Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Влад Воронов. "Господин плотник"


Влад Воронов. "Господин плотник"

Сообщений 1 страница 10 из 141

1

Аннотация

Карибы семнадцатого века. Пираты, галеоны с золотом, крокодилы, пальмы... И неведомо как угодивший в те лихие времена лейтенант-ракетчик.

Пролог

Если человек очень хочет спать, заставить его проснуться непросто. Еще тяжелее не дать уснуть снова. Рецептов не так много - холодная вода, крепкий чай, регулярные пинки начальства. Сегодня я узнал еще один – сидеть в кабине «Урала»[Советский полноприводный грузовик, на базе которого изготавливалось множество специальных автомобилей военного и гражданского назначения.], идущего по лесной дороге, построенной стройбатом[Жаргонное обозначение военных строителей. Те самые страшные войска, которым даже оружия не выдают.]. Головы доблестных рыцарей лома и лопаты при строительстве были заняты чем угодно, только не гладкостью покрытия. Старожилы говорили, что при сдаче позиционного района[Местность, где размещены боевые позиции. Применительно к ракетным войскам – ракетные шахты, командные пункты, вспомогательные объекты.] дороги уже не блистали качеством. С тех пор прошло немало лет и проехало немало тяжеленных агрегатов, плиты частью поломались, частью перекосились. Починкой никто толком не занимался. У несчастной роты обеспечения, что в ответе за любое строительство и ремонт на всей территории размером с Люксембург, банально не хватало рук. Разве что особо выдающиеся ямы засыпали. Одна радость – техника у нас как раз на такие дороги и рассчитана. Как говорится: по Москве - на "Москвиче", по Уралу – на «Урале».
Закончился затяжной подъем, и прапорщик Тищенко переключился на другую передачу. Мотор заработал потише.
- Тащ лейтенант, просыпайтесь! Сейчас с горушки спустимся, а там уже и развилка, налево пятая, направо шестая.
- Спасибо, Семёныч! Я здесь и не был ни разу.
По правде говоря, я много где не был. Проще перечислить, где был. Полгода назад, пообщавшись со мной пару минут, прежний командир дивизии    сразу отправил свежеиспеченного лейтенанта-«пиджака»[«Пиджак» – насмешливое прозвище молодых лейтенантов, призванных в армию после окончания гражданского ВУЗа с военной кафедрой. По сравнению с кадровыми офицерами, закончившими военное училище, «пиджаки», как правило, хуже подготовлены по чисто военным дисциплинам, но лучше разбираются в технике.] в ТРБ[Техническая Ракетная База – одно из подразделений ракетной дивизии, занимающееся обслуживанием материальной части.]. За что ему большое человеческое спасибо. И, действительно, из меня офицер – как из говна пуля. Зато с железками ковыряться люблю. Вот и сидел себе тихонечко в мастерской за стендами, проводил всякие регламенты с ремонтами. За все время только два раза ездил на таком же «Урале» помогать старшим товарищам снимать и устанавливать таблетку АПБ[Агрегатно-Приборный Блок – отсек ракеты, в котором установлены приборы системы управления. Часто совмещается с агрегатами системы разведения.] на стоящей в шахте ракете[Баллистические ракеты шахтного базирования – конструкции довольно габаритные и тяжелые. Поэтому их перевозят незаправленными и частично разобранными. При установке в шахту ракету собирают и заправляют компонентами топлива.]. Но это было в полусотне километров отсюда, в другом полку.
«Урал» перевалил верхушку холма. Дорога спускалась вниз и разделялась на две – к пятой и к шестой шахтам. Внизу, у развилки, выстроился длинный ряд грузовиков и прицепов.
- Ого, что там за зверинец?
Прапорщик чуть слышно, но отчетливо матюгнулся.
- А вы не слышали, тащ? На пятой плановый регламент[Периодическое обслуживание, на время которого ракета снимается с боевого дежурства.], а сегодня утром шестая выдала отказ[Ракета стоит на дежурстве в частично включенном состоянии и регулярно проводит самодиагностику. При обнаружении проблем сообщает об этом на командный пункт, после чего ракета считается небоеспособной.]. Понижение боеготовности[Применительно к частям РВСН – снижение количества ракет, готовых к немедленному старту. ЧП вселенского масштаба, за такое в СССР летели звёзды с плеч и рушились карьеры офицеров.], должны понимать. На моей памяти такое только раз было, целый месяц потом на ушах стояли. А у нас еще и новый комдив, только в должность вступил. Ему это как нож острый. Вот и приказал проводить работы одновременно. И регламент завершать, и отказ искать. Максимально быстро.
Офигеть у нас прапорщики осведомленные! С другой стороны, Семёныч здесь служит с момента формирования дивизии, всех знает. Меня же просто утром посыльный разбудил и передал приказ командира группы немедленно грузить подготовленный АПБ и выдвигаться. Ничего не объясняя.
- Быстрее все равно не получится. Там же технологические карты, строгая последовательность операций. Да и по технике безопасности не положено совмещать.
- А никто и не совмещает. Приказано все агрегаты подогнать максимально близко, чтобы интервалы между операциями сократить. У нас в гараже всех водил выгнали, даже пацанов зелёных.
- А зачем это столпотворение здесь, на развилке?
- Дальше узкая дорога, на обочине не встать. И на БСП[Боевая Стартовая Позиция. Для ракетных комплексов шахтного базирования – сама шахта и непосредственно примыкающая к ней территория], как вы сами говорили, лишние агрегаты не нужны. Техника безопасности.
- А ставить вплотную два разных «кузнечика»[Заправщики компонентов ракетного топлива, прозванные так за весёленькую салатовую окраску и характерную изломанную форму] – нормально? Там же один с окислителем, другой с топливом! Рядом!
- Пока они оба целые – волноваться не о чем[На современных боевых жидкостных ракетах в качестве горючего обычно используется несимметричный диметилгидразин (он же НДМГ, он же гептил). В качестве окислителя – азотный тетраксид (он же АТ, он же амил). Оба этих вещества крайне ядовиты. При смешивании самовоспламеняются с выделением большого количества тепла и ядовитого оранжевого дыма].
Незнакомый майор вылез из УАЗика с антеннами и жестом приказал нам остановиться.
- Третья группа? Пока встаньте вон там, по команде выдвинетесь на БСП!
И пошел к следующей машине.
Прапорщик вылез на подножку, осмотрелся.
- Тащ лейтенант, если не затруднит…Возьмите топорик, рубаните то деревце! Сильно мешает.
Можно было бы, наверно, возмутиться, что прапорщик командует целым лейтенантом. Но зачем? Одно дело делаем. Мой командир группы наверняка сам сел бы за руль, отправив водителя на лесозаготовку, а у меня так руки и не дошли научиться водить. Так что по умениям и труды.
Взял топор и невольно залюбовался. Не инструмент, а произведение искусства, от режущей кромки до кончика топорища.
- Семёныч, а где такую красоту продают?
- А вам зачем, тащ?
Вроде бы и действительно незачем. Городской я житель. Был бы дед жив – хороший подарок получился бы. Но увы.
- Извечная мужская любовь к хорошему инструменту. Это ж не топор, это произведение искусства!
Прапорщик улыбнулся.
- Тащ лейтенант, вы все-таки деревцем займитесь, а то стоим здесь враскоряку…
Я спрыгнул с подножки и занялся уничтожением зеленых насаждений. Прапорщик тем временем подал «Урал» вперед, дождался моей отмашки и задним ходом ловко втиснул грузовик на указанное майором место. Вылез из кабины и достал сигареты.
- Если топориком интересуетесь, могу и вам сделать. Правда, быстро не обещаю. И, извините, не бесплатно.
- Так ты их сам делаешь? Мастер, уважаю!
Сказать по правде, я почти не удивился. Тищенко и сам был аккуратист, и машина выглядела ухоженной. Явно у мужика из правильного места руки растут.
- Вам какой именно топорик нужен? Могу сделать плотницкий, типа    этого. Могу поменьше, походный вариант, на рыбалку или на охоту ходить. Или, если нужно, кухонный, с бойком для отбивки мяса. Всякие хитрые варианты тоже делаю, но там уже чертеж требуется, что конкретно хотите.
Точно, я похожий топорик видел раньше, когда один лейтенант из нашей группы проставлялся за третьи звёздочки. Видимо, как раз походно-шашлычный.
- Это же явно ковка? Тоже сам?
- Ну да. Я ж до армии на кузнеца учился. Если бы на сверхсрочную не остался… Так что балуюсь иногда. Начальство не против, временами тоже заказами озадачивает. Что ж он делает, урод!?
Я обернулся и посмотрел на дорогу. С холма спускался очередной ядовито-зеленый «кузнечик». Всё логично, для заправки одной ракеты нужно тридцать тонн гептила и шестьдесят амила, поэтому заправщиков окислителя два. Вот только не слишком ли быстро летит с горы эта бандура?
Прапорщику происходящее тоже не понравилось.
- Передачу! Пониженную![Здесь знатоки могли бы возразить, что у таскавшего «кузнечики» МАЗа-тягача трансмиссия гидромеханическая. Это, безусловно, так, вот только она гидромеханическая с ручным переключением. Не АКПП ни разу. Больше на типтроник похоже.]
Сомнительно, чтобы водитель мог слышать его крики, но не участвовать в процессе Тищенко не мог.
- Вчера на этом тягаче тормоза перебирали, могли сегодня в спешке забыть проверить. А за рулем пацан молодой. Передачу!
Чем дальше, тем меньше верилось в благополучный исход этого спуска. «Кузнечик» летел вниз, прямиком в скопление грузовиков на обочине. Из кабин выскакивали люди и разбегались кто куда.
- Семёныч, а ведь он не остановится. Хоть одна бочка, но треснет. А противогазов у нас нет. Побежали, а?
Прапорщик не отвечал, уставившись на несущийся заправщик.
Я сунул мешавший топор сзади за ремень, вцепился Тищенке в плечо, развернул его лицом к себе.
- Мы все равно помочь не сможем, а так хоть живы останемся. ПРАПОРЩИК, ЗА МНОЙ, БЕГОМ, МАРШ!
Но было уже поздно. Мы успели пробежать метров двадцать, когда ёлки впереди осветились желтым. В спину упруго толкнуло, и все вокруг затянулось клубящейся оранжевой пеленой. Сразу обожгло глаза. Сколько мог, задерживал дыхание, но… Лёгкие вспыхнули нестерпимым жаром. Следующий вдох я сделать уже не смог.

