Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -4.


Несносная Херктерент -4.

Сообщений 31 страница 40 из 41

31

Раз уж ужасы, связанные со змеедевочкой вспомнились, надо бы к ней заглянуть. Там мозги вывернуты как бы не похитрее, чем у Эр. И тоже без присмотра могут неизвестно куда идти. Коаэ говорила про «Гибель Кэрдин» и свою работу, что пока не стали имена объявлять, многие считали, это на самом деле, диптих, разбитый автором по непонятным причинам. И название целого - «Крушение Величия».
   Последний бой целой Империи, выраженный фигурой израненного воина и последний бой великого человека, некогда повелевавшего миллионами и под конец жизни оставшейся в одиночестве.
   Часть голосов, предназначенные одной на деле достались другой. Как раз Марине голос Коаэ и достался, если ей верить.
   То-то народ удивился, авторы разные. Марина на тот момент с Коатликуэ вообще не была знакома. Та при Соньке тогда оттиралась.
  Стучаться Марина так и не приучилась. В конце-концов, если надо двери вполне запираются. Другое дело, вроде как не от кого. Не всем же трястись из-за одной крысы.
  Коаэ после ванной. Ещё не одевалась, сидит за столом в полотенце завернувшаяся. Глаза полуприкрыты, под левой рукой — каменное сердце. Правой гладит человеческий череп. Взгляд Марины намётанный, сразу определила — не настоящий, и не учебное пособие. Мраморный, цвета максимально близкого к человеческой кости.
– Сдурела? Мирренские благовония ещё бы зажгла, - нюх у Марины на грани отсутствие, но что-то приторно ноздри щиплет.
  Змеедевочка дёрнувшись, открывает глаза. Кажется, не до конца осознает, где она и что с ней происходит.
– В ухо дать? Чтобы в себя пришла?
– Не-не надо. Марина, - интонация такая, понятна причина возникновения прозвища.
– Это что такое? Где взяла? Мне тут только бодронской культистки не хватало!
– Мне Эрида дала. Я просила такой заказ скульптору сделать, - и тут без разноглазой не обошлось.
  – Зачем он тебе? Бодронским или ацтекским богам молиться?
  – Н-нет, Марина, - всё не проходит змеиная интонация. Чем-то, совсем не безобидным она тут занималась, - я не молюсь. И не приношу жертвы. И никогда так не делала. Это бессмысленно. Я не мама.
  – Да? А что ты тогда делала? Предметы культа — в наличии, пахнет неизвестно чем, сама в не пойми каком виде, - хотя на кровати разложена вполне обычная одежда Коаэ.
  – Сердце мне по сути дела, ты отдала. Про череп — я тебе сказала. Запах — это соли косметические. Слишком много сыпанула в воду, не знала что так хорошо расходятся. Жгла я свечи ароматические, но их же везде продают.
   Просто... Когда этот череп и сердце рядом с тобой в воде. Горячо. Полумрак. Такое ощущение жизни и смерти рядом.
   Люблю так полежать в воде иногда. Мне немного лет — а рядом вещь, пережившая столетия. Пережившая крушение мира, что её породил.
  – У всех, у вас, художников мозги набекрень.
  – Ты ведь тоже рисовать умеешь. И временами, чувствуешь тоже, что и я. Вспомни свою Кэрдин. Я несколько месяцев думала, чья она. Подбирала разные варианты. Даже не думала, что окажется твоей. Я тогда сильнее всего удивилась. Ты. И подобное.
  – Угу. Хочешь, подарю? С полной передачей всех прав. На самом деле, будешь вывешивать как диптих своего авторства.
  – Н-нет, Марина. Я же всё равно буду знать, что Кэрдин твоя. Но мне бы хотелось увидеть их, висящими рядом. Они тогда были в разных местах, но люди решили, что они части целого.
  – Я же сказала, приходи и забирай. Самой таскать мне лениво. Звякну в МИДв, спрошу, как правильно оформлять отказ от авторских прав. Потом дам тебе пергамен. От ненужных вещей надо избавляться, они как крючья тащат за тобой ненужные воспоминания о прошлом.
  – Правда, Марина? - вот теперь наконец нормальный человеческий голос. И глаза ребёнка, кому пять кило любимых конфет подарили.
  – Ты же знаешь, шуточки у меня те ещё. Но если я что-то говорю, то делаю.
  – Ой, а давай тогда прямо сейчас и сходим? Она у тебя далеко лежит?
  – Я найду, - хмыкает Херктерент.
  Коатликуэ бежит к кровати одеваться. Марину выйти не просили, остаётся сидеть, наблюдая вполглаза. М-да. Это не Рэда, чтоб ей икалось, и даже ни сама Марина, хотя все трое в один год родились. Тут природа откровенно с ленцой свою работу выполняет. Ибо то, что в поле зрения не слишком  по плоскости от гладко струганной доски отличается.
    Если многие откровенно завидуют формам Хорт, то Коаэ стоит завидовать вообще абсолютно всем.

+2

32

Глава 6.

