Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -4.


Несносная Херктерент -4.

Сообщений 131 страница 140 из 197

131

Выходит от Эриды. Голова от всех этих лёгких и воздушных материй по-настоящему чугунная. Как любой увлекающийся человек, кого о любимом деле спросили, Эрида часами способна по ушам ездить, даже не особо замечая, слушают ли её вообще. Марина слушала через два на третье, иногда даже о чём-то спрашивала.
  Нет, поставленная задача выполнена целиком и полностью, о Рэде с ожерельем напрочь забыто. Зато всякими нарядами, причём, явно тройного авторства, ибо стиль Коаэ определяется легко, по творчеству разноглазой Марина статьи может писать, но есть и абсолютно безумные идеи, что предложить могла только Кошмар, мозги оказываются загруженными сверх всякой меры.
Причём, до воплощённого в ткани так и не дошли, хотя Марина и вовсе начала опасаться, что голова у неё лопнет, как от разрывной пули.
  Спасло прибытие Динки. Совершенно заспанная, хотя уже достаточно поздно, впрочем, её распорядок дня такой же беспорядочный, как она сама. Лохматая, в одной офицерской рубашке, притом ещё и криво застёгнутой, для Марины она оказалась настоящим спасением. Херктерент готова была Динку по-настоящему расцеловать, хотя и не любит этих слюнявых нежностей.
  Эрида сразу же на Кошмар переключается, а так как в текущий момент на одном и том же подвинуты, у Марины появляется возможность сбежать.
  Даже приходится немного постоять, прислонившись к стене, чтобы отдышаться. Голова совершенно каменная. Куда-то эти тяжести надо выгрузить. Точнее, на кого-то. А кто у нас самая подходящая мишень?
  Правильно!
  С-с-с-сестрёнка!

  Сонька у себя. Сборы ещё не начаты. Впрочем, она и в том, что на ней хоть сейчас на Бал может идти. Облегающее короткое красное с чёрным платье, чёрные чулки, да алые лаковые туфельки на длиннющей шпильке. Как только ноги не болят!
  Софи есть Софи, одним словом.
– Не поверю, что ты по мне соскучилась! - «дружелюбию» белозубой улыбки во все тридцать два позавидует голодная акула.
– Я тоже рада тебя видеть.
– Ну у тебя и рожа! С утра пить начала?
– Нет, только похмелялась.
– Вижу, что и не начинала. С кем-то подралась, а ещё об этом узнать не успела? Труп закапывать я всё равно не буду.
  – С этим бы я и без тебя справилась. Хотя, труп закапывать, наверное было бы легче, чем общаться с разноглазой на тему сегодняшних тряпок.
Софи, цокая языком поводит головой из стороны в сторону.
  – Бедненькая. Как я тебя понимаю!
  – От твоего сочувствия хочется сделать два пальца в рот.
– Ты знаешь, где у меня соответствующая дверь.
Марина показывает непристойный жест. Софи отвечает тем же.
– На кого охотится собираешься?
– Я несколько выше этого. Меня другое сейчас больше интересует — кто это положил глаз на Рэду?
  «И тут она! То есть, я сама, но Сонька же всю жизнь интуицией разноглазой уступала».
  – А я тут причём?
  – Ну, я не знаю. Может слышала что-нибудь. Вся школа только этот подарок и обсуждает. Я успела переговорить со всеми, у кого на такое хватит денег. Среди них есть щедрые. Но далеко не до такой степени.
  – Ты только мужчин имеешь в виду?
  – Я сказала. Всех, у кого есть деньги. После Эр, я в какие угодно странности готова верить. С Кэрдин даже связалась, но она сказала, в последнее время пропаж ценностей подобного уровня не зафиксировано. Взглянуть бы, на особые отметки изделия — что-то можно было бы узнать.
  – Она тебе их не покажет.
  – Потому что она шрамолицая, а не шрамомомозгая, попросту, не дура. Сама понимаешь, кроме неё и ювелира эти отметки знает ровно один человек.
  – С кем бы я не отказалась поболтать.
  – Угу. Или, при знании отметок можно подослать другого вместо него. Это ведь пароль, по которому она пославшего ожерелье должна узнать.
   – Спрашивала её?
   – Разумеется.
   – Ну и как?
   – Я же уже сказала, она далеко не дура.
   – Что он в этой гордости молочной промышленности нашёл? Да за примерную стоимость этого весь весёлый район столицы пару месяцев только его бы и обслуживал.
   – Откуда такие познания? Ты же, вроде, не по девочкам...
   – Там, знаешь ли, и мальчиков можно найти, - кокетливо мурлыкает Софи.
   – Тогда откуда знание расценок?
   – Это тоже, знаешь ли, один из секторов экономики по категории «услуги». Всё есть в соответствующих справочниках. Ты их, вроде, любила раньше читать.
   – Раздел «Услуги» там далеко не самый интересный. Кстати, раз ты её спрашивала, то что она думает по этому поводу?
    – Представляешь, он на всё согласна.
    – Неудивительно. Если учесть во сколько раз стоимость этого превосходит её возможные доходы за ближайшие несколько лет.
   – Ты её не осуждаешь?
   – А за что? Если за некий предмет назначена более чем справедливая цена, то почему бы и нет? Допустим, за «Глаз Демона» я бы с кем угодно из безгривых, да хоть со всеми разом согласилась. Учитывая разницу между моими возможностями и возможностями Рэды, ей «Глаз Демона» не только предложили, но и вручили. Можно и ножки раздвинуть.
   – Сказать, как такие девушки называются?
   – Очень умные, современные и практичные. Разве не так?

