Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Повелитель моря - 2


Повелитель моря - 2

Сообщений 231 страница 240 из 264

231

Глава 3.
15.

Когда Анри покидал гостеприимный дом идальго Фернандеса, солнце уже успело подняться над морем и ослепительно-жёлтым диском сияло на небосводе. Не сомневаясь, что на пристани его уже давно ожидает присланная Энрике шлюпка, он прибавил шаг. Часы на башне кабильдо указывали три четверти восьмого. Не обратив внимание на слуг, копошившихся на балконе, окружавшем второй этаж здания, Анри ловко лавировал среди заполнявших площадь людей. Преданный своим мыслям он всё же отметил про себя необычно большое количество народа перед кабильдо в такое время.

https://a.radikal.ru/a29/1809/8d/534e9c0b6514.jpg
Рисунок 11. Здание кабильдо, XVII век.

«Капитаны, наверное, уже собрались, — укорил себя Анри. — Господи, какие ещё плохие вести ты для меня приготовил?» — невольно взглянув в бледно-голубое безоблачное небо, мысленно обратился он к Всевышнему. Ответа, как всегда, не последовало, лишь тёплый морской бриз ласково погладил лицо.
Один из двоих солдат, охранявших ворота дока, узнал Анри и уважительно поприветствовал его. Уже издали были слышны стуки топоров и покрикивание плотников. В доках вовсю кипела работа. Возле одного из причалов Анри разглядел пришвартованную шлюпку, рядом с которой стоял дон Себастьян и солдаты из городского гарнизона. Это настораживало. «Ну вот, началось! А ведь я ещё даже на борт не взошёл!» — послал он свой мысленный упрёк в небесную даль. Сердце сжало нехорошее предчувствие, но Анри решительно направился туда, где его ждали.
Увидев друга, Себастьян шагнул ему навстречу:
— Надеюсь, вы хорошо отдохнули, адмирал? — голос капитан-лейтенанта был, как всегда, тихим и мягким, но во взгляде читалось напряжение.
Чувствуя себя виноватым за долгое ожидание, Анри кратко рассказал аристократу о причине своей задержки.
— Похоже, капитану Энрике придётся ждать дольше, чем мне. Кажется, вам предстоит ещё одна незапланированная встреча, — кивнув в сторону солдат, сказал дон Себастьян. — Увы, объяснить мне причину, которая привела их сюда, идальго Монтойо отказался.
Идальго, в котором Анри узнал того самого лейтенанта, которого после разгрома приватиров просил доставить раненых с лесопилки сеньора Арройо в госпиталь, сопровождаемый тремя солдатами, нетерпеливо ожидал, когда на него обратят внимание.
— Ну что же, лейтенант, теперь вы удовлетворите наше любопытство? — обратился дон Себастьян к офицеру гарнизона.
Тот подошёл ближе:
— Полагаю, вы помните меня, сеньор? — обратился он к Анри.
— Да. Чему я обязан возможности снова лицезреть вашу милость? — стараясь придать голосу беспечность, спросил Анри, опустив голову.
— Я получил от сеньора Рикардо приказ арестовать вас и доставить в городскую тюрьму, где вас подвергнут допросу, — не скрывая смущения, ответил тот.
— Чем же я не угодил их светлости сеньору алькальду? — искренне удивился Анри.
Заметив, что спутник торговца положил руку на эфес шпаги, идальго невольно глянул в сторону шлюпки. Гребцы, слышавшие разговор, застыли в ожидании. На их лицах читалась решимость в случае необходимости защищать своего сеньора.
— Алькальд не посчитал нужным информировать меня об этом. Прошу вас, сеньор Верн, проявите благоразумие и последуйте за мной.
— Чтобы меня провели по городу в цепях, под конвоем и поместили в одну камеру с мерзавцами, которых я вчера брал в плен? — голос Анри был спокоен и холоден, однако мозг лихорадочно работал, перебирая одно решение за другим.