  Осень в этом году холоднее предыдущей. Любители поплавать под крышу перебрались гораздо раньше, чем в прошлом году. Конечно, есть те, кто до сих пор в озёрах плавает, но среди женской половины школы таковых не нашлось. Другой крайности — не умеющих плавать в новом наборе тоже не обнаружилось.
  Вполне ожидаемо, пятеро островитянок плавают лучше всех. Медуза водянистому имени соответствует, дольше всех в бассейнах находится. Поплавать по ночам желающих много, видят её частенько. И почему-то, считают своим долгом сообщить Марине, кого именно видели. Медуза всегда одна, хотя некоторые из сообщавших точно в бассейн вдвоём ходили. Может, ещё и плавали.
  У неё самой тяга к подобным заплывам успела пропасть. Не забыла, что раньше нравилось. Потом... Видимо, просто выросла. Или просто скучно стало в одиночестве. Не всякое общество рядом с собой так уж приятно.
  Эрида только у себя в «Сказке» смелая. Тут она правила старается не нарушать, хотя за их выполнением не особо строго и следят.
  Вспомнив прошлое, Марина решает сходит ночью, пообщаться с Корнеротом Ушастым. Не у всех прозвище является официальным именем. За глаза её зовут именно так, в лицо, впрочем называют только обычным именем.
  Не то, чтобы все такими хорошими стали, знают просто это Марина такая плохая, а Софи ещё и вредная, и в остроумии лучше упражняться над теми, с кем Херктерент не общаются.
  Главный школьный бассейн какое-то время был самым большим крытым в стране. Да и сейчас в первой десятке числится. На подобных сооружениях в Империи не экономили никогда.
  От кого-то Марина шуточку слышала «самое хорошее даже в самой плохой школе — всегда бассейн».
  Общий свет горит приглушённо, только подсветка воды на полную мощность включена. Медуза наплавалась уже, на стенке сидит, болтая ногами в воде. Купальник обычный школьный, шапочки не надела.
  – Привет, Марина. Тоже любишь ночами плавать?
  – Не больше, чем в другое время. Тебе нравится, когда никого нет?
  – Всё равно, в общем-то. Просто, когда тихо — хоть немного на океан похоже. Как дома... В океане все поместятся.
  – Угу. На дне особенно. Помнится, как-то раз туда целая Империя целиком поместилась.
  – Не целиком, - Медуза хихикает, - я родилась на уцелевшем кусочке.
  – Как с лодкой? Наладила взаимоотношения?
  – В общем-то, да. Всё неплохо. Сначала было... Ну не знаю, как лучше объяснить. Как дети, что нашли бесхозного щенка. Все с ним играются и закармливают вкусненьким. Не все помнят — щенок, вообще-то, живой, а не игрушка.
  – Ты себя в роли этого пёсика ощутила. Первое время живой игрушкой быть — не самое плохое, что может случиться. Тем более, со щенком у детишек.
  – В общем-то, да. Переболели. Теперь относятся умеренно серьёзно. Всё-таки, я знаю немало, а тут это ценится гораздо больше, чем дома. Спасибо ещё раз, что помогли мне тогда. Без вас я бы точно не решилась с командиром поговорить.
  – Не стоит благодарностей. Капитан подводников — это всё-таки не командир лодки, что и за борт может приказать выкинуть. Он не кусается, вообще-то.
  – Шуточки у тебя... Куда там выкидывать? Лодка же на берегу стоит.
  – А там озеро рядом. У них катер для водолазных работ есть.
  – Я знаю. Они иногда спускают водолазов. Учат ещё и этому. Я просила попробовать, но они сказали, это единственный род деятельности, чем мне заниматься не позволят. Именно потому, что я девочка.
  – С одной стороны они где-то правы, - что-то подобное про водолазное дело Марина от Сордара слышала. Неподъёмная тяжесть одного только шлема напрочь отбивала охоту его даже мерить, не говоря уж о том, чтобы лезть в таком под воду. Шлем ведь далеко не всё снаряжение, - Но с другой, а ныряльщицы у вас на островах кто?
  Медуза улыбается.
– Тот, кто сказал, что к водолазному делу меня не подпустит — сам сын такой ныряльщицы, только не с Архипелага, а из Приморья. Капитан только подтвердил его запрет. Да и умирает эта профессия — не идут в неё молодые.  Его сёстры этим заниматься точно не будут.
  Научились у нас выращивать многое, что раньше было можно только ловить. Но одного из символов Архипелага скоро не будет. Старое должно отмирать, тем более, профессия считается опасной.
– Угу. Не опаснее водолаза. И тем более, подводника. Они даже пьют первым делом за то, чтобы количество всплытий совпадало с количеством погружений.
  – Я знаю. Тут даже плакат такой висит. А рядом с ним — другой. «Бутылка на корабле намного опаснее корабля в бутылке».
  – У них... То есть, у вас, разве есть такие умельцы, что могут корабли в бутылки запихивать?
  – Вообще-то, есть. Познакомить?
  – Не надо, - «Дожила. Я в школе чего-то не знаю. Меня уже знакомить начинают. Как много скрытых талантов вокруг!»
  – Мне тоже вот непонятно, зачем игрушечный корабль строить, когда рядом настоящий есть?
  – Модель во времена деревянного кораблестроения была отчасти объёмным чертежом. Там размеры всех деталей увеличь в разы — можно настоящий корабль строить.
  – Но сейчас ведь не так.
  – Не так... Но модели — это просто красиво.

+2

33

– Труда очень много тратится впустую. Но это вроде украшений, совершенно бесполезная трата человеческих умений.
   – Не скажи, - хмыкает Марина, - модели кораблей испытывают в опытовых бассейнах, подбирая оптимальные обводы корпуса, с лодками тоже так делают. Модели самолётов продувают в аэродинамических трубах.
  – Наверное... Но там на изготовление идут, наверное, совсем простые материалы, вроде дерева. Золото и слоновую кость не используют, наверное.
  У самой Медузы украшения вполне золотые. Вблизи баз флота достаток у людей на неплохом уровне. Во время поездки, Медуза без украшений была. Но оказавшись в школе, оказалась подвержена стадному чувству. Стала носить не меньше прочих, чтобы показать, у неё тоже золото есть. Словно наличие или отсутствие способно что-то о человеке сказать. Софи вон тоже носит далеко не всегда, однако это не означает, будто у неё чего-то нет. Про Эр и говорить нечего — на ней с равным успехом может оказаться как и приличная часть золотого запаса небольшого государства, так и содержимое лавки старьёвщика. Притом, неизвестно, что именно для разноглазой большую ценность представляет.
  – Эти материалы вообще лучше всего для взрослых игрушек годятся, - хмыкает Марина, - ещё из черепашьих панцирей замечательные модели корабликов выходят. Должна была видеть, как раз ваши их изготовлением славятся.
  – Да я видела! Делать кому-то сильно нечего, ладно хоть черепахи вкусные, а это, так сказать побочный продукт.
«Ладно, хоть с ума по защите животных не сходит. Ещё бы одну любительницу пушистиков я бы рядом не вытерпела. Ладно, разноглазой хоть в этой области удалось слегка порядок на чердаке навести. Хотя, хлама там всё равно изрядно осталось...
Медуза черепах точно ела, на Архипелаге это довольно распространённый продукт. Мне вот супчик понравился».
  – Это не так, - хмыкает Марина, - один вид действительно, шёл и идёт преимущественно на суп. Но, зато, другие били как раз ради панцирей. Совсем не бесполезная вещь. У твоей матери наверняка черепаховый гребень есть да заколки всякие.
  – У всех были, пока пластмасса в массовое производство не пошла.
  – И у черепах спокойные времена наступили! Сколько химики зверюшек спасли!
Медуза рот прикрывает, чтобы совсем уж откровенно не рассмеяться.
  – Пока на Архипелаге флот не поселился, люди преимущественно с моря жили. При таком раскладе сложно любить черепах иначе, чем в виде супа. У меня дед как раз их и ловил. Ещё и чучела делал. На продажу и так... Одно и сейчас дома висит на стене.
  – Дед жив?
  – Умер два года назад. Как раз в год Нового Императора и родился.
«То есть, моего отца. И уже умер. Нет, точно кого-то из медиков надо потрясти на предмет, что они ему сделали. Кэрдин в матери, если не в бабки, годится Кэретте, но до сих пор соперничает с ней по красоте. Только теперь понимаю, фраза «Чёрная Жемчужина совершенно не меняется» крайне двусмысленна. В ней ведь тоже покопались неплохо. Ещё один вопрос на который мне пока не получить ответа. Интересно, по наследству это передаётся? Знаю же, к боли восприимчива куда меньше прочих. Излишне для своего пола и возраста, сильна. Софи, глядя на Кэрдин всерьёз призадумывался, неужели она тоже никогда не начнёт стареть? Для таких, как Сонька это важно. Старые тайны опять о себе с неожиданной стороны напоминают. С той войны, откуда он сюда попал, люди до сих пор пребывают. Отец этого... С того же года, что и ЕИВ сюда загремел. А здесь десятилетия минули. Мы, к тому времени уже прекрасно знали, чем та война кончилась».
  – Марин... - Медуза касается её руки, - С тобой всё в порядке? Ты словно отключилась, как Эрида.
  – Бывает со мной иногда, - глупо отрицать очевидное, многолетнее общение с разноглазой сказывается временами. Та, впрочем, тоже кое-чему у Марины набралась, - Ты так хорошо Эр изучила?
  – Сама знаешь, бывает не ней такое.
  – По-моему, тебе не слишком нравится у неё  бывать.
  – Ты с ней дружишь.
  – Потому и не хочешь ничего говорить.
  – Она неплохая... Но слишком уж странная. Если знаешь, что у неё бываю, знаешь, наверное и куда ходим. Она так просила... Я не смогла отказаться.
  – Знаю, естественно. Видела тебя. Ты там не слишком довольная.
  – Она тебе показывала? - кажется, Марина видит тот редкий случай когда от стыда на самом деле краснеют.
  – Ты ей запрещала? Она обычно, о таких запретах помнит.
  – Нет. Я просила не вешать там, где все увидеть смогут. Но если кто у неё в комнате попросит посмотреть, то можно.
  Разноглазая хитрюга просто предложила Марине «посмотреть новенькое». Медуза в этот список вполне попадала. Формально Эрида никаких слов не нарушила.
  – У неё и смотрела, - подтверждает Марина.
  – Ну и как? Тебе понравилось? - хотя и стесняется, но интерес всё-таки неподдельный.
  – Прямо скажем, не ценительница подобного вида искусства. Со стороны я себя и в зеркале прекрасно рассмотрю.
  – Но она тебя тоже... Рассматривала.
  – Тут не поспоришь, я её когда-то сказала примерно тоже, что и ты. Скучное занятие на самом деле.
  – Ты скучной и получилась. Просто на лице написано «И когда это всё кончится?»
  – Зато, ты сильно недовольной вышла... Лица там глубоко вторичны.
  – Мне так не показалось. У неё любые лица проработаны тщательнее всего. Малейшие оттенки выражения подмечает.
  – Ещё один искусствовед по творчеству Э. Херт выискалась, - смеётся Марина, - Я уже про неё статьи писать скоро смогу. Не хочешь попробовать?
  – Нет. Я не хочу. Потому, и не смогу. Хорошо получается только то, чем тебе нравится заниматься.
  – Разноглазая доиграется. Научилась, наконец, людей против себя настраивать.
  – Я совсем не против неё. Мне так стоять, как там совершенно не нравиться.
  – Сказала бы ей, - хмыкает Марина, - могла и посадить, и положить каким-нибудь хитровывернутым способом... Это бы тебе ещё меньше понравилось.

