Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Шторм

Сообщений 31 страница 40 из 68

31

Вячик написал(а):

А я действительно уже должен лететь (в) Малибор с докладом.

+1

32

- Давай я, - Семён улёгся на освободившийся коврик.
Несмотря на прекрасное самочувствие, он слегка робел перед обследованием как, наверное, и любой человек – а ну как обнаружится что-то совершенно неожиданное, но смертельно опасное, которое не сообщает о своём наличии в организме болью. Мало ли…
Раймонд, прикрыв глаза, поглаживал ладонями по животу, и вдруг его лицо слегка напряглось.
- А ну-ка, батенька, перевернитесь на живот.
- Чегой-то? – не понял обследуемый. – Олеське ты такого не предлагал.
- Делай, что говорят!
Ковалёв послушно перевернулся, и почувствовал касания рук у себя на спине. Когда ладони замерли в районе левого подреберья, он слегка напрягся:
- Что там?
- Жить будешь, не мешай!
Ещё около минуты…
- Всё, можешь подниматься на задние конечности.
- Так что ты там у меня нащупал?
- Немного песочка в левой почке. Неопасно, но имей в виду. Я тебя потом с диетой просвещу.
- Какой ещё диетой?!
- Необременительной, - улыбнулся Раймонд. – Валерий, на осмотр!
Тот неохотно прилёг.
- Тоже неплохо, - вынес вердикт эскулап. – Но небольшой гастритик намечается. Аналогично диетка не помешает.
- Да иди ты, жертва Гиппократа, - огрызнулся Вильчевский. – Дорвался до «игрушек»! Не знаешь что ли, что для русского бывают только два вида болезней.
- Это какие?
- Ну, поскольку с нами дама, то: «фигня» и «звиздец». Сам переведёшь? Пока первое не начнёт превращаться во второе, наш человек к врачу не пойдёт.
- Врач к вам сам пришёл, цените. К тому же бесплатно, – слегка обиделся Романовский. – Не хотите лечиться – не надо. Но когда проблемы начнутся, учтите – я не специалист по полостным операциям, инструмента соответствующего нет, а анестезия только в виде дубиной по башке или передавливание сонной артерии…
- Ага! – усмехнулся Семён. – Попугай нас ещё. Вот прям наши хвори грозят перейти в неизлечимую без оперативного вмешательства стадию. Харэ уже! Пора подумать в какую реальность мы вляпались и чем это чревато. И для нас, и для неё. Валерк, ты дежурный сегодня, давай, займись кашей, а мы рядышком пристроимся. Я, так и быть, банки с мясом открою.
- Ты дурак? – вмешалась Олеся.
- В смысле?
- Мы на кой ляд зелёные бананы сюда пёрли?  Давай попробуем приготовить.
- Блин, точно! Совсем из головы вылетело. Полностью согласен. Запечём в кожуре или зажарим в масле?
- Думаю, что стоит попробовать и то, и другое – бананьев хватает для эксперимента.
И тот, и другой варианты кулинарной тепловой обработки экзотического продукта оказались вполне приемлемыми, так что обед получился очень даже ничего. А на сытый желудок решили уже и поподробнее пообщаться на предмет данного мира, потягивая через соломинку импровизированный «Дайкири»: Ром, сок лайма, родниковая вода.
- По скромному разумению моему, господа и дама, - начал Валерка, потягивая коктейль, - вляпались мы с вами в голимое средневековье.
- Потому, что король имеется, а у сержанта огнестрельного оружия с собой не было? – ехидно поинтересовалась Олеся.
- Не только. Уж больно ревностно этот всадник честь своего государя блюдёт – помните, как вскинулся, когда я предположил, что король поляк?
- Неубедительно, - покачал головой Раймонд. – Думаю, что и у нас в стране с какой-нибудь ортодоксальной монархией типа Брунея, любой военный весьма резко отреагирует на подобное. Ещё полвека назад в цивилизованной Японии тебе, после непонятного высказывания о микадо самурай бы тебе сначала бошку снёс своим мечом, а только потом переспросил бы. Тебе просто драконом про средневековье навеяло.
- Кстати, о драконах, - встрял Семён. – Подумалось вдруг, что они нефиговый тормоз для прогресса местного королевства…
- В смысле?..
- А вспомните: сколько веков человечество мечтало взлететь, сколько «икаров» с деревянными, тряпичными и прочими крыльями разбилось, прежде чем появились первые воздушные шары, аэропланы… А здесь нет необходимости об этом мечтать – сел на шею ящера и вперёд!
- Вряд ли у каждого имеется такая возможность, - попыталась возразить Ольга. – Могу спорить, что право летать имеют лишь избранные, на всех драконов не напасёшься. Тем более, что их кормить надо, а ты сам видел – явно мясом питаются. Весьма дорогой «самолётик» получается.
- Это вторично, просто здесь мечта взлететь самому, заменяется на мечту стать всадником, не более. И небо уже не так «зовёт», если известно, что хоть кто-то уже в него поднялся.
- Романтик ты, Сём, - хмыкнул Вильчевский. – Но мысль правильная. И неутешительная.
- Это ещё почему?
- А ты видел, с каким пиететом относился к нам, чужакам, этот сержант?
- Ну да, и что?
- А почему?
- Ну, типа потому, что знал о наших нестандартных способностях.
- Вот именно, - вмешалась Олеся. – Я поняла Валерку – они ценят магов, которые могут решать их проблемы. Решать за них.
- Имеешь в виду, что в результате работы магов-пришельцев, местным нет необходимости развивать самостоятельно науку и технику?
- Ну да. Если есть, например, Ромка, то зачем методом проб и ошибок искать пути в медицине, зачем развиваться? Приводи к нему пациента Если есть ты, то нафига изучать химию? Посадил тебя рядом с нужным жбаном и вот те нате – готово то, что нужно. И так далее…
- Честно говоря, Валер, пока не задумывался над этим, - согласился Ковалёв. – Похоже, что ты прав. Испанию напоминает…
- Испания-то при чём? – не поняла Олеся.
- А ты не задумывалась, почему самая могущественная страна Европы за пару веков скатилась в разряд третьеразрядных? Уже в восемнадцатом к ней серьёзно не относились великие державы, а к двадцатому – вообще практически всё потеряла, и никто с ней не считался.
- И почему?
- Халява сгубила.
- Что за халява, не тяни? – не выдержал Раймонд.
- Если вкратце – золото. Золото ацтеков и инков. И иже с ними. Как готовое, так и прииски в Америке. Ну и всякие прочие вкусняшки, которые в новых колониях обнаружились. Не было необходимости развивать собственное производство, всё желаемое можно было купить. Англия с Францией тоже от Нового света откусили, но совсем по чуть-чуть, и не такого «золотого». Вот, в результате, и делали науку англичане, французы, итальянцы и немцы. Много великих испанских учёных знаете?
- А при чём тут наука? – удивился Валерка.
- Так науку финансируют либо государство, либо заводчики-фабриканты. Не без исключений, конечно, но в среднем по больнице… А у испанцев и так всё в шоколаде было, вот и проспали-прогуляли свою гегемонию в Европе… А потом уже поздно было.

