Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Внеклассная работа


Внеклассная работа

Сообщений 211 страница 220 из 237

211

Глава восьмая
В которой впервые появляется мысль, где искать дверь. 

- Ну и зачем тебе это понадобилось?  - кисло осведомилась Светлана - Полчаса не можешь прожить без очередной идиотской выходки?
Вопрос был риторическим и прозвучал он, по меньшей мере раз в десятый. Сёмка, остро ощущая свою вину, промолчал, лишь втянул голову в плечи и зашагал быстрее.
Сбежать от неё, что ли? Достала уже пилить!
Ребята понуро шли вверх от Этажерки. Адмиральский кортеж давно укатил куда-то вперёд. Сёмка с удивлением подумал, что не заметил, как день склонился к закату.  Набережная постепенно заполнялась фланирующими парочками; вечерний прилив ещё не подступил, и изрядная часть акватории внутренней гавани обнажила дно. Вода далеко отступила от береговой линии, и особенно сильно - напротив Нового города. Корабли лениво курились дымками, выстроившись рядами вдоль Тигровки, до самого прохода, ведущего на внешний рейд. Сколько же времени прошло, в самом деле? А завтракали они... когда? Давно, ох, давно....
-Что-то мне есть  захотелось. - будто угадала его мысли Светка. - жаль, тут «МакДональдса» нет, верно? Сейчас по БигМаку и картошечке деревенской...
- Ага, и по большой коле!
Ребята рассмеялись, а Сёмка вспомнил ароматы кунжутного масла, тухлой рыбы и прогорклого жира - запахи китайских кварталов, их которых они убрались с такой поспешностью. Вот интересно, а где в этом городишке обедают белые люди? Неужели только дома? 
Подходящее заведение нашлось очень скоро - через площадь от темно-жёлтого здания с чугунной оградой и белыми полуколоннами на фасаде. «Портъ- Артурская женская гимназія» - гласила вывеска слева от ворот. Увидав её, Сёмка решительно увлёк спутницу прочь - не хватало ещё натолкнуться на Галину! Нет уж, хватит на сегодня неожиданных встреч.
Дом  на углу площади, наискось от местного заведения общепита,  оказался  повреждён.  Перед выщербленным наверху фасадом копошатся четверо китайских рабочих, нагружая битыми кирпичами ручную тележку. Неподалёку, возле низенького дощатого барьера, прилаженного прямо на мостовой, прохаживается туда-сюда стрелок в длиннополой серой шинели,  с винтовкой за плечом. К длинному стволу примкнут тонкий, как шило, штык -  колышется над папахой в такт шагам. Ребята подошли поближе.
Низенькая загородка - несколько перекрещённых горбылей - ограждает яму в мостовой. Среди битого булыжника и свежевывороченной земли торчало нечто чёрное, цилиндрическое, наискось ушедшее в землю. Плоское донце смотрит в сторону раненого дома. Сёмка пригляделся и, поняв, что это такое, невольно попятился.
-Что это, дяденька солдат? - спросила Светка.
- Бонба это, с японского броненосца, барышня.  - охотно пояснил стрелок. - Вчера днём как зачали косорылые по городу палить - сюды, значить, и прилетело! Вона, какая здоровая будет, с хорошего поросёнка! Большая видать, в ей сила, да Господь уберёг, не разорвалася, окаянная!
Вот он какой - двенадцать дюймов! - подумал Сёмка и проследил взглядом траекторию, по которой мог прилететь тяжёлый снаряд. Точно, так и есть - скользнув по пологой дуге с неба, «чемодан» снёс часть верхнего этажа дома, возле которого копошились сейчас китайцы, и продолжил полёт, уткнувшись вот сюда, в землю. И - не сработал взрыватель, а то очень большой вопрос, устоял бы дом, а заодно и соседние здания.
Сёмка поёжился, припоминая встающие над крышами пакгаузов столбы взрывов. Перед глазами, как наяву,  замелькали  вдруг кадры старой чёрно-белой  кинохроники:  заваленные сугробами улицы, высокие дома с окнами, перечёркнутыми косыми белыми крестами. И люди - сгорбленные, закутанные в платки женщины, тянущие за собой санки с вёдрами и бидонами. Стена одного из домов неестественно медленно обрушивается,   накрывая клубами пыли мостовую и людей.
А дальше - неприметная табличка, которую он сам не так давно  видел - на экскурсии. Под табличкой - несколько свежих красных гвоздик и выгоревшие алюминиевые ванночки от свечей.
ПРИ АРТОБСТРЕЛЕ ЭТА СТОРОНА
УЛИЦЫ НАИБОЛЕЕ ОПАСНА.
Вот оно, значит, как...