+1

34

Кажется, двусмысленности в словах Марины, Медуза не замечает.
  – Из ваших ещё кого там видела?
  – Только Оэлен, но она как от опеки избавилась, как с цепи сорвалась. Смелая слишком стала, хотя раньше тихоней слыла. Всюду лезет, всё пробует. Даже на лодке со мной пару раз была. Эриде её дважды просить не пришлось. Сразу согласилась, хотя ей уже успели намекнуть, на чём Эрида маленько того.
  – А остальные?
  – Инри с Эридой всё время ходит последнее время. Но ничего с ней я не видела. К Кроэн и Динни сама Эрида не подходила.
  – Думаю, ещё подойдёт. Мы, как на лодке, ещё минимум пару лет друг от друга никуда не денемся. А Эрида рисует очень быстро. И хорошо, хотя мне данная тема не особенно нравится.
  – Ты Коатликуэ знаешь?
  – Теперь да.
  – На предмет не нравится. Сходи, попроси посмотреть, что она рисует. Незабываемые впечатления гарантированы. Любимая тема Эриды совсем в другом свете предстанет.
– Бр-р-р! - Медуза зябко ёжится, словно от холода, - Мне от одного её каменного сердца, что она всюду с собой таскает как-то не по себе. Даже представлять не хочется, что именно она рисует.
  Марина довольно скалится.
  – Это всего лишь карандаши да краски.
  Островитянки первое время общались в основном между собой. Теперь всё реже и реже, расходясь всё дальше и дальше. Как-никак, общего у них только место рождения, а это слабоватая почва для складывания дружеских отношений. Да и не особо принято в школе общаться только с уроженцами своей местности. Закон стада работает отлично.
  Тем более, каждый в школе чем-то особенный. Относительно остальных четверых островитянок мнения Марина ещё не составила, но уникумы вроде Медузы точно родятся раз в пару десятилетий.
  – Но ими можно творить по-настоящему жуткие вещи. Я просто не хочу знать, насколько у Коатликуэ злобная фантазия.
  – Она сама вовсе не злая.
  – Одно другому совершенно не мешает. Тем более, она дружит с Той-Что-Вечно-Всё-Ломает, - этого прозвища Динки Марина не слышала. Видимо, с годами вокруг Херктерент в геометрической прогрессии увеличивается количество лица, кто думают, что и для чьих ушей говорят. Дина остаётся... Остаётся ли? Чуть ли не последним человеком, кто говорит, что думает.
  – Дина Кошмар ещё тот, - соглашается Марина, - Но с человеческими качествами у неё всё хорошо. Она просто... Неловкая очень.
  – Мне говорили, что вы дружите. Почему-то не верилось. Очень уж ты упорядоченная.
  – Дружим на самом деле, - хмыкает Марина. Хотя тут многое совсем от другого — Динка несколько лет большую часть года скучала по любимой старшей сестре. Марина оказалась своеобразной заменой. Ненастоящий продукт. Как в другом мире говорят, эрзац. Хотя, Кошмар по отношению к ней совершенно искренен. Другое дело, с началом года почти не пересекались в людных местах. Оттого Медуза и не знала общеизвестный факт, - Змеедевочка и Девочка-Кошмар просто отлично смотрятся вместе.
   Кажется, двусмысленности Медуза и здесь не усматривает. Даже странно.
– Не обижайся, Марина, но они, когда вместе, на карнавальных танцовщиц похожи. Так подруг называть нехорошо, но они похожи на самом деле. Так можно только настоящих называть. Да и то, они обижаются.
   Настолько не догадывается об определённых вещах, или так лихо притворяется. С другой стороны, она не из Эшбадовских девчонок, отличавшихся излишней глубиной познаний и повышенной весёлостью в не совсем свойственным возрасту многих, областях.
С непосредственностью и честностью, по крайней мере у тех, с кем общалась Марина, тоже был полный порядок. С ними было весело. Только вот сейчас вспоминается, не везде у танцовщиц репутация хорошая.
  Другое дело, сама Марина ничьё мнение не слушает, а старается составить своё. Тем более, раз самому ЕИВ связь с Эшбад приписывают... Знаменитая танцовщица ничего не подтверждала и не опровергала, вот только драгоценности у неё были исключительной стоимости, это сомнению не подлежит.
  Раз Императору не зазорно, то Марине и подавно никто не запретит общаться с излишне весёлыми девочками. Тем более, несмотря на то, что про них говорят излишне веселы они не на самом деле, а исключительно в чьих-то глазах, как правило, люто завидующих чужой юности и красоте.
  Медуза, похоже, из тех, что считает эшбадовок плохими. Но не сама так думает, а все вокруг так говорят.
  – Ты про эшбадовских, что ль? - удивлять, так удивлять. На уровне изначального значения слова ошеломить, - Нормальные девчонки. Я переписываюсь с некоторыми.
  Медуза чуть в воду не свалилась, настолько поражена.
– Ты? - выдыхает словно через силу, - С этими? Переписываешься?
– А что в них не так? У каждой ровно столько же рук, ног и сисек, сколько у меня или тебя. С тобой общаюсь, они ничем не хуже.
  – Но ты... И они... Не понимаю, - Медуза настолько энергично головой трясёт, кажется вот-вот отвалится.
  – Кто я, мне прекрасно известно. Вот кем ты считаешь их? Взялась, так уж договаривай...
  – Они же, они, - начинает было мямлить Медуза, силясь придумать какое-нибудь не обидное окончание фразы.
  – Повторяю, договаривай, раз уж взялась.
  Медуза мотает головой, словно какие-то мысли прогоняя. Неожиданно выпрямляется и чеканит.
  – Если строго разобраться, всё что я слышала — не больше, чем слухи. Лично сама я их никем не считаю. Хотя бы потому, что ни одной просто не знаю. Но, если честно, и знакомится не особо хочу.
  – Не хочешь — не знакомься. Я не заставляю. Разные они все. Точно так же, как, допусти ты с Эридой. Мне вот ваши странности совершенно не мешают. Советую поменьше верить глупостям, что ты от других слышала. Особенно, про тех, кого сама не знаешь.
  – В общем-то, я стараюсь так и делать. Я вот не поверила, что жуткая Чёрная Крыса это, на самом деле, ты. Даже удивительно, что ты можешь кого-то сильно напугать.
  Марина вяло кивает.
  – Можешь мне поверить, это чистая правда. Я очень жуткие вещи делать умею. Просто, не злоупотребляю этим умением.
  – Спросить про них можно? - надо же, интерес самый неподдельный. Что правильные книжные девочки находят притягательного в жизни... не самых правильных.
   – Спрашивай. Мне не жалко. Они, кстати не прочь ещё с кем-нибудь отсюда познакомиться. Пусть, и по переписке. Могу дать пару адресов.
   – Знаешь, а я подумаю. Всё-таки, я слишком высоко забралась, не замечая находящегося рядом. Мне ведь потом вблизи них, а не таких, как ты, жить.
   – Ну, это от тебя во многом зависеть будет, где жизнь проведёшь... Ты узнать что-то хотела.
   – Да. Какие они?
   – В каком смысле?
   – Во всех.
   – Как уже сказала, от меня или тебя практически ничем не отличаются. Те же книги читают и в такие же игры играют... Что ты так на меня смотришь? Эшбад своей преподавательской лицензией дорожит.
  – Ты и с ней знакома?
  – Она танцевала для нас... Говорить нечего, это надо видеть. Умеет золотыми чернилами! Потом вино с ней пили. Она очень интересный собеседник. Но мне её девчонки больше понравились.