«Вот так поворот! И что теперь? — оглядывая солдат и своих матросов, он прикидывал, что шпага, ропера и семеро безоружных моряков смогут сделать против шпаги идальго и полупик солдат. — Хотя, если матросы возьмут в руки вёсла… Вон, Диего — у него кулаки с голову ребёнка, а опыта трактирных драк ему не занимать. Да и Себастьян один троих стоит, и я не вчера в руки оружие взял… — мысли вихрем сменяли одна другую: — Нет, это плохо. Неправильно так! А несправедливость и унижение — правильно? Но куда потом бежать? Меня же по всей Тиерра Фирме преступником объявят! И что дальше — стать тем, с кем я всю жизнь решил воевать?! Нет, бежать — всё равно что признать вину, но какую?»
Неожиданно затянувшуюся тишину нарушил дон Себастьян:
— Мой адмирал никуда не пойдёт! Я не позволю порочить его честное имя какими бы то ни было обвинениями даже от алькальда! — выступив вперёд, закрывая собой Анри, аристократ угрожающе обнажил шпагу. Блеснувшая на солнце сталь вызвала оживление и у солдат, и у матросов. Солдаты вплотную приблизились к своему офицеру, моряки же, вооружившись вёслами, окружили их.
Несмотря на то, что в предстоящей битве Анри высоко оценил свои шансы на победу, он решительно потребовал капитан-лейтенанта вернуть клинок в ножны и, выйдя из-за его спины, обратился к идальго Монтойо:
— Предлагаю вашей милости компромисс, — я отправлюсь с вашей милостью, но не в тюрьму, а прямо к сеньору алькальду и не как арестант. Таким образом приказ доставить меня на допрос будет исполнен, а я не подвергнусь незаслуженному унижению. Вы принимаете его, ваша милость?
— Я обязан доставить вас в тюрьму, а не к сеньору алькальду. Кроме того, разве вам неизвестно, что сегодня будет заседать кабильдо абьерто/173/? 
— Ваша милость правы, я совсем выпустил это из головы. Но так даже лучше — если у их светлости сеньора Рикардо есть в чём обвинить меня, пусть их светлость это сделают перед всеми уважаемыми горожанами. Предупреждаю вашу милость, что я намерен выяснить какую вину нашёл на мне сеньор алькальд и с вашей милостью или без них отправлюсь на Пласа де Монтехо. Если же ваша милость будете настаивать на своём, один из нас останется лежать здесь. Итак, что предпочитают ваша милость? — голос Анри был спокоен, однако его правая рука легла на эфес роперы, а левая ухватилась за край плаща, готовясь сорвать его.
Оглядев вооружившихся вёслами моряков, лейтенант перевёл взгляд на решительные лица торговца и аристократа. На его немолодом длинном лице появилось выражение глубокой печали. Раздумывая, он поглаживал чёрную, как смоль бороду, обрамлявшую узкий подбородок.
— Хорошо, я принимаю ваше предложение, сеньор Верн, но при одном условии — вы пойдёте без оружия.
Теперь задумался Анри. Отгадав его сомнения, лейтенант Монтойо поспешил добавить:
— Даю вам слово дворянина, что я и мои люди всего лишь сопроводим вас к сеньору алькальду, не делая попыток связать и доставить в тюремную камеру. Однако дальнейшие наши действия будут зависеть от решения кабильдо.
— Я верю слову вашей милости, — сказал Анри, снимая с перевязи роперу.
Лейтенант Монтойо махнул рукой одному из солдат, призывая того принять оружие, но тут снова вмешался дон Себастьян:
— Его возьму я.
— Тогда уж пусть лучше за ним присмотрит Андрес, а вам предстоит ещё вызволить Хуана, — возразил Анри, вынимая из-за пояса дагу.
— Он провёл эту ночь под присмотром сеньора Хакоба, мой же долг сопровождать вас, адмирал, — невозмутимо парировал дон Себастьян, протягивая руки.
— Уж не ваш ли ночной визит к сеньору Рикардо причиной его недовольства мною? — кладя своё оружие на ладони друга, спросил Анри.
— Мне не пришлось беспокоить ни алькальда, ни губернатора. Однако подробности я поведаю вам в менее публичной обстановке.
Анри кивнул и обратился к рулевому Андресу с распоряжениями отправить людей за его сундуком в дом идальго Фернандеса и, сообщив капитану Энрике о случившемся, передать ему приказ дожидаться дальнейших распоряжений от капитан-лейтенанта.
