Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Наталии Курсаниной » Слепой снайпер


Слепой снайпер

Сообщений 401 страница 407 из 407

401

Глава 3. Поговори со мною, дядя, о чем-нибудь поговори…

После посещения усадьбы заказной характер суда над Рисмандом для Лэрса стал более чем очевиден. Хотелось прямо сегодня уехать, чтобы лично доложить брату. Но эмоции и желания настоящий контрразведчик всегда умеет держать в узде. Поэтому написав доклад и выложив в нем свои подозрения, Лэрс не стал торопиться. Если на один вопрос ответ был понятен, то вот остальные: «кто и зачем?» еще требовали ответов. А ответы дают люди. Значит нужно знакомиться, спрашивать, намекать, выслушивать, анализировать, в общем – все то, что Лэрс не любил делать, предпочитая лихую кавалерийскую кавалерийскую атаку, но, к сожалению, умел и делал на протяжении всей войны и даже после.
Канс приехал к вечеру, загадочно улыбаясь и щурясь, будто обожравшийся сметаны котяра. Впрочем, возможно так и было, шустрый адъютант привык заботиться о командире, но и о себе не забывал, а уж если можно было, как говориться «воспользоваться случаем», то и немного похаметь. В данном случае некоторое завуалированное хамство было даже на руку Лэрсу и Канс позволил себе стребовать с господ помещиков даже несколько больше, чем нужно, надеясь, что подполковник оценит.
Услышав, что бал будет завтра и давать его будет Эвенмар, Лэрс злорадно усмехнулся, представив какая восхитительная бессонная ночь ждет устроителей и всех приглашенных, за исключением его, разумеется. Лэрса мучила другая проблема – ему было скучно. Храстив заперся в своей кухне, майор тоже предпочел общество цаплеобразного доктора, доклад был написан, а играть в карты с Кансом было настолько привычно, что даже тоскливо. Будь Лэрс в таком настроении где-то в городе или на фронте, то обязательно пошел в загул или по бабам. Но тут во-первых – в этой Хознани нет нормального кабака, где пьяные подполковники и даже генералы никого не удивляют, а во-вторых – слово «бордель» тут даже не знали. Действительно Хреньзнань, как обозвал ее братец.
Как известно, если на фронте долгое затишье, то жди неприятностей. Или от врага, или от собственного командования. Канс прекрасно знал эту расслабленную позу с картой в руке, правда раньше в другой руке был бокал, но хорошего вина в этой Хреньзнани не нашлось, а посредственным, если не сказать, отвратительным, Лэрс пренебрег. В такие моменты у начальства всегда появлялись нестандартные идеи. И стоит этим идеям оформиться в план, как они становились головной болью подчиненных или противников – смотря что приходило в светлую голову молодого герцога. Канс очень надеялся, что в планировании Лэрса он сам играл минимальную роль.
С утра начальство порадовало подчиненного долгим сном и отсутствием приказов.
Лэрс нежился в мягкой постели и не собирался подниматься даже тогда, когда солнце прямо засветило ему в лицо.

