Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Андрея Колганова » Жернова истории 7


Жернова истории 7

Сообщений 361 страница 370 из 937

361

Andrey_M11 написал(а):

Все ранние образцы - просто УГ. Причем у всех, кто это пытался сделать.

Не буду спорить. Но прирост бронепробиваемости давали даже они. А ГГ все же не специалист по подкалиберным боеприпасам, как и по кумулятивным. Что-то где-то слышал или читал... Однако даже просто добавочный толчок в этом направлении, возможно, позволит встретить "условный 1941" не со шрапнелью, поставленной "на удар", а с более или менее эффективными боеприпасами.

0

362

Продолжаю:

Глава 9. Тучи сгущаются

9.1.

Разумеется, занимаясь делами реактивными, я никак не мог забыть про свою идею широкого распространения ракетного моделирования. Через энтузиастов ракетного дела в Осоавиахиме в популярных журналах были организованы публикации, разъяснявшие основы любительского ракетостроения и элементарные меры техники безопасности. Пришлось вложить в это и свою долю участия, зверски насилуя память: ведь в данный момент в качестве единственного топлива для ракет (во всяком случае, твердотопливных) рассматривался черный порох. Экспериментам в ГДЛ с бездымным артиллерийским порохом было без году неделя, и они не предназначались для широкого освещения в прессе. Таким образом, про устройство пороховых шашек нашлось кому написать и без меня. А вот как быть тем, у кого нет доступа к пороху и прессам, необходимым для изготовления таких шашек?
В памяти засело слово «карамелька», но что это такое – разрази меня гром, вспомнить никак не мог. Лишь после долгих размышлений я с большим сомнением предположил, что, судя по термину, это смесь, а вероятнее всего, даже сплав на основе сахара. Так, а что нужно, чтобы сахар хорошенько так горел? Наверное, смешать его с... С бертолетовой солью? Нет, эта смесь рванет, а не гореть будет. Тогда, наверное, с селитрой. Но с какой селитрой – калийной или натриевой? И в какой пропорции? И какова технология приготовления такого сплава, чтобы не устроить пожар, или того хуже, взрыв? Нахально пользуясь своим служебным положением, я припахал специалистов из Главхимпрома, свел их с работниками еще не учрежденного официально ГИРД, и довольно скоро был получен искомый результат. Мне были представлены результаты испытаний, которые показывали, что импульс у такого топлива даже повыше, чем у черного пороха. Селитра нужна таки калийная, в пропорции примерно 60-65% селитры и 30-35% сахара.
Другая идея, которую тоже пришлось выкатывать от своего имени – использование нитробумаги. Точнее, плотного рулончика, получаемого из обыкновенной газетной бумаги, пропитанной раствором селитры и высушенной. Уговорил гирдовцев проверить и это предложение, и вновь оказалось, что вбросить идею куда проще, чем добиться ее воплощения в жизнь. Селитра при высыхании кристаллизовалась на поверхности бумаги, что сильно снижало эффективность горения. К счастью, энтузиасты ракетного дела не отступили, и после разнообразных попыток кому-то из них пришла в голову мысль нагреть бумагу – кратковременно, чтобы не вызвать ее возгорания, но достаточно сильно, чтобы добиться расплавления кристаллов селитры. Для этого использовали обыкновенный утюг, который попросту утащил из дома один из участников этой затеи. Утюг был испорчен, но искомый результат оказался все-таки достигнут.
Мне хотелось не просто дать толчок ракетному моделированию, а как можно шире заразить «ракетной лихорадкой» молодежь. Поэтому я не мог не вспомнить о коммунах Макаренко, тем более что сам ему намекал на нечто подобное. Через Осоавиахим до меня дошла информация о том, что в Харьковском техническом институте имеется студенческая группа по исследованию проблем реактивного полета. Вот их-то и надо пристроить наставниками по ракетному делу к макаренковским воспитанникам.
Командировав сам себя в Харьков по линии Главвоенпрома – надо же было проверить, как идет подготовка к выпуску малой серии танков Кристи (уже получивших индекс БТ) для проведения испытаний, – довольно быстро нахожу на механическом факультете ХТИ, на его авиационном отделении, студенческую группу, занимающуюся реактивными проблемами. Руководит ею недавний выпускник ХТИ, а ныне молодой конструктор Харьковского авиазавода, Алексей Щербаков. Устремления у них были вполне конкретные – создание порохового ускорителя для самолетов, хотя и смежными проблемами они тоже интересовались, со всем свойственным молодости энтузиазмом.
