Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Горячее лето 42-го


Горячее лето 42-го

Сообщений 541 страница 550 из 581

541

Юра, с твоими запятыми мне всегда есть что делать!

+1

542

***
Завывая на затяжных подъемах и подпрыгивая на ухабах, взобравшись, наконец, наверх, словно переведя дух и глотнув свежего воздуха, чуть бодрее съезжая с песчаных холмов, полуторка медленно, но уверенно тянула к конечной цели наших скитаний на сегодня. По крайней мере, в это хотелось верить. И не только мне одному. Устали все, включая неугомонного шутника и балагура Шмакова, который свесив голову то ли дремал, то ли сильно задумался над чем-то, вместе со всеми раскачиваясь из стороны в сторону. Зиновьев угрюмо молчал, не глядя в мою сторону, видно, думал о том же, что и я: куда мы едем, зачем? Какая польза там от нас будет?
Дорога пошла тяжелая. Натужно завывал двигатель, пески давали себя знать. Два раза «садились» как следует – приходилось выпрыгивать всей толпой и, пыхтя изо всех сил, выталкивать  полуторку из песочного «плена».
Совсем стемнело. Водитель свет не включал, то ли для маскировки, то ли он у него вовсе не работал. Как Тимофей Калашников в потемках разбирал дорогу, ума не приложу. Несмотря на это, мы двигались к  хутору Клетско-Почтовскому, где находился штаб 21-й армии. Отъехав на приличное расстояние от Дона, стали просматриваться высоты на той стороне, подсвеченные всполохами пожаров. Степь ли то горела, или наши колхозники жгли урожай, чтобы не достался врагу, не знаю. Но зарево на Западе было таким, будто солнце, уйдя за линию горизонта, зацепилось, там, на небе, за невидимый огромный гвоздь, и от этого казалось, что сегодняшний закат не закончится никогда. Несколько раз над нами пролетали самолеты. Даже через шум мотора было слышно, как они гудят где-то высоко над нами, словно невидимые шмели. Наши это были или немецкие шмели, не знаю, но понял, что водитель едет без света не зря – а вдруг не поленятся и кинут бомбу? Нет уж, пусть себе жужжат над нами, лишь бы не кусались.
Тимофей Калашников. Я снова вернулся к мыслям о неправдоподобности нашей встречи. Это что ли наш дед? Не может быть! Этот рыжеватый, с горбатым носом, как у грузина, наш дед? Хотя, еще не зная его имени и фамилии, только взглянув на него, я уловил что-то очень знакомое, можно сказать родное, в его чертах. Очень он мне брата напомнил, просто поставь их двоих рядом, не разберешь кто где. Близнецы, да и только! Да ну нафик! Как он тут, вообще, очутился? Внутренний голос тут же ехидно спросил: «А ты-то сам, как тут появился? Что ТЫ тут делаешь?». Подпрыгивая в кузове грузовика, трудно размышлять о смысле жизни и прочих философских глупостях. Поэтому, решил оставить поиски ответов на эти вопросы на завтра. Да и спать хотелось уже, просто нет сил. Даже чувство голода не так мучило, как желание просто очутиться где-нибудь в тихом месте и вздремнуть, хотя бы пару часов.
Машина вдруг резко остановилась. Впереди послышались громкие голоса, кто-то велел выйти всем из машины и предъявить документы. Пост что ли?
Так и есть. Владимиров открыл дверцу и, прежде чем спрыгнуть на землю, заглянул к нам и велел никому не дергаться и  из кузова пока не выпрыгивать. Но, быть начеку и оружие держать наготове. Мало ли что. Может там, на посту, есть люди с расшатанными нервами, ударят еще из пулемета, лучше их не провоцировать. Но, добавил он шепотом, может быть и засада. Что же, посидим тут пока. Хотя очень хотелось выбраться на твердую землю и размять затекшие ноги.
– Кто старший машины? – раздался громкий голос, скорее всего начальника поста.
– Старший лейтенант Владимиров! Оперативная группа особого отдела армии, – откликнулся наш командир.
– Подойдите один и предъявите документы! – раздался голос из темноты. – А так же, разрешение на передвижение в прифронтовой полосе в темное время суток. Только без резких движений. У нас приказ, стрелять на поражение, в случае неподчинения остановленных для проверки. Так что спокойно, без нервов, подходим и предъявляем документы.
– Хорошо, – поспешил заверить проверяющих Владимиров, – я все понял. Только, одна просьба. Назовитесь и вы, пожалуйста, а то, у нас свой приказ: задерживать всех, кто мешает нам вести розыскные мероприятия и уничтожать всех, кто оказывает вооруженное сопротивление.
С той стороны притихли на несколько секунд, переваривая информацию.

