. Пушкин.
Так поэтически определенный "труп корабля" обычно называют "обломки".

arrow13 написал(а):

Я пробилась к бортику и посмотрела вниз.

Стена для обороны и производства стрельбы имеет выемки, которые называются "бойницы".

arrow13 написал(а):

Человек Варда легко сбежал по лестнице, подождал, пока ворота приоткрылись - на ладонь, не больше - и протиснулся на занятую врагом территорию.

Для подобных случаев, чтобы не рисковать и не открывать без надобности ворота, существуют калитки.

arrow13 написал(а):

Только ночью придти нужно, чтобы орденские шпионы не заметили.

Не ошибка, но несколько неожиданное применение. В основном, применяют определение
Прийти прийт`и, прид`у, придёт; прош. пришёл, пришл`а

На сим рассмотрение первой главы закончил.

0

25

Начинает быть интересно. Плюс поставила. но обьяснения все еще требуются.

0

26

svtsar написал(а):

На сим рассмотрение первой главы закончил.

Спасибо большое, надеюсь и остальные посмотрите как время будет :)

Ника написал(а):

Начинает быть интересно. Плюс поставила. но обьяснения все еще требуются.

У меня часто так выходит, что не слишком понятно прописываю подразумеваемые вещи. Обычно при правке приходится дополнять.

0

27

komo написал(а):

О городе и стенах, поскольку описано что орден стреля из катопульты с холма, то значит местнось не равнина, или слегка всхолмленая равнина. Город вероятней всго или на одном большом прибрежном холме распалагается,или на нескольких поменьше, в таком случае стены отделющей порт от города может и не быть, имеется или обрыв над пляжем, или всего несколько улиц с подьемом, кторые спокойно перекрываются барикадоами + вполне можно на штурмующую колонну повозку с камнями или бочку со смолой\кипятком скатить. Порт конечно ограничен стеной ( возможно даже изгородью ) и парой волноломов на концах которых башни с пушками, но учитовая что орден имеет возможность сжигать корабли, и отсутсвие у ордена блокирующих кораблей, город занимает только часть берега бухты, а вероятней всего (учитовая что пограничный город) один берег ( возвышенный) в устье реки, разделяющей два королевства.

Да, равнина всхолмленная, а город занимает только часть берега бухты. Но мне не хотелось вводить реку. Конечно, большинство городов на побережье строят в устьях рек, но ведь не все же. Хотя... в общем-то и можно по сюжету колодцы на реку заменить, отчасти даже проще стало бы. Буду думать...

Едем дальше - четвертая глава.

Глава 4

Обед с Вардом

   
   Проснулась я уже после полудня. Голова была тяжелая, во рту горчило. Я спустилась вниз и на печке под вишнями вскипятила чайник воды для крепкого чая. Смыв вкус старого тхалакка, я позавтракала забытым Дареном на столе сыром и отправилась в свою комнату. Остаток дня провела, тщательно уничтожая следы своей деятельности. Неудавшиеся тхалакки отправились на переплавку. Банки со смесями я выкинула в мусорную кучу за два квартала от дома. Тигли, колбы и реторты уничтожить рука не поднялась, поэтому я сложила их в ящик и закопала в самом укромном уголке сада.
   Пускай теперь меня Вард оборудованием обеспечивает. А хранить все это дома - слишком опасно.
   На следующее же утро пришло письмо Невена. Грязный бездомный мальчишка протянул мне клочок бумаги, где было написано, что меня приглашают отобедать с людьми Варда в известном мне баре. К счастью, оставалось достаточно времени для мытья головы и выбора наряда. Мне удалось даже найти на полочке в шкафу забытую зеленую шаль, которой я задрапировала плечи, удачно скрыв пожелтевшие кружева на вороте старого клетчатого платья.
   