+1

35

Медуза усмехается.
   – Что такого? - настораживается Марина.
   – Да подумалось вот. Как странно мир устроен. Сижу в тысячах километров от дома, рядом с одной из первых девушек страны и обсуждаем моих соседок с соседней улицы.
   – Я не «одна из». Как Младший Еггт формально я просто первая. Даже, тоже формально старше Софи. Плюс ещё бывшая Глава Дома Еггтов.
   Ничего секретного Марина не сообщает. Её решение по Рэде вполне официально было опубликовано в очередном выпуске «Ежегодника Великих Домов», издание в школьной библиотеке есть, там все её титулы перечислены.
   В отношении Ленн она применила древнее право, и Тьенд официально должна была поблагодарить Главу Старшего Дома за оказанное содействие. Что и было сделано на страницах следующего выпуска «Ежегодника», опять же с перечислением всех полных титулов.
   Так что, Марина была Главой Дома Еггтов вся страна знает. Другое дело, интересно это немногим.
  – Я думала, Глава Её Величество... Извини, если что не так, я не слежу за этими новостями.
  – Да так всё, - хмыкает Марина, - она долго болела. Теперь поправилась, и снова Глава.
  – Извини, я не знала.
  – Про это не писали. Мы не мирренский двор, но тайн у нас тоже хватает.
  – Вы обе совершенно загадочными не кажетесь... Просто, у меня постоянно наперекосяк встаёт то, что есть на самом деле с тем что раньше заставляли в школе учить.
  – Ага, - усмехается Марина, - например, мой полный титул. Совершенно ненужная абсолютному большинству вещь. Ведь не выучила, наверняка?
  – Откуда ты... - похоже, с сильным опозданием но попалась на не выученном уроке, - Да ты сама его не помнишь!
  Криво ухмыльнувшись, Марина выстреливает фразу длинной очередью даже без пропусков между словами.
  – Убедилась?
   Медуза только глазками хлоп-хлоп.
– Ну и память у тебя!
– Не жалуюсь. Что ты ещё про своих соседок хотела узнать? Ты же, вроде, не из верхних, так чего их так не любишь? Или просто завидуешь их побрякушкам и тряпкам?
  – Я же сказала, теперь я их не не люблю. Я их просто не знаю. Ты говоришь, они интересные. У меня нет основания не верить. Внизу тоже знаешь ли, хватает всяких разных разделений.
  – Ага. Прям, как у нас в Великих Домах. Сейчас тут нету просто никого, особо задирающих нос. Пару лет назад было бы на что глянуть.
  – Зазнаек и у нас хватает.
  – Что-то мне подсказывает, ты одной из них как раз и была.
  Медуза только глаза загадочно закатывает. При отсутствии непомерных амбиций она бы сюда попросту не попала. Но раз она здесь... То, как говорится, делайте выводы.
   Марина интересовалась биографией её родных. Как ни странно, никаких связей со значительными людьми там не обнаружилось.
– Самая умная — это далеко не всегда похвальба.
– Мне это прекрасно известно. Только тут ты не самая, а одна из. Дур тут не держат, хотя некоторых так и называют.
  – Ты просто кого-то сильно не любишь. Потому, так и говоришь.
  – Я хотя бы знаю, кого и за что не люблю. А ты нелюбовь распространяешь просто из-за факта чьего-то существования.
   – Если ты скажешь «добрее надо быть» - не поверю. Я уже поняла, ты совсем не на пустом месте считаешься весьма злобной личностью. К тому же, на песке я тебя сама видела.
  Марина хмыкает. Этими победами она гордится. Хотя, ценителей вокруг и не наблюдается. Херенокт разве только, да Чёрная Смерть, но они оба сейчас далеко отсюда. Интересно, вместе или нет?
  – Термин «объективность» знаешь?
  – Конечно. Наверное, твоё любимое слово.
  – Придворная из тебя не выйдет. Льстить умеешь крайне криво.
  – Никогда не задумывалась о подобной карьере. Слишком не люблю верхних.
  – Которые тебе ничего не сделали. У кого из верхних самая большая резиденция?
  – Вы не верхние, вы особенные. Вы над нашими распрями.