0

132

– Да так всё! - Марина задумчиво трёт подбородок, - Знаешь, что я подумала? Раз тебя не удивляет возможность подобного поступка, а заклиненностей парней на том, что у нас между ног вещь не требующая доказательств, то ведь наверняка есть такие, кто себя ценят не столь высоко, как Рэда или ты? Жизнь, есть жизнь, как говорится.
   – Обратится хочешь? - снова оскал во все тридцать два.
   – Просто интересуюсь. Закон экономики — у одних есть деньги, у других — товар. А что в нашем мире всё продаётся и покупается, ещё Дина I говаривала. Да и участок под «весёлый район» в столице сама Дина II выделила.
   – Не надо меня истории учить. Я всё равно предпочту услуги более квалифицированных специалистов.
   – Ты не ответила.
   – Разумеется, такие девушки есть. Имена дать? Если не надо, то выметайся.
   – Куда только смотрит администрация!
   – Знаешь ли, Марина, школьная жизнь куда более многогранна, чем деятельность Генштаба. Пока я согласна смотреть сквозь пальцы на определённые вещи, это же будут делать и другие.
   – Так они знают? Что тут, под их окнами чуть ли не «весёлый дом» имени Его Императорского Величества.
   – Вообще-то, когда наш братец здесь пребывал, это было почти официальным названием.
   – Врёшь!
   – Видимо, несмотря на вашу дружбу он рассказывал тебе далеко не всё. Сама про товар и деньги говорила.
    – Ты к этому так спокойно относишься!
    – Марин, не пытайся морализировать, это у тебя выходит крайне криво.
    – И тебе не противно находится в одних стенах с этими... собой торгующими?
Софи прекрасно видит, кто там чем торгует, младшей совершенно фиолетово. Просто её поддеть хочется. Не в этот раз, Марина. Не в этот раз.
    – Мне — не противно. Ну а тебе?
    – Вообще наплевать. Неужели ты подобную деятельность поощряешь?
    – Нет. Я её, скорее в некоторой степени, регулирую.
    – В хозяйки «весёлого дома» записалась? В общем-то, ничего страшного, возврат к истокам, так сказать. Дина II как раз налогом эти заведения в свою пользу обложила.
    – Я миллион в какой-то степени раз говорила про твоё занудство. Не в этом совсем дело!
    – Да? А в чём тогда?
    – Видишь ли. Мне, впрочем, как и тебе, и ещё очень многим здесь куда уютнее, чем во всех прочих местах, где им приходилось бывать. Всё это в обозримом будущем кончится. Останутся только прекрасные воспоминания о лучших годах жизни.
   Да именно так! И не корчи такую рожу. Мы обе людьми окружены. Со всеми их достоинствами и недостатками. Пока они не мешают мне чувствовать себя крайне уютно, я согласна сквозь пальцы смотреть на их слабости.
   Другие на эти слабости смотрят сквозь пальцы только до тех пор, пока это делаю я. С теми,  кто отличаются повышенной доступностью, я поговорила, и попросила их держаться в определённых рамках, если не хотят, чтобы я им жизнь переломала.
  – Определённых — это каких?
  – Поддерживать отношения только с теми, кто учиться здесь. Не заводить никаких связей за стенами школы, особенно, с лицами, сильно старше себя. И не искать каких-либо контактов с кем-либо из персонала. Представляешь, все держатся!
  – А если те сами начнут подыскивать близких контактов?
  – Марин, ты слышала, чтобы отсюда за последнее время кого-либо выгоняли, увольняли или арестовывали? Здешний отдел персонала неплохо справляется со своими обязанностями. Да и договорённости со мной выгоднее соблюдать, нежели нарушать.
  Мне, знаешь ли, просто приятно жить в мирке, где меня абсолютно всё устраивает. Большинство людей, кстати, тоже хотят именно этого.
  – Как ЕИВ выражается, «живи и дай жить другим», - по-русски заканчивает Марина.
  – Пока мне не мешают жить, я тоже никому мешать не собираюсь. Тем более, про номера, правда не такие громкие, как с Рэдой, бывали и раньше. Попутно, кое-кому на окончание сегодняшнего мероприятия были обещаны вполне определённые подарочки.
  Марина только скалится в ответ.

0

133

Глава 16.

Собираться Марина начинает рано. Общее беспокойное настроение заразило и её. Чем ближе Бал, тем  больше воздух наэлектризован. Не охота даже статические  молнии ловить, а они скоро обязательно полетят.
Лучше в залы пойти, как ни странно, пока это единственное место, где сейчас можно побыть одной.
  Первой прийти всё равно не удаётся. По углам обнаруживается несколько парочек, кому где угодно хорошо, лишь бы друг с другом. Да Рэда круги наматывает. Долго же ей сегодня расхаживать предстоит, без разницы на что там она настроилась. Что сильно нервничает — даже отсюда видно, хотя ещё мероприятие ещё и начаться толком не успело.
Ноги бы на таких каблуках раньше времени не стёрла. Понятно, все недостатки наряда Хорт и её самой сегодня будут помечаться особенно тщательно.
Хотя, сама Марина пока ничего не видит. Кое-чему шрамолицая научилась.
Марина, склонив голову набок, изучает Рэду с максимально возможной дистанции. Та похоже, вообще ничего не замечает, изводя себя ожиданием. Совсем бы не извела, от нервов может и плохо стать, и вовсе мозги отключиться могут. Вплоть до рубашки, чьи рукава за спиной завязывают.
  Удержится ли?
  Посмотрим.
  Марина мотает головой. Совсем некстати встаёт перед глазами бантик на трусиках Рэды. Пусть он и из разряда тех, что не развязываются.
  Что-то совсем неправильные мысли в голову лезут.
  Совсем не она об этом бантике думать должна. Только вот проблема — этого другого не существует в природе.
  Хе! А что будет, если Рэда со зла позволит кому-нибудь сегодня, так сказать, на бантик полюбоваться? Мол, может она и собирается продаться, но не сейчас, а попозже.
  Глупых историй по великую любовь на один вечер множество. Причём, зачастую вовсе не выдуманных. Одна такая как раз к рождению Кэретты привела.
  Хотя, Марина снова начинает раздумывать, не шепнуть ли кому-то из числа поклонников форм Рэды, как можно сегодня её благосклонности добиться?
  Нет, ничего гадкого она делать не будет, просто парня порадует, тем более Рэда и так уже на всё согласна?
  Только вот кому сегодня может так повезти?
   Марина мысленно перебирает имена.
   Похоже, везунчиков в списке нет, главным образом, из-за недостаточно хорошего настроения самой Марины.
   Что там дальше будет — ещё неизвестно. Ещё несколько дней можно будет поиграть. Потом обязательно Эрида проболтается. Либо непосредственно Рэде. Либо вовсе всем. Но это в любом случае, не сегодня будет.
  Просить помолчать — откровенно дурацкая идея. Марина о мотивах ничего не сказала, значит разноглазая уверена, ничего секретного ей и не сообщали, и значит говорить можно всем.
  Начнёшь мотивы придумывать — ничего не выйдет. Эрида помешана на справедливости, пусть и в собственной редакции. Поступок Марины точно не одобрит и тут же побежит к Рэде.
  Народ постепенно собирается. Хочешь-не хочешь, опять разноглазую вспомнишь.
  Её «кожа и блёстки» запомнились.
  Сейчас уже несколько подобных в наличии. Покрой тот же, только цвет блёсток различается. По некоторым очень уж хорошо заметно, под созданной мастерством кожей ничего нет, кроме кожи настоящей.
  Справедливости ради, у тех, у кого слишком много просматривается, с фигурками полный порядок. Ну, а смелых в самых разных областях тут всегда много было.
  Сумасшествие продолжает набирать обороты. Первой в поле зрения из местных чудес Коаэ обнаруживается. Точнее, не обнаруживается. Костюм только видно. А из под него – змеедевочку. Немного, но весьма соблазнительными местами.
Виденный уже хвост обнаруживается. Но не сзади, а сверху, основой для причёски, причём своих волос змеедевочки там минимум. У кого из них троих обнаружились задатки столь талантливого парикмахера, хотя подобное тянет на звание полноценного художника-гримёра.
Опять разноглазая? Свои волосы во всяком случае она в идеальном порядке поддерживает. Да и причёски довольно разнообразные носит. Но на голове у Коаэ что-то с чем-то, настолько всё в любимом стиле причудливого ужаса. Часть украшений Эр присутствует, но это не показатель.
«Золотой запас» сегодня на многих. Только у Софи ничего нет, но про это только Марине известно.
  Особенно, когда она идёт или поворачивается, привлекательные разрезы мелькают, хотя прятать под ними , по большому счёту, и нечего. Задел на будущее? Как знать, как знать...