   Они сидели за столом. Свечи коптили и истекали воском, свирепый официант стоял у двери и раскачивался на каблуках. На этот раз, кроме людей Варда, в баре у пирса посетителей не было.
   Длинный дубовый стол, покрыты белоснежной скатертью специально для них поставили по центру зала. Многочисленные бутылки с вином, запеченная с травами рыба, ароматный бульон, сочное, только что с вертела, мясо, горка пирожков - соблазнительные запахи заставили меня сглотнуть слюну. Мое-то меню уже несколько недель оставалось довольно однообразным, приходилось экономить.
   Но люди Варда тут собрались, конечно, не для еды. Их было тринадцать - командование элитного отряда Ордена всегда состояло из дюжины человек, но на сегодняшний обед был приглашен и Кевер. Мальчишка усердно пил вино, даже не взглянув на меня, и не обращая внимания на сияющую сапфирами в высокой прическе Магру. Впрочем, она единственная оделась так роскошно - в синее шелковое платье с серебряным кантом, - остальные выглядели еще скромнее меня. Только один, атлетического сложения ветеран с шрамом на подбородке, надел кольчугу, другие удовольствовались гражданской одеждой.
   Из знакомых мне людей тут были только Невен и Дация.
   - Зандра! - Невен встал мне навстречу. - Проходи, садись, - он обернулся к своим. - Это та самая из лабораторий, которая делала тхалакки, я рассказывал о ней.
   - Я помню, - мужчина во главе стола галантно отодвинул стул рядом с собой.
   Его слишком загорелое для аристократа лицо оттенялось белоснежным воротничком, хорошо сшитый костюм из темно-серой ткани ладно сидел на худощавой фигуре. Серебряные запонки и кольцо с черным камнем на мизинце подчеркивали статус. В его жестах и взгляде не было и тени надменности, присущей важным господам. Вард всегда слыл человеком вежливым и любезным. Возможно, именно это помогло ему в его политической карьере: несколько раз он становился правителем в городах, где эта должность была выборная. Даже в темных лабораториях Ордена сплетничали о том, что командор нередко принимает решения и за самого Магистра, и за местечковых властителей.
   - Вы предпочитаете белое вино или красное? - он услужливо пододвинул мне тарелку и поставил рядом стакан.
   - Белое, благодарю вас...
   Вард потянулся наполнить мой стакан, и я увидела метку на ладони его правой руки. Свернувшаяся спиралью амфисбена, двуглавая змея. Значит, рассказы о том, что командор некогда стал охотником сновидений - правда.
   - Прошу вас, замечательное вино, - Вард чуть улыбнулся, - еле-еле уговорил Кевера продать его мне. Что поделаешь, за напитки всегда приходится платить мне.
   - Вард, - нетерпеливо перебил его Кевер, - так ты нашел гонца?
   Юный правитель города выглядел бледным и усталым. Под глазами легли синие полукружья от недосыпания. Мальчишка развлекается все ночи напролет, видимо.
   - Мы работаем над этим, - туманно ответил Вард.
   - Было бы над чем работать! Лучшие бойцы Ордена не могут подыскать какого-то дурацкого гонца! - он раздраженно скривился и отхлебнул темно-красного вина из стакана.
   - Не волнуйся, - Магра нежно поправила его растрепавшиеся волосы. - Я уверена, что дорогой командор сделает все вовремя.
   Дорогой командор? Это она так называет Варда?
   - А чего ждать-то? Хотите, чтобы орденские на стены полезли?
   Вард прожевал кусочек рыбы и неторопливо ответил:
   - Они не полезут. По крайней мере, не сейчас.
   - Почему ты так уверен?
   Бородатый воин взглянул на Кевера поверх блюда с маринованными грибами:
   - Потому что это не в интересах Ордена, юнец. Они хотят заставить нас сдаться, понимаешь? В атаке они, конечно, нас сломят, но... - он многозначительно поднял вилку с насаженным на нее боровичком, - но, во-первых, по пути в могилу мы захватим немало орденских солдат. А во-вторых, им нужен Вард, как союзник.
   Командор хмыкнул:
   - Ублюдки еще надеются, что я снова буду работать на них.
   - Если я отправлю королю Айдарии весть, что вы теперь - гвардия Кариона, Орден не сможет больше преследовать вас, - хмуро сказал Кевер. - Когда вы станете моими личными солдатами, орденским придется уйти.
   - И ты так уверен, что король пойдет на это, мальчик? - Дация презрительно рассмеялась, встряхнув короткими каштановыми волосами.
   - А почему бы и нет? - лицо семнадцатилетнего правителя покраснело. - Это ведь значит, что вы станете частью армии королевства. Орден погряз в интригах и грязной политике, а вон на юге кругом гнезда нагов. Орден все равно не выполняет свою работу, вы вполне можете занять его место, - он зло ухмыльнулся и подался вперед. - Или вы теперь слишком боитесь сражаться с древними выродками?
   - Кевер, друг мой, - Вард словно пропустил оскорбление мимо ушей, - твое предложение, безусловно, заслуживает внимания, и в свое время мы этим займемся.
   - Вот как? И чем, позволь узнать, вы сейчас так заняты?
   - О, у нас много планов. Кое-какие я открою в конце нашего небольшого заседания. Но от подробных объяснений я, пожалуй, воздержусь. Я не могу ручаться за абсолютную преданность всех присутствующих здесь.
   Вард говорил спокойно, но от его слов будто повеяло ледяным холодом. Кусок жареной на травах рыбы застрял в моем горле. Я ведь одна из тех, за чью преданность он ручаться не может. Я даже согласилась помогать Дарену и его группе заговорщиков, пусть пока на словах. Несмотря на всю свою галантность Вард и глазом не моргнет, если ему придется убить меня ради безопасности отряда.
   Словно прочитав мои мысли, командор обернулся ко мне:
   - Зандра, я велел, чтобы доставили нужные вещи для производства тхалакков. Мы рады принять тебя в наши ряды.
   - Кроме тхалакков, я мало что умею, - я поспешно проглотила рыбу и чуть смущенно улыбнулась. - Воевать меня никогда не учили... не думала, что меня когда-нибудь примут в отряд бойцов.