+1

36

– Ты на самом деле так считаешь?
  – Разве не так должно быть?
  – Должно-то должно, но случается,  часто по-другому.
  Умеренно-ироничное отношение к властям очень многим в столице свойственно. Да что говорить, принц Херенокт в этом списке первый. Очень немногие никогда не критиковали те или иные решения.
   Самыми лояльными оставались грэдские миррены, но их в школе относительно мало. Зато от многочисленных столичных уроженцев такого можно наслушаться. В основном, конечно, это будет вольный пересказ статей из неправительственных изданий, иногда перепев мирренских радиопередач.
   Но последнее казалось излишне глупым для любого, хоть немного в ситуации в стране разбирающемуся. Хотя Марина помнит одну из основ пропаганды на изначально враждебную аудиторию - «чтобы в ложь поверили, она должна быть чудовищной».
  Пока складывается мнение обе стороны набирают в пропагандистские ведомства откровенно неквалифицированный персонал. Слишком уж различны ценности на Севере и Юге.
  До войны в данном вопросе миррены были успешнее — моду на свою культуру сумели привить. До вывесок на мирренском в центре столицы доходило. Вывески исчезли, промытые мозги остались.
   Насколько высок их процент — вопрос сложный. Во «Дворце Грёз» мирренизированых бывало немало, на Архипелаге процент таковых равнялся нулю, что на военной базе в общем-то, неудивительно.
   – Ты словно сама не веришь, что в учебниках по «Обществоведению» пишут.
   – Я не мирренка, чтобы верить неизвестно во что. Но где и как намеренно искажают факты слишком хорошо знаю. Ложь никогда не порождает ничего, кроме лжи. Маленькая ложь тащит за собой всё большую и большую.
   – Это политика.
   – Фраза, которой пытаются объяснить всё, не объясняя на деле ничего.
   – Никогда не думала, что ты такой окажешься.
   – Какой «такой»?
   – На картинку с самой собой непохожей.
   – В картинки из книжек только маленькие дети верят. Ты, вроде, уже несколько постарше.
   – Сама несколько удивилась, попав в персонажи картинки.
   – И как ощущения?
   – Пока скорее нравится, нежели нет.
   – За всю жизнь постоянно на картинках находится несколько надоедает.
   – Не знаю, мне не с чем сравнивать.
  – Мне временами, эту картинку хочется перерисовать. Больно уж многое не нравится.
  – Не нравится тебе?
  – Представь себе.
  – Не могу, если честно. Что ты такого могла видеть, чтобы хотелось что-то изменить. Ты же принцесса.
  – Я неправильная принцесса.
  – Я слышала, тебя так многие зовут. Но они ведь не видели тебя на песке.
  – Думаешь, мне здесь драться не случалось?
  – С трудом представляю, с кем здесь можно настолько сильно поссорится.
  – Да уж лучше не представляй, - ибо серьёзнее всего, правда давно, Марина как раз с Софи и поссорилась. Сейчас причины кажутся глупыми, но тогда они обе хороши были. Постоянно друг друга старались зацепить за самые уязвимые места. Вполне ожидаемо, в итоге рвануло.
  Хорошо, хоть ухитрились друг другу ничего не сломать, и холодное оружие в ход не пустить. Но кровь вполне была. Потом с месяц друг на друга старались не смотреть. Кажется, окружающие делали ставку на новую стычку и её результат.
  Ладно, хоть хватило ума осознать, плохой мир куда лучше хорошей войны. Бешеный норов Еггтов проявился в весьма раннем возрасте. И хорошо, что только один раз.
   Излишне друг друга стали не цеплять. Хотя некоторые и считали, починив самолёт Марина рассчитывала, что в усыпальнице Еггтов скоро одним захоронением станет больше. Вот только Софи на самом деле, умела летать.
   Про ракетоплан таких слухов уже не распускали, хотя пожароопасность у реактивных двигателей, да ещё не заводского изготовления, сильно выше, чем у обычных моторов.