Лейтенант Монтойо, внимательно наблюдавший за действиями торговца, как только тот закончил давать распоряжения и изъявил готовность идти на главную площадь, дал сигнал своим людям и пошёл вперёд, не сомневаясь, что Анри последует за ним.
Пласа де Монтехо была заполнена людьми. На балконе кабильдо в расставленных небольшой дугой креслах так, чтобы сидевшие в них могли видеть друг друга не вставая, расселись представители городского совета. В центре в кресле с высокой спинкой, заканчивающейся полукруглым навершием, восседал губернатор. По правую руку от него сидел декан /174/ падре Игнасио и недавно присланный из Мадрида коррехидор/175/. Слева расположились назначенные генерал-капитаном Юкатана алькальд и казначей. Далее по обе стороны сидели члены кабильдо, избранные в прошлом году имущими и уважаемыми горожанами: идальго Франсиско Ревуэльта-и-де Собира — комендант форта Сан-Педро, сеньор Хулиан Эдуардо Морено Агуэро — управляющий доктор госпиталя Санта-Текла, сеньор Кристиан Арройо Соса — торговец и сеньор Адриан Пас Лара — асьендеро. Анри был лично знаком с большинством присутствующих, вот только не со всеми из них были у него хорошие отношения. Глядя на важные лица сеньоров Кристиана Арройо и Адриана Паса — своих извечных противников, не простивших ему отказ вести с ними дела, он на какое-то мгновение пожалел, что Фернандо отказался выставлять свою кандидатуру на прошлых выборах, ссылаясь на нехватку денег. Если же обвинения алькальда будут серьёзны и дойдёт до суда, много ли членов совета будут на его стороне? Пока лейтенант Монтойо удалился докладывать сеньору Рикардо о приводе обвиняемого на площадь, Анри всматривался в лица людей, которым предстояло решать его судьбу. «Какое же новое испытание ты мне приготовил, Господи?» — пронеслось в голове, когда он увидел, как нахмурился алькальд, слушая лейтенанта.
Всё время, пока казначей зачитывал числа уже подсчитанных убытков и предстоящих расходов, убитых и раненых солдат, захваченных в плен приватиров, не забыв в конце упомянуть и неоценимый вклад в победу над англичанами людей и кораблей уважаемого торговца сеньора Анри Верна, сеньор Рикардо, не скрывая недовольства, поглядывал на этого самого торговца, с достоинством дворянина ожидавшего своей участи со сложенными на груди руками впереди толпы, пришедшей на Пласа де Монтехо узнать о последствиях нападения на город. Скользя взглядом по пришедшим на площадь горожанам, заметил его присутствие и губернатор. Возможно, граф Альменара не остановил бы на Анри свой взгляд, не будь в его позе некоего вызова. Заинтригованный, губернатор не мог не заметить лишнее оружие в руках стоящего рядом с торговцем дона Себастьяна и отсутствие оного на перевязи Анри. Ещё больше его заинтересовали солдаты гарнизона, окружившие эту двоицу. Поманив пальцем алькальда, губернатор, когда тот приблизился, что-то пошептал ему. Сеньор Рикардо отвечал довольно долго, не прервавшись даже тогда, когда казначей закончил свой доклад. Анри видел, как при этом каменело лицо сеньора Альвареса.
Закончив разговор с губернатором, алькальд поднялся, взял с подноса стоявшего за его креслом слуги большой бронзовый колокольчик с длинной ручкой и, подойдя к балюстраде, обрамляющей балкон, зазвонил, требуя внимания и тишины. Толпа, громко и эмоционально обсуждавшая услышанное от казначея, постепенно умолкла. В наступившей тишине сеньор Рикардо обвёл взглядом собравшихся пред балконом людей, словно проверяя, все ли лица обращены на него, и начал:
— Я вынужден изменить порядок заседания кабильдо для экстренного рассмотрения дела торговца сеньора Анри Руис Верна, обвиняемого в тяжких преступлениях против Испании и веры сеньором, пожелавшим остаться неизвестным.


