Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -5


Несносная Херктерент -5

Сообщений 1 страница 10 из 36

1

Решил продолжить опупею

  Глава 1

Обратно решили лететь на «Стреле Дины». Хотя пассажиров стало больше за счёт поступивших в этом году. До полной нагрузки самолёта всё равно далеко. Самолёты южан в этот регион забраться не в состоянии, но всё равно выбран самый удалённый от побережья маршрут.
Даже все вещи поместились в эту «Стрелу». Хотя, значительная часть вещей разноглазой и машина Софи будет отвезена на континент на лайнере. Больно уж много Эр с собой всего привезла. Конечно, она много раздарила, но не надо забывать про приступ работоспособности. И созданное ей. Да и куплено ей много всего. В том числе и весьма громоздкого. Впрочем перегрузка лайнеру пока не грозит.
В самом самолёте есть и полноценная спальня с кроватью. Облюбованная Софи. И купе поскромнее, и пассажирские салоны, и обычные кресла. В заднем салоне обосновались вновь поступившие и Осень. Маленькая принцесса решила познакомится поближе. У Марины мелькает весьма откровенная мысль насколько ближе собрались знакомится?
Тем более, с ними не пошла Рэда логично решившая, что куда-либо деться с самолёта на большой высоте несколько сложновато, а детишки достаточно разумные и сомнительно что сломают самолёт, который местами даже бронирован. Рэда сказала, тупо и без затей будет спать. Все поступившие в прошлом году, решили, что нынешние слишком мелкие для них. Обычное подростковое зазнайство, подкреплённое немаловажными знакомствами. Кошмару и Змеедевочке достаточно общества друг друга. Разноглазая в купе заперлась. Дуется на всех вместе и не на кого конкретно. Ничего, с ней бывает. Для окружающих совершенно безопасно.
Кэретта в этом году решила ни в кого не играть. Встреча не планируется. Значит Марина предоставлена самой себе. В школе тоже скучать не по кому. Все сколько-нибудь нужные летят с ней на одном самолёте.
Заняться можно порядком подзабытым времяпрепровождением. На самолёте есть не только кухня но и полноценная библиотека, к тому же регулярно обновляющаяся. Способ убийства времени не самый худший.
   После приезда возникла стойкая ассоциация с первым годом. Такая же стайка разряженных девиц, кого-то поджидающие. Другое дело наряды более откровенные и полупрозрачность. И несмотря на невесомость производят впечатление откровенно праздничных. Ясно всё с ними – на этот раз не по Сонькину честь, а прилипалы разноглазой. Их даже больше стало видимо сумели в доверие втереться тут ведь многие из одних и тех же местностей. Красоваться перед Эр стало почти инстинктивным навыком. Тем более, день необычно тёплый для начала осени. Впрочем как раз отец Эр сердито подмечает, с климатом что-то не то творится. Хотя по мнению Марины, раз нет сложностей с замерзанием топлива и масел в зимнее время – всё в порядке.
Приветственные объятия и  поцелуйчики Марина счастливо избегает, но разноглазая наслаждается.
Кошмар когда не против, когда как сейчас вместе со Змеедевочкой предпочла сбежать. Уроженцы Архипелага держаться двумя группами. Софи поехала Хейс провожать. Осень и Рэда куда-то испарились. Хорт отлично знает территорию школы. Кразноглазой зайдёт вечером. Тем более, самые прилипчивые рыбки к тому времени уплывут. Не настолько  глупые, знают когда время Эр принадлежит им, а когда Марине. На чужое Марина иногда может претендовать. Только не наоборот.
Эр расстроена, все остальные тоже, саму Ласточку бывшую, хотя теперь похоже, снова нынешнюю можно отпаивать всем, на что только фантазии хватит. Впрочем, в чувство придётся приводить не только Динкерт.
Хорошо, у разноглазой, кроме утончённости есть и определённая приземлённость. Во всяком случае, рация обнаруживается на боку. Впрочем у Марины и своя на месте. Впрочем сначала надо в происходящем разобраться. Пока очевидно одно – никто из прилипал к происшествию не причастен. Как говорится, и в мыслях не было.

Краем глаза заметила Динкерт. Поразил совершенно убитый вид. Смотрит словно сквозь всех, пытаясь рассмотреть, что другим уже недоступно. На страдания от переедания или наоборот от отравления как-то не похоже,  более того Динкерт можно снова «ласточкой» назвать. Былую стройность она вернула, только худотьба теперь болезненной выглядит.  Марина особо не переживает, если заметила она, медики и подавно должны были разглядеть. Тем более Динкерт вроде, пришла со стороны медицинского корпуса. Хотела было подойти, но у разноглазой какой-то нюх когда у кого-то слёзы наворачиваются. Что-то спросила. У Ласточки сразу слёзы выступили. Разноглазая сразу утаскивает её к себе, ну пусть вместе и рыдают под сладенькое или под спиртосожержащее, благо у Эр и того и другого изобилие. Марина вечером к разноглазой зайдёт, благо сама по-себе Динкерт Эр расстроить не могла.

   – Динкерт к нам приходила, – вид и у Эр, и у прилипал совершенно убитый. Что эта курица могла разноглазой сделать? Хотя, в чём-то другом дело. Прилипалы – рыбки зубастенькие, а Динкерт ни языкастостью, ни боевитостью никогда не отличалась. Безмозглость только в последнее время появилась, но это она сама, никто не заставлял. Да и не ушла она ещё. Просто старается стать максимально некаметной.
– Только не говори, чтобы себя предложить! Я знаю, ты деньги даёшь, но выбираешь всегда сама, и не любишь тех, кто навязывается.
  Эрида вздыхает в своём стиле. Хочется встать и пойти убивать заставившего грустить разноглазую.
– Она не за этим приходила. Она поплакать пришла. Её всем было так жалко, а сделать мы ничего не могли.
– И чем это она вас так расстроила?
– Семья Динкерт поехали погостить к сестре её матери. У неё свои дети и муж. Ещё её младшая сестра с ними жила. Дом большой. Пятнадцать человек было... Осталось двое. Динкерт и её отец. Все сгорели. Огненный шторм.
– Так это там... Лучше бы дома сидела, район Великих Озёр не бомбят вовсе.
– Динкерт еле упросила отца взять с собой на ночную рыбалку. За городом. Мама не хотела отпускать. Мамы у Динкерт больше нет. От них ничего не осталось... Памятник будет пустым.
М-да, бывает думаешь о плохом, а оказывается самое худшее из возможного. Даже у Марины от общего настроя защипало глаза.
Не поехали бы никуда – все бы были живы. К Великим озёрам южане не лезут, слишком на большие силы авиации можно напороться. Авианосцы на озёрах хоть и учебные, но вполне боеспособные. Пилотов требуется много.
– Значит, у тебя больше никого нет? – глухо говорит Марина. Теперь всё старое целиком и полностью забыто.
– Папа есть, – всхлипывает Динкерт, с умением сочувствовать у Марины откровенно так себе.
– Как он тебя сюда отпустил?
– Мне кажется, он немного в уме повредился. Где и кто он осознаёт полностью. Но считает, что нам больше нельзя в одном месте находиться. Только в разных. Он меня фактически выгнал сюда. Мол вместе точно не убьют, а тут сотни километров.
– Только вот сюда южане уже заглядывали. А в районе озёр только разведчики фиксировались. Что дальше делать собираешься? – Марина понимает, что её умение говорить сегодня взяло выходной день. Банальщины Динкерт в последние дни наслушалась предостаточно. А прилипалы по определению специализируются на глупостях. Хотя они не столько глупые, сколько излишне лёгкие.
– А я уже решила. – в телосложении у неё всегда было что-то от Софи, – Решила – после школы пойду в бомбардировочное командование. Я хочу мстить и я отомщу. –  вот это решительность, Марина просто поражена. Столько целеустремлённости. И ярости! – Я справлюсь! Сами видите, я телосложением почти как Софи, а у неё высшая лётная годность. Состояние здоровья у меня идеальное. Проверилась первым делом, как приехала. Я сильная. Выдержу. Под требования этого командования подхожу. Образовательный уровень у меня тоже будет подходящий. Я хочу убивать! Я хочу жечь их города! Как сожгли моих родных!
Марина злобно щурится, Динкерт права, только сама Марина в первую очередь злиться из-за собственного бессилия и невозможности что-то сделать.
– Всё конечно, так, но ты слегка ни к тем пришла. Они в принципе ничего не могут для тебя и всех этих погибших людей сделать. Да и я могу не намного больше. Тебе к Софи надо идти, она хотя бы прекрасно знает, как людей в бомбардировочное командование набирают, и какие у них требования. Добровольцев у них всегда было много, но Софи здесь сейчас нет.
– Приду когда приедет, – видно, Динкерт настроена очень решительно.
Не поспоришь, очень мощный фактор пробудил у Динкерт боевитость. Хотя ласточка птичка в общем хищная и насекомым от неё попадает довольно сильно, хотя в бомбардировочном командовании для украшения самолётов гораздо больше любят использовать изображения более крупных птиц вроде орлов и ястребов. Хотя и изображение самой Динкерт по возможности минимально одетой тоже устроит с живописностью у неё всё хорошо. Только сейчас гораздо лучше со стремлением убивать. В бомбардировочном командовании нет таких принципиальных командиров как Сордар, девушек и женщин берут на любые специальности.   Хотя и с некоторыми ограничениями. Впрочем если вспомнить императорских «ведьмочек» летающих на всём, что существует от мотопланеров до тяжёлых бомбардировщиков, лодок-разведчиков и «Стрел Дины» всех модификаций. Марина сама в дальнейшем собирается жизнью рисковать, не сомневается и насчёт Соньки. Уже давно распределила, кто для военного дела годен, а кто –  не очень. Несчастье Динкерт перевело её из одной категории в другую. Это Эрида и большинство прилипал в прежней в любых обстоятельствах останутся. Динкерт по телосложению близка к Софи, к нагрузкам привычная. Жестоко за неё сделан выбор. Приближённость к сильным людям этого мира особо не помогла. Тем более, эти люди сами неплохо знают, как битвы титанов выглядят. Динкерт некоторый интерес к школьной авиации проявляла, пока не решила по другим правилам жить. Потом наступил откат к прежним. Как раз Марину и Софи устраивающий, да ещё Кошмар в общем-то сочувствует. Плюс более чем странное отношение Эриды к людям, особенно к Еггтам. Неожиданно и трагически кончились всяческие игры. А Марина вроде как в стороне. Даже интересно, как Сонька будет выкручиваться. Тем более они обе в аналогичной ситуации бывали. Динкерт сама решила броситься в новые жизненные законы. Выбор был сделан за неё. Пусть и жестокий. Выбор в жестокой и во многом бессмысленной Великой Игре. Что идёт уже десятки лет.
Динкерт говорит абсолютно пустым голосом.
– Даже моя ситуация оказалась не худшей из возможных. Уже отмечались гибели при бомбёжках даже более многочисленных семей. Даже были случаи, когда совсем маленьких детей было больше. Но мне жалко именно наших маленьких. Кого больше не будет... Кто-то за это должен ответить. Знаешь нас снимали для прессы. Пообещали самолёт построить и назвать в честь нашей семьи. Даже не один. Уже летают. Только мне за штурвалом пока нет места. Но я обязательно добьюсь. И тоже полечу. К моему времени построят новые машины. Я хочу их жечь. Хочу видеть, как горят их города и гибнут их дети. Хочу это видеть!
Марине кажется, видит человека, кому боевые действия по-настоящему сильно зацепили мозги. Вариант гораздо тяжелее, нежели с Эорен. Та узнавала о гибели в общем-то посторонних ей людей, к тому же тех, кто погибли с оружием в руках. Но и то не без труда удержала рассудок в целости. И то, вещи своими именами надо называть, нет гарантий, что получилось бы без мирренки. Тут Динкерт столкнулась с гибелью тех, кого она некогда держала на руках. Её не получится убедить в случайности удара. И как бы очевидно, что необходим ответный. И он ещё не нанесён. Ещё играет роль, что Эорен старше и значительно менее эмоциональна нежели Динкерт. Та рвётся в неизвестное.
Для Марины смерти близких пока укладываются в гибель пса. Но он хотя бы мог сражаться в своём понимании слова. Малолетних родственников Динкерт просто убили за то, что они такие есть. Вот только разговаривать о трагедии Динкерт пришла не совсем к тем. Старые приоритеты в отношениях умирают медленно и неохотно. Эр с рыбками-прилипалами – не лучшие собеседницы в такой ситуации. Софи здесь просто нет, к тому же она отличается злопамятностью, а последний раз с Динкерт поговорила не очень хорошо, впрочем сейчас это такие мелочи на фоне изменившихся личных обстоятельств. Но понять изменения Сонька будет в состоянии.
Фотографии у Ласточки сохранились во множестве – они ведь хранились совсем не в том месте, что оказалось уничтоженным. Она сюда принесла многие. Судя по обилию заплаканных физиономий, просмотр имел успех. Не исключено, именно такой эффект и планировался. Степень людского цинизма Марина всегда предпочитает считать максимальной из возможных. В подобных обстоятельствах – в особенности. Ещё, кажется, есть ни на чём не основанный расчёт, будто у неё есть персональное бомбардировочное командование, вполне сравнимое по силам с основным, и Марина может им по собственному усмотрению снести любой район материка и некоторые за его пределами. Вообще-то представления о возможности её статуса у сверстниц должны в большей степени соответствовать их возрасту. Но из присутствующих, да и большинства отсутствующих представления самые детские. Пожалуй, представления, близкие к реалистичным только у разноглазой да у Соньки. Кошмару Марина сама бы не доверила ничего опаснее картонного меча. Впрочем, Кошмара здесь нет, да и имеет она некоторые представления, что именно ей подчиняется, именно в зависимости от статуса, а не от пожелания левой пятки. Утреннюю Звезду, хотя бы иногда, она слушала, и что куда важнее, запоминала.
– Сильно больших глупостей делать не собираешься? – Марина спрашивает не самое умное из возможного, прекрасно видя, что ничто более вменяемого никто больше не спросит, даже разноглазая с её удивительной мудрость.
Динкерт неприятно ухмыляется.
– Нет. Что бы что-то сделать как раз мне надо жить дальше. И как раз именно мне надо соответствовать высшим призывным стандартам, чтобы на самом деле иметь возможность сделать единственное, что может мёртвым понадобиться. Память о том, что надлежит делать в некоторых ситуациях живёт с очень дальних времён.
– Не стану спорить, – зевает Марина, есть немало вещей, какие по её мнению не стоит безнаказанными оставлять. Событие с Динкерт как раз из таких, – Только я не вхожу в бомбардировочное командование, и не входила никогда. Да наверное, и не не буду.
– Мне всегда нравилось, как ты шутишь, Марина, всегда с полным соответствием с текущим моментом.
– Ага! Самой нравится! – хмыкает Марина, несмотря на осуждающий взгляд разноглазой, опасные огоньки в её глазах Эрида всегда с лёгкостью замечала.– На всякий случай, спешу тебя, Динкерт, предупредить, должность начальника бомбардировочного командования занять раньше, чем через пятнадцать, а скорее двадцать лет у тебя не получится. Сама же я её занимать и вовсе не собираюсь. О планах Софи на столь отдалённый срок мне и вовсе ничего не известно. Начиная от самого простого: мы можем столько не прожить, кстати к тебе это относится чуть ли не в большей степени.
– Всегда нравилось твоё умение подбирать крайне ёмкие фразы в точности в нужный момент.
– Сама понимаешь, во всяком случае я искренне надеюсь на это, что с умением поднимать в воздух тяжёлые бомбардировщики у меня значительно хуже!
  Эрида, вскинув руки оказывается между ними.
– Девочки, только не надо ссорится. Это сейчас решительно никому не нужно, – причём, чуть не плачет сейчас именно разноглазая.

+2

2

После произошедшего у Динкерт, определённо прибавилось иголок, стала значительно более колючей. Вот только разноглазая от мягкой летней обстановки последние иголки утратила. Динкерт верно рассчитала, что Эрида стала гораздо более мягкой, нежели раньше. Не менее здраво подметила, что Марина как была так и останется где-то поблизости от разноглазой. Вот только не учла, иголок у Херктерент стало не меньше, а гораздо больше, примерно как у рыбы-иглобрюха, вот они и втыкаются во всех, кто слишком много крутятся поблизости, прилипалы не утратили старых рефлексов, а вот Динкерт подзабыла, рефлексы потому и условные, требуют навыков для запоминания, а Ласточке нашей было, мягко говоря, сильно не до того.
Видимо Динки, так толком ни с кем и не сблизившись, изрядно подзабыла, какие отношения господствуют среди вроде бы лучших «подруг» и пыталась воспроизвести не самую удачную модель поведения. Марина не слишком удачно сыграла в одну из любимейших игр «бей врага его же оружием». Прилипалы всё-таки довольно вежливы, к тому же хорошо помнят, кто такая Марина. Да и Динкерт они по-настоящему прогонять  не собирались. Максимум Марине бы стали подыгрывать, да и то только по прямой указке Эриды, чего почти никогда не бывает.
– Лучше бы вы не к родне в госте собирались, а их бы к себе позвали. Надо же так сглупить самим вылезти из под такого зонтика ПВО. Второй в Империи.
– А где первый?
– Странно, что не выучила за столько лет. Ты под ним сейчас сидишь. Точнее стоишь. Возможно именно поэтому до сих пор и жива.
– Марина, не шути так, – в голосе Эр лязгает отцовский металл, – она ведь столько пережила!
– А к тебе это в не меньшей степени относится! Единственное крупное личное владение, кто изначально «под колпаком» такого числа зенитных батарей и полков ПВО. Больше только у неё было. Не вылезали бы – все были бы живы. У вас ещё четыре полноценных корабельных крыла, правда учебные, но удвоенных состава. Сейчас над вами ещё дивизион зенитных ракет развернули. Нос не вороти, их на империю всего три, два – прямо над нами. Расположение районов ПВО – информация не секретная. В общем-то всем известно, где мощнейшие в стране два района ПВО. Во время войны надо быть быть особенно внимательным при перемещении по стране. Я с начала боевых действий сижу под столичным «зонтиком». И то чуть не погибла. Твои жили в одном из самых защищённых от нападения с воздуха мест страны. И сами уехали в гораздо менее защищённое место. Это-то секретом ни для кого не было. Ну и пошло всё по худшему из возможных вариантов. Там район ПВО был только на бумаге, кроме населения нечего было защищать. Это и был «удар страха» по их терминологии, нацеленный на уничтожение населения, жилого фонда, ну и нагнетание страха, как следует из названия.
В глазах Динкерт играют опасные безуминки.
– «Удар страха»... Насколько я знаю характеристики боевых машин, в эту игру можно играть и вдвоём... Часто мы наносим подобные удары?
– Статистики не имею. Мало знакома с представителями бомбардировочного командования.
Сордар и Софи считают их мясниками, но у брата слегка устаревшие взгляды на ведения войны. Вот Сонька более современная.
– Я вот надеюсь увидеть, как горят их города... Я не забуду то зарево... Нашу машину первый же пост остановил. С нами местные были...  Они поехали по объездным дорогам. Отец остался ждать, пока снимут оцепление. Он уже чувствовал, что всё. Я тоже.  Почувствовала... Я видела, где именно было самое сильное зарево... Местность лесистая, из деревянных конструкций строили очень много. Осталось очень мало... Тревогу объявили но многие задохнулись в убежищах. Такое пламя выжигает в воздухе кислород. От отца вчера письмо пришло. Он продал тот участок в министерство государственных имуществ. Даже не смотрел, сколько предложили, что-то будут строить на весь район. Я туда поеду только после того, как сожгу южанам первый город. Чтобы тоже знали как это больно терять... Маленькие были такими хорошенькими... – утирает глаза рукой.