   - Не все из моего отряда должны стоять на передовой, махая мечом. Добро пожаловать в нашу маленькую компанию кровожадных дегенератов, - он усмехнулся. - У нас нет никаких требований к рекрутам, кроме одного - желания уничтожить Орден.
   Он внимательно смотрел на меня, и под его взглядом было очень неуютно.
   - Да, конечно, - пробормотала я. - Я хочу уничтожить Орден...
   Прозвучало это, должно быть, очень неубедительно. Кое-кто из сидевших за столом явно заулыбался. Ну конечно, кто я для них? Неизвестная девушка в бедной одежде, со следами химических ожогов на руках.
   Вард продолжал смотреть мне в глаза и спросил мягко:
   - Почему?
   Тогда, подъезжая к Гестерну, мы шутили и смеялись. Была чудесная погода, солнце ярко сверкало в глубоком, будто океан, небе. Цвели вишни и яблони в крестьянских садах, и черемуха у дорог.
   А в городе люди готовились к ежегодной ярмарке, расписывали горшки и лепили подсвечники из глины. Украшали желтыми первоцветами алтари предков. Девушки шили себе легкие платья из тонкой материи, покрасоваться перед парнями.
   Орден ведь знал о готовящейся атаке гончих. Можно было предупредить горожан, заставить их уйти. Никогда раньше пожиратели городов не нападали с такой силой. Еще сто лет тому назад мы могли бы сражаться с ними на равных и, возможно, победить. Но не сейчас. Конечно, Орден обвинили бы в трусости и бессилии. И кто-то из главных, возможно, сам Магистр, решил, что смерть лучше позора. Тем более, чужая смерть.
   - Так почему? - терпеливо повторил свой вопрос Вард.
   - Они предали меня так же, как и вас, - твердо ответила я, меня уже не пугало, что мне могут не поверить. - Меня отправили с военным отрядом в город, на который должны были напасть гончие.
   Невен, сидевший в другом конце стола, облокотился локтями на скатерть и внимательно на меня смотрел. Мне почудилось сочувствие в его взгляде - и это меня почему-то сильно ободрило.
   - Ты убежала? - Вард отодвинул пустую тарелку и подлил себе вина.
   - Нет. Я не знала об атаке. Никто из нас не знал. Мы думали, нас посылают выловить живоглотов из городского канала.
   - Как назывался этот город?
   - Гестерн.
   Славный город Гестерн, с железными воротами, высокими башнями, богатыми храмами Праотца и Праматери. С чудной, уютной лавкой бакалейщика.
   - Я слышал про этот город. Говорят, он уже свободен, хотя никто не осмеливается в него войти. Он всегда в тумане, а по окрестностям бродят падальщики.
   - Так и есть.
   - Ты была в Гестерне?
   Я кивнула:
   - Когда на нас напали гончие, я побежала в город. Спряталась в лавке бакалейщика.
   Впервые на бесстрастном лице Варда отразилось изумление:
   - Так ты жила там, когда...
   Я кивнула.
   Нескончаемые дни в пустом, наглухо запертом доме. Когда снаружи дул сильный ветер, дом скрипел и, как мне тогда казалось, раскачивался. Будто старый корабль. Целая вечность в ожидании, среди чужих вещей и брошюр о садоводстве и истреблении тараканов.
   "Смешайте в равных пропорциях сухой алебастр и муку, получившейся смесью посыпьте места обитания тараканов. Попав в желудок насекомого, смесь затвердевает, превращаясь в гипс, и таракан погибает."
   "Также, для уничтожения тараканов популярна бура. Возьмите яичный желток, размешайте с ним порошок борной кислоты. Из полученной массы скатайте небольшие шарики и разложите по углам в кухне и других местах. Во внутренних органах тараканов бура кристаллизуется, и получившиеся острые игольчатые кристаллы разрывают ткани."
   В доме бакалейщика не было тараканов. Наверное, он испробовал на них способы казни из трактата, когда еще жил в своей лавке. И они бежали прочь, оставив павших собратьев с гипсом и игольчатыми кристаллами в желудке. А потом гончие освободили город от самого бакалейщика.
   - Ты помнишь атаку? - требовательно спросил Вард. - Гераго появились вместе с гончими или позднее?
   Гераго? Ах, да, так стали называть светло-серые пушинки, похожие на летающие головки одуванчиков. Веками они обходились без имени, и только выбравшись из Гестерна, я прочитала толстый труд ученых Ордена, где приводились их особенности и классификация.
   - В первые моменты атаки гераго не было. Они появились, когда гончие вступили в город.
   - Это правда, что гончие гипнотизируют?
   Я никогда не встречала действительно голубоглазых людей. В лучшем случае это были сероглазые женщины, радужка которых становилась голубоватой, если они надевали синий шарф, или зеленоватой, если одевали травяной.
   Только у зверя могут быть глаза цвета весеннего неба.
   - Нет, не гипнотизируют. Взгляд у них, конечно, особенный...
   - Они идут следом за гераго?
   Река мощных сероватых тел, судорожные движения толпы в попытке спастись... Хаос.
   - Я не думаю. Гераго помогают им, но их куда больше потом, когда гончие исчезают, и в городе появляются химеры.
   Заметив, что мой стакан пуст, Вард услужливо налил мне еще вина. Его движения были спокойными и сдержанными, но я-то видела, как лихорадочно горят глаза командора. Он собирался вытрясти из меня малейшие крупицы информации. Ну что ж, пускай. Скрывать мне, собственно, нечего.
   - Ты видела или хотя бы догадываешься, куда уходят гончие?
   - Я не знаю.
   Откуда я могу знать?
   После ожесточенной борьбы, сопровождаемой криками, рычанием, топотом каблуков по каменной мостовой, грохотом и ревом, на Гестерн опустилась тишина. Я приоткрыла дверь своего укрытия. Так хотелось, чтобы это было концом.
   Языки молочно-белого тумана наплывали на Гестерн. Город готовился к приходу химер. Как невеста покрывает голову белой фатой перед тем, как отдать себя мужу.
   - Никто никогда не видел, как гончие выходят из города, - настойчиво продолжал Вард. - Значит, они остаются.
   - Наверное, остаются. Только не ходят больше по улицам.
   На улицах властвует туман, пушистые гераго и химеры. Теплокровным гончим, которые питаются мясом и кровью, нечего есть в пустом городе.