Встретившись с Алексеем, после краткого взаимного знакомства не начинаю ходить вокруг да около, а сразу беру быка за рога:
– Как ты смотришь, Алексей, чтобы твои студенты занялись по линии Осоавиахима руководством кружками ракетного моделирования среди учащихся, проходящих допризывную подготовку?
– Виктор Валентинович! – озадаченно восклицает он. – Ребята и так загружено по самое горло! Им же ещё и самим учиться надо, а расчеты и изготовление реактивных устройств отнимает прорву времени и сил!
– Эх, не видишь ты перспективы, Алёша, а ещё комсомолец! – небольшой наезд не помешает. – Пока вы тут в своем кружке варитесь, действительно, сил угробите массу, а результат приблизите на чуть-чуть. Если же распространить увлечение ракетным моделированием как можно более широко среди молодежи, то скоро у вас появится множество помощников, на которых можно будет переложить значительную часть ваших забот. Смекаешь? – в ответ Щербаков неуверенно кивнул. На авторитеты в те времена молодое поколение не очень-то оглядывалось. Но Алексей сразу понял, что я с не с начальственным разносом прибыл, а, напротив, заинтересовался их делом, и потому не торопился возобновлять свои возражения.
– Ты учти, – продолжаю подкидывать аргументы, – среди учащихся второй ступени такие изобретательные ребятки порой попадаются – только держись. Они и в химии маракуют, и над рецептурами порохов могут поколдовать. Тем более что их и реальным делом можно заразить… – вот тут руководитель «реактивной группы» все же не сдержался и возразил:
– Чтобы работать над реактивным ускорителем для самолета, надо ещё и аэродинамику знать, и прочность конструкции уметь рассчитывать. А этого по школьным учебникам не превзойдешь, даже если очень захотеть!
– Согласен, – тут же гашу возникающий спор. – Так вы им задачки попроще поставьте. Например, сейчас Главное артиллерийское управление конкурс объявляет на новую конструкцию сигнальных, осветительных и зажигательных ракет, а так же пусковых устройств для них. Вот вам и вполне реальное дело. Неужто школьники не смогут сообразить, как приготовить осветительные и зажигательные составы? Особенно, если им толково подсказать, да насчет техники безопасности проконтролировать, как следует. Тут главная проблема будет в том, чтобы их попридержать за шиворот, чтобы не ударились в слишком уж рискованные эксперименты. А то мальчишкам только дай с чем-нибудь горящим-взрывающимся повозиться! И даже если ребятишки до требований ГАУ не дотянут, сам факт участия в работе по укреплению обороны Советской Республики уже привлечет к вам немалое число добровольцев.
В общем, мой монолог возымел нужное действие, и вскоре с одним из студентов ХТИ мы отбываем к Макаренко, в коммуну имени Дзержинского. Правда, поначалу подопечные Щербакова довольно резонно, с их точки зрения, недоумевали:
– А на кой ляд нам к беспризорной шпане соваться? Не проще ли обратиться в одну из Харьковских школ?
Пришлось разъяснить свой выбор:
– У Макаренко в коммуне действует юнармейское училище. Так что там и дисциплина построже будет, и найдется, кому приглядеть, чтобы энтузиазм через край не хлынул. И коли там всё получится, перенести их опыт в обычные школы, привлекая к этому делу инструкторов начальной военной подготовки.
Студент вполне оправдал мои ожидания. Речь перед воспитанниками коммуны завернул – заслушаешься! Даже про Циолковского не забыл помянуть, и про полеты в космическое пространство. Так что чуть ли не вся коммуна скопом кинулась в кружок ракетного моделирования записываться. Но и тут парень не подкачал:
– Так, ша! – прикрикнул он на шумящее и волнующееся море стриженых голов. – Дело это не только сложное, но и опасное, и подходить к нему надо с военной дисциплиной. Записывать в кружок будем только учащихся седьмых-девятых классов, имеющих отличные оценки по химии, и сдавших экзамен по технике безопасности!
Самым сложным оказалось уговорить инструкторов юнармейского училища взять на себя надзор над взрывоопасным творчеством воспитанников. Однако мой авторитет члена ЦК, и дошедшие до них слухи о моих хороших отношениях с Котовским и даже с самим наркомом, все же возымели действие.
Массовое ракетное моделирование выходило на старт…