Еда оказалась вполне приличной - пироги с луком и рисом, что-то вроде котлет и по глубокой тарелке густых щей. Только вдохнув божественный аромат этих блюд, ребята осознали, насколько они проголодались. Разбитной малый, подававший заказ (не китаец, однако!) лишь усмехнулся в усы и отправился за истребованной Сёмкой бутылкой загадочной «сельтерской» - официант предложил её в качестве замены пиву, от которого Светка с возмущением отказалась. Сам Сёмка настаивать не стал, хотя и считал, что его возраст вполне позволяет подобные вольности.
Съесть всё выставленное на стол оказалось решительно невозможно - здешние порции были рассчитаны то ли на пузатых великанов трёхметрового роста, то ли на правозащитников, три недели к ряду державших голодовку и вдруг получивших вожделенную уступку властей. Разлив по высоким стаканам «сельтерскую» (это оказалась обычная минералка, только подавали её в глиняных, терракотового цвета бутылках с круглым штампом и готическими буквами на боку), ребята взялись за сахарные коржики - жизнь определённо налаживалась! Светка после вкусного обеда подобрела настолько, что даже перестала шпынять Сёмку за идиотскую выходку с Макаровым. Сёмка расслабленно перекинул ногу через колено и  болтал кроссовкой, неспешно размышляя: как странно, что они сидят в осаждённом, вроде бы, городе - однако вот и кафе работает, и сахарные рогалики с лимонадом и никакого тебе голода... Издали, с Этажерки доносятся вздохи оркестра, дамы, проезжающие мимо в колясках с морскими офицерами, кажутся вполне беззаботными. Будто вчера не валились с нихкого неба на город двенадцатидюймовые «чемоданы» с японских броненосцев, будто не вырастали над крышами пыльно-дымные столбы разрывов!
- А знаешь, Галка, оказывается, тоже журнал ведёт! - заявила вдруг Светка. Оказывается, она давно уже что-то рассказывала взахлёб. -  Ну не ЖеЖе, конечно,  обычный дневник, в тетрадке, без никаких фоток. Она мне показывала, когда мы спать собирались - я даже несколько страничек сфоткала, когда она пошла в ванную комнату. Вот, смотри!
И протянула Сёмке смартфон.
«Въ одинъ изъ первыхъ дней войны папа предложилъ мамѣ вернуться въ Екатеринославъ, но мама рѣшительно отказалась. Папа настаивалъ, говоря, что ради дѣтей мама должна уѣхать и не рисковать нашими жизнями. Тогда мама сказала: «Чему быть, того не миновать. И какая ужъ у насъ будетъ жизнь безъ тебя?.. А если ужъ умирать, то умремъ вмѣстѣ. А можетъ быть, Господь и сохранитъ насъ всѣхъ. Да и не доѣхать мнѣ одной въ такое время, съ такими малышами, какъ Ларочка и Лёля. . И можетъ быть, я здѣсь смогу быть полезной и нужной не только тебѣ, но и другимъ».
- Я так удивилась, когда Галка сказала мне, что ей всего двенадцать лет. - продолжала меж тем Светлана. - Говорит, она всегда выглядела старше - ведь и мы решили, что она наша ровестница. А оказывается - совсем маленькая, у нас в шестом классе училась бы! А пишет  совсем как взрослая!
- Да, любопытно... - задумчиво потянул Сёмка, возвращая гаджет. - Интересно, а сохранился её дневник до наших дней? Ну, то есть мы, там, у нас,  могли бы найти его и прочитать, что потом случилось с Галиной?
Он осёкся, увидав, как Светкины глаза вдруг наполнились слезами. Девочка нервически тискала  в пальцах платок.
- Сём... - голос её предательски дрожал. - А ты и правда, веришь, что мы сможем вернуться? А то мы с тобой  ужецелый день ищем эту проклятую дверь, и всё напрасно!
- Конечно, сможем, и ещё как! - преувеличенно-бодро заявил Сёмка, хотя сам далеко не испытывал этой уверенности. Неважно, сейчас главное чтобы Светка поверила.
- Куда мы денемся? Ключ-то у нас, верно? А раз ключ есть - значит и дверь должна найтись?
- Должна, да... - вздохнула девочка. С дрожью в голосе она кое-как справилась, и теперь украдкой утирала глаза уголком салфетки.
- А вдруг не найдётся? Мы ведь даже не знаем, какая она будет! Там, в школе, в коридоре, дверь была - но здесь-то мы оказались просто на набережной, как на той фотографии!
Сёмка резко выпрямился на стуле. Дыхание у него перехватило от внезапной мысли.
- Повтори, что ты сказала? -
- Что? Я говорю, может тут и двери-то никакой нет...
-Нет, что потом,  про набережную на фотографии?
- Ну, набережная, на которой мы оказались, была на том постере, что висел у нас в коридоре, возле кабинета истории. - ответила Светка.  - Ты что, не помнишь? Дверь-то как раз возле него и появилась!
-Точно - Сёмка хлопнул себя по лбу - да так звонко, что барышня, сидевшая через два столика от них,  вздрогнула и оглянулась на шумных соседей.
- ТО-то я сразу, когда мы там оказались, подумал - где-то я это уже видел! Оказывается, на том самом постере, со старой фотографией и видел!
- Ну и что? - непонимающе уставилась на него девочка. - Ну фотография и фотография, какая разница?
- А такая! - Сёмка даже разозлился на бестолковую собеседницу. - Дверь появилась рядом с видом гавани и причала - мы в неё вошли, и оказались точнёхонько в этой самой гавани, на этом самом причале! Неужели не ясно?
- Так ты думаешь...
- Да! Нам надо найти где-нибудь на стене фотографию или картину Москвы - и тогда возле неё наверняка отыщется эта дверь!
- То есть - я думаю, что она там.  - добавил он, увидев, как Светка скептически скривила губы.  - Ну что мы, в конце концов, теряем? И так вон, целый день по городу впустую пробегали, сколько можно? Вечер уже! Что нам, идти к Топольским и проситься снова переночевать: «Пустите нас, мы больше не будем убегать»?
Светка неожиданно хихикнула, стрельнув из-под ресниц в сёмку глазами. Он улыбнулся в ответ и принялся гадать - чего это такого смешного он толко что сказал?
Но смех смехом - а  послеобеденная расслабуха пропала без следа; на ребят стремительно наваливалась неопределённость их положения. Стулья стали вдруг жёсткими  неуютными, а открытая веранда кафе - неуютной и даже какой-то подозрительной. Когда проходивший мимо офицер окинул подростков скучающим взглядом, Сёмка испытал острое желание спрятаться под стол - а вдруг их уже ищут, по наводке Галкиного папаши?
Нет, пора брать себя в руки.
- Так, - решительно заявил он. - Фотография - это классная идея, будем искать. Только где? Мы же с тобой толком ни в один из домов не заходили, верно? Топольские вот, кафе это да китайские лавочки. И что-то фотографий Москвы я там не замечал!
Светка беспомощно пожала плечами - Сёмка был кругом прав.
- Разыскивать фотографию,  или там картину, забираясь  во все подряд дома, мы, как ты понимаешь не можем. - продолжал Сёмка.  - Но у нас, на счастье, имеется подсказка, где надо искать.
- Подсказка? - переспросила девочка. И какая же?
- Да школа же! - Мальчик в приливе энтузиазма принялся уже размахивать руками. - Где мы нашли дверь? В нашей школе, верно?
Девочка спорить не стала.
- Тогда, может, и нам тоже надо искать дверь в здешних школах? Помнишь, адъютант Макарова говорил, что в Порт-Артуре их несколько? Две гимназии и ещё это, как его... реальное училище!
- Да, и ещё какая-то Пушкинская школа! - Светка, наконец, вспомнила. - Только она, кажется для взрослых. А если  никаких картинок Москвы во всех этих школах нет?
- Быть того не может! - уверенно отозвался Сёмка, жестом подзывая официанта. - Ты вспомни -  в школах всегда висят на стенах всякие там плакаты, постеры, картинки, верно? Здесь, у них,  наверное, то же самое. Вот у нас в школе целый стенд есть - «Москва - столица нашей Родины». Я помню, дядя Витя, когда был у нас на репетиции, проходил мимо,  сказал, и з что у них в школе - ну, когда он ещё в школе учился, в СССР - был точно такой же, и с тем же самым названием. Даже, говорил, картинки похожие!  Так, может, и при царе в школах было то же самое?
- Так здесь ведь столица не в Москва, а Санкт-Петербург! - резонно возразила девочка. Уж в этом-то она была уверена.
- Хм... верно. - Сёмка почесал переносицу. Ну, всё равно, есть, наверное, какой-нибудь кабинет истории, или там географии? Там тоже может быть!
- Скорее, истории! - заявила девочка. Идея Сёмки начала её захватывать.  - Только вот в какую гимназию идти сначала?
А вот в эту, Галкину - Сёмка махнул рукой на противоположную сторону площади, на здание за витой железной решёткой. Не найдём там - попробуем в следующей. - Не так уж тут много этих самых школ, всего-то четыре! Спросим - покажут.