Отредактировано Althoff (20-03-2018 22:05:06)

+1

543

К посту 546.

Althoff написал(а):

При отсутствии надежной связи, дальнейшее пребывание на этом месте(,-лишняя) становилось просто бессмысленным.

Althoff написал(а):

Если все, что задумывалось ранее,  не удастся осуществить в полной мере, значит(ЗПТ) необходимо срочно менять план действий….

Значит - вводное слово, выделяется запятыми.

Althoff написал(а):

Как он смеет(,-лишняя) так со мной обращаться!

Althoff написал(а):

Потом, положив бинокль на раскаленную землю, устало, будто человек(,- лишняя) не спавший три ночи подряд, произнес, ни к кому, впрочем, конкретно не обращаясь:

Althoff написал(а):

Чтобы(,-лишняя) на жаре лежа слушать, как вы власть между собой никак не поделите? – возмущался краснощекий.
– Сегодня же(,-лишняя) ночью(,-лишняя) нужно уходить отсюда, – вмешался в разговор другой сержант,

Althoff написал(а):

– Если не заткнетесь(,-лишняя) сейчас же, пристрелю всех троих,

Althoff написал(а):

– А как ты его выполнишь(,-лишняя) в такой ситуации? – возмутился лейтенант. – Тоже(,-лишняя) мне, умник нашелся!

Althoff написал(а):

успев предупредить тех, что раскрыв рты(,-лишняя) остались лежать в кустах:

+1

544

Althoff написал(а):

полуторка медленно, но уверенно(,-лишняя) тянула к конечной цели наших скитаний на сегодня

Althoff написал(а):

Устали все, включая неугомонного шутника и балагура Шмакова, который(ЗПТ) свесив голову, толи дремал, толи сильно задумался над чем-то,

ТО ЛИ - раздельно. Бы, же, ли пишутся раздельно, если являются частицами ...А то, либо, нибудь, кое
пишутся через дефис.

Althoff написал(а):

Зиновьев угрюмо молчал, не глядя в мою сторону, видно(ЗПТ) думал о том же, что и я:

Видно - вводное слово, выделяется запятыми.

Althoff написал(а):

Водитель свет не включал, толи для маскировки, толи он у него вовсе не работал.

Althoff написал(а):

Наши это были(,-лишняя) или немецкие шмели, не знаю, но понял, что водитель едет без света не зря – а вдруг(,-лишняя) не поленятся и кинут бомбу? Нет(,-лишняя) уж, пусть себе жужжат над нами, лишь бы не кусались.

Althoff написал(а):

Подпрыгивая в кузове грузовика(ЗПТ) трудно размышлять о смысле жизни и прочих философских глупостях.

Althoff написал(а):

Пост(,-лишняя) что ли?
Так и есть. Владимиров(,-лишняя) открыл дверцу и, прежде чем спрыгнуть на землю, заглянул к нам и велел никому не дергаться(,-лишняя) и  из кузова пока не выпрыгивать.

Althoff написал(а):

Что же, посидим тут(,-лишняя) пока. Хотя(,-лишняя) очень хотелось выбраться на твердую землю и размять затекшие ноги.

Althoff написал(а):

А также, разрешение на передвижение в прифронтовой полосе в темное время суток.

ТАК ЖЕ - раздельно.

Althoff написал(а):

Так что(,-лишняя) спокойно, без нервов, подходим и предъявляем документы.

Althoff написал(а):

С той стороны притихли(,-лишняя) на несколько секунд, переваривая информацию.