– Гарантировать я бы могла, и только при вопросе, никто не умер, при нахождении этим летом там, – неопределённый жест большим пальцем за спину, – но гарантии были сняты самостоятельно. Тем более, я даже не помнила про их наличие.
– Хватит! – Эрида касается чуть сжаты кулачком стола, в исполнении Марины при таком морёная древесина треснула бы, от удара Сордара разлетелась бы вовсе, – чем больше будем пытаться разобраться, тем сильнее запутаемся.
– Нечего путаться! – Динкерт сейчас больше всего напоминает неизвестную ей «ведьмочку»-капитана из Резиденции. Та как раз отлично пилотирует тяжёлые машины. – Достаточно развернуть карту населения для Южного полушария. Готовый список целей. Продаётся везде,  цена – меньше «ведьмы». Бери и лети, куда прикажут. Мирных там для меня больше нет. Сожгу любых – женщин и детей в особенности, что бы у этих уродов прекратилось воспроизводство поколений.
Марина знает, сколько времени бомбардировщиков готовят. Взгляды Динкерт на собственное будущее вполне реалистичны. На моральные терзания у неё теперь права нет. Да и про Еггтов столетия легенды рассказывают, что у них большинство детей, а девочки так поголовно родятся с зубами, чтобы кого-то грызть, когда мужа, когда вражескую Империю. Марина считала зубы у младенцев чем-то вроде городской легенды. Пока с Акулой на Архипелаге не встретилась. Девушку столь хищно и назвали из за рождения с зубами. Медуза достаточно честная, про своих родных не врёт. Да и у неё самой, как Марине кажется, зубы крупноваты. Впрочем, и у Соньки есть подобный недостаток, всеми и ей самой считаемый достоинством. Акула на отсутствие внимания тоже не жалуется.
Да и изрядная кровожадность Медузы тоже вспомнилась. Впрочем, чего ждать от дочек несостоявшейся наёмницы? Особенно с учётом того, что слово «наёмник» на Архипелаге не несёт негативного оттенка. Самые известные в тех краях наёмники вообще Императору служат, одна и вовсе недавно Принцессой Империи стала.
Как Марине кажется, обстоятельства вынудили Динкерт избрать себе один из путей в жизни. Это неплохо, что он с Сонькиным совпадает. Хоть бомбардировочное командование, ударное, части ПВО, фронтовые истребители и транспортное командование – пять сильно разных организаций с той ещё ведомственной грызнёй, и это без учёта палубных, у кого тоже свои командования есть.
Вот только Динкерт точно не по адресу пришла, чтобы своими кровожадными планами делиться. Эр самая неподходящая для этого. Сама Марина подошла бы куда больше, или же Сонька, или даже та же самая Медуза, конечно, ещё Хорт есть, кто очень хорошо умеет ненавидеть, и прекрасно представляет как это кого-то в кровавую кашу перемолоть. Вот только иногда путает стороны, с кем именно так следует поступать. Правда в последнее время вблизи неё почти всё время Осень. Хотя правильнее наоборот это Рэда вблизи неё, правила субординации и в таких отношениях действуют. Ещё Кошмар могла попасться, она-то с удовольствием будет что-нибудь кровавое обсуждать. Не потому, что так хорошо разбирается в тактике бомбардировщиков или противодействии им, а ещё не изжила свойственную многим подросткам жестокость. И тягу к кровавому. Помнится эшбадовкам, особенно младшим нравилось наблюдать, как Динка отрезает головы или иные части тела различным морским обитателям. Потрошила тоже весьма лихо, к удивлению Марины ни разу не порезавшись сама. Хотя на памяти Марины у Динки хватало царапин даже от точилок для  карандашей. И чертёжных инструментов. Хвасталась, что может убить ударом циркуля в глаз или в ухо. К счастью не дошло до проверки на чьём -нибудь черепе или деревяшке покрепче, а не то руки у Кошмара весьма крепкие. Прозвище Динка заслужила в том числе и своими кулачками, что хотя и маленькие, но весьма крепенькие. Драться ногами и руками, в стиле обожаемой, теперь уже во всех смыслах слова у Кошмара не получается столь же ловко.
Динкерт не очень удачно решила о Эр вспомнить, тем более Ласточка никогда прилипало не была, во всяком случае сама Марина её к ним не причисляла. Хотя что-то там было раз или другой, но для Эр это в порядке вещей и воспринимается как оздоровительная процедура. Причём Эр Динкерт не забыла, как и всех остальных. Не наговори Ласточка резкостей, Эр могла бы даже сказать, что любит её, впрочем, какое именно значение вкладывает разноглазая в это слово, знает только она сама. И там есть множество отличий от всех известных Марине значений. Общего только одно, отчасти примиряющей с широтой взглядов Эр – отсутствие каких-либо видов принуждения. Впрочем, к таким попыткам и сама Марина крайне плохо относится. Да Эрида если здраво разбираться не столько неразборчивая, сколько переменчивая, что сильно разные мнения, особенно по её словам. И она обижалась на Марину в ответ на слова о нежелании говоря об отношениях Эр разбираться в сортах навоза, в каком ей больше нравится валяться. К счастью Ласточка наша оказалась весьма умна, и ничего достаточно резкого разноглазой не сказала.
Клинической обжорой Динкерт стать не успела, за сбалансированным питанием в школе следят, та же Хейс блестящее подтверждение. Впрочем, Динки не сегодня – завтра примется Соньку выспрашивать, что она ест, ведь нормы снабжения лётного состава отличаются от общевойсковых.
Хотя про пилотские таблетки для усиления памяти и выносливости, Динки скорее всего известны, возможно даже применяла перед экзаменами, только не для успешной сдачи а затем, что после прекращения действия очень сильно хочется есть, а любовь к жратве успела побывать увлечением Ласточки. Впрочем, таблетки, как экстренный запас есть и у Марины
  Конечно, содержание в таблетках крайне спорное, но дальше разговоров о снятии с вооружения и изъятии из свободной продажи дела пока не продвинулось. Марина считает, всем состоящим на вооружении, она имеет полное право пользоваться. Хотя там предостаточно опасных вещей. Раз у неё есть разрешение на огнестрельное оружие, то с таблетками и подавно справится, только инструкции теперь читает крайне внимательно.
Впрочем, Динки теперь будет использовать только для стимулирования памяти, будет есть теперь совсем не в школьном меню написанное.
Интересно, что теперь Динки будет читать? Марина помнит как недавно с Сонькой зубоскалила, почему-то вспомнив эту Динни, решали, начал ли у неё мозг жирком заплывать или ещё нет. Марина сказала, что никаких признаков ожирения пока не видит, впрочем она с лёгкостью может определить только и так всем видное. А своим высокоценным и главное сто процентов верным мнением Сонька не поделилась. Теперь это выглядит не настолько смешным.
Как только Сонька появится, тут же побежит выспрашивать, чем Сонька питается, как только та объявится. Вообще-то, Динки ничего Софи не сделала, так что максимум может чего получить от вредной Принцессы – залп особо не целясь из любимого оружия, впрочем последствия всё равно будут разрушительны, ибо сестрёнка давно уже сумела смонтировать работающую систему наведения со ста процентами попаданий. Умеет на глаз точно определять любые размеры до долей миллиметра, и что ещё страшнее вес определяет тоже до долей грамма. Приправлялось это самой высокопробной язвительностью. Много раз Сонька доводила этим умением до слёз. Попыток самоубийств не было только потому что Софи иногда говорила Хейс и Марине, Принцесса Империи добрая на самом деле. Впрочем, Динкерт никогда Софи не вредничала, так что ей может просто достаться залп другим калибром, Ласточку сестрёнка будет доводить авиационной терминологией и устройством современных машин, хотя да, тут скорее будет нет. Сонька предпочитает драться на равных, а Ласточка скорее по бомбардировщикам специализируется, ту в свою очередь, Софи может чего-то не знать, равно как и Динки вряд ли видела настоящие схемы современных реактивных истребителей, на свободно опубликованных закрашенного куда больше, незакрашенного, а из обозначенного, многое даже по мнению довольно далёкой от авиации Марины, является абсолютным бредом. Хотя Сонька всяко больше Динки знает о ходе работ над реактивными машинами. Если уж Марине известно, что проекты ряда тяжёлых бомбардировщиков перерабатываются под реактивные двигатели... Причём ничего под грифами она не читала... В этом уже Динки должна разбираться. Скоро может случиться эпическая схватка, где Марина со спокойной совестью сможет в сторонке постоять.
В общем, у Динкерт получилось вернуться туда, откуда она толком не успела отплыть. Тут совпала беззлобность Эриды, и определённая лень в прошлом Динки. С кем-то ссорится – тоже энергию надо тратить, иногда ещё и мозги напрягать, при этом возможные полученные блага будут с большой вероятностью нематериальными, а не все согласны действовать ради получения чего-то, что нельзя поставить. А Динки любила не только вкусненькое, но и красивенькое, благо дорожку к Пантере разведала давным-давно. Но в обострение отношений она умела плохо, в налаживании тоже не блестала. Но ещё Чёрная Змея, воевавшая всю жизнь, говаривала «плохой мир лучше хорошей войны».
Кажется, уже и сама разноглазая разобралась зачем пришла Динки, кроме как поплакаться. Если разноглазой предлагают примирение, зачастую не успев толком поссорится, она всегда сразу соглашается. Иногда только при разговоре  и узнаёт, что, оказывается, какая-то ссора была. Марина изрядно пополнила благодаря Эр свою коллекцию глупостей, что могут быть сделаны в отношениях между людьми. Ладно тут совместными усилиями, точнее ничегонеделанием ещё одной избежали. Ещё и прилипалы показали, что Эр умеет окружение собирать как-то не проявили нездорового интереса к горю Динкерт, расспрашивая подробности. Довольствовались тем, что она сама сказала. Тем более, все в достаточном количестве видели последствия авиаударов и фотографии погибших. Под бомбы попадали не только Софи и Марина. Динкерт не повезло больше всех. Если бы не она, это лето было бы самым удачным за войну – у всех остальных среди родни не было ни погибших, ни серьёзнораненных. Хотя такое относительное затишье настораживает уже уже Марину. Жутковатый график фронтовых кризисов и оперативных пауз стал уже привычным. Если уж одна из вершин слишком вытягивается, то можно не сомневаться, амплитуда скоро качнётся на новую, невиданную ранее высоту. Странно, что летние прошли, а потери были относительно невысоки. «Сводки для командования» Марина продолжает читать регулярно. Судя по заметным в поле зрения знакомым брошюрам, разноглазая, конечно, как всегда, безалаберна, но тоже данные издания читает. Её познания в вооружении и тактике действия современных армий сравнимы с таковыми у Марины, будь она менее разборчива для каких целей можно производить взрывчатые вещества – вовсе бы ей цены не было. Про её умение играть в «Генералов» и говорить нечего. Представления о стратегии недалеки от отцовских. Да и «Генералы» – адаптированная для широкой публике штабная игра. Благо, диванных генералов в подобное время становится всё больше и больше, правда классические «Генералы» по сложности от организации настоящих боевых действий отличаются только относительной бескровностью. Причём именно относительной, количество разбитых носов учёту не поддаётся. Всё равно, спрос на подобные игры продолжает возрастать. Причём даже прилипалы их неплохо освоили. Во всяком случае, не воруют фишки, как Сонька.