/173/ Кабильдо абьерто (исп cabildo abierto — открытый совет), в XVI — начале XIX вв. в испанских колониальных владениях в Америке открытое заседание органа городского самоуправления (кабильдо) с участием всех горожан-избирателей. Созывалось в критические моменты (стихийные бедствия, налёт пиратов, эпидемия) для принятия неотложных мер.
/174/ Декан – в Римско-католической церкви назначенный епископом глава деканата — административного округа в составе епархии, объединяющий несколько рядом расположенных приходов. Кроме дел церковных —  наблюдение за соответствием образа жизни клириков деканата их положению, за добросовестным исполнением ими пастырских обязанностей, за состоянием храмов, церковного имущества и инспектирование приходов, в испанских колониях был неотъемлемой частью власти светской – в обязательном порядке принимал участие в заседаниях кабильдо и судах, где его мнение обязательно учитывалось.
/175/ Коррехидор – должностное лицо, назначаемое испанским монархом для осуществления, в основном, функции надзора над местной администрацией и судьями. В XVI веке, после завоевания Испанией Центральной и Южной Америки в районах с преобладанием индейского населения стали создаваться особые округа (коррехимьенто), во главе которых стоял коррехидор, ведавшими организацией принудительного труда индейцев, сбором налогов и пр. Таким образом, в XVII веке должность коррехидора остаётся уже только в колониях и в его обязанности входит лишь надзор над индейскими поселениями — решения споров между индейцами, сбор налогов и другие административные вопросы. Более подробно о административном делении и должностях в колониях смотрите в примечании /31/.