Но вставать пришлось.
Шум приезжие устроили не слабый, и мертвого поднимет, а уж любопытного Лэрса тем более.
Адъютанта в номере не было, но Лэрс не считал себя маленьким мальчиком, которому надо подштанники держать и китель подавать. Он еще в пятилетнем возрасте выгнал служанку, которая его одевала и заявил, что будет теперь все делать сам. В это «сам» входило купание, одевание, чистка и седловка своего коня и такие мелочи, как решать куда ходить и куда не ходить. Только вот в учебе коса нашла на камень – отец потребовал, чтобы он изучал все предметы, положенные дворянину, а не по желанию. После долгих споров и даже порки пришлось сдаться, хотя Лэрс считал тогда это временным отступлением для перегруппировки. Единственное, что у него вызывало стойкое неприятие – это политика. Все эти подковерные игры, в которые с удовольствием играли его брат, отец и дед, ему претили до глубины души. А душа у него была свободолюбивая и независимая. В двадцать два лет, наплевав на запреты отца, он пошел добровольцем в армию, променяв дворцовый этикет на грубую военную муштру. Ему дали три года вволю поиграться в кавалериста, а потом приехал брат, и в дипломатичных, но не допускающих превратного толкования выражениях сообщил, что ждет от солдата Родина и король. Удалось только добиться от брата и отца, который видел для сына совсем другое поприще, что ему разрешат, параллельно с основной деятельностью, быть офицером кавалерии, хотя и как прикрытие. Но даже такое минимальное прикрытие Лэрс использовал на полную – сражался, командовал и получал от лихой скачки под пулями куда больше удовольствия, чем от танцев на дворцовом паркете.
В небольшом зале таверны, она же мэрия, пахло выпечкой и казармой. Лэрс не стал задумываться, как совмещались эти два запаха в одном помещении, но казарменную вонь он распознал бы везде. А тем более, если принять во внимание, что за столами сидели человек пять недовольных полицейских, явно не местной управы, в грязных сапогах с промокшими плащами, сброшенными прямо на столы. От них и тянуло мужским потом, затхлостью и вонью давно нестиранной формы. Возглавлял служилых невысокий, крепко сбитый полицейский капитан. Его худощавое лицо с недоверчивым взглядом серых глаз как было обращено к сидевшему напротив Санаду, который возвышался над капитаном как глыба над маленьким камушком. Но маленький камушек не собирался смущаться разницей в габаритах и званиях – он настойчиво, и видно, уже давно, расспрашивал майора.
Появление нового лица вызвало в глазах Санада проблеск облегчения, а у полицейского капитана азарт, который появляется у охотничьей собаки при виде новой добычи. Лэрс усмехнулся про себя, но в слух сказал:
- Доброе утро! Вы заканчивайте, а я пока попью кофе.
Несмотря на лёгкую улыбку, это прозвучало как приказ и капитан не решился его проигнорировать, повернувшись к погрустневшему майору.
Лэрс сел за столик. Из дверей кухни опасливо выглянул Храстив, не зная, можно ли ему выходить в зал или лучше уж посидеть на кухне, пока ведется следствие. Подполковник махнул рукой подзывая того.
- Храстив, кофе и, я чувствую у тебя там булочки?
- Ага, господин подполковник. Сейчас принесу.
Он дернулся обратно, но Лэрс удержал его за полотенце, которое висело у мэра на локте.
- Ребята ели? – Он махнул головой в сторону новоприбывших.
Храстив замялся, наклонился и тихонько произнес, боясь, что услышат:
- Так они ничего не заказывали… Я даже не знаю, как предложить. Как бы еще за взятку не приняли… Вы понимаете о чем я?
Лэрс честно хотел обматерить Храстива и дурных полицейских со следователем, которые скорее всего ехали верхом всю ночь, а потом сразу взялись за допросы свидетелей, даже не поев. Наверное, тоже опасались выглядеть вымогателями в глазах местных.
- Храстив, давай накрывай на всех! – Громко, чтобы все слышали, приказал он. – Кофе всем!
В глазах полицейский появилась благодарность, но вслух они ничего не сказали. Что еще больше напомнило Лэрсу казарму.
Кофе и еда подбодрила даже следователя, не отказавшегося от своей порции. Поэтому к допросу Лэрса он подошел вполне сытый и оттого, как показалось Лэрсу, немного расслабленный.
- Господин подполковник, разрешите представиться – старший следователь Масдарского полицейского управления капитан Бадран.
- Подполковник кавалерии Лэрс. – Кратко представился Лэрс, упустив титулы и должность. Всё это было в протоколах, которые капитан уже прочел.
- Господин подполковник, разрешите задать вам несколько вопросов? – Начал следователь и Лэрс согласно кивнул, понимая, что слово «несколько» в данном случае можно трактовать как «несколько десятков» если не «несколько сотен» вопросов.
По крайней мере теперь не нужно было думать, чем занять себя до вечернего бала. Уж чего-чего, а двум операм всегда есть о чем поговорить, даже если один из них не подозревает, кем является его собеседник.

Отредактировано Ника (14-05-2019 22:46:21)

+7

402

Рад видеть проду. Но - сегодня была магнитная буря и потому я особенно дотошен.

Ника написал(а):

После посещения усадьбы заказной характер подставы Рисманда для Лэрса стал более чем очевиден.


Смысловой повтор. Подставы ведь сами собой не делаются. Логичней было бы сказать что-то вроде "Посещение усадьбы более чем очевидно показало Лэнсу, что Рисманда подставили"

Ника написал(а):

все то, что Лэрс не любил делать, предпочитая прямую в лоб кавалерийскую атаку, но, к сожалению, умел и делал на протяжении всей войны и даже после.


Сиысловой повтор. Осмелюсь предложить вариант "предпочитая лихую кавалерийскую атаку".

Ника написал(а):

Но тут во-первых – в этой Хознани нет нормального кабака, где пьяные подполковники и даже генералы никого не удивляют, а во-вторых – слово «бордель» тут даже не знали. Действительно Хреньзнань, как обозвал его братец.