Отредактировано RedSun (06-11-2020 09:30:09)

+13

2

Уберите текст из-под ката. Сделайте аннотацию. Гляньте, как оформлены произведения у других, а лучше прочтите правила форума.
И ещё. Не надо кидать такие большие куски. Лучше отрывками на 500-2 000 слов.

Отредактировано Istra32 (06-11-2020 01:46:31)

0

3

Да, снимите тэг "спойлер" и разделите на 2 сообщения.

0

4

Часть первая.

Очнулся оттого, что кто-то дергал меня за ремень. Стоило повернуть голову и открыть глаза, как шевеление прекратилось. Темно. Но я дышу. Дышу свободно, во рту нет кислого привкуса. Ни одного симптома отравления из тех, что нам рассказывали на занятиях по технике безопасности при работе с компонентами ракетного топлива. А я отлично помню, как резало болью глаза и горело в груди. И прекрасно понимаю, что после такого не выживают. Либо, если сильно повезет, остаются полуживыми, ежеминутно заходящимися бесконечным кашлем инвалидами. Но я-то дышу, дышу полной грудью без малейших проблем. И воздух густой, влажный, полный необычных запахов. Запахи различаю, значит, и носоглотка не обожжена. То есть не было никакой аварии, не сталкивались заправщики, выжигая и заражая всё вокруг. Приснилось мне это. Сейчас проснусь, и окажется, что никакой посыльный не поднимал меня в несусветную рань, и мы с Тищенкой не везли АПБ по лесной дороге. Вот открою глаза, и снова надо мной потолок в комнате офицерской общаги…
Я перевернулся на спину и открыл глаза. Светлее не стало, разве что появились какие-то яркие белые точки. Больше всего это напоминало ночное небо со звёздами. Слишком черное, словно из плотного бархата, небо, с непривычно яркими звёздами. Что-то похожее я видел только дома, в маленьком южном приморском городке. Еще бы запах моря и шум прибоя для полноты картины…
Потянул носом. Среди множества пряных запахов йод едва различим, но    он определённо чувствовался. И еле-еле, на грани слышимости, шум ласкового ночного прибоя.
Потом кто-то аккуратно тронул меня за плечо и произнёс: «Comment allez vous?»[Как вы? (фр.)]. По-французски. Я точно сплю. И никак не проснусь.
Ну, а раз это все равно сон, почему бы и не подыграть? Хоть французский вспомню, а то последние полгода общался исключительно на русском или русском матерном.
Спросите, откуда лейтенант-«пиджак» из затерянной в тайге ракетной дивизии может знать французский язык? Сейчас расскажу. Это интересная история.
Дело в том, что моя мама изучала в институте иностранных языков французскую литературу. Звучит странно, но факт, была такая специализация в советском ВУЗе. Читала Корнеля и Вольтера, анализировала Мотескье и заучивала наизусть «Севильского цирюльника» и «Кармен». Всё в оригинале, естественно. А потом встретила папу… И променяла спокойную жизнь столичной аспирантки на кочевую неустроенность офицерской жены. И ни разу не пожалела об этом. Настоящая любовь существует, я знаю один пример.
Ну, а мне досталась вся неутоленная мамина страсть к французскому языку. Не сказать, чтобы я испытывал какие-то неудобства от этого. Иностранный просто стал частью жизни. Память у меня хорошая, мозги тоже всегда работали, поэтому учился я легко и быстро. Особенно когда мама начала подсовывать интересные книжки, сперва адаптированные, а потом и оригинальные. Не знаю, чего стоило маме их добывать, но «Трех Мушкетеров» я впервые прочел на языке Дюма. Потом были Жюль Верн, Гюго, Доде… Я даже Стивенсона и Сабатини какое-то время считал французами, пока не оказалось, что читал переводы.
Жаль, в школе блеснуть навыками лингвиста не получилось - пришлось пойти в английскую подгруппу. Папа сказал, что обязательно нужно знать язык вероятного противника. Учили там на уровне «Май нэйм из Васья, ай лив ин Совьет Юнион». Мама морщилась, но утешала: «Припрёт – сам выучишь. Ничего сложного в этом убогом языке торгашей и адвокатов нет».
Потом, в старших классах и в институте, свободного времени стало поменьше, но я старался французский не забрасывать. Мама продолжала снабжать книжками, да и институт выписывал иностранные журналы. В армии поначалу было не до того, но в последний свой визит в райцентр я наткнулся на крохотный букинистический магазинчик на рынке. И там, среди пыли и пожелтевшей бумаги, нашел русско-французский морской словарь аж 1895 года издания. Точнее, только второй том, да и тот без обложки. Первый том так и канул в лету. Купил по цене макулатуры и таскал с собой в планшете, перелистывая, когда выдавалась свободная минутка. Так что проблем с общением не предвиделось.
А собеседник все не унимался. Говорил он забавно – как в старых книжках. Но друг друга мы понимали, пусть и не всегда с первого раза.
- Вы целы?
- Да, вроде бы.
- Вы прибыли сегодня с голландским кораблём?
Я же сплю, так почему не согласиться?
- Да.
- Можете встать?
- Сейчас попробую.
Голова немного кружилась, но это было единственное неприятное ощущение. Я встал почти самостоятельно и, наконец, решил рассмотреть моего неожиданного помощника, благо глаза привыкли к темноте.
Сильно ниже меня, немолод, судя по круглой седой бороде. И странно одет – шляпа с широкими полями, жилет поверх белой рубахи, короткие штаны в облипку, а от колена вниз – то ли носки, то ли гольфы. И смешные полуботинки с пряжками. Просто гном с картинки из сказок Андерсена. Хотя… я же сплю, правильно?
Не стоило так сильно наклонять голову. Перед глазами опять завертелось, и моему собеседнику пришлось изрядно постараться, чтобы я не упал.
Старикан втянул воздух носом раз, другой. Явно его причина моей неустойчивости занимает.
- Плохо переносите качку?
Ну как может мальчишка из приморского городка плохо переносить качку? Оказалось – запросто. Пока ветер в лицо дует, никаких неудобств волнение на море не вызывает, но стоит спуститься вниз… Из-за этого в свое время я и не рискнул идти в мореходку, хотя почти все мои соратники по детской парусной секции стали моряками, военными или гражданскими.
- Если на палубе – ничего.
- На таком длинном пути кого угодно укачает! Ничего, день, максимум два на нашем прекрасном острове, и будете как огурчик.
Уже и остров какой-то нарисовался! Первый раз у меня такой складный сон. Да еще и с полным комплектом ощущений, включая запахи. От старика, кстати, заметно тянет какой-то паршивой выпивкой и, гораздо сильнее, крепким табаком. Не сигаретами, а горлодёрным самосадом, как от дедовых самокруток.
- Скажите, а вы – плотник?
Вот еще вопрос! Я, вообще-то, инженер-приборостроитель по специальности. Да вдобавок еще и лейтенант ракетных войск стратегического назначения. Но это подозрительному незнакомцу знать ни к чему. Благо, в «техничке» и ватнике меня от сельского тракториста трудно отличить. Чай, не на строевой смотр ехал, а в железе ковыряться. Но почему именно плотник?
Старикан, видимо, принял мое молчание за согласие.
- Я как ваш топор увидел, сразу понял – этот человек точно плотник. Дровосеки другими пользуются, а абордажники палаши предпочитают.
Значит, мне не мерещилось, что кто-то за ремень тянул. Примеривался этот хитрый гном замечательный тищенковский топор у меня спереть, да вот незадача – я очнулся не вовремя. Оттого и заливается соловьем. Про плотников, дровосеков и кого? Абордажников? С палашами?
- Скажите, уважаемый, а какое сегодня число? Что-то я совсем счет дням потерял… на корабле. Сами понимаете – когда мутит…
- Конечно понимаю. Сегодня у нас пятнадцатое мая одна тысяча шестьсот … … года. Судя по вашей одежде, вы отправлялись из Европы, когда там еще было холодно? В конце февраля или в начале марта? Ну ничего, в этих благословенных краях тёплые вещи ни к чему.