+25

363

Запасной написал(а):

Однако даже просто добавочный толчок в этом направлении, возможно, позволит встретить "условный 1941" не со шрапнелью, поставленной "на удар", а с более или менее эффективными боеприпасами.

Да в общем-то всё было, проблема комплексная...
3 дюйма останутся основным "полевым" калибром, против физики не попрёшь. Нужны длинные стволы, раздвижные лафеты и прицелы прямой наводки для всех. И самая мякотка - неким образом победить всеобщую опаску дульного тормоза. Да, он демаскирует позицию, сдувает десант с танка, и воообще лишняя, дорогая деталь. Но КВ-2 стрелял ослабленными зарядами, иначе перекашивало погон! А ведь можно было 30%+ отдачи убрать, с ростом начальной скорости и всего сопутствующего. Здесь нужна математика и опыты, чтоб достаточно умозрительный параметр "заметность" перевести в цифры, а уже эти цифры подставлять в ТТХ тех или иных образцов вооружения, чтоб было что сравнивать. Иначе спор переходит в фаллометрию и холивар красных командиров, и решения не имеет

+1

364

Запасной написал(а):

Не буду спорить. Но прирост бронепробиваемости давали даже они. А ГГ все же не специалист по подкалиберным боеприпасам, как и по кумулятивным. Что-то где-то слышал или читал...

Прирост они дали после долгого-долгого пиления. А до этого - стабильно кувыркались, раздували стволы и творили прочие непотребства.
Так что в начале 30-х без прямого прогрессорства ГГ, нарисовавшего типовую "катушку" вроде этих или этой и продавившего финансирование даже после первых неудач  - тема, скорее всего, заглохнет до какокого-нибудь кризиса, когда вопрос станет ребром - то ли калибр дивизионной и противотанковой арты увеличивать, то ли пытаться как-то увеличить бронепробиваемость имеющейся, хотя она уже солидно уперлась в технологические ограничения. Вот тогда и будет "давай-давай, вчера нужно", и финансирование всяких сомнительных проектов (а сточки зрения артиллериста 30-х БОПС - штука куда более сомнительная, чем конический ствол). У нас в реале это было в 40-42-м годах - когда уже поздно.

+1

365

Запасной написал(а):

– Ребята и так загружено по самое горло!

загружены

+1

366

Котозавр написал(а):

Да, он демаскирует позицию, сдувает десант с танка, и воообще лишняя, дорогая деталь. Но КВ-2 стрелял ослабленными зарядами, иначе перекашивало погон!

А нужен ли башенный КВ-2? Почему бы его заранее не проектировать безбашенным, как штурмовое орудие. А обычный  кв-1 создавать с  орудием калибром не менее 85-мм.
Прошу прощения за оффтоп.

Отредактировано Misha_Archmage (03-02-2015 21:37:38)

0

367

Misha_Archmage написал(а):

А обычный  кв-1 создавать с  орудием калибром не менее 85-мм.

На 1941 85мм снарядов хватало только для зенитной артиллерии Собственно, все попытки уйти с устаревшего калибра 76мм в дивизионной артиллерии сначала на 95, затем на 85 и затем на 107мм разбивались об недостаточность запаса и мощносте по производству снарядов. Даже давно освоенного калибра 107мм не хватало.