Неправильный род. Если Хознань "эта", то "её".

Ника написал(а):

В это «сам» входило купание, одевание, чистка и запрягание своего коня и такие мелочи, как определять куда он хочет и не хочет ходит.


Если конь верховой, то седловка. Про упряжного так уверенно не скажу, но у будущего кавалериста конь скорее верховой. И окончание фразы тяжеловесно. Может, "и такие мелочи, как решать куда ходить и куда не ходить" ?

Ника написал(а):

А душа у не была свободолюбивая и независимая.


Явно буква пропущена.

Ника написал(а):

а потом приехал брат изпт кратко обрисовав ситуацию, недвусмысленно намекнул, что ждет от солдата Родина и король.


Странно это. В описываемой ситуации логичней явный приказ. Ну или "... в дипломатичных, но не допускающих превратного толкования выражениях сообщил, что ждёт от солдата...."

Ника написал(а):

Но даже такое минимальное прикрытие Лэрс использовал на полную – сражался, командовал и получал искренне удовольствие будучи под пулями картечи, а не на лакированном паркете дворца.


Нутром чую, что можно сказать лучше. Может, переформулировать в духе "и получал от лихой скачки под пулями куда большее удовольствие, чем от танцев на дворцовом паркете" ?

Ника написал(а):

В небольшом зале таверны, она же мэриязпт пахло выпечкой и казармой.


Ника написал(а):

Лэрс честно хотел обматерить Храстива и дурных полицейских со следователем, которые скорее всего ехали на лошадях всю ночь, а потом сразу взялись за допросы свидетелейзпт даже не поев.


Обычно говорят "ехали верхом".

+1

403

Именно про причине магнитных бурь у меня сегодня все получается коряво - слова просто не хотят из меня идти (хотела сказать "выползать", но уж больно двусмысленно получилось бы).
Спасибо за вычитку.

+1

404

Ника написал(а):

Именно про причине магнитных бурь у меня сегодня все получается коряво - слова просто не хотят из меня идти (хотела сказать "выползать", но уж больно двусмысленно получилось бы).


Ничего, есть ведь ещё и редактирование. Даже в живой природе паук, выдавив из себя паутину, правит её задними лапками.

0

405

Ника написал(а):

- Ивер не любит лишнего внимания, если вы понимаете, о чем я говорю. - Ответил Санад с намеком. Лэрс подумал и кивнул: «Понимаю». Майор продолжил: - Он остался в номере, чтобы отдохнуть. Вы же не имеете ничего против.