Отредактировано Agnes (09-12-2018 10:01:07)

+1

232

Agnes написал(а):

— Я верю слову вашей милости, — сказал Анри, снимая с перевязи рапиру.

роперу :question:
(просто везде это слово, а не рапира)

+1

233

SergV написал(а):

Agnes написал(а):

    — Я верю слову вашей милости, — сказал Анри, снимая с перевязи рапиру.

роперу :question:
(просто везде это слово, а не рапира)

Видать, машинально более привычное слово написала. Сейчас исправлю! Спасибо!

0

234

Глава 3.
16.

Услышав такое, Анри покрылся испариной. Даже не зная, кто и в чём именно обвинял его, он понимал, что одного обвинения в измене достаточно для смертного приговора, поскольку они всегда сопровождаются допросами «с пристрастием», после которых мало кто выживал, не оговорив себя.
Толпа, услышав слова алькальда, загудела и отпрянула назад, словно море во время отлива, оставив маленький островок, вмещавший обвиняемого, его спутника и солдат.
— Прошу вашу светлость огласить, в чём конкретно обвиняет меня сеньор, пожелавший остаться неизвестным? — громко и отчётливо выговаривая слова, стараясь «взять себя в руки», спросил Анри, обращаясь к балкону.
— Вы обвиняетесь в том, что предали интересы Испании, сговорившись с индейцами. Вы добровольно присоединились к карательной экспедиции против майя, напавших на асьенду Буэн Рекодо, но, вместо того чтобы наказать убийц и спасти унесённых ими сеньор, вы тайно отправились на переговоры с касиком мятежного племени и, получив от него золото, увели своих людей, оставив солдат гарнизона на верную смерть в густых джунглях.
Горожане, притихшие во время чтения обвинения, вновь загудели, но на этот раз удивление и непонимание сменилось гневом. Если бы не солдаты, стоявшие позади Анри и сдержавшие желающих немедленно наказать негодяя, ему пришлось бы отбиваться от наиболее горячих горожан.
— Как же коротка человеческая память, — с горечью в голосе, но достаточно громко, чтобы было слышно на балконе, произнёс Анри, оглядывая толпу. — Ещё вчера я был героем, спасшим город от англичан и их пиратских прихвостней, а сегодня я уже мерзавец, продавшийся индейцам! — постепенно переведя взгляд на балкон, он обвёл глазами присутствующих там и продолжил: — Почему благородные сеньоры верят словам того, кто настолько труслив, что даже не способен лично предъявить мне свои обвинения? Я предоставил их превосходительству подробный доклад об экспедиции и о том, где находятся женщины с асьенды. Так же я информировал их превосходительство и о своих намерениях как можно скорее отправиться за сеньорами, дабы доставить их в Белиз. И если бы не вчерашнее нападение на город, которое, кстати, вместе со мной отбивали и те солдаты, которых я якобы бросил умирать в джунглях, я был бы сейчас в пути к месту, где уже находится сеньора Паула и другие женщины. Бог мне свидетелем, что я ни на единою литеру не нарушил своего обещания, данного их превосходительству губернатору перед отправлением экспедиции! Где тот сеньор, что бросил в меня свои лживые обвинения?
Толпа, услышав слова Анри, вновь заволновалась, но на этот раз большинство присутствующих были на стороне торговца, вдруг вспомнив, что он не только не раз спасал Белиз от нападений пиратов, но и многим был известен как порядочный человек и владелец богатой лавки.
Сеньор Рикардо вновь призвал собравшихся на площади к тишине своим колокольчиком и обратился к Анри:
— Ваша репутация честного человека может придавать вашим словам весомости, но не может служить поводом для игнорирования поступившего обвинения. Справедливость требует рассмотрения каждого заявления. К тому же испанская юстиция не требует от обвинителя доказательств его правоты. Доказать свою невиновность — это забота обвиняемого. Как человек уважаемый, вы можете потребовать для своей защиты адвоката, но тогда суд будет отложен, а вы, сеньор Верн, будете заключены в городской тюрьме до нового заседания. Вы желаете нанять адвоката или же предпочитаете самостоятельно доказывать свою правоту?
— Сеньору Анри нет необходимости искать адвоката. Я готов прямо сейчас отстаивать его честь, — вдруг вышел вперёд дон Себастьян.
— Представьтесь суду, сеньор! — потребовал алькальд.
— Я дон Себастьян Альварес де Толедо-и-Пименталь, дворянин и гранд Испании. Моё происхождение и образование позволяют мне выполнять в суде роль адвоката.
Посовещавшись с членами кабильдо, сеньор Рикардо удовлетворённо кивнул:
— Прошу вас, дон Себастьян, начинайте свою речь!
