Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Сказка для взрослых 2.


Сказка для взрослых 2.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

«Сказка для взрослых 2» - продолжение романа «Сказка для взрослых», но действие происходит в будущем, через несколько веков после описанных событий. Это тоже смесь фэнтези, фантастики и любовного романа.
     Читатели смогут увидеть, что вышло из замыслов Святогора Первого и мастера тёмных дел Лавра, а может и что-то понять из непонятного в первом произведении.
     Тот, кто не читал первую книгу, с высокой вероятностью не поймёт, о чем идёт речь во второй. Впрочем, и после прочтения, я не могу вам дать никаких гарантий понимания, к чему всё движется, потому что сам пока не знаю. Только догадываюсь. )))
     Из опыта общения с читателями первой книги сделал вывод о необходимости подробно объяснить, что это такое:
1. Книга написана не только от лица автора, но и от лица персонажей, что не может не менять, в некоторых местах, стиль повествования и стилистику текста.
2. Это не развлекательное произведение, поэтому в ряд ли сгодится для ненавязчивого времяпровождения.
3. Попытка сформулировать серьёзные проблемы общественного развития не означает, что вы столкнётесь с занудным мудрствованием. Очень старался написать приключенческий любовный роман об альтернативной истории. Но при этом ничего не упрощал. Всё, как в жизни,    умные делают глупости, а случай переворачивает всё с ног на голову.
4. Я не кусаюсь и рад любой, даже самой жесткой и совершенно некомпетентной, критике. Поверьте, без этого просто невозможно работать над произведением.

     Нескучного чтения.

                                                                 Сказка для взрослых 2.

               ***
Кому ты нужен? Просто смех.
Межзвёздной бездне?
Мгновенье счастья, как у всех.
И бесполезно
иного ждать.

   
     Пролог.

***
- … Ну, что отдохнули на каникулах? Успели позабыть что такое учёба? Для разминки попробуем освежить в памяти элементарные вещи.  Василий! Эпоха перелома. Кто правил в это время в России?
- Царь Святогор Первый и царица Светлана.
- И что из этого вышло?
- Привели страну к экономической стагнации и духовному кризису.
- Молодец. А кто мне скажет, что явилось причиной кризиса? Танюша.
- Переоценка собственных сил, несбалансированная внешняя политика.
- Умница. И к чему привёл кризис страну? Миша.
- К восстанию и свержению монархии.
- Молодец. А кто возглавил восстание и привёл страну к процветанию? Дамира.
- Молодые стрелецкие сотники во главе с будущим первым президентом народного собрания – Семёном Николаевичем Рыбницким.
- Что ж. Вижу лето только улучшило вашу мыслительную деятельность. Значит можно не тратить время на раскачку. Тема сегодняшнего занятия: «Информационные системы и их роль в исторических процессах».
     Ещё с каменного века человек нуждался в параметрической оценке своей бытовой и производственной деятельности …

***
- Не толкайтесь, молодой человек. Извольте уважать старость ближнего.
- Извините, матушка. Очень спешу.
- Эскалатор – не место для беготни. Носятся и носятся. Пока головы себе не посворачивают.
- У меня рейс через пол часа. Самолёт меня ждать не будет.
- Ладно. Беги. Только поосторожнее!

***
- … Я не собираюсь запускать не протестированный комплекс! Забыли криворожскую аварию?
- Это что первый комплекс? Оборудование – стандартное. Технология – стандартная. Оборудование и строительные работы проверены и признаны состоятельными. А вы хотите ещё несколько дней гонять комплекс в пустую?
- Хочу и обязан это сделать. Безопасность прежде всего.
- Я буду жаловаться в приказ тяжелого машиностроения.
- Вы имеете на это право …

***
- … Стёпушка! Не хмурься ты так. Да гори она гаром эта премия. И без неё проживём.
- Я Стёпа, душу в этот прибор вложил. Абсолютно уникальная конструкция. А этот урод свое племяша пропихнул. Теперь он поедет в Париж на выставку, а я тут останусь за ним мусор выгребать. Ну, что ты лезешь целоваться? Тебя в лаборатории на руках носят и пыль сдувают. А я что дебил? Не могу ничего путного изобрести?
- Дурачок ты у меня, хоть и головастый. Как тебе моя туника?
- Платье, как платье. С твоей фигурой всё выглядит классно.
- А если я тебя за нос укушу? Что будет?
- Мы ж не … Это. Чего так возбудилась то?
- Потому что ты счастье моё. Бесконечное.
- Тысяча лет – не бесконечность.
- Фу, какой ты зануда! Сегодня бал у лекарей. Пойдём?
- Я бы не пошел. Но ты же печёнку выешь. Да не дуйся! Видишь – уже туфли чищу ...

***
- … Китайская и французская спутниковые группировки частично перекрывают нашу зону ответственности. Это бы ничего, но при этом блокируются некоторые технологические сигналы.
- Как они могут блокироваться?
- Помехи превышают порог фильтрации. На выходе – шум.
- Вы связывались с Линем?
- Да. Но мы оба не представляем себе, что тут можно сделать.
- К аналитикам обращались?
- Сегодня направил запрос.
- Ознакомите меня с их заключением ...

Глава 0.

- … С богом!
- Это ты о чем?
- Ну, так у людей принято говорить, когда кого-то провожают в дальний путь и нет полной уверенности, что доберётся до цели.
- Не веришь ты в меня.
- Как можно верить в того, кто сам не знает, чего хочет?
- По крайней мере я пытаюсь понять …
- То, что и так яснее ясного.
- Скучно с тобой.
- Зато надёжно.
- Безнадёжно скучно ...

Глава 1. Стольный Град. Зарина, Лёха, Жером.

***
- Я думаю, что надо ещё углубиться. Метров на пять.
- И что это даст? В книге ясно написано: «Спустились в подвал и через пятьдесят метров вошли в ворота …». Мы в два раза глубже опустились и никакого подвала.
- Может это не тот дом?
- А табличка на «памятнике истории»?
- Подумаешь табличка. Её лет через сто после восстания нацепили. А может и сто пятьдесят. Тут кругом развалины были. Могли и ошибиться.
- Могли и подвал взорвать. Где были ворота?
- Вроде по направлению к центру города.
- Копаем?
- Шестой «крот» явно слабоват для таких работ.
- Какие вы французы перестраховщики. Тебе что проходческий комбайн нужен?
- А вы россияне прёте напролом, а потом ходите с побитой рожей и виноватых ищете. Во Франции.
- Мы трассу прокладывать не собираемся. Хотя бы что-то найти.
- А в тоннель без крепления кто полезет. Только не я.
- Не переживай. Найдётся кому.
- Ну, предположим, такого придурка ка ты и не жалко, но завалит «крота» - не расплатимся.
- И чего его завалит?..

- Заткнулись оба! Я не для того вас позвала, чтобы вы тут базар устроили, – Зарина сердито дёрнула плечом, отчего стали заметны рельефно проступающие мышцы чемпионки мира по боям без правил.

     Спорщики уважительно посмотрели на руководителя проекта, углубившуюся в чтение какого-то старинного документа, и смирно уселись на походные стулья.
- Тут пишется про то, что Институт и был, и не был, а дорога к нему, без согласия какой-то Провидицы, была закрыта. А ворота - часть Института, а не терема царевича Ивана. Поэтому здесь мы ничего не отыщем.
- Ты что раньше не могла этого сказать? Неделю роем.
-  Ты, Лёха, и так знал, что шансы нулевые. Тут сто раз всё разрыли и перерыли до нас. Но, по крайней мере, мы убедились, что здесь искать нечего. Надо поднимать материал про Провидицу и искать её родственников. Хотя бы дальних.
- А мы что делаем?
- Ты, Жером, сгоняй домой. Может у Мартина в архивах что отыщется. А ты, Лёха, разберись с фондами исторического музея. Допуск получишь завтра в одиннадцать. А я поищу в архивах нашего ведомства.
     Сворачиваемся.

Стольный град. Дамира, Жером.
*** 
- Ну, что?
- Мартин помогать отказался. Не испугался даже того, что у меня на него компромат. Да и переданные им мне копии секретных документов что-то значат. Даже предположить не могу, кто его мог так запугать.
- Что тут предполагать. Министерство тёмных дел Франции. Они не любят, когда кто-то роется в документах за этот период. Ладно. Двигай в Стольный Град. Я тут кое-что нарыла. У тебя доступ к скоростной трассе есть?
- Есть.
- Тогда через три часа у меня.

Стольный град. Дкамира и Лёха, а потом и Жером.
***
     Пол экрана занимал большой старый дом, окруженный лесом. Поблизости не было видно стационарной магистрали. Наличествовала только извилистая грунтовая дорога со следами укрепления поверхности дорожного полотна.
- Ну и глушь!
- Что, Лёха, имеем, то имеем. У меня универсальная капсула, так что доедем без проблем. Ты уверен, что никого, кроме деда с бабкой, там не будет?
- В базе приказа охраны порядка числятся только эти двое и их внук Александр, который месяц назад загремел в лечебницу, где находится по настоящее время в состоянии овоща.
- Очень мутная история. Нашли его посреди кучи архивных документов прадеда. Жалко, что прадед умер. С ним бы побеседовать. Пращур был коллекционером древностей с мировым именем.
     А наследникам, похоже, интересы предка до одного места.
-  Что-то они должны знать.
     Привет, Жером. Видишь, что Дамира нарыла – родовое гнездо прямых потомков Провидицы с тремя ныне здравствующими особями, если не считать помешательства внука Александра во время разбора архива прадеда. Бабка с дедом не так интересны, как их внук …
- А родители Александра куда подевались?
- Дамира говорит, что никто ничего толком не знает. Словно их и не было вовсе.
- Не смогла найти даже данных об их смерти либо убытии из страны.
- Мутная семейка.
- Мы с Лёхой того же мнения. Я получила разрешение на конфискацию архива. За одно и пообщаемся. Пошли ужинать.
- Я в дороге поел.
- Лёха?
- С удовольствием.
- Ты, Жером, пока узнай, что с Александром. Коды доступа в базу лечебницы там, где обычно.