0

134

Следующим из чудес Кошмар в поле зрения появляется. Тут настроение Марины сразу подскакивает на множество пунктов. Платья на Динке попросту нет. Есть армейские сапоги старого образца со шнуровкой до колен. Чёрные чулки в крупную сеточку,кожаные шорты и такой же кожаный жилет со множеством карманов. Из под него просматривается не доходящая до пупка полупрозрачная рубашечка с коротенькими рукавами с оборочками, явно предназначенная для ношения девушками несколько более старшего возраста в совсем других обстоятельствах.
На руках перчатки, длинная белая кружевная на левой, короткая кожаная, с обрезанными пальцами, но зато, с металлическими шипами на правой.
На шее на чёрной ленте круглая подвеска с пятиконечной звездой двумя лучами вверх. Что мирренов так злит этот символ, кроме того, что он вражеский?
  Звезда двумя лучами вверх – старый символ кавалерии. Лихих рубак среди её предков хватало. Хотя, парочка местных мирренов на Динку всё равно посматривают неодобрительно. Очень уж им кавалерийская звезда претит. Хотя против обычной они не возражают.
В глазу – монокль, разумеется, из запасов разноглазой, притом, как бы не самый ценный, с платиновой цепочкой.
В зубах - причудливо изогнутая трубка, хотя Кошмар не курит. На голове нечто, в прошлом бывшее танкистской кожаной каской. Гладкой, без рёбер, как современные шлемы. Маска к кольчужными очками и сеткой закинута наверх. С другой стороны, каска тоже кольчугой оснащена. Ещё просматривается, на каску надето ожерелье из крокодильих зубов.
Как окончательное надругательство над здравым смыслом перо павлинье ещё сверху торчит.
Правый глаз смотрит из чёрной звезды с лучами потёкшей крови. Стрелка от левого доходит до уха.
Каска скрывает волосы, и как-то не очень хочется узнавать, в какой цвет или цвета они выкрашены. В самом факте покраски Марина не сомневается.
Всюду, где надо и не очень болтаются какие-то вещицы непонятного назначения. Даже Марина опознаёт далеко не всё. Колесцовый замок старинного пистолета с золочением и гравировкой ей зачем понадобился!? Однако вон на цепочке болтается. Из кармана выглядывают массивные золотые часы в форме гусиного яйца. Тоже, одна из многочисленных редкостей. Показывают время в Столице, время в важнейших городах, фазы луны, мелодии ещё проигрывают и миниатюрные фигурки танцуют. Какой кошмар! Кошмар же сломает и не заметит.
Шорты перетянуты усеянным заклёпками широченным ремнём с бляхой в виде оскаленной львиной пасти.
На одном боку - деревянная кобура штурмового пистолета. На кобуре в изобилии налеплены всякие блестючки. Как Марине кажется, среди прочего настоящие брильянты попадаются. На другом боку ножны с ножом для рубки тропической растительности. Тоже всяким блестящим облепленные.
После Бала у уборщиков будет неплохой шанс сильно улучшить своё финансовое положение, ибо насыплется с Динки столько...
  Марина чуть вслух не ругается. Насыпаться может немало, а вот с улучшением выйдут проблемы. Нельзя изначально плохо думать о людях. Персонал тут из очень честных людей, неоднократно сдававшими в охрану утерянные украшения. Это Эрида одна уникальная такая (находили и её вещи), а разгильдяек – почти каждая вторая.
Сумочка у Кошмара тоже из кольчужной сетки, да ещё и воронёной.
Приятеля вблизи неё не наблюдается. Вообще, непонятно как он Динку в таком виде вообще куда-то отпустил.
  Хотя, довольно известная вещь – в этой парочке за то, в чём и куда идти, отвечает исключительно Кошмар. Приятель нужен исключительно для того, чтобы этот чудовищный Кошмар раньше времени не убили.
Браслетов на руках неимоверное множество. Кожаная перчатка словно имеет золотое продолжение.
  Марина с трудом удерживается, чтобы не обойти Кошмар вокруг, посмотреть, не прицеплен ли сзади ещё какой-нибудь хвост, а то и не один. Сестры её тут нет... Впрочем, Марина уверена, если бы Эорен, каким-то немыслимым образом ещё год в школе провела, выглядела бы куда хлеще младшей.
  Если чего-то долго лишать, то как только человек до запретного добирается, сплошь и рядом такое начинается...
  Собственные дурачества начинают вспоминаться. Правда, не про всё Динке стоит знать. Понятно, она Марине старается подражать, но Херктерент обычно пользуется функциональными вещами. Хотя, кого она осуждает? Давно ли сама примерно такой же была?
  Первый признак старости — критика юности. Да и какая тут юность? Это телом Кошмар уже девушка, мозгами же — самый настоящий ребёнок. И ведёт себя соответствующим образом.
  Не Марине её осуждать. Тем более, в специфическом наряде Динки как-то неуловимо чувствуется уверенная рука Эр. Как-то даже в том, как всё развешано чувствуется какой-то неуловимый вкус, чувство стиля.
  Качества, напрочь отсутствующие у безалаберного Кошмара. Зато, таковыми более чем изобильно наделена разноглазая.
  Нет, автором этого мозговышибного наряда может только Эрида. Динка, в лучшем случае, была на вторых ролях. Хотя, ещё роль змеедевочки тоже надо учитывать. Что-то же она в Динке разглядела, кроме выраженного желания подражать Марине и разрушительного характера.
  Марина вновь оглядывается по сторонам. Если так выглядят эти двое, то что же будет, когда появится главная в тройке?
  Вслед за бантиком, имеющим некоторое отношение к костюму Рэды, в мозги заползает чехол для танка, ухитряющийся иметь какое-то отношение к наряду разноглазой. Насколько Марина помнит, в нём с лёгкостью несколько человек могут поместиться.
  Эрида же точно собиралась разместиться в нём одна. Что там на эскизах было? Всё из головы почему-то вылетело.