   Вард, кажется, разозлился на мой лаконичный ответ.
   - Что же, только химеры бродят по закоулкам и сжирают тех, кто сунется в туман?
   - Бродят, да, но не сжирают. Они не могут питаться. Они всего лишь стражи, как мне кажется.
   - Стражи чего?
   Я помню серебристую в лунной свете стену, которую гераго воздвигали на моем пути. Мягкая, упругая стена так легко рвалась. А они все липли ко мне, будто ощупывали, и снова сплетались в стену. Сзади скрежетали химеры.
   - Гераго чувствуют людей. Вероятно, и любых теплокровных существ. Их много во всем городе, будто в сильный снегопад снежинки зависли в воздухе. Я думаю, - я произносила слова очень осторожно, никогда не думала, что так тяжело подобрать формулировку для своих догадок и страхов, - гераго посылают сигнал химерам. И еще я думаю, что химеры - это воплощение чьей-то воли.
   Новый властелин Гестерна, по моим расчетам, должен был находиться где-то у главной площади. Там, у храма Праотца, стояла высокая колокольня с позолоченным шпилем. Иногда я видела, как он сияет сквозь туман. Химеры всегда приходили с той стороны.
   - Ты их видела? Химер?
   О да...
   Наверное, я выходила из лавки бакалейщика, прежде всего, чтобы снова поглядеть на них. Когда слишком долго не смотришь в глаза кошмарам, они начинают гнездиться у тебя под кроватью и в шкафах.
   Иногда шорох и лязганье металла о камень становились предвестниками химер. А порой те приходили совсем бесшумно. Туман искажает звуки, поэтому можно услышать и крик ребенка и, как кажется, говор людей. Но все это обман.
   Зрению я верить тоже не могла. В белесом мареве то и дело чудились фигуры, темные движущиеся силуэты. Порой ветер играл с туманом, и мне казалось, что чьи-то когтистые руки тянутся к горлу из молочно-белой мглы.
   Дома, фонари и иссохшие кусты чудились неведомыми чудовищами, пока не удавалось подойти ближе и рассеять морок.
   Рассчитывать я могла только на интуицию и чувство времени. Химеры всегда появлялись через несколько минут после того, как я доходила до лавки цветочницы.
   - Так какие они? - спросил Вард.
   Он успокаивающе погладил меня по руке. Зря. Химер-то я никогда не боялась. Сейчас у меня немного кружилась голова, и горло болело, словно в него насыпали битого стекла. Но это потому, что здесь слишком много народу и слишком душно.
   - Они разные.
   Форма химер не имеет значения. Воля хозяина собирает их из мусора и отходов, из дорогих вещей и замысловатых инструментов. Они должны всего лишь остановить вторжение, если кто-то осмелится войти в Гестерн. Хозяин собирает их, как ребенок делает куклу из веточек, соломы и старых тряпок.
   Я помню, как увидела их в первый раз. Голубоватые сгустки в клубах тумана мало-помалу обрели четкие очертания. Они шагали неловко, как человек на ходулях. Высокие, в два человеческих роста, движущиеся существа из набора бездушных вещей. Клинки из магазина оружейника были их костями, два длинных лезвия стали несгибающимися ногами, ребристая спинка кровати - грудной клеткой, нити хрустальных бус оплетали куски ржавого металла, изображавшие корпус. У одного создания рукой была длинная доска с торчащими гвоздями, у другого - длинный канат, беспрестанно рассекающий воздух, как плеть погонщика.
   Их властитель использовал и тела людей. Из сплетения железных трубок неожиданно выглядывало костлявое запястье, перетянутое медной проволокой, как блестящими жилами. Другое существо прихрамывало на полуразложившуюся ногу в некогда щегольском сапоге. У третьего, поверх искореженной железной кирасы торчала голова в потеках крови.
   - Они не живые существа, хозяин делает их из того, что попадется ему под руку, - если у него, конечно, есть руки.
   - Понятно, - неожиданно бодро заключил Вард. - Остальные вопросы я предпочел бы задать позже, наедине.
   Командор допил свое вино и встал, показывая, что разговор окончен. Я с облегчением выдохнула - все же вспоминать о Гестерне было тяжело.
   - Завтра, - торжественно сказал командор, - над Карионом будут подняты флаги Ретоса.
   - Что? - Кевер вскочил, опрокинув кувшин с водой. - Никогда!
   Вард ласково, как готовящийся пообедать питон, взглянул на него:
   - Мы должны так поступить, мой друг. Это даст Кариону статус города Ретосского королевства. А там не так хорошо относятся к Ордену, как в Айтании.
   - Никогда! - зло ответил Кевер. - Я правитель этого города, и я не позволю тебе присоединять его к землям Ретоса.
   - Король Айтании, конечно, пошлет сюда свою армию, вероятно, это же сделает и повелитель Ретоса. Если нам повезет, они сцепятся друг с другом у ворот и заодно разобьют войска Ордена.
   Лицо молодого градоправителя словно окаменело.
   - Ты хочешь сказать, - тихо произнес он, - ты договорился с Ретосом за моей спиной?
   Вард дружески улыбнулся:
   - Почти никто из моего отряда не знал об этом. Некоторые планы лучше держать в тайне, пока они не станут реальностью.
   Кевер раздраженно оттолкнул стул и направился к двери. Вард с легкой усмешкой подмигнул Магре, и она, послав ему ответную улыбку, последовала за мальчиком.
   Мне тоже не терпелось выйти на свежий воздух, но пришлось задержаться, пока командор давал указания. Со своими людьми он говорил шепотом, и до меня долетали лишь ничего не значащие обрывки слов. Впрочем, и информации о планируемой передаче города королевству Ретос было бы достаточно, будь я шпионом. Но я уже знала, что ни слова никому не скажу, особенно бедняге Дарену. Вард способен раздавить и его, и меня, как назойливых насекомых, и даже не заметить.
   Наконец, командор повернулся ко мне:
   - Зандра, милая, я приказал оборудовать для тебя лабораторию. Завтра-послезавтра она будет готова. Я бы очень хотел, чтобы ты приступила к изготовлению тхалакков как можно быстрее.
   - Хорошо...
   Заверив его, что мне самой не терпится взяться за работу, я, наконец, смогла выскользнуть из душной таверны.