Я молча кивнул. Что-то сон мой все запутаннее и запутаннее. Хотя, если приснилось другое место, почему бы не присниться и другому времени? 16 … … год… Францией правит Ришельё, хотя королем числится Людовик XIII. Франция воюет с Испанией, и они еще долго будут бодаться с переменным успехом в Голландии, в Каталонии и в Италии. Из России выгнали поляков, у власти Михаил Романов, вскоре его сменит Алексей Михайлович. Страна развивается и прирастает новыми землями. Вроде всё, что вспомнил. Ну не историк я, хоть и любил книжки исторические почитывать. Правда, беллетристику в основном, вроде тех же «Трёх мушкетёров»
Ладно, со временем разобрались, разобраться бы еще и с местом. До какого острова можно было доплыть в 17 веке из Европы за два месяца? Да так, чтобы там не требовалась тёплая одежда? Попробую уточнить.
- Мне разное рассказывали о здешнем климате…
- Что тут может быть разного? Возле экватора, да еще и на островах? Погода меняется, конечно, но от нежаркой до жаркой. Холодно не бывает. В сезон дождей идут дожди, куда ж без них. Случаются ураганы, но, по счастью, нечасто. В августе иной раз по неделе не бывает ветра. Ни дуновения. У нас здесь, на Тортуге, еще терпимо, а на Эспаньоле два шага от берега – и просто нечем дышать.
Всю прошлую ночь книжку про капитана Блада перечитывал. Неудивительно, что приснились именно Карибы 17 века. Что дальше будет? Морские сражения, пиратские сокровища и флибустьерские моря? Кем мне здесь предстоит быть – зрителем или участником? Будет обидно, если проснусь раньше времени.
- Скажите, а у вас не осталось… никаких обязательств перед губернатором?
Вопрос поставил меня в тупик. Про губернатора Тортуги, мсье д’Ожерона, я читал в книжке у Сабатини. Но история про Питера Блада случится только через полвека, так что сейчас здесь явно кто-то другой на хозяйстве.
- Нет, насколько мне известно. Я вашего губернатора и не видел никогда. И дел с ним никаких не вёл.
- Ну и слава Богу. Просто большая часть пассажиров пришедшего сегодня голландского корабля – «слуги Компании».
Увидев недоумение на моём лице, он продолжил:
-    Так мы называем людей, продавшиеся Вест-Индской компании во временное рабство в качестве оплаты за переезд[Вполне реальная история, между прочим. Люди продавались в рабство на определенный срок, но договора были составлены хитро, так что многие так и умирали на плантациях, тем более смертность среди европейцев там была очень высокая. Но люди все равно бежали из «просвещенной» Европы тысячами даже на таких условиях.]. Но у вас, как я понимаю, было чем заплатить.
- Как видите, на мне ни клейма, ни ошейника.
Ничего себе порядки в этих краях! Добровольно продаться в рабство… С другой стороны, в Европе уже много лет идут вялотекущие войны. Банды своих и чужих солдат кормятся, грабя местное население. До кучи еще религиозные распри, когда просто режут всех, от стариков до грудных младенцев... В таких условиях не до свободолюбивых мыслей. Живым бы остаться!
- Это очень хорошо. Вы уже задумывались над тем, что будете делать на новом месте?
- Хотите что-то предложить?
- В идеале мне нужен человек, понимающий в дереве, кораблях, и при том умеющий командовать. Но на первых порах подойдет и обычный плотник. У меня здесь… не то, чтобы верфь, но небольшая мастерская по ремонту кораблей. Кренгование[Наклон корпуса корабля с целью осмотра, очистки и минимального ремонта подводной части. Обычно корабль буксировался на мелководье с ровным песчаным дном, от мачт к берегу заводились тали и натягивались, корпус наклонялся. В тех местах, где были заметные приливы и отливы, использовались они.], простая тимберовка[Ремонт корпуса деревянного судна, в первую очередь - обшивки.], другой ремонт корпуса и рангоута. Заказов, как вы понимаете, много.
Я не понимал, но кивнул.
- Неквалифицированных рабочих найти нетрудно. Тех же негров купить, привлечь команды судов. Вот с мастерами хуже. У меня остался только один плотник и два конопатчика.
- Никто не хочет сидеть на берегу, когда можно уйти в плавание и вернуться богатым человеком?
Мой пробный шар попал в цель. Старик скривился.
- Богатым возвращается хорошо, если один из дюжины. Остальные либо кормят акул, либо рабами горбатятся на испанских плантациях. Иной после первого похода и рад бы остаться на берегу, но хитрые капитаны заключают контракты сразу на сезон. Так что, пойдёте ко мне, или тоже хотите попытать удачи на кораблях?
Чем дальше, тем интереснее! Конечно, неплохо было бы вкусить морской романтики, вот только корабельный плотник должен знать и уметь гораздо больше, чем знаю и умею я. И по конструкции кораблей, и по материалам, и по инструментам семнадцатого века. Сарай самостоятельно поставить или табуретку выстругать я в состоянии и сейчас. Спасибо за то деду и поклон земной, много он с внуком возился. «Финн» или «Луч»[Классы гоночных одноместных яхт.] починить, а какой-нибудь «Оптимист»[Крохотный детский учебный парусник.] или новомодный «Виндгляйдер»[Одна из первых моделей парусных досок, появившаяся в начале 80х годов.] с нуля построить – тоже справлюсь. Основное занятие в парусной секции по зиме было. Правда, при наличии фанеры, клея, циркулярной пилы и еще множества вещей, которые в этом времени наверняка отсутствуют. Так что наберусь пока знаний и опыта на земле, а дальше посмотрим. Надеюсь, сон раньше не кончится.
- Боюсь вас огорчить, но я не корабельный плотник. Мне приходилось ремонтировать шлюпки и строить лодки, но с большими кораблями я дела не имел. И в дереве разбираюсь только в европейском – дуб, сосна, ель, бук. Тропическую древесину только видел пару раз.
Видно было, что старикан не очень доволен, но гримасы на его лице я не увидел. Хотя уже давно на небо вылезла здоровенная белая луна и было довольно светло.
- Так что, я предпочел бы работать у вас. Если возьмете, конечно.
- Возьму. Только сперва посмотрю, что ты умеешь. Тогда и с жалованием определимся. И имей в виду - договор подпишем сразу на три года. Чтобы не было желания убежать на корабль, едва чему-то научившись!
Я хмыкнул, но промолчал. Не рассказывать же потенциальному нанимателю, что и в моём времени были такие же правила![В советские времена практиковалось т.н. «распределение», когда выпускник ВУЗа первые три года после получения диплома должен был отработать на том предприятии, куда его направляла специальная комиссия, зачастую в другом городе или даже союзной республике.]
- Ты уже нашел, где будешь жить?
Забавно, в голосе старика уже появились хозяйские нотки.
- Зачем? Вы же обеспечите жильём ценного работника?
Старик поперхнулся, посмотрел на меня, покачал головой, но возмущаться не стал.
- Как тебя звать-то, ценный работник?
- Александр. Александр Дубофф. Александр де Шэн, если пробовать перевести на французский.
Мой собеседник захохотал, хлопая ладонями по коленям.
- Отличная фамилия для плотника! Ты немец?
- Нет, русский. Но немного учился у голландцев.
А как еще объяснить, что привычная мне корабельная терминология имеет голландские корни? Через полсотни лет государь Пётр Алексеич именно у них будет перенимать морские премудрости.
- Меня здесь все зовут мэтр Кассель. Пошли. Я дела в Бас-Тэре закончил, пора домой.
- Домой?
- В Пор-дю-Пэ. Стараниями нашего замечательного губернатора господина Лё Вассёра постоянно жить на Тортуге стало слишком накладно.