Выглядит вопросом, а вопросительного знака нету... :(

+1

406

Канс в это время тоже разговаривал. Кляня себя за самодеятельность и за самоуверенность. Начальство ничего не знало о том, к кому решился пойти старший лейтенант и если с ним что-то случиться, то вряд ли узнает.
Было у Канса подозрения, на которые он хотел пролить свет, поэтому с утра, увидев на базаре высокого чернобородого мужика, он сдуру устремился за ним. Вчера ему болтливые торговки рассказали, кем является чернобородый и у Канса мелькнула мысль, что может быть удастся узнать у палача в неофициальном разговоре больше, чем если к тому придет с официальным визитом подполковник. Кто ж захочет говорить с тем, чьего друга он пытал?
С такими мыслями Канс дошел за палачом практически до конца города, где одноэтажные домики сменялись огородами и деревьями. Повернув за очередную хату Кансу пришлось резко остановиться, почти уперевшись носом в широкую грудь преследуемого.
- Ну? – Донеслось сверху.
Канс отошел на шаг и быстро выдохнул подготовленную заранее фразу:
- Простите пожалуйста, мне очень нужно с вами поговорить. Это личное. Я бы не хотел, чтобы мой начальник узнал. Поэтому я шел за вами…
Палач помолчал, глядя на немного растерянного, но решительного паренька и пробасил опять:
- Ну?
Канс понял, что разрешение на разговор получено.
- Меня зовут Канс. – Представился он уже более спокойно. – Я адъютант подполковника, который приехал позавчера…
- Ну.
- Мой командир является другом помещика, которого недавно судили здесь… и я… я бы хотел поговорить с вами о нем.
- О чем?
Канс был не уверен, правильно ли он начал разговор, всё-таки быть помощником контрразведчика, это не тоже самое, что быть самим оперативным сотрудником. А с другой стороны здесь было не только официальное дело, но и личное.
- Мне бы не хотелось это обсуждать посреди улицы…
Палач посмотрел вдоль улицы, обернулся и пробасил:
- Тут никого нет. Говори тут.
Канс прокашлялся, будто запершило в горле, он не ожидал, что разговаривать они будут на улице, для приватной беседы он уже подготовил вопросы, но вот так на улице… весь план шел к собакам.
- Я хотел спросить: Вы работали с Рисмандом?
- Ну.
Опять это «Ну». Как бы его переступить?
- Скажите, кто вам отдал приказ на работу с ним?
- Приказ? – В спокойном басе палача прорезались задумчивые нотки. – Приказ – никто.
- Тогда как? – Растерялся Канс.
- Заплатили. Я не работаю в управе. Меня можно только привлечь. Если заплатят.
- И кто платил?
- Пражес.
Канс радостно вздохнул, но тут же выдохнул, испугавшись, что слишком ярко показал
эмоции.
- Много?
- Слышь, парень, что ты конкретно хочешь услышать?
После односложных ответов и нуканья столь длинное предложение ошарашило Канса. Был бы тут Лэрс он бы знал, как добиться своего, но Канс был всего-навсего адъютантом, то есть – принеси-подай, ну иногда еще и узнай-сообщи. В этот раз Канс действовал по собственной инициативе, о чем уже сто раз пожалел. Но отвечать надо было и Канс постарался взять себя в руки:
- Пожалуйста, расскажите, что вы делали с Рисмандом и кто это заказал?
- Вот так прямо и рассказать?
В этот раз в голосе было явная издёвка, не понравившаяся Кансу, но он упорно повторил:
- Пожалуйста… что возможно.
Палач помолчал, насмешливо рассматривая стушевавшегося молоденького лейтенанта. А ведь как преследовал! Как гончая! А оказался просто беспородным щенком при породистом псе. Но было в мальчишечьей прямолинейности некая подкупающая доверчивость, которая отличала его от других. Ведь пошел за ним не подумав, что его могут завести и просто прикончить? Или это наплевательское отношение к смерти, присуще тем, кто прошел горнило войны. У его последнего «клиента» было такое же…
- Хорошо. Пойдем что ли, ко мне…
Обратно Канс шел пребывая в пришибленном состоянии. Палач ничего не скрывал, спокойно и подробно рассказав и о споре, и о том, что из этого получилось. Пожалел, что не смог заполучить винтовку, и о том, что потерял целых пять золотых монет. В общем был достаточно красноречив, чтобы Канс не только представил, но и прочувствовал через что пришлось пройти отставному капитану. И сейчас, идя обратно в таверню, он думал, как рассказать подполковнику о винтовке, умолчав о других деталях. И с досадой понимал, что не получиться. А значит, настроение у подполковника перед балом будет однозначно испорчено.
Ну и хрен с ним, с балом!

+7

407

Ура! Снова прода! К сожалению, глаз у меня уже замылился по позднему времени, но кое-что я всё же заметил:

Ника написал(а):

Канс был не уверен, правильно ли он начал разговор, всё-таки быть помощником контрразведчика, это не тоже самое, что быть самим оперативным сотрудником.


Фразу можно улучшить, особенно конец. Может, как-нибудь иначе сказать, в духе "конечно, он многому научился у своего патрона, но до настоящего контрразведчика ему было далеко" ?

Ника написал(а):

Канс прокашлялся, будто запершило в горле, он не ожидал, что разговаривать они будут на улице, для приватной беседы он уже подготовил вопросы, но вот так на улице… весь план шел к собакам.


Смысловой повтор. Осмелюсь предложить вариант "... прокашлялся, будто запершило в горле. Он не ожидал подобного, вопросы для приватной беседы были подготовлены, но вот так, на улице...."

И - странно звучит "шел к собакам". План мог рушиться, накрыться медным тазом, лететь к чертям, накрыться шайтаньим хвостом (привет от Л. Соловьёва и лично Ходжи Насреддина), пойти наперекосяк...

Ника написал(а):

А оказался просто беспородным щенком при породистом псе.


Близко повторяются однокоренные слова. Может, как переформулировать? "А оказался простым кутёнком вместо породистого выжлеца" (кутёнок - щенок, выжлец - гончий пёс) Ну или дворовым.

Ника написал(а):

Но было в мальчишечьей прямолинейности некая подкупающая доверчивость, которая отличала его от других.


По-моему хвост предложения лучше отрезать - трюизм.

Ника написал(а):

И сейчас, идя обратно в таверню


В таверну

Ника написал(а):

И с досадой понимал, что не получиться.

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Наталии Курсаниной » Слепой снайпер