0

28

Глава 5

Отравители
   
   Новое утро принесло в город большой переполох.
   Еще нежась в постели под одеялом, я знала, что план Варда был выполнен. Над городом взметнулись желто-зеленые флаги Ретоса. Это было ясно по приглушенному гулу, доносящемуся из открытого окна - наверняка сейчас толпа удивленных граждан стоит и спорит у ворот. Карион напоминал потревоженный муравейник.
   Я повернулась на другой бок и попыталась снова заснуть, но нервозность жителей города, видимо, передалась и мне. Наскоро умывшись, надев пропахшую реактивами рубаху и прожженные кислотой штаны, я отправилась к воротам. По пути купила вяленую камбалу. Рыбный рацион мне уже изрядно поднадоел, но на этот раз уличные торговцы не продавали ни пирожков, ни вареных овощей, не говоря уж о мясе. В подворотне двое били ногами ушлого мошенника, выдававшего подкрашенную мелом воду за молоко.
   У ворот царила неразбериха. Половина народу была явно в приподнятом настроении, другие хмуро сыпали проклятиями в адрес и Ордена и Варда. Лезть в толпу я не собиралась - еще не хватало хлопнуться в обморок от головокружения. Конечно, хотелось бы забраться на одну из охранных башен - теперь наверху ее гордо развевалось желто-зеленое полотнище. Но куда там! Местные зеваки давно заполонили обзорные площадки. Пробиться наверх можно было только с боем.
   Я со вздохом взглянула на башню и принялась догрызать камбалу.
   - Эй! Барышня! Да, вы!
   Раскрасневшийся от всеобщего переполоха стражник махал мне левой рукой. В правой он держал обнаженный меч.
   Подавив охватившее меня желание бежать без оглядки, я выплюнула плавник и чинно подошла к стражнику. Он неожиданно заговорщицки подмигнул, подхватил меня под руку и зашептал:
   - Ты из вардовых людей, да? Наверх нужно?
   - Было бы неплохо, - осторожно ответила я.
   - Йэх, посторонись! - заорал стражник, буквально раздвигая толпу мечом. - Дай дорогу!
   Не будь у него в руке оружия, никто бы и внимания не обратил на приказ, но, увидев обнаженный клинок, зеваки все же позволили нам пройти по лестнице.
   К моему удивлению и восторгу, стражник не остановился на обзорной площадке, а открыл ключом железную дверь и повел меня на крышу башни.
   Собственно, плоская крыша представляла собой еще один пункт наблюдения, только закрытый для посторонней публики. Спрятавшись за зубцами отсюда можно было и стрелять по неприятелю. Или выливать ему на голову горячую смолу.
   В центре площадки был установлен флагшток. Знамя Ретоса трепетало и хлопало на ветру.
   Я подошла к краю площадки и выглянула из-за зубца. В лагере орденцев царил такой же переполох, как и в Карионе. Солдаты сновали от одной командирской палатки к другой. Ярко горели походные костры - несмотря ни на что, ограничивать себя в завтраке противник не собирался. Я углядела и одного всадника, который гнал коня галопом по протоптанной армией тропе. Вестник. Интересно, куда он отправился, к королю Айтании или в Ретос? Впрочем, орденцы наверняка послали гонцов в обе стороны.
   Денек был погожий, и панорама внизу напоминала роскошный вышитый ковер. Стояло начало лета, трава еще не успела выгореть на солнце. На зеленом фоне ярко сверкали костры, пестрели разномастные палатки солдат.
   Тут от лагеря отделился человек. Одет в сероватое - явно не из важных персон. Зеваки внизу орали и улюлюкали, а он спокойно приблизился к воротам и вскинул лук.
   - Ах ты дрянь! - выругался стражник.
   С нижней площадки в стрелка полетели огрызки, камни и даже пара ножей. А он продолжал невозмутимо целиться.
   - Болван, он не достанет никого. Внизу, небось, все попрятались за ограду, - стражник с интересом наблюдал за действиями лучника из-за зубца.
   А я подумала, что еще никогда не видела таких огромных луков.
   Орденец целился куда-то высоко, может быть, просто в небо?
   Наконец, он спустил тетиву.
   Тонкий свист над головой, темный росчерк в воздухе.
   - Падай! - закричал стражник.
   Я кинулась на пол еще до его команды. Но стрела пролетела поверх зубцов башни, поверх наших голов. Она вонзилась в древко флага, пробив его насквозь. Под порывами ветра флагшток треснул и переломился надвое. Знамя Ретоса, как подстреленная птица, упало на каменный пол площадки.
   В лагере орденцев раздался торжествующий рев. Видимо, там тоже с интересом наблюдали за лучником.
   Приподнявшись, я глянула вниз - стрелок насмешливо поклонился и зашагал назад.
   Мы со стражником смотрели, как он уходит. Со стороны ворот ему вслед неслись проклятия вперемешку с аплодисментами. Выстрел, действительно, был мастерский.
   - Ну, что тут у вас случилось?