***
- … Кончайте жрать! Александр вчера очнулся!
- В больницу. Бегом!..

Отредактировано Владимир Лисуков (25-12-2019 17:49:15)

0

2

Глава 2. Александр.
…………………………………………………………………………………………………………………………………………….
… Инка хлопала своими глазюками, вытирая рукавом слёзы и размазывая по лицу косметику.
- Иди нахрен, дура! – прорычал Семён, - самой думать надо было. Ещё не известно чей ребёнок. Может и этого охламона Александра?
- У меня были месячные после того, как мы с ним расстались. И я всегда любила только тебя. А не этого бездарного неврастеника.
- Ну, даже если мой, то всё равно сама виновата. Теперь сама и разбирайся. А я пошел. И вообще я завтра уезжаю на стажировку в Китай. Так что ничем тебе помочь не смогу.

     Когда за Семёном закрылась дверь, Инка села на пол и разревелась навзрыд. Плечи её вздрагивали в такт рыданиям. …
…………………………………………………………………………………………………………………………………………………..
     Странная галлюцинация. Совсем не по теме предыдущих. Уж больно современный материал. И я никакой не бездарный неврастеник.
     У кровати сидит Провидица в бабушкином платье и улыбается мне заплаканным лицом. Что-то сегодня у всех женщин глаза на мокром месте. И где это я?
     Похоже на палату какого-то лекарского центра.
- Здравствуйте, Аглая Дормидонтовна. Вы не знаете, как я тут оказался?
- Ты что, Сашенька, меня не узнаёшь? Это же я – твоя баба Настя?

      Точно. Бабуля. А как похожи!
- Извини, бабулечка. Всё эти галлюцинации. Подозреваю, что из-за них меня сюда и упекли. Долго я тут провалялся?
- Почти месяц.
- Да не плачь ты так! Видишь – всё хорошо. Даже голова не болит. Только есть хочется.
- Господи! Солнышко моё родненькое? Я каждый день еду ношу. Вдруг, думаю, да очнешься.

     Какое наслаждение эти бабулины пирожки со всем на свете! И её фирменный морс! Если бы не вялость – встал бы и пошел. А так придётся ограничиться сидячим положением. Ничего. Сейчас лекарка войдёт с мобильным медблоком и станет гораздо легче.
     В открывшуюся дверь въехал негромко гудящий медблок, раскрашенный во все оттенки зелёного и направился к моей кровати. За ним, не спеша, шествовала лекарка, читая что-то на экране. Наверно мою историю болезни. Увидев, что я сижу на постели, она улыбнулась и изменила какие-то параметры в программе медблока. Я засунул руки и голову в сенсорные зоны и буквально через несколько секунду меня отпустили на волю. Появилось чувство лёгкости и покоя.
- Прекрасно, молодой человек, - произнесла лекарка, переводя аппарат в спящий режим, - в нашей помощи вы больше не нуждаетесь. Можем отпустить вас домой.

     (Жалко! Какой интересный случай и такое внезапное выздоровление. Ничего не успела. Где я теперь найду кому такой длительности. Плакала моя диссертация.)

     Это что такое было? Опять глюки? На лице лекарки не написано ничего кроме радости за моё благополучное выздоровление.
- Спасибо вам, Мария Павловна. И не переживайте так. Глюки вполне могут вернуться и я снова окажусь в полном вашем распоряжении, вплоть до успешной защиты.

     Круглые глаза напротив говорили о том, что это были не просто глюки.
- Что вы, Сашенька, такое говорите. Постарайтесь не напрягаться и сильно не волноваться в ближайшие два-три месяца и всё будет хорошо. Домашние системы вполне способны справиться с контролем за вашим состоянием и его коррекцией. Скорее всего это был случайный нервный срыв, связанный с целым комплексом предшествующих обстоятельств. Есть высокая вероятность, что ничего подобного более не повторится.

     Мария Павловна как-то подозрительно посмотрела на меня и, в сопровождении медблока, вышла из палаты. А мы с бабулей начали собираться домой. Точнее домой к деду с бабулей, потому что в свою пустую квартиру мне возвращаться совершенно не хотелось.

***
     В сельхоз-зоны, особенно на границе заповедных территорий, не строят магистралей, поэтому добирались мы на нашем стареньком, но почему-то ставшем удивительно уютным «движке». Бабушка зачем-то сортировала мои вещи, а я таращился в окно, поражаясь тому, как по-новому воспринимается чуть подёрнутая желтизной растительность. Казалось природа замерла в предвкушении осеннего безумия красок. Ещё ничто не предвещало унылых хлябей, но в душе крепло предчувствие грусти и утраты.
     Почему-то захотелось вскочить на лошадь и с воплем вломиться в это зелёное царство, пробуждая мир от снулого летнего томления.
     Не могу сказать, что раньше не видел лошадей. В детстве даже катался по ипподрому, боясь совершить неловкое движение и свалиться с седла, насмерть перепугав деда.
      Теперь всё было по-другому. Я Знал, как выбрать Свою лошадь, как за ней ухаживать, на что она способна, а от чего её лучше беречь. Это было странно и мучительно одновременно. До зуда на коже тянуло проехаться верхом. И ещё «размяться» с саблей, которую я отродясь не держал в руках.
- Бабуль! А куда девался диск, который я нашел в архиве прадеда?
- Что за диск, Сашенька?
- Ну, такой тонкий гибкий, светло серый. Сантиметров восемь в диаметре.
- Ничего такого у тебя в руках не было. Только правая ладошка чуть покраснела. Словно ты её отлежал или натёр чем-то.
- А когда меня нашли, что я делал?
- Лежал на спине и улыбался.
- И в медицинском центре тоже?
- Я ж тебя не видела всё время. Когда улыбался, а когда хмурился. Иногда даже пытался встать. Это в первые три недели. А в последние несколько дней лежал спокойно, так что тебя даже перевели в палату.
- Ладно. Было и сплыло. За поворотом дерево поперёк дороги лежит. У нас диспетчер не отключен?
- А зачем он нам тут? Только лишние расходы. Сейчас пошлю код.

     «Движок» притормозил и выехал за поворот, окончательно сбросив скорость. Огромная сосна рухнула с обрыва и перекрыла большую часть дороги. Ничего такого сверхъестественного, но, при внезапном торможении, нас тряхнуло бы от души.
- Господи! Как же это? Откуда ты Саша?..
- Сам не понимаю, ба. Показалось, что это так и вот оно.
- У нас в роду были знахарки, только очень давно. Может и ты из них.
- Я же мужчина. Да и мало ли что почудится. Иногда и совпасть может. А выглядит, как мистика.

***
     Наш дом явно перестроен из старинного терема. Помещения для техники когда-то были конюшней. Вот эта пристройка – кухня. А рядом – бывшие комнаты дворни. Значит в подвале должен быть арсенал и тайник для казны владельцев. А ещё подземный ход в овраг. Но никакого оврага поблизости от дома нет. И реки с крутыми берегами тоже не имеется. Разве что ручей за холмом. Но до него слишком далеко. Хотя за сотни лет тут проводились десятки терроформирований и всё изменилось до неузнаваемости.
     Оттащил свои вещи в прачечную, привёл себя в порядок и отправился в гостиную. 
     На ужин было пюре с поджаркой, чай с липовым мёдом и блинчики с творогом. Обожратый и вполне довольный жизнью добрался до умывальника, почистил зубы и отправился на боковую.

***
     Ночью мне приснилась тощая девица, долго и с интересом рассматривавшая меня, сидя напротив в большом кожаном кресле.
     Потом я мчался верхом на Шайтане и мы оба были в восторге от того, как бескрайняя заснеженная степь стелется под копыта и холодный ветер рвёт полы походного халата.
     Проснулся с лёгким насморком и болью в бёдрах, «отвыкших?» от верховой езды.

***
     Бабуля опять попыталась меня закормить в лечебных целях, но это сегодня не входило в мои планы. Таскать архив деда с плотно набитым желудком несомненно было бы глупостью.
     За время моего отсутствия коробки с документами свалили в кучу и небрежно прикрыли водонепроницаемой тканью. Пришлось вновь разбирать и сортировать их содержимое.
     Книги в ящиках не представляли большого интереса, поскольку это были учетные данные о приходе и расходе материальных и денежных средств нескольких мелких приказов времен Царя Святогора Первого.
     На всякий случай переломал все ящики, но ничего, кроме обломков, не обнаружилось.
     Письма заинтересовали куда больше. Правда сохранилось их немного и те, в основном, были в плачевном состоянии. Написали их на архаичных русском, польском и немецком языках. Одно – по-французски.
     Последнее содержало указания не названного мастера тёмных дел Франции своему агенту в Стольном Граде – некому Савелию Лымскому по уточнению обстоятельств государственного переворота в России. Прежде всего, от него требовалось выяснить реальные масштабы разрушений и судьбу царской семьи. Кроме того, сообщалось о присвоении адресату графского звания с жалованием поместья в Бургундии за предыдущие заслуги перед Францией.
      Пять писем на польском языке были написаны гораздо позже и являлись перепиской царевны Марыси с послом Польского королевства в Стольном граде, касающейся неких имущественных прав её детей в Российской Народной Республике. Довольно нудное перечисление каких-то документов и законов, так что просто пробежался по диагонали и отложил в сторону.
     Немецкие послания и вовсе навеяли скуку, потому что мало чем отличались от хозяйственных книг. Подтверждалось получение довольно больших денежных сумм и ценностей, а также то, как автор писем – барон Ганс Майнгер ими распорядился. Заинтересовал только адресат – царевич Савватий, как известно, погибший во время переворота. Но в конце самого позднего письма, с немецкой пунктуальностью, было указано седьмое августа 1586 года, то есть через десять лет после кончины царевича.
     Писем на русском было много, поэтому собрал всё уцелевшее в две коробки, навел порядок на чердаке и занёс коробки в свою комнату, чтобы почитать вечером перед сном.
     Потянуло побродить по лесу, чего со мной раньше никогда не случалось. Вот шататься где ни поподя от скуки – это пожалуйста.
     Технологичные лесопосадки вокруг нашего дома, смотрителями которых были мои дед с бабулей, всю жизнь посвятившие биологии, мало походили на ЛЕС из моих галлюцинаций, но биоценоз был грамотно сбалансирован и все дороги и дорожки делались глинобитными. Ежик или ужик вполне могли прошмыгнуть прямо у меня под ногами. В ветвях галдели птицы. А пару раз доводилось издали увидеть маленькое стадо косуль – предмет особой бабулиной гордости и заботы.
     Зато запах в лесу был самый настоящий. И чувство покоя. Ноги сами принесли меня к большой запруде, где сегодня, по причине пасмурной погоды, отсутствовали любители рискнуть окунуться в природный водоём, снимавшие домики в пансионате неподалёку. Жаль. Среди этих сумасшедших попадались очень даже симпатичные особы.
     Лёгкие и стремительные шаги за спиной скорее удивили, чем насторожили. Кого это занесло в «мой» лес? Отдыхающие здесь не ходят. Брезгуют перебираться через заболоченное русло ручья. Да и вообще, посторонним тут шляться не положено.
     Обнаружившаяся на тропинке девица с физиономией кинодивы и телом атлета остановилась напротив и молча уставилась на меня своими раскосыми глазищами. Начинаю ощущать себя картиной с выставки. Мало что во сне меня рассматривала какая-то сомнительная особа, так и эта вон таращится.
- Я могу вам чем-то помочь, сударыня?