+1

545

С той стороны притихли, на несколько секунд, переваривая информацию. Затем кто-то, громко прокашлявшись, наконец, произнес:
– Вы там, погодите, уничтожать-то. Я начальник поста, старшина Жуков. Подойдите один для проверки документов. И без глупостей, пожалуйста. Если что, пулемет у нас наготове, пикнуть не успеете.
– Ладно, старшина, не горячись. Все понимаю, время сейчас такое. Оно, конечно, правильно. Лучше семь раз проверить, а потом поверить. Подхожу один и предъявляю документы. Со мной, правда,  отделение пограничников, три армейских разведчика и двое задержанных.… Но документы у всех в полном порядке. Вы не сомневайтесь.
И, повернувшись к Тихонову, сказал еле слышно:
– Если замечу в их действиях что-то подозрительное, подам знак – закашляю. После сигнала открывайте огонь и дальше действуйте по обстановке. Ну, не мне вас учить. 
Владимиров направился к старшине и предъявил свои документы. Тот, подсветив фонариком, внимательно их изучил и разрешил следовать дальше, сказав на прощанье:
– Извините, товарищ старший лейтенант, обстановка, сами знаете какая сейчас. Нас предупредили, что разыскиваются вражеские лазутчики, вот и приходится проявлять повышенное внимание ко всем без исключения. Тут еще объявили, что ожидаются парашютные десанты. Не исключается и прорыв немцев с той стороны, поэтому у нас тут два орудия замаскированы на всякий случай.
– Ладно, старшина, не обижайся. Тех, кого мы разыскиваем, очень опасные ребята. Поэтому, мы тоже всегда на стороже.
– Там, дальше, еще два поста будет. Один километрах в трех, второй у самого хутора. Так что, внимательнее будьте. Все на нервах, так что если прикажут остановиться, так и делайте, иначе огонь откроют без предупреждения.
– Спасибо, старшина. Я знаю. Мы постараемся не нарваться на неприятности. Прощай!
И, обернувшись к нам, Владимиров крикнул:
– Тимофей! Заводи! По коням!
Дорога дальше пошла вполне приличная. Пески кончились. Полуторка резво катилась по ночной степи. Тусклый свет от единственной работающей фары дрожал на вытертых до мучной пыли колеях. Через несколько километров мы остановились возле такого же поста. Проверка прошла нормально, и мы отправились дальше. Минут через двадцать прошли еще один пост, переправились через дамбу, и въехали, наконец, в хутор Клетско-Почтовский, где располагался штаб 21-й армии.
Владимиров был здесь не в первый раз, он указал водителю, где остановиться и, выпрыгнув из кабины, отдал команду:
Мы приняли из кузова Иван Иваныча и Василия Лебедева и прошли в дом, в котором находилось высокое армейское начальство.
Часовой, увидев незнакомых бойцов, попытался заградить нам дорогу, но Владимиров, шедший впереди, сообщил ему:
– Кузьмин! Мы привезли задержанных, нам необходимо срочно встретиться с майором госбезопасности Хандошко.
В этот момент отворилась дверь одного из помещений и навстречу нам, вышел военный, лет около сорока, брюнет с усами и двумя «шпалами» на петлицах. На его кителе справа виднелся знак «Заслуженный работник НКВД», а слева орден Красного знамени и медаль «За отвагу». Боевой, похоже, дядька. Это и был майор ГБ Хандошко. Едва взглянув на нас, он немедленно начал раздавать указания:
– Этих двоих, – указал он на санитаров, –  в соседний кабинет. Ими займется капитан Матвеев.
Капитан Матвеев, угрюмый парень со шрамом на правой щеке, отворил дверь в одну из комнат и тут же, подтолкнув в кабинет санитаров, закрыл за собой дверь.
– Никому не расходиться! Я сейчас. Лейтенант Тихонов остается за старшего. Доложусь начальству, а там будет видно, что дальше делать. Зиновьев, Шмаков, Калмыков – за мной! Остальным – отдыхать!
– А это, как я понимаю, разведчики из 300-й стрелковой дивизии? – спросил майор.
– Уже не из 300-й, а из 124-й дивизии, Николай Потапович, – отвечал Владимиров. – Они первыми обнаружили вражескую разведгруппу и видели в лицо почти всех ее членов.
– Они нам пока не понадобятся, пусть отдыхают, а нам с тобой нужно срочно переговорить, – распорядился Хандошко.
Второй раз нам повторять не пришлось. Мы развернулись кругом, и вышли из здания. Тихонов, с лейтенантом-моряком, курили на крыльце. Пограничники расположились недалеко от машины, и тоже перекуривали негромко переговариваясь. Тимофей Калашников, дабы не отстать от своих случайных пассажиров, тоже сворачивал самокрутку, сидя на подножке кабины своего автомобиля. Я решил уточнить у него кое-какие подробности его биографии. Пока есть время.
– Ты куда? – тронул меня за рукав Зиновьев.
– Я сейчас. Мне с шофером надо поговорить.
– Ладно. Только не пропадай никуда. Вдруг нас обратно отправят, собирай вас тогда по всему хутору. А кстати, где Шмаков?