Отредактировано SerBur (03-02-2015 21:53:04)

+2

368

Misha_Archmage написал(а):

А нужен ли башенный КВ-2? Почему бы его заранее не проектировать безбашенным, как штурмовое орудие. А обычный  кв-1 создавать с  орудием калибром не менее 85-мм.

СУ-152 аппарат гут, финикам на линии Манннергейма понравится :)
я про сам принцип: пока не становилось совсем невмоготу, дульники не ставили.

SerBur написал(а):

Собственно, все попытки уйти с устаревшего калибра 76мм в дивизионной артиллерии сначала на 95, затем на 85 и затем на 107мм разбивались об недостаточность запаса и мощностей по производству снарядов.

Значит надо выжимать из калибра всё до последнего джоуля :)

0

369

Делаю для себя вывод: прогрессорствовать с типами снарядов может быть, даже менее эффективно, чем решить проблему обеспеченности снарядами имевшихся типов все калибры, которые будут задействованы к 1941 году. Конечно, лучше бы и то, и другое - и харатеристики поднять, и обеспеченность довести до нормы. Но вторая задача, похоже, важнее.

+1

370

Продолжаю:

Глава 9. Тучи сгущаются

9.2.

Возвращаясь на поезде из Харькова, я раз за разом прокручивал в памяти события, случившиеся за три недели до моей поездки…
Когда в начале июля вышел номер «Комсомолки» со статьей Шацкина (надо же, и название осталось то же – «Долой партийного обывателя!»), гром, вопреки моим ожиданиям, не разразился. Разразился он на следующий день, когда в той же газете появилась статья Стэна «Выше коммунистическое знамя марксизма-ленинизма!». Словосочетание «марксизм-ленинизм», мне честно говоря, претило, в том числе и потому, что самого Маркса коробило от слова «марксизм», да Ленин не согласился бы, чтобы его имя лепили приставкой к марксизму. Кроме того, изобретатели термина «марксизм-ленинизм» явно хотели дать понять, что это – вовсе не то же самое, что «просто марксизм», а то, что хотят туда вложить сами изобретатели. Но устраивать склоку ещё и по этому поводу ни мне, ни Стэну не стоило, тем более что хватало причин поважнее. Впрочем, я отвлекся.
Ещё до полудня у меня в кабинете раздался звонок. Звонили из секретариата ЦК ВКП(б), собирая на срочное совещание всех членов ЦК, кто в данный момент находился в Москве. Такая практика уже успела стать привычной после XV съезда – для принятия решений от имени ЦК не назначали каждый раз Пленум, а ограничивались сбором тех, кто был под рукой в данный момент, с остальными же членами ЦК согласовывали проект постановления по телефону или по телеграфу.
Сразу после рабочего дня в здании аппарата ЦК, находившегося буквально через дорогу от ВСНХ, в бывшем здании шикарной гостиницы «Боярский Двор», отрылось заседание. Тон ему задал Каганович, ставший к тому времени одним из секретарей ЦК. Он гневно обрушился на неуместные публикации «Комсомольской правды»:
– Эти вылазки с нападками на партийное большинство, на самые наши заслуженные кадры, эти клеветнические намеки на бездумное голосование, надо пресечь на корню.
Его поддержал один из заместителей председателя Совнаркома, Молотов:
– Ответственным партийным работникам нельзя спускать подобное ребячество, когда они в погоне за хлесткой фразой и дешёвой популярностью начинают порочить партийную дисциплину! Такому непартийному поведению следует дать саму жесткую оценку. Мы уже привыкли слышать эдакие речи из уст оппозиционеров, но куда годится, ежели им начнут вторить люди, прикрывающиеся якобы верностью генеральной линии нашей партии!
В том же ключе выступили Сулимов, 1-й замнаркома путей сообщения, и член Оргбюро ЦК Станислав Косиор. Их поддерживал своими одобрительными репликами с места председатель Совнаркома. Однако далеко не все были настроены столь сурово.
– Да, парни хватили через край, – в своей обычной мягкой манере произнес Бухарин, – но зачем этот случай на ЦК тащить? Тут товарищи из этих не самых удачных статей прямо какую-то оппозиционную вылазку изобразить пытаются. К чему это? Начнем раздувать дело, так, пожалуй, привлечем излишнее внимание, создадим им ореол пострадавших за правду. Пропесочить в рабочем порядке – и закончить на этом.