Я двинулся за нанимателем. Через пару минут тропинка между пальм привела к берегу. Сильнее запахло свежестью и йодом. Левее виднелись какие-то хижины, крытые не то соломой, не то теми самыми пальмовыми листьями. Там тускло светились огоньки, слышны были вскрики и нестройное пение.    На рейде темнел силуэт довольно большого трехмачтового корабля с убранными парусами. Как в книжке.
Старик уверенно подошел к… даже не знаю, в наших краях такого размера суденышко называлось баркасом. Метров двенадцать в длину, с довольно высокими бортами и    одной мачтой. Свистнул. Через борт спрыгнули два негра в штанах по колено, по пояс голых и босых. Подставили руки и помогли старику забраться в лодку. Потом повернулись ко мне.
Странновато человеку, выросшему в Советском Союзе, чувствовать себя белым господином, которого черные слуги носят на руках. Но, при этом, чертовски приятно. Не пришлось мочить ноги в прибое и карабкаться через высокий борт. Комфорт!
Баркас, неожиданно для меня, оказался с палубой. По бортам были установлены непонятные крепления. Старик прошел на корму и уселся.
- Удивился, увидев лесовоз? А древесину для верфи я откуда на Тортуге возьму? Здесь приличный лес извели давным-давно. За остатками бразильского дерева еще имеет смысл по горам лазить, а корабельную древесину приходится с Эспаньолы возить. Да и то, отдельные породы там не растут, их покупаем втридорога.
Негры тем временем столкнули нос баркаса с песчаной отмели и забрались на борт. Минуту повозились со снастями, а потом в четыре руки подняли здоровенный латинский парус[Парус в форме прямоугольного треугольника, гипотенуза которого прикреплена к наклонному деревянному рейку. Реёк крепится к мачте. Парус управляется тремя снастями. Брасы задают положение рейка относительно корпуса корабля, шкот оттягивает третий угол паруса. Латинские паруса достаточно универсальны, позволяют ходить разными курсами относительно ветра, но управление ими имеет ряд особенностей и требует квалифицированного экипажа.]. Слабый бриз вяло шевельнул треугольное полотнище, и баркас потихоньку двинулся от берега.
Ладно, море, песок и пальмы я видел раньше. И даже негров встречал пару раз, будучи в Москве проездом. Но латинский парус… Я точно сплю.
Один из негров убежал на нос и свесился наружу. Пару раз он кричал что-то на непонятном языке, а его товарищ подправлял курс рулем. Стало прохладнее, прибой уже не шуршал ласково, а довольно громко шумел.
- Выходим из бухты. Сейчас, по низкой воде, да еще ночью, приходится смотреть.
Еще пара минут, и мы вышли на открытую воду. Ветер посвежел, парус выгнулся красивым завитком. Вернувшийся с бака негр поиграл снастями. Парус еще натянулся, баркас заметно накренило. Скорость нарастала. Сзади, из-под кормы, зашелестела вода. Длинный кильватерный след засеребрился в лунном свете.
Я смотрел по сторонам, ощущал лицом ветер с запахом моря и был абсолютно счастлив. Даже не знаю, с чем сравнить этот восторг. Лучший сон, что у меня был!
Я откинулся назад и вдруг ощутил спиной заткнутый за ремень топор. Топор, который дал мне прапорщик Тищенко. Топор, про который я не мог знать до поездки на пятую шахту. Твёрдый, холодный, безумно острый и вполне реальный. Сунул в рот порезанный палец, ощутил солёный привкус крови. Так что же получается – это не сон? Я не проснусь и не вернусь в свое время, в неуютную офицерскую общагу в военном городке посреди Сибири? Не увижу больше друзей и родителей? Как так? Что же делать?
«Ничего не делать», - ответил мне голос в голове, холодный, лишенный любых эмоций. - «Жить и радоваться, что ты здесь, а не там, среди обгорелых трупов. И суток не прошло с тех пор, как ты читал книжку про капитана Блада и всё был готов отдать, лишь бы только покинуть скучную службу и оказаться здесь, среди тёплых морей, пальм и парусов. Мечтал? Получи. И думай в следующий раз, кого и о чем просишь».

Отредактировано RedSun (06-11-2020 15:45:44)

+12

5

Istra32 написал(а):

Уберите текст из-под ката. Сделайте аннотацию. Гляньте, как оформлены произведения у других, а лучше прочтите правила форума.
И ещё. Не надо кидать такие большие куски. Лучше отрывками на 500-2 000 слов.

Правила читал. Не понял два момента:

1. Где можно выкладывать текст более-менее крупными кусками, чтобы его было удобно читать?
2. Почему-то не получилось создать авторский раздел, из-за этого пришлось выкладывать здесь. Это так и должно быть?

0

6

Пор-дю-Пэ оказался очередным скопищем крытых пальмовыми листьями хижин. Как объяснил мой наниматель, испанцы иногда устраивают антипиратские  рейды – обстреливают побережье и разоряют поселения. Поэтому никто не строит на берегу нормальных домов, а всё ценное люди держат в глубине джунглей, куда испанцы лезть обычно не рискуют. Благо в здешнем климате капитальные строения не сильно-то и нужны.
В его правоте я вскоре убедился, прекрасно выспавшись на охапке какой-то сухой травы под навесом.
Проснулся от криков во дворе. Шум издавал мелкий, но шустрый негритенок. Ему, похоже, было запрещено заходить в дом, где спал Кассель, вот он и орал с порога. Что-то про упавшее дерево и сломанную ногу господина Бертье. Судя по озабоченному виду проснувшегося мэтра, эта новость тому не слишком понравилась.
- Александр, планы меняются. Сейчас поедем на лесопилку.
Я пожал плечами. Собственных планов на сегодняшнее утро у меня не было. И на вечер тоже.
До лесопилки мы добирались вверх по течению небольшой, метров десяти шириной, медленной речки. Двое вчерашних негров лихо шуровали короткими веслами. Узкая длинная пирога летела, как под мотором. На корягах и ветвях деревьев сидели пеликаны, высоко в небе кружила какая-то птица вроде чайки, только раз в десять крупнее и с красным горлом. В кустах орали и дрались разноцветные попугаи. Невероятно.
- Бертье у меня присматривает за лесопилкой. Присматривал. Вчера вечером ему бревном придавило ногу. Ничего страшного, насколько я понял, но пару месяцев ходить он не сможет. А за неграми надо смотреть. Поэтому я тебя оставлю ему помогать. Заодно разберешься с местной древесиной и с её заготовкой для корабельных нужд. Ну и работу организуешь. Если Бертье начнет чудить – докладывай мне.
- А как я пойму, что он чудит?
- Не маленький, справишься.
Несколько раз по берегам показывались остатки каких-то строений. Спросил Касселя.
- Старые места лесозаготовок. Весь полезный лес вокруг выбрали, пришлось двигаться выше по течению.
Как по мне, так джунгли везде стояли одинаковой густой зеленой стеной. Но специалисту виднее.
Так прошло с полчаса. Речка сузилась метров до семи и побежала быстрее. В какой-то момент джунгли отступили слева, освободив небольшую полянку. Несколько штабелей досок под навесами, и кОзлы выше человеческого роста, на которых лежало бревно в добрых полтора, а то и два обхвата. Четверо негров в набедренных повязках – двое сверху, двое снизу – орудовали могучей ручной пилой. Красные опилки летели во все стороны.
Еще один негр – ниже ростом и скорее коричневого, чем черного оттенка, в штанах и даже в рубашке - принял швартовый конец и ловко притянул лодку к берегу, после чего помог вылезти мне и Касселю. Мэтр сразу устремился вперед, где под кронами деревьев виднелись крытые пальмовым листом крыши.
Бертье оказался здоровенным, заросшим черной щетиной амбалом лет сорока. Он был нам не рад. По правде сказать, он ничему не был рад, кроме вонючей жижи из кожаной фляги, к которой регулярно прикладывался. Да и от нее вздрагивал и кривил морду.
Мэтр заговорил первым:
- Бертье, ты меня подвёл. Сильно подвёл, Бертье. Из-за этого у нас у всех могут начаться проблемы. Большие проблемы.
Бертье взорвался:
- Вы хотите сказать, что я сам уронил на себя это проклятое бревно? Всю жизнь мечтал скакать на одной ножке!
Он сплюнул и снова приложился к бурдюку.
- Ты мог бы быть поаккуратнее…
- В следующий раз обязательно буду! Кого вы привезли, мэтр? Нашли мне замену?
- Тебя разве можно заменить? Нет, это Александр, наш новый плотник. Пока ты будешь лечить свою ногу, он тебе поможет. А заодно подучится немного. Расскажешь ему про корабельные премудрости, про здешнее дерево…
Амбал подозрительно посмотрел на меня.
- Обойдусь без помощничка.
- Это не обсуждается, Бертье. И поторопись с четырехдюймовыми досками, они мне будут нужны завтра. Всё, я уехал.
Кассель повернулся и вышел. Мы остались вдвоём со смотрителем лесопилки.
- Как бишь тебя зовут?
- Александр.
- Подойди, сядь! Охота орать через всю комнату?
Я доверчиво подошел. Не успел еще опуститься на стоящий возле кровати обрубок бревна, как мощная смуглая рука сгребла меня за грудки.
- Слушай сюда, малыш! Я не настолько наивен, чтобы поверить во всю эту хрень…
- Вам действительно нужна дырка в брюхе?
- …так вот… Что?
Я чуть двинул лезвие топора. На животе Бертье, обильно поросшем буйным черным волосом, появилась кровоточащая царапина. Амбал дернулся и медленно разжал пальцы. Я поправил «техничку» и уселся на другой пенек, подальше от кровати. Топор положил на колени.
- Так вот, меня зовут Александр. Что еще вы хотите знать?
Бертье плеснул на живот из бурдюка, размазал пятернёй, поморщился. Отхлебнул, поморщился еще раз и посмотрел на меня.
- А ты ничего! Яйца дома не забыл. Поладим, я думаю. Выпьешь?
- Выпью.
Противно, но надо. Очередная проверка на вшивость, которую нужно пройти. Протер горлышко, отхлебнул… Было бы о чем говорить! И тридцати градусов нет. Обычная паршивая самогонка, разве что привкус странный. Не очень понятно, из чего ее делали.
- Поладим.
Это Бертье проговорил уже утвердительно, после чего сел на кровати и посмотрел на меня неожиданно трезвым взглядом.
- Давай сразу договоримся, чтобы потом не было… обид. Это место, - он обвел пальцем вокруг, - мне нравится. Мне нравится здесь жить и делать то, что я делаю. И если ты нацелился меня здесь сменить, я буду против. Я буду настолько против, что даже твой острый топорик тебе не поможет. Усёк?
- Понял. Но я…
- Очень может быть, что ты хороший парень, Александр. И у тебя нет никаких дурных мыслей. Но у нашего тихого мэтра Касселя они есть. И на тебя, и на меня. Пока он не может меня заменить, и его это бесит. Ему наверняка захочется посадить сюда кого-то молодого, послушного… Смекаешь?
- Вы предлагаете мне собирать шмотки и выметаться?
- Нет. Мне пригодится здесь еще одна пара глаз. И я даже расскажу, что где растет и для чего годится. Но два условия – не пытаться меня подсидеть и не «петь» начальству про здешние дела. Мы договорились?
- Договорились.
Рукопожатие у мужика было под стать габаритам, но я чего-то подобного ожидал и успел напрячь кисть. Секунд десять он давил со всей дури, потом убедился в бесполезности и ослабил хватку.
- Определенно поладим! Можешь называть меня Жаном.