+7

33

Вячик написал(а):

Вот, в результате, и делали науку англичане, французы, итальянцы и немцы

Не только науку, но и промышленность.

Скорее даже наоборот - сначала идальго пролюбили эпически почти всю промышленность (кроме пары-тройки "брендов"), а уж потом - заодно и науку.

0

34

Вячик написал(а):

- Мы на кой ляд зелёные бананы сюда пёрли?

Ещё раз - бананы без косточек есть продукт селекции, размножаются вегетативно, для их появления нужно чтобы люди специально посадили на островах саженцы. А дикие бананы наполнены, кроме мякоти, малосъедобными семенами, этого нельзя не заметить при еде.

0

35

Игорь К. написал(а):

Ещё раз - бананы без косточек есть продукт селекции, размножаются вегетативно, для их появления нужно чтобы люди специально посадили на островах саженцы.


Так ведь было уже в тексте: остров не дикий, бананы и много чего ещё посажены организаторами туров на радость клиентам.

0

36

Зануда написал(а):

Так ведь было уже в тексте: остров не дикий

Да, не заметил.

0

37

Wild Cat написал(а):

Скорее даже наоборот - сначала идальго пролюбили эпически почти всю промышленность (кроме пары-тройки "брендов"), а уж потом - заодно и науку.