Его призыв не делать из мухи слона поддержали нарком труда Шмидт, Сокольников, и председатель Мособлисполкома Уханов. Внес свои пять копеек и я:
– Мне представляется, что членам ЦК, обдумывая решение по этому поводу, не стоит увлекаться, призывая к организационным выводам – даже независимо от оценки самих статей. Если кто-то подзабыл, то осмелюсь напомнить вам о партийном Уставе. И Щацкин, и Стэн является членами ЦКК, и поэтому любое взыскание им, как и членам ЦК, может вынести только съезд партии. Даже то исключение, которое Ленин провел на X съезде, позволяет нам выносить взыскания, вплоть до вывода из состава, только членам ЦК, только в случае установления фактов фракционной деятельности, и только решением объединенного Пленума ЦК и ЦКК большинством не менее двух третей голосов.
Сталин, по своему обыкновению, довольно чутко следивший за настроениями выступавших, предложил проект постановления, достаточно мягкий по сравнению с тем, какого можно было бы ожидать, судя по его репликам. Согласно принятому после недолгого обсуждения документу, публикация статей Шацкина и Стэна в «Комсомольской правде» с непродуманными формулировками была признана ошибочной и несвоевременной. Обращалось внимание ЦК ВЛКСМ и редакции газеты на проявленную безответственность в допуске к публикации статей, способных привести к искаженному толкованию позиции высших органов партии по острым вопросам партийного строительства, играющему на руку оппозиции.
В общем, Шацкин и Стэн отделались легким испугом (почти так же, как было и в моей истории). В отличие от того, что помнилось мне, Тараса Кострова не выгнали из редакторов «Комсомолки», – ЦК ВЛКСМ ограничился лишь строгим выговором с занесением в учетную карточку.
Тем не менее, как я и ожидал, моим друзьям достался ещё один пинок. Через две недели журнал «Большевик» вышел со статьей «Правый уклон в практической работе и партийное болото», подписанной той же троицей, что была памятна мне – Ежов, Мехлис, Поспелов. Но основой удар эта публикация наносила не по строптивым членам ЦКК.
Конечно, им тоже досталось на орехи: партийные чиновники не стеснялись в выражениях такого рода, которые до этого отпускались лишь в адрес исключенных из партии оппозиционеров. Нехороший знак. Троица втолковывала читателям, что партийное болото – это вовсе не то, что думают Шацкин со Стэном, а… Вот тут-то и начиналось самое интересное. Устами этих мелких функционеров верхушка партийной бюрократии нанесла удар по своим соперникам в руководстве партии. Устами главного теоретического и идеологического органа ВКП(б) любые серьезные упущения, любые признаки разложения, любые хозяйственные преступления подводились под марку «правого уклона в практической работе». Тем самым «правый уклон» становился синонимом всех и всяческих негативных явлений в партии, а те, кого можно было объявить идеологами правого уклона, автоматически становились ответственными за всю эту дрянь.
Ну, что же, сигнал получен недвусмысленный. Теперь каждый, на кого повесят ярлык «правого», становится законным объектом для травли. Осталось лишь дождаться, когда «правыми» объявят Бухарина, Рыкова и Томского, и судьба их будет предрешена. И противный холодок внутри провоцировал внутренний голос то и дело задавать вопрос: «А сам-то ты не загремишь заодно с ними?».
С такой возможностью следовало считаться. Поэтому делаю для себя два вывода: первый – не присоединяться к политическим заявлениям «правых», чтобы давать как можно меньше формальных поводов для санкций; второй – постараться срочно закруглить ряд важных неотложных дел, пока меня ещё не выкинули с руководящих постов.

+27


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Андрея Колганова » Жернова истории 7