Отредактировано Althoff (20-03-2018 22:39:22)

+1

546

Старший лейтенант Владимиров.
Майор затянулся папиросой, посмотрел мне в глаза. Затем, перелистав какие-то бумаги, лежащие перед ним на столе, тяжело вздохнул и сказал:
– Плохо выглядишь. Когда спал в последний раз?
– Вчера, товарищ майор. Кажется, вчера.
Устал я, действительно, просто как собака, но огорчать начальника не хотелось. В самом деле, не буду же я ему говорить, что поспать, да и то, часа четыре всего, мне удалось только позавчера.
– Сколько я тебя знаю, – ехидно прищурился Хандошко, – врать, до сих пор,  ты так и не научился. Ладно. Бойцов своих разместил уже?
Видно было, что и сам он уже суток двое как не ложился, но держался молодцом. Курил только часто, прикуривая одну папиросу от другой. 
– Так я же сразу к вам. Не успел еще. Вы не волнуйтесь, – товарищ майор, – за старшего опергруппы лейтенант Тихонов остался. Парень толковый. Отдых личного состава он организует. Большого ума для этого не требуется. Но, прояснить наши дальнейшие действия не помешало бы. Люди устали.
Хандошко согнал с лица приветливое выражение и, нахмурив брови, сообщил:
– Что дальше делать, мы сейчас с тобой решим. Для начала, дай команду своим орлам ужинать и отдыхать. Да подожди ты, горячка, – зашумел он на меня, увидев, что я собираюсь немедленно выполнить его приказание. – Открой вот  окошко, да позови там кого следует. Лейтенанта своего толкового. Скажи ему, чтобы нашел дежурного по штабу и, от моего имени, попросил выделить помещение для отдыха личного состава опергруппы. Много не обещаю, но часа три, максимум четыре, у них есть.
Я отворил окно и, подозвав Тихонова, распорядился насчет кратковременного отдыха личного состава оперативной группы. Майор, тем временем, продолжал:
– А мы тут, пока, потолкуем о том, какие меры необходимо дальше предпринять, по розыску этой неуловимой диверсионной группы. Что они именно диверсанты, я ни минуты не сомневаюсь. Об этом, в  числе прочего, свидетельствуют выловленная из болота радиостанция и взрывчатка в вещмешках. Но об этом чуть позже. У меня тут, сам знаешь, и без них забот хватает.
В это время в комнату, спросив разрешение, вошел стройный, подтянутый капитан, помощник начальника штаба армии по разведке и, бросив на меня короткий взгляд, доложил:
– Товарищ майор, вы просили сообщать о всех изменениях в оперативной обстановке. Поступили новые данные о происшествиях, случившихся за последние трое суток. Для вас есть кое-что интересное. Вот, например.
– По поступившим данным, в полосе ответственности нашей армии зафиксированы шесть выходов в эфир неизвестных радиостанций, по четырем удалось определить примерное место радиопередачи. С оставшимися двумя хуже дело обстоит – сигнал слабый, видимо батареи садятся.
Хандошко курил и, казалось, не слушает доклад офицера, но когда тот замолчал, затушил папиросу в пепельнице и сказал:
– Что еще?
Капитан продолжал:
– По информации, присланной из Сталинграда, участились случаи нападения на посты и контрольно-пропускные пункты пограничных частей по охране тыла фронта. А так же попытки завладения автотранспортом в прифронтовых районах и в тылу. Вот, оперативная сводка штаба 2-го погранполка войск НКВД по охране тыла 62-й армии:
– « … в 12.15 при остановке автомашины М-1, шофер не установлен, был обстрелян наряд КПП 12-й заставы, в районе Полевого Стана, неизвестными в военной форме из ППД, в результате чего ранен пограничник Михайлян Вартан Петрович. Автомашина скрылась в сторону Сталинграда. Ведется розыск подозреваемых в совершении обстрела. Территориальные отделы милиции проинформированы о данном инциденте».

Отредактировано Althoff (23-06-2018 00:11:37)

+1

547

– Вот еще любопытные факты, причем, практически у нас под носом сработано:
«… 27.07.42г., около полудня, неизвестными в военной форме совершено нападение на водителя, красноармейца Силантьева и сопровождавшего его капитана Титова М.Ф.», – оба из 124-й сд, – уточнил ПНШ, – «следовавших на станцию Себряково. Очевидно, с целью завладеть автомобилем марки ГАЗ АА. В результате, старший машины капитан Титов был убит, а тяжелораненый Силантьев доставлен в полевой медсанбат 124-й стрелковой дивизии»…
– Где это произошло? – встрепенулся майор.
– Совсем недалеко отсюда, – уточнил помощник начальника штаба армии по разведке. – По прямой километров двадцать на юго-запад. Кстати, это, с большой долей вероятности, может быть  разыскиваемая нами диверсионная группа.
И он снова внимательно посмотрел на меня. Весьма возможно, что это именно те, кого мы ищем, но я заметил,  помощник что-то не договаривает. Нужно выяснить все детали, относящиеся к этому дерзкому нападению. Может, действительно, удастся получить полезную для розыска информацию?
Майор не выдержал и культурно посоветовал помощнику по разведке не тянуть кота за хвост, а доложить четко и в полном объеме обо всем, что известно по этому нападению.
– Что у тебя за привычка, понимаешь, наводить тень на плетень! Шофер жив, говоришь? Как его состояние?
– Без сознания он, товарищ майор. Сотрясение мозга, врач говорит травма тяжелая и придет ли в себя Силантьев, пока неизвестно. Что примечательно – у капитана Титова похищено личное оружие и документы. Весьма возможно, что по его документам в нашем тылу  в ближайшее время постарается легализоваться агент Абвера. Поэтому, необходимо проинформировать об этом всех кого следует.
– Мы проинформируем. Немцы тоже не дураки, «светиться» у нас в ближайшем тылу с такими документами. Хотя, – майор сделал паузу, явно что-то прикидывая, – если только один раз, и в случае, когда их очень подопрет.
– Например, при подготовке или осуществлении того, что они задумали, – вставил я. – Ведь не загорать же они к нам прибыли. И взрывчатку несли с собой явно не рыбу глушить.
– Это и так понятно, – отмахнулся от меня Хандошко. Но вот вопрос: взрывчатки у них теперь нет, так? И зачем было угонять грузовик, убивать сопровождающего, забирать у него документы? Зачем было обнаруживать себя, если они догадываются, что мы о них знаем и обязательно будем их усиленно разыскивать?
– Тут как раз все ясно, товарищ майор, – поспешил вставить свое мнение ПНШ. – Знают, что их разыскивают. Идут буквально по пятам, (тут Хандошко поморщился как от зубной боли), и они решили оторваться, сбить погоню со следа. Машину бросят где-нибудь, теперь это улика. Неясно только одно – куда они теперь направятся?
И тут я спросил, сам не знаю зачем, скорее всего просто для порядка, чтобы уяснить всю картину происшествия:
– А куда  машина шла?
– Я,  кажется, говорил. На станцию Себряково, – невозмутимо сообщил ПНШ. – А что это нам дает?
– Извините, не так выразился, – поспешил я исправить свою оплошность. – Куда они ехали, я прекрасно помню. А вот зачем? Есть об этом какие-то сведения?
Капитан на мгновение задумался, и тут же, мельком взглянув на меня, сказал, обращаясь к Хандошко:
– Товарищ майор, разрешите, я свяжусь с дивизией и уточню?
– Давай, – почуяв что-то неладное, ответил начальник особого отдела, – только пулей! Как узнаешь, сразу докладывай!
ПНШ выскочил из комнаты, по коридору прогромыхали его сапоги, хлопнула дверь и все стихло.

Отредактировано Althoff (23-06-2018 00:16:10)

+1

548

Althoff написал(а):

красноармейца Силантьева и сопровождавшего его, капитана Титова М.Ф.», – оба из 124-й сд, – уточнил ПНШ, – «следовавших на станцию Себряково. Очевидно, с целью завладеть автомобилем марки ГАЗ АА. В результате, старший машины, лейтенант Титов был убит

Капитан или лейтенант Титов?