Аристократ, приняв величественную позу, окинул взглядом вновь затихшую площадь, затем осмотрел сидящих на балконе, пытаясь разглядеть их лица. Некоторое время пристально всматривался в губернатора, чьё лицо было скрыто тенью навершия кресла и лишь потом стал говорить:
— Для начала я хочу заверить уважаемый суд, что за каждое слово, сказанное перед вами сеньором Анри, я готов поручиться своей честью дворянина и гранда, потому как я неоднократно имел возможность убедиться в абсолютной честности этого человека и потому, что я был свидетелем практически всех инкриминированных разговоров и деяний сеньора Анри как во время самой экспедиции, так и событий, ей предшествующих и за ней последовавших.
— А при тайном разговоре с касиком ваше превосходительство тоже присутствовал? — раздался с балкона скрипучий голос сеньора Арройо.
— Нет. Но мне известно, что на этой встрече кроме сеньора Анри и касика был лишь один единственный человек, которого я, при необходимости, могу предоставить уважаемому суду. Однако о разговоре, там ведённом, я знаю со слов сеньора Анри, которому я всецело доверяю. А вот откуда мог бы его слышать тот, кто предъявил свои обвинения, если за время тайного разговора сеньора Анри с индейцем ни один испанец не покинул лагерь?
На какое-то мгновение стало тихо. Потом вновь заговорил алькальд:
— Прошу ваше превосходительство сообщить суду, кто тот третий, который был свидетелем разговора подсудимого и где он сейчас?
Заметив замешательство на лице сеньора Рикардо, с каким он обвёл глазами площадь, Анри огляделся, но кроме притихших в ожидании ответа дона Себастьяна горожан не увидел ничего подозрительного.
— Это старый майя, чей внук был убит пиратами, выдававшими себя за испанцев. Старик шёл в Белиз, дабы исполнить предсмертную просьбу мальчишки и предупредить городские власти о том, что англичане пытаются стравить испанцев и майя. Встретив наш отряд, он поклялся сеньору Анри помочь в поисках женщин и убийц сеньора Эухенио. Он сдержал своё слово, приведя нас туда, где смог сдержать своё слово, данное губернатору, сеньор Анри.
— Вот как? Может ли ваше превосходительство поведать нам, что же это было за слово? — спросил сеньор Франсиско.
— Я поручил сеньору Анри Верну предотвратить индейские бунты по всему Юкатану, — вместо дона Себастьяна вдруг ответил граф Альменара.
— А я уж думал, что он решил отмолчаться! — раздался вдруг за спиной Анри знакомый голос.
Фернандо, растолкав солдат, пробился к своему альмиранте и положил ему руку на плечо.
— Я привёл больше сотни вооружённых аргументов, приятель. Думаю, их будет достаточно для снятия с тебя любых обвинений! Твои матросы слишком болтливы, так что я не удивлюсь, если сюда ещё сотня-другая подвалит!
Однако ответить Анри не успел. Слово вновь взял губернатор. Поднявшись, он подошёл к балюстраде и обвёл взглядом толпу, заполнившую площадь:
— Я больше, чем уверен, что этот пасквиль, — сеньор Альварес потряс зажатым в руке листом бумаги, — дело рук завистника успешности сеньора Анри в делах воинских и мирских. Несмотря на то, что он неблагородного происхождения, он неоднократно доказал нам, что является человеком слова и чести, достойной дворянина. Поскольку обвинитель неизвестен и не может настаивать на своих обвинениях, а защита, вне всяких сомнений, заслуживает безграничного доверия, я полагаю её аргументы в невиновности подсудимого сеньора Анри настолько убедительными, что готов считать это слушание законченным, а сеньора Анри Верна полностью оправданным по всем зачитанным пунктам обвинения. Но не в моей власти решать о делах духовных. Поскольку скрывающий своё имя обвинитель уличает сеньора Анри и в сговоре с Нечистым, — сеньор Альварес перекрестился — своё слово должна сказать Святая Церковь, — при этих словах губернатор повернулся к падре Игнасио. — Однако, дон Игнасио, прежде чем вы выскажитесь, прошу вас, примите во внимание, что признай вы данное обвинение правдоподобным, обвиняемый подлежит суду инквизиции и его будет необходимо доставить на трибунал священной инквизиции в Мериде. Несмотря на всё моё благочестие и желание угодить священной канцелярии, я не смогу обеспечить доставку обвиняемого в Мериду за неимением потребного количества солдат после вчерашнего нападения на город. К тому же я не хотел бы вызвать недовольство и волнения в городе, которые, учитывая уважение, коим пользуется сеньор Анри, непременно последуют, если же вы потребуете от меня содержать обвиняемого под стражей до прибытия сюда дознавателя, посланного трибуналом.