+10

7

Ладно, дядька убедился, что он всё еще главный бегемот в этом пруду. Теперь надо ему что-нибудь приятное сделать, чтобы совсем расслабился.
- А как ваша нога? Может быть сделать лубки или костыль?
Бертье вскочил. Присел. Подпрыгнул, сперва на одной ноге, потом на другой.
- Какой ты еще ребенок, Александр!
- То есть… У вас все нормально? Не было никакого бревна?
- Как тебе сказать… Наш губернатор, чтоб его черти в аду без масла жарили – жуткий скряга. Жаден настолько, что экономит даже на себе. Давно мог бы в Париже особняк купить, но ему все мало. Всех, до кого дотянулся, обложил налогами. Запрещает торговать напрямую с купцами, только через его магазин. Продаёт налево и направо каперские свидетельства[Каперство – способ увеличить военно-морской флот государства за счет добровольцев-частников со своими кораблями. Капер получает от государства каперский патент (или свидетельство), после чего волен занимается банальным пиратством, но грабить и топить он должен только корабли державы-противника, и действует этот патент только на время войны. Преимущество каперства перед пиратством – в том, что пиратов без разговоров вешают или продают в рабство, а к каперам должны относиться, как к военнопленным. Поскольку в Европе вечно кто-то с кем-то воевал, у многих пиратов этих каперских свидетельств было, как у дурня фантиков. Да еще и новости о прекращении войн доходили с опозданием, так что практически пираты нападали на всех, кого могли захватить. Юридический казус с каперскими свидетельствами Лё Вассёра был в том, что у него не было полномочий их выдавать.] и сам организует «экспедиции». Ну а нашего мэтра Касселя за право держать на Тортуге верфь не только заставляет снаряжать свои корабли, но и нанимать туда судовых плотников. А это недешево, поверь. Тому тоже денег жаль, вот он и пытался отправить меня. А заодно и от кормушки оттолкнуть. Не понимает, придурок, что новый человек на этом месте не справится. Хватает своих… тонкостей
- Тогда проще всего было бы меня на корабль отправить.
- У тебя, как я понял, пока опыта маловато. Или нет совсем. Напорется корабль на риф – сумеешь быстро пробоину залатать? Мачту сломанную заменить? Не в доке, а в открытом море? То-то же! На обычном корабле облажаешься – тебя просто прирежут да за борт выкинут, а если это на губернаторском произойдёт – губернатор нашему славному мэтру кишки к столбу прибьёт и бегать вокруг заставит. А Кассель своими кишками дорожит.
Похоже, не будет моя будущая жизнь лёгкой прогулкой. Нравы здесь уж больно простые.
- Ладно, не будем зря время терять. Вряд ли наш с тобой хозяин позволит долго штаны просиживать. Расскажи-ка мне, Александр, какие ты знаешь породы дерева?
- Европейские. Ель, сосну, березу, дуб, бук, лиственницу…
- Понятно. В этих краях, как ты понимаешь, такой лес не растёт. Дуб иногда привозят из Виржинии, но обходится он… Поэтому мы здесь строим в основном из акажу. Его еще называют махогани, красное дерево. Да, да, не удивляйся. В Европе оно идет только на мебель и отделку, а мы из него корабли строим. Сучков мало, слои мелкие, деревья крупные и высокие. И их здесь много. Красота, да и только.
- Пока много.
- Да, увы. Много, но не бесконечно. Но и у нас не верфь Ля-Рош-Бернар. Где-то за год мы изводим все деревья в округе, и приходится перебираться выше.
- Только акажу заготавливаете, или другое дерево тоже?
- Шефа, понятно, интересует в основном акажу. Но есть и другие интересные породы. Палисандр, пау-бразил, кампешевое. Их с удовольствием скупают купцы и везут в Европу. Наш вездесущий губернатор со всего хочет иметь свой процент, поэтому официально мы их не заготавливаем. Чтобы не дразнить гусей.
- А неофициально?
- А это пока не твоё дело. Пойдем, я покажу тебе эти деревья живьем.
Бертье влез в сапоги и перекинул через плечо перевязь с… не знаю, как назвать эту широкую саблю со здоровенной сплошной гардой? Кортик, палаш, тесак? Спросил его самого и получил странный ответ: «ложка для горшка». В принципе, конечно, гарда ковшик напоминает… Ладно, пусть будет тесак. Еще он сунул за пояс здоровенный, в локоть длиной, пистолет.
В пути нас сопровождал Брюн – тот самый коричневокожий негр, что привязывал лодку. Как я понял, наличие большего или меньшего числа предметов одежды однозначно определяет положение негра в здешней иерархии. Брюн был главным из рабов и носил рубаху со штанами. Обувь полагалась только белым.
- А ничего, что мы уходим все вместе? Негры не разбегутся?
- Они же не идиоты! У них хорошая нетрудная работа, их нормально кормят и есть крыша над головой. А в джунглях с едой паршиво. Попробует воровать – буканьеры[Охотники, заготавливавшие на продажу мясо и другие съестные припасы. Как правило, хорошие стрелки, не брезгующие разбоем и пиратством. Название своё получили от букана – решетки для копчения мяса.] затравят собаками и повесят в назидание остальным. Ты пойми, в здешних местах негр, который болтается без дела – преступник. Любой свободный человек может с ним сделать всё, что захочет.
- Не уверен, что пилить тупой пилой твердое бревно – такая уж лёгкая работа…
- Поверь, на плантациях гораздо хуже. А здесь они даже в тени большую часть дня.
Джунгли возле лесопилки были здорово вытоптаны. Дальше в заросли уходили широкие тропинки со следами колес. Метров через двести Бертье остановился у крупного куста.
- Вот от этого растения, Александр, держись подальше. Называется метопиум, Запомни эти круглые листья, красные плоды, как у нашего шиповника. Оно ядовито, даже касаться не стоит.
Я пожал плечами. Не стоит так не стоит. Хотя ягодки красивые.
Чуть дальше с развесистого дерева свисали плоды размером с небольшой огурец, только коричневые.
- Это курбарил. Его плоды есть можно, если не обращать внимания на вонь. Древесина тоже неплохая, но мы ее не берем. Самое главное – сок. Он помогает, когда болит живот. А если намазать одежду – комары не кусают.
- Здесь много комаров?
- В этой части острова – нет. А вот западнее… Там болота и мелкие озёра, комарам есть где откладывать яйца.
- А какие здесь есть хищники? Змеи? Опасные насекомые?
- Ядовитых змей нет точно. Питончики иногда встречаются, но мелкие и трусливые. Самый страшный хищник – человек.
- А… никаких ягуаров или пум?
- На континенте бывают, а здесь точно нет. Когда-то давно выпустили на волю коров и свиней, так их здесь расплодилось огромное множество. Никто, кроме людей, на них не охотится[Эти одичавшие быки и свиньи и были основной добычей буканьеров.]. Благодатное место!
Бертье шагал впереди, временами делая удар-другой своим тесаком, чтобы освободить дорогу от нависающих веток и лиан. Показал громадные стволы акажу, кемпешевое дерево со смешными, похожими на клевер листьями, пау-бразил, покрытое колючками и изящными желтыми цветами.
- Запомнил? Теперь пойдём, покажу тебе заготовку. Брюн, где сегодня вальщики работают?
Негр тут же выскочил вперед и ходко двинул напрямик через джунгли, временами пуская в ход свой тесак. Как же это называется-то… Вспомнил! Мачете! Надо и себе что-то подобное завести, а то топором лианы рубить не всегда удобно.
Шли мы недолго. Вскоре где-то впереди заскрипело, затрещало, зашуршало, а потом послышался тяжелый удар. Земля под ногами дрогнула. Мои спутники никак на это не отреагировали, значит, и мне волноваться не след.
Бертье снизошел до объяснений:
- Очередное дерево уронили. Сейчас зачистят от веток и поволокут пилить.
И точно. Через пару минут впереди показался здоровенный ствол, облепленный неграми, как соломинка муравьями. Большинство махало мачете, но были рабочие и с топорами, и с пилами.
- А как они эту громадину к реке попрут?
- Давай поглядим. Это недолго.
Действительно, не прошло и пятнадцати минут, как ствол освободили от веток и верхушки и расчистили место вокруг. Негры пригнали откуда-то П-образную тележку на двух здоровенных, в рост человека, колёсах. Установили над лесиной ближе к комлю, привязали бревно снизу и покатили по тропинке. Верхняя часть бревна волочилась по земле.
- Ловко. А почему не взять две таких тележки? Чтобы ничего не волочить?
- Знаешь, сколько они стоят? Дешевле пяток лишних негров в хозяйстве иметь. Их и к другим работам применить можно.
- А еще их надо кормить…
- Знаешь, Александр, есть такая пословица… Про свои правила и чужой монастырь. Наёмных лесорубов и пильщиков в нужном количестве здесь взять просто неоткуда. Да и на жаловании разоришься. Негры дешевле. А если их нормально кормить и не мордовать почём зря, они еще и работают хорошо.
- А если кто-то работает плохо? Человек – скотина ленивая.
- Тогда я перестаю нормально кормить. Причем всех. И обещаю продать на плантацию. На следующее утро все снова работают хорошо, только вчерашний смутьян немного побит.
- Ловко!
- А ты думал! Поживи здесь с моё, научишься управляться со всяким сбродом.
Брюн умчался вперед командовать перевозкой, мы вдвоем неторопливо шли следом.
- А дальше что?
- Ну, по-хорошему, надо бы этому бревну торцы закрасить и на годик-другой  под крышу в неплотный штабель. И чтобы это все хорошо продувалось, причем сухим ветром. И лишь потом пилить.
- А что мешает?
- Во-первых, климат. Здесь, в глубине джунглей, влажно круглый год. И продувается плохо. Древесина раньше сгниёт, чем высохнет. На берегу было бы получше, но там начинается во-вторых. Ты в курсе, что мы здесь, в общем-то, на птичьих правах?
- Почему? Это же, насколько я знаю, французская колония? Как там Кассель говорил – «Остров Тортуга и берег Сан-Доменг».
- Боюсь тебя разочаровать, но за прошедшие четверть века жители этих краёв успели продаться и французам, и англичанам, и даже голландцам. Так что юридически все они имеют полное право на побережье[Исторический факт.]. А на самом деле - кто смел, тот и съел. Пока испанцам не сильно интересен этот угол их Эспаньолы и маленький бесполезный островок рядом с ее побережьем, здешние жители считаются подданными христианнейшего короля Людовика, позабыл, которого по счету. И его верного пса Ришельё. Естественно, здесь есть назначенный французский губернатор, чтобы собирать налоги и обеспечивать интересы Вест-Индской компании, у которой монополия на торговлю с колониями. То есть деньги-то собирать они готовы, а вот вписаться за нас, когда сюда припрутся испанцы, никто не рискнет. Особенно если учесть, что Лё Вассёр последнее время считает себя первым после Бога и на Париж плюёт с присвистом, собирая налоги исключительно в свой карман[И cнова исторический факт.]. И вот представь, мои негры валят лес, несколько лет сушат, пилят, а потом приходят испанцы… Или англичане. Да и голландцы тоже могут, сволочи жадные. Что станет с моими штабелями? В лучшем случае сожгут. И оно мне надо?
- А что делать тогда?
- Пилить сырые брёвна, складывать в штабели прямо в лесу и молиться, чтобы доски не сильно повело и не растрескало. И чтобы они успели хоть немного высохнуть до того, как очередной корабль придет сюда на тимберовку.
- Вы не боитесь ставить на обшивку сырое дерево? Оно же гниёт?
- В этих водах оно и сухое гниёт очень быстро. Опять же, здешние корабли, в отличие от королевских фрегатов, годами у причалов не стоят и в парадах не участвуют. Они постоянно в море. И возвращается их сильно меньше, чем ушло. Так что мало кому удается сгнить. Да и ремонтироваться, случись такое, они опять придут к нам.
Я вспомнил истории про механиков, которые лили воду вместо тормозной жидкости, и вздохнул. Века проходят, а люди всё те же.