«Сударыня» скривила нос и фыркнула, как девчонка.
- Правду говорят. Ты точно с приветом.
- Вы в городе не нашли подходящего объекта для глумления? Пришлось забираться в нашу глушь?
- Кончай бред нести, а то ржать начну. А я по делу.
- Слушаю вас.
- Говорят у тебя глюки начались, когда ты рылся в архиве прадеда?
- Это преувеличение. Я сюда приехал на грани нервного срыва. Теперь всё в порядке.
- А архив что?
- Что архив?
- Ну, что-то же стало последней каплей в твоих психах?
- Там книги с цифрами и груда трухи. Какие-то обрывки писем на старинных языках.
- От трухи таких заскоков не бывает.

     Смазанное движение и дикая боль принизала вывернутую руку. 
     Я Знал, как прекратить мучение и даже как «убить?» наглую девицу, но почему-то не стал делать этого. Появилось ощущение опасности и осознание необходимости вести себя, как обычный человек. Вдохновенно взвыв, хотя боль практически ушла, я заорал срывающимся голосом:
- Отпусти, зараза! Мне больно!
- Будет ещё больнее, если не расскажешь.
- Да забирайте это барахло и сами смотрите что там к чему! Я ни слова не понял из этого хлама.
- Я и так это всё заберу. У меня постановление приказа охраны порядка. И ты поедешь со мной. Поговорим.

     Так и подмывало упокоить эту гадину, но, похоже, потом беды не оберёшься. Да и забрать она меня не сможет, пока я под наблюдением лекарского приказа.
- Я под наблюдением лекарского приказа. Меня охранная система не выпустит.
- Вот черт! Ладно пошли изымать бумаги. Всё равно ты от меня никуда не денешься.

***
     Помог, воображающей себя всесильной, садистке собрать прадедов архив в её упаковку и вместе с парой молча выполняющих все распоряжения девицы молодых придурков (один точно наш «Емеля», а второй, носатый и черноволосый, чем-то напоминал француза) перетаскал всё это в их универсальную транспортную капсулу.
     Когда самовлюблённые идиоты отчалили в сторону ближайшей транспортной линии, я отвлёк бабулю разговором про «обнаглевших сотрудников приказа охраны порядка» и отправился принимать душ, поскольку не оставляло чувство брезгливости, после общения с незваными гостями. Хорошо, что дед на обходе. Так тихо всё бы не прошло. И безболезненно для обеих сторон.
     В принципе для меня не было проблемой отправиться куда мне заблагорассудится. Для этого даже не требовалось «ломать» охранную систему. Это удел дилетантов. Мне – практически потомственному хакеру, были известны куда более изящные пути-дорожки.
     Дядин фирменный набор кодов становился своим и у куда более сложных структур, чем наша допотопная «охранка». Так что буду я сидеть безвылазно у деда с бабулей, а моё программное альтер-эго по имени Вадя окажется свободным для перемещения по миру. Разумеется, в пределах разумного. Например, к друзьям и знакомым придётся стучаться в личку, демонстрируя рожу и биометрику. Но это не большая цена за практически полное инкогнито.
      Кому интересен оператор погрузчиков продуктового терминала, у которого старенькая мать на другом конце планеты и племянница – учитель в Австралии. А больше никакой родни и нет. Жильё муниципальное, долги копеечные. Отпускной кредит вот-вот будет погашен.
     В общем, тихая законопослушная серость.
     Но обо всём этом вовсе не обязательно знать уродам, слишком много воображающим на свой счет.
     Когда появился дед, сели ужинать, а потом, все вместе, стали смотреть нескончаемый сериал про будни и страсти семейства ученых, раздираемого высоконаучными и любовными противоречиями.
     Не понимаю, что дед с бабулей находят в этой заумной нудистике, но предпочитаю не говорить об этом вслух. Зачем зря обижать тех, кто тебе дорог. В жизни и так хватает причин для неприятностей. Зато можно спокойно подумать о чем-нибудь важном под мерное «бу-бу-бу» с экрана.
      Например, чем заняться завтра.
     Честно отсидев три серии и не придя к какому-то определённому решению, отправился спать, предварительно спрятав старинные письма, от греха подальше, в тайник. Читать последние просто не было сил. Видно ещё не восстановился после срыва.

0

3

Глава 3.

Александ, Инна.

***
     (Господи, как же он меня достал!)
- Извини. Я понимаю, что не вовремя и тебе не хочется меня видеть.
- Как-то странно ты стал говорит. Это что после …
- Не исключено. Просто у психов бывают прозрения. Этого, скорее всего, может и не быть.  Даже наверняка не будет. Но я, на всякий случай, тебе расскажу про одно своё видение. Ну, мало ли. В общем, ты познакомишься с неким Семёном, забеременеешь и он тебя бросит. Уедет на стажировку в Китай. Так что не забывай предохраняться.
- Думаешь я поверю в этот бред?
- Нет, конечно. Я бы и сам себе не поверил. Рассказал на всякий случай. И … я, пожалуй, пойду. Не хочу тебя раздражать ещё больше.
- А зачем ты это всё ..?
- Не знаю. Наверно потому, что мне будет неприятно, если с тобой произойдёт что-то нехорошее. Я и так тебя замучил.

     Ещё раз, на прощание, заглянул в округлившиеся от удивления Инкины глаза и постарался, как можно скорее, прекратить это достающее обоих общение, запихнув свою тушку в пассажирский шлюз.

Инна.

***
     Когда за Сашей закрылась декоративная панель пассажирского шлюза, стало как-то странно. Бред! Конечно же бред. Но не оставляет какое-то тревожное предчувствие.
     Сёма уже неделю, всеми доступными ему способами, демонстрирует восторг по поводу моей красоты и оригинальности. Честно говоря, мысли про более тесные отношения не раз приходили в голову. Симпатичный парень и такой обаятельный. Не то что этот псих. Чего удивляться, что загремел в психушку.
     Правда репутация у Семёна та ещё: бабник с целым букетом сомнительны любовных связей в прошлом. Но должен же он когда-то угомониться? Почему бы и не со мной?
     Надо уточнить про стажировку в Китае. Это не делается быстрее, чем за полгода. Просто так уточнить. У нас отродясь никто там не стажировался.
     Но как Саша изменился. Совсем другой человек. Хорошо лекари постарались. Теперь найдёт себе кого-то подходящего и будет счастлив.
     Почему-то мысль про Сашино счастье не вызвала вдохновляющих эмоций. Лучше думать про голубые глаза Семёна. А ещё лучше вообще ни о чем не думать. Поздороваться с медблоком и баиньки.

Александр.

***
     Вывалившись на пассажирскую линию, чуть не прозевал свою ветку. Хорошо, что навигатор вовремя открыл нужное направление.
     Пол дороги пытался вытолкнуть из головы Инкины глазюки. Но безуспешно. Всё уже давно закончилось. Вместе с глюками. А всё равно как-то не по себе от этого взгляда.
     Совершенно ясно, что от Инки надо держаться подальше, иначе есть все шансы стать завсегдатаем психушки.
     Светить Вадю рядом с домом было чревато. Поэтому схемой был предусмотрен временный разрыв связи, который позволял мне уйти с магистрали и усесться в наш «движок» с отключенным навигатором. Оповещать о себе я начну в зоне ответственности нашей охранной системы, словно долго гулял по лесу, а потом сел в салон и поехал домой.
     К ужину не успел, в связи с чем получил нагоняй от бабы Насти (дед никогда не опускался до пошлых нравоучений) и разогретые блинчики со сметаной. Есть не хотелось, но и бабулю обижать тоже.
     Запихнул в себя содержимое тарелки, поцеловал ба в щёку и отправился обследовать подвал. Как будто не знал, как он устроен. В детстве облазил все углы, играя в кладоискателя.
    На новый, послебольничный, взгляд также не удалось обнаружить что-то необычное. Сотню лет назад подвал расширили вдвое, так что на месте былого фундамента зияла пустота. Никаких старых конструкций не было и в помине.
     Вспомнив про желание «размяться с саблей», поднялся в кабинет прадеда, использовавшийся, отчасти, как семейный музей, а отчасти, как кладовая для вещей, которые выбрасывать жалко, а продавать за бесценок тем более.
     Насколько я знал, там имелась витрина с деревянными муляжами старинных сабель, ножей и кинжалов. Почему не развлечься, махая этими игрушками. Заодно и непонятное желание пройдёт.
     «Деревяшки» оказались на удивление тяжелым учебным оружием. Никакое Знание не поможет, если твои кости и мышцы не готовили с детства, приноравливая к пользованию саблей или метательным ножом.
     Чуть не вывихнул себе кисть, попытавшись, в нашем спортивном зале, выполнить первый элемент разминки с саблей. Если бы дед не гонял в «тренажерку», так бы и произошло.   
     Чтобы хотя бы что-то получилось надо год тренироваться, а то и два. И это будет убогое и позорное «что-то». Да ну его!
     С метательным ножом было получше, но камнем в цель я сумел бы попадать чаще. А о том, чтобы нож в неё воткнулся можно было только мечтать. Зато желание «размяться» прошло окончательно и, кажется, навсегда.
     Похоже и на лошади мне ничего не светит. И в схватке с «косоглазой» заразой. Хорошо, что не дёргался. Глюки они глюки и есть. Мало что померещилось.
     Хотя быть таким хилым уродом тоже никуда не годится. Пискуны пищат от восторга, а когда вопрос встаёт ребром – рычим и очень даже убедительно.
     Взял учебную саблю обеими руками и медленно закружил по залу, выполняя элементарные упражнения для начинающих.

0

4

Глава 4. Александр.