   Из ведущего на площадку люка появилась встрепанная темноволосая голова Невена. Вот уж кто всегда оказывается в центре событий!
   - Да вот, - стражник указал на сбитый флаг. - Конечно, сволочь этот орденец, но, о праотцы, какой выстрел!
   - Глупое бахвальство, - оборвал его Невен. - Нас они все равно за заграждениями не достанут, а это - баловство.
   Стражник умолк, но по его восторженному лицу было видно, что он не разделяет скептицизма Невена.
   - Флаг, конечно, все равно нужно поднять, - продолжал человек Варда, - и как можно быстрее.
   - Сделаем, - пробормотал стражник.
   Невен ухмыльнулся:
   - Как знать, может эти болваны весь свой боезапас по флагам расстреляют.
   Стражник кивнул на сломанное древко:
   - Ничего, у нас запасное внизу должно быть. Бывает, ломается в сильные шторма, поэтому всегда несколько штук держим. Счас в момент исправим.
   - Хорошо, - сказал Невен и обратился ко мне: - твоя лаборатория уже готова. Если хочешь посмотреть - пойдем, покажу.
   - Пойдем.
   Мы спустились на один этаж вниз и оказались в темном помещении без окон. По бряцанию и лязгу я поняла, что Невен достает связку ключей, нащупывает нужный и открывает дверь.
   Мы прошли вперед, где тоже было беспроглядно, как в печке.
   - Где-то тут должен был стоять фонарь, - раздраженно бормотал Невен, шаря во мраке, - неужели и его успели слямзить?
   Наконец, он нашел искомое и засветил слабый дрожащий огонек. Мы находились в узком коридоре, который шел в толще крепостной стены. Бойницы, встречавшиеся через каждые четыре шага, сейчас были наглухо закрыты тяжелыми ставнями.
   - Пойдем здесь, так путь короче, - объяснил Невен.
   Изредка фонарь высвечивал накорябанные на кирпичах надписи и рисунки. Видимо, сидевшие у бойниц воины порой маялись бездельем и выцарапывали на стенах пошлые стишки и изображения обнаженных девиц.
   - Интересно, попытаются ли они еще раз сбить флаг, - сказал Невен. - Если да, то мы можем попробовать убить самого стрелка.
   - Он стоял довольно далеко, - ответила я. - В него с площадки швырялись всякой дрянью, но никто не попал.
   Он пожал плечами:
   - Среди солдат Варда наверняка нашелся бы хороший лучник. Да и этот молодец раньше был в его отряде, - Невен презрительно фыркнул. - Предпочел лизать задницу Магистру, когда Варда объявили предателем.
   - Зачем они вообще послали своих лучших бойцов драться с химерами? Ведь это верная смерть. А сейчас не торопятся напасть, хотят с Вардом договориться.
   - Они и не рассчитывали, что он поедет драться насмерть. Он просто слишком многим стоял поперек горла, вот и решили его немного укротить. Расчет, я думаю, был на то, что прямого приказа Магистра Вард не ослушается. А за отмен указания его попросили не ввязываться в политику. Магистру хотелось, чтоб Вард занимался своим прямым делом и не рыпался.
   - А он предпочел уйти из Ордена.
   Невен кивнул:
   - И он первый, кто ушел не в виде трупа.
   Наконец, мы дошли до бокового ответвления, в дальнем конце его виднелся свет. Невен затушил фонарь и поставил на пол. Мы быстро дошли до широкого, забранного решеткой окна, спустились по винтовой лесенке вниз. Там опять пришлось повозиться с ключами - и вот, из темного пыльного коридора мы ввалились во внутренний двор ратуши. На аккуратной брусчатке мерно отбивали шаг солдаты в блестящих на солнце кирасах. Их командир сначала подозрительно скосил глаза на нас с Невеном, но потом приветственно помахал рукой. Мы ответили ему тем же.
   - Пойдем, уже недалеко. Особняк тут есть на одной улице с ратушей, там в подвале и оборудована лаборатория, очень удобно.
   Железные решетчатые ворота ратуши были открыты, но у них дежурили двое стражников. Сейчас они вдвоем держали за руки грязного мальчишку, а он выворачивался и кричал на всю улицу, будто его режут.
   - Че дите обижаете? - насмешливо спросил их Невен. - Да еще вдвоем на одного.
   - Да вот, рвется внутрь, как безумный, - пробурчал один из солдат. - Ворье, в ратушу залезть вздумал.
   - Да я не красть! - завопил мальчишка. - Я к Варду!
   - К Варду? - переспросил Невен. - Можешь говорить со мной, я его доверенное лицо.
   - Кто? - недоверчиво скривился паренек.
   - В смысле - передам все ему, что скажешь.
   - Да врет он, - вмешался солдат. - Он вор, вот взгляни.
   Стражник силой содрал с мальчика ветхую рубашонку. Действительно, на грязном плече виднелось выжжено клеймо попавшегося преступника.
   - Они тут все головорезы, - солдат сплюнул, - воровать учатся раньше, чем на горшок ходить.
   - Ага, а ты небось не научился, пока тебе мамка зад горчицей не намазала, - огрызнулся юный преступник.