Санктъ-Петербургская книжная писчебумажная торговля. Литографія.
Содержитъ мѣщанинъ Померанцевъ
съ разрѣшенія властей

Надпись украшала фасад двухэтажного домика, соседствующего с кафе. То сеть с кофейней - как значилось на синей вывеске, которую ребята заметили только теперь, выходя из заведения. Кофейня «Пари-Бонъ». Очень мило.
Слушай, Сём, давай заглянем! - жалобно попросила девочка. У тебя ведь остались ещё деньги, верно? Посмотрим, какие тут книжки, может, на память что нибудь купим, а? А то у тебя вон, бескозырка, а у меня что? Никакого даже сувенира!
- Как это - что? У тебя вон, юбка Галкина! - попытался отшутиться Сёмка, но тут же был наказан за столь опрометчивое высказывание. Его обвинили в жадности, в бесчувственности, чёрствости, после чего Светлана, решительно ухватив спутника за руку, толкнула дверь лавки  мещанина Померанцева.
«А быстро она успокоилась... - уныло подумал Сёмка.  - Только что чуть не рыдала, что домой никогда не попадём, и смотри ты - уже собирается закупаться сувенирами! Ну ладно, как там говорил дядя Витя? «Никогда не становись между бегемотом и рекой, и между женщиной и шоппингом!»
В лавке оказалось всего двое посетителей. У дальней стены высокий, подтянутый моряк с аксельбантом - тоже, наверное, чей-нибудь адъютант! - перебирал пухлые, карманного формата, томики с заглавием на французском. А у прилавка копошился в стопке ярких листков солдат самого простецкого вида. Сёмка, отцепившись, наконец, от своей спутницы (Светка немедленно принялась разглядывать большие альбомы с чёрно-белыми рисунками, изображающими дам в старомодных нарядах), заглянул солдату через плечо. Ясно. Лубки, или как их там называют? В-общем, местная пропаганда. Кричаще-яркие картинки, на которых ражие молодцы - как и сам покупатель, бородатые,  в  мохнатых  папахах, поддевали на штыки мерзких, желтолицых карликов. По три штуки за раз. Карлики корчились, вопили, роняли винтовки  и древка с белыми, украшенными красными кругами, знамёнами. На заднем плане над разбитыми пушками вставали аккуратные треугольные кустики разрывов.
Солдат отобрал два листка, расплатился парой тёмных монеток и вышел. К продавцу подошла Светка. В руках ею был один из модных альбомов, а поверх него - нетолстая книжка в жёлтой обложке из мягкой бумаги.  На ней значилось:

Антонъ Чеховъ
Остров Сахалин.
(изъ путевыхъ записокъ)

Изданiе редакции журнала
Русская мысль.

И ниже,  мелкими буковками:

Москва, Высочайше утвер. Т-ва Кушпоровъ и Ко, Пименовская ул., собственный домъ.
1895 г.

Что за «высочайше утв.? А-а-а, наверное цензура? Ну да, как там литераторша про Пушкина рассказывала? Царь говорил - «Я буду его единственным цензором». Наверное, и Чехова царь тоже «высочайше утвердил».*
Сёмка ощутил некоторую гордость. Вот, значит, не зря учился, запоминал - пригодилось!*
Но Светка немедленно всё испортила.

*# Увы, наш герой ошибается. Возможно, Николай Первый и лично читал все новинки, выходящие из под пера Пушкина, но уж Чеховские путевые заметки точно проходили цензуру установленным порядком, в соответствующем департаменте, у чиновника-цензора  не слишком высокого ранга.

Это же первое издание, Сём! - восторженно защебетала она. - Такая редкость, наверное! Мы, когда проект по литературе делали. Я как раз реферат писала, по Чехову. Он закончил «путевые заметки» в 1893-м, а издал полностью только через два года. Но раньше в журнале русская отдельные главы в журнале «Русская мысль»*. А это он и есть! То есть не сам журнал, а литературное приложение, тогда так было принято. Видишь - обложки нет, хозяева сами отдавали такие книжки в переплёт.
Вот, значит, почему книга в таком виде... понятно. А Светка - тоже мне, википедия ходячая! И всё-то она  знает...

*# «Ру́сская мысль» —выходивший в Москве с 1880 года ежемесячно; один из самых распространённых: число подписчиков доходило до 14 000. Кроме журнада выодили и разнообразные приложения в виде отдельных книжек без переплёта.

Сёмка попытался перелистнуть несколько страниц. К его удивлению, ничего не вышло - книжка была будто сшита из бумажных листов, согнутых во много раз и не разрезанных по линии сгибов. Сёмка недоумённо воззрился на продавца.
- Не разрезана-с! - с готовностью объяснил тот. Книжки «Русской мысли» и «Нивы» всегда не разрезанными присылают. Вот, пожалте, ножик для бумаг - моржовая кость, японской работы, довоенные поставки из Нагасаки!
И подал Сёмке изящный, желтоватый нож. Тот взял - и  восхитился. Полупрозрачная кость, тончайшая, несомненно, ручная резьба - фигуры воинов со зверскими лицами, сложными прическами, длинные, изогнутые мечи в руках. Прямо ритуальный кинжал, музейная вещь - а тут его запросто продают в местном «КОМУСе». Сувенир, впрочем, классный, пригодится...
- Заверните! - решительно сказал Сёмка.  - И ещё - все эти постеры, пожалуйста. Сколько с нас?
И указал на стопку пропагандистских плакатиков, что рассматривал давешний солдат.