Вот-вот. Нередко золото с испанских галеонов перегружали на направлявшиеся в Англию прямо в портах Испании. Процессу не мешали даже англо-испанские войны. А Англия таким способом подняла свою промышленность, что создало предпосылки для промышленной революции в Англии. У меня нет однозначного ответа на вопрос о том, почему так случилось. Почему вместо того, чтобы производить самим испанцы предпочли создать мощное производство в Англии. Думаю, что там был сложный комплекс причин, и умышленно испанцы своего конкурента не вскармливали. Обычная близорукость. В Испании мало территорий, пригодных для сельского хозяйства, скотоводства и так далее. Из-за рельефа климата и местности. Вот и пришлось покупать недостающее в Англии, а частично и во Франции. Спрос рождает предложение. И с какого-то момента товары из-за границы стали стоить дешевле товаров, произведенных во Франции. Это никого не встревожило. И король и аристократы радостно стали покупать те товары, которые стоили дешевле. Разоряющиеся крестьяне и городские рабочие пополняли армию короля и ехали в колонии, добровольно, не из под палки. Красота. Руководство страны довольно. А потом своё производство оказалось почти полностью развалено, а конкуренты (особенно Англия) окрепли... И - всё. И Испания умерла как великая держава. Когда испанцы спохватились было поздно, да и слишком мало было тех спохватившихся. И тех, кто пытался что-то делать, легко и просто сожрали. Ибо протекционизм, и английские (и иные) купцы не собирались терять завоеванные позиции, как и получить на ровном месте конкурента. Правительства их стран поддержали эту позицию, Англии и Франции тоже не нужна была сильная Испания. Да и трофей обещал быть жирным. Как-то так.

0

38

Poloz07 написал(а):

Думаю, что там был сложный комплекс причин, и умышленно испанцы своего конкурента не вскармливали.

Огромная доля драгметаллов поступавшая испанской короне вообще не попадала на испанский рынок. Она сразу уходила на оплату наемников в многочисленных армиях, которые Испания выставляла для восстановление господства католической церкви в Европе и доминирование Габсбургов в европейской политике. Только Фландрская армия с 1570-х сжирала 1 200 000 флоринов в месяц (1 флорин тогда - 2.5гр. золота). Это золото по большей части растрачивалось наемниками там, где они воевали - в Нидерландах, Италии, Германии.
Во-вторых, очень корявая налоговая политика. К примеру основной государственный налог, взимавшийся с любых сделок - алькабала, составлял 10%. Причем если аристократия и купеческие корпорации имели возможность добиться серьезных льгот по его выплате, то на низшие слои он приходился всей тяжестью. Более того, аристократы и нобилитет городов еще и откупали у короны право собирать алькабалу в своих владениях, что увеличивало злоупотребления. Это приводило к разорению ремесленников, крестьян и мелкого дворянства, снижало их деловую активность и увеличивало стремление на государственную службу, в вечно нуждающиеся в людях армию и флот прежде всего.

0

39

- То есть доблестный король Анджей в интересах государства должен нас немедленно повесить, сжечь или четвертовать? – ехидно поинтересовалась Олеся.
- Не обязательно, достаточно просто придушить или прирезать в тёмном переулке. Но, судя по тому, что наши предшественники там здравствуют, сам он не «Ришелье», да и соответствующего первого министра у государя не имеется.
- Кстати о предшественниках, - не утерпел Раймонд. - Интересно, а кто они по своим «магическим специальностям»?
- А смысл гадать? От этого что-нибудь изменится? Прибудем – узнаем, - задумчиво бросил Семён. – Но я недоумеваю – этот остров, да и острова вообще, весьма нехарактерное место для отдыха наших соотечественников. А вот что за специальности могут быть у местных «собачьих парикмахеров», чтобы они в какую-то полезную для местных магию превратились? Кто-то может нафантазировать мага-юриста или мага-программиста?
- Прекрати мыслить стереотипами, Ковалёв, - скривилсь Олеся, - слушать противно. Что тебе американцы сделали? С какого перепуга ты так презираешь этот народ? Задорнова пересмотрел?
- Да харэ уже! – прервал пикировку друзей Вильчевский. – В чём смысл спора? У нас нет информации. Вещи нужно паковать, а не гадать, что там, на материке, в этой реальности происходит.

Глава 4.