   Невен рассмеялся и этим неожиданно заполучил симпатию мальчишки. Тот лихо сплюнул на сапоги стражнику и серьезно сказал:
   - Ладно, могу и тебе сообщить, только деньги загодя давай.
   - Да ты наглый! - солдат отвесил мальчишке подзатыльник.
   Снова было завязалась перепалка, но Невен жестом приказал обеим сторонам утихомириться и полез в карман за деньгами. Протянул мальчишке золотой - от такого богатства у молодого разбойника засверкали глаза. Солдаты даже ослабили хватку от изумления, они понимали, что и медного гроша хватило бы.
   - Значит так, - мальчишка уже окончательно вырвался из рук стражников и спрятал монету в рот, отчего его речь стала немного шепелявой. - Шлушай, у колодца драка пыла, всяли головорежоф, - при этом слове он укоризненно взглянул на стражников, - што хотели яту кинуть...
   - Поймали людей, которые хотели отравить колодец? - быстро спросил Невен.
   Мальчишка кивнул и резко бросился бежать прочь. Солдаты только выругаться успели.
   - Саботаж - это серьезно, - сказал Невен.
   - Пойдем, взглянем, - предложила я. - В лабораторию еще успеем.
   Он кивнул, и мы быстрым шагом направились к небольшой площади, в центре которой находился самый глубокий в Карионе колодец. Конечно, у многих горожан, особенно богатых, имелись и свои колодцы, но вода в них была одна - из отравленного рано или поздно яд разошелся бы по всем источникам пресной воды в городе. Что, конечно, особенно неприятно в случае осады.
   Улицы Кариона были почти безлюдны. Для меня стал понятен расчет саботажников - наверняка, они надеялись, что все собрались у ворот, и их деяние останется незамеченным. Интересно, кто на это пошел. Большинство жителей города с нелюбовью относятся к стражам порядка, а значит - и к Ордену. Но, видимо, нашелся и тут преданный Магистру человек, не побоявшийся даже страшной кары. И в мирное время отравившего колодец ждала очень мучительная смерть. А сейчас...
   Мы вышли на площадь, и сердце мое словно обожгло огнем. В кольце вооруженных бойцов Варда стояло несколько бледных растерянных людей - среди них был и Дарен.
   Великая Праматерь! Я и подумать не могла, что у них дойдет до дела! Наверное, я просто привыкла считать земляка недалеким увальнем, торговцем и крестьянином, законопослушным гражданином. Почему он это сделал? Орден ведь ничто для него... как глупо...
   - Меня предупредил мой человек, - говорила Невену Дация. - Рассказал, что недавно какие-то люди хотели купить яд. Я, на всякий случай, поставила стражу у колодца - и вот.
   Дарен наконец-то поднял взгляд от пыльной дороги. Он был очень бледен, но казался спокойным. Только когда он увидел меня подле Невена, его лицо исказила гримаса ненависти.
   - Сучка, - громко произнес он, глядя на меня.
   Наверное, решил, что это я выдала его заговор.
   - Будь ты проклята, дрянь!
   Проклятый дурак! Сам все испортил и еще меня обвиняет! Тупость неимоверная, покупать яд в осажденном городе. Продавец ведь тоже, небось, не захотел бы пить отравленную водицу.
   Дарен, кривя губы в отчаянной и злой усмешке, указал на Невена:
   - Так вот к кому ты по ночам ходила! Шлюха отступника!
   Казалось, по жилам потекла огненная ярость вместо крови. Проклятый болван! Да чтоб его... Я ведь могу взять меч у Невена и воткнуть негодяю в живот. Никто и не успеет меня остановить.
   Я втянула пыльный воздух сквозь зубы. Перед глазами на миг встало зрелище лужи крови, растекающейся по грязной улице. Меня затрясло. Не от злости. От осознания того, что убив сейчас этого наивного простака, я оказала бы ему милость. О праотцы, ну зачем он это сделал? Он ведь не преступник.
   Все удивленно смотрели на нас с Дареном.
   - Ты ошибаешься, - тихо сказала я. - Я никому не рассказывала о тебе. Не думала, что ты способен на серьезные действия.
   Меня мутило. Как мог этот педантичный, всегда следующий правилам человек, решиться отравить весь город? Неужели он не понимал, что этак умрут и совершенно невинные люди?
   - Кто это? - спросил Невен.
   - Мой сосед.
   - А, ясно...
   Дарен, кажется, понял, что я не вру. Да и не было бы смысла его обманывать теперь. Он побледнел еще больше. И снова стал внимательно рассматривать пыльную брусчатку улицы.
   Эх, ну зачем? Зачем он это сделал? Дарен всегда заботился обо мне, хотя и не очень-то одобрял моего образа жизни. Он искренне считал, что женщина должна сидеть дома, устраивать уютное гнездышко и растить здоровых и веселых детей. И мне-то всегда думалось, что он достоин такого счастья. Но теперь его ждала камера и заплечных дел мастер.
   - Пойдем, - обратился ко мне Невен. - И без нас разберутся.
   Я кивнула. Лаборатория - это хорошо. Работа отвлечет меня от грустных мыслей.
   