***
     Утром пришло постановление из приказа охраны порядка. Меня вызывали в качестве свидетеля по делу о некой пропаже ценных архивных документов.
     Дед связался с кем-то и нам пришла отмена вызова, который заменяли на пространный опросник.
     Мы с дедом за полтора часа аккуратно проставили в нужных местах «не знаю», «не слышал», «не сталкивался» и отправили ответ, после чего нас поблагодарили за сотрудничество.
     Пришлось рассказать про странный визит, сопровождавшийся насилием и изъятием архива прадеда.
     Дед на несколько часов заперся у себя в кабинете, после чего нам пришло новое послание из приказа охраны порядка, где, после витиеватых извинений за ошибки и нерадивость сотрудников, сообщалось о том, что архив прадеда будет возвращен завтра утром.
     Почему-то это известие меня вовсе не обрадовало. Наоборот появилось ощущение нарастающей опасности.
     Ночью, кроме тощей девицы в кресле, снилась косоглазая зараза, волокущая меня на чердак. Ткнул ей пальцем в удерживающую меня руку и, после того, как её конечность повисла плетью, столкнул дуру с лестницы.
     Парализованная рука не помешала ей сгруппироваться и стать на ноги. На этом месте проснулся в холодном поту. Прогулялся к медблоку и до утра проспал без сновидений.
     Утром деда срочно вызвали в приказ искусственных и естественных биоценозов, бабуля отправилась осматривать своё хозяйство, а через час объявилась та же троица, что забирала прадедов архив.
     После того, как коробки архива перекочевали из капсулы в нашу прихожую, девица встала так, чтобы её могли эффективно контролировать системы наблюдения и, фальшиво улыбаясь, принесла мне извинения за причинённые неудобства.
     Не успел подумать о том, что конфликт исчерпан и можно спровадить уродов, как мне прилетело по башке и очнулся я только на лестнице, ведущей на чердак. Эта гадость, похоже даже не сильно напрягаясь, волокла меня наверх.
     Сам не понимая, что делаю, я ткнул пальцем ей куда-то в область локтя и, подпрыгнув, ударил заразу двумя ногами в живот.
     Падение на спину чуть не вышибло из меня дух. Одно дело - Знать, а другое дело - Уметь. От серьёзной травмы спасло только то, что я, следуя полученным от галлюцинаций рефлексам, попытался «технично» сгруппироваться при падении.
     Девица улетела кубарем на лестничную площадку, но, при этом умудрилась как-то извернуться и стать на ноги.
     Дверь на чердак удалось захлопнуть прямо у неё перед носом. Сейчас таких не делают. Включая массивные запоры изнутри.
     Несколько глухих ударов быстро убедили нападавшую в тщетности её усилий. Прорычав что-то нечленораздельное, она затопала по ступенькам, а я уселся на пол и приготовился ждать бабулю с Бориком – мобильной охранной системой БР-8А4 последнего поколения, положенной лесным обходчикам по штату.
     Где-то внизу раздался шум удаляющейся капсулы непрошенных гостей. Можно было слегка расслабиться и обдумать случившееся.
     Прежде всего не понятно было чего эта девица с подручными ко мне прицепились? Видно это как-то связано с моими галлюцинациями.
     Надо сказать, что очень странные у меня галлюцинации. Словно в голове промелькнули тысячи и тысячи снов, оставляя Знание, не имеющее никакого отношения к моему жизненному опыту. Я практически ничего не помнил из увиденного, но, если сталкивался с чем-то похожим, проступало Понимание и всплывали понятия и имена людей, про которых я знал, как их зовут, но больше ничего конкретного.
     Например, взяв руки саблю я Знал, что такое разминка и учебные упражнения, какие бывают связки и приёмы в бою, но не умел это делать, потому что мои рефлексы натыкались на неспособность тела к этим действиям.
     Я знал, что какую-то женщину, очень похожую на мою бабушку, зовут Аглая Дормидонтовна Пискун. А ещё – Провидицей. Но не имел ни малейшего представления, кто она такая.
     Кроме того, эти Знания несли в себе и никогда не переживавшиеся мною ранее ощущения. Я чувствовал запахи Леса, меня тянуло пронестись верхом по бескрайним степным просторам. И ещё начали сковывать внутренние запреты, считающиеся ныне архаичной придурью.
     Что уже говорить про такие мелочи, как понимание древних языков, которые вышли из употребления сотни лет тому назад. Или способность увидеть следы прошлого, затерянные между новоделом.
     Всё это очень похоже на обучающую программу, только объём полученных знаний и сроки «обучения» далеко опережают самые последние достижения педагогической науки. Просто несоизмеримо превосходят.
     Но если эта троица придурков ищут диск, который исчез, то почему они не спросили об этом напрямую. Нет. Меня спрашивали про то, о чем они, похоже, сами не имеют никакого представления. Жаль, что я, в своё время, пропускал лекции по аналитике. Профессионал быстро бы вычислил приоритеты и выстроил программу анализа поведения этого трио. А я только и могу предположить, что их интересует прошлое. Ну, и пусть интересует. Подадим с дедом жалобу и загремят эти уроды в исправительный лагерь, где психологи вправят им мозги.
     Внизу послышался шум объездного модуля. Можно было спускаться. Бабуля закончила на сегодня свою работу.
     Открыв дверь, я обнаружил девицу, от которой прятался на чердаке, спокойно сидящей на ступеньке лестницы и с интересом рассматривающей какой-то старинный документ. Можно было опять запереться, но появилось ощущение, что в данный момент мне ничего не грозит. Более того, мне показалось, что эта странная особа в отчаянии.
- Чай пить будете? – поинтересовался я на всякий случай.
- Задушись своим чаем, урод! – прорычала эта нахалка низким голосом, складывая документ и запихивая его в футляр.
- У вас что-то случилось?
- С чего ты взял?
- Ну, вы в отчаянии. Вот я и подумал, что может быть это из-за меня.
- Ещё не хватало отчаиваться из-за каждого недоумка.
- Может я могу чем-то помочь?
-  Можешь, если честно ответишь на мои вопросы.
- Тогда идёмте в гостиную. Бабушка скоро накроет на стол.

***
     Когда мы с девой-атлетом спустился вниз, Баба Настя заканчивала оттаскивать к стене контейнеры с архивом прадеда и даже бровью не повела при моём заявлении, что у нас гости.
     Перебросив к стене оставшиеся контейнеры, мы, с моей мучительницей, помыли руки и уселись за обеденный стол напротив друг друга.
- У вас тут, как в музее.
- Это почему?
- Стол и стулья из дерева, металлические столовые приборы. И еду, я так понимаю, готовите сами.
- Стол – да, деревянный. А стулья – подделка из пластика. Столовые наборы - керамические. У прадеда было два серебряных, но после его смерти их продали в музей.
     Как ты говоришь «руками» мы готовим только по семейным праздникам. А в обычные дни всё делает кухонный комбайн. Только бабушка не любит, когда мы едим на кухне. Говорит, что это ей напоминает дешевую забегаловку-автомат. Нет домашнего уюта.

     Бабуля привезла нам тарелки, где были налиты щи, и сказала морально готовиться к пюре с котлетами.
     Моя гостья – явно жертва глубокой урбанизации, с подозрением зачерпнула бабушкин кулинарный шедевр, удивлённо хмыкнула и в мгновение ока опорожнила тарелку.
     Чувствовалось, что она охотно повторила бы процедуру, но не решилась просить добавки у незнакомых людей.
     Второе постигла та же участь, только без предварительного ковыряния в тарелке.
     Когда стол украсили кувшин с компотом и корзинка со сдобой, девица куснула рогалик, вздохнула и начала задавать вопросы.
- Ты слышал легенду про Институт.
- Третий класс. Российское средневековье. Кстати, меня Александром зовут.
- Зарина.  И как ты к ней относишься?
- Как к легенде. Похожая бытует во Франции.
- А если я тебе скажу, что это не легенда?
- Я попрошу вас, сударыня, предоставить убедительные тому доказательства.
- Ну, ты как средневековый светский павлин. Можешь проще выражаться? И хватит мне выкать.
- Как хочешь. С чего ты взяла, что это что-то реальное?
- Объявлен конкурс на эти самые доказательства. Только за интересные концепции проектов до десяти тысяч эквивалентов.
- А за любое, на сколько я понимаю, реальное доказательство и того больше.
- До ста.
- Но даже за такую сумму ты руки бы мне ломать не стала?
- Нет, конечно.
- А из-за чего тогда?
- У меня мало времени. Ещё четыре месяца и всё.
- Что всё?
- Не твоё дело.
- Может и не моё. Но, если хочешь от меня услышать честные ответы, - сама задавай честные вопросы.

     Зарина надолго задумалась, теребя в труху рогалик, после чего заявила:
- Тут секрет на секрете. И никакой гарантии, что от тебя информация не уйдёт дальше. Например, к конкурентам.
- Если бы ты могла читать мои мысли, то убедилась бы в том, что у меня нет таких планов. Но это не значит, что я не попаду в лапы таких же психов, как ты, которые попытаются вытянуть из меня всё, что я знаю, пользуясь твоими же методами.
- Я тебе что-нибудь сломала?
- Может просто не успела.
- Ладно. Проехали.
- Давай не будем никуда ехать, потому что, как мне кажется, у тебя просто нет выбора.

     Зарина попыталась забраться взглядом ко мне в мозг, после чего тяжело вздохнула и уронила голову на руки, лежащие на столе. По всему выходило, что она сейчас расплачется. Во всяком случае так бы поступили все известные мне особи женского пола и их киноверсии.
     Но Зарина, похоже, была сделана из другого материала. Она выпрямилась, сжала кулаки, несколько раз глубоко вздохнул и выдохнула, после чего практически прорычала.
- Я тебя найду. Из-под земли достану и порву на кусочки …
-  Я понял.  Никому ничего рассказывать нельзя.
- Даже если тебе отрежут яйца и заставят сожрать их на ужин.
- Это тоже понятно. Причины разглашения не имеют значения.