+1

3

Понятно, сначала было не до впечатлениями от общения с девушками с Архипелага. Впрочем Марина уже заметила Разноглазая умудрилась местечко найти, чтобы парочку новых фото повесить. Интересно, это третий слой рамок пошёл или уже пятый? Как повесила, догадаться не сложно, из прилипал больше половины способны картинку повесить или гвоздь вбить, есть и способные мотор перебрать, Марина поздновато стала соображать, точнее картинки оказались последними каплями, что у многих прилипал есть какие-то её черты. Даже Динкерт кое-что понимала в моторах, правда не из-за обилия в родной местности самолётов, в земледельческой местности для кого угодно немаловажный навык. А Марина степень озабоченности Разноглазой, недоглядела. Хотя теперь какое дело? Запутывать Эр умеет, этого у неё не отнять, своего добиваться умеет ещё лучше. Причём ещё всё как-то само-собой получилось.
Картиночки ещё о себе напомнить решили, одну из них Марина и сделала. Как раз та, где Крионо и Отинг с двух сторон глуповато-счастливую Эр в щёки целуют. Что-то похожее на одежду есть только на разноглазой. Даже как-то забылась, аппараты у Эриды только самые лучшие, в тот раз был ещё и цветной плёнкой заряжен. Дальше уже разноглазой стараниями всё вышло так ярко, цветасто, к живописности на долю процента уже Марина причастна.
У Эр была и серия рисунков изображающая, что дальше происходило, Марина была изображена вполне узнаваема. Но Эрида остаётся Эридой – изображено только то, происходило с её угла зрения. То есть относительно Марины, изображена была просто пришедшая посидеть с подругами в горячих девушка. Три подруги излишне развеселились, изображалось с подробностями. А четвёртая рассудок сохраняла холодным, даже испытывала лёгкое раздражение от наблюдения за происходящим. С бокалами или иными ёмкостями изображалась чаще, чем все остальные вместе. Марина запретила показывать рисунки кому-то, кроме изображённых. В честности разноглазой не сомневается, но не уверена, что разноглазая не собирается в ближайшее время устроить подобное, причём уклонявшаяся в прошлый раз девушка будет в сторонке сидеть.
Другая картинка – портрет Крионо, тут уже только Эр причастна. Но фото в таком стиле Марина видела многократно, в различных учреждениях, в воинских частях на нейтральном фоне, в парадной награждённых определёнными наградами или как-то отличившихся, вроде повод для гордости. Но многие награждения произведены посмертно. Живые к подобным снимкам относится кто как. У Сордара на «Владыке» есть где все награждённые высокими степенями и погибшие. Все вместе, включая самого адмирала.
С Крионо придумала сама Эр, решившая, что если живого человека. Снять как обычно делают снимки для «галерей мёртвых». Так их никогда не называют, это влёт придумала многогранная наша Эрида, сказавшая «если живого снять, как мёртвого, то она никогда не умрёт. Будет так здорово!» Крионо готова была поддерживать абсолютно всё, что говорила Разноглазая. Это Марине идея подобного снимка сразу показалась крайне неудачной.  Но ничего не сказала, она считает, что человек как-то может управлять только настоящим и не властен ни над прошлом, ни тем более, над будущим.
Интересно, что прилипалки и Динкерт про этот портрет думают. Очень уж он от всего остального отличается. Узнать можно всех, но Эрида сдвинута на изображениях нагих тел, а тут  портрет определённого стиля, чего она никогда не делала. Дело именно в стиле, а не портрете, как таковом. Собственные изображения, где внимание не сосредоточено на теле у всех тут имеются, у многих, как у Марины в количестве сильно больше одного. Но в такой стилистике нет больше ни у кого, включая саму Крионо. Этот экземпляр единственный, в таком стиле ни у кого больше нет, хотя саму островитянку Разноглазая по-всякому изображала. Некоторые на стенах можно рассмотреть. В том числе и те, где Крионо и Эр в объятиях друг друга.
Марина некоторыми своими мыслями даже с Эр не делилась, ибо не была уверена в реакции разноглазой. Прилипал она воспринимает не как подруг Эр; ох и много значений та в это слова вкладывает. А как собственный. Да! Именно так, никак иначе! Исследовательский полигон по изучению столь сильно нелюбимого ЕИВ, Сордаром да и ей самой коллективного  девчоночьего разума. Островитянки для этих целей не подходили совершенно. Хотя у них и больше общих черт, чем здесь, каждая куда более цельная и непохожая на других личность. Прилипалки в основном одеждой да цветом волос друг от друга отличаются. А так как Марина значительно чаще прилипалок видит в одинаковой школьной форме или же вовсе безо всего, то отличия рыбок друг от друга и вовсе нулевыми становятся. Идеальные мышки для опытов получаются. Ушки розовенькие, глазки у некоторых практически бусинками, поголовно все любят сладкое – идеальные подопытные. Тем более, Марина не поклонница вивисекции. Хотя вполне допускает опыты над животными, в том числе и приводящие к их смерти.
Сейчас тоже можно сказать, Марина научные исследования проводит. Наблюдает за пополнением стайки новым членом, а равно и за подключением к коллективному разуму парочки новых секторов. Почему парочки – всё очень просто полушарий-то два. Хотя некоторые их успешно заменяют нижними округлостями. Тогда это получается не коллективный мозг, а нечто другое... Коллективное.
Насколько Марина знает, приём в члены такой общности даже не в слишком примитивных культурах часто совершается с некими совместными действиями полового характера. Интересно, до чего тут додумаются, если главная здесь как раз помешана на таких взаимодействиях. И тут нет тех с кем бы она не взаимодействовала. Правда она-то считает, никакая не главная, а первая среди равных. Но насколько Марина Разноглазую Знает, та не хочет ни кем взаимодействовать. Видимо до конца ещё не прошли приятные воспоминания от эшбадовок.
Хотя  «игры» в статусы, точнее их отсутствие, только Эр может позволить себе не замечать.
О вроде бы другой игре с принятием обратно, хотя её и так не выгонял, сама уйти хотела, но не сложилось Эр всё-таки вспомнила. Почему-то не захотелось поиграть в любимые постельные игры. Но испытание устроила. Причём неуёмная фантазия разноглазой явно решила поспать.  Динкерт залпом выпить бутылку «Чёрного Корабля» Пятидесятитиграммовую. Сомнительно, что для уроженки земледельческой местности это представляет какие-то затруднения. Со злоупотреблением спиртным в тех регионах борются  чуть ли не с Еггтовских времён. Это   при всем известной любви к выпивке всех Великих Дин и их склонности смотреть сквозь пальцы на недостатки сродни собственным. Сами уроженцы тех регионов тем, в чём их обвиняют, откровенно гордятся.
Динкерт вполне подтвердила славу приозёрных девочек.
Остальные тоже приложились. Эр привезла несколько упаковок таких маленьких бутылочек. Сидят, попивают микроскопическими глотками. Эрида уже крайне довольно щурится. Динкерт взяла новую, благо их ещё очень много, а если кончаться, Разноглазая в «Сказку» позвонит, привезут ещё. В предпоследний день лета на большинство нарушений смотрят сквозь пальцы. В случае с Эр так бывает и во все остальные.
Марина, дразня Динкерт, одну за одной опустошила три. У Ласточки хватило ума не поддаваться на провокации. Марина обнаружила, у Эр есть запас и ёмкостей двойного объёма, пока общается с первой. Хотя для неё всё это как водичка. В скорости опустошения, раз сразу никто не вызвалась состязаться больше не хочется. Время ещё есть, а у Херктерент, редкий случай, ноль планов.
Эр болтает с прилипалками о пустяках, Марина прищурившись, наблюдает, что разноглазая не стремится пересесть к кому-то поближе, а то и вовсе на чьих-то коленях (подразумевается – Динкерт) устроиться. Видимо, у них какой-то язык тела есть, что Марина не знает, весной было не интересно, а сейчас выучить ещё не успела. Никто не стремиться перебраться поближе к друг другу, Эр или новенькой, хотя почти всех Динки знает несколько лет. Относительно Марины все помнят старое, но никогда не озвученное Эр правило – от Марины надо держаться на некотором расстоянии, не пытаться её коснуться даже случайно. Некоторых даже взгляд Марины пугал. Теперь Херктерент решила расширить границы дозволенного, но не сама, а дождаться первой смелой (подразумевается – сама разноглазая), но сегодня она ещё явно продолжает недавнее прошлое переваривать. Уж больно счастливой она тогда выглядела. Отблески и сейчас Марине заметны. Иногда и просто можно посидеть всем вместе. Другое дело, что Марине со всеми этими рыбками не слишком уютно. Эр это знала, но за за лето явно улучшила мнение о человечестве в целом, и о каждом представителе в отдельности. Впрочем, и о том, и о другом оно и так с точки зрения Марины неоправданно завышено. Особенно, по отношению к Соньке.
Но пустоватая болтовня Эшбадовок и весёлость Эр неожиданно хорошо действуют на Динкерт. Попутно вспоминается, какие именно процессы взаимодействия та же Эр считает, одним из лучших средств для устранения последствий сложных жизненных ситуаций. Всякое весёлое у Эр считается тоже неплохим средством. Тот редкий случай, когда вспоминаешь, что разноглазая – дочь ещё и великого врача. Марина иногда жалеет, что Эр не достался убойный материнский медицинский цинизм. И её бесстрашие. Она участвовала в разработках сыворотки против чумы. Даже Император обожал женщину за бесстрашие. Храбрые женщины Саргону очень нравились. Совершенно не интересовали бесплодные. обожал. Марина до какого-то возраста считала, Император рассказывал о матери Эр и ещё о какой-то женщине, с кем он дружил, хотя и побаивался. Не сразу поняла – речь шла обо одной и той же. Марина поздновато поняла, Соправитель слишком хорошо умеет не только строить «Сказки», но и и их сочинять. Совершенно волшебные представления внушил он Эр про мать. Притом «Письма к дочери» – главный источник информации для разноглазой про её маму, всё-таки написала она сама. В итоге уже сама Марина с трудом смогла признать, что  потенциальная полуголая абордажница с пистолетом в руке, «кошкой» в другой и абордажным клинком в зубах и та что писала пурпурными чернилами по розовой бумаге «Письма к дочери» была одни и тем же человеком. Но помощь веселья в возможности выйти из тяжёлой ситуации она признавала. При этом блестяще разбиралась в дозировке любых лекарств. Кажется у Эр пробудились материнские способности. Марина даже подумала, лучше бы она никогда не принимала участие в консультировании иллюстраторов «Учебника по военно-полевой хирургии», притом часть иллюстраций выполнила сама. Именно художественная часть её способностей в случае с Эр и расцвела самыми пышным цветами. Расцвети до таких же высот любые другие – люди  бы уже не знали в убежища какого уровня защиты от разноглазой прятаться. Но к счастью, вышло то, что вышло. В данном случае наполняющаяся положительными эмоциями Динкерт. Болтовня о смешных глупостях, включая фильмы, что не видела Марина, хотя Император обожает просматривать комедийные новинки. Включая южные. Что потом переснимают и переозвучивают. Иногда в виде копий с экрана, иногда полноценно по тем же сюжетам. Полноценно фильмы друг друга Великие Империи покупали только перед визитами Императоров друг к другу накануне Великой Схватки. И сейчас показывают достаточно часто. Опыт другого мира показывает, яркие музыкальные комедии живут очень долго, вполне способны пережить породившие их режимы. Каждый из которых, естественно считал правильным сам себя. Но даже Император говорит: «У меня ещё там появилась на шапке звезда. Ту, что на груди... или грудях вырезали. Она и тут горит. Грозная! И не потухнет, пока я все лучи на свастике не оторву, а оставшийся крест не вобью им в могилу. Символы не бывают похожи просто так... И не повешу там сбоку корону Льва»
«Ты не успеешь – я окончу!» – сказала тогда Марина. Отец её только по голове потрепал.
Причём здесь сейчас Динкерт? Да ни при чём, кроме самого простого ей есть теперь за что воевать, и одним верным сторонником у Императора теперь стало больше. Сторонники  и самой Марине нужны. Ибо очень непонятно, с кем именно и где драться придётся через десять лет. Как старые соратники превращаются во врагов, Император от отца знал. Кой-кого старый большевик сам убил. Точнее казнил. Хотя к той свистопляске было сложно применять привычную Марине терминологию. Много читала про войны двух миров, всегда симпатизировала одной из сторон. Так в той войне, гремевшей неизвестно где он симпатизирует только красным.
Со смерти Золоторогой во всех сельскохозяйственных регионах по сегодня говорят «со смертью ведьмы умерла и справедливость».
Эр унаследовала от матери – ходит полуголой разноглазой нравится. Но и с жутким воплем бросаться в штыки – этого Эр точно не сможет. А её мать могла... И ещё вернулась из всех атак. Война кончалась. Шли переговоры. Но и высокородные иногда показывали сколько крови стоили предкам их титулы. Мать Эр была из них.
Ласточка решает, что они все достаточно «хорошие» чтобы Марину спросить.
– Марина, а можно будет потом с Софи поговорить?
– Обращайся... – хмыкает Херктерент, – только учти, она очень сильно сократила время приёмных часов.
– А когда они у неё раньше были?
Кажется, Динкерт из тех, кто продолжает считать всё, что говорит Марина за чистую монету. Когда-то так и было, сейчас в целом тоже, если научиться отделять правду от специфических шуточек Марины. Эр, Кошмар да и ещё довольно много людей так делать умеют. Динки к этим людям не относится. Да и Марина ещё не отделалась,  от того, как Сонька характеризовала Динки в недавнем прошлом. При всех недостатках Соньки, людей кто вблизи них пытаются крутится она весьма точно характеризует. Как бы Кошмар чуть ли не лично ей придуманное прозвище. Но сестрёнка не знает, что произошли события, способные сильно изменить человека.
– Если честно, то когда её левая пятка пожелает. Можешь говорить, когда увидишь, но лучше обожди несколько дней. Пусть узнает не от тебя.
– А ты ей можешь сказать?
Вот так просьбочка! Но в ней, в общем-то ничего такого.
– Сама понимаешь, я не горю желанием рваться на встречу с ней, тем более сейчас мне нечего в столице делать... – язвительный взгляд Марины брошенный в сторону Эр, Ласточка наша не заметила. Зато сама Эр закатила глаза, как она умеет.
На лице Динки не дрогнул ни один мускул, похоже, кое-что в сестрёнкиной характеристике было верным люди крайне плохо способны к переменам. Хотя это не про Динкерт, а Софи вполне способна воспринять объективную реальность.
– С послезавтра обожди дня три. Потом можешь пытаться поймать.
– Правда?! – оживляется Динкерт.
– Я редко вру!
– Спасибо, Марина! – степень оживлённости начинает приближаться к опасным границам, хотя таковые границы для самой Марины сейчас вполне допустимы. Но сама Динкерт сидит уже с третьей, если не с четвёртой бутылочкой, а слухи про устойчивость приозёрных девочек к спиртному всё-таки несколько преувеличены. Вот про Еггтов эти слухи не врут!
– Обойдусь без благодарностей, тем более, возможно ты её увидишь раньше меня.
– Спасибо ещё раз.
Марина потолок, где каждая трещинка знакома, начинает разглядывать.

+2

4

Динкерт всегда следила за модой. В том числе дурной столичной. Носить изображения черепов на браслете или ожерелье в память о погибших на войне родных. Естественно, у Динкерт полный комплект на шнурке вокруг запястья. Притом, Марина знает, откуда именно они взялись. Эр проявлениями моды, связанными со смертями не особенно подвержена. О существовании данной только в конце весны узнала. Тут же и среагировала в своём неповторимом стиле: завела чашку золотых и серебряных черепов, пригодных для использования на украшениях, многие ещё и каким-то распространённым именем на затылке. Сказала – кому надо, могут брать, её не спрашивая. До лета – никто не взяла, хотя у некоторых было по черепу-другому на запястье, и разноглазая знает кто именно до недавнего времени относительно «везло» – у всех – родня второй очереди, отцы да братья с сёстрами живы у всех. Зато Динкерт взяла сразу много. Там оказались люди всех степеней родства. Конечно, разноглазая как и всё остальное применяла к себе, но ей в каком-то смысле легче в силу происхождения из ближних у неё есть только отец, зато из крайне дальних это и Софи с Мариной, и Эорен с Динкой. Но понятно, что Эр никогда-никогда не захочется череп из чашечки брать. На юге тоже мода появилась на черепа, только там их в волосы вплетают. Мужчины, у кого родственник погиб перстни с черепом носят. Интересно, приживись такой обычай у грэдов, чтобы стала делать Динки? Хотя перстни превратились бы в кольца, а уж таким количеством Эр бы её обеспечила. А в школе встречаются любительницы носить и большее количество. К счастью, нейтральной тематики. У той же Эр есть для каждого пальца ноги, хорошо хоть носит обычно не всех, а на каком-то одном. Одежда самой Динки в любимом Эр  стиле минимализма, ну точно Динки из тех у кого есть одежда для каждого из возможных визитов, от любовного свидания до Императорского приёма, впрочем там можно школьной формой обойтись. Но для всех иных случаев точно что-то припасено. Спасибо Красной Кошке. Заметна разница с весной, тогда на вроде бы Ласточке сходилось далеко не всё, успела ли она к лету обновить гардероб, Марина не знала. Сейчас видно – не успела. Вот только всё старое теперь снова сидит идеально. За лето Динки не выросла и сильно похудела. Только лучше бы Динки разносило бы по-прежнему, и совсем бы не было того, почему она похудела. Ладно, хоть навыков следить за внешним видом и изящно выглядеть не утратила. В прошлом Эр подарками завалить её не успела, как сейчас пойдёт – как знать, хочет, как в прошлом ладить и с Сонькой и с Разноглазой. В материальном плане, несмотря на большую состоятельность, Софи куда менее выгодна. Ибо отличается куда более умеренной щедростью, да и то сейчас направленную строго на одного человека. Но мнение Софи о человеке крайне сложно изменить в лучшую сторону, тем более о себе его испортила сама Динкерт. Интересно поверит, или нет что «передвижного инкубатора» типа «свиноматка», какой ей Динки показалась при последнем разговоре, а есть снова Ласточка, не прежняя, здорово обновлённая, пусть и по крайне печальным причинам, но с точки зрения Марины всё-таки обновлённая и улучшенная. Софи, как и сестра известна резкостью в суждениях.
Марина навостряет уши: Динкерт берётся рассуждать про авиацию. Где-то понятно, что хочет теперь связать с самолётами жизнь, но одновременно и понятно, мнение должно быть сильно неоднозначным. Хотя, её убили не машины, и  даже не вызванный их бомбами пожар, их убили другие люди.
– Росла вблизи порта учебных авианесущих кораблей, привыкла к самолётам над головой. После... Не могла на небо смотреть. Заставляла себя на берег ходить. Смотреть, как они запускают и принимают машины. Как они учатся убивать этих животных... Наверное, довольно скоро я тоже буду там...
– Если ты собираешься в бомбардировочное командование идти, – то в родные места ты ещё долго не попадёшь. Соответственно, и там летать сможешь очень не скоро. Учебные центры бомбардировочного командования – как раз в окрестностях Столицы. Там нет тяжёлых флотских машин. Их Экипажи тоже в столице готовят.
– Знала, что у нас только палубных готовят. Понять не могла, почему так. Вроде даже на Архипелаге учебных авианосцев почти нет, – смотрит почему-то прямо на Марину, хотя и Разноглазая столько же времени на Архипелаге провела.
Марина зевает.
– Или же ты решила в палубные идти? Помню, Софи говорила, ты была с ней в группе на прохождении мед. комиссии. У палубных конечно, требования выше, у бомбардировочного – ниже, но вы все в той были признаны годными. Нулевые потери на заблудившихся при подготовки. В какую сторону не лети, сядешь на своём берегу. Да и большинство утонувших машин можно поднять – глубины-то никакие.