0

135

Марина резко тычет пальцем в район памятного бантика. Рэд разворачивается. За мгновения на лице целый калейдоскоп эмоций сменяется. Побеждает очевидное — прорывается глухая усталость «а, это всего лишь ты».
– Не дождалась? Прискорбно!
Рэда явно слишком вымотана, чтобы огрызаться.
Марина часто-часто моргая, смотрит на звёзды.
– Вечер заканчивается... Впрочем, самое главное, ещё только начинается. Правда, это смотря у кого.
  Верхняя губа у Рэды поднимается, как для рычания. Но она слишком вымотала себя. Серьёзно, в таком состоянии рассчитывала на кого-то впечатление произвести? Ну и самомнение, в таком случае у неё.
  По мнению Марины, даже самый озабоченный, правда из тех, в ком человеческая составляющая животную перевешивает, едва глянув на Рэду, сказал бы только «Иди выспись! Смотреть на тебя страшно».
  Но у Марины нет ничего такого, что от вида Хорт упасть в состоянии.
  – Марина, можешь уйти? - ожидаемо, еле губами шевелит.
  – С чего это? У меня, знаешь ли, больше всех сейчас прав рядом с тобой находится. И разные вещи с тобой делать! - резко хлопает Рэд по заду.
  Та дёргается. В глазах мелькают искорки настоящего бешенства, почти как той зимой.
– Не смей!
Где-то она в районе грани ходит. Пора бы возвращать.
  – Я ведь и не такое могу себе позволить. А ты будешь смирно стоять. Или, вообще на одной ножке прыгать... Прежде чем попытаешься что-то предпринять, дослушай меня до конца, - и Марина со скоростью авиационного пулемёта выдаёт всё про специальные знаки ожерелья.
Бокал падает из руки и разбивается. Рэда валится спиной на стену, чуть не сползая вниз.
Марина стоит, как стояла. В глазах у Хорт полный туман, но всё-таки с признаками разума.
  – Ну как? Есть о чём нам разговаривать?
  – Д-да... Конечно, есть... М-марина.
  – Больше ничего не хочешь мне сказать?
   Херктерент плотоядно проводит языком по губам. Но Рэде видеться какой-то, совсем иной подтекст. С полминуты тяжело дышит, потом начинает говорить. Наверняка, что-то подобное репетировала, но актёрские способности отказывают напрочь.
  – Да... Хочу... Очень благодарна ва... тебе Марина... Ты очень много для меня сделала... Мне не приходилось держать в руках подобных... Моя благодарность...
– О твоей благодарности, точнее, её размерах, чуть позже поговорим. Я вопрос повторяю. Именно мне, именно сейчас больше ты ничего сказать не хочешь?
– Если честно, хочу только одного. Не дави на меня, Марина. Можешь сказать, куда мне приходить. Просто, что-то делать я сейчас совершенно не в состоянии.
– А как храбрилась! Резинки приготовила! Про бантик вообще молчу. Явно же рассчитывала, что кто-то на него сегодня полюбуется.
Взгляд вспыхивает и тут же потухает. Всё же при Марине происходило.
– Что именно ты от меня хочешь? - такая интонация, будто Марина на неё главный калибр «Владыки» наводит.
– Я вот думаю пока. Насчёт куда, и как, и сколько раз ещё ничего не решила.
  Рэд почему-то закрывается руками, хотя платье на прежнем месте.
  – Но, в любом случае, это будет точно не сегодня. Мне как-то интереснее с человеком, а не с подтаявшим студнем.
  – С-спасибо, Марина.
  – Надо же, благодарности удостоилась. Надо было мне тогда в воду не лезть — не увидела теперь, то, что вижу.
  – Ты скажи, если что не нравится — и я больше этого не сделаю.
  – Вот именно это и не нравится!
  – Что?
  – Когда ты со мной так разговариваешь. Сразу надо было велеть тебе на одной ноге с высунутым языком прыгать. По крайне мере, могло бы быть смешно. А сейчас...
  Марина устало машет рукой.
Рэда закрывается, будто её ударить хотят.
– Не надо!
– Не надо чего? Я же уже сказала, ничего сегодня я с тобой делать не собираюсь. Режим дуры не включай, я не парень, он на меня не работает.