     Зарина хотела ещё что-то добавить, но отпила компота и этим ограничилась.
- И так?
- У нас в семье практически не рождаются мальчики, а в последние сто лет, когда появилась возможность планировать пол ребёнка – вообще никогда. Чем Элька думала – не понятно. Уж точно не головой.
- А в чем, собственно проблема?
- Такая беременность – смертный приговор для обоих. Прерывание беременности ведёт к тому же результату.
- Синдром Милькевича-Шварца?
- А ты откуда знаешь? Ты что лекарь?
- Ушел с последнего курса. Не моё это. Душу выворачивает. Потому, наверное, психом и стал.
- Ну, вот. У Эльки этот синдром. И что мне сидеть и ждать, когда она сгорит в родах?
- И ты решила найти легендарный Институт, где наверняка знали, как с этим синдромом бороться.
- Ничего другого мне в голову не приходит.
- А тебе не приходит в голову, что если бы этот Институт существовал, то обязательно как-то проявил себя сегодня? Например, чудесным исцелением матери и младенца при синдроме Милькевича-Шварца.
- Ты меня идиоткой считаешь? Были такие случаи. Два раза. Правда в прошлом веке. Один - во Франции, другой в Китае.
- И что? Известно каким образом лечили пациенток?
- Тёмные истории. В обоих случаях матери с новорожденными потом куда-то исчезли и никаких следов.
- Может это тоже легенды.
- Нет. Оба случая официально задокументированы лекарями.
- А причем тут Институт?
- А кто ещё мог бы это сделать? Надеюсь ты не рассматриваешь всерьёз версию вмешательства высших сил?
- Я не уверен, что им есть дело до таких мелочей, а то бы рассматривал.
- Ты что, верующий?
- Теперь да.
- Что значит «теперь»?
- Ну, просто «да».
- Ты точно псих.
- И даже имеется такое лекарское заключение. Что ты хотела бы от меня услышать?
- Что ты знаешь про Провидицу?
- А кто это?
- Твоя родственница. Ты её прямой потомок. Жила во времена Святогора Первого.
- Надо у бабули спросить. Может она знает.

     В гостиную вошла баба Настя и уселась за стол с неизменной кружкой отвара шиповника. Неужели подслушивала? Не может быть. У нас такое не водится. Заметят – со стыда умрёшь.
- Зачем тебе милая понадобилась Провидица?
- А вы знаете кто она такая?
- Ты не ответила на мой вопрос.

     Никогда не видел бабушку такой … даже не властной. Другой. Имеющей право спросить и получить ответ.
     Зарина захлопала глазищами и практически пролепетала:
- Она решает, кому можно войти в Институт.
- Господи! Дитятко ты наивное. – бабуля снова была сама собой, - Начиталась баек. В Институт постоянно был конкурс. Любой толковый человек мог подготовить тему исследования и, если её одобряла комиссия специалистов, получить возможность открыть свой отдел.  А Провидица была ученым секретарем и заведовала отделом прогнозирования.  Потому и Провидица. Сегодня таких «Институтов» тысячи.
- А вы откуда всё это знаете.
- У отца было штатное расписание Института и какие-то документы по его хозяйственной деятельности. После папиной смерти всё изъял приказ тёмных дел.
- А лекари там были?
- Не только лекари, но и больница.
- И что с этим всем стало?
- А я почем знаю? Там такое творилось. От дворца одни головешки и гора мусора. Стольный Град фактически пришлось строить заново.
- Значит всё.

     Зарина, словно сдувшись, безвольно откинулась на спинку стула.
- А ты уверена, что ищешь там, где нужно и то, что нужно?
- Какое это имеет значение, если искать больше негде?
- Могу посоветовать одну знакомую, если, конечно, она захочет тебе помочь. У девицы ветер в голове, хотя специалист она хороший.
- Лекарка?
- Много тебе лекари помогли?
- А кто она тогда?
- По профессии - химик. По призванию – знахарка. Её снадобья никто повторить не может. И помогают только конкретному человеку. Для остальных - цветная водичка, а то и яд.
- А почему её не привлекли за нелицензионную лекарскую деятельность?
- Знаешь какие люди у неё лечились? Тем более, что это для всех секрет.
- И много берёт?
- Ничего.
- Как это?
- Я же сказала «если захочет».
- А что ей предложить можно?
- Почем я знаю. Каждый раз по-разному.
- А вы откуда с ней знакомы?
- Можешь считать, что она очень дальняя моя родственница.
- И от вас она ничего не скрывала.
- Можно и так сказать.
- Где её найти?
- Институт нейробиологии имени Любомира Старцева. Звать Степанидой Рыковой. Работает в отделе «Пограничных нейропроцессов». Отдел закрытый, так что лови по дороге домой. Сашу с собой прихвати. Всё-таки почти медик. Может и сгодится на что. Скажешь от Насти Пискун. 
     Ты, Сашенька, отвези гостью к магистрали, а у меня ещё дел полно.

     Бабуля улыбнулась нам и повезла грязную посуду на кухню. Озадаченные, мы посидели некоторое время молча, после чего я вызвал «движок» и мы отправились к ближайшей транспортной магистрали.
- Никогда не ездила на таком допотопном аппарате. Наверно и пару сотен не вытянет.
- Максимум полторы. Но у нас тут и не разгонишься. А с магистралью он не совместим. У деда универсальная капсула. Но он на ней только в приказ ездит. Они с бабулей ужасные ретрограды. Представляешь? У нас сеть объём не тянет. Я уже не говорю про серьёзное развлекалово.
- А мамонты у вас тут не водятся?
- Нет. Только косули.
- Когда пойдём к твоей дальней родственнице?
- Нужно разрешение лекарей.
- Будет завтра после обеда. Где-то в три-четыре часа дня.
- Сбросишь и встретимся на терминале института.

     Я вышел на границе нашей охранной зоны, а «движок» покатил Зарину дальше к транспортной магистрали.

***
     Вечером дед сообщил, что задержится в городе. Мы с бабулей поужинали, разговаривая о чем угодно, только не о недавней гостье, посмотрели сериал и я отправился к себе читать не прочитанные письма из архива прадеда.
     Разложил пачку по столу и начал брать по одному наугад.
     Сначала попадалась деловая переписка купцов и любовные послания каких-то девиц и молодых людей. Любовные письма нагоняли на меня не меньшую скуку, чем деловые, своей высокопарной убогостью.
     Наконец попалось письмо, которое выпадало из контекста деловых своей беспредметностью. Отправитель подробно описывал работы по рытью котлована под третью городскую больницу, которая, как известно, стоит на месте научных и жилого корпусов Института. Если верить автору письма, ничего кроме песка и редко попадающихся небольших камней при этом выкопано не было.
     Получается, что весь огромный Институт, все его десятки если не сотни лабораторий размещались в трёх небольших корпусах, где и для администрации то было тесно.
     Явная химера, предназначенная для введения в заблуждение окружающих. Потому и ореол таинственности. Похоже на операцию приказа тёмных дел, предназначенную для дезинформации противника.
     Далее опять попадались пошлые любовные излияния и подробные отчеты о деньгах и товарах, перемежающиеся указаниями по поводу последних.
     Наконец в руках оказалось даже не письмо, а короткая записка от некого Максима:

     «Весь приказ сошел с ума. Лавр исчез. Марфа бродит как тень и ничего не соображает. Закрывай Институт и прячь, кого можешь. Если что, я тут всех успокою. Люблю тебя, Плакса. Максим»

     Не очень понятно зачем закрывать то чего нет. Наверно имелось ввиду уничтожение научных корпусов перед восстанием, чтобы никто не догадался про мистификацию. Тогда же был уничтожен и терем царевича Ивана.
     А вот кого надо было прятать «Плаксе» не наводило ни на какие мысли. И что это за «Плакса», способная организовать такую масштабную акцию. Уж не Провидица ли? Но у неё был иной профиль. Тут военный нужен. Из сапёров.
     С Лавром и Марфой, спасибо глюкам и элементарному знанию истории, проще.
     Глава приказа тёмных дел, после победы народных масс, так и не был найден ни живым, ни мёртвым. Его первый зам предстала перед революционным трибуналом и, благодаря справедливости и гуманности народного суда, была отправлена в пожизненную ссылку, где и прожила вместе с мужем до глубокой старости.
     Максим, возможно, был моим предком, потому что глюки подсказывают, что звали его Максим Леонтьевич Пискун. Но, если верить Зарине, я прямой потомок Провидицы, а значит «Плакса» - Провидица и есть.
     И что это мне даёт? Да ничего. Скорее всего взрывали Институт сотрудники под её руководством. Точно операция приказа тёмных дел. И Максим оттуда же. 
     Больше ничего, на мой взгляд, интересно среди писем не нашлось.
     Убрал коробки с древними посланиями в тайник, поздоровался с медблоком и, через нужное место, отправился на боковую.

0

5

Глава 5. Александр.

***
     Утро выдалось не по-сентябрьски тёплым и каким-то задумчиво-нежным.
     Пробежался привычным маршрутом вокруг дома, встретился с медблоком и, приведя себя в порядок, отправился завтракать.
     Бабуля была какая-то задумчивая и разговоры вела про наше хозяйство, которое оставлять некому, потому что я городской охламон и совершенно не гожусь для сельской жизни.
     Может и не гожусь. Но почему охламон? Очень даже работящий молодой человек. У нас в лаборатории меня ценят: тихо пришел, тихо ушел, всё чисто и на своём месте. Идеальный уборщик тридцати семи помещений. В нашем доме и двух десятков не наберётся. А лесное хозяйство вполне можно перевести на автоматику. Только и дел, что следить за рабочим состоянием управляющего блока.
     После того, как бабуля отправилась объезжать лесопосадки, я убрался в доме, «размялся» с учебной саблей и, без особого вдохновения, прислушиваясь к ощущениям, появившимся после галлюцинаций, попытался метать нож в цель.
     Один раз показалось, что получилось, но нож криво шмякнул по мишени и упал на пол. Охватила непонятная злость на свою косорукость и тщедушие! Захотелось разнести эту мишень в щепки вместе с этим дурацким ножом!
     Обнаружив ручку метательного ножа, чуть косо торчащую в мою сторону из центра мишени, сначала удивился, а потом решил повторить успех. Зверски зарычав, швырнул нож в цель и тупо наблюдал, как тот катится в угол зала. Не так тут всё просто. Но я похоже на верном пути.
     Положив учебное оружие на полку, долго отмокал в бассейне, после чего всё-таки решил выбраться в лес.
     Только начал бродить по любимым тропинкам, нагуливая аппетит перед обедом, как прилетела очень короткая весточка от Инки: «Помоги! Срочно!»
     Даже точно не помню, как оказался у её жилища, вход в которое почему-то не был заблокирован, что заставило изо всех сил рвануть внутрь.
     В прихожей и прочих помещениях, что было видно через распахнутые двери, трахались и просто сходили с ума какие-то голые и слабо одетые люди.
     Инка, как хозяйка территории, кувыркалась с двумя уродами на собственной постели. Не заметил, чтобы она при этом испытывала какие-то отрицательные эмоции, либо нуждалась в такой специфической помощи с моей стороны. Парни вполне квалифицированно участвовали в процессе.
     Одно удивило – это время, выбранное для оргии. Обычно народ развлекался вечером и ночью, а тут самый пик выполнения служебных обязанностей.
     Может Инка, пока не наглоталась дури, вспомнила про работу. У них там строго. И толпа претендентов на твоё место в затылок дышит.
     Попытался оттащить одного из Инкиных партнёров в сторону, но получил ногой в живот. Не сильно, но убедительно.
     Тут на мне повисла, принявшаяся раздевать меня девица, которую с трудом удалось отодрать от себя, захлопнув перед ней дверь в технологический блок, почему-то не занятый развлекающимися. Потом темнота.