  – Знаете, – невесело усмехается Динкерт, – наверное, хорошо, что летать учиться я буду здесь, в смысле, в Столичном регионе, а не на Озёрах. Там оставшееся время я спать не могла постоянные кошмары. Они все... Радостные... Живые... И то зарево. Над лесом. Сюда уехала при первой возможности. Билет был только на поезд высшего разряда. Отец не глядя купил. Он тоже дёрганым каким-то стал, но считал, что мне тут будет лучше. Оказался прав. Я в поезде впервые нормально выспалась с того дня. Да и здесь... Кошмары только иногда снились я тут больше декады уже. С такой головой меня даже зачисли – быстро бы выгнали, даже раньше допуска к полёта. Не исключено, кошмары с ума бы меня свели.
Там, у озёр всё-всё бы о них напоминало, даже сама вод. Даже теплоходы... На одном из них катались вокруг всех Озёр после того, как меня приняли сюда. Тоже все вместе... Нет, теперь точно в палубные не пойду. Империя получит сумасшедшего, а не пилота. А «Линкор» вести я смогу.
– Не исключено, к моменту твоего выпуска очень сильно вырастет мощь бомб, – хмыкает Марина, подразумевая спецпроекты, – город сможет испепелить палубный бомбардировщик. Да и так уже есть палубные, кто несут не намного меньше «Линкора».
– Нет, Марина. Твоё имя значит Морская, потому ты и зовёшь в Авиацию флота. Но я не смогу учиться в том месте и сойду с ума. Я уже поняла взлёт с воды, катапульты и палубы не для меня. Я сойду с ума в том месте.  Смогу увидеть, как как палубные машины будут жечь города – фотоаппараты и кинокамеры ставят давным давно.
Увижу, как Юг горит. Порадуюсь за пилотов крыльев. Я южан буду жечь по-другому, да и эти новые бомбы всё равно сперва подвесят на сухопутные самолёты. Я их всяко первой применю. Можно Это будут газы, яды или биология? Если нельзя, можешь  не говорить. Пойму.
– Я, конечно, у грифов хожу, но лишнего пока не болтала – очень мощный фугасный боеприпас, вызывающий очень сильные пожары, особенно в районах с деревянной застройкой. Но, вообще-то от него горит любой материал, даже броня линкоров, правда та же броня чуть ли не лучше всего защищает от воздействия.  Один самолёт, даже не «Линкор» а двухмоторник палубный сможет сжечь такой бомбой город, сравнимый с тем, где погибли твои родные.
– Тогда поскорее бы увидеть, как эти бомбы пойдут в дело. Хочется видеть как города горят. Хочу собрать все знаки за количество вылетов. «Золотая бомба» будет у меня. Южане пожалеют, что подняли эскадры тем вечером. Я отомщу!
– Динки, – вступает в разговор разноглазая, – хотя меня часто и считают малость того. Но я имею некоторые представления о вариантах нагрузки бомбардировщика, и хочу спросить, ты знаешь что будет, когда на типовой квартал упадёт тридцать двести пятьдесят или триста килограммовых бомб, какие будут потери, в смысле, сколько умрёт людей?
– Чем больше, тем лучше! – с оттенком безумия скалится уже не Ласточка, а значительно более грозная хищная птичка, появившаяся вместо неё, – Кто на этом языке по свинячьему хрюкает – больше для меня людьми не являются, их самки с детёнышами – в особенности. Я теперь хочу только одного – убивать! И я уже решила, как именно. Тупо и монотонно высыпая на их рыла день за днём, месяц за месяцем, год за годом если понадобиться тысячи и тысяч тонн бомб. Я хочу бить именно так тупо сильно и размеренно. Хочу видеть, как разрушается всё то, что они создавали столетия, чем по-свински, но дорожили. Как всё это моими руками превращается в пыль и труху. Мы уже в силах создать из любого города лунный пейзаж. И я буду его создавать. Тупо. Как машина, чтобы как можно мирренских свиносамок с помётом задыхалось и заживо сгорало там, под развалинами.
– Динки, а если тебя убить захотят? – от такого тона разноглазой становится по-настоящему жутко.
Ласточка смеётся с истерическими нотками. Не на ту Эрида напала, ой не ту.
– Один раз как раз пытались уже. Вместе со всеми вами между прочим. Но на Старой Крепости в нужную сторону развернули «близнецы» и «шистистволки». Поэтому мы тут и сидим... Благодаря сработавшему как надо ПВО, пусть они били и не по своим обычным целям.  В будущем убивать меня убивать никто не захочет, может возникнуть желание уничтожить самолёт... Или пилота... Законная цель, да и законы войны только в «Сказках» прописаны. Я знаю, на что хочу пойти, будут убивать – ещё и крикну им, сколько у меня вылетов. Пилоты бомбардировщиков редко попадают к врагу живыми. Если подбит, машина ещё управляется, но знаешь, что не дотянуть – лучше вогнать его в какой-угодно объект, хоть земледельческое поселение или мост деревянный. Хоть кого-то убьёшь ценой своей жизни. Только не прыгать. Проще застрелиться. Ты должна нести смерть на их землю. На нашу они уже принесли.
– Лучше не погибать самой За Родину, а сделать так, чтобы за свою родину умирали враги, – скучно констатирует всем известное Марина.
– Это, конечно, так, – охотно кивает Динкерт, – но возможно далеко не всегда. Стрелком я быть не хочу – у меня не настолько хорошая реакция. А по-другому врага близко мне не увидеть. Да и там будут доли секунды будут, чтобы рассматривать несущийся на тебя истребитель. Удачная очередь перехватчика способна перерубить фюзеляж. Удачная очередь «шестистволки» или «спарки» превратит перехватчик в огненный шар, и вся броня не поможет. Пусть их «утюгами» и зовут... Как ты не любишь, Эрида,  когда люди умирают, я знаю. Вижу, твоя возлюбленная служит во Флоте, – Динкерт сразу назвала вещь своим именем, не стала употреблять обтекаемого «подруга», – и тебе бы естественно, хочется, чтобы с ней ничего не произошло, хочется её снова увидеть. Но она может себя защитить. По крайней мере, «близнецы» точно стоят где-то недалеко от того места, где она сейчас находится. Они могут отбиваться. Может, даже успешно. А у меня младшие даже не видели «Близнецов» никогда. И их всё. Больше нет. Пусть больше никто-никто не испытает подобного. Но сделаю всё, что смогу, чтобы там, – взмах рукой в сторону Юга подобное пережило как можно больше двуногих животных. Ибо я не смогу убить их всех, пусть они сами и выписали мне такое право.
Марина размышляет, не пора ли связываться с медиками пока пред собой видит минимум аналог Эорен в первые дни отпуска. Той тоже от войны прилетело в таком количестве, что с трудом выдержала. Да и то помощница удачная нашлась, да и Динка никуда не пропадала, ещё и весь медицинский персонал Резиденции в резерве был. Но Динкерт-то и вовсе ещё допризывного возраста, хотя и хвалится чрезмерно. Ну ладно, у неё будет ещё года три, или даже больше, что бы если излечиться, то хотя бы подуспокоится. Программы обучения сокращают, но какие-то пределы должны оставаться. К тому же есть надежды, что за три года всё как-то кончится и так. Хотя надежды на это не особенно радужные. Верят, наверное, только совершенно неисправимые оптимисты. Марина считает, Мировой Войны хватит. Динкерт и вовсе в этом совершенно уверена.
Хотя, Эорен прийти в себя смогла, и даже относительно быстро. Динкерт продолжает вариться в том, что конечно заварили Южане. Но Ласточка немало и сама себе выдумала. Впрочем, пока привлекать посторонние силы для её успокоения пока ещё не стоит. Если разноглазая не решит иначе. Да и прилипалки тоже люди, тоже инстинкт самосохранения есть, испугаются и по телефону позвонят. Впрочем, они не настолько избалованные, как Эр. Кроме уроженцев Архипелага все происходят из городов, какие бомбили уже. Притом некоторые – весьма жестоко. Это вот Динкерт не повезло столкнуться с совсем уж зверским невезением.
Но пока, по мнению Марины, довольно неплохо держится, вполне ожидаемо стремится всех вокруг напугать, кто и так не образцы смелости, кроме Софи и Марины. Но Динкерт достаточно умна, что бы стремиться сохранить с ними хорошие отношения, особенно помнить про умение Софи влёт обиды придумывать. И простить может только при выполнении достаточно сложных условий. В остроумии Принцесса Империи тоже не откажет себе поупражняться.
Интересно, Динкерт мишенью окажется, помнится Сонька была на неё достаточно сильно сердита... Правда причина была по мнению Марины, так себе. Опять же, глупость сама по себе не преступление. Так... Всего лишь причина, приводящая к зачастую к крайне тяжким. Но тут ничего известного не успела натворить. По крайней мере с точки зрения Марины. Да и Эр её сразу пустила, но тут уже у Марины включается цинизм с недоверчивостью. Разноглазую можно разжалобить, тем более такой серьёзный повод. Не надо особым стратегом быть, что такой повод будет срабатывать ещё неоднократно  на протяжении жизни Ласточки. Хотя всё что она тут говорила про место за штурвалом «Линкора» или машин следующих поколений тоже всё всерьёз было. Динкерт не Софи ещё и в том смысле, что она не небо любит, она тех, кто внизу совершенно зверино ненавидит. Логика странновата но понятна – без жителей южных городов не взлетели бы южные эскадры, не взлетели бы эскадры – у Ласточки была бы семья. Хотя, включим снова цинизм, благо это как раз тот случай. Очень часто бывает, что мёртвые родственники приносят куда больше пользы, притом, вполне материальной нежели живые. Иногда самое полезное, что человек делает в жизни – это умирает. Хорошо, что в министерстве пропаганды не обратили внимание на Динкерт, как «Жертву южных людоедов» или что-то в подобно духе. Кэрдин или МИДв успели гавкнуть первыми, а то пропагандисты наши только из-под этих двух носов пока опасаются таскать самые сладкие косточки. А то Динкерт рассказывающая о зверствах южан и призывающая подписываться к примеру на очередной военный заём чудо как хороша была бы. Молоденькая, смазливенькая, всё при ней, включая неплохую головку... Но она решила своим путём идти, и Принцесса Империи мешать ей не собирается.

+2

5

Глава 2

Машина несётся по огромному городу. Вот и такой знакомый, успевший стать родным для них обеих дом. При всех своих размерах, это всё-таки дом, а не дворец. Софи сразу отпускает машину. Больше всего хочется побыть вдвоём. Правда Хейс задерживается, забирая почту из ящика. Её оказывается неожиданно много. Софи мурлыкает, пытаясь разглядеть конверты. Им нечего прятать друг от  друга.
– Даже ревную немножко, тебе столько пишут...
  Кажется у Хейс сумочка именно такого размера, чтобы складывать письма. Конверты то существуют нескольких стандартных размеров.
– Ты ещё в школе не была. Не исключено, что у тебя ящик уже треснул. Я старые времена не забыла, только теперь всё серьёзнее.
– Треснуть ему сложно, он металлический. На глупости отвечать я всё равно не намерена.
– А если не глупости?
Софи гладит Любимую по щеке.
– А не для глупостей у меня есть ты! – Хейс гладит свою Принцессу по волосам как маленькую. Та аж изгибается от удовольствия. Обожает этот жест.
– Хочешь, потом вместе посмеёмся?
– Не хочу. Это написано тебе, а не нам. К тому же сама говорила, там картинки и слова могут быть только для твоих глаз и ушек.
– Самой-то что пишут, и главное кт-о-о-о... – растягивает слова Софи, – я куда любопытнее и ревнивее тебя.
– Не сталкивалась с ревностью в твоём исполнении, миленькая, – пожимает плечами Хейс, –  поднимемся, посмотрим вместе. Но могу и так сказать. Университетское и профессиональное. У меня ведь формально ещё нет квалификации.
– Но уже есть награда за неё, радость моя.
– Профессиональное мне прислали только потому, что этот дом числиться военным объектом под особой охраной. Ну и письмо от младшей сестрёнки. Умненькая девочка, не слишком давно писать научилась, а уже знает, как конверты подписывать.
– Мне она тоже понравилась... Давай её сюда заберём? К старшей сестре в столицу её отпустят. Да и я могу за ней борт послать...
– Исходя из некоторых твоих потребностей, мне это не кажется хорошей идеей. Ребёнок может увидеть слишком много неподходящего.
Софи её по носику щёлк!
– Не думала, что тебе скажу это мирренское словечко – ханжа! Твоя же сестра из животноводческого региона. Я видела, сколько у вас скотины. К этому возрасту дети уже прекрасно знают, что и как у животных бывает.
– Согласна! По себе помню, знала я всё, ещё и столичных любительниц историй про принцев и принцесс шокировала. Настолько безграмотные личности попадались. Хуже южанок про кого ты говорила. Но вот аргумент посерьёзнее: материально средств на неё у меня хватит.
– Плюс можешь рассчитывать на мои, – кивает Софи, мурлыкнув напоследок, – включая любое, подчёркиваю любое, изменение статуса.
– Благодарю, конечно. Но я всё равно так поступать не стану. Причина – другая, на ребёнка, особенно такую умненькую и живую девочку надо тратить очень много времени. У меня его нет деньгами можно заменить многое, но не всё, нанимать специалистов по воспитанию – какая в таком случае разница с тем состоянием, в каком она сейчас находится. Тем более, она из тех младших, кто оказалась в положении самых любимых. С недостатком внимания точно никогда не столкнётся.
– Ладно, тебе виднее, беззаботно отмахивается Софи. Но ещё раз вспомним про средства, у тебя дом бытовой техникой, даже ребёнку можно жить, только кнопки нажимая и еду из холодильника доставая, причём заполнять будет не она.
Хейс весело усмехается.
– Спасибо, что напомнила. Помню года два назад звонят. Открываю. Смотрю, сотрудники известного предприятия, производящего бытовую технику. Показывают «контракт» на обслуживание этого дома. Они оказывается. Сегодня должны были всю-всю технику менять. Поменяли очень быстро. Включая всё то, что я даже из интереса ни разу не включала. Зачем мне одной три ванны. Я в самой большой и не была никогда.
Софи хитренько улыбается.
– Зато потом  так с тобой вдвоём напринимались...
– Это точно, они мне сказали, если что-то выйдет из строя или или просто надоест, могу просить заменить в любое время.
– Кажется, это время скоро придёт...
В спальне, скинув туфли, Софи навзничь плюхается на кровать. Хейс ложится рядом. Девая и правая рука сплетаются. Волосы перемешаны. Любят иногда просто так полежать рядом. Иногда довольно долго. Всё остальное начинается позднее. Тем более сегодня последняя ночь в этом учебном году, что можно вместе провести. Впрочем, следующая будет возможна меньше, чем через десять дней.
Улыбаясь, смотрят друг на друга. Так и не насмотрелись за прошедшее время.
– Хорошо с тобой. Уютно.
Хейс в ответ легонько целует Любимую в губы. Это давно у них такая игра.
– Здесь всегда такая тишина... Словно не в сердце Великого города.
Тихий совместный смех.
Счастье буквально разлито в воздухе, словно руками бери, и лепи, что хочется. Но как-то именно сейчас не хочется ничего, только дышать этим воздухом. Такую субстанцию найти сложнее всего, и одновременно она может оказаться где угодно. Случайный компонент может преобразовать обычный воздух в такое чудо. Иногда достаточно одного взгляда, а иногда всех сокровищ Империи может не хватить. Сейчас наверное, сработало, что они в нужном состоянии оказались в месте, где бывали счастливее всего. Впрочем неважно, что именно сработало, главное, что здесь и сейчас хорошо, притом настолько, что больше вообще ничего не хочется. Полная гармония и с самими собой и с таким огромным миром. Раньше такое бывало редко, и то с какой-нибудь продуктовой или стимуляцией каких-либо мест на теле различными способами. Похожее  бывало после высшей степени наслаждения друг другом. А сейчас как-то само возникло...
Хейс смотрит прямо в глаза Софи. Себя контролировать всё сложнее. Принцесса смотрит так же. Без слов они они уже давно друг друга понимают...

                  *              *               *

Просто решили по городу погулять. В никуда. Размеры «мегалополиса» как говорится располагают. Словечко из того мира прижилось. Тем более город действительно самый большой, что здесь, что там. Гулять можно долго.
– Домой собираешься? – беззлобно усмехается Хейс, поддерживая Софи под руку.
– Не поняла! – удивлённо распахнут светло-карий взгляд.
– Мы к «Старой Крепости» идём.
  Софи резко останавливается. Хейс спотыкается и  чуть не падает.
– Ты чего?
– Ничего. Я помню, сколько километров эта площадь. Да мост. Я не хочу идти на батарею.
–  Мы не похожи на бунтовщиков.
–  Это ты объясняй тем психам объясняй, что отец в свои крепостные полки понабрал. Действительно крепостные в плохом смысле слова на своём родном языке. – по русски и сказано.
– Ты попроще можешь? Я этот язык не настолько хорошо знаю.
– Такая мерзость, как верный раб, если на известном тебе мирренском. Хуже собак верные. Сперва стреляют, потом думают. Ну как эта мирренка в детстве уроненная.
– Ну, собственно из-за таких старая крепость и стоит, может и мы с тобой живём благодаря этой батарее.
– Трём! – Софи показывает соответствующее количество пальцев, – Три батареи тогда огонь открыли! У Маришки есть гильзы от шестиствольных тридцаток с того раза. Памятные вещи, что жива осталась! И «близнецовые» гильзы стоят в загородном у её любимого с детства пулемёта. Я ей предлагала когда-то в них лианы растить, раз всё равно на пулемёте игрушечная обезьянка живёт. Она мне рекомендовала использовать для интимного массажа, причём со снарядом! Грубиянка!
  Хейс глаза закатывает.
– Словно в раннюю юность вернулась! Так же ругаетесь!
– Самое смешное, что это всё происходило на Архипелаге, в прошлом году. За тысячи километров от пулемёта.
– Но гораздо ближе и к «шестистволкам» и к «Близнецам». Как я слышала, снаряды для «шестистволок» иногда так и используют.
Софи смотрит свирепо, насколько получается. Всё-таки Хейс звали ещё «Страх-и-Ужас». И она вроде, довольна была.
– Всё равно, в крепость не пойдём! Брусчатка плохо дружит с каблуками.
– Логично! – с интонацией Марины раздаётся из-за спины. На мгновение даже показалось... Но это не она. Это Кэрдин. Заимствование речевого оборота было в обратном направлении.
Сиятельная Ягр стоит недалеко. Трость, разумеется при ней.
– Прекрасно смотритесь вместе, юные леди!
Вместо приветствия. Она издевается? Как нашла – спрашивать глупо. Юридически, её ведомство на соседней улице. А один из городских дворцов Ягр – на другой. Правда знающим людям известно, они там не живут.
Софи совсем недавно видела Пантеру. Знает, сколько между Ягр лет разницы. Но до недавних времён были практически неразличимы. Но сейчас Кэрдин выглядит просто блестяще для своего настоящего возраста. Как раз на любовницу Императора. С учётом его возраста из «Придворного календаря». То есть откровенно блёкленько на фоне Кэретты. А раньше-то сколько лет в противостояние и соперничество играли. Ещё до рождения Софи начали. В общем, Кэрдин определённо сдала, даже если с зимой сравнивать.
– Не верю в случайность нашей встречи. – усмехается Софи.
– Как бы правильно. – Ягр подходит вплотную, – Как там поживает моя сестрёнка?
– В жизни не поверю, что ты пришла осведомиться о её здоровье. Тем более, она и сама тебя обязана извещать, член ставки, генерал службы снабжения как-никак. Да и твоих людей я на известном мероприятии видела.
– Они должны были там быть, персонал Резиденции как-никак. – в тон ей отзывается Кэрдин.
– Могла бы и сама приехать, ты вроде дружишь с Сордаром...
– Значит, не могла. – резковато бросает Ягр. – Я, знаешь ли не сижу круглые сутки в известном всей стране кабинете, погружённая в государственные дела, кстати именно там я не была уже два месяца. Да и в Столицу прилетела буквально вчера. Где была, и чем занималась – вопрос вне твоего уровня допуска.
Софи намеренно глуповато моргает.
– Все хоть живы?
– Из известных тебе больше никто не умер.
– Марина ведёт себя прямо как ты, хотя видишься с ней в последнее время реже, чем я.
– На возраст друзей, как известно, нет ограничений.
Хейс безуспешно пытается изображать столб, прячущийся за спиной Софи. Предубеждение против Ягр – вещь слишком старательно взращиваемая в определённой среде. Так просто не отделаешься. Тем более, чёрные глаза министра прекрасно говорят, она знает, как именно к ней относятся. И смеётся над этим. Как удав над кроликом, кого собирается съесть.
Кэрдин кивает Хейс. Наконец-то соизволила заметить.
– И тебе привет. Это хорошо, что ты у неё появилась. Это, кстати мнение Императрицы.
– Ей-то что здесь надо? – раздражённо бросает Софи.
– Абсолютно ничего. Но знаешь, жизненный опыт играет определённую роль.
– В жизни не поверю, что ты могла с ней подружиться.
– Не знаю, насколько ты взрослой в голове была во время визитов. Но мне казалось, уже заметила, общаясь с ней я не смешивала личные интересы с интересами Империи.
– Что именно она сказала?
– Похвалила тебя, – кивок Хейс, – насколько и как она умеет. Сказала « я довольна, что Принцесса Империи встречается с другой девушкой и достаточно сильно к ней привязалась по крайней мере до окончания боевых действий это гарантирует нам отсутствие нежелательных брачных договоров».
– Интересно, что она под этими «нежелательными» или наоборот «желательными» понимает? Беременности «по незнанию» даже в отдалённых земледельческих поселениях практически не встречаются, пропаганда гигиены плюс медицина на месте не стоят, мы не южане какие-нибудь. Или это она меня так «умственно неполноценной» обзывает, что самых простых вещей не знает.
– Напрасно ты к ней придираешься. «Желательный» для неё в первую очередь, договор с кем-то статусным, а не просто с самцом посмазливее, что довольно распространено среди лиц твоего возраста. Плюс у неё есть не особенно скрываемая мечта, способствовать династическому браку между Велики Империями.
– Пробовали уже. Не лучшим образом вышло! – фыркает Софи, – Во всяком случае, ни я, ни Маришка в возрасте мамы Сордара умирать не собираемся. Да и мне казалось она была резко против каких-либо соглашений с нынешней очередью наследников... Быстро же она мнение переменила.
– Ничего она не меняла, – Ягр излучает буквально убийственное спокойствие, – речь о следующей очереди идёт, там уже и мозги подросли, и зубы с когтями, и недостатков нынешней очереди нет, во всяком случае мне про них неизвестно.
Софи задумчиво трёт подбородок.
– С этими может что и выйдет, я достаточно меркантильна, хочу себе их рубин «Глаз Демона». Нравится мне эта вещь. Позволили мне тогда его примерить.
– Смотри, как Марина не ухватила бы первой, её ведь вернули в список лиц с кем допустим брак.
– То я не знаю! – хмыкает Софи, – Но это в любом случае дело не завтрашнего дня.
– Но принципиальных возражений нет?
– С чего им быть? Равных мне по статусу на планете не так много.
– По статусы — да, – хитро щурится Кэрдин, – с личным отношением может быть другая ситуация. Её мнением поинтересоваться не хочешь? Планированием надо уметь заниматься больше, чем на один шаг.
Хейс пожимает плечами. Империя слишком большая. Довольно вредно преувеличивать собственное значение. Для Кэрдин в отношении Софи она не более чем человек-функция. Хотя бы не бессловесная. Впрочем, Ягр привыкла мыслить другими категориями, оценивая людей. На прямой вопрос лучше всего отвечать прямо.
– Встанет так вопрос – спокойно уйду в сторону. Я люблю Софи, но я от неё не завишу. Тем более, уже есть определённое положение.
– Сколько не пытаюсь тебя к себе привязать – всё никак не получается, – хмыкает в ответ Софи.
– Это хорошо, что вы не настолько сильно переплетены, как я и не только опасалась, – опять тот случай, когда настоящую интонацию Ягр совершенно невозможно понять, – а то я на всякие варианты насмотрелась. Изо всех возможных комбинаций полов между прочим. В то числе и не совсем разрешённые по закону...
– И как часто из пары оставался только один? Я давно взрослая и знаю твои методы.
– Как только определённая жизнь становится нецелесообразной – она прекращается.
– Ты это решаешь?
– Иногда я, но в перспективе может оказаться это будешь ты, или Марина.
– Надо сестрёнке сказать, насколько опасно дружить с человеком, кто может приказать ликвидировать её.
– Он это знает. – голос Кэрдин совершенно спокоен, – так же ей известно, что теоретически возможен и обратный вариант. Очень многие амбиции могут быть пресечены только одним способом. Лучше устранить одного человека, но не допустить гибель миллионов. Хотя эти миллионы всё равно погибнут по сотне других причин, что мы не предусмотрели. Всё-таки одна из моих задач – поддержание численности населения Империи на определённом уровне, не допуская ни излишнего роста, ни чрезмерного снижения. Рост и так не слишком быстрый по причине роста образовательного уровня, и определённых гарантий Империи в случае утраты трудо- или боеспособности. С сокращением прекрасно справляются практически без моего участия. Да и то я бью в основном по персоналиям, а не по этническим или социальным группам. Там прямое уничтожение – далеко не самый эффективный метод, хотя и безусловно самый быстрый. Гораздо эффективнее смешение с другой, при этом смешанную можно объявить какой-либо третьей, или растворение в нескольких имеющихся при этом методы могут использоваться самые различные. Но такая работа может тянуться поколениями, и требует чёткого понимания, что хочешь добиться в итоге. И с этим хуже всего. Ибо люди крайне плохо умеют планировать даже на завтра, а тут о планировании не на дни, а на месяцы и годы с десятилетиями.