Хуже нет состояния, чем ожидание эвакуации. Давно уже упаковали консервы и прочие пищевые припасы. Сходили в лагуну на прощание. В том числе и с муреной Марусей. И ещё целые сутки «сидели на чемоданах» у берега. Нет, конечно, купаться – купались, но уже без всяких меркантильных целей, не охотились, просто освежались и любовались на прощание красотами лагуны.  Ожидали корабль. Дождались.
- Ну таки вот – за нами, - лениво буркнул Семён, увидев, как из-за скалистого мыса показался парусный корабль. – Всё-таки средневековье здесь, или что-то типа того. До пароходов ещё не доросли.
Парусник был двухмачтовым, причём на фок-мачте нёс прямые паруса, а на грот – косые.
- Ковалёв, как эта херня по-русски называется, - с некоторой гнусятиной в голосе поинтересовался Раймонд, - ты же у нас мореман.
- Да хрен его знает – шхуно-бриг, бригантина, или что-то в этом роде. Я по броненосным кораблям шарю, а не по парусным.
Корабль тем временем подбирал паруса и плавно скользил к месту якорной стоянки. Явно его капитан был хорошо знаком с местной акваторией. Уже вполне ясно различались суетящиеся муравьиные силуэты людей на борту и мачтах.
- Что за флаг? – поинтересовалась Олеся.
- Сейчас… - Семён и так не отрывал бинокля от глаз. – Три леопарда на лазоревом поле…
- Ты что, даже пятнышки на шкурах разглядел? – офигел Раймонд. – И даже если разглядел – здесь скорее ягуары, чем леопарды. А то, что флаг синий мы и так видим.
- Не, Ром, - усмехнулся Валерка, - Это просто Ковалёв выдрючивается на предмет своего типа знания геральдики. Он меня в былые годы тоже по этой теме удивлял. Короче – там львы нарисованы на флаге. Но с точки зрения средневековых и упёртых, «лев» - тот, что стоит на двух задних лапах, а если на трёх – «леопард», пусть и с такой же гривой, как у реального льва.
- Ни хрена себе… А четвёртая лапа?
- Приподнята и полусогнута. Хотя я, откровенно говоря, за базар не отвечаю – к Сене с этим. Главное, что флаг совершенно не из наших.
- Не из наших, не из наших, - буркнул Семён, не отрывая бинокль от глаз. – Подтягивают шлюпку. Скоро предстоит встречать прибывшую делегацию. Кстати, по четыре пушечных порта на борт, значит если и «средневековье» здесь, то позднее по нашим меркам – артиллерия уже имеется.
Бригантина уже действительно отдала якорь (или якоря) и замерла приблизительно метрах в трёхстах от берега. Минут через пятнадцать из-за её кормы снова показалась шлюпка направлявшаяся к берегу. Регулярно порхающие над поверхностью моря лопасти вёсел делали маленькое судёнышко похожим на случайно упавшее в воду насекомое, которое судорожными ударами намокших крыльев пытается вновь подняться с поверхности.
- Ух, ты! – не преминул хихикнуть Семён. – Там у них главным какой-то чувак в шляпе с перьями. Капитан королевских мушкетёров – не меньше!
- Ладно тебе ёрничать, - Вильчевский протянул руку. – И прекрати узурпировать бинокль, дай и нам позырить.
- Да подавись! – отдал Ковалёв свою оптику. – Всё равно через пять минут и так они здесь будут.
- Ну, и что нового сообщит нам «свежий взгляд»? - не утерпела Олеся уже через десять секунд. – Или говори, или отдавай бинокль.
- Сообщаю, что у Ромки проблемы.
- Это ещё почему?
- Опасаюсь за целостность вашей семьи – уж больно офицерик смазливый – Дикаприо по сравнению с ним почти Квазимодо.
- Тьфу на тебя! – фыркнула Романовская. – Я, да будет тебе известно, слащавую внешность у мужчин не терплю. И за доказательство этого замуж вышла.
- Чего? – не понял Семён. – Вы, сударыня, уж очень витиевато выразились.
- Отстань, дурак! – огрызнулась женщина. – Ты прекрасно понял, о чём я.
Шлюпка тем временем уже приблизилась к пляжу настолько, что необходимость в бинокле совершенно отпала. Матросы оставили вёсла, и, прыгнув за борт, втащили лодку на песок. Офицер ступил на берег, не замочив сапог.
- Мать моя женщина! – ошалело выдохнул Семён.
- Ага, - севшим голосом согласился с другом Валерка, - согласен с предыдущим оратором.