***
     Очнулся лёжа на полу в каком-то пустом помещении без окон.  Раскалывалась голова. Одновременно хотелось пить и вырвать. Чем-то явно траванулся. Не понятно только когда и чем.
     Сзади бухнуло и что-то большое и тяжелое упало на пол. Сильные цепкие пальцы поволокли меня куда-то, больно зацепив моим боком лежащую на полу дверь.

***
     Второй раз очнулся, лёжа на сидении капсулы. Рядом сидела Зарина, читая очередной старинный документ.
- Слушай, псих! Почему на тебя медблок не действует?
- Почему это не действует? Очень даже …
- Эй, кончай вырубаться!
- Я и не вырубаюсь. Просто спать …

     Прилетевшая оплеуха помогла не только раскрыть глаза, но и принять полу-сидячее положение, услужливо обеспеченное сидением.
- Где мы?
- В капсуле. На шестой транспортной.
- А Инка?
- Какая Инка?
- Которой я хотел помочь.
- Твоя девушка?
- Бывшая.
- Это случайно не хозяйка притона, который стражи порядка вычистили час назад.
- Она хорошая девушка, - сказал я автоматически, внезапно припомнив живописную картину, совсем недавно увиденную мною. Нет! На Инну это совершенно не похоже. Что-то тут не так. – Мы встречались три года. Она ушла от меня, потому что я достал её своими психами. Как раз тогда и бросил учебу. Тут что-то не так.
- Я уточню. Как ты попал в коммуникационный блок?
- В Инкиной квартире?
- На техническом этаже.
- Не помню. Я пришел к Инке домой. Попытался забрать её у любовников, но меня отпихнули. Потом ко мне прицепилась какая-то сбрендившая девица и я спрятался от неё в техническом помещении. Больше ничего не помню.
- И с этим разберёмся тоже.
- Ты что страж порядка?
- Что-то вроде этого. Что-нибудь соображаешь?
- Слабость. А так вполне.
- Ладно. Сегодня не до встреч. Отвезу тебя домой. Сиди и никуда не сбегай. Я сама за тобой заеду.
- Знаешь, что я узнал про Институт?
- Ну?
- Его не было.
- То есть?
- После революции его снесли и вырыли котлован под фундамент третьей больницы. Котлован! Получается, что Институт - это какой-то обман. Столько людей там вроде бы работало, столько лабораторий, а места для них и нет. Три маленьких здания и огромный жилой корпус. Явно какая-то мистификация. Ничего из разработок Института в реальной практике так и не появилось. Всё пришло из Высшей Школы. Поэтому мне кажется, что Институт, это какая-то операция приказа тёмных дел.
- С чего ты всё это взял?
- Ну, я пару писем припрятал.
- Вот гад!
- А нечего было руки ломать.
- Ладно. Дашь потом почитать. Приехали. Выйти сможешь?
- Кажется смогу.
- Тогда выметайся. До завтра приходи в себя. Я с тобой свяжусь.

     Капсула Зарины метнулась за поворот дороги, а я побрёл в дом на встречу с медблоком.

***
     Дома меня ждала весточка из литературного сообщества «Огненный Пегас», с приглашением на очередные литературные чтения. И как я в них приму участие, если у нас тут объёма нет? И домой нельзя. Придётся договариваться с Зариной.
     Впрочем, не произойдёт ничего страшного, если не стану умирать от скуки на очередном собрании дилетантов. Я, конечно, такой же графоман, как и все, но, по крайней мере, не пытаюсь работу над техникой и текстом подменять избыточной образностью и эмоциональностью. Боюсь, что в этой среде у меня очень мало единомышленников.
     Ещё «Союз любителей истории» уведомил прадеда, что отчислит его из своих рядов, если он по-прежнему будет хранить молчание во время судьбоносных дискуссий. Такие сообщения приходили каждый год, но угроза отчисления до сих пор не была реализована. Прадед являлся видной фигурой среди любителей исторической науки. А нам вообще нет дела до этого сборища фанатов.
     Третье сообщение пришло от бабули. У деда какие-то проблемы и она должна срочно ехать к нему. Биоценоз переведен на автоматическое управление. Через две недели заглянет наблюдатель соседнего участка.  С домом я вполне могу разобраться и сам. Ну, и там всякое «целую», «будь умницей».
     Ни слова про то, что там с дедом. Попытался с ним связаться, а потом с бабулей. Оба не в сети. Стало как-то не по себе. Больно много непонятного навалилось в последнее время. И ещё нахлынула тоска одиночества.
     Друзей у меня отродясь не было. Приятелей – сколько угодно, а чтобы близкий человек, которому можно довериться, так и никого. Даже с Инкой у нас, в лучшие времена, были в основном «уси-пуси» и секс. Хотя она здорово отличается от других девчонок не только высоким интеллектом, но и каким-то спокойствием. Есть в ней что-то старомодное. Не дёргается в постоянных попытках поярче угробить каждое мгновение своей жизни.
     А теперь вообще никого нет. Даже дед с бабулей куда-то пропали. Единственные близкие люди на всём белом свете. Остальные родственники не в счет. Мы то с ними и видимся только на свадьбах да похоронах.
     Был ещё дядя Иосиф, какой-то мой родственник, но уехал, по словам деда, далеко и на долго. Такой весёлый человек, что иногда казалось, что вокруг него скачут солнечные зайчики. Это у дяди Ёси я научился азам независимости в сети. Жаль, что только азам. Но тут уже ничего не поделаешь. Дурак был. Тянуло в медицину. Казалось, что эти тонкости не очень то мне понадобятся в жизни.
     Бесцельно послонявшись по дому, попытался смотреть сериал, но быстро понял бессмысленность затеи. Что можно понят в многолетней эпопее, начав просмотр с середины?
     Разминаться с саблей не хотелось, что, наоборот, подвинуло стиснуть зубы и загонять себя до пота. А с метательными ножами было совсем плохо. Лишь пару раз они отскочили от края мишени.
     Почему-то накатило позорище со слезами. До рёва не дошло, но горячая влага заполнила глаза. Видно дают о себе знать последствия нервного срыва.
     Сунулся к медблоку, но диагностическая панель горела зелёным светом. Значит моё состояние не имеет отношения к серьёзным нарушениям функций организма. Ну, и слава богу. Принимаем контрастный душ и спать.
     Ночью опять снилась тощая девица, развалившаяся в кресле. Но как-то очень уж реалистично снилась. Да и кресло это стояло в моей спальне.
     Проснулся и обнаружил, что сон вещий. Непрошенная гостья нагло эксплуатировала моё любимое кресло у окна.
- Что уставился, болезный. Прекрасных дев видеть не довелось? – проворковала эта нахалка, выгибаясь в позе кинодивы.
- Здравствуйте. Вы по какому делу?
- А тупее вопроса не нашлось? Зачем по-твоему прекрасные незнакомки проникают в спальню к одинокому мужчине? Ясное дело, что не для светской беседы.
- А для чего?
- Ну, ты тупой! Для того, чтобы подарить незабываемые мгновения безумной страсти.
- А можно без подарка. Как-нибудь…
- Это как это иначе я мужчину инициирую? Ложись и не дёргайся, - добавила эта наглая особа, стягивая платье, под которым ничего не было.

     Почему-то стало противно до омерзения. И вовсе даже не из-за того, что девица не в моём вкусе. В голом виде она выглядела вполне себе ничего. Это я был ей противен. И спать ей со мной было совсем не обязательно. Достаточно было постоять пару минут обнявшись. Просто эта зараза хотела меня унизить и сломать, потому что терпеть не могла вообще всех мужчин на свете.
- Если тебе досталось от мужчин, нечего на мне гренку сгонять. Я тебе ничего плохого не сделал.
- Не сделал, так сделаешь. Все у Марии будем.
- Я не знаю, кто такая твоя Мария, но раз она людей мучает, мне у неё делать нечего.
- Дурачок. Если бы от нас это зависело. А ты ещё провидец. Лет через сто хлебнёшь полной мерой. Давай руки. И постарайся расслабиться. Обычно я не кусаюсь.

     Ладошки у незнакомки были нежные и горячие. Со стороны это, наверно, выглядело по-дурацки. Я сижу, свесив ноги с кровати, а передо мной стоит голая девица и мы держим друг друга за руки.
- Я же сказала – расслабься. Если «держаться за руки» тебя напрягает, можешь держаться за что-нибудь другое. Я, между прочим, сразу предложила решить вопрос по-взрослому. Ещё бы и удовольствие получил.
     Ну, вот и всё.
- Что «всё»?
- Я закончила. Через пару месяцев по-настоящему накатит. С энергетикой позже разберёмся. Для этого капище нужно. Но тебе не к спеху. Разве что рожать надумаешь.
- Чаю хочешь?
- Ночью?
- Мне кажется тебе всё равно какое время суток.
- А хотя бы и так. С чего это я должна чаи с тобой распивать?
- Просто так.
- Первый раз встречаю психа, который вместо траха с такой обворожительной мной предлагает чаю попить. Ладно. Веди где тут у вас чаёвничают.

     Девица, не без кокетливых ужимок, натянула на себя платье и мы отправились на кухню.
     Бабуля, перед отъездом, успела испечь яблочный пирог. С вареньем и мёдом у нас никогда не было проблем. Сгрузив на мобильный транспортёр продукты и чайные принадлежности, я направил его в гостиную.
     В четыре руки накрыли на стол и чинно устроились друг против друга.
- А чай! – рассмеялась гостья и мы, забыв о солидности, рванули на кухню. Чай нашелся только в системе кухонного комбайна. Поскольку выбора не было, налили себе по большой чашке и вернулись за стол изображать из себя серьёзных участников застолья.
- Ты какое варенье больше любишь?
- Любое, но не сильно сладкое. Мёд вообще терпеть не могу.
- Попробуй вот этот. Ну, как? Прямо как ириска.
- Вкусно. А это зелёное варенье вообще прелесть.
- Я даже не знаю из чего оно. Какой-то бабушкин рецепт.
- Ладно, Саша. Мне пора. Ещё увидимся.
- А как тебя зовут?
- С глазу на глаз можешь называть меня Ольной, а при посторонних - Ольгой.
- Удачи!
- И тебе не кашлять. Закрой глаза.
- Зачем?
- Закрывай. Потом поймёшь. А лучше повернись ко мне спиной.