+2

6

Позанудствую.

Чистяков написал(а):

– Ладно, тебе виднее, беззаботно отмахивается Софи. Но ещё раз вспомним про средства, у тебя дом бытовой техникой, даже ребёнку можно жить, только кнопки нажимая и еду из холодильника доставая, причём заполнять будет не она.

Корявый абзац. Явно пропущены знаки препинания, отделяющие прямую речь от "отмахивается Софи". И слова перед "бытовой техникой". По контексту напрашивается что-то вроде "дом напичкан бытовой техникой ".

Чистяков написал(а):

Девая и правая рука сплетаются.

Очепятка.

Чистяков написал(а):

Любят иногда просто так полежать рядом. Иногда довольно долго. Всё остальное начинается позднее. Тем более сегодня последняя ночь в этом учебном году,

Близкий повтор "иногда", разнообразить бы. И почему "начинается"? По-моему логичнее будущее время.

Чистяков написал(а):

Полная гармония и с самими собой и с таким огромным миром. Раньше такое бывало редко, и то с какой-нибудь продуктовой или стимуляцией каких-либо мест на теле различными способами. Похожее  бывало после высшей степени наслаждения друг другом. А сейчас как-то само возникло...

Корявый абзац. Смешение лирики и канцелярита. Осмелюсь предложить сократить до "Раньше такое бывало редко, как правило после высшей степени наслаждения..."

Чистяков написал(а):

– Это хорошо, что вы не настолько сильно переплетены, как я и не только опасалась,

Тут ничего не пропущено? Напрашивается "я и не только я"

+1

7

На улице довольно многолюдно, к тому же улица не предназначена для транспорта. Разумеется, Кэрдин узнают, Софи ещё не успела настолько примелькаться. Довольно часто фотографируют, Ягр к подобному вниманию привыкла и не препятствует. Софи посматривает настороженно. Хейс наоборот, стоит как на картинке. Со своим выдающимся ростом и выразительными формами привыкла бросаться в глаза. Он излишнего внимания она ещё в школе мастерски словом отбивалась. Софи знает – умеет и иными способами, только на деле их применять не приходилось. Последовав совету Сордара, столько времени  с тех пор прошло, словно эпоха новая наступила, всё-таки стала ходить с пистолетом. Хотя Хейс сама вроде Сордара – настолько монументальна, и даже грозна, что с недобрыми намерениями никто и не рискнёт приблизится.
– Ну так, куда направляемся? – осведомляется Кэрдин таким тоном, словно подруга Софи и Хейс, а не в бабку, притом не слишком молодую, им годится, – Или так и будем стоять тут, памятниками собственному величию. В Крепость, я понимаю, ты не собираешься, – опускает глаза на ноги Софи, – каблуки опасаешься переломать.
Хейс с ироничной усмешкой кивает, хотя у самой «шпильки» по длине несравнимые с теми, что у Софи. Что с учётом её высокого роста...
– Тебе всегда больше в «Золотой Звезде» нравилось, хотя золота там куда меньше, нежели в жилых зданиях «Старой».
– Ну так я ела с золота, а не его само!
– В кондитерских и косметических изделиях потребляли вместе. 
Софи подносит палец к губам, призывая к тишине.
Кэрдин понимает это по-своему.
– Поэтому предлагаю выдвигаться в сторону «Звезды». Там без нас определённо уже соскучились. Вас с квартал не было, да и я давненько не показывалась.
– Думаю, там скоро Смерть с Хереноктом загуляют, – хмыкает Хейс, – Чёрная ведь ещё не видела Столицы.
– Немного и потеряла, особенно если с Архипелагом её молодости сравнивать. Имею масштаб для сравнения. В начале её карьеры лежит как раз моя деятельность на Архипелаге в тот период...
– Скажи-ка Кэр, –  ядовито усмехается Софи, – а Планета не благодаря твоим усилиям вертится?
– Немало людей думают именно так, – без тени улыбки отвечает министр, но Софи знает – Ягр с трудом сдерживается, чтобы не расхохотаться. Была бы здесь Марина – точно бы смеялись вместе. С неё Ягр сдерживается. И неясно, хорошо это или плохо.
Кэрдин решительно указывает рукой направление.
– Ну что, двинули!?
Софи с мукой думает о своих ногах. Отсюда до площади куда ближе, чем до «Звезды». Правда у «Звезды» всё и закончится. А у площади ещё сама площадь. И мост. И сама Крепость, где тоже расстояния не такие маленькие, как кажутся. Впрочем у поста возле моста с открыток она сможет связаться с транспортной ротой крепостного полка, и дальше уже на машине перемещаться, причём какой угодно из имеющихся в Крепости. Несбывшаяся мечта детства так покататься!
Но более близкое расстояние пересилило детское желание. Наверное первый признак старости выглядит как-то так. Софи машет рукой в туже сторону, что и Кэрдин.
Дурное воспоминание о зиме. Опять привыкшая чувствует себя эсминцем, назначенным в сопровождение самое меньшее, «Владыки Морей». Притом все вокруг, включая саму Софи, видят какого класса корабль всех вокруг мощью превосходящий. Оба эсминца сопровождения в первую очередь. Все слишком хорошо знают, что и где именно способна Кэрдин натворить своими залпами. Разрушение зачастую не меньше, чем от снарядов настоящего «Владыки». И Софи знает об этом чуть ли не лучше всех вокруг. Они про Кэрдин только только читали, а Софи знает Грозу Трёх Континентов всю жизнь. Убийца из убийц, на чьём фоне Смерть выглядит девочкой с бантиками, когда-то спасла рассудок и жизнь Марине. Такого людям тоже не забывают. Чёрные Еггты особенно крепкой памятью отличаются.
Старшая Ягр до отвращения могущественна, столь же до отвращения богата. И из сколько-нибудь близких людей у неё только единокровная сестра Пантера. И дочери любовника бурной молодости – Императора – Софи и Марина. Считается, что Императрица Кэрдин ненавидит. На деле, как обычно у Великих всё излишне переусложнено.
Добрались без приключений. Кэрдин заказывает отдельный кабинет. Именно в этом Софи и Хейс ещё не были. Ягр по-хозяйски ведёт себя в любом месте, где находится. Включая Старую Крепость и Загородный. К некоторому удивлению Софи, кроме столиков обнаруживается и небольшая полукруглая эстрада.
Когда расселись, Принцесса Империи язвительно интересуется, показав глазами на подмостки.
– Значит, это всё-таки это правда, про твою любовь к излишне молодым мальчикам, и что ты их на улице отлавливаешь, а потом по-разному используешь. Может покажешь свою знаменитую ванну и процесс наполнения в особенности. Кровь имеет специфический, можно даже сказать, приятный вкус. – Софи выразительно по кругу обводит языком губы, – Судя по тому, как ты выглядишь, наверное правда и про другие свойства.
Кэрдин тяжело вздыхает.
– Думала, ты взрослее. Мы же сюда шли, а не ехали. Моей знаменитой «охотничьей» машины, ты видеть не могла – одной легендой уже меньше. Далее. Номера я не снимала. Сама видишь, мы втроём. Слухи, что «Звезда» одно из моих любимых мест для принятия кровавых ванн вообще нелепы. Когда это здание строили, я пешком под стол ходила и вообще в Приморье жила. Да и родовой дворец Ягров тут недалеко. Туда спокойно могла отвозить где угодно пойманных. Кстати, не помню, знаешь ли ты, но человеческую кровь можно довольно долго хранить, и это вполне себе товар, что можно купить?
Софи кровожадно улыбается,  демонстрируя кончики клыков.
– Абсолютно про все вещи, что можно долго хранить, говорят, что свежее гораздо лучше консервированного.
Смеются все трое.
«Чёрную легенду» о себе сама Ягр поддерживает по мере сил. Хотя Софи на её месте занималась бы обратным.
Кэрдин, чуть щурясь, разглядывает Софи сквозь поднятый бокал лёгкого вина.
Принцессе охота подразниться. Слегка недолюбливает она излишне серьёзных людей. Хотя к той же Ягр относится прекрасно.
– Знаешь, когда постарею думаю книжку написать «Застольные разговоры Кэрдин Ягр», думаю тебя к тому времени не позабудут.
– Моим именем и через двести лет будут детей пугать, как Рыжей Ведьмой пугают до сих пор.
– Смотри, какое хорошее общество!
– Я и не отказываюсь от такого. Но тебе такую книжку писать не придётся. Она, скорее всего уже существует. Причём автор точно не знает никаких известных мне языков, кроме городского варианта мирренского.
– На языке окраин у них издают только «Пособия» по агрономии и животноводству. – презрительно фыркает Софи, – Ты хоть намекни, кто этот автор. В современной мирренской литературе я неплохо разбираюсь.
– Хм. Мне казалось, ты знаешь, у них есть поджанр политической литературы – мнимые «Воспоминания» и «Дневники» видных лиц из нашего лагеря, а так же их ближних и дальних родственников, на все сто не имеющие к ним ни малейшего отношения. Пишут там редкий бред, естественно с подтверждением всяких ужасов про нас и своих больных фантазиях про половую жизнь. Ты не смейся, скоро такое появится от твоего и Марины лица. – кивает Хейс, – может и от лица твоего. Такие вещи от имени приближённых тоже пишутся и издаются. Хорошо хоть южане наладили начальное обучение математике, авторы подобного бреда хотя бы в состоянии сосчитать, сколько кому лет. Но получается не всех.
От лица Ярна Ягрона издали уже! – с ненавистью бросает Кэрдин.
Сын Кэрдин ненамного лет старше Софи. Но отношения с матерью такие... У Еггтов по сравнению с ними семейная идиллия.
Продолжает чуть мягче.
– Проверила уже, хотя бы к этому он не имеет отношения.
Софи уже давно, Кэрдин никогда не упоминала Ярна в какой-либо связи с Императором. Всегда выходило, Саргон – отдельно, сын Кэрдин отдельно. При Софи Кэрдин сказала «У Императора – четверо детей, Сордар, Херенокт, Софи и Марина, а не какое-то иное их количество, что бы там некоторые себе не воображали».
– От моего имени только похищенные дневники издавали. Но было настолько бездарно, что не распродали за десять лет. Даже южане не настолько тупы, чтобы верить, будто сама я могу сказать что-то против Империи. Твой отец страдает подозрительностью в гораздо меньшей степени, чем ему приписывают. У Марины, кстати есть книга, продаётся на юге как литература для взрослых, «Дневники Кэретты».
– Ты подарила?
Ягр только пожимает плечами.
– Она не поверила. Я и не сомневалась. Знала бы ты сколько всякого издано от лица Пантеры. Есть даже от рыл её не существующих детей. Впрочем, за детей у неё эшбадовки, лучше бы сестра разводила цветных карпиков! Тоже красивые, живут довольно долго, хорошо продаются и, самое главное – молчат всё время.
«Вроде бы обычное для Кэрдин человеконенавистничество. Только Ягр не выпила ещё и пол бокала лёгкого. А кажется «Чёрные Корабли» топила бутылками. Что это с ней? От последствий боевых действий так мозги чистит? Вряд ли, у неё разработаны куда более эффективные методы. Хотя, как знать, применяет ли она их на себе. В общем, я в этом всё равно не самая компетентная. А  нести кровавые ужасы просто ради процесса запугивания Марина точно у неё научилась».
   – Я всё-таки здесь не затем, чтобы всякое в прошлом ворошить, – Кэрдин откидывается в кресле.
«Напомнить, кто это начала? – сердито думает Софи, только сейчас сообразив, к сцене Ягр сидит спиной, и следовательно не лучшим образом выглядят некоторые высказывания Софи. Кэрдин славится хорошей памятью, но не мелочной мстительностью, впрочем, с возрастом улучшается вино, а не люди»
– У меня с этим местом только прекрасные воспоминания о прошлом связаны! – пытается поддержать разговор Хейс, Софи помнит, Ягр Любимой не слишком нравится, вопрос в том, это недостатки слоя или её собственные?
– Все мы когда-то были молодыми, – вздыхает Ягр в ответ, – и испытания на самом деле связаны с людьми, а не с местами...
– Своим неисправимым «оптимизмом» Маришка точно обязана исключительно тебе, – хмыкает  Софи.
– А чем я плоха, могу быть очень доброй и весёлой.
– Довольно много людей считает, термин «доброта» и вы – несовместимы, – качает головой Хейс.
Кэрдин расплывается в улыбке, совсем как Маришка.
– Потому что не все помнят, я очень добрая, но кулаки у меня очень крепкие. Не все удары выдерживают. Хотя я большую часть жизни объясняю, как себя не надо вести, что бы не получать моих ударов. Почему-то многие не понимают. За что и и страдают.
– То есть, – усмехается Софи, – страдают исключительно по собственной глупости.
– Исключительно точное наблюдение! – с Ягр, как с Маришкой –не всегда поймёшь, всерьёз она или насмехается. Притом даже когда видишь, что насмехается надо ещё суметь разглядеть над тобой или нет. У Кэрдин это ещё лучше получается, ибо она гораздо старше и опытнее. Хотя Маришка стремительно догоняет.
– Софи, я не заметила, у входа твоё фото весит?
– Конечно, я же совладелица, – пожимает плечами принцесса. – Вот не позабыла, есть ли там ты.
– А говорят, у тебя фотографическое зрение, – похоже, пошёл обмен «любезностями» как с той же Мариной.
– На глаза не жалуюсь, – Софи не придумала сказать ничего умнее. Интересно, разглядит ли Ягр её промах.
Но у той какие-то свои мысли.
– Глаза не только у тебя есть. Много кто заметил, как вам это место нравится. И те кому положено, и обязательные в этом месте излишне любопытные. Сама знаешь, в любимой тобой столичной художественной среде отношения вроде ваших, скорее правило, нежели исключение. Знаю после вас бывало ваш номер снимали за двойную и даже тройную цену именно за то, что там не убрано...
– Закажу табличку с нашими именами и велю к дверям прикрутить как приказ владелицы. Хорошо, что я ничего не забывала.
– Я тоже, – кивает Хейс, – но вспомни, миленькая, кое-что порванное мы выкинули в мусор. Теперь наверняка нашли и хранят как мирренскую святыню. Не исключено, что на шее на цепочке носят...
– Твои трусики или мой лифчик, – с усмешкой подсказывает Софи, – тот любимый, красный, где ты сломала застёжку.
– Напрасно смеётесь, – пытается быть серьёзной Кэрдин, хотя на деле веселится не меньше, – «Звезда» – из-за вас теперь невообразимо популярна в творческой среде столицы. Хватает деятелей, кто утверждает, что виделись тут с одной из вас или с обеими. Сами знаете «видится» крайне многозначное слово.
– Как бы не на первом месте в нашем языке по числу возможных значений, – хмыкает Софи, – включает множество видов взаимодействий в самых разных плоскостях.
– Для творческой среды это теперь одно из самых известных мест встреч. – откровенно дразнится Кэрдин, – особенно для тех, кто предпочитает в постели представителей собственного пола. Местечко, откровенно дороговатое. Но знаешь, крайне приятное для тех кто умеет слушать.
– Вроде тебя! – фыркает Софи.
Кэрдин тоже умеет загадочно глаза закатывать.
– Сама знаешь многие из здешних гостей потом бывают в очень серьёзных кабинетах.
– Начиная с твоего? – ядовито усмехается Софи.
– Начиная со Старой Крепости. А так же другие, не менее серьёзные. Ты кстати, многими воспринимаешься, как ключик туда. Да и ты кстати тоже.
– Вам же должно быть известно, как искали выход на меня, – Хейс откровенно сердится, – и к чему это привело.
Софи непонимающе смотрит на Кэрдин. Та отвечает с показной неохотой.
– Ничем хорошим для... «поисковиков». Тебе вынесена официальная благодарность.
– Какая ты быстрая, миленькая, – хмыкает Софи, – и здесь уже успела отметится.
– Я вроде бы, от тебе ничего от тебя не скрывала. Ты мне и советовала к Кэрдин обратится.
– Это похвала или упрёк? Хотелось бы знать! – откровенно веселится Старшая Ягр, – Не хотелось бы на старости лет стать причиной любовной ссоры двух юных прекрасных девушек.
– Старая интриганка! –  бросает Софи.
Кэрдин продолжает веселится.
– Ну как сама видишь, твоя возлюбленная поступила как хорошая девочка и послушала Принцессу Империи. Всё-таки решила, что интересы страны значат несколько больше, чем хотелки части культурного общества столицы.
– Я тебе сказала, как надо делать правильно в тех случаях, когда вроде бы очевидно, как надлежит правильно поступать, притом когда одновременно очевидно – тут именно тот случай, когда правильно не поступят никогда. Потому что именно так будет... неправильно согласно принятым в определённой прослойке представлениям.
– Во загнула! – поднимает палец Кэрдин. – На самом деле, представители этой прослойки всякое интересное друг на друга пишут только так, при это примерно такие оправдания, как ты сказала себе выдумывают. Естественно сказанное тобой всего лишь первое предложение первого абзаца. Дальше самое лакомое начинается...
– Я твои слова восприняла как руководство к действию, ибо сама действительно, колебалась.
– В общем, откровенно удачно вместе тогда полежали, – откровенно как Марина дурашливо скалится Кэрдин.
У сестрёнки однозначно стиль поведения Ягр – кривляясь и дурачась обсуждать важные вещи, иногда и решения принимать. При этом сохраняя возможность в любой момент перейти в режим убийственной серьёзность. У Кэрдин выходит всё с большим мастерством. Ягр – версия Марина из прошлого. Немного уже утратившая утончённую остроту. А Марина её пока не приобретшая.