Не оставалось никаких сомнений, что по песку приближалась к робинзонам, самая что ни на есть настоящая женщина. Это было видно и по фигуре, и по походке, и вообще по пластике движений. Да и по лицу тоже. Действительно, очень красивому лицу. И пусть читатель не ждёт от меня какого-то детального его описания: размер и форма носа, разрез глаз, изгиб бровей, выраженность скул, рисунок губ и так далее – всё это не поддаётся никаким стандартам, существует бесконечное количество самых разных женских лиц кардинально отличающихся друг от друга, но, тем не менее, прекрасных, завораживающих, влекущих… Заставляющих любого, (любого!) встречного мужчину не просто оглянуться, а вывернуть голову назад вплоть до хруста шейных позвонков…
- От лица его величества короля Анджея Смелого, рада приветствовать вас господа! – голос «офицерши» оставил всякие сомнения на предмет её пола. – Лейтенант флота его величества Диксон.
- Семён, - обозначил полупоклон Ковалёв.
- Олеся.
- Раймонд.
- Валерий.
- Рада знакомству, - слегка наклонила голову лейтенант. – Государь прислал меня, чтобы доставить вас в Малибор. Добро пожаловать на борт «Барракуды».
- Вы её капитан? – не преминул полюбопытствовать Вильчевский.
- Я – лейтенант, - женщина вроде бы даже слегка удивилась туповатости заданного вопроса. И вообще не служу на этом корабле. Моя задача – встретить вас и доставить в столицу.
- Понятно, – ответил за всех Семён. – Мы уже практически готовы, вещи упакованы, осталось только их доставить на борт.
- И можно сэкономить время, - встрял Раймонд. – Сейчас быстренько надуем «резинку» и уложимся в одну ходку к этой «Барракуде» - на шлюпку нужно будет погрузить только компрессор и вас троих. Остальное я доставлю на судно, с ветерком доставлю.
- Разумно. Надувай свой гондон, - согласился Валерка.
- Госпожа Диксон, - обратился к лейтенанту Семён. – У нас имеется небольшая лодка. Значительную часть наших вещей мы сможем доставить к борту на ней. Не возражаете?
- Нет, разумеется, - слегка удивилась женщина в мундире, - но где она?
- Сейчас увидите. Кстати, прошу прощения, но мы не знакомы с правилами вашего этикета. Как к вам правильно обращаться?
- Можно по чину, - пожала плечами Диксон, - можно по фамилии.
- А по имени?
- Пожалуйста. Меня зовут Амалия.
- Очень красивое имя.
- Благодарю, - лёгкий румянец на лице показал, что женщина не осталась равнодушной даже к такому незначительному комплименту.
Тем временем Валерий с Раймондом вытащили из чехла надувную лодку, которая пока напоминала большой скомканный кусок ткани, подсоединили шланг от компрессора и включили собственно компрессор. Затарахтело и куча резины начала шевелиться постепенно приобретая очертания плавсредства. И матросы, и их офицер ошалело наблюдали необычное для них превращение.
- Простите, Сим…, Сэм… - на лице Амалии читалось напряжение.
- Зовите меня Саймон, - улыбнулся Семён, поняв, что звукосочетание «мё» англоязычному человеку не выговорить. И, кстати, «лё» в фамилии тоже будет для них непроизносимо.
- Благодарю, Саймон, - с облегчением произнесла собеседница. – Что делают ваши друзья?
- Надувают лодку, - не понял вопроса Ковалёв. – Знаете, лучше вам просто увидеть, чем мне сейчас объяснить, потерпите пару минут и всё станет ясно. Хорошо?
- Хорошо, - кивнула лейтенант.
Ребята уже надули лодку и понесли её к берегу. Олеся не оставалась без дела и притащила на место погрузки упакованные в чехлы палатки и прочий скарб. Погрузка заняла совсем немного времени, «резинка» уже закачалась на волнах, Валерка с Олесей, вскинув на плечи рюкзаки, направились к шлюпке.
- Ну вот и всё, уважаемая Амалия, - улыбнулся Семён откровенно любуясь своей собеседницей, - мы готовы воспользоваться вашим гостеприимством.  Сейчас только компрессор в шлюпку погрузим…
- Это вон та железная штука, которая шумела и дымила?
- Именно.
- Хорошо, тогда пусть ваш друг поскорее отплывает на своей лодке – нам хотелось бы отплыть поскорее.
- За него не беспокойтесь – не опоздает. А к чему такая спешка?
- Вчера матрос упал с мачты и сломал ногу. Сильно сломал. Нужно постараться доставить его в порт до того как начнётся гангрена. Шансов немного и ногу придётся отрезать наверняка, но может хоть выживет.