      Когда я обернулся, в столовой уже никого не было.

     Спать совершенно не хотелось, но и занятий для ночной поры не имелось никаких. Пришлось обращаться за помощью к медблоку и тащиться в постель.
     Сразу же приснилась улыбающаяся Ольга, но не в зелёном, а в светло-голубом платье посреди какого-то заросшего сада, где уже был день.
     Потом на мгновение появились и тут же потухли Инкины глаза.
     А под утро Зорина рвала и бросала в огонь какие-то старинные документы.
     Как ни странно, проснулся бодрым и отдохнувшим.
     Дед с бабулей всё ещё не были в сети. Мысль о работе над романом вызвала отвращение.
     Довёл себя до изнеможения, размахивая учебной саблей, и, ополоснувшись, нырнул в бассейн.
     Завтрак готовить не хотелось, так что ограничился чаепитием.
     Тут прилетело от Инки послание с одним словом: «помоги». Почему-то возникла твёрдая уверенность, что ни вчерашнее, ни сегодняшнее сообщение к Инке не имеет никакого отношения. Либо я просто не знаю эту девушку. Но, с другой стороны, она реально нуждается в моей помощи, потому что вокруг неё творится что-то неладное.
     И что делать? Опять получить по башке и оказаться на техническом этаже без гарантии, что Зарина вышибет дверь. Интересно зачем меня туда затащили? Может это были конкуренты Зарины по поиску Института. Тогда почему оставили меня там одного? И даже не попытались допросить.
     Какая-то мутная история. И этот конкурс с чудовищными премиями за результат. Я получаю четыреста эквивалентов в месяц. Бабуля с дедом по две тысячи. А тут десять тысяч только за идею. Просто деньги на ветер, учитывая, что Институт – это химера. Но за химеры такие деньги не платят. Значит, если Институт не химера, а реальное научное учреждение, его существование связано с чем-то сверхъестественным. И это сверхъестественное позволяло ему существовать вопреки тому, что его не было. А чтобы включить это сверхъестественное нужна была Провидица. Она ключ к этой тайне. А я её потомок, с которым что-то сделали сегодня ночью, назвав это «инициацией», а меня Провидцем.
     И почему я так легко отвлёкся, практически забыл, об этом? Потому что мне отвели глаза. А почему я знаю, что это такое? Потому что Провидец? Нет. «По-настоящему накатит» через год. Если верить Оле, которая явная ведьма, а значит верить ей нельзя. Почему я это знаю? А вот это, как раз, и не понятно. Может из-за галлюцинаций? А может и из-за этой самой «инициации»? Но про медблок в больнице и дерево на дороге я Знал до неё. Значит галлюцинации. Или я сам стал монстром. Господи! Только бы не покрыться чешуёй или шерстью! Тогда точно крыша поедет. И Инка меня на порог не пустит.
     Причем тут Инка? Наверно я её всё ещё люблю. Не смотря ни на какие оргии. Она там явно была не в себе. И, похоже, её используют в качестве наживки, чтобы захватить меня «провидца» для поиска Института. А я пока никакой не «провидец», даже не был инициирован. Вот они и решили, что от меня не будет толку и оставили на техническом этаже. Они – это конкуренты. И у них есть кто-то, способный понять Провидец я или нет. Значит мне надо избежать повторного осмотра. И тут без деда с бабулей мне не выкрутиться. А они куда-то подевались и даже отсутствуют в сети.
     И ещё по дороге к нашему дому едет капсула с моей Смертью. В лесу от неё не укрыться, потому что Она Видит. Ей я не нужен. Ей нужно чтобы меня не было. 
     Появилось ощущение быка, которого ведут на убой. Справа - стена. Слева - стена. А впереди смерть. И никаких вариантов выжить.
     Хорошо, что этот продовольственный ужас давно в прошлом. А для меня, к сожалению, реальность.
     На всякий случай активировал охранную систему и отправил Борика встречать гостей, хотя точно знал, что это не поможет.
     Переключил дом на полную автоматику, нацепил чистую одежду (почему-то показалось, что это будет уместно) и приготовился умереть так, чтобы не стыдно было деду с бабулей: стоя у входа с обходческим разрядником в руках.
     Глянул в систему наблюдения – ничего так картинка.
     Подкатила капсула «гостей», из которой вышла Инка в каком-то странном облегающем платье и, почему-то, босиком. Следом два мордоворота в защитной одежде, вооруженные как десантники спецназа.
     У меня в разряднике мигнул и погас индикатор заряда. Похоже тоже самое произошло с энергообеспечением защитной системы.
     Когда мордовороты начали превращать меня в решето, больно не было, словно я стоял чуть в стороне от себя самого и отстранённо наблюдал за происходящим. Тело начало сводить от холода, а рядом горел костёр и два факела. Обернулся этим пламенем и немного полегчало.
     Потом наступила темнота.

0

6

Глава 6. Инна.

***
     Ничего не помню. Почему я сижу тут на крыльце в этом дурацком платье на голое тело и босиком? А рядом лежит убитый Саша.
     Какая-то девица глянула на меня волком и Саша исчез. А напротив стоит высокий худощавый мужчина и что-то мне говорит, но слов не разобрать. Только шум в ушах и эхо в голове.
     Наверно я сошла с ума и это бред сумасшедшей.
     Ой! Как больно! Девица ударила меня по лицу и схватила за горло. Тоже что-то говорит. Как всё кружится! И дышать тяжело. Оставили бы меня в покое. Усну и весь этот кошмар закончится.

***
     В камере тепло и сухо. В углу душ и прочие удобства. В противоположном – медблок и кран с питательной смесью. Убийцам посуда и закрытые пространства не положены. И нормальное питание тоже.
     Кровать – мягкая, на поверхности, пластина из пластика, чуть изогнутая у изголовья. Одежда – комбинезон, который расстёгивается в нужных местах, но снять невозможно. Душ положено принимать одевшись. Правда сохнет одежда очень быстро.
     Каждый день часа по три вынимают душу на допросах. Сначала девица из кошмара, потом ещё какие-то люди. Затем обвешивают датчиками и снова спрашивают.
     Сколько я уже тут? Не помню. Да и какое это имеет значение? Жизнь закончилась. Уснуть бы и не проснуться.

***
- Здравствуй, Инночка,  - Сашина бабушка Настя гладит меня по голове и помогает переодеться в обычную одежду. Потом мы выходим из камеры и идём по коридору к пассажирской капсуле.    На транспортной магистрали людно, потому что конец дня. 
     Наконец пересаживаемся на архаичное транспортное средство, именуемое в Сашином семействе «движком».
     Кругом лес и лес. Словно на свете нет ничего другого. И слава богу.

***
     На крыльце нас встречает Савелий Никанорович, Сашин дед.
- Намучилась? Это мы с Настей виноваты. За важными делами про вас забыли. Идём ужинать.

     Во время ужина ели молча. Потом долго лежала в тёплой воде, вновь привыкая к ощущению чистоты и покоя.
     Баба Настя притащила постельное бельё в Сашину комнату, где я всегда ночевала, пока мы …
     Сон не шел. Наверно надо бы поплакать, но нечем. Пусто внутри. Какая–то бессмыслица моё теперешнее существование. Просто сил нет.
- Руки убрала!

     Тощая девица в странном фиолетовом платье, которое лет пять, как вышло из моды, и с вороньим гнездом, вместо причёски, на голове, мрачно таращилась на меня из любимого Сашиного кресла.
- Я тебе упокоюсь! Села на кровать и замерла, пока я работаю!
- Кто вы такая? И что вам от меня нужно?
- Лично от тебя дурищи – ничего. Пытаюсь понять почему у тебя мозги на месте.
- А как вы сюда вошли?
- Как вошла, так и выйду. Надо кому-то из старших тебя показать. Никаких признаков Силы. И не вздумай руки на себя наложить. С того света достану и так вздрючу, что мало не покажется.
- Какая разница? Теперь всё равно.
- А ты, тупица, прикинула, что будет с Сашей, когда он очнётся и узнает, что ты из-за него повесилась? Тоже ведь в петлю полезет или учудит что-нибудь похуже.
- Я не буду.
- Что не будешь?
- Вешаться. Буду ждать, когда Саша очнётся. Может он меня простит.
- Ну, ты и дура! Кто же прощает любимых женщин. Их просто любят и всё. Да не части ты так думать. Как же всё-таки баб читать тяжело! Ладно, я пошла. Отвернись к стене.

     Картина в раме, конечно, не зеркало, но тоже удалось разглядеть, как тает в пространстве платье, потом кожа и так далее. В анатомическом музее и похлеще объекты попадались. Но всё равно впечатляет. Чертовщина какая-то.
     Сашины тайны. Значит пока забыли. Сам расскажет.
     Умылась и поздоровалась с медблоком, после чего навалилась чудовищная усталость. Еле добралась до постели и словно нырнула в черный омут.

***
     Саша будто спит. Уже сам дышит и не такой бледный. Может и обойдётся.
     Мы с Бабой Настей ходим по очереди. Сидим и смотрим. И ждём.
     На работу зовут. Но я не могу. Может попозже.
     Сегодня видела внизу ту девицу, что чуть не задушила меня при первой встрече. Она бы и сейчас это сделала, если бы не мой оправдательный приговор. Потому взглянула на меня с ненавистью и убежала по своим делам. Бешеная какая-то.
     Странно, но я почти ничего не помню из того, что было со мной. Даже то немногое, что тусклыми тенями проскальзывало в памяти, практически растаяло за последние дни. Словно вообще ничего не было.
     И ещё внутри меня всё более укореняется какое-то неестественное спокойствие, постепенно вытесняя сожаление о случившемся. Голова понимает, что произошло что-то ужасное, а душа отказывается следовать её примеру. Было бы очень похоже на лицемерие, если бы я не думала то же, что делаю и говорю.
     Надо рассказать про свои глюки Бабе Насте. Может она что посоветует.