+2

235

Глава 3.
16. (Продолжение).

Падре Игнасио, подумав немного, попросил у графа листок с обвинениями и внимательно его прочёл. Затем поднялся и, осмотрев сильно разросшуюся толпу зрителей, заговорил с видом глубокой задумчивости:
— Зависть — один из пороков, открывающих ворота Преисподней. Если же именно она толкнула одного из горожан на грех лжесвидетельства — то без его искреннего раскаяния даже мои молитвы не спасут грешную душу от Геенны Огненной! — падре перекрестился. — У меня никогда не было оснований сомневаться в благочестии сеньора Анри. Кроме того, внимательно прочитав сие послание, — падре поднял руку с бумагой, полученной от губернатора, — и послушав самого обвиняемого и его многоуважаемого адвоката, я прихожу к выводу, что это послание — дело рук человека, испытывающего глубокую неприязнь к подсудимому, а посему такие показания не могут быть приняты священной инквизицией. Я готов полагать этот донос за клеветнический, если же сеньор Анри, дабы успокоить все сомнения, зародившиеся в душах присутствующих здесь, сейчас же поклянётся в своей невиновности и для усиления своих слов поцелует святое распятие. Вы согласны принести клятву, что никогда не имели дела с врагом рода человеческого, сын мой? — склонившись через балюстраду, обратился он к Анри.
— Да, падре!
— Ну что же, в таком случае поднимитесь сюда, — по-отечески ласково сказал дон Игнасио.
Площадь, до отказа заполнившаяся людьми, заволновалась, загудела, высказывая одобрение происходящему.
Когда на балконе появился Анри, толпа взорвалась восторженными криками. Глядя вниз, Анри увидел рассредоточенных среди горожан и вокруг них множество людей в чёрно-синих колетах… Вне всякого сомнения, видели их и сидящие на балконе.
Падре Игнасио жестом подозвал Анри и указал рукой на пол. Затем, взяв двумя руками висевший на груди серебряный крест, приподнял его. Когда Анри, сняв шляпу и зажав её подмышкой, встал перед деканом на колени, провозгласил:
— Поклянитесь перед сыном божиим, смертиею своею искупившим грехи наши, в непоколебимости вашей веры и чистоте помыслов деяний, сын мой!
Осенил себя крестным знамением, Анри громко и отчётливо, с полной уверенностью в своей правоте и искренности, произнёс:
— Клянусь перед господом нашим Иисусом Христом и призываю всех святых и Пречистую Деву в свидетели, что я никогда даже в мыслях моих не обращался к Нечистому, ничего у него не просил и тем более не собирался продавать душу свою кому бы то ни было! Все деяния мои были чисты в умыслах, во имя справедливости и во славу Испании!  — поднявшись, он вновь перекрестился и поцеловал крест.
Огромное живое море на площади замерло, внимая словам клятвы.
— Ну что же, я полагаю сие действие за наилучшее доказательство невиновности сеньора Анри Верна и потому предлагаю считать этот судебный процесс завершённым, а сеньора Анри оправданным по всем пунктам обвинения, — разбил повисшую тишину губернатор. — Вы согласны со мной, дон Игнасио?
— Да, сеньор губернатор, — важно ответил падре.
— А вы, сеньоры? — обратился граф Альменара к остальным членам совета.
Те дружно кивнули.
— Ну что же, решение суда единогласное, о чем и будет сделана соответствующая запись в книге заседаний. А вы, сеньор Анри, можете быть свободны.
Отвесив губернатору поклон со словами благодарности, торговец тем не менее не спешил уйти. Не поднимая головы, он повернулся в сторону алькальда и спросил:
— Раз уж я оказался здесь, могу я поинтересоваться у их светлости сеньора алькальда, будет ли рассмотрено предложение их превосходительства о передаче мне асьенды на особых условиях в счёт погашения задолженности города передо мной?