+2

8

Дружеская встреча вроде как старых подружек явно начинает идти не по тому сценарию. Либо Ягр слишком взрослая для них, либо Софи и Хейс слишком юные для неё. Напряжённость определённо нарастает, надо скорее искать точки соприкосновения. А то уже начинаешь ощущать себя артиллеристом у полковой «восьмёрки» с коротким стволом и  без бронебойных снарядов перед разворачивающимися в атаку «драконами». Пусть такие атаки могли присниться только в кошмарах...
  Иначе Хейс чувствует, рискует стать единственным свидетелем никогда и никем не виданного в мире события – поединка Еггта и Ягра. По результатам какого понесут скорее всего обеих, а саму Хейс поведут в наручниках. А там когда ещё разберутся. Может, краски Хейс и сгущает, но не сильно. Прославленные клинки где-то далеко. Но пистолеты-то у всех есть! Насколько негативно на здоровье Хейс может отразиться конфликт между Ягром и Еггтом – особая фантазия не нужна, со  взрывчатыми и ядовитыми веществами было куда безопаснее.
– Вроде бы серьёзные люди, а ведёте себя как младшеклассницы.
– Умереть не боишься, – тон Кэрдин на удивление спокоен, этим и страшен.
– Не больше, чем все остальные, а когда-то всё равно придётся. Всем!
– А ты смелая!
– Не жалуюсь.
– Первая женщина, о ком Сордар со мной с ранней молодости говорил. Да и ЕИВ о тебе упоминал. Про Софи и не  говорю... Вот захотелось самой посмотреть.
– Я не хочу, чтобы здесь кто-то ссорился! – Софи врубает официальный тон. На Хейс действует. Посмотрим, насколько работоспособно на Ягр.
Та пока продолжает веселится.
– Сначала я подумала, он как у многих флотских принято, содержанку себе завёл. Такие отношения имеют самый разный финал – от долгой и счастливой счастливой жизни. До проломленного черепа и славно перекусивших крабов. Кстати не все знают, идентификация по костям, вполне возможна. И от трупов избавляться надо скидывая его к свиньям. Они климат Архипелага тоже очень уважают, и соответствующих хозяйств там много, только им нужен определённый уход, а крабы сами повсюду бегают.
– Ну и часто островные дурочки отправляются с крабами общаться? – откровенно злобствует Софи, – Влюбилась в красивого моряка, а тот её к крабам, как наигрался. Хотя мне больше такие девочки попадались, что сами к крабам или к свиньям кого угодно отправят. По-моему ты недолюбливаешь флотских.
– Я не люблю людей в целом, род занятий, или звание – недостаточная гарантия от превращения в животное. Если с чем-то столкнулась один раз – дальше будешь ждать только рецидивов. Я достаточно мерзкими делами на Архипелаге столкнулась. Но ситуацию я там здорово оздоровила. Именно из-за моих действий один нынешний Член Дома Его Императорского Величества и прекратила заниматься незаконной деятельностью. А ничего со значительными сроками давности за ней не числилось. Правда, лично мне она тогда на глаза не попалась, хотя о ней и слышала. Вы обе, я смотрю не особо увлекались общением с островитянками.
– А даже если бы увлекались бы, как бы это проявилось? О расставании памятью остались бы только незабываемые воспоминания, а не нечто иное.
– Ещё бы были изменившие владелиц материальные ценности. Я намекаю главным образом на них. И на одну страшную транжиру, кто на подружек ухитрилась потратить чуть ли не больше, чем ушло на предыдущую свадьбу, что одним крылом зацепила Архипелаг. Правда надо учитывать послевоенную инфляцию.
– Здесь я тем более ни при чём, сама же знаешь, я не ней теперь не общаюсь.
– Хм. А Марина продолжает. И с ней, и не только, и весьма близко.
– Марина взрослая, её и спрашивай. За ней следить я больше не обязана. Тем более, ты с этим справляешься гораздо лучше.
– Работа такая, – хмыкает Кэрдин, – под маской охотников за ценностями вполне могут скрываться охотники за чем-то другим, работающие на живущих очень далеко. Хотя я и не считаю ловлю на «медовую ловушку» надёжной.
– Сама Эр – бесперспективна.
– Её отец – вовсе нет. Да и её не надо недооценивать, как возможность влиять на него.
– Да и увлечения Марины проверить не мешает.
– Можно подумать, ты этого не сделала раньше!
–  Сделала. У большинства ещё в связи с Эр. Всё чисто. Даже проверили безвестные исчезновения лиц подобного возраста за несколько лет. У большинства – причина одна. Переоценили собственные силы, недооценив силы местных волн. Эти волны даже меня пугали, хотя я фактически Приморская девочка. Сама знаешь, только Приморские не боятся бурных вод примерно в такой же степени, как островитянки. Тоже всё чисто, тела обнаружены, хотя некоторые и весьма обработанные прибрежной живностью. Не было загадочно вернувшихся из моря, кого через три дня сняли с доски, а кого через те же три дня нашли обожранным крабами. Вернувшиеся не вызывали сомнений.
– Я опять не пойму, ты шутишь или серьёзно.
– Поражаюсь тесноте населённых земель. Представить не могла, что мои действия на Архипелаге будут иметь столь отдалённые последствия.
– Слушай Кэр, продай немного смазки.
– Ты о чём? Какая смазка? – Старшая Ягр настораживается.
– Обыкновенная! – милейше улыбается Софи, – Для земной оси. Ты определённо считаешь, что без тебя даже Планета не вертится. Вот и смазываешь иногда. Летая на полюс иногда.  То-то всё не пойму, зачем тебе сверхдальний самолёт. И вроде, не один.
– Ягры испокон веков не понимали шуток Еггтов.
– Причём их не только Еггты плохо воспринимают! – усмехается Хейс.
– Предательница! – выпаливает Софи, – Чем зеленоглазая тебя подкупила?
– Очевидно, умением шутить? – предполагает Кэрдин.
– С ума я с вами сойду! Помню, Марина в детстве говаривала, что ты отцу – сестра. Следовательно, нам – тётя! Я конечно, знала, что ты нам гораздо более дальней степени близости родня. Отец и оба брата себя временами как мальчишки ведут, мама – как девочка капризная, Марина – знаешь сама, теперь ещё и ты близнецом Марины притворяешься! Сплошные злые дети! Как мне надоело быть единственным взрослым человеком в этой семье!
Кэрдин тяжко вздыхает.
– Обычно женщины занижают свой возраст занижают, ты же, я смотрю поступаешь наоборот.
Софи с раздражением думает, что-то есть в словах Кэретты «она украла у меня дочь». У Кэрдин получилось создать вторую себя; элемент на замену. Хотя и Кэретту можно ругнуть за невнимательность. У Ягров многие поколения была излишняя наблюдательность и либо способности к математике, либо умение просчитывать на много ходов вперёд. У Кэрдин хорошо и с тем, и с другим. Желаемого она добивалась всегда. Почти на всех уровнях, кроме личного. Любимый ребёнок Ягр – чужой. Можно даже сказать, что их двое. Но ни в коей мере не трое. Сын Кэрдин – уже сформировавшийся её враг. У Императора ещё какие-то иллюзии  есть, но Софи предпочитает глазами Ягр смотреть. Про Марину и говорить нечего.
– Не думала, что вы такая...
– Какая? В прошлый раз не насмотрелась? Думала, что я вроде статуи Великой Кэретты с Западного Приморья... Хотя некоторое отношение имею – художники использовали оружие и доспехи из нашей коллекции. Кстати, доспех Эрии вполне подошёл бы тебе, это к вопросу о том, что в старину не было высоких людей.
Хейс усмехается.
– Я видела броню Чёрной Змеи, мне она великовата.
– Самомнение у тебя, – усмехается Софи.
– Сама себя не похвалишь – похвалы не дождёшься.
– Ну, у тебя, – Кэрдин показывает на Хейс, – с официальным признанием заслуг всё неплохо. /ту степень в твоём возрасте получить неплохо вдвойне, особенно, с учётом, что не за длинные ножки.
Хейс довольно кисло усмехается.
– Многие будут считать именно обратное.
– Тебе не всё ли равно, как говорится собака лает.
– Да в общем-то наплевать, нервы у меня достаточно крепкие. Но нельзя жить в обществе и быть свободным от него.
– По-моему, – язвительно замечает Софи, – ты имеешь доступ к лучшему из возможных обществ, а там знакомство с тем же Сордаром – достоинство, а не недостаток.
– Что в общем-то признак болезни этого общества в целом. Ты вот главный фактор, примиряющей меня и с обществом и ещё много с чем. Всегда знала, смогу добиться всего сама, но и надеялась, что мне повезёт. Удачно сложилось одно с другим.
– Дальше будет только лучше, – Софи касается плеча Хейс, – у меня, у тебя, у всех нас.
– Если будем живы.
– Куда мы денемся? – Кэрдин усмехается совсем с интонацией Марины, – Станций дальнего обнаружения теперь больше. Под нами – убежище высшего класса защиты. Спустится успеем. Хотя сейчас по границе региона такое ПВО развернули – в теории должны отбить налёт трёх тысяч машин. На практике не проверяли. После известного тебе налёта не лезут больше. Только высотные разведчики фиксируют.
– Вот притащат специзделие какого-нибудь спецпроекта. И спалит полгорода зараз. Тем более, применят скорее всего, не при массированном налёте, а в ходе удара одиночными машинами, учитывая иномировой опыт.
– У ПВО нет проблем с топливом, перехватчики поднимают при появлении любого количества машин. Город в относительной безопасности. Их бомбардировочное командование перенацелено на работу по портам. И промышленным районам.
– Напомнить, где крупнейший из этих районов?
– Напомнить дальность основных тяжёлых машин южан. Думаю, сама знаешь, на какие районы они перенацелены? Да и ты никогда не собиралась делать карьеру в бомбардировочном командовании.
– Я могу и передумать! – замечает Софи.
– Передумаешь, скажешь! – в тон ей отзывается Кэрдин, – Только помни, это решения из тех, что принимаются однократно. Мне казалось, ты достаточно серьёзна.
– Я серьёзна, и не собираюсь в своих планах менять то, что ты раньше слышала.
– Марина любит говорить, какая ты зануда!
– Тоже самое многократно слышала от неё. Не успела ещё с той поры как прилетела. Да и в общем, отстанем от интересов бомбардировочных командований, я о жизни хочу думать, а не о смерти, и не о противности Маришки.
– О ней о тебе аналогичное мнение. Хотя пора бы повзрослеть. Раздрай в одном лагере никому не нужен, вам самим в первую очередь, ибо Чёрных Еггтов очень мало. Трое всего.
– Что на единицу больше, чем полноправных Ягр. Причём некоторые утверждают, вы обе вышли из репродуктивного возраста.
– Повторю, что говорила раньше. – Кэрдин усмехается весьма ехидно, – Пантеру могла недавно спросить, у меня же никаких потомков в ближайшее время не будет. Да и этого лучше бы не было. Но в нашем мире не одобряется практика убийства детей.
И это не мрачная ирония Кэрдин, Бестия серьёзна.
– Слушай. А зачем мы тебе вообще понадобились? Раз болтать ты нацелена исключительно о глупостях.
– Видимо, начинаю стареть, захотелось во мне увидеть одного из людей, кто испытывают к старой Ягр хотя бы минимальную привязанность. Список крайне невелик, тебя найти было проще всего.
– Сомневаюсь, что с Мариной тебя смутили расстояния, или ты не знала где она.
– Разумеется, я знаю где именно она находится, но хочешь верь, хочешь нет меня смутили именно расстояния. Если я где-то появляюсь, сразу же возникает множество вопросов, с какой целью я туда нанесла визит. Причём, как правило со стороны тех, кто совершенно не разбираются в ситуации в этом месте. Иногда даже ЕИВ проявлял нежелательный интерес, будто вся страна – один из дворов старой крепости.
Софи сдержано усмехается
– Марина не любит, когда к ней приезжают, особенно, когда её выдёргивают из этого места. Так что, как бы мне не хотелось увидеть её, приходится довольствоваться заменой в виде вас двоих, тем более прогуляться вы отправились чуть ли не в самое оживлённое место Великого Города.
– Ну, а найти кого-то неважно где – твоя прямая обязанность, – не слишком весело замечает Софи, – знаешь, впервые в жизни я оказалась второразрядной заменой Марине.
– Забыть не можешь детство? Как она тебя заменяла на спуске кораблей? Я думала, всё уже давно позабыто!
Софи скрещивает руки на груди:
– Знаешь ли детские обиды из разряда сильнейших.
– Знаю. Как-никак как-то раз за чужим ребёнком присмотреть у меня присмотреть получилось лучше нежели у родных отца или матери. Удачно я тогда именно в эту сторону свернула, там от обоих выходов до машины было примерно одинаково. Интересно жизнь повернулась самое важное в глазах Императора для него я совершила уже не молодой и красивой, а изрядно постаревшей.
– Человека тоже можно понять, дочь из империи безумия тебе возвращают не каждый день. Еггты умеют быть благодарными. Всё-таки сестра у меня теперь есть тоже во многом благодаря тебе.
– Такая уж я многогранная и незаменимая, – как маленькая дурачится Кэрдин. Такая вот она, когда-то спасшая от безумия и недобросовестных медиков маленького ребёнка, и чьё последнее прозвище «детоубийца», причём такого звания за долгую жизнь она несколько раз и ранее удостаивалась. Но Марину спасла.
Причём Младшая уже довольно давно подцепила от Ягр выражение «Некоторых вредителей уничтожают выводками», причём используется это не по отношению к животным. Тем более и сама сама считает похожим образом. От «Ведьмочек» уж очень много занятного слышала. В том числе и такого, за что можно подобное прозвище заслужить. Но ЕИВ умеет кадры выбирать, как когда-то не ошибся в юной тогда Ягр. Так и потом верно оценил «ведьмочек», несмотря на все их похождения. Впрочем и у Ягр послужной список солидный за эти годы... Стала Грозой Трёх Континентов
Только вот теперь простого человеческого общения захотелось. Очень уж сложное существо человек. И невероятные временами у него потребности. В общем о серьёзных вопросах на сегодня Софи решила забыть. Пусть Ягр сегодня развлекается. Она достаточно для Императора и его семьи сделала, чтобы теперь Софи немного побыла лекарства от одиночества или чего там Ягр надо. Раз подруг Кэрдин завести так и не смогла только друзья, сотрудники и подчинённые. И ещё Император. Но это отдельный разговор.
– Ближе меня никого найти не могла, с отцом дружишь, а в людях как он разбираться так и не научилась.
– Да нет, приобрела кое-какие навыки, только не такие совершенные, как хотелось бы.
– Сегодня мы, похоже, какие-то другие будем отрабатывать? Например любовь ко всяким любимым Мариной напиткам.
– Да хотя бы, вот только её дружба становится очень уж нежной, но если из Еггтов за столетия никто не помер от пьянства, сомнительно, что она будет первой.
– Добрая ты!
– Стараюсь. Один раз успела вовремя, другой – чуть не опоздала. Лень было про бездельников определённого круга доклады выслушивать. Прослушала когда чуть поздно не стало. Твой «Код девятьсот сорок один» раздался одновременно с сигналом «Тревога». Но всё равно чуть не опоздали.
– Физически носик у сестрёнки, конечно, коротенький, но временами он оказывается чрезвычайно длинным. Прям, как тогда.
– Ну обошлось же всё... Всерьёз я тогда испугалась не после всех сообщений, а когда Сордар тебя обнял, я правда испугалась, что он по причине широкой натуры и медвежьей силищи сломает тебе хребет. Вот бы оригинально получилось! Спасая одну Принцессу Империи убили бы другую. В лучших традициях – из наилучших побуждений допустили  изрядный промах!
– Ты недалека от истины, – философски вздыхает Софи, кивая Хейс, – у тебя на сом деле был шанс больше не увидеть меня ни той осенью, ни впоследствии. Сордар, действительно не умеет свою силищу контролировать. Рёбра и хребет болели долго. Я даже X-лучами просветилась, подозревала, что рёбра треснули. Но нет, всё нормально оказалось, братец слишком давно не обнимал никого. Навык утратил. Медведь!
– Рада, что у тебя настроение хорошее, – усмехается Ягр, – если бы Марина тогда умерла, я бы тупо проломила Кэретте голову. Да, именно этой тростью. И плевать чтобы дальше было.
– Чудесные у меня родственники, – смеётся Софи, – с ними точно не помрёшь со скуки, зато, от чего другого – запросто!