Из лавки  вышли, обеднев на восемь  рублей двадцать семь копеек.  В последний момент Сёмка решил добавить к покупкам здоровенный, обтянутый зеленоватым бархатом с золотым обрезом альбом «Русский военный флот» - роскошное «благотворительное» издание с золотым обрезом, страницы которого украшали литографии с планами сражений, портретами флотоводцев и картинами военных кораблей - от ботика Петра Первого до многотрубных красавцев вроде  "Аскольда" или «Цесаревича», которые ребята имели удовольствие лицезреть  на артурском рейде. Стоила книга вдвое больше чем все их остальные покупки и предназначалась по замыслу Сёмки в дар школьному музею. Он представил себе, как вручит монументальный том историчке Татьяне Георгиевне, по совместительству заведовавшей этим заведением. Наверняка альбом будет лежать а видном месте, под стеклом, а в уголке - маленькая, неприметная табличка: «Дар ученика 8 «В» класса Воскресенского Семёна. Простенько и со вкусом. Осталась самая малость - вернуться домой. 
Сёмка Вдруг поймал себя на мысли, что, как и Светка, нисколечко не сомневается, что искомая фотография окажется в самой первой гимназии - вот в этой, женской, где учится Галина. И уж конечно, заветная дверь будет там же. Кстати, о Галине...
-  Свет, а Свет? - мальчик слегка тронул собеседницу за локоть. - Тебе Галка не говорила, в котором часу у них заканчиваются занятия ? А то как бы нам на неё на напороться...
- В два часа пополудни - немедленно ответила Светка. Это четырнадцать-ноль-ноль, по нашему. Только Галина ещё рассказывала,ч то часто остаётся в гимназии и после занятий - занимается в библиотеке или помогает учителям. Ждёт, когда Казимир, отцовский денщик заберёт её домой. Иногда часов до семи вечера ждёт!
- Паршиво. - поморщился Сёмка, сверившись со смартфоном. -  - Сейчас как раз восемнадцать ноль три, вполне может оказаться ещё быть там.
- Может постоим снаружи, дождёмся, когда Казимир её Галку заберёт? - неуверенно предложила девочка.
- Ну да, а как мы потом сами в гимназию попадём? Видела, какой там важный швейцар? Запрёт дверь и всё! Не стекло же нам бить?
Швейцар в гимназии и правда был персоной весьма представительной. Ребята заметили его когда в первый раз подошли к этому учебному заведению. Статный, благообразный старик с раздвоенной, как у адмирала Макарова бородой, на их глазах обмахивал метёлкой из птичьих перьев рамы картин, висящих в гимназическом вестибюле. Кстати,  а может среди них найдётся и завалящий московский пейзажик?
- Ждать не будем! - решительно заявил Семён. - Идём прямо сейчас. Ты иди вперёд, я за тобой, со стопкой книг. Привяжется швейцар - соври, что несёшь книгив дар гимназической библиотеке от сослуживцев Галкиного отца. Ничего, проглотит, куда денется...
В немолодом швейцаре за версту чувствовалась военная выправка, и Сёмка надеялся что при упоминании об офицерском подарке старый служака проникнется почтением. Ну а Галина... ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения. Может ониим еще и не перескутся?
- Сём...  - Светка вдруг остановилась и снова вцепилась Сёмке в запястье.
- Давай изо всех сил хотеть, чтобы эта дверь там оказалась? Если сильно-сильно хотеть, то всё наверняка так и будет!
Давай! - согласился мальчик, неловко высвобождая рукав и нашаривая своими пальцами тонкие пальчики девочки.  Голос его предательски дрогнул. Да что такое, в самом-то деле? Подумаешь - за руки взялись...
Да ты сам в это веришь, идиот?
Пальцы её слегка подрагивали.
И не разжимая ладоней, ребята быстро зашагали к белым ступеням.