0

136

Рэда снова прислоняется к стене. Теперь уже полностью вниз сползает. Знай Марина её похуже — решила бы, происходящее — часть спектакля. Немало знает, как различные сцены устраивают. Некоторые прямо хвастались, что именно вроде как близким друзьям устраивали. Каких-либо секретов не утаивали, даже с Мариной охотно делились.
  Херктерент уже успела изучить: две кошки вполне могут шипеть друг га друга, но если возникает необходимость проучить двуногого кота, на какое-то время вполне могут установиться самые искренние союзнические отношения.
  Рэда это Рэда.
  Она не играет.
  Сидит у стены. Плачет. Марина рядом стоит. Утешать не умеет. Себя чувствует тоже не лучшим образом. Изначально небезобидная шуточка слишком уж далеко зашла. Конечно, Рэда себя тоже качественно накрутила, перебирая в мозгах всех возможных и невозможных, а то и нескольких сразу. Накручивала-то она сама, а процесс запустила Марина. Хотя,  планировавшимся действиям Рэды не откажешь в определённой логике. Детские игры заканчиваются, начинаются взрослые. А там ещё и более зверским образом могут во что-то неаппетитное макнуть.
  Другое дело, намеренно вредить Марина тоже не собиралась. Тут поневоле вспомнишь старую шуточку про курение на складе боеприпасов «Ну, так получилось!» Вот именно, ничего хорошего не получилось.
Сочувствовать Марина просто не умеет. Сесть рядом и Рэду обнять?
Угу! Если чего сейчас и боится смертельно далеко не трусливая Рэда, то как раз прикосновений Марины. Когда обычные начнут перерастать в большие. Вот и рыдает.
Угу! А как уж храбрилась! Что было бы окажись тут...
  Самое себе врать не надо. Никто другой тут оказаться не мог. По своей воли могла прийти только сама Марина... В принципе, здесь мог бы оказаться и кто-то другой, причём даже и не один, распорядись Марина своей волей как-то иначе.
  Кому на самом деле нужно от Хорт всё то, чего совершенно Марине не надо.
  Что делать? Херктерент не знает.
  Пока только одно понятно. Пока Рэда не придёт в более-менее вменяемое состояние, всяко, запас любых жидкостей в организме не бесконечен, Марина отсюда не уйдёт. Сколько бы не пришлось статую изображать.
  Будем надеяться, сюда долго ещё никто не придёт. Смутно просматривающиеся силуэты сегодня лучшая гарантия, что здесь занято, и лучше где-нибудь в другом месте погулять.
  – Что-то случилось?
  Марина мысленно ругается. Списка правил, которых придерживается Эрида не существует в природе. Точнее, он известен только ей.
  Стоит разноглазое чудо в дверях.
  Остаётся надеяться, не сможет войти. Именно не сможет физически, а не от недостатка решимости. Двери узкие. Наряд из разряда «умри всё живое» может и полезным быть.
  Платье с самой Эридой пребывает в отношениях, сродни отношениям буксира и выводимому на рейд линкору. Разница в размерах, особенно, по ширине соответствующая. Буксиром выступает Эрида, а чудовищно великолепно безумная конструкция с золотом и перьями движется сзади, почти не связанная с хозяйкой.
  В залах двери широченные, потому и можно перемещаться свободно. Но и здесь Эрида может пройти далеко не в каждую дверь. Как она из корпуса-то вышла? Хотя, это теперь загадкой не является. С час назад удалось подловить Кошмара, и она рассказала, большую часть конструкций пристёгивали на улице.
  Одна загадка ушла, но возникла другая. Как Эрида не замёрзла? Сборка занимала всяко больше пяти минут, а на улице довольно холодно. Прозрачность и невесомость того, что на передней части тела разноглазой близка к ста процентам. Только пояс широченный и на грудях переплетённые золотые змеи хоть что-то прикрывают. Зато сзади столько всякого... Метра по три в длину ширину и высоту. Спереди из этой конструкции только Эрида и выделяется, а так прямое всё.
  – Рэда, ты плачешь?
  Дёргается в проход. Марина чуть не начинает истерически хохотать. Но Эрида не была бы собой, останавливай её подобные мелкие трудности. Чуть поворачивает голову, словно стараясь себя сзади рассмотреть.
  Раз! Разводит змей в стороны.
  Два! Расщёлкивает пояс.
  И попросту выходит из платья, оставив всю конструкцию стоять снаружи. Марина запоздало соображает. Крепить подобную конструкцию на человеке можно только на пояснице. Крепёжный пояс она и расстегнула. Чуть приседает. Оказывается, ещё и корона из перьев была не на голове, а крепилась на конструкции за спиной.
  Судьба наносит ещё один удар, с крайне неожиданного направления. Под прозрачным одеянием просматривается бельё. Пока Эр подбегала, Марина успевает рассмотреть бантик из тончайших чёрных ленточек между грудей. И целых три из таких же ленточек на тоненьких алых трусиках, один спереди и два по бокам. Причём, все четыре развязыванию подлежат. Как теперь про все эти банты забыть.
Эрида — не Еггта. Поговорка про поклоны на неё не действует. Тут же опускается перед Рэдой на колени. Шрамолицая гордится должна — пред ней принцесса склонилась!
  Марина косится сверху вниз.
  Ну что за издевательство! И у этой на заду ещё один бантик. Они сговорились?
  Ладно, хоть застёжки лифчика традиционной конструкции. Она же ничего не планировала, хотя, если знать, с какой скоростью это «платье» можно покидать, то всякого можно ожидать.
  – Рэда, что с тобой? Тебе плохо.
  Марина вовсе не уверена, что Хорт сможет нормально отвечать. Дёрнулась, когда Рэда её коснулась, но похоже всё-таки в состоянии различать, кто пред ней.
  Совершенно неизящным жестом Рэд проводит под носом. Всхлипывает. Явно не напоказ. Марине кажется, слышит как её мозги щёлкают, пытаясь придумать не слишком страшное для разноглазой объяснение произошедшему.
  Рэда знает, в медицинской карточке Эриды написано намного больше, чем у неё. Если мозги включились, должна понимать — ещё одно попадание разноглазой в состояние клинической смерти может привести ещё к одной, совсем не клинической смерти.
– Ничего. Я споткнулась. Упала. Ударилась очень сильно. Бокал вон разбила. Марина... рядом была.
  Эрида переводит взгляд с одну на другую.
– Так! - совершенно отцовская интонация иногда прорезается, - Вы точно больше не ссорились?
  – Нет! Нет! - трясут головами Рэд и Марина.
  – Рэда, по-моему, тебе лучше к себе пойти. Я провожу. Если хочешь, там ещё посидеть можем.
  Вдвоём помогают Хорт подняться. Обратно в платье Эр не полезла. Выходит через другую дверь, смущать окружающих своим более чем легкомысленным видом.
  На Херктерент, поддерживающую словно раненую, Хорт на этом фоне просто не обращают внимания.