+2

9

– Причём смерти тебе из них никто никогда не желал.
– Сама знаю, – отмахивается Софи, – это у Маришки был приступ буйной фантазии. Я это как больную фантазию и восприняла.
Раздаётся телефонный звонок. Софи и Хейс удивлённо переглядываются. Кэрдин сразу оказывается у аппарата. Довольно долго разговаривает. Обратно возвращается с ленцой.
– Твои подручные знали, что ты здесь? – задумчиво осведомляется Софи.
– Естественно! Я не могу себе позволить надолго пропадать из поля зрения.
– Судя по твоему виду, где-то там ничего не произошло.
– Так я это с утра знала, намечайся что-нибудь, мне бы было не до общения с вами.
– Твои правда все номера знают?
– Положение обязывает. В компании радистов по городу бегать глуповато. Крепостные полки пока поднимать рановато.
– Они тебе всё равно не подчиняются.
– Если бы они знали, что не подчиняются, в памятных событиях было бы больше трупов. Как у нас любят всё писать. Теперь есть инструкция о моих чрезвычайных полномочиях. Теперь при угрозе повторения я смогу поставить «под ружьё» гораздо больше личного состава, нежели тогда.
– Надеюсь, тебе не придётся эти полномочия применять...
– Вероятность их применения в настоящее время маловероятна. Разреши мне на несколько часов раньше начать аресты – вообще бы обошлось без крови... Во всяком случае без столь эпических залпов орудий Старой Крепости.
– Вроде бы договорились, серьёзных вопросов больше не поднимать...
– Поднимайте несерьёзные, я вроде, не запрещаю.
– Да как-то в голову не лезет...
– Чего же ты от меня хочешь? Веселье свойственно молодости, а я уже очень сильно немолода.
– Кокетничать однако, не разучилась.
– Это умение у большинства врождённое. В нашем слое – в особенности. Некоторые только им и владеют и неплохо живут при этом.
– Проживание за счёт буквально пары умений весьма распространено в самых разных слоях, – занудливо заявляет Хейс, – притом не только среди женщин, хотя для них несколько более характерен такой вид социального паразитизма, лежащей в основе полигамной системы отношений.
– Мы стремительно приближаемся к системе первоначального промискуитета, – хмыкает Кэрдин, – рост доходов позволяет менять половых партнёров по желанию и не зацикливаться на ком-то одном. И не то, чтобы я этого не приветствовала. Доступность половых партнёров я считаю положительной вещью. Равно как и минимальный объём обязательств.
– Вот уж не думала, что ты окажешься поклонницей островной морали!
– Не самая глупая вещь из придуманных людьми. Тем более, для нескольких миллионов людей, включая Членов Императорского Дома вполне работает. Тем более, сам ЕИВ весьма одобряет подобную мораль. Да и я в свою очередь с одной стороны за всемерное упрощение доступа к возможности половых отношений, особенно в среде сверстников, с другой стороны, за всевозможное ужесточение наказаний за попытки вступить в эти отношения без взаимного согласия. Кстати финансовый и вообще материальный источник регулирования таких отношений один из самых работоспособных. Причём прекрасно работает во всех социальных слоях.
– Южан всегда возмущало, что у нас легальна любовь за деньги.
– Не вижу ничего плохого. Скорее вред несут начитавшиеся мирренских книжек про высокие чувства и отношения. Тем, что доступ к телу неимоверно усложняют.
– Я вот думаю, если Эр с тобой поговорит, она тебя обожать будет или возненавидит?
– Насколько я знаю, она сторонница крайне упрощённого доступа к телу. – хмыкает Кэрдин, в очередной раз демонстрируя хорошую осведомлённость, – Я не очень могу себе представить, по каким вопросам мне бы могло понадобиться с ней встретится.
– Выкрутилась! – теперь уже Софи усмехается, – Хейс, что скажешь? Затронутые вопросы можно сказать, вокруг тебя крутятся.
– Скажу, что так называемая «островная мораль» характеризующаяся большим количеством связей за малые промежутки времени без каких-либо взаимных обязательств неплохо отражает современное состояние общества. Впрочем, я видела и другие варианты отношений. Но этот – наилучший. Мирренской литературой я не увлечена.
– Сама однако, этому варианту не последовала! – хитренько щурится Софи.
– Выбрала наиболее подходящий для себя лично. Того же желаю и всем остальным. Мирренского культа девственности у нас вводить вроде не собираются.
– Он и у них является отмирающим, – хмыкает Кэрдин, – а что тебе так островные нравы приглянулись? Ты же росла можно сказать в образцовой животноводческой местности... – Ягр при этом крайне хитро посматривает на Софи, та ничего не замечает, Хейс чувствует, взгляд у ней относится, она не настолько знает министра, чтобы по взгляду определить что сказать требуется, и поэтому решает сказать тоже, что и раньше в сложных вопросах – правду.
– Наверное, именно потому что в животноводческой области росла, я и не боюсь крови, крайне полезное, оказывается, умение, – мило улыбается Хейс, Софи знает такие улыбки, Кэрдин кажется скоро пожалеет, что вообще спросила, и не придерёшься, будет всего лишь ответ на поставленный вопрос, – Островные отношения мне тоже крайне понравились. В среде сверстников крайне похожи на те, что в родных местах господствуют. Особенно, степенью свободы и непрочностью. Я без такого обойдусь, но в определённом возрасте именно в подобном большинство и нуждается. Чтобы усилия надо было переложить, но не чрезмерные, чтобы ждать, но не звезду с неба. Этакий здоровый биологический с умеренной меркантильностью взгляд. Да и полезно молодняку пораньше объяснить, что поиграть стоит определённой затраты ресурсов.
– Притом, сильно побольше тех, что продаются в известных аппаратах, что есть в большинстве магазинах, а то некоторые и на них не в состоянии потратиться.
– Да таких жлобов гнать надо куда подальше! – Чуть более эмоционально, чем следует возмущается Кэрдин, – Где ты таких находишь? Особенно в этой школе, где такие аппараты, как мне Пантера говорила и сейчас от медяков работают.
– Это так и есть, – вместо Хейс отвечает Софи, – хорошо Эрида увлечена другим, а не то бы ещё и эти аппараты бесплатно работали.
– А сейчас какие так работают? – интерес Кэрдин несёт откровенный оттенок дурашливости.
– Кофейные. И те, что с шоколадками, – сообщает Софи.
– Не вовремя я школу окончила, – вздыхает Хейс, –кофе-то я не особенно любила... А вот шоколадки эти... – мечтательно прикрывает глаза, – М-м-м обожала! Даже сейчас вкус помню. В городе их почти не найти.
– Они вроде пайкового для закрытых школ, потому в свободной продаже их и нет.
– Будь так в моё время – полностью потрошила бы автоматы!
– Обожралась, растолстела бы и мне не понравилась, – ехидничает Софи.
– У меня лишних монеток почти никогда не было. Имеющиеся почти всегда на эти шоколадки тратила. В младших со мной за сделанные работы со мной ими расплачивались.
– А в старших?
– Я эту лавочку прикрыла!
Софи не очень-то верит, но не подаёт вида. Островная мораль она такая... Островная.
– Да и толстеют скорее с мучного, а не с качественного шоколада. Эрида ведь автоматами с колбасками в булочках не интересовалась?
– Нет, – хмыкает Софи, – при тех проблемах с чувством меры, что есть у неё с таким интересом она бы уже лопнула, как пережаренная сосиска.
  Хейс снова прикрывает глаза.
– А я бы ещё не отказалась от пары колбасок из прошлого!
– Так в чём дело! – Кэрдин торопливо листает меню. – Они тут есть, видать не только у тебя нежные воспоминания навивают. Вот они!
Хейс смотрит на ценник.
– За такие деньги я сама свина бы зарезала и тесто замесила бы! Хотя и ненавижу у плиты возится!
–  Волшебная фраза «для себя же» здорово активирует трудовую деятельность, – откровенно дразнится Кэрдин.
Софи отбирает меню. Слегка присвистывает, увидев искомый пункт.
  Философски заявив.
– К счастью, деньги изобрели давным-давно! – жмёт кнопку вызова персонала.
Одна из допустимых форм подачи – огромное блюдо. Оно и заказано. Все троим прекрасно известно, колбаски исчезают со сверхзвуковой скоростью, что вскоре и подтверждается. Только Ягр запивает водкой.  Видимо сказывается бурная молодость рядом с Императором. Впрочем, на способность соображать, выпитое пока не влияет.
Тем более, так же вкусно, как в школе. Хотя цена...
  Хейс, доедая очередную, склоняется к Софи.
– Миленькая, когда будешь ко мне ездить, можешь брать с собой несколько штук... Вторая моя любовь после тебя. А по времени так и первая!
Софи щёлкает её по носу.
– Лакомка ты моя любимая! Я всё запомнила. В следующий раз в школу привезут погрузчик. Я подниму аппарат. Вместе с ним к тебе и приеду будешь потрошить, пока монетки не кончатся. Ваш лифт рассчитан на подъём погрузчиков, розетки на напряжения автомата в твоём доме есть! Подозреваю, в момент стройки знали, что Сордар будет воровать пивные автоматы...
– Ему было бы проще купить оптовую партию баночного пива, – посмеивается Кэрдин, осведомляется кивнув Хейс. – ты помнишь, что где ты живёшь промышленные холодильники стоят, и сеть под них переделана. Когда их устанавливали, спросила Сордара. «Зачем тебе». Честно ответил «Для пива. А мне с такого этажа лень часто спускаться. Проще один раз подняться с полным грузом». Хотя по-моему, он ни одной банки туда не загрузил... Хотя и хвастался, что на спор вручную зарядил орудие главного калибра «Владыки».
– Вот тут вы ощибаетесь, – весело качает головой Хейс, – в первый год я обревизировала холодильники. Продуктов довольно много нашлось. Все с актуальным сроком годности. Разрешение «брать всё, что хочу» я восприняла буквально. И только к зиме вспомнила, что еда очень неохотно на деревьях растёт. Но главное, в тех холодильниках было до пяти сотен банок пива! Сами понимаете, девушка из местности с нашей славой поголовного, включая головы скота, пьянства, да столько литров светлого трёх лет общения не пережили!
– Ах ты пьянь! – Софи снова замахивается кулачком.
–  Не волнуйся, последние мы уже вместе допивали, да и мне первое время было не до светлого.
– Хватит врать! Легенды про пьянство в Столичном Университете чуть ли не древнее, чем про твою родную местность. Хотя эти земли мы взяли чуть ли не позднее.
– Ну что такого, – смеётся Хейс, – пару раз говорила, что пиво есть, только меня надо забрать... Один раз приехали за мной на такой машине... в жизни не поверю, что им было нужно бесплатное пиво. Но заметили, что у меня есть ещё бесплатный пистолет, и я умею им пользоваться.
– Я тебе тогда ещё говорила, «купи пистолет, Сордар не даёт глупых советов».
– Я послушалась но потом, тогда не купила, один из его взяла.
– Не привлекли потом,  – смеётся Софи, –  за пальбу по пустым головушкам?
– Ну раз я тут сижу, – смеётся Хейс, – то значит не привлекли. Мне и другие девчонки говорили – легальное оружие здорово снижает наглость с длиннорукостью. Не только я умею пользоваться оружием.
Кэрдин зевает.
– Мне кажется, столичные излишне активные молодые люди начинают тупеть. Забывать стали. Насколько умение обращаться с оружием распространено у провинциалок.
– Я даже боялась, что зажигалку, а не настоящий пистолет с собой взяла. Но за настоящим надо было далеко лезть, а у меня было мало времени.
– Да и тот прекрасно сработал. – Хейс усмехается не слишком весело.
– Нужны боевые модификации? Хоть ко мне мне, хоть к Кэр обращайся, обеспечим. Тем более Сордар уже дал тебе доступ!
– Он тебе дал право на оружие, – хмыкает Кэрдин, – не спорю имеет право. Но права убивать он тебе дать не  мог, ни он , ни кто-либо другой... Включая меня саму.
– Да жила я без это права, и дальше проживу. Всем всё вполне объяснила. Повторять не потребовалось. Видимо, поняли, – Хейс невесело усмехается, – какого уровня люди живут в этом доме. Хотя большинство просто владеет там собственностью.
– Ну ты же говорила, нашёлся же ценитель твоего телескопа...
– Это был скорее, ценитель моего зада, – резко бросает Хейс, – правда с зачатками мозга, понимающий, что приближённую Сордара лучше не злить. Вы на него дела не завели?
– Понимаю о ком ты говоришь, – хмыкает Кэрдин, – с обязанностями он справляется, тебя или ещё кого-то вроде не обижал. С формальной точки зрения – не за что. Конечно, если копнуть... Но статья при желании найдётся про любого.
– Как уже говорила, – посмеивается Софи, – добрая ты...
– Именно! Поэтому и живая. Мне такое состояние почему-то нравится больше любого другого. Я так понимаю, прямо сейчас никаких претензий у вас обеих ни к кому нет. Если есть – озвучивайте, я всё таки не умею читать мысли.
– А говорят – можешь, – вздыхает Софи.
– У меня конечно, есть некоторые способности, отсутствующие у большинства людей... На таковой среди них не имеется.
Софи хмыкает, кое-что нечеловеческое имеется и у неё, та же ускоренная регенерация, и странный состав крови... Жить не мешает, скорее наоборот. Объяснимых причин нет. Межмировое происхождение на таковую не подходит. Тем более Кэрдин чистокровная Ягр до мозга костей. Иногда говорят, чистокровная даже излишне. Хотя так делают обычно там, где Кэрдин не услышит. Софи в таких местах бывает частенько... И ещё неплохо знает, что там не бывает людей Кэрдин. Хотя в этом она теперь не уверена. Слишком уж частые ячейки у раскинутой Ягр сети. Но сама Кэрдин в первую очередь почти родственница, всё остальное уже потом... Притом, по крайней мере к Марине искренне привязавшаяся. Да и к Софи определённые чувства имеются. Причём взаимные. Софи на Кэрдин смотрит своими глазами, а не теми, что у Кэретты.
Императрица не смогла настроить Принцессу Империи против министра. Себялюбием и самолюбованием надо было меньше заниматься, хотя эти недостатки простительные. Пусть как-то раз чуть не стоили Марины жизни. Но раз все дела закрыты, значит человек чист. Софи доверяет официальной юридической системе.  Маришка ведь больше не Глава. Но с принятыми решениями согласна и сама Софи, да и сама Кэретта не стала их отменять. Хотя в теории могла. Но решила на пустом месте не злить Младшую? Скорее всего. Про малочисленность Чёрных Еггтов – это не пустой звук. Хорошо, что они не Южане и наследует материнская линия. Тут скорее положительная сторона, что все Еггты – женщины условно репродуктивного возраста. Ещё и с прицелом Ягр на следующее поколение. Против чего Софи принципиально не возражает. Но и участвовать не горит желанием. Против иных видов отношений она не возражает, вот только с кандидатами не очень. Как Софи кажется Дина и Эорен не зря брата недолюбливают. Хотя, как к человеку, к Яроорту у принцессы нет претензий. Хотя это можно списать и на нехватку опыта. Эорен и Дина в жизни не сказали плохого, но чувствовалось определённое предубеждение. Особенно, от более взрослой Эорен. Хотя она и великая умелица по придумыванию себе обид. Хотя, те из них, с какими Софи пыталась разобраться были на все сто обоснованными. У Кошмара есть персональная Марина, так что Софи не вмешивалась. Только признавала факт, что у Дины фантазия куда богаче, нежели у сестры. Хотя сейчас ситуации вокруг обеих следует признать здоровыми, во всяком случае с точки зрения Софи. Родители Кошмара вполне восприняли Змеедевочку. Возможно смирятся и с выбором Эорен... Хотя после того, как выяснилось, что у неё не нарушены репродуктивные способности, всякое может быть... Другое дело, что из Резиденции, то есть фактически из Ставки, удалить Утреннюю Звезду может только Император, а у него вряд ли появится желание в адрес человека такого уровня. Тем более неплохо справляющуюся со своими обязанностями. Мирренка тут не мешает нисколько. Хотя ещё вопрос, кто для Императора ценнее – Южанка или Утренняя Звезда. Как-то не очень задавать подобные вопросы, помня про сложноватые отношения в доме Эорен. С Другой стороны, есть сама Софи плюс Марина с их взглядами на допустимое, особенно в определённой среде. Это пока Император над отношениями дочерей больше посмеивается. Что там дальше может быть, Софи думать не хочется. Для Кэретты подобное вполне допустимо. Придраться может по своему обыкновению, к статусу. Хотя, если он будет поднят любые претензии исчезнут. Маришке в этом смысле хорошо, что у Эр, что у Кошмара подходящие  статусы. Главная сложность – недостаточно серьёзный настрой самой Маришки. Во всяком случае гораздо меньший, чем у самой Софи. Или той же Эорен. Или даже Кошмара. Но с ней Младшая пусть сама разбирается... Во всяком случае переупрямить Марину у Императора точно не получится. В этом Софи уверена.