- Опаньки! – присвистнул Семён. – А нашего друга Раймонда примут без вас на борт?
- Вряд ли. А почему вы спрашиваете?
- Он лекарь, повезло вашему матросу, - Ковалёв повернулся в сторону резиновой лодки. – Ромка! Принимай пассажира и мухой к судну! И чемоданчик свой готовь – на борту тебя ожидает работа по специальности…
- Я не совсем поняла…
- Любезная Амалия, - перебил женщину Семён, - на нашей лодке вы доберётесь до своей «Барракуды» за несколько минут, пусть наш целитель приступает к работе, а мы скоро прибудем на вашей шлюпке. Надеюсь, ваши люди не будут возражать, чтобы доставить нас на корабль без вашего присутствия?
- Нет, разумеется, я распоряжусь. До встречи на корабле!
Диксон немедленно сходила к матросам и отдала соответствующий приказ, после чего, уверенной походкой проследовала вдоль берега прямиком к надувной лодке, где её ожидали Раймонд и Валерка.
- Прошу, сударыня, - сделал приглашающий жест Вильчевский. – Устраивайтесь поудобнее.
Лейтенант молча кивнула и, с некоторой опаской, шагнула через надутый борт.
- Присаживайтесь, через минуту отчалим, - показал на свободную банку Романовский.
Амалия, послушно опустилась на «скамейку», и, понимая, что сейчас лодку начнут спускать на воду, крепко ухватилась за деревяшку пальцами.
Мужчины, дружно взявшись за лодку, втащили её на подобающую глубину, после чего Раймонд впрыгнул внутрь, и, устроившись на корме, завёл мотор. Тот, привычно кашлянув пару раз, исправно застрекотал, и лодка запрыгала по волнам по направлению к стоящему на якоре судну.
- Простите, что беспокою вас, госпожа Диксон, - крикнул Раймонд, - но хотелось бы знать, что случилось на судне.
Офицеру флота его величества не пристало выказывать свои удивление и тем более страх при общении с кем бы то ни было, тем более, что лейтенант Диксон была предварительно готова к встрече с чем-то необычным – она знала, что миссия «Барракуды» доставить в столицу людей обладающих необычными способностями. Но эта лодка, несущаяся по морю с совершенно невообразимой скоростью под непривычный тарахтящий звук, сразу создала проблемы в восприятии сложившейся ситуации. Однако, крепко держась руками за борта скачущей по волнам «резинки», Амалия нашла в себе силы понять прозвучавший вопрос, и крикнуть в ответ: «Матрос ногу сломал!..»
- Понятно, - буркнул Раймонд не особо беспокоясь, услышала женщина его ответ или нет.
Время в пути до парусника действительно заняло около трёх минут. К фальшбортам, посмотреть на подошедшую резиновую лодку, сбежался, судя по всему, сбежался практически весь экипаж. Увидев, что вместе с неизвестным к борту бригантины прибыла и лейтенант Диксон, немедленно сбросили штормтрап и конец, чтобы принайтовать лодку.
- Капитан! – Диксон показала на Раймонда, не поднимаясь с банки. – Примите на борт лекаря, и немедленно прикажите провести его к пострадавшему. Я поднимусь следом.
- Сударыня, я могу надеяться, что наши вещи из лодки поднимут, пока я вожусь с больным? – на всякий случай поинтересовался Романовский.
- Не беспокойтесь, всё будет на корабле, поднимайтесь!
Несмотря на то, что тело доктора спешившего к своему пациенту было и совсем нестарым, и достаточно тренированным, сказать, что он «взлетел наверх» будет неправдой. Ну не было у Раймонда опыта подъёма по верёвочным лестницам в своей прежней жизни. И это ещё хорошо, что «докторский чемоданчик» имел не только ручку, но и лямку, с помощью которой можно было закинуть весь набор медицинских принадлежностей за спину и иметь все четыре конечности свободными. Путь на борт корабля с борта резиновой лодки занял около полутора минут.
- Здравствуйте, господа! – поприветствовал встречающих изнемогший в борьбе с выворачивающимися из под ног балясинами штормтрапа доктор.