+1

212

Глава девятая
В которой всё возвращается на круги своя

В вестибюле было пусто и просторно. Швейцар, против ожидания, не встретил их у дверей. Старикан обнаружился только когда они сделали несколько шагов от двери - в дальнем правом углу, копошащимся возле узкой, высокой, выложенной кафелем  печки. Рядом, на аккуратно расстеленой рогоже -  небольшая горка дров и топор.
- Чаво вам, господа хорошие?
Служитель отложил полено,  и встал, отряхивая колени мундирных штанов.
- Занятия уже закончились, барышни все домой разошлись. - И добавил,  неодобрительно косясь на Сёмку:
- А вашему брату здесь появляться не велено, потому как гимназия женская! Порядок должон быть! Ступай себе на улицу, оглоед, там хулиганничай, скольки душа пожелает!
Сёмка открыл, было, рот, но спутница его опередила, выпалив заготовленное объяснение.
Сторож с подозрением оглядел Сёмкину ношу.
- А что ж их благородие господин капитан денщика свово не прислал? Он завсегда за ихней дочкой приходит - вот и занёс бы?
Надо было срочно выкручиваться.
А...-э-э... Казимир сейчас с Анатолем Алекеичем, в штабе полка! Нашлась девочка.  - А книги рассыльный только сегодня доставил, из лавки Померанцева!
- Охота было туды-сюды таскать! - Не сдавался въедливый швейцар. - Померанцевская книжная торговля- она туточки, на углу, за площадью; прямо сюда бы и принесли, чего ноги бить? Чай не казённые!
- Так ведь не сообразили, дяденька! - отозвалась девочка. - Господа офицеры, когда книги по подписке заказывали, не сказали, что они для гимназии. Ничего, в другой раз скажут, их вам прямо сюда принесут, из лавки!
В другой... - закряхтел старик. - Какой такой другой раз - война, барышня! Сегодня вон госпожа начальница всем воспитанницам объявила, что гимназия закрывается, и здеся таперича будет лазарет. Раненых будут лечить, а они, известное дело, книжки на цигарки-то и скурят!
- Ну, не знаю... - покачала головой Светка. Нас просили передать - вот мы и принесли. Куда нам их?
Библиотека на втором этаже, вправо по коридору. - принялся объяснять швейцар. Да вот как раз дочка их благородия  пожаловали, они вас и проводють!
Сёмка обернулся, полный самых дурных предчувствий. Так и есть - по ступеням мраморной лестницы легко сбегала Галя Топольская.
Увидев ребят, да ещё и нагруженных стопкой книг, Галина остановилась. Брови её поползли вверх, губы удивлёно округлились буквой «О».
- Сейчас спросит - и всё. - обречённо понял Сёмка. - Этот швейцар нас  пинками отсюда вынесет, а то ещё и полицию позовёт...
Прежде чем у кого-то успело вырваться хоть слово, Светка, кинулась к недавней знакомой. Она обняла гимназистку за шею и принялась что-то шептать ей на ухо. Лицо Галины сперва сделалось недоумённым, потом барышня улыбнулась и зашептала что-то в ответ. Швейцар с Сёмкой наблюдали за переговорами, каждый на свой лад: Сёмка встревоженно, страж гимназического порядка - со всё возрастающей скукой.  Встретились две подружки - и что? Дело обычное, было бы из-зха чего волноваться?
- Пошли, Сём! - замахала рукой Светлана.  - Галка нам покажет библиотеку.
В ответ Галина успокоительно помахала ладошкой швейцару и неожиданно заговоршицки подмигнула Сёмке. мальчику ничего не оставалось, как перехватить ношу поудобнее и двинуться вверх по лестнице.
Что, они вот так, с ходу и договорились?
На широкой лестничной площадке девочки остановились. Сёмка в два прыжка догнал их и выжидающе уставился на Светку.
- А вы не слишком-то вежливы.. э-э-э... Семён! - заявила неожиданно Галина. -  Или вас, в вашем будущем не учили здороваться с дамами?
«В вашем будущем»?  - Сёмка оторопело уставился на спутницу.
- А вы что думали, я совсем уж бестолковая, и не замечу всех ваших странностей, оговорок, не пойму, откуда ваша счётная машинка, от которой в таком восторге рара? - Продолжала меж тем Галина. - Я, к вашему сведению, «Машину времени» господина Уэллса ещё год назад прочла, на английском языке!
- Да ладно, не смущай его, а то видишь - сейчас совсем крыша поедет. - примирительно заявила Светлана. - Сём, ты прости, но я после нашего ночного раговора разбудила Галину и всё ей выложила. А тебе не сказала, чтобы зря не тревожить - всё равно нам предстояло назавтра дверь искать, так бы ты был увереннее в себе, правда?
- Уве... кх... ренее? - Слова застревали у Сёмки где-то в районе гланд. - с чего это ты взяла?
- Ну, мама мне всегда говорила - мужчина должен верить, что всё зависит только от него. - невинно улыбнулась девочка. - Тогда будет надеяться только на свои силы - и у него неременно всё получится. А стоит дать понять что есть на кого спихнуть проблему - и всё, начнёт отговорки искать, отлынивать и вообще...
- Это когда я отлынивал? - Сёмка аж задохнулся от возмущения. - Целый день ношусь тут по городу, как дурак, переживаю, как бы вашу драгоценную особу домой, к мамочке доставить - а вы, оказывается, обо всём уже сговорились!
Ну почему же - «как дурак»? - возразила Светлана. -Эта твоя мысль про школу и фотографию Москвы очень даже толковая. Кстати, Галь, есть тут у вас...
Пока девочка описывала подруге что, собственно, им понадобилось в гимназии,  её товарищ по путешествию стоял красный, надутый, и донельзя разозлённый.  Девчонки! Стоит только отвернуться - и нате-пожалуйста, уже сговорились! Ну, Светка, хороша, змеюка!..
Галина выслушала подругу, покиваа и на несколько минут задумалась, сосредоточенно покусывая нижнюю губу. Потом вдруг щёлкнула пальцами.
Есть, то что надо! И как раз в библиотеке, три гравюры на стене - «Виды Москвы». Сейчас, только у Агафеича ключ возьму.
- А даст? - запоздало крикнул Сёмка в спину убегающей гимназистке. Та только отмахнулась - мол, куда он денется! 
- Агафеич - это кто, швейцар? - повернулся Сёмка к спутнице. Та пожала плечами.
- Откуда я знаю? наверное. - и, после крошечной заминки:
- Сём, ты на меня не сердись, ладно? Мы с Галиной договорились, что если ничего в городе не найдём - то вернёмся к ним домой. А она тогда заранее свою маму подготовит, и они вместе помогут нам объяснить всё Галкиному отцу, когда он со службы вернётся. А тебе не сказала - правда, чтобы ты об этом не думал, а только о том, как эту дверь найти. Домой-то и правда хочется... и девочка неожиданно всхлипнула, пряча предательски покрасневшие глаза.
Ну вот, опять, нет, правильно говорят - глаза на мокром месте. Но сердиться на неё решительно невозможно - великодушно подумал Сёмка. - В самом деле, попасть вот так, в  эдакую невозможную. историю, прошлое, да ещё и в осаждённый город, прямо под японские снаряды...  Другая всё это время в истерике билась бы, а Светка - очень даже хорошо держится. Раз уж на девчачьи хитрости сил хватает!
По коридору снова застучали башмачки - Галина. Она размахивала ключом от библиотеки, с прицепленной к нему клеенчатой биркой. Сёмка шумно выдохнул.
Кстати, Сём...- озабоченно спросила Светлана. Слёзы у неё, судя по всему, высохли так же мгновенно, как и появились. - А если мы здесь ничего не найдём - то как книги обратно вынесем? Швейцар увидит, заподозрит...
Сёмка немного подумал.
- А так и вынесем! Пусть подозревает что хочет, не погонится? - И поправился,у видев в глазах девочки явственное сомнение:
- Ну, можно в окошко выкинуть, потом гимназию обойдём, подберём. В-общем, придумается что-нибудь.
Гимназистка распахнула высоченную, с полукруглым окошком над нею, тёмно-лакированную дверь с нарядной медной табличкой «Библіотека». Вслед за девочкой Сёмка шагнул в сводчатое помещение. Несколько секунд на то, чтобы глаза привыкли к полумраку - и тут  и у него натурально подкосились колени.
Вот она. Будто всегда тут была.  Над верхней кромкой - три гравюры  в тяжёлых золочёных рамах. «Васильевскій спускъ», «Ново-дѣвичій монастырь», «Таганская площадь». Дверь пристроилась точно под третьей. Ну да, правильно - он живёт как раз на Таганке, там же находится и их со Светкой школа.
Сёмка шумно выдохнул - оказывается, с того момента, как Галина принялась распахивать библиотечную дверь, он не дышал.   Рука, сжимающая заветный бронзовый ключ занемела - не заметил, когда успел вытащить его из кармана? Мальчик разжал ладонь - гребенчатая бородка как в тот, первый раз, так сильно впилась в кожу, что оставила на ней отчётливый, быстро наливающийся краснотой отпечаток.
- Ну что?  - свистящим шёпотом спросила Светлана. - Есть? Нашёл?
Сёмка снова прокашлялся. Это что, уже входит в привычку?
- Вот она. - нарочито ровным голосом отозвался он. - Прямо передо мной. Видишь, три картины на противоположной стене? Дверь под третьей из них.
По прошлому опыту Сёмка помнил, что Светлана увидела дверь лишь в самый последний момент. Или ему так показалось? Они ведь тогда вообще не проходили через эту дверь! «Провал в прошлое» произошёл тогда, когда он, Сёмка провернул ключ в замочной скважине. А девочка тогда, кажется, держала его за руку?
Это очень важно! - осознал вдруг он, и похолодел от мысли о том, что он сам может вернуться домой, а Светка останется здесь, за закрытой дверью.
А, собственно, с чего он взял, дверь закроется?  То есть - что её нельзя будет открыть снова? В любом случае, суетиться сейчас никак нельзя. Придётся продумывать каждый шаг - «медленно и методически», как говорит дядя Витя. Очередная фраза из очередной любимой книги. Всё вокруг будто утонуло в какой-то липкой патоке. Звуки исчезли, световые полосы, падающие на паркет из окон слились в невыразительный серый фон; окружающие предметы стали неясными, расплывчатыми, и лишь Дверь выделялась на их фоне невыносимой, фотошопной чёткостью.
Галина шагнула вперёд, обходя застывшую в проёме двери подругу.  Светка стояла, будто боясь хоть малейшим шорохом нарушить навалившуюся на них тишину - а потому лёгкие шаги гимназистки прозвучали в ватной тишине как набат.
-Ну что, вы нашли, что искали? Сём, Свет, да что же вы замолчали, в самом деле?
Сёмка встряхнулся, как мокрый спаниель. Нормальный мир вернулся - снова привычные шумы с улицы, топот копыт, голоса, далёкий гудок с железнодорожной станции. Дверь, однако, никуда не делась - хотя и перестала быть  воплощённым, зримым центром мироздания. Дверь, как дверь.
- Да.  - Хоть на этот раз откашляться не тянуло... - Да, мы нашли то, что искали. Спасибо вам за помощь, Галина.