0

137

– Так! - совершенно отцовская интонация иногда прорезается, - Вы точно больше не ссорились?
  – Нет! Нет! - трясут головами Рэд и Марина.
  Взгляд у разноглазой в точности отцовский перед фронтовой операцией.
  – Рэда! Ничего не бойся. Прямо говори, тебе кто-то что-то сильно плохое сказал? Или что-то сделал с тобой? Говори, не бойся! Если совсем всё плохо, то машину вызову, и ты в «Сказку» поедешь. Там никто тебе не сможет навредить, а ты спокойно сможешь всё рассказать.
«Что-то сделать, оказывается, можно не только в физическом плане. Точно теперь знаю! Более, чем сомнительное достижение. Хотя, с другой стороны, она была готова, что её сегодня кто-то того. Впрочем, прямо скажем, неважно она подготовилась... Если бантика не считать!»
  Отвечает Хорт куда спокойнее, чем говорила до этого.
  – Спасибо за участие, Эрида. Никто мне ничего не сделал. Я, действительно, просто сильно упала.
  – Это в конце было! - умеет разноглазая быть въедливой, - Но что-то раньше случилось! Ты же не плакала, когда тебя по-настоящему сильно побили. А сейчас вся в слезах.
  Теперь Марине кажется, слышит, как собственные мозги щёлкают, пытаясь придумать нечто правдоподобное. Она с Рэд поступила не самым лучшим образом. Захочет ли Хорт спровоцировать конфликт, зная тягу разноглазой к справедливости? Ведь если Эр правду узнает, а не то, что себе придумать успела...
  – Просто... Сегодня я слишком много лишнего в свой адрес услышала. Довольно неприятного. Вот и распереживалась, что даже расплакалась. Хотя, плохого мне ничего не сделали. Мальчики меня не трогали.
  Белыми нитками, конечно шито. Но аналитические способности Эр включаются нечасто. Тем более, знакомых личностей, у кого глаза на мокром месте, у неё хватает. Довольно долго смотрит Рэде прямо в глаза. Вздыхает, видимо не разглядев там чего-то по-настоящему страшного или опасного. Она и сама бывало, болела, сильно перенервничав.
  – Рэда, по-моему, тебе лучше к себе пойти. Я провожу. Если хочешь, там ещё посидеть можем.
  Вдвоём помогают Хорт подняться. Обратно в платье Эр не полезла. Выходит через другую дверь, смущать окружающих своим более чем легкомысленным видом.
  На Херктерент, поддерживающую словно раненую, Хорт на этом фоне просто не обращают внимания.

Идут медленно. Холодновато, но терпимо. Куртки Рэдрии и Марины нашлись быстро, более удивительным оказывается заботливость Кошмара, притащившей шубу Эриды. Ненужное в текущий момент, как правило, пребывает где-то весьма далеко от разноглазой. Впрочем, в таком виде, как она сюда шла, нести шубу было негде.
  Динка ещё раньше озаботилась, видимо предполагая, назад Эр пойдёт как-то иначе. Сама Динка была достаточно весёлой, помогая собираться, ни разу не спросила, что же произошло.
  Марина даже благодарна была ей, что хвостиком, по обыкновению не увязалась.
– Куда идём? - необычайно серьёзна Эр, - К тебе?
– К себе не хочу... - в голосе можно бы было заподозрить капризные нотки, но их там нет. Из них троих шрамолицая умеет играть людьми хуже всех, - И к вам не хочется... Посидим где-нибудь, где никого нет.
  – А где сейчас никого нет? - переглядываются Марина и Эр.
  – Отмечание продолжаются в узких кругах с разными степенями испорченности. Поищем кого-нибудь? Нас с радостью примут.
  – Никого видеть больше не хочется! - наконец-то Хорт перестаёт напоминать потёкшее желе, привычный металл в голосе лязгнул, – Может, посидим просто втроём, как раньше?
  – Давай! - радостно соглашается разноглазая, - А где?
  Марине кажется, Рэда страшно боится попросить её уйти, и одновременно, хочет именно этого.
  Хочется временами пообщаться с совершенно беззлобным человеком. Кто-то третий будет только помехой. Хорошо, хоть этот самый третий так не считает.
  Призадумывается.
  – Ой! А давайте в горячие пойдём? Это настолько девчоночья территория, что сегодня там точно никого нет. Все с мальчиками гуляют!
  «О нет!» - мысленно стонет Марина. - «Разноглазая, ты опять за своё! Рэд, ну откажись, что тебе стоит!»
  Но Хорт, похоже, полностью всё равно. Она только кивает.
– Ой! Марина, а у тебя есть какие-нибудь бутылочки? Вкусненькое у меня много, а вот крепкого... Возьмём у меня!
  – Я знаю, что у тебя где лежит. Идите, отдыхайте, а я за бутылками пойду.

  Собирая сумку Марина берёт документы на ожерелье. Запираться Хорт так и не приучилась. Водружает в точности посередине стола. Только потом идёт к источникам. В раздевалке и в душевой никого нет. На входе чуть не спотыкается о две пары туфель.
  Рэда и Эр сидят рядышком на бережку. Впрочем, не в обнимку. Платье Хорт, впрочем сняла, опять этот бантик в глаза лезет. А по Эр вообще непонятно, есть на ней что или нет. Кроме бантика.
– Эй, Рэд! - обращается Марина куда громче, чем следовало. Эти двое вздрагивают. Друг от друга, впрочем, не отпрянули, - Что ты просила, я у тебя на стол положила. Посмотришь потом.
  Хорт чуть заметно кивает, коснувшись ожерелья. Марина кивает в ответ. Эр ничего не замечает, потому, что сумку разглядывает. Будто, через ткань что-то видно.