***
     В коридоре больницы меня встретил тысяцкий приказа тёмных дел Панкрат Емельянович Ситников и попросил пройти с ним для небольшой приватной беседы. Внутри всё взорвалось страхом и предчувствием неминуемой беды. Неуловимое, для меня самой, движение моей руки и собеседник оседает на пол.
     Затащила бесчувственное тело в какое-то служебное помещение и приступила к реализации варианта «эвакуация». Внутри всё взвыло от потребности довести дело до конца, но, с трудом пересилив себя, отправила код вызова посольской капсулы.
     Постоянно вводя в сознание мысль «объект не доступен», спустилась к пассажирскому терминалу и рухнула на сидение. Дальше не моя забота.

***
-  … Так не бывает: восемнадцать сквозных ранений и ни один жизненно важный орган не задет.
- Я согласен с вами Александр Николаевич. Но травма и сама по себе ужасна, а он ещё жив.
- Его практически после расстрела подключили к местному медблоку, а через десять минут к военно-полевому аналогу. Через час он уже был помещён в систему жизнеобеспечения. Иначе бы не выжил даже со своим невероятным везением.
- Ещё не факт, что удастся восстановить его полностью.
- Тут вы правы. Но регенерационные процессы удалось стимулировать по максимуму ...

0

7

Глава 7. 
Больница. Александр.
***
     Всё те же и всё там же. Белый потолок, бабуля у кровати и тяжелая, как валун голова. Как-то больно уж тот свет похож на этот.
- Господи! Сашенька!

      Неужели не помер? Странно. Для этого имелось всё необходимое. Язык что-то отказывается шевелиться. И руки зафиксированы. Попробовал кашлянуть, но мало что из этого вышло.
     Комплекс начал массировать и стимулировать тело. Немного полегчало.
- Ба.
- Что милый?
- Пить.

     Теперь другое дело.
- Домой охота.
- Мне сказали, что ты под охраной. Пока полностью не выздоровеешь никуда тебя не отпустят. Тут куратора приказа тёмных дел чуть не убили. Теперь всюду стражники.
- Ясно. Зорина появлялась?
- Каждый день заходит.
- Очень я её подвёл.
- Не переживай. Я переговорила со Степанидой. Она согласна.
- Я посплю. А ты иди отдыхай. Наверняка устала сюда мотаться.
- Спи мой хороший. Я завтра опять приду.

Помещение больницы перед пассажирским шлюзом
***
     Женщина, вышедшая из палаты Александра, мало чем напоминала милую бабулю. Остекленевшая от рвения охрана вытянулась во фронт.
- Пускать меня не велено. Понаставили тут… - пробурчала Анастасия Павловна, открывая нетерпеливым взмахом руки заблокированные на этом этаже двери пассажирского шлюза …

Больница. Александр.
***
     Зарина притащила тренажер для отработки тонких движений пальцев и теперь, по вечерам, мы с ней учим меня работать с терминалом. Получается не очень. Но лиха беда начало.
     Еще болтали про обожаемое ею холодное оружие. Порой мои галлюцинации подбрасывали такие детали, что Глазастик вцеплялась в меня, как клещ, пытаясь выцарапать мельчайшие детали.
     Но основной темой бесед была история. Зарина читала первоисточники на двенадцати языках, правда не так свободно, как я на древнерусском, польском, немецком и французском после комы. Но знала просто несоизмеримо больше меня о том, что было в период перелома.
     Надо было, наверное, ей рассказать про диск и галлюцинации, но что-то удерживало от этого шага. Прежде всего та мистика, которая творится вокруг меня в последнее время.
     Когда Зарина начинала излагать содержание очередного письма или документа, у меня внутри словно включалось что-то и из сознания выплывали факты и события, от которых мороз шел по коже. А главное это не имело ничего общего с официальной версией событий.
      И сны стали странными и страшными, где разными способами и при различных обстоятельствах, убивали меня, Зарину, бабушку с дедом и каких-то других людей. Каждый раз способ и обстоятельства отличались, что вселяло надежду на «бред сумасшедшего».
     Пару раз проговорился, обескуражив Зарину подробностями, о которых знать не мог.
     Про царевича Савву она и так знала из писем прадеда, которые, по моей просьбе, извлекла из тайника. А то, что Светлана разрушила Стольный Град, для неё было шоком. И сказал то мимоходом, практически в шутку. Но тут сказался профессиональный опыт Глазастика – дознавателя приказа тёмных дел России.
     В момент разоблачила моё враньё и заставила рассказывать про кошмар, приснившийся мне накануне.
     Это был страшный сон, пугающий не только мрачностью событий, но и чудовищной реалистичностью происходящего, где я одновременно был и зрителем, и участником.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………

***
     Из окна было видно, как над купеческим концом левобережья Стольного Града поднимается дым. И зачем я согласилась с этим дурацким планом Лавра? Но тогда ведь казалось, что не таким уж и дурацким. И до сих пор так кажется. Если бы только мир не сошел с ума.
     Святослав с трудом, но удержал гвардию от выступления, когда стрелецкие полки захватили Гомье и объявили его новой столицей свободной России. Это было не по плану, но хоть как-то вписывалось в логику событий.
     Разгром посольского конца уже ни в какие ворота не лез. Правда громили его всякие уроды, но стрельцы не вмешивались до тех пор, пока не начался пожар в испанском посольстве. Уже после этого обеспечили эвакуацию иностранцев, охраняя их обоз до Берестья. Дальше его сопровождали поляки.
     И, наконец, развал приказа тёмных дел. Лавр исчез. С Марфой говорить невозможно, потому что в голове у неё пусто. Всё держится на одном из рядовых охранников, удивительным образом, подчинившим себе немногочисленных вменяемых коллег. Архивы уничтожены. Прежде всего агентурной сети в стране и за границей. Теперь мы слепы и глухи.
     Савву верные люди вывезли из города. Греточка с детьми уехала ещё с первым посольским обозом. Хоть это слава богу. И Марысечка с внуком у отца. Свят еле уговорил её остаться дома. Обещал, что через неделю приедет. Согласилась, значит так и будет. Мне бы её способность чувствовать будущее. Многих бед избежали бы.
     Мама твердит что-то туманное про срыв. Темнят со Степаном. И помощи от них никакой.
     Горушка ходит мрачнее тучи. И, господи, во всём чистом! Забрать мужа с сыном и куда глаза глядят? Предложила, а потом не знала куда деться. Передо мной стояли ЦАРЬ с НАСЛЕДНИКОМ и не понимали, о чем я им говорю.
     Вот и остаётся торчать у окна и смотреть на Стольный Град, приготовившийся принять свою судьбу.
     Даже не заметила, как подошел муж.
- Я, Светик, на Торговую площадь. Стрельцы приглашают для переговоров.
- Не ходи! Тебя заманивают, чтобы убить.
- Я не могу не пойти. Хоть какой-то шанс избежать кровопролития.
- Я пойду с тобой. Ты не можешь мне в этом отказать. Это такой же мой долг, как и твой.
- Со мной пойдёт Святослав.
- Чтобы нас всех…
- Савва, по моим прикидкам, уже в неметчине, а Иван в степи. Династия в любом случае не прервётся. Если в этом вообще будет какой-то смысл.

     Плюхнулась на грудь мужу и разревелась от бессилия.

***
     Холодно. До зимы рукой подать. За укреплениями гвардии пустынная Торговая площадь. На противоположной стороне стрелецкие баррикады. Там машут большим белым флагом и из-за горы всякой рухляди выходят три человека: впереди сотник Семён Рыбницкий – глава стрелецкого бунта, а у него за спиной боярин Игорь Кандидов и какой-то купеческий приказчик или преподаватель Высшей школы. Кто их разберёт?
     Остановились в нескольких шагах перед нами, после чего сотник выхватил саблю и попытался зарубить своих попутчиков. С боярином ему это удалось, а «приказчик» улыбнулся и сабля сотника, расплавившись, начала обугливать его руки.
     Я забрала силу у пламени и попыталась сделать тоже с «приказчиком», но словно зачерпнула воду из трясины. Тягучая сила облепила меня со всех сторон. Видно было, что на долго его не хватит. Ещё чуть-чуть … Но «надолго» им и не требовалось, потому что «ожил» боярин Кандидов. А мой муж, схватившись за горло, упал замертво.
     Когда боярин повернулся к Святу, между ними заклубился туман и сын исчез. «Приказчик» осыпался трухой. Потом и боярин вспыхнул свечкой, следуя его участи. Но всё это уже было не важно, как и этот город, и эти люди кругом. И это бессмысленное существование, именуемое жизнью.
     Стены зданий давили на глаза, мешали. Раздвинула это нагромождение камня, сметая со своего пути всё, что жалкие ничтожества нагородили в неуместной гордыне. Разрывая тесные оковы мира рванулась туда, где ничто не мешает и не перечит.
     Внизу полыхали руины Стольного Града. Впрочем, какое это имеет значение на пути к всесилию и бесконечности?
…………………………………………………………………………………………………………………………………………….

     Проснувшись от этого кошмара, я так и не смог уснуть до утра.
     Зарина долго пыталась вытянуть из меня детали, но я прикинулся болезным склеротиком и ограничился общими фразами.
     Глазастик сначала надулась, а потом, видно что-то решив, чмокнула меня в щеку и испарилась, пообещав заглянуть завтра.
     Второй случай можно было бы и не относить к категории «проговорился». Скорее я «поторопился», заявив Глазастику, что сейчас в палату войдёт её начальник. У Зарины глаза впечатляющих размеров, но таких я ещё не видел.
     Никто за язык меня не тянул. Как-то само вырвалось. И Зарина не задавала по этому поводу никаких вопросов. Но эта зараза никогда не упускает из виду даже мелочей, а что-то впечатлившее её и подавно.

***
     Сегодня мне рассказали, что Инка – шпионка. Для меня это не было особенной новостью. Уж лучше так, чем заскоки сошедшей с ума древней. Во какие слова оказывается знаю! Хотя это «лучше» тоже так себе.
     Пусто на том месте, где положено быть тоске с печалью.
     Поймал себя на мысли, что знал об этом всегда, но отметал эту мысль, как бредовую. Хотя она постоянно маячила на краю сознания.
     Инка – шпионка. Но почему тогда эти глазюки смотрят так печально. Где радость трудового подвига? Надурила всех и сбежала. Молодец. Профессионал. Так чего тогда таращишься на меня каждую ночь, зараза?!

0

8

В связи с отсутствием интереса к произведению, публикация второй книги временно прекращается.
Ищу ресурс, где она будет востребована.
Всем удачи.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Сказка для взрослых 2.