- Рад видеть вас на борту «Барракуды», господин, - обозначил полупоклон человек явно являющийся капитаном данной посудины – только у него на голове красовалась шляпа с плюмажем, да и вообще – он первым «подал голос».  Двое, стоявшие рядом с ним, определённо относились к офицерам на этом корабле. Одеты чуть поскромнее, но и осанка выдавала своё, и качество одежды резко отличалось от прикида матросов, которые пришли поглазеть на «пришельца». Матросы, надо сказать, отнюдь не выглядели пиратами – корабль всё-таки был военным, и весь экипаж имел достаточно однообразную одежду.
Палуба и всё, что к ней прилагается, выглядела практически именно так, как и во всевозможных фильмах, где фигурировали парусные корабли – тьма канатов, верёвок, какие-то непонятные для неискушённого человека или понятные каждому приспособления, небольшие пушки у закрытых портов… В общем, у Раймонда не было времени разглядывать окружающую его флотскую атрибутику.
- Простите, что не могу побеседовать с вами, господа, прошу, возможно скорее проводить меня к пострадавшему.
- Всё понятно, - кивнул капитан. – Клейн, отведи господина лекаря на ют.
Один из офицеров тут же сделал приглашающий жест, и молча повёл врача на корму.
Матрос лежал на парусине постеленной на палубу в несколько слоёв, лицо по цвету мало отличалось от мелованной бумаги. Сразу было видно, которая из ног пострадала – вторую он согнул в колене и придерживал обеими руками.
- Как его зовут?
- Хагтроп.
- Ясно. Останьтесь, пожалуйста, со мной – может понадобиться помощь.
- Хорошо, - офицер был немногословен.
Раймонд опустился на колени перед матросом, раскрыл чемоданчик, достал нож и распорол штанину на повреждённой ноге, стараясь минимально её тревожить. Хагтроп охнул, но даже не раскрыл глаз, даже наоборот – зажмурился посильнее.
- Потерпи, дружок ещё немного, - пробормотал Раймонд, вкалывая промедол – сейчас полегчает.
Пока ожидалось начало действия укола Романовский осмотрел повреждённую голень. Картинка была малоперспективная – вся она опухла и здорово посинела, явно сломанная кость серьёзно повредила и мягкие ткани, и кровеносные сосуды…
- Благодарю вас, - матрос открыл глаза и с обожанием смотрел на врача. – Как вы избавили меня от этой адской боли?
- Помолчи, дружок! – Раймонд понял, что лекарство подействовало, и можно приступать…
Он положил руки на повреждённую голень и закрыл глаза. Ну да – если удалось сработать на уровне УЗИ, то на уровне рентгеновской установки – тем более. Видно было всё, причём в цвете. И сломанная кость, и разорванные мышцы и капилляры – всё. Предстояло попробовать проверить, только ли возможность диагностики предоставил новый мир врачу или…
Ладно, сначала кость… Пальцы начали надавливать на кожу, пальцы же и «смотрели» на то, что происходит внутри: обломки кости пошли навстречу друг другу, соединились… Тёмный зазор между ними начал потихоньку исчезать…
- Господин Клейн, - проговорил Раймонд не открывая глаз, - вы здесь?
- Да, целитель, - немедленно отозвался офицер.
- Сотрите мне пот со лба.
А пот действительно лился градом, капал на закрытые глаза, потом катился по щекам… В общем, здорово раздражал кожу лица и отвлекал от основной задачи.
- Конечно, целитель, - что-то полотняное прошло по лицу врача, и избавило его от неприятных ощущений.
Кости, если верить «рентгену» ладоней, срослись. Но нужно было проверить.
- Хагтроп, дружок, попробуй пошевелить пальцами правой ноги.
Небольшая пауза, и пальцы действительно зашевелились. Кажется, это почувствовал и сам пострадавший.
- Шевелятся! Чувствую!! Вы величайший из целителей!!! – глаза матроса просто горели восторгом, его обожающий взгляд просто обдавал Раймонда благодарностью. Он даже попытался приподняться на локтях…
- А ну лежать! – рыкнул врач на пациента, и тот немедленно подчинился. – Ещё далеко не всё закончено.
Теперь гематома… Раймонд продолжал держать ладони на лодыжке матроса, и видел, как рассасывается застоявшаяся кровь. Но торопиться не следовало – пусть организм сначала справится с этой порцией мёртвых кровяных клеток, а потом уже самостоятельно с остальными.
- Матросу обильное питьё, - произнёс Раймонд поднимаясь.

+7

40

Вячик написал(а):

посмотреть на подошедшую резиновую лодку, сбежался, судя по всему, сбежался практически весь экипаж.

одно лишнее

+1