Значит, вы и сами не знаете, сможете ли вернуться?  ? - расстроено произнесла Топольская. Она повторила это уже в который раз, и всякий раз Светка в ответ отчаянно мотала головой, не выпуская из рук ладони подруги. Глаза обеих были зарёванными. Расставание неожиданно затянулось: после того, как Сёмка рискнул подойти к Двери, прикоснуться к её неровной поверхности. И снова, как и в тот, первый раз,  испытал укол неведомой энергии, проникшей в его тело через ладонь, сжимающую ключ. На этот раз мальчик не испугался, он этого и ждал - нет, даже  жаждал, мучительно мечтая о  короткой судороге пронзающей руку до самого плеча. Сейчас она означала, что  путь домой, он открыт,  осталось ему, Сёмке вставить бронзовую бородку в отверстие - и можно идти!
«Удивительно - отстранённо подумал он,  - а ведь его спутница, получив уверения, что желанная дверь найдена, вовсе не кинулась к ней с воплями «хочу к маме!» Нет, вместо этого Светлана повисла на шее своей новой подруги и уже полчаса обменивалась с ней бессвязными репликами, уверяя друг друга в сердечной любви, преданности и желании увидеться снова.
Галина  немедленно попросилась «сходить туда, с вами, хоть на минуточку посмотреть на ваше будущее». Сёмка решительно воспротивился - конечно, в 2015-м году  Москву не обстреливают из двенадцатидюймовых пушек, но что делать, если Дверь на этот раз закроется навсегда? Девочка, выслушав его, только горестно вдохнула и ничего не ответила.
- Свет, так я буду ждать - в который уже раз говорила Галина.
- Нам сегодня сказали, что гимназию скоро закроют. А если японцы подойдут к Артуру с суши, то здесь устроят солдатский госпиталь. Тогда я поступлю в него сестрой милосердия, и буду каждый день заходить сюда и проверять, не появилась ли эта дверь! И картинку эту никому снять не позволю!
Сёмка украдкой вздохнул. Он уже не раз объяснял девочкам, что входная дверь, если она и правда откроется снова, наверняка не совпадёт с выходом, и появятся они совсем в другом месте. Если появятся, конечно.
Он помотал головой. Всё, пора.

Они со Светкой взялись за руки. Сёмка  нарочито медленно поднял ключ. Вот, сейчас.
- Подождите! - Галина внезапно ухватила мальчика за руку, будто бы стремясь его остановить.   - Ребята, я вас так и не успела спросить...  скажите, а японцы нас  не победят? Крепость ведь отобьется? И флот?
Глаза её горели отчаянной надеждой. Сёмка отвёл взгляд.
- Конечно, Галь. - Мягко ответила Светлана. - Русские побьют японцев и прогонят прочь из Манчжурии. И острова на Курилах захватят, и все японские корабли потонут.  А сама Япония так напугается, что примет закон, по которому японцам больше нельзя будет иметь армию. Вообще, представляешь? Они будут делать для всего мира красивые товары, а в Москве будут специальные японские рестораны. А ещё они придумают такие книжки с картинками - мангу, я тебе в следующий раз привезу!
"Ну да, конечно - усмехнулся про себя Сёмка. - Светка только не сказала, что случится всё это на сорок лет позже, и до тех пор будет ещё две страшенные войны, и русский флот - тот, что горделиво дымит сейчас в гавани Артура - уйдёт на дно. И крепость падёт и... Но ведь Светка не солгала? Они ведь всё равно потом победят, пусть и через много лет? И правильно, нельзя подрывать веру в победу у тех, кому предстоит сражаться с врагом..."
Сёмка испытал мимолётный, но весьма болезненный укол:  Галина, хрупкая, большеглазая девочка в гимназическом переднике остаётся на войне, а он, здоровый лоб,  сбегает прочь? А если...
- Ладно, ступайте уже!  - Галина отлепилась от его рукава и шагнула назад. Голос её предательски дрожал.  -  И.. спасибо вам! Я скажу маме с папой, пусть знают, что всё будет хорошо!

- Ну вот мы и дома - сказал Сёмка. Прозвучало это до ужаса обыденно. Собственно, это и выглядело до ужаса обыденно - привычный до последней чёрточки на линолеуме школьный коридор, двери кабинетов через равные интервалы, ровный свет люминисцентных ламп. И - постеры на стене. Царь Пётр, шагающий вдоль галерных верфей, торжественный  портрет Рокоссовского и.... большая чёрно-белая фотография - снятая с высокой точки гавань между грядами сопок, россыпь низких домиков - и корабли. Низкий, увенчанный частоколом труб, на фоне Тигровки - «Аскольд». Чуть дальше - приземистый, длинный «Баян», а за ним массивные туши броненосцев.
«Снимали со стороны Нового города - подумалось мальчику.  - С Орлиного гнезда? Наверное. Но уже много позже из визита. Вот та махина, полускрытая «Доброфлотовскими» пароходами - «Ретвизан», а ведь они только сегодня видели его у стенки, на ремонте, с кессоном у борта. Его трёхтрубный силуэт ни с чем не спутать - разве что с «Пересветом», остальные броненосцы Порт-Артурской эскадры несли, вроде бы, по две трубы...»
- Сём! - жарко зашептала Светка. - Сём, получилось! Мы дома!
- Ура. - коротко ответил он. - А ты сомневалась?
- Да нет, но... - девочка явно была растеряна. - Но я думала... а ты что, не рад?
Да рад я, рад.... вздохнул Сёмка. - Всё нормально, Свет, дай мне только немного в себя прийти. И вообще - чего ты шепчешь, все ведь уже хорошо!
Поклажа, оттягивающая Сёмке руки, вдруг сделалась ужасно неудобной. Сёмка осознал, что они так и стоят всё это время с шаге от стены, уткнувшись в неё носом.
- Вознесенский? Ларина? А вы почему не в классе?
По коридору к ним шла классная руководительница восьмого «В» - географичка Татьяна Леонидовна. В её глазах, прикрытых старомодными очками, сквозило неудовольствие.  - А это что у вас тут?
- Книжки - торопливо ответил мальчик. - И плакаты. Это... нам задали внеклассное задание - подготовиться к занятию со старшеклассниками.
- Да, по обороне Порт-Артура. - включилась Светлана. - Вот, мы к Сёмке домой на перемене бегали, за книжками. Потому и опоздали!
Географичка проболжала недоумённо рассматривать Сёмкину ношу - стопку аккуратных пакетов в коричневой бумаге, перетянутых бечёвкой.
- Да? Ну ладно, идите.