   Одноэтажный особняк из красного кирпича, казалось, источал спокойствие и надежность. Сад за железной, аккуратно выкрашенной в зеленый цвет оградой, был ухожен и строг. Пионы и чайные розы росли исключительно в центре обложенных галькой клумб. Мелкие красные, лиловые и белые цветки образовывали различные узоры: то цепочку ромбов, то разноцветные кольца и полосы.
   У широкого каменного крыльца возвышались два кипариса. В северной местности они обычно не вырастают такими высокими, как на юге, но эти достигали крыши, напоминая две стройные зеленые колонны.
   Невен по-хозяйски открыл дверь. Внутреннее убранство комнат говорило о немалом богатстве их хозяев - хотя тут и там виднелись следы поспешных сборов. На стенах кое-где остались темные прямоугольники от снятых картин, ящики комодов были приоткрыты. Интересно, каким образом шайка Варда заполучила этот дом?
   Лестница в подвал начиналась за невзрачной дверью, скрытой тяжелой бархатной портьерой. Казалось, было сделано все, дабы у посетителей не возникло и мысли о наличии подземелья. Так респектабельный господин хранит глубоко внутри мысли, яда которых хватило бы, чтобы отравить весь мир...
   Проклятье! Мне нужно перестать думать о ядах и отравителях. Я должна выполнить свою работу и сделать это хорошо. А то мало ли, чем окончится мое знакомство с предателями Ордена.
   Надо бы помочь Дарену. Ведь это так несправедливо - он допустил досадную ошибку, только и всего. Пошел по поводу своих эмоций.
   - Ну, заходи!
   Невен отворил передо мной дверь. Его осветило слабое лиловое сияние из подвальной комнаты. Он, как и в первый день нашего знакомства был одет в робу моряка, но в неверном освещении она казалась колдовской мантией. На его губах играла улыбка. Невен явно принадлежал к тем, кому приходился по нраву царивший в Карионе хаос.
   Я решительно зашла в лабораторию.
   В квадратной комнате без окон было холодно. Вдоль стен стояли металлические шкафы с реактивами и посудой, у одной из стен расположилась печка, сейчас потухшая.
   На каменном столе слабо мерцал большой, в две ладони длиной, кристалл, поставленный стоймя, как своеобразная свечка. Когда-то он, видимо, был прозрачно-лиловый, но годы сделали свое - кристалл помутнел и пожелтел. Но он все еще светился, озаряя мрачный подвал. При некоторых лабораторных операциях свечи и масляные фонари слишком опасны, даже яркий солнечный луч может привести к трагедии. Поэтому при изготовлении тхалакков часто пользовались кристаллами. Другое дело, что я не ожидала увидеть такое здесь. Это еще одна часть наследия селдов - часть, которую новому миру пришлось вырвать когтями и зубами.
   У стола стояло несколько ящиков, набитых добром - серебряными слитками, кусками глины, асбестовой материей.
   - Миленько... - пробормотала я.
   - Угу, - отозвался Невен. - Вард велел передать, что ему нужен тхалакк как можно быстрее. Тут должно найтись все нужное для производства.
   Я молча кивнула. Это я могу. Вот разобраться, действительно ли я хочу работать на Варда, понять мотивы Дарена, разгадать, почему люди порой совершают совершенно неожиданные поступки - вот с этим сложнее.
   Невен пожелал мне удачи и ушел. Я немедля приступила к работе. Гипсовая форма нашлась в ящике, так что мне нужно было только расплавить серебро и залить. И, естественно, приготовить липкую бурую массу, которой покрывается центр тхалакка.
   Необходимые ингредиенты были в избытке, но все равно, приготовление начальной субстанции - сероватого цвета мази - заняло немало часов.
   Поставив мазь вариться на слабом огне, я устало присела в высокое деревянное кресло у стола. Будь сидение хоть чуть-чуть поудобней, я бы сразу провалилась в сон. Наверное, уже давно пробило полночь.
   Я сидела, подперев голову руками, и зачарованно смотрела на светящийся кристалл. От колбы с мазью по всей лаборатории полз серый дым. Вентиляция тут все-таки подкачала, но мне было все равно. Видимо, за долгое время работы с тхалакками мой организм привык ко всякого рода испарениям и ядовитым газам. Нормальный человек захлебнулся бы в кашле, я лишь чувствовала легкий горький запах - запах сожженной травы, печальных открытий и несбывшихся надежд.
   Лиловый свет завораживал меня. В дыму он был еще более загадочным, как привет из давних времен.
   Кристаллы эти когда-то росли в глинистых пещерах по берегам Великой Мертвой Реки, которую селды почитали как богиню. Водный поток начинался в невысоких горах посреди пустыни, набирал силу и нес свои воды, только для того, чтобы иссякнуть в песках.
   На берегах этой реки раскинулись самые богатые и людные города. На узкой полоске плодородной земли выращивали сочные фрукты, а над водой метались многочисленные стайки пестрых птиц, чье оперение было роскошней одежд королевы.
   Когда пришло время конца, города у Реки стали последним оплотом уходящей в небытие империи.
   И тогда один наивный северный князек объявил, что селды отныне будут платить ему дань. Послал армию в один из их полузаброшенных городов. По мощеным желтым камнем улицам бродили лишь слабые старики - время могущества селдов прошло. И князек решил первым захватить то немногое, что оставалось. Награбленное должны были доставить к морю и погрузить на корабль. Князек приказал привезти дорогое черное дерево, слоновую кость, светящиеся кристаллы и ящики с ароматными южными фруктами.
   Армия без труда заняла город. Нагруженный трофеями караван без труда пересек пустыню, отделявшую земли селдов от моря. Судно пришло в срок, попутный ветер легко донес его в княжеский город. На беломраморной пристани господин принимал дары покоренной империи.
   Матросы бережно вынесли ящики с фруктами, переложенные соломой. Фрукты паковали недозрелыми, но за время путешествия они как раз должны были налиться соком.
   Подсунув широкий нож под крышку, верный советник вскрыл ящик у ног князя. Оттуда словно брызнуло солнечными бликами. Золотой виноград, нежный и сочный, лежал на подстилке из стружки. Князь протянул руку, достать замечательный плод, но тут же отдернул. Неторопливо отодвигая гроздья мохнатыми лапами, из-под винограда выбрался огромный черный паук.
   Матрос у трапа вскрикнул и уронил свою ношу. У ящика отскочила крышка, и ярко-оранжевые апельсины рассыпались по потертому мрамору причала. Между ними пестрой лентой извивалась змея.
   Виноград, апельсины, персики, бананы, инжир, смоквы падали и разбивались, истекали сладким соком. А среди них извивались сороконожки.
   Гремучие змеи выглянули из гор слоновой кости.
   Рыжие ядовитые муравьи заструились ручьем от тюков с черным деревом.
   И огромный скорпион поднял сочащийся смертью шип, стоя на прекрасных лиловых кристаллах.
   Селды остались непокоренными...
   
   Я видела, как Дарен с венцом из светящихся кристаллов на голове подходит к печке и кидает в сосуд с мазью извивающихся змей. Они серые, толстые, с желтыми пятнами по бокам голов.
   - Болван, это ведь ужи! - хотела сказать я, но тут мой сон прервался грохотом сапог по лестнице.
   Я вскочила, протирая глаза и хватаясь за узкий лабораторный нож. Просто на всякий случай.
   Дверь распахнулась - кажется, ее вышибли пинком. На пороге появился очень мрачный и очень встревоженный Невен:
   - Зандра? - он помахал рукой, разгоняя дым. - Пойдем со мной, у нас возникли проблемы...

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Конкурса соискателей » "Спасти химеру"