0

138

Судя по приветливому разноглазому взгляду, Рэда ничего плохого про Марину не сказала. Ну, значит свой шанс поссорить Марину и Эр Хорт упустила. Херктерент довольно долго не было, наболтать можно было всякого.
  Марина ведь сознательно ушла. Хочет что-то сказать — пусть говорит. Всё-таки, Рэда пострадала от шуточки Марины. Впрочем, куда хуже ей пришлось от криво устроенных собственных мозгов. Впрочем, тут почти у всех содержимое голов с завитушками.
  – Марина, посиди с нами.
  – Вода мокрая.
  – Не уходи, без тебя скучно.
  – Ладно, останусь, - хмыкает Марина, - обе вы с водой плохо дружите, особенно, выпивши.
  Эр почему-то хихикает.
  Платье простое, снято быстро. Всё-таки, Эрида на неё откровенно пялилась, пока Марина чулки с ног спускала. Такая же «Красная Кошка», как и у всех. Собственно, нейлоновые чулки — побочный продукт военной промышленности. Следящая за техническими новинками Пантера, первой оценила потенциал новой вещи.
  Впрочем, завалить новинкой огромную страну, да ещё в военное время, даже у Ягр не получилось. Только спрос намного превышал предложение. Доходило до анекдотов, когда чулки рисовали на ногах.
  Впрочем, «сордаровки» и «кошечки» все ходят в настоящих. Причём, не существует никаких норм, сколько пар полагается в год. Понятно, что многие отсылают редкие вещи домой.  Весьма ходовой товар при нелегальном школьном обмене. Парни тоже берут охотно для родственниц и подруг за пределами школы.
  Софи язвит, некоторые носят сами, правда, на вопросы кто именно, отмалчивается.
  Садится по другую сторону Эр, подальше от Хорт.
  – Вино холодное, - замечает Рэда, - рисовое подогревать надо.
  – Зато, вода горячая. Сунь бутылку — и все дела.
  Хорт так и поступает. Марина из фляжки отпивает. Протягивает Эр, та отказывается. Рэд чуть ли не половину с одного раза опустошает.
  Марина только хмыкает. Этой её с ног такой дозой не свалишь. Рэда же вся на нервах, в таком состоянии одни обретают способность пить литрами, другие с напёрстка отключаются. Если Рэд пьёт также, как храбрилась сегодня утром, то скоро ей станет совсем не весело.
  – Эр, ты награду за лучший костюм куда подевала?
  – Ты бы ещё спросила, кто вторым оказался! - хихикает Рэда/
  – Коатликуэ отдала. Она точно не потеряет.
  – Верно! Это не Динка! - Марина с ухмылкой косится. Нежели, Хорт уже поплыла? Ледяная водичка тут близко. Окунём, если что.
  – Дина тоже ей свою отдала. У неё, как раз, вторая, а у самой Коатликуэ — третья.
  – Куда логичнее все три было сразу отдать тебе, - хмыкает Марина, - все остальные были фоном, не больше.
  – Но без них я бы ничего сделать не смогла. Они мне так помогали.
  – Помогала? Динка?  - не удерживается от смешка Марина, - У меня с трудом удавалось сделать так, чтобы она хотя бы не сильно мешала.
  – А у меня вот без неё ничего бы не получилось.
  Мог бы вызов в словах послышаться, но Марина прекрасно знает — слышит самую обыкновенную констатацию факта.
Эр неожиданно касается руки Рэды. Та только слегка дёргается. Марина криво ухмыляется. Хорт видит, Эрида — нет.
– Ну как? Стало легче? Успокоилась?
– Есть немного. Получше стало...
– В голову ничего не дало? - вкрадчиво интересуется Марина.
– Тебя бы саму чем-нибудь стукнуть не помешает!
– Ты пробовала. Ничего не вышло.
– Девочки, только не надо ссор!
  Марина и Рэд угрюмо смотрят каждая в свою сторону. Кажется, до Рэды начинает доходить — пусть, день прошёл и не лучшим образом. Но с ней не произошло ничего по-настоящему страшного. Мутновато развивавшаяся история успешно завершилась, причём, без серьёзных потерь с её.
  У Чёрных Еггтов и шуточки соответствующего цвета. Угодила под одну из таких. Надо отдать должное — размах даже не Еггтовский, а Императорский.
  Жива осталась, и даже с прибылью. А праздники ещё будут. К тому же, у неё и так на сегодняшний день был совсем не праздничный настрой.

0

139

Марина ведь с лёгкостью могла её выставить всеобщим посмешищем. Но не сделала этого. Собственно говоря, только они трое знают теперь, откуда именно взялось ожерелье.
  Рэд даже не сразу сообразила, когда разноглазая упомянула «подарок Марины». Оставалось только кивать, причём, Эр судя по всему, знала всё давным-давно, и просто не придавала значения.
  Не исключено, Марина ей ничего не говорила, просто разноглазая сама догадалась из-за странно устроенных мозгов.
  Насколько спокойнее всё могло сегодня быть, не старайся она держаться от Эриды в сторонке.
– Рэд! - улыбка зелёноглазой выглядит какой угодно, только не дружеской, - Про бывшего своего можешь кой-что сказать?
  – Можно подумать, ты чего-то не знаешь! Он ведь и твой бывший. Куда дольше моего с ним общалась.
  – Да как сказать, как сказать... Некоторые вещи проявляются только в определённые моменты. И приводят к весьма жёстким последствиям, - Марина не улыбается, а скалится во все тридцать два, – Он правда, неспособный? И именно из-за этого вы и сцепились?
  В общем-то, разговор из тех, каких Рэда уже множество слышала. Была уверена, не без влияния этих сестричек, вранья там — до девяноста пяти процентов. Все стремятся выглядеть куда более искушёнными, чем есть на самом деле. Степень вранья определить сложновато из-за недостатка собственного опыта, и обширных познаниях у всех в теории.
– Да ты не беспокойся, - продолжает ухмыляться Марина, - если это так и есть, то знаю, что это главнейший страх любого парня. А раз он про меня лишнего не болтает, то и я согласна помалкивать. Про тебя он тоже, ничего плохого не говорил, насколько мне известно. Так неспособный или как?
– Или как.
– А как при этом тогда рассматривать нечто слышанной от тебя сегодня?
– Полностью ничего не было.
– Он не смог?
– Я не хотела! Нормально всё могло бы быть!
– Но ведь не было? Времени, вроде, вполне достаточно было.
– У тебя было гораздо больше! Так что вопросом можно задаться, всё ли в порядке у тебя?
  Марина самым откровенным образом ржёт. Эрида с оттенком испуга переводит взгляд с одной на другую.
  – Да что вы на мальчиках этих словно помешались! Они же тебя, Рэда совсем недавно чуть не убили!
Теперь уже Хорт смешно.
  – Одни её чуть не убили, а другой чуть не поубивал их, - смеётся Марина, - и, вообще, без применения оружия, убить человека в пехотном панцире довольно сложно. Конечно, если не начать сворачивать ему шею.
  – А ты умеешь? - совершенно невпопад брякнула Рэда.
  Марина поводит плечами. В отличии от большинства девушек, плечи у неё куда шире бёдер.
  – В теории могу, на песочке мне пару побед засчитали, когда я брала на такой захват. Но не одной пока не свернула. Есть какая на примете?
  – Мне говорили, – замечает Эрида, – все наши, кто чем-то таким занимаются. Все, в один голос говорили про тебя, что ты самая сильная девушка, какую они только видели в жизни. Хотя многие куда крупнее тебя. Думала, они так льстили, потому, что со мной разговаривали.
  – Я так не думаю, - глухо замечает Рэда, - Марина, действительно, очень сильная.
  Херктерент прижимает ладонь к сердцу. Шутя склоняет голову.
  – Весьма благодарна.
   Эрида прыскает в кулачок.
  – Самой иногда эта сила мешает. Все красавчики разбегаются, как только понимают, руку могу так пожать, что сломаю.
  Смеются все трое.
  – Сама говоришь, красавчики тебя боятся. Ну, а красавицам тоже будешь руки ломать?
  – Эрида, лучше не начинай на эту тему.
  Разноглазая резко отпивает половину рюмки. Для неё это много. Проморгавшись, говорит, держась за горло.
  – Я не начинаю. Я так. В порядке мысленного эксперимента.
  – Ты знаешь, как я отношусь, когда меня трогают без разрешения.
Эр кладёт руку ей на колено.
  – Сломаешь?
  Марина молчит.
Эрида сидит.
  Рэда старательно смотрит в другую сторону.