Нескладный, долговязый десятиклассник развешивал карты. Получалось неважно - выполненная на большом листе схема порт-артурской обороны перекосилась и грозила вот-вот упасть. Старшеклассник нервничал, стараясь приладить её поаккуратнее.  Ещё двое возились с ноутбуком - на интерактивной доске висел рабочий стол «Виндов». На первой парте сиротливо притулилась моделька крейсера. Корабль был белый, с черно-жёлтыми трубами. Сёмка недоумённо нахмурился - как так? Крейсера Порт-Артурской эскадры - та же "Паллада, на которой служил их первый артурский знакомец, Иван Задрыга -  поминтся, несли оливково-серую боевую раскраску.
Историчка встретила опоздавших укоризненным взглядом и махнула рукой - садитесь, мол. Третья парта в правом ряду оказалась свободной - на ней-то и устроились Сёмка со Светланой, хотя до сего момента всегда сидели порознь, в разных углах класса. Это не осталось незамеченным - по рядам прошло шевеление, а Балевский, обычный Сёмкин сосед на уроках истории, удивлённо поднял брови и скорчил глумливую физиономию.  Сёмка исподтишка продемонстрировал  кулак - только попробуй, мол!  Две девочки, сидящие за первой партой, парты прыснули в кулачки, когда Светка проходила мимо.  Сёмка сообразил, что его спутница до сих пор в длиннющей, до лодыжек Галкиной гимназической юбке. Ну и смейтесь, дуры!
Доклада старшеклассников они почти не слышали. На экране менялись фотографии, потом заиграла бравурная музыка, и замелькали кадры фильма «Битва в Японском море» -  японская художественная лента о Цусимском сражении. Потом её сменил чёрно-белый, очень старый художественный фильм «Порт-Артур». - чехословацкий, как поведал старшеклассник, снятый ещё в 1936-м году.  Рядом зашуршала бумага - Светка старательно расковыривала ноготками узелок на бечёвке, стягивающей один их пакетов. Бечёвка поддалась, и на свет появилась стопка ярко раскрашенных картинок. Плакаты, те самые, что рассматривал пехотный солдат в книжной лавке мещанина Померанцева?  Да, они.
Что у вас, Вознесенский? - поинтересовалась историчка. Старшеклассники, оказывается, уже закончили презентацию.
- Чем вы нас порадуете? Надеюсь, со внеклассной работой вы справились?
Внеклассная работа? Ах да... задание к доклады? Сёмка ухватил из пачки несколько верхних листов и на негнущихся ногах выш к доске. Тощий десятиклассник посторонился, взял у Сёмки плакат и принялся пристраивать его поверх  интерактивной доски.

Огромный казак в синих шароварах и  красной рубахе добродушно скалился, небрежно опираясь на ствол пушки. Ноги казака были вольготно раскинуты по берегам бухты, уставленной корабликами с Андреевскими флагами; вдоль берега шла зубчатая линия крепостных бастионов, густо утыканная орудийными стволами. «Порт-Артурь» и «Манчжурiя» гласили надписи за крепостной стеной; где-то под боком у казака весело дымил паровозик, бегущий по рельсам Манчжурской железной дороги. На горизонте грозно маячил ощетинившийся пушками куб крепости. «Владивостокъ».
Перед линией укреплений недоумённо остановились два джентльмена в цилиндрах. Первый, чей головной убор был украшен синей полосой с белыми звёздочками - высокий, тощий, с длинной тонкой трубкой в зубах - недоумённо пялился на сапог русского великана. Второй, невысокий, толстенький, с коварной улыбкой на украшенной рыжими бакенбардами физиономии обеими руками выдвигал под прицел чудовищной пушки маленького злобного человечка с жёлтым раскосым лицом и с саблей в руке. Человечек орал и рвался совершать подвиги. Из-а спины носителя бакенбард воровато выглядывал ещё один пакостный мелкий типчик в жёлтом расшитом китайском кафтане. «Посидимъ у моря, подождёмъ погоды!...» гласила надпись поверх картинки.
Сёмка обвёл взглядом плакаты, карту артурской обороны, развешенные вдоль верхней кромки доски фотографии, принесённые десятиклассниками - огромное осадное орудие на массивном лафете, кучка солдат и казаков, замерших перед фотографом изрытые воронками сопки, сплошь опутанные колючей проволокой. Словно наяву увидел Сёмка мартовское бледное солнце над Внутренним рейдом, в ушах его отозвались раскаты далёкой артиллерийской пальбы. Домишки и лачуги Старого города, терассами взбегающие на сопки, лохматые столбы разрывов тяжёлых снарядов над крышами пакгаузов...
«Они ведь настоящие, живые! - чуть не заорал мальчик.  - Я сам, сам видел их!  Этих людей,  которых вы только что укладывали в ряды цифр, в сводки забытой истории - они живые, они говорят, дышат, это им на головы летят тяжёлые японские снаряды - во сейчас, с этот самый момент, если эскадра адмирала Того снова явилась к Артуру! Эти люди ходят по улицам -  кто ведет за руку в гимназии девочку, как денщик Казимир, кто  лихо отдает рапорт на пристани, как боцманмат Иван Задрыга, кто отправляется утром  по утрам на службу, оставив дома жену и дочерей - как штабс-капитан Топольский. А его старшая  большеглазая гимназистка Галина  собирается поступать медсестрой в военный госпиталь. А я, мы - здесь, рассуждаем об истории, смотрим старые фотографии, и вообще, занимаемся какой-то унылой ерундой?!»
Светка со своего места подавала знаки - делала страшные глаза и отчаянно жестикулировала. Сёмка успокоительно кивнул - ничего страшного.
Видение отпустило. Снова кабинет истории, лица одноклассников, моделька «Варяга» на первой парте. Свой, родной двадцать первый век?
А где Порт-Артур? Непонятно. Но он точно где-то есть!
- С тобой всё нормально, Вознесенский?  - голос исторички слегка встревожен. - Может, лучше в другой раз?
Нет, Татьяна Георгиевна,  ну что вы! Я просто.. кхм... всё в порядке!
- Ну ладно... - учительница поудобнее устроилась за своим столиком. - Итак, что же ты нам подготовил дома?
Сёмка поглядел на старшеклассников. Они тоже слушали. Тот, тощий, помогавший развешивать плакаты, явно - главный знаток темы чуть заметно усмехался - «что может сказать этот восьмиклашка, чего я ещё не знаю? начитался, небось, Википедии и теперь горд своими познаниями?»
Википедии? Ну-ну...
- Спасибо ребятам за презентацию, - начал Сёмка. - Оборона Порт-Артура - это, конечно, интересно. Но я... по моему, надо бы побольше рассказать  о  самом городе. Не о пушках и фортах, а об улицах, домах - о  китайских лавочках, о городской женской гимназии, о казармах пехотного  полка на полуострове Тигровый Хвост... в-общем, о городе, и тех, кто там жил... нет, живёт. О них обо всех. Это ведь самое главное, верно?