+1

37

Конструкторам на Юге тоже деньги не зря платят. На прифронтовые города тоже стали падать ракеты. Пары лет не прошло — как стали догонять. Сначала самолёты-снаряды запускали, но то явно полумера была. Скорость у самолётов-снарядов хромала, летать они могли только по прямой, и перехватчики с ними вполне справлялись.
  Потом полноценные баллистические пошли в бой. Судя по всему, проблема была та же, что и на Севере — совершенно никакущая точность. В цель меньше города, просто не попасть.
  Разумеется, во всех газетах пишут о южной дикости. Хотя совсем недавно те же газеты смаковали ракетные удары по городам южан.
   Судя по картам поражённых целей, грэдские ракеты кажутся более дальнобойными. Софи знает — именно кажутся. Грэды уже освоили запуск с самолётов, миррены ведут огонь с наземных позиций.
   Не очень сложно вычислить — почти все попадания ракет — не дальше определённого расстояния от крупных прифронтовых станций.
   Огромный материк с запада на восток пересекают две идущие параллельно железнодорожные магистрали. Снабжение фронтов — во многом на них. Две мощнейших железнодорожных системы никогда не были связаны одна с другой, хотя бронепоезда имеют сменные комплекты колёсных пар для движения по вражеской колее.
  Перед войной недолго существовала экспериментальная ветка, связывающая две системы. Поезда по ней ходили  основном, развлекательные. Возили тех, кому некуда деньги было девать, ибо добраться из одного крупного грэдского города в столь же крупный мирренский был путешествием, сродни полёту через полюс.
Вблизи линий фронтов временные ветки строятся в изобилии. На них даже железнодорожные транспортёры ухитряются применять.
  Старые пушки линкоров в центре материка ведут огонь. Но их дальнобойность известна точно, значительный рост уже невозможен. Вот ракеты летают всё дальше и дальше.
   Софи почти уверена — ракеты изначально планировали ставить на огромные бомбардировщики «Линкоры». Размеры машин были совершенно излишними. Ясно было,  столько тяжёлых бомб нести как-то неплохо, но всё-таки, многовато.
    Только недавно стало понятно — машины потому и летали с бомбами — огромные самолёты сделали раньше, чем предназначенные для них ракеты. Грэды нацеливались на будущее.
  Огромные самолёты миррены тоже строить умеют. Вот запускать с них что-либо пока не получается. Во всяком случае, до грэдов это не долетает.
   Софи уверена — новый комплекс вооружений должен включать не только самолёт и ракету, но и принципиально новую боевую часть.
   В современной физике Софи разбирается, включая некоторые закрытые разделы. На что способны бомбы из радиоактивных элементов, знает.
   У «Линкоров» потому такая огромная нагрузка — если новое оружие получится, первые образцы будут очень тяжёлыми. Многие физические законы в двух мирах совпадают.
   Если уже обе столицы достижимы обычными бомбардировщиками, то что будет, когда появятся новые боеприпасы?
   Притом Софи имеет некоторое представление о масштабах выпуска «Линкоров» и объёмах их фронтового применения. Даже по приблизительным подсчётам, получается значительное число многомоторных гигантов отстаивается на аэродромах где-то в тылу.
   Поджидают, когда для них бомбы и ракеты с радиоактивными элементами наделают, чтобы массово применить?
   Вот только и на Юге не дураки живут. У них тоже перед войной из открытой печати пропали всяческие упоминания о работах с радиоактивными элементами. 
  Тоже над спецпроектами работают, придерживая в тылах тяжёлую авиацию и  рассчитывая на массовое применение? Как знать, как знать...
  Убежища вон с откровенно избыточной защитой от существующих боеприпасов строят. На собственной шкуре проверено — защита работает. Вот только спасут ли башни от атомного удара?
От него даже линкоровская броня плавится. Хотя, в другом мире как раз линкоры атомные удары на испытаниях и выдерживали.
   Но линкоры в любом случае, где-то далеко, а прилететь может прямо сюда. Или ещё куда.
   Совсем некстати девчонки с Архипелага вспомнились. Там ведь все острова — потенциальные цели для ударов по причине высокой концентрации военных объектов на небольшой площади. И огромном уроне, что будет получен в случае их уничтожения. Убежища на Архипелаге даже получше столичных, глубоко в скалах выдолблены. Но под землёй не спрячешь всего.
  Сама Софи на месте мирренского бомбардировочного командования, она прекрасно знает, на Юге авиация сведена в воздушные флоты, включающие самолёты всех типов, но предпочитает мыслить привычными категориями, обязательно ударила бы спецбоеприпасами по Архипелагу. Слишком раздражающе торчит среди безбрежных вод мощнейшая морская крепость и база.
   Острова с одной стороны, достаточно велики, чтобы по ним не промазать, с другой — достаточно малы, и энергия взрыва не уйдёт в пустоту. Там куда не ткни — везде потенциальная цель, да ещё и не одна.
   Пока не прилетало ничего. Хотя «гостинцы» с небес уже официально падают десятитонного калибра. И наверняка, работают над ещё более тяжёлыми. Спецбоеприпасы — это, конечно, хорошо, только когда они ещё будут готовы, да и знают про эти работы далеко не все.
   Обе стороны уже многократно грозились стереть с лица земли крупнейшие города противника. У мирренских лётчиков даже лозунг есть «Отправим демонов обратно в преисподнюю!». Разумеется, на Севере есть и ответный «Приравняем мирренов к ангелам! Вознесём их на небеса!» По мнению Софи, оба отдают изрядной глупостью.
  Впрочем, оба усиленно притворяются в жизнь.
   Даже сама Софи под частично удачную попытку лозунг осуществить угодила. Совсем весело смотрелось на фоне рассуждений застрявших в древних временах церковников, о нечеловеческой сущности Великих Еггтов, а следовательно, и всех их потомков.
  Формально сожжение для признанных похождениями врага рода человеческого до сих пор не отменено, хотя на деле лет триста уже не применялось.

+1

38

Софи уверена — так дай волю — снова бы жечь начали. Причём, даже не выезжая из собственной столицы. Откровенная дикость официальной церкви даже при Южном дворе вызывала немало гримас.
  Другие разрешённые культы по уровню сумасшествия тоже недалеко от основного ушли. Даже они Вселенскую церковь критикуют, хотя насчёт мотивов Софи не обольщается. Хотят отодвинуть официальный культ от такой замечательной кормушки, как бюджетное финансирование и сами занять их место.
    Хотя, и официальные культисты тоже далеко не так просты. Как-никак, последние Войны Династии имели откровенно религиозную окраску. И официальные их выиграли, хотя немало принцев поддерживало их противников.
   Впрочем, в то развесёло-кровавое времечко, кто веру менял по шесть-семь раз на протяжении жизни были не редкостью.
   Ставший в итоге императором принц сделал это аж десять раз.
   С мирренской религиозностью всё далеко не так печально, как в грэдской пропаганде. Анекдоты про тупость, обжорство и похотливость священников — у мирренов одни из самых любимых.
    Нынешний Тим немало сделал по выдавливанию церкви из школ всех рангов. Сам не особо ладил с церковниками. Хотя, так откровенно, как знаменитые предки и не ссорился никогда.
    Чем дальше, тем непонятнее становится, чего больше принёс удар по столице — пользы или вреда. Разрушить главную вражескую святыню — определённо, достижение. Бомбардировочное командование совершенно заслуженно представляло отличившихся к высшим наградам.
    Но с другой стороны, удар несомненно, послужил определённому сплочению вражеского общества. Как-никак, северные чудовища показали свою истинную сущность.
    Потенциальная возможность начала переговоров снова снизилась до крайне малых величин. Сильно высокой, впрочем, эта возможность никогда не была. На высшем уровне переговоры в недавнем прошлом, а по сути дела, уже в другой исторической эпохе, ни у чему не привели.
    Слишком уж хищники не хотели делиться добычей.