— Подобного предложения от сеньора губернатора не поступало. Но, даже если бы оно было озвучено, кабильдо в данных обстоятельствах вынужден был бы отклонить его. Полагаю, вы понимаете, что в силу сложившейся ситуации и важности выдвинутых против вас обвинений мы вынуждены были также исключить вашу заявку на энкомьенду из списка претендующих, — не скрывая раздражения, ответил алькальд.
— Да, ваша светлость, понимаю. Но надеюсь, ваша светлость, как и их превосходительство, вспомнят и тоже поймут силу сложившихся обстоятельств, заставивших мои армады перейти на рейд Гаваны или Сан-Хуана, например, когда в одно из каких-нибудь утр очередная английская эскадра начнёт обстреливать Белиз, а в ворота города опять станут ломиться пираты, — сдерживая разливающийся гнев, смешанный с горечью обиды, Анри старался говорить спокойно и покорно, но голос был глухим и речь получилась скорее угрожающей, чем смиренной. Отвесив ещё один поклон в сторону губернатора, он повернулся к выходу и насадил шляпу, намереваясь покинуть балкон.
Заметив, как побагровел губернатор, падре Игнасио остановил торговца, обратившись к нему:
— Сын мой, гордыня так же принадлежит к списку смертных грехов. Очистите своё сердце от обиды и пустите туда смирение!
— Благодарю вас за мудрый совет, падре! — повернувшись к дону Игнасио, ответил Анри. — Смирение и скромность — ценные добродетели, и я стремлюсь к ним, но, к сожалению, я не могу призвать своих людей служить мне лишь за надежду попасть в Царствие Небесное, смиренно рискуя жизнями и скромно голодая. Они покинут меня, если я не буду платить им. Да и разве в святом писании сказано, что принимать плату за честно выполненную работу — грех?
Падре задумался, явно перебирая в мыслях библейские тексты, пытаясь вспомнить нужную цитату. Глядя на него, губернатор решил прервать затянувшуюся паузу:
— Не стоит принимать поспешных решений, сеньор Анри. Обещаю, что после вашего возвращения в Белиз с сеньорой Паулой и её служанками вы получите заслуженную награду в виде асьенды в любом подконтрольном моей власти месте по вашему выбору, а если же вы пообещаете производить на ней красители, то я увеличу надел на треть. Что вы на это скажете?
Анри повернулся в сторону графа Альменара:
— Лишь то, что ваше превосходительство чрезвычайно великодушен и умеет быть необычайно убедительным, — ответив, он отвесил губернатору учтивый поклон.
— Ну что же, тогда на этом и закончим прения по данному вопросу. И если у вас, сеньоры, — граф Альменара обвёл глазами членов кабильдо, — нет возражений, перейдём к обсуждению выплат пособий семьям погибших.
Анри же под одобрительное гудение присутствующих на площади зрителей покинул балкон.

Отредактировано Agnes (11-12-2018 23:03:02)

+2

236

Agnes написал(а):

нибудь утр очередная английская эскадра


Опечатка?

+1

237

Череп написал(а):

Agnes написал(а):

    нибудь утр очередная английская эскадра

Опечатка?

Нет, это родительный падеж множественного числа слова "утро".   http://read.amahrov.ru/smile/girl_brainy.gif

0

238

Agnes написал(а):

— Ну что же, решение суда одноголосное,

единогласное?

+1

239

SergV написал(а):

Agnes написал(а):

    — Ну что же, решение суда одноголосное,

единогласное?

Мне так вордовский словарь исправил! :) Но "единогласное" мне больше нравится, так что верну.

0

240

Насчет Ворда много шуточек ходит. Например мультиканальный (это когда много каналов). Что получится у Ворда, можете посмотреть  http://read.amahrov.ru/smile/smile.gif

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Повелитель моря - 2