Москва. Апрель-июнь 2015 г.

Отредактировано Ромей (17-06-2015 14:49:19)

+1

213

Ромей написал(а):

Светка учится в их классе с пошлой четверти

пропустили опечатку

+1

214

Тексты по второй повести, продолжении этой,  будут выкладываться в новой, специально созданной для этого теме. Прошу коллег туда.

0

215

Ромей написал(а):

примасэн

может, аримасэн?

+1

216

Да, точно. Спасибо

Отредактировано Ромей (17-06-2015 15:32:08)

0

217

Кстати, а ведь имя Светлана - для начала века почти уникальное. Во всяком случае, не менее редкое, чем Алиса для восьмидесятых годов.

Таким образом, несмотря на все возрастающее пристрастие к име­ни Светлана, называть им новорожденных девочек почти никогда не удавалось. Обращения к церковным властям с просьбой о разреше­нии крестить «народившегося младенца женского пола Светланой» не удовлетворялись. В 1912 г. журнал «Церковный вестник», обсуж­дая проблемы из области церковно-приходской практики, специально остановился на вопросе, «может ли быть наречено имя Светлана?», и писал по этому поводу: «В 1900 г. в Св. Синод дважды поступали от просителей ходатайства о разрешении наименовать дочерей про­сителей по имени "Светлана", но Св. Синод не нашел оснований к удовлетворению означенных ходатайств, так как имени Светлана в православных святцах нет».
Родителям приходилось смиряться, отказываясь от своих намере­ний или же пользоваться полюбившимся именем как домашним и не­официальным. В качестве примера можно привести баронессу Свет­лану Николаевну Вревскую (урожд. Лопухину), о встрече с которой в 1902 г. рассказывает Б. П. Модзалевский. Светочкой в одном из рассказов, написанных во второй половине 1880-х гг., называет свою маленькую героиню В. П. Желиховская. Может быть, она тоже Свет­лана, а может быть, это просто ласкательное домашнее имя. В 1911 г. у лингвиста С. И. Карцевского родилась дочь, которую звали Светла­ной. Под каким именем она была крещена, неизвестно, но ее младший брат Игорь в состоявшейся недавно личной беседе сообщил, что у его сестры было какое-то второе имя™. Ф. Ф. Синицыну, родившуюся в Коктебеле в 1920 г. в доме ее деда-священника, крестили Фаиной, в то время как «в школе и дома звали только Светланой».
Лишь после Октябрьской революции, когда диктат святцев был поко­леблен, а неверующими полностью отвергнут (что породило в русском обществе небывалую имятворческую инициативу), имя Светлана стало присваиваться девочкам, так сказать, на «законных» основаниях: запись ребенка в ЗАГСах под этим именем, разумеется, не воспрещалась. Пос­лереволюционное время, таким образом, не «открыло» это имя, а лишь закрепило, «узаконило» его в качестве личного имени собственного.

Отредактировано Kra (17-06-2015 17:25:07)

0

218

Ромей написал(а):

ониим еще и не перескутся

они еще и не пересекутся

0

219

Ромей написал(а):

первого башенного плутонга боцманмат Иван Задрыга!

Ромей написал(а):

моряк с непонятным, но солидно звучащим званием» кондуктор»


Надо бы к общему знаменателю таки привести...

0

220

Ромей написал(а):

то есть сейчас женщины сплошь носят длинные юбки! До самой земли - как в фильме «Статский советник, помнишь? А если из под юбки хотя бы лодыжка видна - это считается неприличным, поняла? А у тебя - вон, даже колени....


Ошибается Сёмка. У взрослых и у детей нормы разные были. Вот, к примеру, семейство Николая за нумером два.
http://myshulka.ru/sites/default/files/ … omanov.jpg

У старших дочек подолы выше колен.
А вот отсутствие чулок или других каких гамашей - это уже да, неприлично и "косяк". Тем более, ещё и не по сезону совсем, что сильно усугубляет...
----------------------

Ромей написал(а):

На дворе 26 февраля - имеющий уши, да услышит.

Ромей написал(а):

Галина, прыгая через лужи, подобно самой обычной шестикласснице московской школы, поведала, что недавно ещё дальний конец бухты был забит льдом; но в марте снег сошёл совсем

Ррррр.... :)
-----------------

Ромей написал(а):

- Небось ошибок наделала, надо проверить...
- И ничего не насажала! - возмущённо вскинулась Галина


Насажать можно было бы клякс, а не ошибок. Не согласовано. А если вспомнить, что бегала Галина за карандашом - то насажать чего-то и впрямь вряд ли могла бы :)
--------------

Ещё по сцене "после ужина".
Так что за устройство с собой у Сёмы - смартфон или планшет? Он его то так, то так называет.
И если смарт с большим экраном (5-5.3") школьник ещё может для важности попытаться обозвать "планшетом", то наоборот - да ни за что! Ибо понижает статус предмета, а, стало быть, и владельца.

Отредактировано Wild Cat (09-07-2015 14:30:46)

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Внеклассная работа