Отредактировано RedSun (07-11-2020 22:14:10)

+11

8

До вечера успел построить себе жильё. Вполне достойное по здешним понятиям – аэродромного размера лежанку под навесом, метра три в длину и такой же ширины. Колья, доски и пальмовые листья притащили негры под руководством Брюна, но потом Бертье разогнал их обратно на заготовку и распиловку. Похоже, ему было интересно посмотреть, как хорошо я справлюсь один. Ну я и справился, конечно – наука-то немудрёная. Только листья на крыше опять-таки негры хитрым образом укладывали, да траву для лежанки какую-то специальную притащили, в которой насекомые не заводятся.
Уже на второй день пребывания в 17 веке обзавелся собственной крышей над головой. Интересно, к концу недели на какой-нибудь принцессе женюсь, или нет?
С принцессами, правда, в этих краях было не очень. Ближе к вечеру нарисовалась весьма упитанная негритянка непонятных лет. Сварила нам вполне съедобное хлёбово из овощей, крупы и даже с парой кусочков мяса. Негры притащили охапку каких-то зелёных стеблей и радостно уселись их жевать вместо десерта. Бертье поманил Брюна пальцем и показал кулак. Тот развёл руками.
- Вот уроды! Не поленились украсть где-то тростника. Мало я их работой загружаю!
Еще плеснул себе и мне в кружки, на этот раз из глиняного кувшина.
- Я посмотрел сегодня… Топор ты определённо в руках держал, и мозги тоже есть. Вот и займись делом. Сначала поднови причал, мэтр скоро приедет за досками – грузить удобнее будет. Потом с тебя два навеса под тонкие доски. Еще стол маловат стал, нужно побольше сделать. Занимайся. За материалами и помощниками – к Брюну. Инструменты можешь брать.
Он кивнул на большой деревянный ящик с ручкой у стены. Я, естественно, пошел смотреть. Нормальный такой набор плотника. Две ножовки с разным размером зубьев. Рубанок обычный, рубанок под выборку четверти. Несколько буравов. Стамески. Топор обычный. Странный топор, напоминающий тяпку – с лезвием поперек топорища. Киянка. Бертье с интересом наблюдал за мной.
- Как тебе?
- Хороший набор. Только…
- Чего-то не хватает?
- Точильного камня для рубанков и стамесок. И не знаю, чем ты пилы точишь. Они… не в самом хорошем состоянии.
- Оселок там тоже валяется, а пилу мне проще кузнецу отдать в заточку и правку. Вот только кузнец в городе, а я здесь. По счастью, я сейчас нечасто мастерю сам.
- Большие пилы тоже кузнец точит?
- Да, хорошо, что напомнил. Надо будет отдать, чтобы привел в порядок. Приплывёт Кассель за досками – напросись с ним. Заодно и с кузнецом познакомишься. А то сам понимаешь – у меня нога сломана!
И Бертье гулко захохотал, хлопая себя ладонями по ляжкам.

Через пару дней я подарил Бертье роскошный костыль, с перекладиной подмышку и боковой ручкой. Увидел дерево подходящей формы и не удержался. Благо, роста мы практически одинакового и можно было примерять по собственной фигуре. Жан скептически повертел подарок в руках:
- Ну и на хрена?
- Вы не забыли, что у вас нога вроде как сломана? Скоро мэтр обещался быть, да и в посёлок вы собирались. С костылём убедительнее.
Бертье хмыкнул. Хлопнул меня по плечу.
- Я рад, что не ошибся в тебе. Настоящий сукин сын!
Так себе комплимент, на мой взгляд. Но какие времена, такие и нравы.