Отредактировано Чистяков (27-03-2022 04:55:20)

+2

10

Глава 3

Уйдя от Разноглазой, решает с кем бы ещё пересечься. С выбором некоторые сложности. Новеньких видеть не особенно хочется. Уроженцев Архипелага едва знает по именам, хотя и произвела впечатление тем, что Принцесса Империи. Пусть с ними Осень общается, она гораздо большее впечатление производит. Но саму Маленькую Принцессу видеть хочется ещё меньше. Слишком она раздражает своей идеальностью. И редчайший случай, Сонька придерживается аналогичного мнения. Рэду можно было бы поискать, но она наверняка где-то поблизости от Осени. Полностью находится под её обаянием. А самой Марине не очень-то хочется находится поблизости от неприятного ей человека. Тем  более, там наверняка ещё и сестрица Осени будет, к самой-то ней у Марины отношение нейтральное, хотя смущает, как она свою младшую захваливала. Причём в общем-то, все похвальбы подтвердились.
Нет, Рэду искать Марина не пойдёт.
Далее – островитянки. Тоже нет. Не из-за каких-то недостатков. Марина ещё во всех смыслах не совсем отошла от общения с островными островитянками, и опасается, что может назвать Оэлен – Звездой, Медузу – Дюгонем, а Инри – Вьюнком. Да и повести себя так, как по отношению к этим островитянкам никогда не вела. Кстати, не уверена, что кто-то стала бы возражать, Оэлен и сама инициативу проявляла. Но это было тогда, а не сейчас.
Остаётся Кошмар и Змеедевочка. Поиски следует начинать с их комнат. У Динки недалеко. Как обычно, не просто приоткрыто, а сломан замок. Это не с весны осталось, то починили, это Кошмар за несколько часов пребывания в школе ухитрилась снова сломать. Причём она не запиралась, даже когда устройство было рабочим. Сейчас особо не увлекалась, сломав ключ в замке снаружи, видимо когда дверь открывала. Хорошо хоть успела открыть. Впрочем Дину запертая дверь к самой себе не остановила бы. Выбьет ногой. Ну или сломает упомянутую часть тела, двери-то сами по себе достаточно крепкие и замки неплохие. Динка отсутствует. Внутри может показаться, что Кошмар обворовать пытались. Такой в комнате беспорядок. Сумки распахнуты, значительная часть их содержимого и содержимого шкафов на полу. Марина не беспокоится. Прекрасно знает Кошмар так зовут ещё и потому, что ей требуется буквально пара минут, чтобы любое помещение довести до такого состояния. Причём это она успела сотворить едва в комнату войдя. Опять же не с весны всё это осталось. Если бы прошло хоть сколько-нибудь значительное время с последнего визита Кошмара в своё логово, как-то иначе назвать это помещение не повернётся язык, то тут и там обязательно валялись бы крошки и засохшие недоеденные пирожные. Они и сейчас есть, целая коробка, только относительно свежие, выпеченные в день вылета. Кажется Динка хотела увезти с собой часть ароматов Архипелага в виде этих пирожных. Буквально зрительно чувствуется влияние разноглазой. Разумеется, нормально открывать Кошмару было лень. Порвала крышку да слопала несколько штук. Даже след от перемазанной в сахарной пудре ладони остался. Судя по размеру – точно Дина.
В общем, можно к Змеедевочке идти, они обе наверняка там. Тем более, Коатликуэ тоже та ещё сластёна. В дверь Марина даже постучала, чтобы неожиданно не застукать этих двоих безо всего вдвоём на одном одеяле или вовсе под струями душа. Хотя Марина давно уже поняла, эти двое куда больше болтают, чем на самом деле что-то друг с другом делают. Хотя с другой стороны, природа решила вспомнить о Змеедевочке, и фигурой она больше не напоминает струганную доску, хотя для её возраста пока несколько маловато. Но сейчас такое, так сказать, пользуется популярностью.
– Заходите, – Коатликуэ и отвечает.
Марина бесцеремонно вваливается, стремясь побольше шума произвести побольше шума. Но это не комната Кошмара, чтобы что-то уронить, надо изрядно постараться. Чистота близка к стерильной. Менее жилой жилая комната выглядела только когда в школе была Утренняя Звезда. От Змеедевочки есть хотя бы картинки на стенах, притом одна авторства Марины.
Пироженки они тут трескают. Кошмар не мелочилась, вторую коробку притащила целиком. Это точно Кошмар принесла, Коаэ сумки только начала разбирать. Как раз достали множество таких же маленьких бутылочек, что были у разноглазой. Их все накупили, включая тех, кто знают, где такое в Столице продаётся. Несколько уже опустошили. Хотя какие-то взрослые развлечения оценили. Марина сцапала бутылочку. Открутив пробку, опустошает залпом. Сощурившись, осведомляется.
– Хорошо сидите?
– Отлично! – довольно скалиться Кошмар, очевидно пытаясь выглядеть старше чем есть берёт вторую бутылочку, но сил хватает только на микроскопический глоток.
Марина вертит в руках новую, не спеша открывать. Коаэ, похоже, с самого начала сидела с одной-единственной. Остальные пустые появились исключительно благодаря Кошмару. Дополнительным подтверждение является проступающий через загар румянец и блестящие глазки. Несмотря на минимальную примесь крови Еггтов, с устойчивостью к спиртному у Кошмара так же, как и у большинства людей. У Коаэ из-за расовых особенностей может быть гораздо хуже. Эта раса хуже всех прочих усваивает спиртное. Правда Коаэ полукровка, метис по терминологии другого мира, где таких относительно много. Тоже хочет выглядеть старше, но видимо проводила уже с выпивкой  и её усвоением эксперименты, результаты которых ей не понравились. Хотя с самоконтролем у неё, как и всех остальных, куда лучше, нежели у Кошмара, кому вовсе неизвестно подобное понятие. Хотя с другой стороны, как возможная приближённая Динки Коаэ весьма понравилась её родителям. Наверняка, дело в спокойствии и невозмутимости Змеедевочки. Хотя безуминок у неё тоже хватает, она определённо считает, что Та Что В Платье Из Змей со своим сыном, равно как и Дева Мария со своим – существующие в реальности личности, играющие в свои играми и этими играми зачастую сильно меняющие жизни и судьбы людей. Так изменилась жизнь мамы Коаэ из-за игр этих жестоких сущностей. Причём с её точки зрения изменилась к лучшему. И судя по имени дочери, понятно какой именно сущности или существу женщина была благодарна. Но в остальном Змеедевочка в разы спокойнее Кошмара. Та гораздо больше похожа на Оэлен с изрядно уменьшенным желанием пробовать всё, что надо и не надо. Но вполне сопоставимым бесстрашием, тем более никакого Великого Страха, имеющегося у островитянки у принцесски не имеется. Да и у Оэлен старое постепенно затухает. Но из Резиденции выбиралась считанные разы. Да и то можно сказать, под прикрытием Марины.
– Вижу, что всё хорошо, – Марина тыкает пальцем в Динку, – учти, ты довольно маленькая, да лёгкая, голова завтра будет сильно болеть.
– Зато сегодня мне хорошо! – беззаботно ухмыляется Кошмар. – У меня такие тоже есть. – показывает на бутылочки, зажмурившись опустошает залпом ту, что в руке, сразу же хватает пирожное, что лежит поближе, изрядно откусив, и толком не прожевав, заканчивает, – и я знаю, где завтра пива достать.
Познания Кошмара и в этих взрослых развлечениях носят в основном теоретический характер. По-настоящему страданий «после вчерашнего» ей похоже не приходилось испытывать. Ну вот, пусть расширяет кругозор! Любительница приключений! Эорен, если Соньки верить, сразу во многих смыслах может быть куда как смелой.
Что каналы поставки спиртного на территорию школы давно налажены, Марина прекрасно знает. Причём, вещевой обмен вполне соседствует с денежным. Впрочем, имея дело с Кошмаром вполне можно предположить отсутствие у неё любого вида наличности. Впрочем «Это же Кошмар!» имеет и положительный смысл – всё желаемое Динка сможет получить в долг. А как отдавать – вполне вероятно придётся думать Коаэ. Или Марине, впрочем у Херктерент наличность водится всегда. И она старается не давать Кошмару делать слишком масштабных глупостей. Чаще всего даже получается. Для страховки от более мелких глупостей Змеедевочка есть.
– Ну, успехов тогда! Что хоть отмечаете? Успешное приземление – так вроде поздновато... Начало года учебного, – так принято не сегодня, а первого. Или сами что-то надумали, на разноглазую глядя.
Кошмар почему-то хихикает, Змеедевочка делает микроскопический глоток.
– Наверное, да. Она без конца что-то придумывает. Временами даже слишком весёленькое.
– Дальше можно не продолжать, – хмыкает Марина, совсем фильм для взрослых начинается?
– Ну да! – в ответ хихикают уже обе. Что при невозмутимости Коаэ – определённый показатель чего-то излишне весёленького происходившего в недавнем прошлом.
– Пошли бы к Эр, они сейчас с тем же самым окопались, – кивает Марина в сторону бутылочек.
Динка корчит гримаску.
– Да ну их! Не люблю я этих прилипалок. Как на Архипелаге говорят, душные они какие-то. Половина мыслей – как бы Эр чем-нибудь не обидеть, другая – как бы чего-нибудь вкусненького сожрать вкусненького. Даже странно, что ни сама Эр не растолстела, ни среди этих ни одной жирной не появилось.
– Тут очень опытные диетологи составляют рационы. – хмыкает Марина, чем кормят в Сордаровке сам ЕИВ иногда интересовался, – Прилипалки эти тебе только обжорством не нравятся?
– Не только, – Кошмар щёлкает пальцами, – сказала же, душные они какие-то.
Очередное словечко, вроде бы объясняющее всё, хотя после него не ясно ничего.
– Слишком над Эр трясутся. Трусихи!
– Я бы на их месте тоже тряслась. Любое происшествие с разноглазой с минимальной виной кого-то из них поломает жизни всем им.
– Она же не злопамятная!
– Она – нет. А её отец очень даже да. И он вполне ходил в штыки и проводил артподготовки газовыми снарядами.
– Судя по тому, как Эр может грузить мозги, что к концу застрелиться охота, досталось ей отца куда больше, чем кажется. Не знаю, показывала она тебе... Есть у неё рисунок капитана штурмовых подразделений. Рисунок цветной. В пехотном панцире, противогаз сдвинут на грудь. Фигурой и чертами лица похож на молодого соправителя. Вот только глаза – её. На мужском лице – совершенно жуткое зрелище. Думаю, те кто видели, как кто-то такой на них бежит, даже без штурмового пистолета и гранат потом до конца жизни под себя делали. На рисунке-то страшно, а если живого увидеть.
– По-настоящему страшная вещь, – подаёт голос Коатликуэ, – и название соответствующее, у неё целая серия есть «Ужасы войны», эта – заглавная. Видела?
– Именно эту – нет. На другие насмотрелась предостаточно. Она меня буквально допрашивала, как штурмовики носят оружие и снаряжение. Даже пыталась мерить пехотный панцирь и окопный шлем. Ну знаешь, такой с забралом, считалось, что можно выглянуть при обстреле выглянуть из траншеи... Оказалось что нельзя. Сталь держит винтовочную пулю, это рассчитали правильно. Но сила удара ломает шейные позвонки. Я поражалась потом, как она хорошо всё запомнила совсем-совсем не ошибившись в деталях. Но этого офицера я не видела. Хотя соправитель, насколько я знаю, не ходил в противогазе в атаку. Вот бунты окопников подавлял. Это да! Имея пулемёты за спиной и разъярённую толпу штурмовиков впереди. Но справился без стрельбы. До сих пор пользуется огромным уважением участников тех событий.
– А вот такой бы как на рисунке не справился бы, – неожиданно серьёзна Кошмар, такой бы стал стрелять. Ещё и потому, что разноглазый такой. Словно насквозь людей видит... Знает, насколько твари они, и их надо безжалостно уничтожать.
Теперь Марина пальцами щёлк!
– Знаете я что-то такое вспомнила. С год назад в Исторической музее была ежегодная выставка, посвящённая годовщине начала Великой войны. Её уровень достойный, работы взял. Но соправитель отверг одну. Сказал «Её ещё много лет ни на одну выставку не пропустят. Слишком жутко. И правдиво. Я не хочу, чтобы твои глаза когда-либо посмотрели ТАК! Она мне не показала, бывает иногда с ней считает что-то неудачным или как это Соправителю не понравилось. Я могу видеть только лучшее из созданного ей, вам не боится показывать плохое. Теперь я поняла о чём именно шла речь. Она мне эту работу описала. Но не показала, не думала, что она может быть более жуткой чем ты, Коаэ.
– Может, – совершенно неживым голосом говорит Змеедевочка, – меня интересует явление как таковое, она показывает весь ужас его через изображения живых людей. И от этого ужасно вдвойне, ибо в следующий миг любой из этих людей может погибнуть. И этот офицер-штурмовик с разноцветными глазами, и тот моряк с распоротой щекой почему-то похожий именно на тебя. Они все могут умереть в следующий миг. Но страшно уже сейчас. Страшно за них. Но и они страшны. Что-то похожее на твою «Гибель Кэрдин». Знаешь, что она скоро умрёт. Но одновременно знаешь между изображённым моментом и Смертью ещё очень и очень многие умрут от её руки.
– Сами вызвали Смерть на бой, – невесело усмехается Марина, – ну так жрите плоды. Действительно, думала, когда её создавала, скольких он успеет покрошить прежде чем доберутся до неё. И она знает, что многих сможет сразить. Потому что такой бой может быть в жизни только один раз – последний! Сейчас она отдышится и снова пойдёт в атаку. По сегодняшний день помнят, как она тогда шла. Так и говорили потом ещё долго «Шла, как сама Смерть» Многие до смерти были уверены, что именно так Смерть и выглядит.
– У вас теперь Новая Смерть есть, – беззаботно зевает Кошмар, – как та, Древняя она очень легко представляется.
Марина щёлкает Кошмар по носу.
– Хочешь верь, хочешь нет, но сейчас она только жизнь хочет нести.
– Хм! – Динка закатывает глаза, – А как звучит несущая жизнь Чёрная Смерть...
Едва увернувшись от подзатыльника Марины продолжает из другого угла.
– Представляю, как её дочка будет представлять свою маму знакомым. «Мою маму зовут Чёрная Смерть!» Некоторые точно под себя делать будут.
  Марина показывает кулак. Сложновато бороться с желанием поймать и как следует поколотить этот Кошмар. Останавливает в основном желание, что она намного меньше и слабее.
– Уж ты-то должна помнить, у Великих при знакомстве говорят сначала титул. Так что эта девочка сначала должна будет сказать. «Я Урождённая Принцесса Империи такая-то, дочь Титулярной Принцессы Империи Чёрной Смерти.
– Зануда ты страшная Принцесса Империи Марина, – ухмыляется Кошмар, показывая язык, – Я помню «Придворный Церемониал» сама знаешь какого года издания. Так вот по нему я по титулу выше вашей Смерти, ибо я пусть принцесса I ранга, но урождённая, а она пусть Принцесса Империи, но титулярная. Так что я старше по титулу!
Марина ухмыляется. Кажется начинается неизбежный вблизи Кошмара дом умалишённых.
– Зато её дочка, даже если она на тот момент будет агукать в пелёнках всяко будет старше и тебя, и Эорен, прямо как я сейчас.
– Агу! – корчит рожу Кошмар.
– Кстати, это церемониал тебе не мешает повторить, а тебе – заново выучить. Вроде говорила, Императрица ближе к Новому Году планирует Великий бал от своего имени.
– От ультразвукового визга, причём в два голоса, чуть было стёкла не вылетели.
Марина и не знала, что Коаэ может быть настолько эмоциональной. Аж за щёки схватилась. Кошмару Марина вроде бы говорила, но та либо пропустила мимо ушей, либо скорее всего забыла. Ничего, скоро придёт отпечатанное по всем правилам «Приглашение» с золотым тиснением и Печатью Императрицы от Кэретты. Обязательных гостей она никого не забудет, Марина с застарелой обидой думает, вспомнят ли про неё. Но сейчас как-то интереснее, что «Приглашение» положено и Коатликуэ. Она ведь старшая школьница, а «сордаровки» и «кошечки» включены в число Обязательных гостей. Как раз из упомянутого Кошмаром церемониала это и следует.

+2


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -5