Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Ржавчина

Сообщений 71 страница 80 из 94

71

Начало июля 1896 года, Александрия, Британская Империя.
   Пакетбот "Оливия", принадлежащий Ост-Индской компании и совершающий регулярные рейсы в Бомбей, спустив паруса на обеих мачтах, аккуратно входил в александрийский порт под единственным кливером, слабо трепыхающимся над бушпритом. Это должно было стать последней остановкой перед входом в недавно построенный Суэцкий канал, значительно сокративший морской путь на Восток. У правого борта медленно приближающегося к пирсу корабля, расслаблено облокотившись о резной поручень красного дерева - на отделке пассажирской части палубы, полностью отданной в распоряжение привилегированных пассажиров первого класса, компания не экономила, обозревала панораму огромного города обособленно расположившаяся троица. Дама в платье простого покроя, но из дорогой тонкой ткани и в соломенной шляпке с широкими полями, прикрывавшими ее белую кожу от палящего южного солнца, беспрерывно обмахивалась веером - едва дувшего с моря ветерка совершенно не хватало, чтобы спастись от июльской жары. Стоявший рядом худощавый молодой человек в застегнутой наглухо, по лондонской привычке, плотной рубашке, дополненной черной безрукавкой, истекал потом и то и дело вытирал лоб уже насквозь мокрым платком. И лишь третий мужчина из их компании был одет в полном соответствии с погодой, хоть и слегка выбиваясь из принятых в Метрополии приличий: в легкую льняную рубашку с расстегнутым воротом, обеспечивавшую хорошую вентиляцию, и широкополую шляпу, украшенную декоративным пером. Его вид явно демонстрировал, что этот человек не впервые встречается с южной жарой.
   Другие пассажиры корабля знали эту троицу как геолога, нанятого Ост-Индской компанией для проведения неких изысканий в окрестностях Бомбея, его "свежеиспеченную" супругу и ассистента. "Геологом" являлся Хиннеган, "ассистентом" - Виллейн, ну а "супругой", естественно, Кэт. Впрочем, от последних кавычек Генри хотел бы избавиться как можно скорее. Однако сделать это мешали не только мало способствующие официальной регистрации брака обстоятельства, но и документы на совершенно чужие фамилии, которыми их обеспечила Секретная Служба. По этим документам они и так уже были женаты, а настоящие паспорта у них отобрали, поэтому в ближайшее время даже мечтать тут было не о чем. Впрочем, как супружеской паре на борту им была выделена отдельная уютная, хоть и малюсенькая каютка, и супружеские обязанности новоявленная миссис Джейкобс, как значилось в паспорте, исполняла вовсе не фиктивно, а вполне регулярно и с недюжинной изобретательностью. Генри, несмотря на нечастые приступы морской болезни, изредка отравлявшие ему жизнь на борту, полноценно наслаждался внезапно случившимся медовым месяцем.
- Тут всегда так жарко, Виллейн? - в очередной раз вытирая лоб, поинтересовался "геолог".
- Шелтон, Генри, мистер Шелтон! - зло прошипел агент. - Когда вы уже запомните, наконец?
- Простите! - всполошено взмахнул руками Хиннеган. - Все никак не могу привыкнуть!
- Жарко, но не всегда, а только три четверти года! - хмыкнул "Шелтон", ужe в голос.
- Ужас!
- Ужас был на постройке Суэцкого канала, десять лет назад! - насмешливо произнес Джеймс. - Вот там действительно настоящий ужас был!
- Вы участвовали в его постройке? - с интересом спросила Кэт.
- Не совсем в постройке. Наш полк некоторое время неc службу no охране британских специалистов, руководивших инженерными работами. Вот мы и торчали там, без воды и нормального жилья. Однако это еще можно было считать райcкими условиями по сравнению с тем, как приходилось местным, пахавшим на стройке. Целый день махали деревянными лопатами за несчастную пайку. Мерли тысячами!
- А на наших оловянных рудниках в Корнуэлле вы никогда не бывали? - поинтересовался Генри. - Там тоже условия совсем не подарок, хоть и не из-за жары!
  - Нет, не приходилось. А вы?
  - Я как-то посещал рудники в составе университетской комиссии. Это просто какой-то кошмар! Десятки тысяч шахтеров круглые сутки, в две смены, копаются, по колено в холодной воде, внутри уходящих на глубину в сотни футов и на много миль в длину подземных ходах!
  - А почему в воде? Шахты затоплены?
  - Половина из работников рудников заняты откачкой грунтовых вод, постоянно просачивающихся в шахты, но это мало что дает. Полвека назад им помогали более сотни паровых насосов, сейчас машин осталось едва ли с дюжину. Остальные забрала военная промышленность.
  - Ужас какой! - воскликнула Кэт. - Неужели нельзя никаким другим способом облегчить труд несчастных шахтеров?
  - Паровые насосы ничем не заменить. Впрочем, в Корнуэлле уже почти никто не страдает. Комиссия, в работе которой я имел честь участвовать, как раз должна была подтвердить заявления руководства рудников об их окончательном исчерпании. Залежи стратегического для империи значения, все-таки. Но, увы! За прошедшие с тех пор три года практически все шахты закрылись. Больше олова на Британских островах нет, даже породы с ничтожной концентрацией все просеяны!
  - Ну, хотя бы рабочим стало легче!
  - С какой стати? Чтобы не умереть от голода, большинству из них пришлось уехать в Новый Свет или Африку, разрабатывать недавно открытые месторождения. Моя сестра тоже оказалась из числа этих вынужденных переселенцев, выйдя замуж за одного из администраторов незадолго до закрытия шахты, где тот работал, - пояснил Хиннеган.
  - Хватит, мистер Джейкобс, болтать о всяких глупостях! - пыхнув своей неизменной трубкой, Джеймс оборвал разговор, ушедший в опасном, при наличии неподалеку посторонних ушей, направлении. - Лучше просто наслаждайтесь видами великого города!
   Так как беседа увяла, Генри не оставалось ничего иного, как последовать совету Виллейна. Однако размытые маревом виды крупнейшего города британского колониального Востока, уж более двухсот лет как отобранного у сильно скукожившейся с тех пор османской империи, ему быстро надоели. Хиннеган вернулся в мыслях к недавним драматическим событиям...
   ...Его Величество размышлял недолго. Уже следующим утром после того памятного разговора в "гостиницу", где содержались молодые люди, явились лорд Литтон и Вилейн, в сопровождении еще нескольких молчаливых сотрудников. С узников сняли мерки, вручили новые паспорта и провели долгий инструктаж. А с наступлением темноты тайно вывезли из Лондона на западное побережье, и еще перед рассветом вся компания уже находилась на борту "Оливии", ожидавшей в порту загрузки. Несколько объемистых баулов с подогнанной по взятой накануне мерке разнообразной одеждой и прочими личными вещами подвезли на следующий день, когда на борт пакетбота уже весело поднимались остальные, "легальные" пассажиры.
   Две недели, в течение которых корабль, надоедливо скрепя снастями, огибал Европу и осторожно пробирался между средиземноморских островов, сопровождавший "геолога" с супругой Виллейн использовал для дополнительного инструктажа. Особенно агент подчеркнул, что, кроме них троих, никто в Бомбее не будет в курсе настоящей подноготной путешественников. Ни немногочисленные сотрудники Секретной Службы и дипломаты из британского консульства, ни, тем более, работники Ост-Индской компании, заправляющие административно-торговой частью города. Хотя и те и другие будут оказывать помощь, но исключительно при посредничестве самого Виллейна. Ученый и его спутница самостоятельно контактировать с британскими гражданами, равно как и индийцами на службе Ост-Индской компании не должны ни в коем случае...
   Генри задумчиво облокотился о поручни, а Кэт незаметно прижалась к нему теснее, насколько позволяли приличия. Скоро Красное море, а там и Бомбей недалеко, недели полторы-две пути, при благоприятных ветрах. Что ждет их в этом чужом и таинственном городе?

+2

72

Середина июля 1896 года, Бомбей, Индия.
   Благодаря благоприятным летним муссонам, придававшим пакетботу резвости, путешественники прибыли в Бомбей ровно через полторы недели после остановки в Александрии. Корабль причалил у специально выделенного для регулярных пакетботов пирса на краю огромной гавани этого самого большого на побережье Индийского океана порта. Обширная акватория была заполнена многочисленными судами и суденышками. Тут присутствовали и медлительные пузатые зерно- и хлопковозы, и стремительные узкие чайные клипера, и рейсовые пакетботы, и незаметные на фоне внушительных океанских судов лодчонки местных торговцев, ловко снующие между пирсами. Причалы были завалены горами разнообразных товаров, упакованных в деревянные ящики или в серые матерчатые тюки. Свежедобытая рыба же просто лежала прямо на растянутых между вбитыми в дно кольями сетях, откуда ее норовили стянуть лениво кружащие над акваторией жирные чайки. Отсюда в Европу везли пряности, селитру, муслиновые материи, редкие породы деревьев, металлы, благовония, лекарственные препараты, индиго, опиум, сахар и еще много других товаров, производимых или добываемых в этом богатейшем краю, а также и по соседству. Именно через Бомбей проходила большая часть товарооборота с той частью Востока, которая все еще находилась под слабеющим британским влиянием.
   На рейде грозно покачивался на натянутых якорных канатах линейный корабль Его Величества "Уэльс", всем видом своих четырех высоченных мачт вселяя непоколебимую уверенность в абсолютном морском превосходстве Империи. Его три артиллерийские палубы, вооруженные сотней пушек, поблескивающих медью в открытых орудийных портах, должны были производить неизгладимое впечатление на посещающих Бомбей должностных лиц соседних феодальных княжеств. К сожалению, как было хорошо известно Хиннегану, лишь на них, позволяя Британии держать в страхе и покорности прибрежные индийские государства. Не имея возможности подчинить себе военной силой всю территорию Индии и соседних с ней стран Центральной Азии, империя, тем не менее, хитрой и подлой политикой постоянно стравливала между собой многочисленные местные государства и племена, ухитряясь, таким образом, включать в сферу своего влияния даже те из них, до которых не мог дотянуться Королевский флот.
    Однако японский флот, имеющий на вооружении уже много новейших броненосных пароходов, британские гладкоствольные орудия, стреляющие каменными ядрами, сбивающими паруса книппелями, фугасными бомбами или гранатами, наносящими ущерб экипажу, уже совершенно не впечатляли. Иллюстрацией этому факту служила трагическая гибель старшего брата Генри в одном из многочисленных столкновений с японцами. Увы, но лишь на единичных британских кораблях недавно начали устанавливаться казнозарядные нарезные орудия нового образца, стреляющие коническими бомбами с мощным зарядом. Это стало возможным после разработки нового оружейного бронзового сплава повышенной прочности, за который получил премию, в числе других, и Хиннеган. Но даже эти, гораздо более дальнобойные и точные орудия позволили лишь немного сократить отставание от флота Восточного Союза, слишком мало их было ввиду дефицита компонентов.
   В военной части порта покачивались у причалов еще парочка фрегатов Королевского Флота, в том числе один парусно-паровой, с торчащей между мачтами трубой и смешно выглядящими гребными колесами по бокам, а также несколько кораблей береговой охраны. Последние находились на балансе Ост-Индской компании, заправлявшей в городе, где находилась ее штаб-квартира, абсолютно всем. Они курсировали вдоль всего индийского побережья, обеспечивая соблюдение интересов Компании и вызывая на помощь Королевский флот в случае серьезных осложнений. Впрочем, уже несколько лет свободно ходили они лишь вдоль западного берега, так как восточнее острова Цейлон, где располагалась крупнейшая в Индийском океане британская морская база, в море частенько появлялись соединения объединенного японо-китайского флота. И, чтобы добраться в некогда значимые, до прекращения торговли с Китаем, восточноиндийские порты Мадрас и Калькутту, уже требовалось военное сопровождение посолиднее. Пик могущества Ост-Индской компании пришелся на те два-три счастливых десятилетия, во время которых маньчжуры оправлялись от последствий Опиумной войны. А затем Китай на суше и его японские союзники на море начали медленно, но верно вытеснять европейцев из Восточной Азии.

+2

73

Barr написал(а):

А затем Китай на суше и его японские союзники на море начали медленно, но верно вытеснять европейцев из Восточной Азии.

А на какой почве, Японии с Китаем удалось заключить долгосрочный союз? Они ведь, вроде, были не прочь между собой повоевать (за Корею например)...

0

74

Little написал(а):

А на какой почве, Японии с Китаем удалось заключить долгосрочный союз? Они ведь, вроде, были не прочь между собой повоевать (за Корею например)...


Внешняя угроза сплотила. Вместо американцев укрепившиеся китайцы заставили Японию отказаться от самоизоляции. А затем Китай занимался больше сухопутными делами, японцы - морскими. Разделение труда.

Продолжение:
   Сотрудники Компании и встретили путешественников на пирсе. Виллейн еще из Александрии послал шифрованное сообщение в бомбейскую резидентуру Службы с помощью оптического телеграфа. Правда, сообщение опередило сам пакетбот всего лишь дня на три-четыре, так как цепочка расположенных на дистанции в двадцать миль друг от друга станций телеграфа тянулась лишь до Адена, подконтрольного Британии порта в Аравийском море. Оттуда ежедневно курсировали до Бомбея быстроходные паровые катера Компании, доставлявшие телеграммы уже в бумажном виде в этот крупнейший форпост Империи и дальше, в разбросанные по побережью укрепленные торговые представительства, по сути курировавшие местных раджей, вынужденных быть союзниками Британии.
   Однако медленная почта не повлияла на прием, подготовленный сотрудничавшими со Службой работниками Ост-Индской компании. Для гостей была снята квартира в северной, индийской части города. Как заверил одутловатый лысый представитель принимающей стороны, район, расположенный на невысоком холме, населен исключительно обеспеченными аборигенами, находящимися на службе у компании, так что беспокоиться не о чем. Вещи путешественников погрузили на телеги, самих же посадили в экипаж с эмблемой Компании на дверце. Процессия медленно проехала мимо форта с мощными стенами и контрэскарпами, прикрывавшего порт с востока и углубилась в город. Проследовав через британскую часть города, повозки углубились в узкие кривые улочки местных районов, что заставило сильно сбавить и так невеликую скорость. Поэтому до расположенного всего лишь в двух с половиной милях от порта дома они добрались только через полтора часа.
   Генри с интересом смотрел в окно экипажа на непривычную постоянному обитателю строгих университетских коридоров восточную экзотику. Кэт, тесно прижавшись к нему, изредка, шепча на ухо, чтобы никто не услышал, давала пояснения:
  - Вон, видишь, несколько кирпичных домов с деревянными колоннами у входа? В одном из них я провела несколько своих самых счастливых детских лет!
  - А кто здесь живет?
  - Чиновники колониальной администрации и сотрудники Компании с не очень высоким доходом. Ну или другие британцы, оказавшиеся в городе по каким-то не связанным с колониальными делами причинам, вроде моего покойного отца. Самые состоятельные люди обитают в особняках возле моря. Вон там!
  - Почему же нам тоже не сняли квартиру в этом районе? - Хиннеган с подозрением покосился на представителя Компании, болтавшего о чем-то с Виллейном.
  - Не знаю. Может быть потому, что мы здесь можем привлечь слишком много внимания. А живя среди местных, почти не будем контактировать с британцами, среди которых могут оказаться агенты этой ужасной Инквизиции! Впрочем, я припоминаю, что у меня в детстве тоже имелось несколько белых друзей, чьи родители выбрали для проживания индийские районы. Иногда это удобно, если работа связана с туземцами. Как, кстати, и у нас теперь. Так что это в порядке вещей и не должно вызвать подозрений. Все равно для проведения досуга все белые собираются в английской части города!
  - Думаю, ты права! - прошептал Генри, в очередной раз поразившись острому уму и глубокому знанию жизни, присущему его подруге.
   Вынужденная полуторачасовая обзорная экскурсия, немного подпорченная то и дело начинавшим лить с неба тропическим дождем, характерным для этого сезона, завершилась у небольшого двухэтажного домика, выполненного из кирпича и дерева во вполне европейском стиле и смотревшегося довольно уютно. А на профессиональный взгляд Виллейна - и безопасно. Пустое пространство, отделявшее строение от других домов не позволило бы гипотетическим врагам подобраться незаметно, а огороженный изгородью из острых кольев миниатюрный дворик и решетки на окнах, выполненные, как сообщила Кэт, из очень прочного дерева, привозимого с Цейлона, очень затрудняли предполагаемым грабителям проникновение внутрь. Впрочем, Хиннегана все эти "мелочи" не очень заинтересовали.
   На первом этаже дома находилась кухня и подсобные помещения, где, помимо прочего, стоял нечасто встречавшийся даже в Англии стационарный туалет, а так же лежала переносная ванна в плетеном коробе. Там же располагалась небольшая, но уютно обставленная в британской манере гостиная, отличавшаяся от привычных Генри по Оксфорду лишь отсутствием такого совершенно бесполезного в жарком субтропическом климате предмета интерьера, как камин. На втором этаже - две спальни и крытая терраса с чудесным видом на море, порт и весь нижний город, прекрасно различимые с небольшого холма, на вершине которого высился дом.
   В одну из кладовок, отличавшуюся от других наличием окна, по указанию Виллейна перетащили столик из гостиной, превратив помещение в кабинет для Генри. Затем носильщики внесли все баулы, а лысый представитель Компании, утирая пот платочком с замысловатым вензелем, наскоро объяснил, где находятся близлежащий рынок и полицейский участок, а также представил четырех заранее нанятых слуг. Разумеется, все они были из числа туземцев.
- Вообще-то, в приличных домах принято держать не менее дюжины слуг, но я подумал, что, так как детей у вас нет и дом относительно мал, то можно обойтись и значительно меньшим числом прислуги. Однако, если вы решите, что вам недостаточно, всегда можно нанять еще. Хороший слуга с рекомендацией обойдется в сотню-полторы рупий в месяц.
- Думаю, вполне достаточно четырех! – кивнул Генри, прекрасно обходившийся в Оксфорде всего одной приходящей экономкой.
    На прощание представитель выдал мужчинам приглашения в расположенный в административном квартале клуб для британских граждан.
  - Местные не допускаются! Как и полукровки, и нечистая публика из белых! - пояснил он. - Карты, бильярд, напитки, роскошная библиотека, свежие лондонские газеты, традиционная кухня! На выходные, если позволяет погода, организуются пикники и выезды на охоту. Приходите, не пожалеете!
  - Постараемся, - буркнул Виллейн, - если время позволит. У нас очень много работы!
  - Тогда всего доброго! Устраивайтесь, и не стесняйтесь обращаться ко мне с любой проблемой!

+1

75

Barr написал(а):

Внешняя угроза сплотила. Вместо американцев укрепившиеся китайцы заставили Японию отказаться от самоизоляции. А затем Китай занимался больше сухопутными делами, японцы - морскими. Разделение труда.

То есть, получается что Япония стала саттелитом Китая? Иначе, им бы не было смысле держатся друг-друга, после того как отогнали европейцев от своих берегов...

0

76

Конец июля 1896 года, Бомбей, Индия.
  На первоначальное обустройство у "геолога" и его спутников ушла почти вся первая неделя. Все же быт и привычки колонистов заметно отличались от таковых в метрополии, несмотря на маниакальное стремление членов британской общины сохранить традиционный стиль жизни. Однако если чуть более прохладными вечерами еще можно было как-то позволить себе посещать клубы и приемы наглухо задрапированными в черный сюртук или пышное вечернее платье, то дневная жара заставляла пользоваться легкими платьями и рубашками, а также хорошо вентилируемыми шляпами, защищавшими от палящего солнца.
   Диета также заметно отличалась от привычной жителям британских островов. От местных блюд, приготовленных нанятой поварихой и поначалу с интересом воспринятых никогда не пробовавшими ничего подобного мужчинами, вскоре пришлось отказаться, так как после дегустации местных яств единственный клозет постоянно оказывался занят, несмотря на малочисленность обитателей дома. К счастью, повариха вполне владела и искусством приготовления традиционных европейских блюд. Правда, как вскоре выяснил страдающий перманентной подозрительностью Джеймс, норовила сэкономить на качестве ингредиентов, маскируя это добавлением большого количества разнообразных местных приправ. Что тоже не лучшим образом сказывалось на нежной системе пищеварения ее европейских хозяев. Поэтому Кэт, как единственный человек в их компании, хоть как-то знакомый со здешними реалиями, взяла за правило каждое утро лично сопровождать повариху на рынок, контролируя закупки продуктов. Их так же сопровождал один из слуг, выполняя обязанности носильщика. Еще две туземки, нанятые в качестве уборщиц, приходили всего на пару часов, так что большую часть дня никто не нарушал уединение хозяев, столь ценимое последними ввиду определенных обстоятельств. Впрочем, услуги и этих туземцев не сильно удовлетворяли чрезмерно требовательного агента:
  - За этими подлецами нужен глаз да глаз! - рассуждал он, сидя на террасе за вечерней порцией виски, делая небольшие глотки и попыхивая трубкой. - Меня, кстати, предупреждали, что местные жители трусливые, бесчувственные, а также скрытные и нечистоплотные! Доверять им нельзя ни на пенни!
  - С подобным отношением вам будет трудновато наладить с ними контакт, Джеймс! Ведь это именно то, за чем мы сюда прибыли, не так ли? - усмехнулась на эту тираду Кэт.
  - Действительно, Джеймс, вы преувеличиваете! - поддержал ее Генри. - Конечно, с прислугой всегда нужно держать ухо востро, однако нет оснований считать всех скопом преступниками!
  - А по мне лучше так, чем обнаружить это в самый неподходящий момент! - не согласился с ним Виллейн.
   Обустроившись, путешественники принялись за решение главной задачи - поиск следов бывшего сотрудника доктора Паркса. К подобному щепетильному делу следовало подходить со всей возможной осторожностью. О каких-либо расспросах в британской части Бомбея, разумеется, не могло быть и речи. Однако и в общении с местными жителями следовало быть предельно внимательным. Память о жестоком разгроме анклава до сих пор жила среди туземцев, немало которых также пострадало от действий британских войск, не обременявших себя выяснением различий между еретиками и индуистами. Тем более что в веротерпимом анклаве случалось и немало смешанных браков. А с тех пор среди местных имелось полно осведомителей Секретной Службы и Инквизиции. И если угрозу от привлечения внимания первых Виллейн еще сможет нейтрализовать, то доносы вторых грозят обернуться нешуточными неприятностями.
   Джеймс поначалу пытался аккуратно навести справки в городской управе, вернее, в ее индийском филиале. Однако его постигла неудача. Выяснилось, что более-менее упорядоченный учет местных жителей города стали вести сравнительно недавно, до этого составляли лишь списки торговцев. Что и понятно, так как только те и платили налог. А со времен анклава и подавно никаких записей не сохранилось.
   Единственным шансом что-то узнать о тех временах оставался только опрос немногочисленных доживших до наших дней стариков. Генри, сопровождавший Виллейна в походах по административным коридорам, первым предложил это. Но его инициатива наткнулась на языковой барьер. Если в управе даже самый мелкий чиновник прекрасно владел английским, то среди остального местного населения, тем более пожилого возраста, найти сносно говорящих на языке белых сагибов было затруднительно. Задача осложнялась еще и тем, что в районе обитания "геолога" и его помощника селились только семьи "приличных" туземцев, работающих на англичан и заведомо не имевших связей в погибшем анклаве.
  - Искать, думаю, надо в этих их местных храмах, как их... мандирах. Мне кажется, пожилые люди должны собираться именно там. Как у нас в церкви, - предположил Хиннеган.
  - Может оно и так.., - процедил Виллейн, - однако как мы будем с ними общаться? Мне хватило попыток объясниться на рынке! Так там, хотя бы, жестом можно отделаться!
  - Значит, нам необходим переводчик! В Ост-Индской компании мы его одолжить не можем. А что по вашей линии?
  - Ничего! - хмуро бросил агент. - Сотрудников Службы тут мало, я с ними не знаком и не готов им безоговорочно доверять! Правду о нас тут знают всего два человека, и я не намерен расширять этот круг без настоятельной необходимости.
  - Тогда остается лишь один выход! - усмехнулся Генри, подводя к тому решению, ради которого и затеял этот разговор.
  - Да, остается только один! - вынужден был согласиться Виллейн, совершенно не желавший пользоваться услугами женщины, к которой, к тому же, испытывал не самые теплые чувства после инцидента в Оксфорде.
   На следующий день они стали покидать дом уже втроем. Кэт, как оказалось, владела местным наречием хоть и далеко не идеально, однако вполне приемлемо. По крайней мере, пусть и с трудом, но объясниться даже с совершенно не знающими английского монахами и отшельниками все-таки удавалось. А вскоре путешественники поняли, что разговаривать с монахами нет ни малейшего смысла. Они чаще всего были не местными, ничего по интересующей теме не знали и вообще не очень-то были настроены на общение с чужаками.
  Просто же местных стариков в храмах нашлось совсем мало. Как оказалось, Генри, совершенно незнакомый с практиками индуизма, ошибся в своем предположении. Никаких регулярных служб здесь, в отличие от христианских церквей, не проводилось, и многие индийцы приходили сюда лишь во время религиозных праздников. Неужели придется ждать ближайшего из них?
   Ждать не пришлось. Вскоре выяснилось, что каждый храм управляется одной из уважаемых местных семей, члены которых знают практически всех своих "прихожан". Ведь именно к ним последние обращаются за организацией проведения различных обрядов, вроде свадеб и похорон. Так что теперь Виллейн со товарищи обращался непосредственно к "хозяевам" мандиров.

+2

77

Посещение ближайших к их жилищу святилищ желаемого результата не принесло. Мандиры эти или существовали относительно недолго, или курирующие их семьи возглавили храмовые советы не так давно. Пришлось перенести поиски гораздо дальше от центра, в индийские деревни, выполнявшие роль пригородов Бомбея. Там жили люди, нанимавшиеся обычно в городе на самые черные работы, и поэтому посещение этих мест для белого человека было связано с немалым риском. Виллейн давно уже вернул подчиненной ему парочке оружие, но этот факт успокаивал мало. Однако выбора не имелось.
   Нищие кварталы, расположенные за пустырем, на котором полвека назад располагался кампус еретического Бомбейского университета и жилые районы анклава, а теперь заполненного лишь обвитыми зеленью, невнятного вида развалинами, производили гнетущее впечатление на людей, никогда не покидавших Британские острова. Из троих путешественников таковым являлся только Генри, однако и Кэт, выросшая в Бомбее, в этих местах никогда не бывала. Что делать среди расово низшей черни девочке из обеспеченного английского квартала? И даже Виллейн, много, казалось бы, повидавший на своем веку, брезгливо морщил нос и опасливо осматривался:
  - Помнится, во время военной службы в Новом Свете приходилось пару раз очищать территорию вокруг наших поселений от индейцев Сиу. Так вот, даже деревни этих краснокожих дикарей, не знакомых вообще ни с какой цивилизацией, и то выглядели гораздо лучше и чище! - сокрушался он.
  - Возможно, в глубине Индии тоже поселения туземцев выглядят получше. Тут, на острове, места маловато, а британская колония требует множество рабочих рук. Отсюда и подобная скученность населения.., - попытался вступиться за местных Хиннеган.
  - Не верю я в такие объяснения! - отрезал Джеймс. - Если они тут живут как свиньи, то и везде живут так же!
   Кэт в дискуссии участия не принимала, зажав нос кружевным платком и испуганно оглядываясь по сторонам. Болезненно, на европейский взгляд, худые, одетые в грязные ошметки местные жители явно вызывали отвращение даже у выросшей далеко не в метрополии девушки. Брезгливо переставляя ноги в грязи, покрывавшей тут все, она лишь глухо фыркнула:
  - Надо было нанять экипаж!
  - Завтра так и сделаем, дорогая! - поспешил успокоить ее Генри. - Жаль, что вообще приходится брать тебя с собой!
  - Я бы предпочел обойтись без лишних глаз! - возразил, впрочем, не слишком настойчиво, Виллейн, не снимая рук с рукояток двух больших револьверов, кобуры которых он демонстративно пристегнул к поясу.
   Если спутники ученого были озабочены лишь проникавшим повсюду зловонием и подозрительными личностями, постоянно крутившимися неподалеку, то сам Генри с любопытством исследователя оглядывался вокруг. Ведь это была уже настоящая Индия, а не ее приукрашенная тень, как в центре города! Здесь люди жили совершенно чуждой натуральному британцу жизнью. И главное - сюда уже не распространялся контроль вездесущей, в представлении европейца, Инквизиции. А значит - за любой стеной могли лежать предметы из запретного, но такого манящего железа! Буквально несколько шагов - и его можно взять в руки, потрогать и повертеть. Или даже понаблюдать за процессом его обработки! Конечно, Генри ни за что не стал бы этого делать в присутствии спутников. Даже просто от подобных мыслей его, как, пусть и незашоренного, но все же верующего человека, пробирал суеверный страх. Хиннеган ощущал себя героем, которому суждено пожертвовать собственным спасением ради блага остальных, и эта мысль одновременно и пугала, и возбуждала его.
   На след Вимала им удалось напасть уже на третий день поисков. Хотя на каждый храм приходилось тратить очень много времени - ритм жизни туземцев, особенно занимавшихся отправлением религиозных обрядов в святилище, заметно уступал таковому у европейцев, и приходилось долго ждать, пока кто-то из местных кураторов соблаговолит выйти к чужакам. Однако на вопросы те отвечали на удивление благожелательно и, как казалось, искренне желали помочь. Несколько блестящих золотых монеток, молниеносно исчезавших где-то между многочисленных складок традиционных индийских одежд, разумеется, не в счет.
   Первые попытки ни к чему не привели, но в пятом или шестом мандире удача, как почудилось, улыбнулась путешественникам во весь рот. Куратор этого храма, пожилой, но весьма бодрый индиец с почти полным зубов ртом, каковой факт являлся большой редкостью для людей его среды и возраста, едва дослушав вопрос, радостно объявил обалдевшим от такого везения гостям, что знает этого человека. Причем с детства. Они вместе учились в университетской школе для туземных детей, затем рассказчик устроился работать в администрацию анклава, а его друг Вимал - в помощники какого-то ученого. Какого именно, он не помнит, целых же полвека прошло! Но это уважаемые гости могут спросить у самого Вимала, ведь он жив и почти здоров. По крайней мере, был таковым полгода назад, когда их собеседник видел его в последний раз.
   За несколько дополнительных блестящих монеток (которых, однако, хватило бы на прокорм средней семьи из соседнего с храмом квартала в течение, по меньшей мере, года) рассказчик вызвался лично сопроводить к старику "уважаемых гостей". Выбора у последних все равно не имелось, так как никакой вменяемой системой адресов в этой части города, естественно, и не пахло. Пришлось заплатить. Впрочем, расходы на "геологическую экспедицию" нес имперский бюджет посредством представителя Секретной Службы, поэтому даже практичный и слегка прижимистый обычно Виллейн расставался с этими деньгами без малейшего сожаления.
   Конный экипаж, каковой в последние дни наученные горьким опытом путешественники не скупились нанимать, в узкие кривые проходы между хибарами, которые проводник почему-то упорно называл улицами, не пролазил. Поэтому отправились пешком. Идти по грязному и вонючему кварталу, заполненному, помимо худых и злобно зыркающих черными пугающими глазами туземцев еще и не менее злобными тучами разнообразной мошкары, пришлось, к счастью, недолго. Кэт даже почти не запачкала длинный подол своего платья.
   Домишко из плетеного камыша, скрепленного какой-то застывшей коричневатой жижей, точный состав которой белые гости предусмотрительно поостереглись выяснять, располагался среди десятков точно таких же, теснившихся безо всякого плана на вершине холма. Путешественники убедись, что найти его без проводника было бы совершенно безнадежным делом. И, тем более, объяснить враждебно настроенным обитателям жилища цель своего визита. Тут мало было владеть хинди, еще требовался авторитет. Проводник, судя по всему, таковым в глазах здешних туземцев обладал. Исчезнув с извиняющейся улыбкой в глубинах строения, он уже через минуту появился вновь и пригласил их войти.

+3

78

В полумраке почти лишенной окон хижины на циновках степенно восседало человек пять-шесть взрослых, вокруг которых слонялось еще с полдюжины детей разного возраста. Один из сидящих оказался стариком с длинной белой бородой, и почти без зубов. Его вид представлял собой разительный контраст с внешностью проводника, который, судя по его рассказу, являлся ровесником старика. Вероятно, эта разница наглядно представляла пропасть между жизнью сравнительно обеспеченных слоев местного общества и его дна.
  - Это Вимал! - указал проводник на старика, хотя это и так было ясно. Все остальные присутствующие слишком существенно уступали старику возрастом. Да и смотрели очень уж настороженно.
  - Да, я Вимал! - на сносном английском пробормотал старик, пытаясь разглядеть неожиданных посетителей своими подслеповатыми глазами, едва виднеющимися из-под нависающих, как грозовое облако над узким ущельем, роскошных седых бровей. - Чем обязан, господа?
  - Доброго вам здоровья! - осторожно начал Генри, убедившись, что никто из его спутников не проявляет ни малейшего желания приступить к расспросам. - Верно ли, что вы служили в молодости лаборантом в университете?
  - Так и было! - доброжелательно прошамкал старик, но в следующий момент его беззубый рот прекратил растягиваться в улыбке, а на лице проявились признаки нешуточного волнения. Престарелый индиец даже немного привстал и жалостливо заверещал: - Но, господа, клянусь, я не имею никакого отношения к вашим еретикам! Я всего лишь выполнял требуемую работу!
  - Нет, нет! Мы не представляем церковь или к британскую администрацию! - поспешил ученый успокоить Вимала, сообразив, что тот, вероятно, испугался последствий своей связи с еретиками. Тогда, полвека назад, под горячую руку британских войск попало немало местных, сотрудничавших с анклавом. Да и много после тех событий колониальные органы не брали на службу людей, запятнавших себя работой с еретиками. Этим обстоятельством, наверное, и объясняется бедственное положение семьи Вимала. Вряд ли тот, несмотря на полученное образование, сумел, после разрушения анклава, устроиться на приличную работу. А теперь, в старческом маразме, решил, что, наконец, и за ним пришли.
   Демарш старика вызвал серьезное волнение среди его близких, не понимавших, видимо, английского. Только с помощью оказавшегося незаменимым проводника (Генри шепнул Джеймсу отсыпать тому еще монет) удалось успокоить и их, и самого Вимала, после чего стало возможным продолжить расспросы.
  - Значит, вы работали в лаборатории доктора Паркса? - продолжил Хиннеган.
  - Доктора Паркса? Нет, уважаемый господин, я работал у профессора Глена. Он занимался изучением наших лесов, и я часто сопровождал его в экспедициях. Один раз даже...
  - Постойте! Так вы не работали с доктором Парксом и не занимались выплавкой железа, получается? Я правильно понимаю? - прервал старика на полуслове Виллейн, пока Генри, потеряв дар речи, переваривал тот факт, что они, видимо, напали не на тот след. Разочарование ученого было так велико, что слезы чуть не брызнули из его глаз.
  - Ну да! Это именно то, что я и сказал! - подтвердил бывший лаборант.
  - Весьма прискорбно! Пойдемте, Генри, нам надо продолжать поиски! - Виллейну явно претило далее находиться в вонючем жилище туземцев.
  - Погодите! - внезапно воскликнула скромно молчавшая до тех пор Кэт. - А вдруг старик знает еще кого-то из тогдашних сотрудников университета?
  - Действительно! Давайте выясним! - вынужден был согласиться агент и кивнул девушке, намекая, что кто предложил, тот пусть и спрашивает. Та не возражала, однако требовательно протянула Джеймсу раскрытую ладонь, сделав недвусмысленный жест. Тому ничего не оставалось, как извлечь из кармана несколько монет и передать их спутнице.
  - Уважаемый Вимал! - обольстительно улыбнувшись, Кэт обратилась к напряженно вслушивавшемуся в разговор гостей старику, страдавшему, видимо, ухудшением не только зрения, но и слуха. - Не потрудитесь ли вы вспомнить еще кого-нибудь из ваших коллег, работавших в других лабораториях?
   Монеты к явной радости домашних, перекочевали в руку несколько озадаченного просьбой индийца. Тот задумчиво повертел их в руке и друг лицо его прояснилось:
  - Мадхукар! - чуть ли не крикнул он проводнику. - Ты помнишь, нам в школе помогал выполнять домашние задания один парень, на пару лет старше нас?
  - Нет, совершенно не помню! - честно признался Мадхукар. - Хотя, что-то такое, кажется, было...
  - Так вот! - не скрывая радости, продолжал делиться посетившим его воспоминанием старик. - Его тоже звали Вимал, и я потом часто возвращался вместе с ним после работы в университете. Мы некоторое время жили рядом. А служил он тоже лаборантом, и, кажется, как раз занимался металлами!
  - И как сложилась его судьба после э... в общем, после известных событий? - вкрадчиво, словно боясь спугнуть вновь показавшуюся удачу, поинтересовался воспрянувший духом Генри. - Он жив?
  - Он, кажется, недавно умер, года три-четыре назад. Но до этого жил неплохо. От британцев ему тогда удалось сбежать, да еще и прихватить с собой кое-какие ценности. Не знаю точно, какие, да только ему хватило денег открыть лавку на том берегу. Я долго его не встречал, но лет двадцать тому он, вместе с семьей, вернулся. И торговал уже здесь. Постой, Мадхукар, да ты не можешь его не знать! Он же поставлял вашему мандиру благовония!
  - А ведь точно! - согласился проводник. - Так это тот самый Вимал? Конечно я его знаю. Его сыновья и по сей день поставляют нам товар!
  - Так их можно найти? - спросил совершенно сбитый с толку подобными выкрутасами Фортуны Хиннеган.
  - Конечно! Их лавка совсем недалеко, давайте я вас провожу! - предложил Мадхукар, алчно поблескивая глазенками.
   Тепло поблагодарив старика, вся компания, с облегчением вывалившись из хибарки, продолжила путь по деревне.

+2

79

Там же. Тогда же.
Теперь идти пришлось на противоположный край деревни, и это заняло значительно больше времени, чем обещал проводник. Подол платья Кэт требовал к концу пути уже не легкой чистки, а полноценной стирки. Вследствие этого продвижение к цели сопровождалось комментариями девушки, состоящими из выражений, мало приличествующих даме из общества. Генри, к своему немалому удивлению, уже неоднократно замечал, что, после возвращения в город своего детства Кэт перестала уделять внимание поддержанию образа приличной британской девушки, которым умело прикрывалась в Оксфорде. Даже движения ее стали более резкими, а действия - решительными. Ну и лексикон, вот, тоже заметно изменился...
Искомая лавка, вместе другими подобными, располагалась на довольно большой торговой площади, если таковое определение подходило к грязному неровному куску очищенной от растительности земли, заполненному беспорядочно разложенными циновками с товаром и перемещающимися между ними замызганными оборванцами. С обеих сторон от площади уходили широкие утоптанные тропинки, образовывавшие нечто типа объездной дороги, опоясывающей холм, на котором располагалась деревенька.
- Вполне могли подъехать сюда на экипаже! - раздраженно бросила Кэт.
- Кто же знал? Не подумали точнее выяснить у проводника! - посетовал Генри.
- Вы не о том думаете, господа! - прервал жалобы своих спутников на жизнь агент Службы, и напомнил: - Сами же просили Его Величество вас сюда направить! Нечего теперь стенать!
Молодые люди замолкли, осознав справедливость упреков Виллейна. Тем временем проводник, многообещающе улыбнувшись, исчез под дырявым пологом, заменявшим в этом строении дверь, грубо оттолкнув при этом выходившего оттуда оборванца с мешком риса за спиной. Тот даже не возмутился, а лишь попятился, кланяясь, что свидетельствовало о существенном различии в общественном статусе обоих. Генри так и не привык к значительному отличию местных межкастовых отношений от разницы между европейскими сословиями, границы которых уже стали почти незаметными.
Так же, как и в предыдущем случае, Мадхукар, чье имя стало известно путешественникам только случайно, при разговоре с давешним стариком (сами бы они не стали интересоваться ненужной им подробностью), вновь появился в дверном отверстии буквально через полминуты, приглашающе взмахнул рукой, и опять скрылся внутри. Джеймс, положив, на всякий случай, ладонь на рукоятку револьвера, решительно двинулся следом, молодые люди поспешили за ним.
Встретивший их немолодой мужчина в чалме, одетый сравнительно прилично по местным меркам, отнесся к гостям с некоторой подозрительностью. В отличие от большинства обитателей этой деревеньки, он сносно владел английским. Видимо, профессия торговца этого настоятельно требовала.
- Почему вы интересуетесь моим отцом? Он более полувека не имел никаких дел с сагибами! - не очень-то доброжелательно поинтересовался хозяин лавки, после обмена приветствиями.
- Он работал в университете, - вежливо улыбнулась Кэт, при молчаливом согласии спутников взявшая на себя роль переговорщицы. - Мы интересуемся исследовании, в которых он принимал участие.
- Белым сагибам в Бомбее запрещено интересоваться тем, что было в анклаве! Вы меня обманываете! Что вам надо? - недобро ощерился сын бывшего лаборанта, которого, как сообщил проводник, звали Викрам. Наверное, отец, ставший свидетелем кровавой расправы, с детства привил ему крайне осторожное отношение к данной теме.
- Не всем запрещено! - вступил в разговор Виллейн, видя, что девушка явно не обладает достаточным для убеждения враждебно настроенного индийца авторитетом. - Нам сам король поручил выяснить подробности некоторых работ, проводившихся в университете!
- Так что вы от меня хотите? Отец уже умер!
- Не осталось ли у него неких... документов или других вещей, периода его работы в университете? Может быть, дневники или написанные позже воспоминания?
- Отец не любил вспоминать те времена! А все его вещи принадлежат нам! - широким жестом обведя собравшихся в торговом зале многочисленных членов семьи, отрезал Викрам.
- Разумеется, они принадлежат вам! - теперь и Генри присоединился к трудным попыткам найти общий язык с наследником Вимала. - Поэтому мы готовы купить те из них, которые нас заинтересуют.
- Зачем мне продавать вещи отца? Я не бедный человек!
- Но и мы можем заплатить сумму, которая заинтересует даже вас! - продолжая мило улыбаться, произнесла Кэт, игнорируя нахмурившиеся при ее словах брови Виллейна. - Кроме того, ваш отец, наверное, был бы рад, если кто-то продолжил бы его исследования...
- Отец был бы рад? - медленно повторил хозяин лавки, но от его тона совершенно не веяло согласием. - Отец, после случившегося на всю жизнь возненавидел вас, христиан! Да он меня проклял бы, если я пошел вам навстречу!
- Но может быть, можно как-то договориться? Мы же лично не виноваты, в том, что случилось!
- Договориться? Можно! - глаза Викрама недобро блеснули. - Я думаю, хорошая месть обрадовала бы отца и улучшила мою карму!
- Что ты имеешь в виду? - угрожающе процедил Джеймс, вновь положив руки на рукоятки револьверов.
- У меня недавно умерла жена. А я как раз всегда мечтал попробовать белую женщину! - индиец посмотрел на Кэт и демонстративно облизнулся. - Если я исполню свою мечту, то, так и быть, отдам вам документы. Бесплатно!