+1

549

Опечатка. Конечно капитан.  http://read.amahrov.ru/smile/write.gif

+1

550

***
– Давай закусим, пока разведка нас не «обрадовала», – предложил Хандошко. – Ты, небось, забыл, когда последний раз обедал по-человечески? Я сейчас распоряжусь, чтобы принесли чего-нибудь перекусить.
Майор кликнул адъютанта, немолодого уже, русоволосого лейтенанта и озадачил его насчет позднего ужина. Вскоре, расторопный  сержант, которого прислал адъютант, притащил с кухни пару котелков с кашей, буханку ржаного хлеба и пару банок тушенки. Сам же адъютант принес кипятка и, заварив чай, принялся мастерски быстро вскрывать банки и пластать крупными ломтями хлеб.
– Извини, – развел руками Хандошко, – хоть и живем в сельской местности, но разносолов не держим, все у нас по-простому! Присаживайся и вперед. Ты на меня не смотри, я тут всегда от кухни недалеко, а тебя как волка – ноги кормят. Насчет нормального отдыха не обещаю, так хоть поешь как следует.
Два раза мне повторять не нужно. Действительно, когда еще придется подзаправиться? Но перед едой я спросил у сержанта, который не успел выйти:
– Как там мои ребята? Накормили их?
– Накормили, товарищ старший лейтенант. Все в полном порядке. Да вы не переживайте, они уже порубали и отдыхать устроились, кто где. Кто в кузове машины лег, кто рядом с машиной на свежем воздухе, а кто и в конюшне на сеновале устроился.
Вот теперь моя душа спокойна за подчиненных, можно и самому поесть по-человечески. Выложив всю тушенку из своей банки в котелок, я принялся уничтожать еще горячую кашу. Майор,  сидя напротив, с жалостью поглядывал на меня, как будто я с голодного края прибыл. Помешивая ложечкой чай, он думал о чем-то. С кашей я управился в два счета и тоже занялся чаем.
– О чем задумались, Николай Потапович?
Хандошко отхлебнул чая и просветил меня о причинах своей задумчивости:
– Обстановка тревожная. Не все части армии еще вышли в назначенные им места сосредоточения. 124-я подтягивается, хотя ей завтра уже наступать приказано. Немцы спешат поскорее разделаться с войсками 62-й армии, занять излучину Дона, чтобы обеспечить себе удобный плацдарм для наступления на Сталинград. Не слышал новости? Допрашивали недавно пленного из 79-й пехотной дивизии, так он сначала хорохорился, а потом, когда понял, что можем его к стенке поставить, сразу изменил тон и много чего интересного нам поведал. Оказывается, командующий 6-й немецкой армии, некто генерал Паулюс, дал обещание самому фюреру взять Сталинград к 25 июля, но немного не рассчитал силу сопротивления русских войск. Застряли они тут, еще проблемы у них с подвозом боеприпасов и топлива для автомобилей и танков. Так что, сроки у них срываются, чему и мы способствуем, по мере сил. Приказ фронта требует срочного нанесения контрудара по флангу рвущегося к Сталинграду противника, чтобы отвлечь на себя часть вражеских сил. А тут, у нас в тылу, черте что творится, весь тыловой район забит беженцами, МТС эвакуируют трактора, комбайны, имущество колхозное спасают. Скотину угоняют, хлеб увозят подальше от фронта, чтобы врагу не досталось ничего. А сколько на той стороне осталось неубранного хлеба, видел? Жгут, колхозники, хоть и сердце кровью обливается, а жгут своими руками плоды своего нелегкого труда. А что поделаешь, не оставлять же немцам?
Хандошко тяжело вздохнул, прикурил папиросу и продолжил свою «политинформацию»:
– Еще одна проблема у нас возникла, и решать ее нужно, как одну из первоочередных: в тылах армии скопилось множество разных по составу групп военнослужащих, после отступления откатившихся подальше от линии фронта. По лесам скрываются не только шайки дезертиров, а и откровенно уголовного элемента. Оживилось белогвардейское подполье, проводят контрреволюционную агитацию среди несознательных слоев населения. Наглым образом, понимаешь, ждут немцев! Распространяют панические слухи и активно готовятся поднять у нас в тылу восстание. Это нам очень сильно начинает мешать. Чтобы выявить весь контрреволюционно настроенный элемент,  необходимо провести полную очистку армейских тылов. Командующий армии в ближайшее время должен подписать приказ о создании вместе с войсками по охране тыла фронта, мобильных групп, усиленных подразделениями, выведенными на отдых и формировку, для очистки лесных массивов по берегам реки Медведицы.
– Товарищ майор, а каким боком это относится к разыскиваемой нами группе?
– Может и относится, а может, и нет. Не узнаем, пока все не проверим досконально.

Отредактировано Althoff (23-06-2018 00:22:54)

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Горячее лето 42-го