0

140

В этом году на Праздник Софи ничего устраивать не планировала. Так, соответствовать текущему моменту, не более. Тем более, с каждым годом всё усиливаются карнавально-масочная  составляющая.
По уму, маскарад и Бал следовало бы разделить на два праздника в разные дни. Но всё как всегда – некому возглавить реализацию хорошей идеи, а сама Софи командовать не в настроении.
Делая заказ у Пантеры, выяснила главное – младшая против неё ничего не замыслила, заказав классическое платье. Какое именно - умолчала, хитрюга. На вопрос, что заказали другие, тоже не ответила. Но Софи осталась удовлетворённой, ибо взрослая, серьёзная Пантера, закатывающая глаза, и начинающая хихикать, как малолетняя девочка – бесценное зрелище.
На загадочное «Увидишь!» внимания не обратила.
В конце-концов, Пантера всю жизнь с ней честная.
Начиналось всё как обычно, Марина действительно, в платье классического стиля. Как и у большинства, включая саму Софи, весьма укороченный вариант.
Можно быть спокойным. Несколько минут так и было.
Пока Софи не заметила мелькающей над толпой белое павлинье перо. Продвинувшись поближе, и разглядев, к чему это приделано, а главное, на какой пустоватой головке красуется, чуть не села, где стояла.
Софи очень тоненькая и изящная во всём. Но есть у принцессы одна вещь совершенно непрошибаемых железобетонных габаритов. Это её выдержка. Но даже эта крайне массивная и плохопробиваемая конструкция чуть не треснула от вида сомнительной близости родственницы.
Это... Это совсем не по правилам удар. В живот, да с разбегу. Становится нечем дышать.
Мозги отключаться не собираются, и услужливо подсказывают, она сейчас видит номер два в этом странном трио подруг. Но где-то ещё есть змеедевочка, номер третий в этой компании.
И нигде не видно безусловного номера один троице. Самой Её Высочества Эриды Эроин-Херт, плюс ещё имён неиссякаемое множество. Раз эти двое такие, змеедевочку разглядеть удаётся, причудливо, но в ожидаемом стиле, то какова же главная у них, кого пока нигде не видно.
Странно, что эти трое сдружились. Только теперь понятно, на почве чего, без всяких подтекстов. В этой троице, несмотря на странности Эр, любовные увлечения невозможны, иначе Софи ничего в людях не понимает.
Но раз Эр не видно, то что же она замыслила? Разноглазая точно где-то недалеко, знакомый монокль у Динки в глазу как бы намекает.
Это же эсминцы дальнего дозора. Они могут уходить довольно далеко от корабля. Но одновременно – они же вернейший показатель, линкор движется в этом направлении. И скоро покажется из-за горизонта.
Софи ощущает себя зазевавшейся всплывшей подлодкой, кого вот-вот форштевень бронированного чудовища. И не уклониться, ни нырнуть, хотя самого чудища в поле зрения ещё не наблюдается.
И вот оно. Оно живое, оно движется. Софи хватает ртом воздух, понимая. Насчёт линкора она ошиблась. Это что-то другое, всплывший морской исполин из древних легенд, способный топить острова, и поднимать из глубин новые. Размерами превосходящий «Владыку морей» настолько, насколько тот сам превосходит торпедный катер.
Легендарный Зверь из бездны, по мнению мирренских церковников ставший карой для погрязшей в грехах Великой, даже по их мнению, Империи Островов.
Мощь, блеск и чистая стихия, что ничем не остановить.
  И что ещё хуже – у стихии есть имя.
  И имя это – Эрида.
  Софи удаётся уйти с линии огня. Хотя, какая тут линия, даже «Владыка» снаряды с лёгкостью за горизонт закидывает, а тут калибр покрупнее. Всё таки, она знает - глаза слабое место чудовища, плохо разящие цели на дальней дистанции. И становящиеся смертельно опасными на ближней.
Ещё одна слабость чудовища подмечена, хотя для текущих целей это, скорее преимущество. Обзор в задней полусфере, выражаясь авиационным языком, равен нулю. Тут, как раз и нужно эсминцев опасаться, вполне способных искомый объект рассмотреть, и навести главный калибр.
Но пока  они обе в передней полусфере крутятся, излишне назойливых отгоняя.
Краем глаза замечает Маришку на лестнице. У Софи память фотографическая, и для будущего образ зафиксирован.
Ибо такое выражение зелёноглазой рожицы – воистину бесценно! В общем, день не то, чтобы совсем уж неудачно складывается, хотя и очевидно сегодня не день Софи.
Буйство красок, сумасшествие, золото, яркость и блеск. Эрида совершенно растворяется в своей стихии.
  Хотя, неправильно, она сейчас сама стихия в чистом виде. От неё по толпе словно волны идут, как от камня, упавшего в воду.
Тоненькая, временами неуклюжая Эрида сегодня не упадёт. Даже не споткнётся.
Разве пламя может гореть неправильно?
Оно ведь и умеет только гореть. Ярко, ослепительно, по разному.
Софи не приходилось бывать на столь откровенном чужом торжестве. В худшем случае, знала, что в определённых ситуациях просто обязана фоном быть.
  Здесь же нечто совершенно другое.
Есть Эрида, и есть все остальные.
Как вспышка сверхновой для наблюдателя с земли на какое-то время затмевает все близлежащие звёзды. Впрочем, обычное солнце затмевает все звёзды каждый день.
Эрида ударила сразу всем, и по всему. Мыслям, чувствам, желаниям, даже инстинктам. Просто оглушила всех и вся собственной яркостью во всех смыслах слова. Поражает талант, порождает тело желания. Всё сразу, в немыслимом объёме обрушивает разноглазая на окружающих.
Блистающая, ослепительная, слов не подобрать.
Просто выжигающая глаза в хорошем смысле слова, Эрида.
На неё, как на солнце, долго смотреть просто вредно.
Софи разглядывает не отрываясь, понимая, что может непоправимо испортить зрение.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -4.