Мэтр появился только через неделю. Я успел и причал подновить, и навесы поставить, и постолярничать, и Бертье послушать, как сейчас корабли строят. Нда, корабельный плотник из меня еще не скоро получится. Я больше половины таких слов и не слышал никогда. В России, увы, корабельно-парусная терминология голландская. Сильно помог завалявшийся в планшетке словарик, как будто кто-то специально мне его с собой подкинул. Не удивлюсь, если и подкинул.
Познавательная неделя получилась, да.

Негры больше часа укладывали в баркас доски и брусья. Кассель топал ногами, ругался и руководил процессом, Бертье вяло отбрехивался и, в свою очередь, орал на Брюна, даже пару раз картинно вытянул его костылём по спине. Мне тоже прилетело начальственного внимания, но словесно, только для порядка. Было бы за что – убили бы, наверное.
Всё заканчивается, закончилась и погрузка. Мы с мэтром уселись на корме лесовоза, негры-матросы отдали швартовы и заработали вёслами. Хоть их сегодня и четверо, все равно слабо представляю, как они такую бандуру вверх по течению тащили.
Кассель еще минут десять поорал, потом начал успокаиваться. Повернулся ко мне:
- Рассказывай.
- Что?
- Что ты делал эту неделю?
Я добросовестно перечислил все свои подвиги и свершения, округляя в бОльшую сторону. Правда, честно признался, что пока не готов в одиночку строить фрегаты и галеоны.
- Этого и не требуется. Сегодня уже вряд ли, а завтра с утра отправишься на Тортугу. Есть заказ. Поможешь нашему плотнику, заодно сам подучишься.
- Как скажете. Только вот как с пилами быть? Их заточить надо бы и обратно привезти, а то лесопилка встанет.
- Отнесешь к кузнецу, а потом Бертье пришлёт негров забрать. Или я по пути захвачу. Ладно, это неважно. Теперь вот что расскажи… Бертье не делал ничего подозрительного?
- Не понимаю, если честно…
Вот еще, очень надо мне в разборки между ними влезать. Я, гражданин начальник, старательный, но тупой. И слепой вдобавок.
- Ну… не приезжают ли к нему посторонние люди?
Я как можно подробнее описал нашу кухарку. И что она каждый день ходит в поселок, и возвращается, и еду готовит, и Жана по ночам развлекает.
- А больше никого постороннего не видел…
Кассель вздохнул.
- Никуда Бертье не отлучался?
- Куда, со сломанной ногой-то? Он и вставать начал только пару дней назад.
Мэтр еще попыхтел, а потом задал, видимо, главный вопрос:
- Не видел, он на сторону древесину не продаёт?
- Не видел. А зачем? Тут целый лес кругом, пили – не хочу.
Интересно, я не переигрываю, идиота изображая? Разве что чуть-чуть. Зато Кассель прекратил свои дурацкие вопросы и заткнулся наконец.
Баркас ошвартовался к небольшому причалу недалеко от устья. Матросы помогли нам вылезти. Двоих мэтр направил со мной к кузнецу – и здоровенные железки отнести, и дорогу показать.

+10

9

Кузнец, естественно, жил на отшибе. Несколько типичных местных хижин в глубине двора, и, ближе к улице – кузня под большим навесом. А ещё хозяйство кузнеца со стороны дороги было огорожено забором. Точнее, плетнем, как любят строить в Малороссии. Только горшков, на кольях висящих, не хватает.
Над кузней, как и полагается, поднимался дым. Весело стучали молотки.
Негры воспитанно остановились у проёма ворот. Я зашел во двор и двинулся к кузне. Остановился. Стоящий спиной ко мне мужчина отставил кувалду и обернулся.
- Тищенко? Семёныч?
- Тащ лейтенант? Какими судьбами?
- Подозреваю, что такими же, что и ты. Признайся, были у тебя мысли незадолго до… аварии, послать всё к черту и отправиться куда-нибудь подальше?
Прапорщик посмотрел на меня, покачал головой.
- Так вот в чем дело… Не надо было черта к ночи поминать. Когда меня разбудили… в то утро… хотелось уволиться на хрен из армии и пойти работать простым кузнецом. Чтобы с восьми до пяти молотом отмахать, а потом сам себе хозяин. Вот и сбылось. Только почему сюда-то?
- Это, боюсь, моя вина. Захотелось туда, где пальмы и паруса. Кто же знал, что это ТАК сбудется? Да еще и тебя захватит?
Мы оба помолчали. Тищенко кивнул на своего напарника.
- Видишь, прямо во дворе у него очнулся. Ксавьерыч – хороший мужик. Никаких документов спрашивать не стал, сразу работу предложил. Мало здесь мужиков рукастых, все воевать стремятся. Придурки.
- А как ты с ним общаешься? Умеешь по-французски?
- Нешто два кузнеца промеж собой не договорятся? Смешно даже. Вот с дочкой его посложнее, да.
Старикан с молотком в руках, видимо, понял, что говорят о нем, и подошел поближе. Я поклонился кузнецу.
- Здравствуйте, мэтр Ксавье!
- О, вы говорите по-французски! Ваш знакомый, он замечательный мастер, но общаться с ним так тяжело!
- Не беспокойтесь! Он быстро учится!
- Тащ лейтенант, а ты что, умеешь по-ихнему?
- Учился. Книжки читал. Наверно, потому мы и попали сюда, а не на Барбадос или Ямайку. Хотя нет, Ямайка еще испанская, англичане ее только лет через тридцать захватят.
Тищенко хмыкнул, посмотрел мне за спину.
- Ты, я смотрю, в эксплуататоры заделался? В рабовладельцы?
И точно, совсем я про негров забыл! Сидят себе дисциплинированно на корточках под плетнём.
- Семёныч, тут такое дело… Пилы большие надо в порядок привести. Сделаете?
Негры по сигналу вошли во двор и сгрузили железки на землю. Я махнул им, чтобы возвращались к хозяину. Прапорщик поднял пилу, посмотрел вдоль, щелкнул ногтем по зубьям.
- Уши бы оторвать этим пильщикам. Это ж надо, так инструмент засадить!
- Возьмётесь поправить?
- Возьмемся. Только имей в виду, здесь возни много. Так что быстро не жди. Пару-тройку дней.
- А по деньгам чего? Мне средства на это выделены.
- Это ты с хозяином обсуждай. По деньгам он главный.
Мэтр Ксавье тоже посетовал на забитость зубьев, большой объем работ и прочие трудности, но денег взял по-божески. У меня еще осталось, чтобы посидеть с Тищенкой вечером в местном кабаке.
- Ты, тащ, извини, что домой не зову, я сам там на птичьих правах пока. Хотя дед как родного принял. У него-то силенок уже немного, а у меня и руки из нужного места, и мозги работают. Дочка егойная уже и глазки строит. Так что, если все нормально пойдёт, женюсь, пожалуй, и здесь осяду. Дороги-то назад нам нет, получается. Как думаешь?
- А что, разумно. Надо как-то устраиваться. Только имей в виду – здесь, на берегу, временами испанцы шалят. Так что особенно серьёзным хозяйством обзаводиться не стоит.
- Это я с Ксавьерычем обговорю. Он тот еще жук, у него наверняка где-то в лесу схрон есть. А то и не один.
- Ну что, за будущее?
- За него!
Мы чокнулись и замахнули местной самогонки. Она здесь называется «рюм». Где-то дальше от берега есть плантации, там выращивают тростник, который наши негры на лесопилке так жевать любят. Из тростника добывают сахар, а из жмыха ставят брагу и гонят ром. Как Тищенко это узнал, прожив здесь всего неделю и не владея языком, я не понимаю. Хотя, такой хозяйственный мужик нигде не пропадет.
- Тащ лейтенант, а вы-то как?
- Семёныч, а давай на «ты» и по имени, а? Ты меня старше вдвое, неудобно даже. Саша меня зовут. Александр.
- Хорошо. Я понял, ты к лесопилке прибился? Как там?
- Не то, чтобы к лесопилке… С той стороны пролива, на Тортуге, есть небольшая верфь. Ей заправляет мэтр Кассель. Здешний. Видел, наверно, такой гном с седой бородой? У него вверх по речке лесопилка. Так что я пока при нем, буду учиться корабли строить.
- Хитро… Ну что, удачи, тащ Саша!
Мы выпили еще. Закусили жареной свининой, которую здесь делали с какими-то травками, отчего она получалась вкусной и душистой.
- Семёныч, слушай, а можно я тебе пока не буду топорик отдавать? Немного деньжат подзаработаю, тогда закажу полный комплект инструмента.
- Пользуйся, мне он пока не нужен. Но, чур, не терять. Где я здесь такую сталь найду? Она от… не знаю точно, как та штука называлась, но очень секретная.