+2

80

- Да что вы себе... - Генри непроизвольно двинулся в сторону нахала, но у присутствовавших в комнате четверых крепких парней, то ли сыновей, то ли родственников Викрама, тут же появились в руках ножи. С длинными железными лезвиями. Неизвестно, что из этого произвело на Хиннегана большее впечатление, однако он заткнулся на полуслове и замер.
В зале воцарилось напряженное молчание. Индийцы, с недобрыми улыбками на темных лицах, поигрывали ножами. Виллейн, держа руки на оружии, не спешил его вытаскивать, так как понимал, что не успеет нейтрализовать всех окружавших их врагов. Вот если бы Генри и Кэт тоже одновременно открыли огонь... Однако те стояли как будто в ступоре...
- Ну что же, если такова цена..., - внезапно для всех произнесла Кэт.
Она легкой, танцующей походкой приблизилась к Викраму и улыбнулась:
- Ты сильный мужчина!
Тот тоже растянул рот в довольной улыбке и протянул руки к девушке. Генри, тем временем, от изумления не мог вымолвить ни слова, а Джеймс напряженно-настороженно уставился на происходящее, тоже недоумевая. Кэт же подалась навстречу объятиям Викрама и повторила:
- Ты сильный мужчина! - и вдруг резко сменив тон с податливого на жесткий, добавила: - Но сейчас можешь перестать им быть! Взгляни ка вниз!
Индиец опустил голову и замер в ужасе. Несколько ниже пупка в него упирались два несколько поцарапанных, но, тем не менее, начищенных до блеска ствола. Не добавлял оптимизма и громкий щелчок взводимых ударников, сопровождавший угрозу. Никто не успел заметить, когда именно Кэт извлекла пистолет из складок одежды. В отличие от Джеймса, девушка не считала нужным носить оружие напоказ, и этот факт и сыграл злую шутку с Викрамом.
- Убери... это, женщина! - совершенно по-другому, чем раньше, заговорил хозяин лавки. Теперь в его речи отчетливо слышались умоляющие нотки.
- Сначала вели своим людям бросить ножи и выйти на улицу, - спокойно и по-деловому распорядилась Кэт. - Затем ты отдашь нам бумаги. И лишь потом я подумаю, стоит ли оставить тебе тот орган, который, тебе, кажется, оказался весьма дорог!
Викрам быстро-быстро закивал и глазами указал своим бойцам на выход. Те, злобно позыркивая на девушку, аккуратно сложили на прилавок ножи и покинули зал под прицелом двух револьверов Виллейна, которые тот не замедлил достать. Лишь Генри продолжал стоять столбом, переваривая случившееся.
За искомыми документами далеко идти не пришлось. Индиец, подгоняемый стволами Джеймса, сменившего в этой слишком опасной роли Кэт, протиснулся через узкий коридор в жилую часть хибары и, распугивая своим видом женщин, занимавшихся домашними делами, добрался до своего угла. Где и извлек из огромного, грубо сколоченного сундука небольшой изящный ящичек, явно не местного происхождения. Полированная когда-то поверхность шкатулки пестрела потертостями и глубокими царапинами, но, тем не менее, она выглядела целой. Генри, как единственный из компании, кто не держал сейчас оружия в руках, тут же схватил ее и, волнуясь, открыл. Внутри оказалась тетрадь в кожаном переплете, похожая на изученные им в Оксфорде как сестра-близняшка.
- Это она! - чуть ли не пританцовывая от радости, выкрикнул Хиннеган, ознакомившись с ее первыми страницами. - Состояние, конечно, не такое идеальное, как у тех, что хранились в тайнике, но читать можно!
- Прекрасная новость! - пробурчал Виллейн. - Осталось лишь понять, как мы будем теперь отсюда выбираться!
Опасения агента имели под собой почву. Выглянув из лавки, тот обнаружил немалую толпу, собравшуюся на площади вокруг домашних Викрама, что-то оживленно втолковывавших людям.
- И что будем делать?
- Отпускать этого типа пока никак нельзя! - Кэт кивнула на хозяина лавки, которого путешественники по-прежнему держали под прицелом.
- Само собой! А ну-ка ты, иди сюда! - Виллейн, попавший, наконец, в родную стихию, быстро сориентировался и вытащил из-под прилавка спрятавшегося там во время вспыхнувшего конфликта проводника.
- Господи-ин! Я не виноват! - начал блеять тот, но был грубо прерван агентом:
- Слушай сюда! Как тебя там... Мадхукар! Сейчас выйдешь к толпе и уговоришь людей разойтись. Иначе... плохо будет и тебе, и этому! Ты же, вроде, уважаемый человек? По крайней мере, так ты нам говорил, когда деньги клянчил. Вот сейчас и посмотрим, какой ты уважаемый!
С этими словами Джеймс вытолкнул старика в дверной проем. Окон в душном помещении не имелось, поэтому за происходящим снаружи пришлось следить через все тот же вход, прикрытый циновкой. Но и так прекрасно было видно, что появление Мадхукара вызвало сильный ажиотаж среди собравшихся на площади. Они окружили старца, и тот сразу принялся что-то им пафосно вещать. Напряженное ожидание не затянулось надолго. Уже минут через пять толпа стала потихоньку расходиться, а через десять на площади остались лишь люди Викрама, мирно усевшиеся на валявшемся неподалеку неошкуренном стволе какого-то дерева.
- Выходим! - скомандовал Виллейн.
Он и пошел первым, толкая перед собой многострадального Викрама, вялое поведение которого свидетельствовало, что тот уже почти смирился с близкой потерей если не жизни, то уж мужского достоинства точно. Британцы, каковыми он их знал, милосердием по отношению к местным не отличались, а оскорбление их женщине он нанес серьезное. Поэтому не очень-то рассчитывал на пощаду.
Следом, повинуясь легкому подталкиванию руки Кэт, двигался Генри, прижимавший к себе заветный ящичек, словно ребенок, боящийся, что у него сейчас отнимут любимую и долгожданную игрушку. Про то, что у него на поясе висит револьвер, он так и не вспомнил. Замыкала шествие девушка, державшая в свободной руке свой пистолет.
- Я все сделал, господин, как вы приказали! - кланяясь, подбежал к Виллейну бывший проводник.
- Ну и молодец! - механически произнес Джеймс, осматриваясь в поисках лучшего пути отхода и не обращая внимания на назойливого старикашку.
- Я очень рисковал и хотел бы получить плату за это! - неожиданно выпалил осмелевший Мадхукар.
- Ну ты и гусь! - подобная наглость заставила агента, занятого важнейшим на данный момент вопросом, отвлечься от его решения.
- Если сможешь доставить сюда наш экипаж, получишь плату! - внезапно вмешалась Кэт и капризно пояснила: - Мне категорически надоело топать по этой грязи!
- Одну минуту, госпожа! - обрадовался старик и тут же свистнул мальчишкам, настороженно наблюдавшим за событиями из-за угла ближайшей хибары. Один из них подбежал к нему. Мадхукар шепнул мальчонке что-то на ухо и тот стремглав помчался прочь, сверкая босыми ступнями. Спустя четверть часа, долгожданный экипаж с кучером-индийцем на козлах, ожидавший на противоположном конце деревни, появился из-за поворота...

+3