    По привычке забредает в натурные классы, сейчас там многолюдно, занятия только что кончились. Привычка бывать здесь в это время так быстро не выветривается, хотя Софи с началом года перевелась в другую группу. Подальше от взглядов и вздохов разноглазой.
   Хотела было развернуться и уйти, пока никто из знакомых её не заметил, но обращает внимание, слишком уж много народу что-то обсуждают. Причём среди спорщиков присутствует и Эр, что само по себе то ещё зрелище.
   Прислушавшись, понимает речь идёт о довольно известном недавнем скандале в художественной среде, связанном с ослом-художником.
   Осёл был самый обыкновенный, с четырьмя ногами, ушами и хвостом. Столь несвойственным ему делом был вынужден заняться по инициативе развесёлой группы художников, враждовавших с другой группировкой.
   Современные игры с красками и цветом приводили к тому, что про иные произведения критики писали, что они «хвостом осла нарисованы». Другие в пику первым, или просто за плату, произведениями восторгались.
   На выставках враждебной группировки стали появляться нового таинственного мастера, творившего условные пейзажи в современном стиле. Личность была неизвестна, но хвалебные статьи появились.
  Потом мастера предъявили. Шутники одолжили осла из цирка. Привели в кабак. Угощали морковкой. Скотина тянулась за лакомством, размахивая хвостом, к которому была привязана кисть, то и дело попадавшая по холсту.
  Всё это происходило в присутствии профессионального юриста, регистрировавшего происходящее. Чтобы не возникало разногласий, у помощника юриста была кинокамера, так же фиксировавшая творящиеся безобразия.
   Картин было создано около тридцати, осёл за это время изрядно растолстел. Но скандальный результат многократно окупил все расходы на кормежку и содержание животного.
  Теперь уже художники и критики, не в состоянии отличить человеческое творчество от ослиного стали мишенью едких насмешек.
    Что разноглазой в этом болотце понадобилось? Стиль у неё, конечно, специфический, но вполне классический, хотя и нового она не чурается.
   Сколь едко художники могут критиковать друг друга Софи прекрасно знает. Известные для вываливания в грязи оппонента не стесняются связи в верхах использовать. С другой стороны, последнее время как раз соправитель взялся контакты в академической среде налаживать.
   Особо мозги напрягать не надо, чтобы понять с чего это он таким покровителем искусства стал. Вон это чудо живописное стоит, и что-то кому-то доказывает.
  Софи прислушивается.
– Я не знаю, сколько там мазков сделал этот осёл. Но знаю, портрет можно в три мазка нарисовать.
– Ещё скажи, и в одну краску.
Эр чуть рассеяно пожимает плечами.
– Могу и в одну, но лучше в две.
– А докажи!
Лист и краски словно по волшебству появляются. Софи мысленно делает непристойный жест. Думайте хоть, с кем связываетесь. Если Эр что-то говорит, то значит, может это сделать. Впрочем, самой интересно с профессиональной точки зрения, как и что именно у разноглазой получится.
  Примеривается недолго. Раз! Наклонный вертикальный изогнутый наверху чёрный мазок. Два! Над ним горизонтальный маленький красный! Три! Над ним ещё один наклонный чёрный.
  Софи выдыхает. Действительно, с трёх мазков создано законченное произведение. С фантазией тут у всех полный порядок. У Эр получается женское лицо, опирающееся на руку, из под прикрывающей глаза шляпки только губы видны.
   В определённых вопросах с Эридой лучше не спорить — дураком покажешься, а она и не заметит ничего.
   Софи бы точно отпустила бы на месте разноглазой что-нибудь редкостно ехидное. Но та так просто не умеет. Снова памятное по детским годам чуть удивлённое выражение лица.
  – Миленько получилось.
  – Да ты просто чудовище, Эрида. Есть хоть что-то, чего ты не умеешь.
  – Не знаю, - пожимает плечами Эр, - если я что-то могу, то делаю это.
  Софи потихоньку продвигается в сторону двери. Ничего страшного не происходит — ну и ладно. Ещё не хватало, чтобы у Эриды её знаменитый режим наблюдательности включился. Она тогда в стотысячной толпе с лёгкостью высмотрит нужного ей человека.
  Народу тут значительно меньше ста тысяч. А быть самой нужной Софи уже давно изрядно надоело. Разноглазая по сторонам ещё не начала осматриваться, так что ещё есть возможность сделать вид, будто самой Софи здесь и вовсе не было.

+1

39

Удаётся уйти незамеченной. Хотя, даже заметь её Эр, ничего бы не произошло. На людях она себя в рамках держит, её взгляды, кроме Софи мало кто умеет читать. Дур, рискующих спросить Софи «А ты что с той-то поссорилась?» в школе нет. Софи до других доводит только ту информацию, что считает нужной.
   Хотя, слепым надо быть, чтобы не заметить, она и Эрида теперь в разных группах.
   Если призадуматься, то ситуация становится всё более невесёлой.
   В школе без признаков фальши до недавнего времени к ней относились ровно два человека не-воз-мож-на-я младшая. И разноглазая. У всех остальных просматривалась та или иная степень неискренности. В лучшем случае, был строжайший нейтралитет как у Рэды, или Динкерт. Но Динки уж больно никакая.
   Ту же Эорен отдохнуть летом позвала исключительно в качестве дополнения к Динке. Кошмар сама по себе, неплохая. Но слишком уж разрушительная. А инстинкт самосохранения у Софи пока ещё работает.
   Ещё Хейс есть из разряда честных, но она далеко.
   Потому летом и позвала только одну Хейс. Тупо хотелось провести какое-то время в обществе честного человека.
   Стаи рыбок-прилипал вокруг Софи вьются так же как и вокруг Эр. Другое дело, Софи совсем недоверчивая, и гораздо лучше разноглазой умеет считать свои и чужие деньги. Что-либо у Софи можно получить, только если вдруг возникает самая настоящая жизненная необходимость.
   Крупную сумму у Софи можно попытаться получить. Другое дело, она сперва проверит, действительно ли на указанные цели столько требуется. Вводить её в заблуждение может быть вредно для здоровья.
   Но если у человека на самом деле какая-то беда, деньги принцесса даст.
   В отличии от разноглазой, своими вещами Софи дорожит и у неё только действительно необходимое. Сразу заметит, если что-то вдруг пропадёт.
   Но пока пропадало только то, что Эр, слабо отличающая своё от чужого, брала.
   Надоело выверять десятки и сотни оттенков фальши вокруг. И самой фальшивить и притворяться десятками и сотнями способов.
   Всех остальных позвала вроде бы не особо дружелюбная, Марина. Народу у неё набралось, как ни странно, больше чем у Софи. Другое дело, что это вскоре породило определённые сложности.
   Лето, солнце, вседозволенность да переизбыток полуобнажённых тел крепко туманят мозги. Проблема в том, что некоторым мозги затуманило вовсе не на противоположный пол.
   Результат — Софи почти перестала общаться с одной из немногих, всю жизнь относившуюся к ней искренне.
  Переход искренности в состояние откровенной влюблённости никаких положительных эмоций у Софи не вызывает. То, что забавно на картинках и в книгах совершенно не так смотрится в реальной жизни.
   Сплетающиеся в порыве страсти тела подруг со скандальных картин совершенно не вызывают желания провернуть что-то подобное в реальности, тем более и кроме разноглазой есть ещё желающие, заранее на всё согласные.
   Одна из таких картин с совершенно недвусмысленными объятьями обнажённых девушек в постели, на одной даже ожерелье лопнуло всю жизнь в Загородном висит. Много лет с главной ежегодной выставки картину общественность потребовала убрать как оскорбляющую какие-то там чувства.
  Цензурный Комитет в деятельность выставок такого уровня не имел права вмешиваться. По сути дела, только Император мог распорядится убрать что-либо.
  Он и распорядился. Наградить автора скандального произведения Большой Золотой медалью своего имени. Картину приобрести для украшения резиденции.
   Кажется, подобного меньше всего ожидал откровенно напрашивавшийся на скандал, художник.
    С тех времён создали ещё много всего, гораздо более откровенного. Художник уже давно умер. Повторения скандальных «Подруг» ему ещё неоднократно заказывали. Перед летом одна из авторских копий этой картины появилась в «Сказке».
   Тогда Софи особого внимания не обратила. В «Сказке» полным-полно копий известных произведений. Есть и оригиналы. Разумеется, всё приобретено по просьбе Эриды. В последней покупке видится определённый намёк, ибо висит картина не где-нибудь, а в спальне самой Эриды.
  Забавная штука жизнь — ещё год, даже полгода назад Софи и представить себе не могла, что станет от разноглазой прятаться. Воистину зверскую шутку сыграла над Софи собственная красота.
  В неё в очередной раз влюбились. Проблема только в том, с кем это произошло. И на ответные чувства к недавней лучшей подруге Софи совершенно не способна. Поневоле чуть ли не впервые в жизни, позавидуешь не слишком привлекательной внешности сестрёнки. И что она мимо разноглазой по-прежнему может ходить безбоязненно.