+10

10

С утра отправились с лесовозом на Тортугу. Накануне я пришел к Касселю  довольно поздно и изрядно подвыпившим. Тот побухтел, но особо ругаться не стал. И сейчас свежий ветерок был очень кстати, приятно свистел в морду и выдувал остатки вчерашних злоупотреблений.
В проливе не то, чтобы штормило, но было довольно свежо. Баркас временами влетал носом в волну, окатывая водой сидящих на баке негров. Парус в этот раз подняли штормовой, меньшего размера, да и нагруженные выше бортов штабеля досок скорости не добавляли. До Бас-Тэра мы тащились часа два.
Я со скуки попробовал разговорить Касселя:
- Скажите, мэтр, а почему здесь латинский парус?
- Мне этот пинас[Пинассами одновременно назывались два типа судов. Малой пинассой, или корабельной пинассой, называлось парусно-гребная лодка, перевозимая на корабле и служащая для обеспечения, аналог корабельного баркаса в отечественном флоте. Большая пинасса, или "пинасса с прямым парусным вооружением" - полноразмерный парусник водоизмещением, по разным источникам, от 100 до 800 тонн.] нужен только для переходов через пролив. Остров высокий, поэтому ветер дует исключительно вдоль пролива. В основном – с востока. Так что ходить приходится в галфвинд[Курс парусного судна, при котором ветер дует преимущественно сбоку.]. Прямые паруса работают хуже косых.
- Но почему именно латинский? Не гафельный, не бермудский, не шпринтовый[Названия парусов более позднего времени.]?
- Ты сейчас наговорил много непонятных слов, а я объясню на пальцах. Что будет, если налетит шквал?
- Ну… Может перевернуть, может сломать мачту…
- Вот! А у нас просто сломает реёк чуть выше мачты, где двойное дерево переходит в одинарное[Реек изготавливается не из цельного куска дерева, а связывается из нескольких.]. И все. Парус станет вдвое меньше, но он будет. И мачта уцелеет. И корабль. И можно попробовать дойти до места.
- Ловко!
- А ты думал! Это мудрость веков! Под такими парусами еще финикийцы по Средиземному морю ходили. Там шквалы часто бывают. Не то, что этот твой… Как ты сказал?
- Бермудский парус. Высокий треугольный грот. Очень хорош для шлюпок и мелких лодок. Еще спереди ставится такой же треугольный стаксель, и получается бермудский шлюп.
- Что-то, парень, у тебя каша в голове. Шлюп – это нормальный двух или трёхмачтовик с прямыми парусами. Поменьше фрегата[Опять проблема терминологии в разные времена и на разных языках. В 17-19 веке шлюпом мог называться почти любой военный парусный корабль меньше фрегата размером. В 20 веке шлюпами стали называть маленькие кораблики с единым типом парусного вооружения  - два основных паруса, грот и стаксель, на одной мачте. Бермудский шлюп несет бермудские паруса – высокие и треугольные, наиболее эффективные из придуманных человечеством.].
- На Бермудских островах всё не как у людей, - сдался я.
Вот я дурак! Бермудское парусное вооружение, если не изменяет память, появилось только в начале 20 века. И терминология за три века изрядно поменялась. Аккуратней надо, а то ляпну невзначай, что во Франции теперь президент заправляет, а последнему королю давно башку отрубили, и привет. Психушек здесь нет, а вот веревка найдется наверняка.

В гавань Бас-Тэра мы зашли по правилам, через восточный проход. Как объяснил Кассель, при постоянном восточном ветре кораблям с прямыми парусами[Паруса прямоугольной или трапециевидной формы. Верхняя кромка паруса закреплена на специальном рее – горизонтальном рангоутном дереве. Рей крепится к мачте. Его положение в вертикальной плоскости задается топенантами, в горизонтальной – брасами. Нижние углы паруса оттягиваются шкотами. Для постановки и уборки прямых парусов матросы парусной команды должны забираться на мачты и работать на реях, высоко над палубой. Устанавливаются прямые паруса в основном перпендикулярно продольной оси корабля или близко к перпендикуляру. Хорошо работают при попутных и близких к ним ветрах (курсы фордевинд и бакштаг), на более острых курсах (галфвинд и бейдевинд) работают плохо или не работают совсем.] удобнее входить с востока, а выходить на западе. Сама акватория в длину не превышала метров восьмисот, при ширине в триста. И это на высокой воде. При отливе обнажалась песчаная отмель, отделяющая гавань от пролива, и площадь бассейна сокращалась вдвое.
Наш, как выразился мэтр, «пациент», расположился на песчаной отмели у берега. Шестипушечный шлюп «Бель Мадлен» под командованием капитана Шарля из Бреста. Издалека он казался игрушечным корабликом, забытым детьми возле лужи. Очень хорошо, тщательно сделанным, но – игрушечным. Правда, чем ближе мы подходили, тем реальнее он выглядел. Метров двадцать пять длиной, двухмачтовый. При ближайшем рассмотрении обнаружилась и третья мачта, сломанная у самой палубы бизань[На трехмачтовых кораблях первая с носа мачта называлась фок-мачта, вторая – грот-мачта, третья – бизань-мачта.]. Левый фальшборт[ограждение по краям палубы] был здорово размочален, а чуть выше ватерлинии[Условная линия, по которой проходит поверхность воды у стоящего корабля. Разделяет надводную и подводную части корпуса.] видна добрая – голову просунуть можно – дыра с неровными краями.
Пока негры разгружали лес, мы с Касселем и подошедшим плотником по имени Кривой Пьер осматривали несчастную «Мадлен». Потом к нам присоединились местный боцман, корабельный плотник и сам капитан Шарль. Уж не знаю почему, но дефектовка[Поиск и оценка повреждений.] корпуса и рангоута[Деревянные конструкции, предназначенные для установки парусов. Включает мачты, стеньги, реи, гафели, гики… нет им числа.] превратилась в соревнования по сквернословию. Моряки с заметным перевесом победили. Пора учить французский мат.
Дальше мы целую неделю, как каторжные, восстанавливали набор и обшивку [Корпус корабля состоит из т.н. «силового набора» (киля, шпангоутов, стрингеров, бимсов), задающего форму корпуса и держащего основную нагрузку, и обшивки поверх него.] шлюпа. Было познавательно, но не очень интересно. Противнее всего оказалось ковыряться по жаре в вонючем душном трюме. Я себе иначе представлял пиратскую романтику.
Кассель тем временем привез детали мачты. Интересно, где он умудрился их добыть – точно не на нашей лесопилке. У нас в округе сосны просто не росли. Спросил Кривого Пьера – тот пожал плечами. Кстати, прозвище своё местный плотник вполне оправдывал бы, даже имея оба глаза. Аккуратностью он не отличался, и то, что выходило из-под его топора, было криво и косо. Зато с Колотушкой Полем, корабельным плотником с «Бель Мадлен», мы вполне сошлись. Руки у мужика росли из правильного места, и объяснять он умел отлично.
При установке колонны мачты[Мачты крупных парусных судов, как правило, состоят из нескольких частей. Нижняя часть мачты называется колонна, следующая – стеньга, потом – брам-стеньга, бом-брам-стеньга и т.д.] Кривой Пьер умудрился сунуть ладонь не туда и стал до кучи одноруким. Ну, а я впервые познакомился с местной медициной. Размозженную кисть ампутировали обычным, не очень острым топором. Потом замотали культю пропитанной ромом тряпицей и отправили бывшего плотника заливать горе, снабдив парой монет. Возникло огромное желание тоже тяпнуть чего-нибудь крепкого, чтобы унять тошноту, но появившийся, как чертик из шкатулки, мэтр Кассель ухватил меня за рукав:
- Ну что, Александр, поздравляю! Ты принят на работу! С сегодняшнего дня ты полноценный плотник на моей верфи!
- А что с Пьером?
- Я давно хотел выгнать этого криворукого придурка, но он все сделал сам. Получит расчет и пусть идет на все четыре стороны. У меня верфь, а не богадельня.
- А сколько вы мне будете платить?
- Ну… ты пока еще не очень опытен… Я думаю, песо в неделю будет в самый раз.
- Песо в неделю? Восемь реалов? С учетом того, что один раз поесть в кабаке стоит как раз реал?
- Ты можешь жить в помещении верфи.
Мэтр от щедрот предлагал поселиться в сарае на берегу, где хранился инструмент и припасы конопатчиков. Заодно, видимо, караулить паклю и смолу.
- Знаете, мэтр, как вы верно заметили, у меня пока мало опыта. Поэтому я сперва посоветуюсь с другими, а потом мы вернемся к вопросу о моём жаловании.
Кассель аж поперхнулся от такой наглости. А что делать – как себя с самого начала поставишь, так дальше и пойдет. Я более чем уверен, что при здешнем дефиците квалифицированных кадров даже помощник плотника не работает за будку и миску.

Отредактировано RedSun (06-11-2020 17:08:04)

+10


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Влад Воронов. "Господин плотник"