+1

40

Глава 7.

Из островитянок хоть иногда приходится реагировать ещё и на упомянутую Медузой Кроэн, то есть Кроэнрин, если полностью. Только здесь Марина узнала, что та ещё и младшая сестра той, другой Марины. Причём сёстры откровенно не ладят, Марина-другая только раз упомянула «эту заучку», что похвальбой совсем не звучало.
  Фигурками сёстры откровенно удались одна в другую, точнее в незнакомых Марине родителей. К счастью, для самой Кроэнрин, несмотря на неплохое физическое развитие, с точки зрения разноглазой, из категории детей она ещё не вышла.
Впрочем, язычок старшей сестрёнки довольно точен. Никем, кроме «заучки» Кроэн не выглядит, и даже не старается. Хотя, к примеру, толщиной и качеством волос резко уделывает, что сестрёнку, что похожую на неё, Соньку.
  Некоторые вещи, с раннего детства ходящая с короткой стрижкой Марина, воспринимает с откровенным трудом, но факт есть факт — с двумя косами Сонька с её тончайшими волосами смотрелась бы просто идиотски.
  А вот Кроэн уделывает что её, что сестру, хотя с одной прямая родственница.
  Во всём остальном, кроме роста, но не Марине придираться, природа на ней тоже  не отдохнула. Только зрение сильно подкачало, или сама себе его испортила, всё время в очках ходит, подтверждая сестрёнкино прозвище. Впрочем, другую Марину тут мало кто знает.
  К откровенному раздражению Марины, Кроэн, как и Сонька, неплохо рисует. Ладно, хоть сероглазая, в отличии от карих взглядов сестры и Соньки.
Совершенно не окрысилась на Марину из-за неплохих отношений с Мариной-другой. Остров ведь ещё с большей степени огромная деревня, чем столица, в смысле все всё и про всех, знают.
  Где гостила сестрица, Кроэн, разумеется, прекрасно известно. Но ухитрилась не сказать ни про кого ничего плохого включая род занятий сестры, в отличии от той же Медузы. Марина по другим каналам всё разнюхала, не столь любопытная Сонька, вероятно, до сих пор не знает, что её копия и эта девочка — родные сестры.
  Ну, да это тот случай, когда меньше знаешь — крепче спишь.
  Кроэн, ожидаемо, у себя. Везёт Марине на тех, кто в свободное время, дальше своей комнаты ходить никуда не любят.
  Сидит перед зеркалом, собственные косищи разглядывает.
  – Привет, Марина. Не знаешь, может мне лучше косы обрезать?
  – Нашла, кого спрашивать! Твоя голова, что хочешь, то и делай, только в петлю не суй. О будущем слегка подумай. В наших краях любят длинные волосы.
  – Так ты против?
  – Сама подумай. Я же Еггта, мне воевать идти. Там с банями напряжённо. А тебе тут жить и дальше. Деток растить, - скалится Марина.
   – Я... я не думала об этом.
   – Советую. Не перебьём же мы друг друга в эту войну, солдаты для следующей тоже понадобятся.
   – Думаешь, будет так?
   – А с чего меняться? Природа человеческая — одна из самых постоянных величин.
  Но Кроэн, кажется, куда больше волнуют собственные волосы. Или просто не хочет думать о некоторых вещах.
   – Софи тоже Еггта.
   – Здрасьте, приехали! При всех её недостатках, я не настолько плохо о ней думаю. Пойдёт мирренов сшибать, и грива тут не помешает.
   – Она вчера и так чуть самолёт не уронила.
   – Так-так, а это что-то новенькое. Что там было?
   – Я думала, она тебе говорила...
   – Могла бы и заметить, мы не самые лучшие друзья.
   – Я знаю... Но все очень волновались, когда она вчера... Как это называется? О, фигуры высшего пилотажа крутила.
    – В трёх метрах от земли? Ну, это она умеет, даже я такую способность за ней признаю, - говорит, а самый неудачный полёт Императора из головы не выходит. Неужели и здесь что-то подобное? Надо бы сходить, самолёт глянуть. Да и личные дела инструкторов и наземного персонала перечитать.
    – Она так смеялась, когда села. Мне показалось, некоторые её убить хотели.
  Незапланированная прогулка в ангар отменяется. С технической грамотностью у сестрёнки всё в порядке, иначе бы Сонька сама быстрее самолёта побежала бы Кэрдин звонить. Когда тот полёт был, Старшая Ягр нынешней должности ещё не занимала, и, вообще, в этом ведомстве не числилась.
    Хотя, сплетен про неё и Императора тогда было больше всего.
    Насчёт желающих убить Софи — так таковых ровно все девчонки школы, кроме Эриды. Хотя, как раз разноглазую как раз Сонька и не отказалась бы прикончить.
   – Так что мне с косами делать?
   – Оставь всё, как есть. Если со мной из-за причёски сравнивать начнут — тебе это самой крайне не понравится.
    – Мы непохожи и так...
    – Захотят дерьмом облить — ещё и обиднее сравнения найдутся.
    – Не могу понять, почему тебя очень многие считают плохой?
    – Плохой, хороший — одна из самых непостоянных в мире вещей — людские оценки. Мне  ли этого не знать?
  – Я не сужу об истории по романам. Не верю тому, что там про твоих предков понаписали, Марина. Если бы это было правдой, у нас такой страны просто бы не было.
– А даже если бы и верила. Дело было давно, книжки про Первых есть в любом магазине. Я, в любом случае, не они. Хотя, заехать чем-нибудь тяжёлым тоже могу. Сама знаешь, сколько есть рассуждений, что страна создавалась чуть ли не вопреки воле Чёрных Еггтов. Какими жестокими они были! - пафосно заканчивает Марина.
  – Время таким было.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -4.